АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ВОЛГО-ВЯТСКОГО ОКРУГА

ул. Большая Покровская, д. 1, Нижний Новгород, 603000

http://fasvvo.arbitr.ru

______________________________________________________________________________

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Нижний Новгород Дело № А39-1670/2022 19 декабря 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена 11 декабря 2025 года.

Арбитражный суд Волго-Вятского округа в составе:

председательствующего Ионычевой С.В.,

судей Кузнецовой Л.В., Прытковой В.П.

при участии представителей

ФИО1:

ФИО2 по доверенности от 27.09.2024, общества с ограниченной ответственностью

«Корпорация развития Республики Мордовия»:

ФИО3 по доверенности от 13.01.2025,

конкурсного управляющего ООО «Непес Рус»ФИО4:

ФИО5 по доверенности от 09.01.2025

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу

ФИО1

на определение Арбитражного суда Республики Мордовия от 21.04.2025 и

на постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 03.09.2025 по делу № А39-1670/2022,

по заявлению общества с ограниченной ответственностью

«Корпорация развития Республики Мордовия»

(ИНН: <***>, ОГРН: <***>) о включении требования в реестр

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве)

общества с ограниченной ответственностью «Непес Рус»

(ИНН: <***>, ОГРН: <***>)

и

установил :

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Непес Рус» (далее – ООО «Непес Рус», должник) в Арбитражный суд Республики Мордовия обратилось общество с ограниченной ответственностью «Корпорация развития Республики Мордовия» (далее – Корпорация) о включении

24 303 414 рублей 98 копеек (из них 16 496 128 рублей 46 копеек как обеспеченных залогом имущества) в реестр требований кредиторов.

Заявление мотивировано доначислением ООО «Непес Рус» неустойки и процентов за неисполнение обязательств по договорам займа.

В ходе рассмотрения спора заявитель уточнил требование в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, просил включить в реестр требований кредиторов должника требование в размере 24 303 414 рублей 98 копеек.

Суд первой инстанции определением от 21.04.2022, оставленным без изменения постановлением Второго арбитражного апелляционного суда от 03.09.2025, включил в третью очередь реестра требований кредиторов должника требование Корпорации в размере 24 303 414 рублей 98 копеек как учитывающееся отдельно и подлежащее удовлетворению после требований по основному долгу.

Не согласившись с состоявшимися судебными актами, в Арбитражный суд Волго-Вятского округа с кассационной жалобой обратилась конкурсный кредитор ФИО1, которая просит отменить определение и постановление, в части отказа Корпорации от требований о распространении залогового характера на требование в сумме 16 496 128 рублей 46 копеек и направить спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции, в части установления требования в сумме 24 303 414 рублей 98 копеек к должнику принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления.

Заявительница считает, что при уточнении заявленных требований Корпорация фактически отказалась от требования о распространении залогового характера на часть заявленной к включению в реестр суммы, которое судом не было рассмотрено по существу с вынесением определения о прекращении производства по делу в указанной части. Требования в части включения в реестр суммы задолженности по размеру и периоду не изменились. Основание заявления также не изменено.

Податель жалобы отмечает, что суды не проверили надлежащим образом его доводы об аффилированности должника и кредитора, о компенсационном характере требований Корпорации. ФИО1 отмечает, что Корпорация является мажоритарным кредитором ООО «Непес Рус» и требования иных независимых кредиторов должника в совокупности не образуют признаков объективного банкротства. По мнению заявительницы, выводы, сделанные в судебных актах по настоящему делу ранее, не обладают свойством преюдициальности для настоящего спора, поскольку вопрос о субординировании требований Корпорации судами не рассматривался, временный управляющий соответствующих доводов не заявлял. Суды не приняли во внимание приговор в отношении руководителя Корпорации ФИО6, который привлечен к уголовной ответственности за выдачу спорных займов должнику в обход установленной процедуры.

ФИО1 отмечает процессуальные нарушения, допущенные судом первой инстанции.

Представитель заявителя поддержал доводы, изложенные в кассационной жалобе, в судебном заседании окружного суда, проведенном в порядке статьи 153.2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации путем использования систем веб-конференции.

Корпорация и конкурсный управляющий должника ФИО4 в письменных отзывах на кассационную жалобу и их представители в судебном заседании

возразили относительно приведенных в жалобе доводов и просили оставить состоявшиеся судебные акты без изменения, как законные и обоснованные.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, не обеспечили явку представителей в судебное заседание, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Законность обжалованных судебных актов проверена Арбитражным судом Волго-Вятского округа в порядке, установленном в статьях 274, 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, применительно к доводам кассационной жалобы.

Изучив материалы дела, проверив обоснованность доводов, изложенных в кассационной жалобе, ознакомившись с отзывами на нее, а также заслушав лиц, явившихся в судебное заседание, суд округа не нашел оснований для отмены принятых судебных актов в силу следующего.

Как следует из материалов обособленного спора, ООО «Непес Рус» заключило с Корпорацией договоры процентного денежного займа от 10.06.2013 № 1-ДП/НР (права и обязанности займодавца перешли к кредитору от казенного предприятия Республики Мордовия «Дирекция по реализации Республиканской целевой программы развития Республики Мордовия» по договору уступки прав (требований) от 15.11.2013), 25.11.2013 № 2-ДП/НР, 20.06.2014 № 3-КР/НР, 09.11.2015 № 5КР/НР, 31.10.2016 № 6КР/НР, 30.11.2016 № 7КР/НР, 31.01.2017 № 8КР/НР, 28.02.2017 № 9КР/НР, 31.03.2017 № 10КР/НР, 27.04.2017 № 11КР/НР, 30.05.2017 № 12КР/НР, 30.06.2017 № 13КР/НР, 31.07.2017 № 14КР/НР, 31.07.2017 № 15КР/НР, 29.08.2017 № 16КР/НР, 29.11.2017 № 17КР/НР, 11.01.2018 № 18КР/НР, 31.01.2018 № 19КР/НР, 28.02.2018 4 № 20КР/НР, 28.03.2018 № 21КР/НР, 28.03.2018 № 22КР/НР, 27.04.2018 № 23КР/НР, от 31.05.2018 № 24КР/НР, 31.05.2018 № 25КР/НР на общую сумму 234 648 885 рублей 61 копейку. По условиям договоров при несвоевременном перечислении платежа в счет погашения долга и (или) в счет уплаты процентов заемщик уплачивает займодавцу неустойку.

Арбитражный суд Республики Мордовия решением от 13.04.2021 по делу № А39-11/2021 взыскал с ООО «Непес Рус» в пользу Корпорации 233 698 885 рублей 76 копеек задолженности по договорам займа, 68 061 568 рублей 15 копеек процентов за пользование займами за период с 01.01.2015 по 01.02.2021 и далее по день фактической оплаты долга, 36 486 689 рублей 41 копейку пеней за период с 01.01.2017 по 15.03.2021 и далее по день фактической оплаты долга, 196 600 рублей судебных расходов.

Неисполнение должником обязательств по оплате долга, взысканного в судебном порядке, послужило основанием для обращения Корпорации в суд с заявлением о признании ООО «Непес Рус» несостоятельным (банкротом).

Арбитражный суд Республики Мордовия определением от 11.03.2022 возбудил производство по настоящему делу о несостоятельности (банкротстве) ООО «Непес Рус»; определением от 11.07.2022 признал заявление обоснованным, ввел в отношении должника процедуру наблюдения, включил в третью очередь реестра требований кредиторов требование Корпорации в сумме 377 567 567 рублей 12 копеек, из них 233 698 885 рублей 76 копеек – основной долг, 88 938 335 рублей 22 копеек процентов за пользование займом за период с 02.02.2021 по 16.02.2022, 54 734 346 рублей 14 копеек – пени за просрочку уплаты долга за период с 16.03.2021 по 16.02.2022, а также 196 600 рублей – расходы по уплате государственной пошлины; решением от 28.03.2023 признал ООО «Непес Рус» несостоятельным (банкротом), открыл в отношении него процедуру конкурсного производства, утвердил конкурсным управляющим ФИО4

Корпорация доначислила должнику проценты и пени по неисполненному обязательству за период с 17.02.2022 по 03.07.2022 в сумме 24 303 414 рублей 98 копеек и обратилась в суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов указанной суммы.

В соответствии с пунктом 6 статьи 16 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер, если иное не определено настоящим пунктом.

Согласно статье 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статье 13 Гражданского кодекса Российской Федерации вступившие в законную силу судебные акты арбитражных судов, федеральных судов общей юрисдикции и мировых судей являются обязательными для всех без исключения органов государственной власти, в том числе судов, рассматривающих дела о банкротстве.

В пункте 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.12.2024 № 40 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие Федерального закона от 29 мая 2024 года № 107-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и статью 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации» разъяснено, что требования кредиторов, подтвержденные вступившими в законную силу судебными актами, подлежат включению в реестр с определением очередности удовлетворения таких требований без дополнительной проверки их обоснованности. В то же время с учетом пункта 10 статьи 16 Закона о банкротстве арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве, оценивает по существу доводы возражающих лиц об отсутствии долга, если суд по другому спору не устанавливал и не исследовал обстоятельства, на которые ссылаются возражающие лица (например, в связи с признанием иска должником) и которые имеют существенное значение для формирования реестра требований кредиторов в деле о банкротстве (части 2 и 3 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Суды первой и апелляционной инстанций установили, что требование Корпорации основано на неисполнении ООО «Непес Рус» условий договоров займа и по существу представляет собой начисленные на сумму долга в порядке статей 809 и 810 Гражданского кодекса Российской Федерации проценты и пени за просрочку. Поскольку доказательств оплаты долга не представлено, должник находится в процедуре банкротства, требование Корпорации по основному долгу подтверждено судебным актом и включено в реестр требований его кредиторов, судебные инстанции пришли к обоснованному выводу о том, что требование Корпорации является обоснованным и также подлежит включению в реестр. Расчет долга проведен судами и признан правильным, контррасчет участвующие в рассмотрении спора лица не представили.

На этапе кассационного производства по спору ФИО1 настаивает, что требование Корпорации подлежало субординированию в реестре в связи с его корпоративным характером.

Законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым заинтересованность (аффилированность) лица является самостоятельным основанием для отказа во включении в реестр требований кредиторов либо основанием для понижения очередности удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными.

Вместе с тем из указанного правила имеется ряд исключений, которые проанализированы в «Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с

установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц», утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее – Обзор от 29.01.2020), обобщившим правовые подходы, позволяющие сделать вывод о наличии или отсутствии оснований для понижения очередности (субординации) требования аффилированного с должником лица.

Перечень заинтересованных лиц в целях Закона о банкротстве содержится в статье 19 названного Федерального закона. К таковым, в частности, относятся лица, которые в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входят в одну группу лиц с должником, являются аффилированными по отношению к должнику (пункт 1).

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве при наличии любого из обстоятельств, указанных в этом пункте, считается, что должник находится в трудном экономическом положении и ему надлежит обратиться в суд с заявлением о собственном банкротстве.

На основании пункта 3.1 Обзора от 29.01.2020 контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования, в частности, с использованием конструкции договора займа и других договорных конструкций, то есть, избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства.

Данные риски не могут перекладываться на других кредиторов (пункт 1 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 3.2 Обзора от 29.01.2020 раскрыта ситуация, когда компенсационным финансированием признается отказ от принятия мер к истребованию задолженности, когда изначально исполнение по договору предоставлено должнику не в условиях имущественного кризиса.

При банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования не может быть противопоставлено требованиям независимых кредиторов – оно подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации (в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты).

В ситуации, когда скрытый от кредиторов план выхода из кризиса не удалось реализовать, естественным следствием принятия подобного риска является запрет на противопоставление требования о возврате компенсационного финансирования независимым кредиторам, из чего вытекает необходимость понижения очередности удовлетворения требования аффилированного лица. Не устраненные контролирующим лицом разумные сомнения относительно того, являлось ли предоставленное им финансирование компенсационным, толкуются в пользу независимых кредиторов (пункт 3.4 Обзора от 29.01.2020).

Исходя из правовой позиции, изложенной в пункте 13 Обзора судебной практики № 4 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 15.11.2017, при предоставлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (например, с лицом, заявившим о включении требований в реестр) судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы

совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

С учетом изложенного для субординации спорного требования необходимо установить следующие обстоятельства:

– наличие у кредитора статуса контролирующего должника лица либо наличие факта аффилированности лиц при условии, что такое лицо действовало под влиянием контролирующего должника лица;

– предоставление таким лицом должнику, находящемуся в состоянии имущественного кризиса, необоснованных преференций при возникновении и исполнении обязательств (компенсационного финансирования). При этом кредитор вправе опровергнуть факт выдачи компенсационного финансирования, представив соответствующие доказательства.

ФИО1 в обоснование своего довода о необходимости субординирования требований Корпорации ссылалась на аффилированность Корпорации и ООО «Непес Рус» (кредитор является учредителем должника) и на компенсационное финансирование путем предоставления подконтрольному обществу займов с длительным невостребованием впоследствии долга.

Из материалов дела следует, что Корпорация с 01.08.2014 является участником ООО «Непес Рус» с долей участия в уставном капитале 51 процент.

Между тем, как справедливо обратили внимание суды, соответствующие доводы уже получили судебную оценку при рассмотрении первоначально заявленного требования Корпорации. Так, в постановлениях суда апелляционной инстанции от 06.10.2022 и кассационной инстанции от 03.03.2023 содержатся выводы, подлежащие учету в порядке статьи 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о том, что требование Корпорации основано на наличии задолженности у ООО «Непес Рус» по договорам займа, и не относится к требованиям, вытекающим из факта участия кредитора в уставном капитале должника. Признаков недобросовестности в действиях Корпорации, предоставившей займы ООО «Непес Рус», суды не усмотрели. Образование задолженности явилось следствием уклонения должника от расчета по своим обязательствам перед кредитором. При этом Корпорация продолжала предоставлять займы ООО «Непес Рус» в рамках реализации проекта «Производство светодиодных светильников» Республиканской целевой программы развития Республики Мордовия на 2013-2018 годы» (утвержден постановлением Правительства Республики Мордовия от 08.10.2012 № 363). Действия Корпорации обусловлены государственно- и социально- значимой деятельностью в рамках исполнения республиканских целевых программ, обеспечения развития бизнеса внутри региона и привлечения инвестиций, соответствуют основному виду деятельности кредитора (предоставление займов промышленности, предоставление займов и прочих видов кредита и так далее). Таким образом, оснований для вывода о том, что Корпорация стремилась создать у независимых кредиторов иллюзию стабильного финансового положения ООО «Непес Рус», суды не обнаружили.

Сама по себе выдача займа участником должника не свидетельствует о корпоративном характере требования по возврату полученной суммы для целей банкротства. Если внутреннее финансирование с использованием конструкции договора займа осуществляется добросовестно, не направлено на уклонение от исполнения обязанности по подаче в суд заявления о банкротстве и не нарушает права и законные интересы иных лиц – других кредиторов должника, не имеется оснований для понижения очередности удовлетворения требования, основанного на таком финансировании (пункт 2 Обзора от 29.01.2020).

Рассмотрев вопрос об очередности удовлетворения требований кредитора, суды пришли к обоснованному выводу об отсутствии правовых оснований для их субординации.

В рамках настоящего спора на наличие обстоятельств, объективно опровергающих добросовестность Корпорации при осуществлении финансирования деятельности ООО «Непес Рус», ФИО1 не сослалась.

Указание ФИО1 на приговор бывшему руководителю Корпорации, не выполнившему предусмотренный законом порядок заключения договоров займа с ООО «Непес Рус» (приговор Ленинского районного суда города Саранска от 14.09.2021 по делу № 1-276/2021 в редакции апелляционного постановления судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Республики Мордовия от 19.11.2021 и постановления Первого кассационного суда общей юрисдикции от 11.05.2022) обоснованно не принято во внимание судами, поскольку ФИО6 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 201 Уголовного кодекса Российской Федерации (злоупотребление полномочиями, то есть использование лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческой организации, своих полномочий вопреки законным интересам этой организации и в целях извлечения выгод и преимуществ для другого лица, повлекшие причинение существенного вреда правам и законным интересам организации, охраняемым законом интересам общества и государства).

Указанным приговором подтверждено причинение ущерба государству

ФИО6 как физическим лицом, возглавлявшим Корпорацию и являвшимся его законным представителем. Ленинский районный суд города Саранска решением от 03.11.2022 взыскал с ФИО6 сумму материального ущерба, причиненного государству в связи с заключением от лица Корпорации в период с 28.10.2016 по 31.05.2018 договоров займа с ООО «Непес Рус» без надлежащей процедуры и в отсутствие правовых оснований, при имеющейся просроченной задолженности.

В настоящем же случае требования Корпорации по основному долгу мотивированы задолженностью по договорам займа, то есть основаны на гражданских правоотношениях, и подтверждены вступившим в силу решением Арбитражного суда Республики Мордовия от 13.04.2021 № А39-11/2021. Соответствующий приговор и решение суда общей юрисдикции о взыскании суммы материального ущерба с бывшего руководителя Корпорации обязанность ООО «Непес Рус» погасить подтвержденный судебный актом долг перед кредитором не отменяет.

ФИО1 считает, что суд первой инстанции допустил при рассмотрении настоящего спора процессуальные нарушения, в частности, не рассмотрел требования Корпорации о распространении залогового характера на часть предъявленных к включению в реестр требований. По мнению заявительницы, суд должен был либо рассмотреть эти требования по существу либо расценить заявленное кредитором ходатайство как отказ от части заявленных требований и прекратить производство по ним.

В соответствии с частью 2 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации истец вправе до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу в арбитражном суде первой инстанции или в арбитражном суде апелляционной инстанции, отказаться от иска полностью или частично.

Уточнение исковых требований не тождественно отказу от исковых требований. В случае, если истец намерен отказаться от каких-либо требований, применяется институт отказа от иска в части в соответствии с частью 2 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. При этом после отказа от требований повторное обращение в суд по спору между теми же сторонами, о том же предмете и по тем же

основаниям не допускается (часть 3 статьи 151 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Между тем в рассмотренном случае Корпорация, обратившись с заявлением об уточнении требований к ООО «Непес Рус», не отказывалась от первоначального заявления ни полностью, ни в части. Суд первой инстанции истолковал заявление Корпорации и пришел к выводу, что оно фактически является окончательной редакцией заявленных требований перед их рассмотрением судом по существу. Волеизъявление на отказ от признания залогового характера за частью предъявленного должнику требования Корпорация не выражала, воспользовавшись правом не поддерживать ранее заявленное обоснование доводов о признании части задолженности обеспеченной залогом имущества ООО «Непес Рус».

С учетом изложенного суд первой инстанции на законных основаниях рассмотрел требование Корпорации исходя из уточненного заявления, применив часть 1 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Основания для прекращения производства по заявлению Корпорации в этой части у суда отсутствовали.

Иной аргумент ФИО1 об искажении в судебном акте позиции конкурсного управляющего не принимается во внимание, поскольку в обжалованном определении имела место техническая ошибка, не повлиявшая на существо вынесенного судебного акта. Допущенная судом техническая ошибка, на которую указано заявительницей, не может свидетельствовать о принятии неправильного по существу судебного акта либо о судебной ошибке.

Таким образом, приведенные заявителем в кассационной жалобе доводы не содержат ссылок на обстоятельства, которые не были проверены и учтены судами при рассмотрении спора и влияли бы на обоснованность и законность обжалованных судебных актов.

Суды первой и апелляционной инстанций исследовали материалы обособленного спора полно, всесторонне и объективно. Представленным сторонами доказательствам дана надлежащая правовая оценка, изложенные в обжалованных судебных актах выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела и нормам права.

Оснований для отмены обжалованных судебных актов с учетом приведенных в кассационной жалобе доводов не имеется.

Несогласие заявителя с выводами судебных инстанций, основанными на оценке доказательств, равно как и иное толкование норм законодательства, подлежащих применению в настоящем деле, не свидетельствуют о наличии в принятых судебных актах существенных нарушений норм материального и (или) процессуального права, повлиявших на исход судебного разбирательства или допущенной судебной ошибки.

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных в части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суды первой и апелляционной инстанций не допустили.

Кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Согласно статье 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статье 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации государственная пошлина за рассмотрение кассационной жалобы составляет 20 000 рублей, и расходы по ее уплате относятся на заявителя.

Руководствуясь статьями 286, 287 (пунктом 1 части 1) и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Волго-Вятского округа

ПОСТАНОВИЛ :

определение Арбитражного суда Республики Мордовия от 21.04.2025 и постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 03.09.2025 по делу № А39-1670/2022 оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном в статье 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий С.В. Ионычева

Судьи Л.В. Кузнецова В.П. Прыткова