АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ОКРУГА
Именем Российской Федерации
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
арбитражного суда кассационной инстанции
г. Краснодар
Дело № А53-19909/2023
24 марта 2025 года
Резолютивная часть постановления объявлена 13 марта 2025 года
Постановление в полном объеме изготовлено 24 марта 2025 года
Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Артамкиной Е.В., судей Коржинек Е.Л. и Твердого А.А., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Николюк О.В., при участии в судебном заседании, проводимом с использованием системы видеоконференц-связи, от истца – общества с ограниченной ответственностью «Сигма» (ИНН <***>, ОГРН <***>) ? ФИО1 (доверенность от 20.11.2024), ФИО2 (доверенность от 03.03.2025), от ответчика – федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования «Южно-Российский государственный политехнический университет (НПИ) имени М.И. Платова» (ИНН <***>, ОГРН <***>) – ФИО3 (доверенность от 19.12.2024), в отсутствие третьего лица – общества с ограниченной ответственностью «Оргтехника-98» (ИНН <***>, ОГРН <***>), извещенного надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Сигма» на решение Арбитражного суда Ростовской области от 26.09.2024 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.11.2024 по делу № А53-19909/2023, установил следующее.
ООО «Сигма» (далее – общество) обратилось в Арбитражный суд Ростовской области с иском к федеральному государственному бюджетному образовательному учреждению высшего образования «Южно-Российский государственный политехнический университет (НПИ) имени М.И. Платова» (далее – учреждение) о признании документа, который ответчик именует «экспертным заключением» ФИО4 от 23.03.2023 недопустимым доказательством; о признании незаконным расторжения ответчиком контракта от 03.02.2023 № 03581000144220001580001/67-ЮУ в одностороннем порядке; о возложении на учреждение обязанности провести приемку товара по контракту от 03.02.2023 № 0358100014422000158001/67-ЮУ (уточненные требования в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).
Решением от 26.09.2024, оставленным без изменения апелляционным постановлением от 28.11.2024, в удовлетворении ходатайств ООО «Сигма» о назначении по делу дополнительной судебной экспертизы и о возложении на учреждение обязанности обеспечить доступ отказано. В удовлетворении исковых требований отказано. ООО «Сигма» из федерального бюджета возвращено 6 тыс. рублей государственной пошлины.
Не согласившись с принятыми судебными актами, общество обратилось с кассационной жалобой, в которой просит их отменить.
В кассационной жалобе общество приводит доводы о том, что обжалуемые судебные акты приняты с нарушением норм материального и процессуального права; считает, что заказчик незаконно и необоснованно отказал в приемке товара, а также незаконно расторг контракт в одностороннем порядке. Общество указывает, что не соглашалось с предъявленными заказчиком претензиями к товару, и пыталось профессионально и обоснованно доказать заказчику его заблуждения по всему списку претензий, которые, как считает податель жалобы, в ходе судебного разбирательства и проведенной судебной экспертизы не нашли своего подтверждения. Общество указывает, что учреждение, проводя досудебную экспертизу товара, допустило нарушение Закона № 44-ФЗ в части организации экспертизы (отсутствие уведомления о назначении экспертизы; несоответствие статусу эксперта; превышение полномочий экспертом; отсутствие подписки эксперта), однако ни суд первой инстанции, ни суд апелляционной инстанции не исследовали материалы дела в части, касающейся нарушения заказчиком норм Закона № 44-ФЗ по организации экспертизы. Податель жалобы считает, что суд не проверил ни один документ, в отношении которого было заявлено о фальсификации, и настаивает на том, что действия суда противоречили требованиям АПК РФ о проверке заявления о фальсификации доказательств. Податель жалобы также считает, что суд первой инстанции самовольно изменил предмет иска, отказав в рассмотрении ключевого искового требования: «о признании документа, который ответчик именует «экспертным заключением» ФИО4 от 23.03.2023, недопустимым доказательством». Общество считает, что в действительности суд первой инстанции не отказывал в удовлетворении названного искового требования, а отказался рассматривать исковое требование, чем нарушил нормы процессуального права. Общество также указывает, что в суде апелляционной инстанции повторно заявило о фальсификации доказательств и ходатайствовало о назначении повторной судебной экспертизы, однако суд апелляционной инстанции указал, что документы, о фальсификации которых заявил истец, не являются сфальсифицированными в смысле статьи 161 АПК РФ, а ходатайство о назначении повторной судебной экспертизы проигнорировал, не приведя объективных оснований для отказа. Общество обращает внимание кассационного суда, что заявления о фальсификации документов, ходатайства о назначении судебных почерковедческой и технико-криминалистической экспертиз документов, представленных в суд в качестве доказательств, находятся в письменном виде в материалах дела, доказательства фальсификации представлены в материалах дела в виде экспертных заключений по результатам судебно-технических и почерковедческих экспертиз; факты именно фальсификации в смысле статей 161 АПК РФ и 303 УК РФ выражаются в подделке ответчиком посредством компьютерной обработки специально для представления в суд контракта с ИП ФИО5 (этого контракта в действительности не существует), экспертного заключения ФИО5 (в котором подпись от имени ФИО5 исполнена посредством компьютерной обработки), подделки нескольких документов, подписанных якобы от имени проректора ФИО6 (но не им на самом деле). Общество указывает, что если суд исключил из числа доказательств сфальсифицированные документы, то это, исходя из смысла статьи 161 АПК РФ, является признанием факта фальсификации, и означает, что у ответчика теперь нет доказательств правомерности и законности экспертного заключения, поскольку это экспертное заключение исключено из числа доказательств ввиду признания его судом ненадлежащим доказательством. Общество настаивает на том, что признание судом экспертного заключения ФИО5 ненадлежащим доказательством и отсутствие экспертного заключения, в результате исключения его из числа доказательств, ведет к удовлетворению искового требования о незаконности расторжения контракта, поскольку это расторжение обосновывалось исключительно этим экспертным заключением, а поскольку суд его исключил как ненадлежащее/незаконное доказательство, то и ссылки на него и все что на нем основывалось утратило законность и стало незаконным, и необоснованным. Податель жалобы указывает, что суд апелляционной инстанции, вопреки описанным истцом в апелляционной жалобе многочисленным нарушениям, допущенным судом первой инстанции, не признал даже незначительное процессуальное нарушение – нарушение срока изготовления решения. Податель жалобы указывает, что резолютивная часть решения оглашена 13.09.2024, а решение в полном объеме опубликовано 28.09.2024, что, по мнению подателя жалобы, является процессуальным нарушением. Податель жалобы настаивает на том, что поскольку экспертное заключение ИП ФИО7, исключено судом (с согласия ответчика) из числа доказательств, то действия ответчика по одностороннему расторжению контракта, основанные на этом экспертном заключении ИП ФИО5, должны быть признаны незаконными, поскольку иных оснований они не имеют. Ссылаясь на изложенное, общество просит суд кассационной инстанции отменить обжалуемые судебные акты. Более подробно доводы общества изложеныв кассационной жалобе.
В отзыве на кассационную жалобу учреждение указывает на несостоятельность ее доводов, законность и обоснованность принятых по делу судебных актов, а также на то, что помимо первой экспертизы, произведенной ФИО4, учреждение собственными силами провело экспертизу поставленного товара, в ходе которой выявлены нарушения условий контракта.
Податель жалобы представил возражения на отзыв.
В судебном заседании кассационного суда представители истца поддержал доводы, изложенные в кассационной жалобе; представитель ответчика возражал против ее удовлетворения; стороны спора ответили на вопросы суда.
Изучив материалы дела, доводы кассационной жалобы, отзыва на нее, возражений на отзыв, выслушав представителей сторон, проверив законность обжалуемых судебных актов, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что жалоба не подлежит удовлетворению.
Суды установили и материалам дела соответствует, что учреждение (заказчик) и общество (поставщик) заключили контракт от 03.02.2023 № 03581000144220001580001/67-ЮУ, по условиям которого поставщик обязался поставить оборудование, относящееся к подклассу 26.2 «Компьютеры и периферийное оборудование» по ОК 034-2014 (КПЕС 2008), а именно сервер (далее – товар), а заказчик обязался принять и оплатить товар в порядке и на условиях, предусмотренных контрактом (пункт 1.1 контракта).
Наименование, количество и иные характеристики поставляемого товара указаны в спецификации (приложение № 1), являющейся неотъемлемой частью контракта (пункт 1.2 контракта).
Согласно спецификации подлежал поставке товар – сервер Dynamic Server (товарный знак отсутствует, наименование страны происхождения товара Россия, производитель ООО «Оргтехника-98»), позиция КТРУ № 26.20.14.000-00000189, номер реестровой записи реестра российской промышленной продукции: 2008\1\2021, номер реестровой записи единого реестра российской радиоэлектронной продукции: РЭ-3527/21.
Характеристики поставляемого товара указаны в спецификации к контракту (материалы электронного дела «Картотека арбитражных дел», документы от 06.06.2023).
Цена контракта составляет 1 113 881 рубль 14 копеек (пункт 2.1 контракта).
В соответствии с пунктом 3.1 контракта поставщик обязался самостоятельно доставить и смонтировать товар заказчику по адресу: Ростовская область, <...> кадастровый номер 61:55:0011312:63, аудитория № 101 УБК, в рабочие дни с 9:00 до 13:00 и с 14:00 до 16:00, в течение 35 календарных дней с момента подписания настоящего контракта представителями сторон.
Пунктами 4.1.1 – 4.1.5 контракта на поставщика возложены следующие обязанности:
– поставить товар в порядке, количестве, в срок и на условиях, предусмотренных контрактом и спецификацией (пункт 4.1.1);
– обеспечить соответствие поставляемого товара требованиям качества, безопасности жизни и здоровья, а также иным требованиям безопасности (санитарным нормам и правилам, государственным стандартам), сертификации, лицензирования, установленным законодательством Российской Федерации и контрактом (пункт 4.1.2);
– обеспечить за свой счет устранение выявленных недостатков товара или осуществить его соответствующую замену в порядке и на условиях, предусмотренных контрактом (пункт 4.1.3);
– осуществить монтаж и наладку товара в соответствии со спецификацией (пункт 4.1.4)
– провести обучение лиц, осуществляющих использование и обслуживание товара в соответствии со спецификацией (пункт 4.1.5).
Согласно пункту 3.3 контракта приемка товара осуществляется путем передачи поставщиком товара и документов об оценке соответствия, предусмотренных правом Евразийского экономического союза и законодательством Российской Федерации, обязательных для данного вида товара, а также иных документов, подтверждающих качество товара.
В соответствии с пунктом 3.4 контракта поставщик в течение 1 рабочего дняпосле проведения монтажа, пусконаладочных работ и инструктажа – формирует с использованием единой информационной системы (далее – ЕИС), подписывает усиленной электронной подписью лица, имеющего право действовать от имени поставщика, и размещает в ЕИС документ о приемке, который должен содержать информацию, предусмотренную п. 1 ч. 13 ст. 94 ФЗ от 05.04.2013 № 44-ФЗ.
Заказчик в течение 20 рабочих дней, следующих после поступления документа о приемке, указанного в пункте 3.4 контракта, в соответствии с п. 4 ч. 13 ст. 94 Федерального закона № 44-ФЗ и предоставления поставщиком обеспечения гарантийных обязательств, заказчик, с особенностями, установленными Федеральным законом № 44-ФЗ, проводит экспертизу результатов исполнения контракта в части их соответствия условиям контракта, рассматривает результаты и осуществляетприемку товара по контракту на предмет соответствия их объема, качества требованиям, изложенным в контракте, и осуществляет одно из следующих действий:
– подписывает усиленной электронной подписью лица, имеющего право действовать от имени Заказчика, и размещает в ЕИС документ о приемке;
– формирует с использованием ЕИС, подписывает усиленной электронной подписью лица, имеющего право действовать от имени Заказчика, и размещает в ЕИС мотивированный отказ от подписания документа о приемке с указанием причин такого отказа (пункт 3.7 контракта).
Согласно пункту 3.9 контракта в случае получения мотивированного отказа от подписания документа о приемке поставщик вправе устранить причины, указанные в таком мотивированном отказе, и направить заказчику документ о приемке в порядке, предусмотренном пунктами 3.4, 3.5 контракта.
Пунктами 4.3.1 – 4.3.5 контракта на заказчика возложены следующие обязанности:
– обеспечить своевременную приемку и оплату поставленного товара надлежащего качества в порядке и сроки, предусмотренные контрактом (пункт 4.3.1);
– принять решение об одностороннем отказе от исполнения контракта в случае, если в ходе исполнения контракта установлено, что поставщик и (или) поставляемый товар не соответствуют установленным извещением об осуществлении закупки и (или) документацией о закупке требованиям к участникам закупки и (или) поставляемому товару или представил недостоверную информацию о своем соответствии и (или) соответствии поставляемого товара таким требованиям, что позволило ему стать победителем определения поставщика (пункт 4.3.2);
– в случае принятия решения об одностороннем отказе от исполнения контракта, заказчик с использованием единой информационной системы формирует решениеоб одностороннем отказе от исполнения контракта, подписывает его усиленной электронной подписью лица, имеющего право действовать от имени заказчика, и размещает такое решение в единой информационной системе (пункт 4.3.3);
– требовать уплаты неустоек (штрафов, пеней) в соответствии с разделом VI контракта (пункт 4.3.4);
– провести экспертизу поставленного товара для проверки его соответствия условиям контракта в соответствии с Федеральным законом от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (пункт 4.3.5).
На основании пункта 4.4.1 контракта заказчик вправе требовать от поставщика надлежащего исполнения обязательств по контракту.
Пунктом 4.4.6 контракта предусмотрено право заказчика отказаться от приемки и оплаты товара, не соответствующего условиям контракта.
В соответствии с пунктом 4.4.7 контракта заказчик принять решениеоб одностороннем отказе от исполнения Контракта в соответствии с гражданским законодательством
До принятия решения об одностороннем отказе от исполнения контрактазаказчик вправе провести экспертизу поставленного товара с привлечением экспертов, экспертных организаций (пункт 4.4.8 контракта).
Суд установили, что во исполнение условий контракта 28.02.2023 поставщик поставил заказчику товар – Сервер Dynamic Server и выполнил часть договорных обязательств: монтаж, подключение и настройку поставленного оборудования; настройку и подключение поставленного сервера к системе частного облака заказчика с дублированием подключений в целях отказоустойчивости; установку и настройку операционной системы Astra Linux, настройку системы виртуализации на базе Astra Linux; предоставил комплект рабочих документов «Программа и методика испытаний»и «Паспорт оборудования».
Заказчик направил поставщику требование (претензию) от 23.03.2023 № 38-18/92,в котором указал, что поставка и выполнение пуско-наладочных работ должны были быть выполнены в течение 35 календарных дней, то есть до 10.03.2023 (включительно), однако на момент составления данного письма обществом не выполнены пуско-наладочные работы, не проведен инструктаж; при этом обществом в системе ЕИС размещены документы о приемке работ; учреждением заявлено о необходимости в кратчайшие сроки выполнить работы в полном объеме в соответствии со спецификацией; указано о начислении неустойки за просрочку исполнения обязательств.
28 марта 2023 года обществом проведен инструктаж сотрудников учреждения.
28 марта 2023 года учреждением в целях принятия поставленного товара и проверки пуско-наладочных работ проведена внесудебная экспертиза от 28.03.2023, подготовленная экспертом ФИО4,
31 марта 2023 года заказчик направил поставщику мотивированный отказ от приемки товара № 38-18/108, в котором перечислил следующие нарушения:
– заявленные обществом характеристики поставляемого товара с номером реестровой записи реестра российской промышленной продукции 2008\1\2021 не соответствуют сведениям о технических характеристиках товара с указанным реестровым номером, в отношении которого Минпромторгом РФ подтверждено производство данной промышленной продукции на территории Российской Федерации, размещенным в государственной информационной системе промышленности (далее – ГИСП) https://gisp.,gov.ru/goods/#/product/2075097. Так, в ГИСП указана характеристика «Форм-Фактор 1-2U», что не соответствует характеристике фактически поставленного сервера, имеющего высоту 4U. Указанное несоответствие не позволяет сделать однозначный вывод о соответствии представленного обществом сервера реестровой записи 2008\1\2021 и изготовлении его на территории РФ с выполнением всех требований законодательства РФ;
– количество слотов для установки плат расширения PCIe x16 составляет 3 шт., что не соответствует предусмотренному контрактом количеству – 5 шт.;
– скорость сетевых портов (тип 1) в поставленном товаре – 1 Гбит/с, что не соответствует требованиям контракта – 10 Гбит/с;
– в установленном адаптере НВА отсутствует функционал FCoE в настройках BIOS сервера;
– в функциональности контроллера дистанционного мониторинга и управления отсутствует функционал видеозаписи с экрана действий администратора;
– поставщиком не выполнен ввод товара в опытную и промышленную эксплуатацию;
– поставщиком не проведены приемо-сдаточные испытания товара;
– в предоставленном поставщиком комплекте рабочих документов по контракту «Программа и методика испытаний» отсутствуют методики проверки функциональных и количественных характеристик товара и оценки качества выполненных работ по включению поставленного оборудования в систему частного облака заказчика по локальной вычислительной сети заказчика.
В ответ на письма заказчика от 23.03.2023 № 38-18/92 и от 31.03.2023 № 38-18/108 поставщик направил письмо от 04.04.2023 № 3890, в котором указал на необоснованность предъявленных заказчиком претензий:
– сервер Dynamic Server, отгруженный по контракту, соответствует информации о товаре, размещенной в реестре; в реестре российской промышленной отсутствует информация о технических характеристиках товаров; Приведенная заказчиком ссылка (https://gisp.gov.ru/goods/#/product/2075097) не является информацией размещенной в Реестре российской промышленной продукции или Едином Реестре российской радиоэлектронной продукции.
– в спецификации к контракту имеется требование к количеству слотов для установки плат расширения PCIe x16 – 5 штук; специалисты заказчика должны были произвести установку плат расширения форм-фактора PCIe x16 в имеющиеся свободные разъемы PCIe х; при необходимости специалисты общества на установят платы расширения форм-фактора PCIe x16;
– относительно адаптера НВА с протоколом FCoE отмечено, что сетевой адаптер Broadcom BCM957810A1006G 10GB PCIe x8 Dual SFP+ Port NETWORK ADAPTER имеет возможность для работы с этим протоколом;
– для осуществления опции записи с экрана действий администратора направлена инструкция от производителя серверных платформ;
– в части претензий к проведению приемо-сдаточных испытаний заказчику необходимо ознакомиться с государственными нормативными актами о проведении подобного рода мероприятий и спецификацией к контракту.
Комиссионным актом о проведении экспертизы от 05.04.2023 № 1 установлено, что выявленные во внесудебном заключении недостатки поставщиком не устранены.
Учреждение повторно отказалось от приемки товара (отказ от 05.04.2023 № 38-18/114), указав тот же перечень недостатков, что и в письме от 31.03.2023 № 38-18/108.
Общество направило учреждению письмо от 06.04.2023 № 3891, в котором проинформировало о необходимости обеспечить инженеру доступ к поставленному сервису с целью замены сетевой платы.
Замена сетевой платы в сервисе произведена 07.04.2023, а 10.04.2023 поставщиком в ЕИС сформированы приемо-сдаточные документы.
Письмом от 17.04.2023 № 3892 поставщик требовал провести совместно приемо-сдаточные испытания, подписать акты ввода оборудование в эксплуатацию.
В ответном письме от 25.04.2023 № 38-18/137 учреждение указало, что переданная обществом «Программа и методика испытаний» не соответствовала требованиям контракта и не утверждена заказчиком; совместные испытания возможны только после выполнения поставщиком всех работ.
Комиссионным актом о проведении экспертизы от 26.04.2023 № 2 установлено, что выявленные во внесудебном заключении недостатки поставщиком не устранены.
Учреждение снова направило мотивированный отказ от приемки товара от 28.04.2023 № 38-18/141, с указанием такого же перечня недостатков, что был указан ранее.
В свою очередь, поставщик направил пояснения от 19.05.2023 № 3899 в части выявленных недостатков, в которых дополнительно указал, что в поставленном сервере имеется 5 слотов для установки плат расширения PCIe x16, фотографии материнской платы, подтверждающие возможность установки 5 плат расширения PCIe x16; установленный адаптер поддерживает работу FCoE, в контракте отсутствуют требования о наличии возможности настройки FCoE параметров из BIOS сервера, настройки FCoE адаптера производятся из его драйвера; проведение приемо-сдаточных испытаний не является обязанностью одного поставщика, а является совместной обязанностью заказчика и поставщика, со стороны поставщика все необходимые действия для проведения приемо-сдаточных испытаний выполнены; предоставленная поставщиком «Программа и методика испытаний» соответствует действующему законодательству РФ.
Учреждение приняло решение от 05.06.2023 № 38-18/199 об одностороннем отказе от исполнения контракта, который обусловлен поставкой товара, не соответствующего требованиям, указанным в спецификации к контракту.
Общество, полагая, что решение заказчика об одностороннем отказеот исполнения контракта, является незаконными, обратилось в арбитражный суд с иском о признании документа, который ответчик именует «экспертным заключением» ФИО4 от 23.03.2023 недопустимым доказательством; о признании незаконным расторжения ответчиком контракта от 03.02.2023 № 03581000144220001580001/67-ЮУ в одностороннем порядке; о возложении на учреждение обязанности провести приемку товара по контракту от 03.02.2023 № 0358100014422000158001/67-ЮУ (уточненные требования в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).
Общество также заявило о фальсификации доказательств: договора учреждения с ФИО5, декларации и экспертного заключения ИП ФИО5.
На предложение суда в рамках рассмотрения заявления истца о фальсификации доказательств об исключении из числа доказательств документов, в отношении которых истцом заявлено о фальсификации, а именно заключения специалиста ФИО4 и его декларации, руководитель ответчика заявил о согласии. Таким образом, суд исключил из числа доказательств по делу заключение специалиста ФИО4 и его декларацию.
Спорные правоотношения регулируются нормами главы 30, 37 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс), положениями Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее – Закон № 44-ФЗ), а также общими нормами об исполнении обязательств.
Согласно статье 526 Гражданского кодекса по государственному или муниципальному контракту на поставку товаров для государственных или муниципальных нужд поставщик обязуется передать товары государственному или муниципальному заказчику либо по его указанию иному лицу, а государственный или муниципальный заказчик обязуется обеспечить оплату поставленных товаров.
В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 525 Гражданского кодекса поставка товаров для государственных или муниципальных нужд осуществляется на основе государственного или муниципального контракта на поставку товаров для государственных или муниципальных нужд, а также заключаемых в соответствии с ним договоров поставки товаров для государственных или муниципальных нужд. К отношениям по поставке товаров для государственных или муниципальных нужд применяются правила о договоре поставки (статьи 506 – 522), если иное не предусмотрено правилами названного кодекса.
Согласно статье 506 Гражданского кодекса по договору поставки поставщик-продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием.
В соответствии с пунктом 1 статьи 702 Гражданского кодекса по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.
В силу пункта 5 статьи 454 Гражданского кодекса к отдельным видам договора купли-продажи (розничная купля-продажа, поставка товаров, поставка товаров для государственных нужд, контрактация, энергоснабжение, продажа недвижимости, продажа предприятия) положения, предусмотренные параграфом 1 главы 30 Гражданского кодекса, применяются, если иное не предусмотрено правилами названного Кодексаоб этих видах договоров.
Согласно пунктам 1, 2 статьи 469 Гражданского кодекса продавец обязан передать покупателю товар, качество которого соответствует договору купли-продажи (пункт 1). При отсутствии в договоре купли-продажи условий о качестве товара продавец обязан передать покупателю товар, пригодный для целей, для которых товар такого рода обычно используется. Если продавец при заключении договора был поставлен покупателем в известность о конкретных целях приобретения товара, продавец обязан передать покупателю товар, пригодный для использования в соответствии с этими целями (пункт 2).
В соответствии с пунктом 1 статьи 523 Гражданского кодекса односторонний отказ от исполнения договора поставки (полностью или частично) или одностороннее его изменение допускаются в случае существенного нарушения договора одной из сторон (абзац 4 пункта 2 статьи 450), то есть существенным признается нарушение договора одной из сторон, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора.
Нарушение договора поставки поставщиком предполагается существенным в случаях: поставки товаров ненадлежащего качества с недостатками, которые не могут быть устранены в приемлемый для покупателя срок; неоднократного нарушения сроков поставки товаров (пункт 2 статьи 523 Гражданского кодекса).
Частью 14 статьи 34 Закона № 44-ФЗ предусмотрено, что в контракт может быть включено условие о возможности одностороннего отказа от исполнения контракта в соответствии с положениями частей 8 – 11, 13 – 19, 21 – 23 и 25 статьи 95 названного Закона.
В силу части 8 и 9 статьи 95 Закона № 44-ФЗ расторжение контракта допускается по соглашению сторон, по решению суда, в случае одностороннего отказа стороны контракта от исполнения контракта в соответствии с гражданским законодательством. Заказчик вправе принять решение об одностороннем отказе от исполнения контракта по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом для одностороннего отказа от исполнения отдельных видов обязательств, при условии, если это было предусмотрено контрактом.
В рассматриваемом случае пунктами 4.4.6 и 4.4.7 контракта предусмотрено право заказчика отказаться от приемки и оплаты товара, не соответствующего условиям контракта; принять решение об одностороннем отказе от исполнения контрактав соответствии с гражданским законодательством Российской Федерации.
Поскольку между сторонами возник спор относительно качества поставленного товара, в целях разрешения вопроса о соответствии поставленного товара требованиям, установленным контрактом, суд первой инстанции определением от 11.12.2023 (с учетом определения об исправлении опечатки от 28.12.2023) назначил судебную экспертизу, производство которой поручил эксперту ООО «Альфа-Медиатор» – ФИО8
На разрешение эксперта поставлен следующий вопрос – соответствует ли поставленный ООО «Сигма» по контракту № 0358100014422000158001/67-ЮУ от 03.02.2023 товар его условиям и нормативным требованиям?
Определением от 21.03.2024 суд включил в состав экспертной группы эксперта ФИО9 (т. 3, л. д. 39).
По результатам проведения судебной экспертизы в материалы дела представлено заключение эксперта от 26.04.2024 № 42, в котором эксперт пришел к выводу, что сервер, поставленный ООО «Сигма» по контракту от 03.02.2023 № 0358100014422000158001/67-ЮУ, частично соответствует контракту, а именно, он не имеет функционала, описанного в пункте 4.61 «Функциональность контроллера дистанционного мониторинга и управления», в части «Видеозапись с экрана действий администратора». Согласно пояснениям производителя платы активация этой опции возможна двумя способами и без замены компонентов сервера. Для этого нужно воспользоваться инструкцией по организации записи действий администратора или перепрошить контроллер последней версией ВМС. По остальным пунктам, поставленный сервер по контракту от 03.02.2023 № 0358100014422000158001/67-ЮУ соответствует условиям контракта.
В силу части 3 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта является одним из доказательств по делу,не имеет заранее установленной силы, не носит обязательного характера и подлежит исследованию и оценке судом наравне с другими представленными доказательствами.
В соответствии с абзацами вторым и третьим части 3 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации по ходатайству лица, участвующегов деле, или по инициативе арбитражного суда эксперт может быть вызван в судебное заседание. Эксперт после оглашения его заключения вправе дать по нему необходимые пояснения, а также обязан ответить на дополнительные вопросы лиц, участвующих в деле, и суда.
В дополнительных пояснениях эксперт указал, что проверка возможности реализации инструкции выходило за пределы проведенной экспертизы; кроме того, привело бы к изменению свойств объекта исследования, что не допускается методическими рекомендациями по производству судебных компьютерно-технических экспертиз и законодательством Российской Федерации, такое разрешение на момент производства экспертизы, у эксперта отсутствовало.
Вопрос о возможности осуществить «Запись с экрана действий администратора» без установки на товар стороннего устройства, перед экспертом не ставился, а потому не решался. Также, экспертом указано, что согласно «Инструкции по настройке сервера видеозаписи действий администратора» функционал видеозаписи невозможенбез использования стороннего устройства (видеосервера), не входящего в комплект поставки, выполнение чего невозможно, поскольку повлечет нарушение комплектации товара и, соответственно, условий заключенного контракта. При этом спецификацией предусмотрено автоматическое уведомление о событиях по электронной почте, обеспечение перенаправления графической консоли по сети поддержка веб-интерфейса, подключение виртуальных медиаустройств через консоль удаленного управления, в том числе образов дисков (файлов ISO), видеозапись с экрана действий администратора, которые предполагают наличия у сервера функционала по возможности видеозаписи с экрана действия администратора, про наличие у поставляемого оборудования функционала по хранению видеозаписей в контракте не указано. Цифровой видеосигнал с экрана сервера о действиях администратора подается на выходное устройство (т.е., функционал видеозаписи с экрана действий администратора, предусмотренный контрактом, реализован). Где этот сигнал будет сохранять владелец сервера(на видеосервере или где-то еще – это вотчина владельца сервера и зависит от реализации им технических решений по хранению видеозаписей). Комплектация поставленного товара хранилищем видеозаписей контрактом не предусмотрена.
В приведенной экспертом сравнительной таблице № 1 пунктом 4.53 зафиксировано соответствие требуемого контрактом адаптера НВА FCoE и установленного поставщиком контроллера BCM57810s. Также эксперт в подтверждение вида контроллера делает ссылку на приложение, а именно спецификацию контроллера BCM57810s. В то время как фактически на сервере установлен контроллер ВСМ57810, не поддерживающий протокол FCoE, что подтверждается снимком сетевой карты.
На вопрос по каким признакам и/или каким методом определен тип установленного на сервере контроллера и определено его соответствие требованиям контракта (визуальным осмотром или анализом инструкции, предоставленной истцом), эксперт указал, что ответчиком представлена не фотография сетевой карты, а скриншот из программы первичной настройки оборудования (SMOS BIOS – это программа настройки BIOS (CMOS Setup Utility), которая используется для настройки системного времени и даты, выбора загрузочного устройства и управления различными компонентами компьютера, такими как процессор, оперативная память, чипсет и другие важные компоненты.).
Экспертом указано, что даже если посмотреть на наклейку сетевой карты BCM57810s, то можно увидеть, что вторая часть наименования модели карты, приведена через тире. В данном случае, программой настройки SMOS BIOS отображается «урезанная часть» наименования оборудования, что не противоречит тому, что в поставленном оборудовании установлена сетевая карта BCM57810s. Эксперт основывал свои выводы на результатах проведенного осмотра и анализа технической документации производителя оборудования. На вопрос, каким методом определено количество слотов с расширением форм-фактора PCIe x16, эксперт указал, что основывал свои выводы на результатах проведенного осмотра и анализа технической документации производителя оборудования.
Согласно части 1 статьи 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в случаях недостаточной ясности или неполноты заключения эксперта суд может назначить дополнительную экспертизу, поручив ее проведение тому же или другому эксперту.
При этом вопрос о необходимости проведения экспертизы согласно статьям 82 и 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относится к компетенции суда, разрешающего дело по существу, удовлетворение ходатайствао проведении дополнительной или повторной экспертизы является правом, а не обязанностью суда, которое он может реализовать в случае, если с учетом всех обстоятельств дела придет к выводу о необходимости осуществления такого процессуального действия для правильного разрешения спора.
Суд первой инстанции, исследовав и оценив заключение судебной экспертизы с учетом письменных пояснений эксперта, признал его надлежащим доказательством по делу, соответствующим требованиям статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.
Рассмотрев ходатайство общества о назначении дополнительной судбеной экспертизы, суд первой инстанции, руководствуясь положениями статьи 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, оснований для его удовлетворения не установил.
Суд указал, что в ходатайстве о проведении дополнительной экспертизы заявитель не обосновал надлежащим образом порочность экспертизы, проведенной в рамках настоящего дела, равно как и не представил доказательств, позволяющих сомневаться в обоснованности заключения экспертизы, проведенной в рамках настоящего дела.
Суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии предусмотренных законом оснований для признания заключения неполным, недостоверным и не соответствующим требованиям законодательства. Сторонами в материалы дела не представлены какие-либо бесспорные доказательства, свидетельствующие о неполноте и недостоверности заключения эксперта, и которые исключают использование заключения в качестве допустимого доказательства по делу.
Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимной связи, суд пришел к выводу, что поставленный обществом товар не соответствует условиям контракта, в связи с чем, признал принятое заказчиком решение об одностороннем отказе от исполнения контракта обоснованным и принятым правомерно в соответствии с положениями Закона № 44-ФЗ и условиями контракта. Суд указал, что правомерность отказа заказчика от исполнения контракта установлена судом вне зависимости от недостатков проведения досудебной экспертизы. С учетом изложенного, суд отказал в удовлетворении заявленных обществом требований, указав на отсутствие оснований для возложения на заказчика обязанности допустить общество для устранения недостатков товара.
Суд апелляционной инстанции, повторно исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам стати 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с выводами суда первой инстанции согласился, указав следующее.
Общество, подав заявку на участие в аукционе в электронной форме, согласилосьи приняло все условия аукциона в электронной форме, в том числе содержащиеся в проекте контракта и спецификации, соответственно, не может самовольно изменять технические характеристики товара.
Как следует из материалов дела, предметом контракта являлась поставка сервера Dynamic Server, требования к которому указаны в спецификации к контракту.
Проанализировав переписку сторон, апелляционный суд установил, что заказчик неоднократно указывал поставщику, что поставленный товар не соответствует условиям спецификации.
Апелляционный суд указал, что из анализа писем от 04.04.2023 № 3890и от 19.05.2023 № 3899 усматривается, что в нарушение условий контракта, общество возложило на учреждение свои обязанности по монтажу, подключению и настройке поставляемого оборудования, указав, что специалисты заказчика должны были сами произвести установку плат расширения форм-фактора PCIe x16 в имеющиеся свободные разъемы PCIe x, а в случае необходимости такую установку могут осуществить специалисты общества; настройки FCoE адаптера заказчик может отрегулировать из его драйвера; для осуществления опции записи с экрана действий администратора заказчику направлена инструкция.
Апелляционный суд пришел к выводу, что, несмотря на имеющиесяв оборудовании недостатки, поставщик их не устранял, при этом отметил, что работники общества неоднократно присутствовали на территории заказчика, в том числе при производстве монтажных работ (28.02.2023), проведении инструктажа (28.03.2023), частичного устранения недостатков (07.04.2023 замена сетевой платы в сервисе), следовательно, у общества имелся доступ к оборудованию и возможность устранить выявленные недостатки. Однако недостатки в оборудовании поставщиком не устранены, в связи с чем, поставленный товар заказчиком не принят.
Суд апелляционной инстанции, повторно исследовав и оценив заключение судебной экспертизы с учетом пояснений, также признал его надлежащим доказательством по делу, указав, что ходатайство общества о назначении дополнительной экспертизы обоснованно отклонено судом первой инстанции ввиду отсутствия предусмотренных статьей 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации оснований для его удовлетворения.
Рассмотрев заявленное в суде апелляционной инстанции ходатайство общества о назначении по делу дополнительной судебной экспертизы, суд апелляционной инстанции отказал в его удовлетворении в виду отсутствия предусмотренных процессуальном законом оснований для проведения дополнительной судебной экспертизы. Апелляционный суд указал, что возражения относительно полученных результатов экспертного исследования сами по себе такими основаниями не являются. Обратное приведет к тому, что механизм назначения дополнительной и повторной экспертизы, предусмотренный Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, будет использован в целях проведения неограниченного количества экспертных исследований до тех пор, пока их результат не удовлетворит ожидания конкретной стороны спора.
Апелляционный суд также отказал в удовлетворении заявления обществао фальсификации доказательств, а именно: внесудебного заключения от 23.03.2023, подготовленного экспертом ФИО4, контракта от 17.03.2023 №188-ЮУ, заключенного между ИП ФИО4 и учреждением, мотивированных отказов от приемки товара от 31.03.2023 № 38-18/108, от 05.04.2023 № 38-18/114, от 28.04.2023 № 38-18-141, писем от 25.04.2023 № 38-18/137, от 17.05.2023 № 38-18/156, от 19.06.2023 № 38-18/222, указав, что внесудебное заключение эксперта и его декларация уже исключены из материалов дела, а исключение писем и мотивированных отказов фактически не связано с фальсификацией доказательств применительно к статье 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Суд указал, что, по сути, возражения истца относительно этих документов основаны на их недостоверности, но не о фальсификации в смысле статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.
Апелляционный суд указал, что суд первой инстанции, с учетом заключения судебной экспертизы, пришел к выводу о доказанности факта поставки товара с недостатками (сервер не имеет функционала, описанного в пункте 4.61 «Функциональность контроллера дистанционного мониторинга и управления», в части «Видеозапись с экрана действий администратора»).
Относительно указанного экспертом недостатка общество пояснило, что данный недостаток является устранимым, поскольку функция «запись с экрана действий администратора» в установленном программном обеспечении отсутствует, однако могла быть установлена при перепрошивке оборудования.
Апелляционный суд отметил, что с момента первого отказа заказчика от приемки поставленного товара (28.03.2023) и до принятия заказчиком решения об одностороннем отказе от исполнения контракта (05.06.2023) прошло более двух месяцев, однако общество не предприняло действий по устранению указанного недостатка. Из материалов дела следует, что работники истца неоднократно присутствовали на территории заказчика, в том числе при производстве монтажных работ (28.02.2023), проведении инструктажа (28.03.2023), частичного устранения недостатков (07.04.2023 произведена замена сетевой платы в сервисе); настройка оборудования была доступна обществу также в режиме удаленного доступа.
Учитывая изложенное, апелляционный суд пришел к выводу, что у поставщикабыла реальная возможность устранить указанный недостаток, которой он до расторжения контракта не воспользовался.
При таких обстоятельствах, апелляционной суд не установил оснований для удовлетворения ходатайства общества о предоставлении ему доступа к оборудованию для его настройки, поскольку данная обязанность по подключению и настройке оборудования должна была быть исполнена в течение 35 календарных дней с момента подписания контракта представителями сторон (пункт 3.1 контракта), а не в период рассмотрения настоящего дела.
Совокупность представленных в дело доказательств позволила апелляционному суду прийти к выводу, что функциональность контроллера дистанционногомониторинга и управления не соответствует условиям контракта (спецификации): сервер не имеет функционала, описанного в пункте 4.61 «Функциональность контроллера дистанционного мониторинга и управления», в части «Видеозапись с экрана действий администратора»). При этом направленная заказчику инструкция ссылается на другое аппаратное решение другого производителя радиоэлектронной продукции и требует установки программного обеспечения на сторонних вычислительных мощностях, которые не предусмотрены заключенным контрактом. Указанная функциональность должна быть обеспечена самим устройством, без необходимости модернизации инфраструктуры заказчика.
Апелляционный суд отметил, что с момента первого отказа от приемки поставленного товара (28.03.2023) и до принятия заказчиком решения об одностороннем отказе от исполнения контракта (05.06.2023) прошло более двух месяцев, и у общества имелось достаточно времени для выполнения пуско-наладочных работ (монтаж, подключение и настройка поставляемого оборудования), либо для замены товара.
Поскольку пуско-наладочные работы поставщиком не выполнены, недостатки не устранены, замена товара не произведена, апелляционный суд пришел к выводу, что товар, соответствующий условиям контракта, фактически заказчику не поставлен.
Суд отметил, что предложенные обществом варианты устранения выявленных заказчиком технических несоответствий поставленного товара, не свидетельствуют о надлежащем исполнении обществом обязательств по поставке оборудования, соответствующего условиям спецификации к контракту. Выявленные несоответствия технических характеристик поставленного товара являются значительными, эксплуатация данного серверного оборудования без дополнительных вложений со стороны заказчика для обеспечения параметров спецификации не представляется возможной, поставленный товар не является улучшенным.
Приобретение учреждением спорного оборудования обусловлено требованиями к информационной безопасности, высокой скоростью обработки транзакций и простотой администрирования, и предполагало обработку и хранения на нем большого количества персональных данных работников и студентов университета (крупная организация). Соответственно, спецификация формировалась исходя из потребности заказчика в конкретном оборудовании, в связи с чем, в спецификацию включены критерии, которым должно отвечать оборудование.
Общество, в свою очередь, как профессионал на рынке поставщиков специализированного оборудования, исходя из заявленных характеристик товара в спецификации с учетом цели и потребностей заказчика, должен был предвидеть все возможные риски наступления неблагоприятных для него последствий при осуществлении своей предпринимательской деятельности в рамках исполнения контракта и поставки изделия с показателями, отличающимися от установленных контрактом.
Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, заявленные доводы и возражения сторон, установив, что обществом во исполнение контракта поставлено серверное оборудование, не соответствующее условиям спецификации (отсутствие функции «запись с экрана действий администратора», аппаратный адаптер с функционалом FCoE не реализован, не соблюдена маркировка слотов, установленные слоты РСIех8 имеют меньшую производительность), что подтверждено экспертным заключением, и является существенным нарушением условий контракта, апелляционный суд согласился с выводами суда первой инстанции о поставке обществом товара, не соответствующего условиям контракта, в связи с чем, признал принятое заказчиком решение об одностороннем расторжении контракта правомерным и принятым в соответствии с положениями Закона № 44-ФЗ и условиями контракта, а решение суда первой инстанции об отказе в удовлетворении заявленных обществом требований законным и обоснованным.
Доводы общества о том, что отказав в удовлетворении требования о признании внесудебного заключения недопустимым доказательством, судом нарушена причинно-следственная связь между исковыми требованиями, что привело в итоге к незаконному решению, апелляционный суд отклонил, указав, что правомерность отказа заказчика от исполнения контракта установлена судом вне зависимости от заключения досудебной экспертизы. В рамках настоящего дела проведена судебная экспертиза, которая подтвердила факт поставки товара не соответствующего условиям спецификации; исследована переписка сторон, из которой установлен факт доведения до поставщика о выявленных недостатках, а также дана оценка поведению поставщика (отсутствие действий по пуско-наладке поставленного оборудования в течение двух месяцев с момента первого отказа от приемки товара (28.03.2023) до принятия заказчиком решения об одностороннем отказе от исполнения контракта (05.06.2023)).
Суд кассационной инстанции, изучив доводы кассационной жалобы, отзыва на нее, возражений на отзыв, выслушав позицию представителей подателя жалобы, представителя учреждения, а также пояснения сторон спора на заданные кассационным судом вопросы, изучив материалы дела, и проверив законность обжалуемых судебных актов, правовых оснований для их отмены не установил.
Как установлено судами и материалами дела подтверждается, по условиям контракта на общество возложена обязанность поставить товар (сервер Dynamic Server), характеристики которого указаны в спецификации (приложение № 1), являющейся неотъемлемой частью контракта (пункт 1.2 контракта).
Помимо поставки товара, соответствующего условиям контракта и спецификации, на общество условиями контракта также возложена обязанность осуществить монтаж и наладку товара в соответствии со спецификацией (пункт 4.1.4 контракта); обеспечить за свой счет устранение выявленных недостатков товара или осуществить его соответствующую замену в порядке и на условиях, предусмотренных контрактом (пункт 4.1.3 контракта).
В спецификации к контракту указано, что сервер должен обладать следующей характеристикой: «Функциональность контроллера дистанционного мониторинга и управления», значение характеристики: «Видеозапись с экрана действий администратора».
Судами установлено, материалами дела подтверждается и поставщикомне оспаривается, что заказчик в мотивированных отказах от приемки товара неоднократно указывал обществу, что в функциональности контроллера дистанционного мониторинга и управления отсутствует функционал видеозаписи с экрана действий администратора (пункт 5 мотивированных отказов от 31.03.2023 № 38-18/108, от 05.04.2023 № 38-18/114, от 28.04.2023 № 38-18/141).
Поставщик об указанной проблеме был осведомлен заказчиком, что им не оспаривается, и подтверждается ответным письмом поставщика от 04.04.2023 № 3890, в котором в качестве решения проблемы заказчик направил инструкцию от производителя серверных платформ (т. 5, л. д. 79 – 87).
Кроме того, мотивированные отказы заказчика от 31.03.2023 № 38-18/108, от 05.04.2023 № 38-18/114, от 28.04.2023 № 38-18/141 представлены в материалы дела самим поставщиком в приложении к иску.
Суды также установили, что работники общества неоднократно присутствовали на территории заказчика, что не оспаривалось поставщиком, в том числе при частичном устранении недостатков (07.04.2023 замена сетевой платы в сервисе). Следовательно, как верно указано судами, у общества имелся доступ к оборудованию и возможность устранить выявленные заказчиком недостатки, которой он до расторжения контракта не воспользовался.
Заявленное заказчиком несоответствие поставленного оборудования условиям спецификации (в функциональности контроллера дистанционного мониторинга и управления отсутствует функционал видеозаписи с экрана действий администратора), среди прочих недостатков товара, указано заказчиком в решении от 05.06.2023 № 38-18/199 об одностороннем отказе от исполнения контракта.
В соответствии с частью 13 статьи 95 Закона № 44-ФЗ решение заказчикаоб одностороннем отказе от исполнения контракта вступает в силу и контракт считается расторгнутым через десять дней с даты надлежащего уведомления заказчиком поставщика (подрядчика, исполнителя) об одностороннем отказе от исполнения контракта.
Частью 14 статьи 95 Закона № 44-ФЗ установлено, что заказчик обязан отменить не вступившее в силу решение об одностороннем отказе от исполнения контракта, если в течение десятидневного срока с даты надлежащего уведомления поставщика (подрядчика, исполнителя) о принятом решении об одностороннем отказе от исполнения контракта устранено нарушение условий контракта, послужившее основанием для принятия указанного решения, а также заказчику компенсированы затраты на проведение экспертизы в соответствии с частью 10 названной статьи. Данное правило не применяется в случае повторного нарушения поставщиком (подрядчиком, исполнителем) условий контракта, которые в соответствии с гражданским законодательством являются основанием для одностороннего отказа заказчика от исполнения контракта.
В рассматриваемом случае, как верно установлено судами, с момента первого отказа заказчика от приемки поставленного товара (28.03.2023) и до принятия заказчиком решения об одностороннем отказе от исполнения контракта (05.06.2023) поставщик выявленные заказчиком недостатки товара не устранил, поставленный товар не заменил.
Суд кассационной инстанции отмечает, что с даты принятия заказчиком решения об одностороннем отказе от исполнения контракта (05.06.2023), до момента его вступления в законную силу с учетом части 13 статьи 95 Закона № 44-ФЗ, поставщик также не предпринял никаких к мер к устранению возникших недостатков.
Каких-либо доказательств того, что до расторжения контракта заказчик препятствовал поставщику в устранении недостатков, в материалы дела не представлено.
Напротив, как верно установлено судами, материалами дела подтверждено неоднократное нахождение поставщика на территории заказчика и беспрепятственный доступ к оборудованию (в период действия контракта до момента его расторжения).
Причины, по которым поставщик до расторжения контракта не предпринял мер к устранению недостатков в поставленном оборудовании, суду не раскрыты.
По результатам проведения судебной экспертизы, эксперт в заключении от 26.04.2024 № 42 пришел к выводу, что сервер не имеет функционала, описанного в пункте 4.61 «Функциональность контроллера дистанционного мониторинга и управления», в части «Видеозапись с экрана действий администратора». Эксперт указал, что согласно пояснениям производителя платы активация этой опции возможна двумя способами и без замены компонентов сервера. Для этого нужно воспользоваться инструкцией по организации записи действий администратора или перепрошить контроллер последней версией ВМС.
Относительно указанного экспертом недостатка общество поясняло, что данный недостаток является устранимым, поскольку функция «запись с экрана действий администратора» в установленном программном обеспечении отсутствует, однако могла быть установлена при перепрошивке оборудования.
В судебном заседании кассационного суда представители поставщика, не оспаривая факт наличия указанного заказчиком и установленного экспертом в раках проведения судебной экспертизы недостатка (отсутствие у сервера функционала, описанного в пункте 4.61 «Функциональность контроллера дистанционного мониторинга и управления», в части «Видеозапись с экрана действий администратора»), настаивалина том, что для устранения указанного недостатка необходимо было установить программное обеспечение (29 минута 12 секунда видеозапись судебного заседания кассационного суда).
На вопрос кассационного суда о том, почему не достигнута цель контракта, представители поставщика пояснили, что учреждение не выполнило инструкцию, и не дало возможности выполнить ее обществу, а суд не оказал содействия обществу в допуске на объект заказчика для устранения недостатков (30 минута 12 секунда видеозапись судебного заседания кассационного суда).
Между тем, как неоднократно указывали суды, и как следует из пояснений представителя общества, данных, в том числе, в судебном заседании кассационного суда, поставщик до расторжения заказчиком контракта неоднократно находился на территории заказчика, имел беспрепятственный доступ к оборудованию, устранял иные заявленные заказчиком недостатки (23 минута 42 секунда видеозапись судебного заседания кассационного суда).
Однако причины, по которым поставщик до расторжения контракта не устранил неоднократно заявленный заказчиком недостаток (в функциональности контроллера дистанционного мониторинга и управления отсутствует функционал видеозаписи с экрана действий администратора; пункт 5 мотивированных отказов от 31.03.2023 № 38-18/108, от 05.04.2023 № 38-18/114, от 28.04.2023 № 38-18/141), суду не раскрыты.
При этом обязанность осуществить монтаж и наладку оборудования в соответствии со спецификацией условиями контракта возложена именно на поставщика (пункт 4.1.4 контракта), и не могла быть переложена на заказчика.
Поставщик, которому из содержания спецификации было известно какие функции у поставляемого сервера должны иметься и находиться в работоспособном состоянии, тем не менее, свои обязательства по поставке оборудования, соответствующего требованиям спецификации, а также надлежащему монтажу и наладке – не исполнил, недостатки оборудования до расторжения контракта не устранил, оборудование не заменил, цель контракта не достигнул.
С учетом изложенного в настоящем постановлении, суд кассационной инстанции соглашается с выводами судов, изложенными в обжалуемых судебных актах, и признает принятые по делу судебные акты законными, мотивированными и обоснованными.
Доводы кассационной жалобы общества о процессуальных нарушениях, допущенных судами при рассмотрении его заявлений о фальсификации доказательств, а также ходатайств о назначении по делу дополнительной судебной экспертизы, не нашли своего подтверждения. Указанные доводы основаны на неверном понимании норм процессуального права.
Податель жалобы настаивает на том, что поскольку внесудебное экспертное заключение ИП ФИО7, исключено судом (с согласия ответчика) из числа доказательств, то действия ответчика по одностороннему расторжению контракта, основанные на этом экспертном заключении ИП ФИО5, должны быть признаны незаконными, поскольку иных оснований они не имеют.
Суд кассационной инстанции отклоняет указанные доводы в полном объеме, поскольку в основу решения заказчика об одностороннем отказе от исполнения контракта положены недостатки товара, которые поставщик не устранил, а не внесудебное экспертное заключение ИП ФИО5, как полагает общество.
В удовлетворении требования истца о признании документа, который ответчик именует «экспертным заключением» ФИО4 от 23.03.2023 недопустимым доказательством, суд отказал правомерно, с учетом того, что истцом избран ненадлежащий способ защиты.
Оспариваемое внесудебное заключение эксперта ИП ФИО5 нельзя отнести к ненормативным правовым актам, действиям, решениям, оспаривание которых в арбитражном суде предусмотрено процессуальным законом, поскольку само по себе заключение ИП ФИО5 не порождает у общества каких-либо субъективных прав и обязанностей и не нарушает права и законные интересы.
Заключение ИП ФИО5 фиксирует результаты проведенной им экспертизы, и не может расцениваться как нарушающее чьи-либо права и законные интересы, поскольку не устанавливает, не изменяет и не отменяет чьих-либо прав и обязанностей, не носит властно-распорядительного характера, не влечет само по себе каких-либо материально-правовых и негативных последствий, затрагивающих права и интересы заявителя.
Заключение ИП ФИО5 представляет собой лишь мнение эксперта (квалифицированного специалиста в конкретной области) относительно поставленных перед ним вопросов.
Представленное в материалы дела внесудебное экспертное заключение ИП ФИО7 исключено судом (с согласия ответчика) из числа доказательств в виду обращения общества с заявлением о его фальсификации.
При таких обстоятельствах, соблюдение заказчиком требований Закона № 44-ФЗ при производстве досудебной экспертизы правового значения не имеют.
Кроме того, как уже было указано, в основу решения заказчика об одностороннем отказе от исполнения контракта положены недостатки товара, которые заказчик установил самостоятельно путем проверки работоспособности оборудования, и которые поставщик не устранил, а не внесудебное экспертное заключение ИП ФИО5, как полагает общество.
Суд кассационной инстанции отмечает, что в соответствии с частью 3 статьи 94 Закона № 44-ФЗ для проверки предоставленных поставщиком (подрядчиком, исполнителем) результатов, предусмотренных контрактом, в части их соответствия условиям контракта заказчик обязан провести экспертизу. Экспертиза результатов, предусмотренных контрактом, может проводиться заказчиком своими силами или к ее проведению могут привлекаться эксперты, экспертные организации на основании контрактов, заключенных в соответствии с настоящим Федеральным законом.
В рассматриваемом случае, используя право, предусмотренное частью 3 статьи 94 Закона № 44-ФЗ, заказчик, помимо проведения внесудебной экспертизы, проверял работоспособность оборудования своими силами, что фиксировал в комиссионных актах о проведении экспертизы от 05.04.2023 № 1, от 26.04.2023 № 2 (материалы электронного дела «Картотека арбитражных дел», документы от 21.07.2023), и что также учтено судами.
Существенный недостаток оборудования, на который указывал заказчик в решении об одностороннем отказе от исполнения контракта (в функциональности контроллера дистанционного мониторинга и управления отсутствует функционал видеозаписи с экрана действий администратора) подтвержден заключением судебной экспертизы.
Указанный недостаток подтверждает то обстоятельство, что общество поставило товар, не соответствующий условиям контракта (спецификации).
При таких обстоятельствах, оснований для удовлетворения заявленных обществом требований у судов не имелось.
Доводы кассационной жалобы не опровергают выводы судов, не подтверждают нарушений судами норм материального и (или) процессуального права, повлиявших на исход дела, касаются доказательственной стороны спора, сводятся к несогласию с произведенной судами оценкой доказательств, и по существу направлены на переоценку доказательств, что противоречит пределам рассмотрения дела в суде кассационной инстанции (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации)и выходит за рамки полномочий суда кассационной инстанции (часть 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).
Суд кассационной инстанции обращает внимание, что согласно правовой позиции Конституционного суда Российской Федерации, приведенной, в том числе, в определении от 17.02.2015 № 274-О, статьи 286 – 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, предоставляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материальногои процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела. Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципов состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что недопустимо.
Суд кассационной инстанции исходит из того, что оценка доказательств и отражение ее результатов в судебном акте является проявлением дискреционных полномочий судов первой и апелляционной инстанций, необходимых для осуществления правосудия, вытекающих из принципа самостоятельности судебной власти.
Вопреки доводам кассационной жалобы представленным сторонами доказательствам дана надлежащая правовая оценка, изложенные в судебных актах выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам.
Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены решения суда первой инстанции и апелляционного постановления, судом кассационной инстанции не установлено.
Руководствуясь статьями 274, 284, 286 – 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа
ПОСТАНОВИЛ:
решение Арбитражного суда Ростовской области от 26.09.2024 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.11.2024 по делу № А53-19909/2023 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.
Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.
Председательствующий Е.В. Артамкина
Судьи Е.Л. Коржинек
А.А. Твердой