АРБИТРАЖНЫЙ СУД
ДАЛЬНЕВОСТОЧНОГО ОКРУГА
ФИО1 ул., д. 45, <...>, официальный сайт: www.fasdvo.arbitr.ru
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
г. Хабаровск
17 ноября 2025 года № Ф03-3622/2025
Резолютивная часть постановления объявлена 11 ноября 2025 года.
Полный текст постановления изготовлен 17 ноября 2025 года.
Арбитражный суд Дальневосточного округа в составе:
председательствующего судьи Чумакова Е.С.,
судей: Ефановой А.В., Никитина Е.О.
при участии:
представителя ФИО2 – ФИО3, по доверенности от 15.03.2024;
финансового управляющего - ФИО6 Андреевича;
представителя общества с ограниченной ответственностью «Лидер» - ФИО4, по доверенности от 05.09.2025;
рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО2
на определение Арбитражного суда Хабаровского края от 25.06.2025, постановление Шестого арбитражного апелляционного суда от 05.09.2025
по делу № А73-15150/2023
по обособленному спору по заявлению ФИО2
о включении требования в реестр требований кредиторов должника
в рамках дела о признании ФИО5 (ИНН: <***>) несостоятельным (банкротом)
УСТАНОВИЛ:
определением Арбитражного суда Хабаровского края от 12.10.2023 по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Лидер» (далее – ООО «Лидер») возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ФИО5 (далее также – должник).
Определением суда от 25.01.2024 в отношении ФИО5 введена реструктуризация долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО6.
Решением суда от 27.06.2024 ФИО5 признан несостоятельным (банкротом) с открытием процедуры реализации имущества, финансовым управляющим по делу утвержден также ФИО6
В рамках настоящего дела о банкротстве в арбитражный суд 19.12.2023 поступило заявление ФИО2 (далее также – заявитель жалобы, кассатор) о включении требований в размере 43 147 540,99 руб., из которых: 35 000 000 руб. – основной долг, 8 147 540 руб. – проценты за пользование займом, в реестр требований кредиторов ФИО5 (далее – реестр).
Определением суда первой инстанции от 22.07.2024, оставленным без изменения постановлением Шестого арбитражного апелляционного суда от 22.10.2024, заявление удовлетворено частично, требования ФИО2 признаны обоснованными и включены в третью очередь реестра в общем размере 43 136 317,06 руб., из которых: 35 000 000 руб. – основной долг, проценты за пользование займом – 8 136 317,09 руб., в удовлетворении остальной части требований отказано.
Постановлением Арбитражного суда Дальневосточного округа от 24.12.2024 определение суда от 22.07.2024, постановление апелляционного суда от 22.10.2024 по делу № А73-15150/2023 отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд Хабаровского края.
По результатам повторного рассмотрения определением Арбитражного суда Хабаровского края от 25.06.2025, оставленным без изменения постановлением Шестого арбитражного апелляционного суда от 05.09.2025, в удовлетворении заявления ФИО2 о включении его требований в реестр отказано.
В кассационной жалобе ФИО2 просит Арбитражный суд Дальневосточного округа определение суда первой инстанции от 25.06.2025, постановление апелляционного суда от 05.09.2025 отменить, принять новый судебный акт. В обоснование своей позиции кассатор приводит доводы о том, что суд первой инстанции сделал взаимоисключающие выводы о признании наличия денежных средств для выдачи займа и недоказанности факта аккумулирования наличных средств; при этом финансовый управляющий и ООО Лидер заявляли о фальсификации договора займа от 02.03.2020, расписки в получении денежных средств должником, представленной ФИО2 в обоснование своего требования, и ходатайствовали о назначении экспертизы для определения срока давности их изготовления, полагая, что документы составлены задним числом; ФИО2 также ходатайствовал о назначении экспертизы для определения срока давности совершения указанных документов; вместе с тем суд первой инстанции к проверке заявления о фальсификации, несмотря на прямое указание в постановлении Арбитражного суда Дальневосточного округа от 24.12.2024 и в нарушении требований статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), не приступил, обоснованность заявления о фальсификации не проверил, в ходатайстве сторон о назначении экспертизы для определения срока давности отказал; считает необоснованным применение к заявителю судом повышенного стандарта доказывания, ввиду того, что он не является аффилированным лицом по отношению к должнику, а последний не был подконтролен ему; полагает, что наличие права требования ФИО5 к ООО «Дальхабсбыт», подтвержденное судебными актами, является доказательством расходования денежных средств должником (дело № 73-15788/2014), полученных по договору займа, и в дополнительной оценке не нуждается, иных источников для погашения данного требования не выявлено, а доказательств расходования средств займа на прочие цели (приобретение иного имущества) финансовым управляющим также не представлено, при этом отсутствие обеспечения по займу не является признаком мнимости или иного злоупотребления правом; реальность договора подтверждается также объяснениями и протоколами допроса ФИО7, данными в рамках уголовного дела.
Определением от 14.10.2025 кассационная жалоба принята к производству Арбитражного суда Дальневосточного округа, судебное заседание по ее рассмотрению назначено на 14 час. 30 мин. 11.11.2025.
Отзывы на кассационную жалобу не представлены.
В судебном заседании представители ФИО2 и ООО «Лидер», соответственно, а также финансовый управляющий поддержали собственные (противоположные) заявленные позиции по существу спора, дав по ним необходимые пояснения.
Иные лица, участвующие в деле о банкротстве и непосредственно в обособленном споре, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в том числе путем размещения соответствующей информации на официальном сайте арбитражного суда в сети «Интернет», в судебное заседание не явились, что в соответствии с правилами части 3 статьи 284 АПК РФ позволяет суду округа рассмотреть кассационную жалобу в их отсутствие.
Законность обжалуемых судебных актов проверена Арбитражным судом Дальневосточного округа в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 АПК РФ, в пределах доводов кассационной жалобы.
Как следует из материалов дела и установлено судами двух инстанций, в обоснование заявленного требования ФИО2 сослался на заключенный 02.03.2020 между ним (займодавец) и ФИО5 (заемщик) договор займа, в соответствии с которым заемщику передаются денежные средства в сумме 35 000 000 руб. (пп. 1, 2 договора) с условием об оплате процентов за пользование займом в размере 6% годовых; выплата процентов осуществляется одновременно с возвратом суммы займа; сумма займа подлежит возврату в срок до 31.12.2024 (пункт 1 договора в редакции дополнительного соглашения № 1 от 31.12.2022).
Наличие задолженности по договору займа и введение в отношении должника процедуры реструктуризации долгов послужили основанием для обращения ФИО2 с заявлением о включении его требований в размере 43 147 540,99 руб. (в том числе 35 000 000 руб. - основной долг, 8 147 540,99 руб. - проценты за пользование заемными средствами за период с 03.03.2020 по 18.01.2024) в третью очередь реестра.
В подтверждение передачи денежных средств должнику и в обоснование наличия финансовой возможности выдачи займа заявителем представлены: расписка; справка о доходах и суммах налога за 2019 год, согласно которой ФИО2 от налогового агента ООО «Север» получен доход в сумме 1 182 936 967,97 руб., код дохода 1010 (дивиденды); справка Банка ВТБ (ПАО), подтверждающая, что в период с 14.06.2019 по 17.02.2019 ФИО2 производилось снятие (выдача) наличных денег с вклада на общую сумму 77 879 000 руб.
ООО «Лидер» (кредитор должника) и финансовый управляющий, возражая против удовлетворения заявления ФИО8, привели доводы о мнимости займа, отсутствии доказательств аккумулирования денежных средств для последующей его выдачи, отсутствии доказательств последующего расходования денежных средств должником.
Исследовав и оценив в порядке статьи 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства, суд первой инстанции, с которым согласился суд апелляционной инстанции, констатировав документальную неподтвержденность заявителем аккумулирования наличных денег для целей выдачи 02.03.2020 займа в размере 35 000 000 руб., а также должником - расходования денежных средств в указанном размере, признал отсутствующими основания для включения спорных требований ФИО8 в реестр и отказал в удовлетворении данного заявления.
Судебная коллегия суда округа, проверив обоснованность доводов, изложенных заявителем в кассационной жалобе, признает их несостоятельными и, поддерживая выводы арбитражных судов первой и апелляционной инстанций, руководствуется нижеследующим.
Пунктом 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) предусмотрено, что по договору займа одна сторона (займодавец) передает или обязуется передать в собственность другой стороне (заемщику) деньги, вещи, определенные родовыми признаками, или ценные бумаги, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество полученных им вещей того же рода и качества либо таких же ценных бумаг.
Если займодавцем в договоре займа является гражданин, договор считается заключенным с момента передачи суммы займа или другого предмета договора займа заемщику или указанному им лицу.
В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему займодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей (пункт 2 статьи 808 ГК РФ).
Согласно пункту 1 статьи 810 ГК РФ заемщик обязан возвратить займодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа.
В пункте 27 действующего в настоящем периоде постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.12.2024 № 40 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие Федерального закона от 29 мая 2024 года № 107-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и статью 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации» (далее – постановление Пленума № 40) разъяснено, что при применении положений статей 71 и 100 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» арбитражному суду следует исходить из того, что в реестр подлежат включению только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.
Проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом с учетом возражений против указанных требований, заявленных арбитражным управляющим, другими кредиторами или другими лицами, участвующими в деле о банкротстве. Признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 АПК РФ), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.
При рассмотрении обособленного спора суд с учетом поступивших возражений проверяет требование кредитора на предмет мнимости или предоставления компенсационного финансирования. При осуществлении такой проверки суды вправе использовать предоставленные уполномоченным и другими органами данные информационных и аналитических ресурсов, а также сформированные на их основе структурированные выписки.
Если после проверки на предмет мнимости действительность долга не вызывает сомнений (например, установлен факт передачи или перечисления денежных средств, передачи товара, выполнения работ, оказания услуг; задолженность подтверждена установленным законом документом), суд, рассматривающий дело о банкротстве, не исследует дополнительные обстоятельства, связанные с предшествующим заключению сделки уровнем дохода кредитора, с законностью приобретения переданных должнику средств, с последующей судьбой полученного должником по сделке имущества, с отражением поступления имущества в отчетности должника и т.д.
Таким образом, проверка обоснованности требований осуществляется с целью не допустить включение в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника.
В соответствии со статьей 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основании своих требований и возражений.
В данном случае при формировании вышеприведенной правовой позиции по существу спора и постановке в пределах имеющейся компетенции соответствующих выводов судебные инстанции исходили из того, что:
- договор займа в сумме 35 000 000 руб. оформлен датой 02.03.2020, в то время как исходя из представленных по требованию суда выписок по банковским счетам заявителя (ПАО Сбербанк, АО «Альфа-Банк», Банк ВТБ (ПАО)) сведения о снятии наличных денег в сопоставимый именно с 02.03.2020 период не выявлены; при этом как до даты договора займа, так и после этого денежные суммы снимались со счета ежемесячно, что указывает на системный (регулярный, обычный для заявителя) характер подобных действий (операций по счетам и вкладам);
- представленная в материалы дела справка о доходах 2-НДФЛ за 2019 год сама по себе не подтверждает однозначную денежность именно исследуемого (заявленного здесь) займа (предоставление наличных денег ФИО5);
- представленные договор займа, а также расписка изготовлены периодом, который бы максимально соотносился с датами погашения требований кредиторов по делу № А73-15788/2014, что в большей степени может в исследованной совокупности конкретных обстоятельств свидетельствовать как раз о намеренном оформлении только искусственного документооборота;
- заявителем не раскрыты цели, необходимость и целесообразность выдачи спорного займа наличными на столь крупную денежную сумму - 35 000 000 руб. на срок 2 года с дальнейшим продлением срока займа до 4 лет (до 31.12.2024) в условиях отсутствия обеспечения обязательств залогом или поручительством (с одновременными утверждениями самого заявителя о том, что имеющиеся у должника земельные участки и квартиры не представляли особой экономической ценности);
- представленные должником в обоснование расходования полученных денежных средств пояснения не соответствуют критериям достаточности, непротиворечивости и достоверности согласно квалифицированным стандартам доказывания обоснованности заявляемых в реестр денежных требований в делах о банкротстве;
- доводы ФИО2, аналогичные доводам самого ФИО9, об использовании сумм займа в размере 35 000 000 руб. для погашения требований по делу о банкротстве ООО «Дальхабсбыт» документально не подтверждены: согласно материалам соответствующего электронного дела № А73-15788/2014 ФИО5 действительно погасил требования налогового органа к ООО «Дальхабсбыт» в сумме 10 422 428,87 руб., в связи с чем определением суда от 16.04.2020 произведена замена ФНС России в реестре на ФИО5; также определением суда от 26.03.2020 произведено процессуальное правопреемство путем замены в реестре требований кредиторов ООО «Дальхабсбыт» ФИО10 на нового кредитора – ФИО5 по требованиям в общем размере 13 250 720,50 руб. (7 481 958,50 руб. и 5 768 762 руб.) на основании договора цессии № 1 от 18.02.2020; определением от 18.05.2020 производство по делу о банкротстве № А73-15788/2014 прекращено, утверждено мировое соглашение, согласно пункту 3 которого на момент заключения соглашения задолженность по оплате вознаграждения и расходов арбитражного управляющего в сумме 2 005 850,93 руб., а также судебные расходы в сумме 5 400 000 руб. погашены кредитором;
- вместе с тем в материалах упомянутого дела № А73-15788/2014 не содержится доказательств собственно реального погашения обязательств – именно цессионарием и непосредственно за счет корреспондирующего источника поступления денежных средств – договора займа с ФИО2: в частности, согласно определению от 16.04.2020 сам текст договора цессии № 1 от 18.02.2020, а также доказательства получения ФИО10 оплаты по нему отсутствуют;
- одновременно с этим вступившим в законную силу приговором Центрального районного суда г. Хабаровска от 24.01.2024 по делу № 1-44/2024 установлены обстоятельства получения ФИО5 крупных денежных средств от участников долевого строительства ЖК «Ленинградский», которые в дальнейшем обналичивались в его пользу.
На основании перечисленного нижестоящие суды пришли к мотивированному выводу об отсутствии в материалах дела доказательств, однозначно подтверждающих достоверность и соотносимость между собой аргументов о фактической передаче ФИО2 должнику спорных средств в сумме 35 000 000 руб. на условиях заимствования, с их последующим непосредственным и реальным (как заемных) расходованием должником.
Исходя из требований частей 1 и 2 статьи 71 АПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, в том числе на предмет относимости, допустимости, достоверности каждого доказательства в отдельности, а также достаточности и взаимной связи доказательств в их совокупности; при этом по результатам оценки доказательств суду необходимо привести мотивы, по которым он принимает или отвергает имеющиеся в деле доказательства (часть 7 статьи 71, пункт 2 части 4 статьи 170 АПК РФ).
В данном случае, принимая во внимание изложенное, а также исходя из приведенных в мотивировочной части настоящего постановления обстоятельств, установленных судами двух инстанций в ходе повторного рассмотрения настоящего спора, суд округа полагает правомерным отказ последними во включении в реестр спорного требования ФИО2 в сумме 35 000 000 руб. Указанные выше выводы судов первой и апелляционной инстанций в достаточной степени мотивированы и соответствуют применимым нормам права.
Поддерживая позицию нижестоящих судов, судебная коллегия суда округа, в том числе, исходит из того, что обоснованность требований доказывается на основе принципа состязательности. Кредитор, заявивший требования к должнику, как и лица, возражающие против этих требований, обязаны доказать обстоятельства, на которые они ссылаются как на основание своих требований или возражений. Законодательство гарантирует им право на предоставление доказательств (статьи 9, 65 АПК РФ).
Таким образом, учитывая отсутствие в материалах данного дела каких-либо иных доказательств, которые в исследованной совокупности могли бы привести к другим выводам, следует признать, что, вопреки позиции кассатора, при разрешении настоящего спора у судов двух инстанций имелись правовые основания для отказа в удовлетворении требования ФИО2
Так, к отношениям, складывающимся в связи с рассмотрением арбитражным судом дела о банкротстве, всегда подлежит применению повышенный стандарт доказывания обстоятельств, положенных в основание требований, существенно отличающийся от обычного бремени доказывания в сходном частноправовом споре. Это обусловлено публично-правовым характером процедур банкротства, который неоднократно отмечался Конституционным Судом Российской Федерации (например, постановления от 22.07.2002 № 14-П, от 19.12.2005 № 12-П).
Судебное исследование этих обстоятельств должно отличаться большей глубиной и широтой по сравнению с обычным спором, тем более, если на соответствующие обстоятельства указывают лица, участвующие в деле, для чего требуется исследование не только прямых, но и косвенных доказательств и их оценка на предмет согласованности между собой и с позициями, занимаемыми сторонами спора, а основанием к включению требования в реестр является представление кредитором доказательств, ясно и убедительно подтверждающих наличие и размер задолженности перед ним и опровергающих возражения заинтересованных лиц об отсутствии долга.
При этом если в ходе рассмотрения спора заявлено (и судом установлены признаки) о наличии фактической или юридической аффилированности между кредитором и должником (на отсутствие которой здесь указывает кассатор, несмотря на констатированные судами обстоятельства в большей степени нетипичного поведения для обычных граждан, если б это имело место вне рамок согласованного дружественного поведения, включая необеспеченный крупный займ в наличной (именно с этим заемщиком) форме исключительно по расписке, без какого-либо обеспечения, с уплатой всех процентов только в конце срока, без очевидных и в достаточной мере подтвержденных (легальных) возможностей и перспектив возврата данным заемщиком спорных средств и пр. – исследована в рамках дискреционных полномочий нижестоящих судов вся совокупность заявленных правоотношений, их контекст и фоновые факторы), то к требованию такого кредитора подлежит применению еще более строгий стандарт доказывания, а именно, он должен исключить любые разумные сомнения в реальности долга (определения Верховного Суда Российской Федерации от 11.09.2017 № 301-ЭС17-4784, от 18.09.2017 № 301-ЭС15-19729(2), от 25.09.2017 № 309-ЭС17-344(2), от 11.10.2017 № 304-ЭС15-193723(3), от 13.07.2018 № 308-ЭС18-2197, от 23.07.2018 № 305-ЭС18-3009, от 23.08.2018 № 305-ЭС18-3533, от 08.05.2019 № 305-ЭС18-25788(2)).
Соответственно, с учетом вышеуказанных правовых позиций, принимая во внимание, что установленными в деле о банкротстве могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности, кредитор, чья независимость по отношению к должнику поставлена под вопрос, должен исключить любые разумные сомнения в реальности долга, исходя из заявленных участвующими в деле лицами возражений. При этом на такого кредитора может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе ее исполнения, подтвердить реальность правоотношений с несостоятельным должником с целью недопущения включения в реестр необоснованных требований, созданных формально для искусственного формирования долга.
В предмет доказывания по спорам об установлении обоснованности и размера требований кредиторов входят оценка сделки на предмет ее совершенности и действительности, обстоятельств возникновения долга, реальность возникших между сторонами заемных отношений, установление факта наличия (отсутствия) общих хозяйственных связей между кредитором и должником, экономической целесообразности совершения сделки, оценка поведения сторон с точки зрения наличия или отсутствия злоупотребления правом при ее совершении.
Таким образом, принимая во внимание нетипичное поведение заявителя (физического лица, не раскрывшего, в том числе, в ходе рассмотрения спора почему, осуществляя в спорный период заимствования юридическим и иным физическим лицам, в ситуации с ФИО5 он отступил от стандартного использования безналичной формы переводов денежных средств), предоставившего должнику (также физическому лицу) заем в значительном размере, как указывалось, без какого-либо обеспечения (залога или поручительства), и исходя из механизма повышенного стандарта доказывания, вытекающего из факта расчетов в наличной форме, суды обоснованно сделали акцент на вопросе реальной передачи ФИО2 (а не сугубо на формальном наличии у него подобной финансовой возможности) денежных средств должнику в сумме 35 000 000 руб. и расходования последним таких (в качестве заемных) средств.
При этом ссылка судов на пункт 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», утративший силу в связи с принятием постановления Пленума № 40, не является основанием для отмены вынесенных судебных актов, поскольку содержание изложенных в данном пункте разъяснений аналогично пункту 27 постановления Пленума № 40 (также ориентирующему суды при рассмотрении в рамках дел о банкротстве обособленных споров о включении в реестр требований кредиторов на углубленную проверку реальности правоотношений кредитора и должника исходя из конкретных фактических обстоятельств, имеющихся в деле доказательств и поступивших возражений) и о неправильном применении судами норм права не свидетельствует.
Ссылка кассатора на неправомерность отказа суда первой инстанции в удовлетворении ходатайств о назначении по делу экспертизы также для целей отмены обжалованных судебных актов не принимается. В данном случае исходя из предмета заявленных требований, фактических обстоятельств дела и представленных доказательств безусловная необходимость проведения такой экспертизы не усматривалась, как не доказано и то, что без ее проведения здесь было невозможно объективно и всесторонне разрешить спор по существу (в том числе в судебном заседании окружного суда финансовый управляющий, в частности, пояснил, что расписки, по его мнению, составлялись как раз в спорном временном периоде, но только для вида – с целью обоснования источника гашений ФИО5 требований налогового органа в деле № А73-15788/2014 о банкротстве ООО «Дальхабсбыт», но реальных денежных средств именно ФИО2 должнику не передавалось, в связи с чем и отсутствовала целесообразность проведения экспертизы относительно давности изготовления данных расписок). Следовательно, суд первой инстанции правомерно в порядке статей 167, 168 АПК РФ дал оценку представленным в материалы дела доказательствам при принятии обжалуемого определения, сделав соответствующие выводы с учетом всей совокупности таких представленных и исследованных по делу доказательств.
Пределы рассмотрения дела в суде кассационной инстанции ограничены проверкой правильности применения судами норм материального и процессуального права, а также соответствия выводов о применении нормы права установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в нем доказательствам (части 1 и 3 статьи 286 АПК РФ); установление же фактических обстоятельств дела, исследование и оценка доказательств является прерогативой судов первой и апелляционной инстанций, при этом в оспоренных кассатором судебных актах судами обеих инстанций приведены мотивы, по которым они по внутреннему убеждению пришли к соответствующим выводам, с указанием на конкретные доказательства, исследованные и оцененные в их совокупности по правилам статьи 71 АПК РФ.
Вместе с тем из полномочий кассационных судов исключены действия по предрешению вопросов достоверности или недостоверности доказательств, преимущества одних доказательств перед другими (включая в настоящем случае перманентные ссылки заявителя на показания дочери самого ФИО5 по уголовному делу), а также по переоценке доказательств, которым уже была дана оценка судами первой и апелляционной инстанций (статьи 286, 287 АПК РФ, пункт 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»).
В связи с чем, доводы заявителя кассационной жалобы судом округа отклоняются, как направленные на переоценку имеющихся в деле доказательств в ситуации наличия установленных (и подтвержденных доказательствами) судами первой и апелляционной инстанций в рамках настоящего конкретного обособленного спора оснований, исключающих включение требований ФИО2 в реестр ФИО5
Нарушений норм процессуального права, влекущих отмену определения и постановления по безусловным основаниям, судами не допущено.
При изложенных обстоятельствах Арбитражный суд Дальневосточного округа оснований для истребуемой кассатором отмены определения суда первой инстанции от 25.06.2025 и постановления апелляционного суда от 05.09.2025 не усматривает.
Руководствуясь статьями 286-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Дальневосточного округа
ПОСТАНОВИЛ:
определение Арбитражного суда Хабаровского края от 25.06.2025, постановление Шестого арбитражного апелляционного суда от 05.09.2025 по делу № А73-15150/2023 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.
Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.
Председательствующий судья Е.С. Чумаков
Судьи А.В. Ефанова
Е.О. Никитин