ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Санкт-Петербург

28 апреля 2025 года

Дело №А56-103378/2023

Резолютивная часть постановления объявлена 09 апреля 2025 года

Постановление изготовлено в полном объеме 28 апреля 2025 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего судьи И.Н.Барминой,

судей С.М.Кротова, В.В.Черемошкиной,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Д.С.Беляевой,

при неявке участвующих в деле лиц,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-1636/2025) Комитета по управлению государственным имуществом Волгоградской области на решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 17.12.2024 по делу № А56-103378/2023 (судья Сюрина Ю.С.), принятое

по иску комитет по управлению государственным имуществом Волгоградской области

к ФИО1

3-е лицо: ФИО2;

о привлечении к субсидиарной ответственности,

установил:

Комитет по управлению государственным имуществом Волгоградской области (далее – истец, Комитет) обратился в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с иском к ФИО1 о привлечении к субсидиарной ответственности как учредителя ООО «Оннела».

Решением арбитражного суда первой инстанции от 17.12.2024 в иске отказано.

Комитетом по управлению государственным имуществом Волгоградской области (далее – Комитет) подана апелляционная жалоба, в которой просили решение отменить, принять по делу новый судебный акт, которым исковые требования Комитета удовлетворить. По мнению подателя апелляционной жалобы, судом первой инстанции неверно распределено бремя доказывания и не дана оценка фактическим обстоятельствам, послужившим основанием для обращения Комитета в арбитражный суд с настоящим иском.

Законность и обоснованность решения проверены в апелляционном порядке с применением частей 3, 5 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса РФ в отсутствие участвующих в деле лиц, извещенных о времени и месте судебного заседания надлежащим образом.

Исследовав доводы подателя апелляционной жалобы в совокупности и взаимосвязи с собранными доказательствами, апелляционный суд усматривает основания для переоценки выводов суда по фактическим обстоятельствам и иного применения норм материального и процессуального права.

Как следует из материалов дела, согласно сведениям Единого государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) Общество с ограниченной ответственностью "Оннела" ОГРН <***> (далее – Общество) создано 19.05.2006, генеральным директором Общества являлся ФИО2, единственным участником – ФИО1.

Решением Арбитражного суда г. Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 25.02.2020 по делу №А56-11999/2014 с ООО"Оннела" в пользу Министерства по управлению государственным имуществом Волгоградской области взыскано 841 246 руб. 31 коп. задолженности и 131 378 руб. 26 коп. неустойки. Решение суда вступило в законную силу и не было исполнено Обществом.

28.04.2024 ООО «Оннела» исключено из ЕГРЮЛ решением регистрирующего органа как недействующее юридическое лицо.

Истец, ссылаясь на наличие у Общества перед ним непогашенной задолженности, обратилось в арбитражный суд с настоящим иском о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности как контролировавшего деятельность Общества лица.

При подготовке и рассмотрении дела судом первой инстанции предприняты исчерпывающие меры для извещения ФИО1.

В судебные заседания ответчик не являлся, возражений по заявленным Комитетом требованиям не заявлял, что явилось причиной применения судом первой инстанции частей 1, 3 статьи 156 АПК РФ.

Оценив представленные доказательства, арбитражный суд первой инстанции суд пришел к выводу о том, что истцом не представлено доказательств того, что ответчик, имея возможность действовать от имени Общества, при наличии достаточных денежных средств (имущества) уклонялся от погашения задолженности, скрывал имущество Общества, выводил активы. Наличие у Общества непогашенной задолженности, подтвержденной вступившим в законную силу судебным актом, само по себе не может являться бесспорным доказательством вины ответчика, как генерального директора и участника Общества, в неуплате указанного долга. Равно как свидетельствовать о его недобросовестном или неразумном поведении, повлекшем неуплату этого долга.

Указанные выводы сделаны судом первой инстанции без учета фактических обстоятельств и при неправильном распределении бремени доказывания.

В соответствии с пунктом 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - Гражданский кодекс) лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Из разъяснений Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в постановлении от 12.04.2011 N 15201/10 следует, что при обращении с иском о взыскании убытков, причиненных противоправными действиями единоличного исполнительного органа, истец обязан доказать сам факт причинения ему убытков и наличие причинной связи между действиями причинителя вреда и наступившими последствиями, в то время как обязанность по доказыванию отсутствия вины в причинении убытков лежит на привлекаемом к гражданско-правовой ответственности единоличном исполнительном органе.

Исход из положений статей 15, 48, 53, 53.1, 56, 61 - 64, 64.2, статьями 2, 3, 44 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью", Федерального закона от 08.08.2001 N 129-ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей", принимая во внимание разъяснения, изложенные в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица", учитывая правовую позицию, изложенную в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 07.02.2023 N 6-П, апелляционный суд полагает, что исходя из обстоятельств дела и предмета доказывания, поскольку недобросовестность поведения Комитета в процессе не была установлена, и Комитет объективно не имел возможности представить документы, объясняющие как причины неисполнения Обществом обязательств, так и мотивы прекращения им хозяйственной деятельности, бремя доказывания правомерности действий ответчика и отсутствия причинно-следственной связи между указанными действиями и невозможностью исполнения обязательств перед кредитором возлагается в данном случае на ответчика, как на контролирующее ООО «Оннела» лицо.

Как следует из материалов дела, ООО «Онелла» пользовалось земельным участком с кадастровым номером 34:34:020032:0166, площадью 13 358 кв.м., расположенным по адресу: ул. Автомагистральная, 43, Краснооктябрьский район, г. Волгоград с 28.05.2012 по договору аренды земельного участка № 7220 от 15.02.2007, не исполняя обязательства по оплате за пользование земельным участком.

В соответствии со ст. 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Решением Арбитражного суда г. Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 30.05.2014 по делу № А56-11999/2014 с Общества в пользу Комитета взыскана задолженность по арендной плате в размере 841246,31 руб. и пени в размере 131378,26 руб., а всего - 972 624,57 руб. по договору аренды земельного участка № 7220 от 15.02.2007.

Указанное решение вступило в законную силу и является обязательными для исполнения в силу ч. 1 ст. 16 АПК РФ. В соответствии с актом сверки расчетов, никаких поступлений от ООО "Онелла" после вынесения указанного решения суда не поступало.

Общество при учредителе ФИО1 перестало осуществлять какую-либо деятельность, в результате чего налоговым органом инициирован процесс исключения должника из ЕГРЮЛ. При этом исполнение судебного акта, вынесенного в пользу кредитора, оказалось невозможным.

Таким образом, недобросовестность учредителя, как контролирующего должника лица, выразилась в невнесении оплаты за пользование земельным участком и неисполнении вступившего в законную силу решения суда.

Ответчиком не опровергнута законность доводов Комитета о том, что зная оналичии задолженности перед истцом, ответчик как контролирующее лицо не исполнил требования закона и не обратился в суд с заявлением о признании Общества банкротом, что подтверждает недобросовестность его поведения как в отношении подконтрольного ему Общества, так и его кредиторов.

В силу положений пункта 1 статьи 48, пунктов 1 и 2 статьи 56, пункта 1 статьи 87 Гражданского кодекса РФ (далее - ГК РФ) законодательство о юридических лицах построено на основе принципов отделения их активов от активов участников, имущественной обособленности, ограниченной ответственности и самостоятельной правосубъектности.

Это предполагает наличие у участников корпораций, а также лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений и, по общему правилу, исключает возможность привлечения упомянутых лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам юридического лица перед иными участниками оборота (п. 28 "Обзор судебной практики разрешения споров о несостоятельности (банкротстве) за 2022 г.", утвержденный Президиумом Верховного Суда РФ 26.04.2023).

В то же время из существа конструкции юридического лица вытекает запрет на использование правовой формы юридического лица для причинения вреда независимым участникам оборота (пункты 3-4 статьи 1, пункт 1 статьи 10, статья 1064 ГК РФ, пункты 1 и 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", далее - постановление Пленума № 53).

Следовательно, в исключительных случаях участник корпорации и иные контролирующие лица (пункты 1-3 статьи 53.1 ГК РФ) могут быть привлечены к ответственности перед кредитором данного юридического лица, в том числе при предъявлении соответствующего иска вне рамок дела о банкротстве, если неспособность удовлетворить требования кредитора спровоцирована реализацией воли контролирующих лиц, поведение которых не отвечало критериям добросовестности и разумности, и не связано с рыночными или иными объективными факторами, деловым риском, присущим ведению предпринимательской деятельности (аналогичная правовая позиция отражена в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 06.03.2023 № 304-ЭС21-18637).

Исключение юридического лица из ЕГРЮЛ в результате действий (бездействия), которые привели к такому исключению (отсутствие отчетности, расчетов в течение долгого времени, недостоверность данных реестра и т.п.), не препятствует привлечению контролирующего лица к ответственности за вред, причиненный кредиторам (пункт 3.1 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" - далее Федеральный закон № 14-ФЗ), но само по себе не является основанием наступления указанной ответственности (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.01.2020 № 306-ЭС19-18285, от 25.08.2020 № 307-ЭС20-180, от 30.01.2023 № 307-ЭС22-18671).

При этом, при обращении в суд с основанным на пункте 3.1 статьи 3 Федерального закона № 14-ФЗ с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности вне рамок дела о банкротстве, доказывание кредитором неразумности и недобросовестности действий лиц, контролировавших исключенное из ЕГРЮЛ как недействующее юридическое лицо, объективно затруднено.

Кредитор, как правило, лишен доступа к документам, содержащим сведения о хозяйственной деятельности общества, и не имеет иных источников сведений о деятельности юридического лица и контролирующих его лиц.

Таким образом, предъявление к истцу требований, связанных с доказыванием обусловленности причиненного вреда поведением контролировавших должника лиц, заведомо влечет неравенство процессуальных возможностей истца и ответчика, так как от истца требуется предоставление доказательств, о самом наличии которых ему может быть неизвестно в силу его невовлеченности в корпоративные правоотношения.

При таких обстоятельствах, при представлении истцом доказательств наличия у него убытков, вызванных неисполнением обществом обязательств перед ним, а также доказательств исключения общества из единого государственного реестра юридических лиц, контролировавшее лицо должно дать пояснения относительно причин исключения общества из этого реестра и представить доказательства правомерности своего поведения.

Исходя из статей 17 (часть 3), 19 (часть 1), 45 и 46 Конституции Российской Федерации и из специального требования о добросовестности, закрепленного в Гражданском кодексе Российской Федерации и в Законе об ООО, стандарт разумного и добросовестного поведения в сфере корпоративных отношений предполагает, что обязанность действовать в интересах контролируемого юридического лица включает в себя не только формирование имущества корпорации в необходимом размере, совершение действий по ликвидации юридического лица в установленном порядке и т.п., но и аккумулирование и сохранение информации о хозяйственной деятельности должника, ее раскрытие при предъявлении в суд требований о возмещении вреда, причиненного поведением должника до объективного банкротства. Отказ же или уклонение контролирующих лиц от представления суду характеризующих хозяйственную деятельность должника доказательств, от дачи пояснений либо их явная неполнота свидетельствуют о недобросовестном процессуальном поведении, о воспрепятствовании осуществлению права кредитора на судебную защиту.

Как разъяснено в пункте 56 постановления Пленума Верховного Суда РФ от21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротств» если арбитражный управляющий и(или) кредиторы с помощью косвенных доказательств убедительно обосновали утверждения о наличии у привлекаемого к ответственности лица статуса контролирующего и о невозможности погашения требований кредиторов вследствие действий (бездействия) последнего, бремя опровержения данных утверждений переходит на привлекаемое лицо, которое должно доказать, почему письменные документы и иные доказательства арбитражного управляющего, кредиторов не могут быть приняты в подтверждение их доводов, раскрыв свои документы и представив объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность.

Аналогичная правовая позиция изложена в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 07.02.2023 № 6-П.

При таких обстоятельствах у суда первой инстанции необходимо не имелось оснований возлагать бремя доказывания на истца, имея в виду неравные - в силу объективных причин - процессуальные возможности истца и ответчика, неосведомленность кредитора о конкретных доказательствах, необходимых для подтверждения оснований привлечения к субсидиарной ответственности.

В рассматриваемом случае Комитет объективно не имел возможности представить документы, объясняющие как причины неисполнения ООО «Онелла» обязательств по оплате задолженности по договору, так и мотивы прекращения им хозяйственной деятельности ввиду отсутствия такой информации в Комитете.

Отсутствие опровержений ответчика недобросовестности и неразумности его действий свидетельствует об обоснованности заявленных Комитетом требований.

Так, согласно ст. 9 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, в том числе если:

удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

- имеется не погашенная в течение более, чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством;

- настоящим Федеральным законом предусмотрены иные случаи. Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

В п. 3.1 ст. 9 Закона о банкротстве установлена обязанность лиц, имеющих право инициировать созыв внеочередного общего собрания акционеров (участников), либо иных контролирующих должника лиц потребовать проведения общего собрания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании компании банкротом, если руководитель должника не исполнил обязанность по обращению в суд с заявлением должника и обстоятельства, влекущие за собой эту обязанность, не устранены в течение 10 календарных дней.

Согласно положениям п. 1 ст. 61.12 Закона о банкротстве, неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Бремя доказывания отсутствия причинной связи между невозможностью удовлетворения требований кредитора и нарушением обязанности, предусмотренной пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, лежит на привлекаемом к ответственности лице (лицах).

Таким образом, ст. 61.12 Закона о банкротстве предусматривает ответственность контролирующих лиц за несозыв заседания органа управления юридического лица, уполномоченного на принятие решения о ликвидации, для решения вопроса об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или за непринятие такого решения, если у контролирующего лица была возможность самостоятельно принять данное решение.

Ответчик не мог не знать об имеющейся задолженности Общества перед Комитетом по решению суда, так как информация о нем размещена в открытом доступе на сайте суда, а также на сайте службы судебных приставов, в которую судебный акт был направлен для принудительного исполнения.

Следовательно, действуя разумно и добросовестно, ответчик должен был решить вопрос о дальнейшей организации работы Общества и необходимости подачи заявления в арбитражный суд о признании Общества несостоятельным, однако данных действий им предпринято не было. Доказательств обратного в материалы дела не представлено.

Учитывая изложенное, а также те обстоятельства, что ответчик не раскрыл информацию о причинах возникновения задолженности перед Комитетом, не представил отзыв на исковое заявление в рамках рассматриваемого дела, а также отсутствие доказательств того, что неисполнение обязательства по оплате за пользование земельным участком Обществом было связано с рыночными или иными объективными факторами, деловым риском, присущим ведению предпринимательской деятельности, выводом ценных активов из собственности Общества, у суда первой инстанции отсутствовали основания для отказа в удовлетворении иска Комитета.

Возражений по размеру заявленной ко взысканию суммы субсидиарной ответственности ответчиком не заявлено.

Руководствуясь статьями 176, 110, 268, 269 п. 2, 270 ч. 1 п. 4, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Решение арбитражного суда первой инстанции от 17.12.2024 отменить.

Принять новый судебный акт.

Привлечь ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Оннела».

Взыскать с ФИО1 в пользу Комитета по управлению государственным имуществом Волгоградской области 972624 руб. 57 коп.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

Председательствующий

И.Н. Бармина

Судьи

С.М. Кротов

В.В. Черемошкина