Решение по делу № А51-21836/2024 от 11.05.2025

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ПРИМОРСКОГО КРАЯ

690091, <...>

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

г. Владивосток Дело № А51-21836/2024

11 мая 2025 года

Резолютивная часть решения объявлена 23 апреля 2025 года.

Арбитражный суд Приморского края в составе судьи Кирильченко М.С.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Сергеевой Д.С.,

рассмотрев дело по заявлению общества с ограниченной ответственностью "МАТИСПРО" (ИНН <***>, ОГРН <***>)

к Владивостокской таможне (ИНН <***>, ОГРН <***>)

о признании незаконным решения от24.10.2024 о внесении изменений (дополнений) в сведения о товаре, заявленные в ДТ №10702070/290724/3256732

при участии в судебном заседании:

от заявителя – не явились, извещены;

от ответчика посредством веб- конференции- ФИО1 по доверенности от 28.12.2024 №150, диплом, паспорт,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Матиспро» (далее – заявитель, общество) обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании незаконным решения Владивостокской таможни (далее – ответчик, таможенный орган) от 24.10.2024 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ №10702070/290724/3256732.

Заявитель, извещенный надлежащим образом о месте и времени проведения судебного заседания, в заседание не прибыл, явку своих представителей не обеспечили, в силу части 3 статьи 156 АПК РФ дело рассмотрено в его отсутствие.

В обоснование заявленных требований представитель общества по тексту заявления указал, что у таможни отсутствовали основания для непринятия первого метода определения таможенной стоимости и вынесения оспариваемого решения, поскольку заявитель представил все имеющиеся у него и необходимые для подтверждения заявленной таможенной стоимости документы, в полном объеме выполнив обязанность по подтверждению таможенной стоимости, определенной по первому методу.

Представитель таможни по тексту письменного отзыва по заявленным требованиям возразил, указал, что заявленная декларантом таможенная стоимость значительно отличалась от ценовой информации, имеющейся в таможне, что является признаком её недостоверности; предоставленные обществом документы не подтверждают правильность выбранного метода определения таможенной стоимости, а заявленные сведения о таможенной стоимости не основаны на достоверных и документально подтвержденных сведениях, в связи с чем, таможенный орган обоснованно пришел к выводу о невозможности применения метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами.

Из материалов дела судом установлено, что в июле 2024 года ООО «Матиспро» в таможню подана декларация на товары №10702070/290724/3256732, в которой задекларированы поступившие из Китая товары:

-седла велосипедные различных артикулов (товар № 1);

-рукоятки для велосипедов (товар № 9);

-устройства переключения передач (скоростей) для велосипедов (товар №10).

Заявленная декларантом таможенная стоимость товаров определена методом по стоимости сделки с ввозимыми товарами.

В связи с выявлением рисков недостоверного декларирования таможенной стоимости товаров таможенным органом 29.07.2024 у декларанта запрошены дополнительные документы и (или) сведения. Одновременно таможенный орган проинформировал декларанта о возможности произвести выпуск товаров в соответствии со статьей 121 ТК ЕАЭС, в связи с чем указал на необходимость предоставить обеспечение уплаты таможенных пошлин, налогов.

В ответ на запрос таможенного органа декларантом 20.09.2024 представлены дополнительные документы и (или) сведения.

Таможенным постом 17.10.2024 в адрес декларанта направлен дополнительный запрос документов и (или) сведений.

По результатам проведенной проверки таможенных, иных документов и (или) сведений, начатой до выпуска товаров, таможенным органом 24.10.2024 принято решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ №10702070/290724/3256732.

Не согласившись с решением таможенного органа, посчитав, что оно не соответствует закону и нарушает его права и законные интересы в сфере экономической деятельности, общество обратилось в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Исследовав материалы дела, оценив доводы сторон, проанализировав законность оспариваемого решения, суд полагает, что заявленное требование подлежит удовлетворению в силу следующего.

Согласно части 1 статьи 198, части 4 статьи 200 АПК РФ для признания ненормативного акта государственного органа недействительным, его действий (бездействия) незаконными суду необходимо одновременно установить как несоответствие их закону или иному нормативному правовому акту, так и нарушение прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

По правилам пункта 2 статьи 38 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза (далее – ТК ЕАЭС) таможенная стоимость товаров, ввозимых на таможенную территорию Союза, определяется в соответствии с настоящей главой, если при ввозе на таможенную территорию Союза товары пересекли таможенную границу Союза.

Пунктом 9 статьи 38 ТК ЕАЭС предусмотрено, что определение таможенной стоимости товаров не должно быть основано на использовании произвольной или фиктивной таможенной стоимости товаров.

В соответствии с пунктом 10 статьи 38 ТК ЕАЭС таможенная стоимость товаров и сведения, относящиеся к ее определению, должны основываться на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации. Этот же принцип закреплен относительно информации о дополнительных начислениях к цене сделки.

Согласно пункту 15 статьи 38 ТК ЕАЭС основой таможенной стоимости ввозимых товаров должна быть в максимально возможной степени стоимость сделки с этими товарами в значении, определенном статьей 39 данного кодекса.

Порядок и условия применения метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами (метод 1) предусмотрены статьей 39 ТК ЕАЭС, согласно которой таможенной стоимостью ввозимых товаров является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на таможенную территорию Союза и дополненная в соответствии со статьей 40 настоящего Кодекса, при выполнении следующих условий:

В соответствии с пунктом 1 статьи 39 ТК ЕАЭС таможенной стоимостью ввозимых товаров является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на таможенную территорию Союза и дополненная в соответствии со статьей 40 настоящего Кодекса, при выполнении следующих условий:

1) отсутствуют ограничения в отношении прав покупателя на пользование и распоряжение товарами, за исключением ограничений, которые:

2) продажа товаров или их цена не зависит от каких-либо условий или обязательств, влияние которых на цену товаров не может быть количественно определено;

3) никакая часть дохода или выручки от последующей продажи, распоряжения иным способом или использования товаров покупателем не причитается прямо или косвенно продавцу;

4) покупатель и продавец не являются взаимосвязанными лицами, или покупатель и продавец являются взаимосвязанными лицами таким образом, что стоимость сделки с ввозимыми товарами приемлема для таможенных целей в соответствии с пунктом 4 настоящей статьи.

Согласно пункту 3 статьи 39 ТК ЕАЭС ценой, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, является общая сумма всех платежей за эти товары, осуществленных или подлежащих осуществлению покупателем непосредственно продавцу или иному лицу в пользу продавца. При этом платежи могут быть осуществлены прямо или косвенно в любой форме, не запрещенной законодательством государств-членов.

Пунктом 1 статьи 104 ТК ЕАЭС установлено, что товары подлежат таможенному декларированию при их помещении под таможенную процедуру.

В декларации на товары подлежат указанию сведения о заявляемой таможенной процедуре, о таможенной стоимости товаров (величина, метод определения таможенной стоимости товаров) и о документах, подтверждающих сведения, заявленные в декларации на товары, указанных в статье 108 настоящего Кодекса (подпункты 1, 4, 9 пункта 1 статьи 106 ТК ЕАЭС).

К документам, подтверждающим сведения, заявленные в таможенной декларации, относятся документы, подтверждающие заявленную таможенную стоимость товаров, в том числе ее величину и метод определения таможенной стоимости товаров (подпункт 10 пункта 1 статьи 108 ТК ЕАЭС).

По правилам пункта 2 названной статьи, в случае если в документах, указанных в пункте 1 настоящей статьи, не содержатся сведения, подтверждающие сведения, заявленные в таможенной декларации, такие сведения подтверждаются иными документами.

В силу пункта 1 статьи 313 ТК ЕАЭС при проведении таможенного контроля таможенной стоимости товаров, заявленной при таможенном декларировании, таможенным органом осуществляется проверка правильности определения и заявления таможенной стоимости товаров (выбора и применения метода определения таможенной стоимости товаров, структуры и величины таможенной стоимости товаров, документального подтверждения сведений о таможенной стоимости товаров).

Пунктом 2 этой же статьи предусмотрено, что при проведении контроля таможенной стоимости товаров таможенный орган вправе запросить у декларанта пояснения в письменной форме о факторах, влияющих на формирование цены товаров, а также об иных обстоятельствах, имеющих отношение к товарам, перемещаемым через таможенную границу Союза.

Если подача таможенной декларации не сопровождалась представлением документов, подтверждающих сведения, заявленные в таможенной декларации, таможенный орган вправе в отношении проверяемых сведений запросить у декларанта документы, сведения о которых указаны в таможенной декларации (пункт 1 статьи 325 ТК ЕАЭС).

Согласно пункту 17 статьи 325 ТК ЕАЭС при завершении проверки таможенных, иных документов и (или) сведений в случае, если представленные в соответствии с настоящей статьей документы и (или) сведения либо объяснения причин, по которым такие документы и (или) сведения не могут быть представлены и (или) отсутствуют, либо результаты таможенного контроля в иных формах и (или) таможенной экспертизы товаров и (или) документов, проведенных в рамках такой проверки, не подтверждают соблюдение положений настоящего Кодекса, иных международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и законодательства государств-членов, в том числе достоверность и (или) полноту проверяемых сведений, и (или) не устраняют оснований для проведения проверки таможенных, иных документов и (или) сведений, таможенным органом на основании информации, имеющейся в его распоряжении, принимается решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в таможенной декларации, в соответствии со статьей 112 настоящего Кодекса.

Для изменения (дополнения) сведений, заявленных в декларации на товары, и сведений в электронном виде декларации на товары на бумажном носителе, применяется корректировка декларации на товары (пункт 4 статьи 112 ТК ЕАЭС).

Обосновывая принятие оспариваемого решения, таможенный орган сослался на выявление в рамках таможенного контроля отклонений в меньшую сторону от имеющихся в распоряжении таможенного органа среднестатистических показателей стоимости задекларированного обществом в спорной ДТ товара от стоимости однородных товаров, оформляемых иными участниками внешнеэкономической деятельности,

В пункте 1 статьи 38 ТК ЕАЭС определено, что положения главы 5 «Таможенная стоимость товаров» базируются на общих принципах и правилах, установленных статьей VII Генерального соглашения по тарифам и торговле 1994 года (ГАТТ 1994). Аналогичная норма установлена пунктом 7 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.11.2019 № 49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза» (далее – Постановление № 49).

Согласно пункту 10 Постановления № 49 система оценки ввозимых товаров для таможенных целей, установленная Таможенным кодексом и основанная на статье VII ГАТТ 1994, исходит из их действительной стоимости - цены, по которой такие или аналогичные товары продаются или предлагаются для продажи при обычном ходе торговли в условиях полной конкуренции, определяемой с использованием соответствующих методов таможенной оценки. При этом согласно пункту 15 статьи 38 Таможенного кодекса за основу определения таможенной стоимости в максимально возможной степени должна приниматься стоимость сделки с ввозимыми товарами (первый метод определения таможенной стоимости).

С учетом данных положений примененная сторонами внешнеторговой сделки цена ввозимых товаров не может быть отклонена по мотиву одного лишь несогласия таможенного органа с ее более низким уровнем в сравнении с ценами на однородные (идентичные) ввозимые товары или ее отличия от уровня цен, установившегося во внутренней торговле.

Следовательно, выявление с использованием системы управления рисками рисков недостоверного декларирования таможенной стоимости является основанием для проведения дополнительной проверки, но не названо в нормативных правовых актах в качестве основания для корректировки заявленной таможенной стоимости.

При этом, как указано в пункте 11 Постановления Пленума №49, отсутствие подтверждения сведений о таможенной стоимости, заявленных в таможенной декларации и (или) содержащихся в иных представленных таможенному органу документах, а также выявление таможенным органом признаков недостоверного определения таможенной стоимости само по себе не может выступать основанием для вывода о неправильном определении таможенной стоимости декларантом, а является основанием для проведения таможенного контроля таможенной стоимости товаров в соответствии со статьей 313, пунктом 4 статьи 325 ТК ЕАЭС.

Аналогично статья 378 ТК ЕАЭС об использовании таможенными органами системы управления рисками (СУР) для проведения таможенного контроля и мер по минимизации рисков дает основания полагать, что выявление с использованием системы управления рисками рисков недостоверного декларирования таможенной стоимости является поводом для проведения дополнительной проверки, но не названо в качестве основания для внесения изменений или дополнений в сведения, указанные в ДТ.

В этом смысле различие цены сделки с ценовой информацией, содержащейся в других источниках, не относящихся непосредственно к указанной сделке, не может рассматриваться как наличие такого условия либо как доказательство недостоверности условий сделки и является лишь основанием для проведения проверочных мероприятий.

Суд учитывает также, что различие цены сделки с ценовой информацией, содержащейся в других источниках, не относящихся непосредственно к указанной сделке, не может рассматриваться как наличие такого условия либо как доказательство недостоверности условий сделки и является лишь основанием для проведения проверочных мероприятий.

Поскольку декларантом был избран первый метод таможенной оценки, основанный на стоимости сделки с ввозимыми товарами, то проверка таможней формирования цены сделки была необходима для установления факта выполнения декларантом условий, определенных статьей 39 ТК ЕАЭС.

Доказательств недостоверности сведений, содержащихся в пакете документов, представленном обществом в подтверждение заявленной таможенной стоимости, равно как невозможность использования документов, представленных декларантом при таможенном оформлении в обоснование таможенной стоимости товара, в их совокупности и системной оценке таможенным органом не подтверждена.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что низкий уровень заявленной обществом таможенной стоимости по ДТ №10702070/290724/3256732 не мог рассматриваться как доказательство недостоверности условий сделки, а также служить основанием для корректировки таможенной стоимости и внесения изменений (дополнений) в сведения, указанные в спорной ДТ.

Оценивая обстоятельства проведения дополнительной проверки и выводы, положенные в основу оспариваемого решения от 24.10.2024 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в спорной декларации на товары, суд учитывает следующее.

Из материалов дела следует, что при таможенном оформлении ввезенного товара по ДТ №10702070/290724/3256732, а также в ответ на запросы таможенного органа заявитель представил пакет документов, подтверждающих заявленную таможенную стоимость товаров, необходимый для таможенного оформления товаров в соответствии с выбранным таможенным режимом, в том числе: внешнеторговый контракт № ZHE 20-9-2018 от 20.09.2018 (с дополнениями), проформу инвойс №PI W240503 от 03.05.2024, коммерческий инвойс № W240503 от 10.07.2024, прайс лист продавца, упаковочный лист, заявления на перевод валюты, экспортную декларацию КНР (с переводом), ведомость банковского контроля по контракту, пояснительное письмо с приложениями, счета на оплату и другие документы (бухгалтерского учета, платежные, транспортные (коносамент), транспортно-экспедиционные), относящиеся к ввезенному по спорной ДТ товару.

По условиям пункта 1.1 внешнеторгового контракта №ZHE 20-9-2018 от 20.09.2018, заключенного между ООО «Матиспро» и иностранной компанией ZHEJIANG NEW VISION IMPORT & EXPORT CO., LTD, продавец обязуется продать, а покупатель принять и оплатить поставленный товар, а именно велосипедные запчасти, аксессуары, инструмент и приспособления к велосипедам в ассортименте и по ценам, указанным в проформе инвойсе на каждую поставку, которые являются неотъемлемой частью настоящего Контракта. Количество товара может меняться и уточняться по электронной почте или устно. Эти изменения не оформляются дополнениями к Контракту и отражаются в отгрузочных документах: инвойсе, упаковочном листе, коносаменте.

Согласно пункту 2.1 контракта цена на товар, ассортимент, количество, единицы измерения указывается в проформах инвойсах (инвойсах) продавца.

Согласно пункту 4.1 контракта (в редакции дополнения № 4 от 01.05.2022) поставка товара «покупателю» осуществляется на условиях FOB порт Китая или FCA или EXW согласно «Инкотермс 2010», комбинированным транспортом. Условия отгрузки и место отгрузки указывается в инвойсе и упаковочном листе.

В рамках внешнеторгового контракта сторонами оформлена и согласована проформа инвойс №PI W240503 от 03.05.2024 и инвойс №W240503 от 10.07.2024 на общую сумму 96460,00 долларов США.

В указанных документах помимо наименования, ассортимента, количества и цены товара, стороны контракта согласовали условия поставки и оплаты товара.

Из представленных декларантом в таможенный орган коммерческого инвойса, проформы инвойс, иных документов следует, что товар поставляется на условиях FOB NINGBO.

Представленные документы свидетельствуют об исполнении продавцом по упомянутому внешнеэкономическому контракту принятых обязательств и отсутствии каких-либо замечаний по их исполнению со стороны общества.

Проанализировав условия поставки и сведения, содержащиеся в документах, представленных в подтверждение ее исполнения, суд приходит к выводу, что документы заявителя выражают содержание и условия заключенной сделки, являются взаимосвязанными, имеют соответствующие ссылки, подписаны сторонами, содержат все необходимые сведения о наименовании товара, его количестве и стоимости, что позволяет идентифицировать товар и с достоверностью установить цену применительно к количественно определенным характеристикам товара, условия поставки и оплаты. Исполнение обязательств по контракту сторонами осуществлено в соответствии с условиями контракта.

С учетом изложенного, поскольку заявителем представлены достаточные документы, позволяющие определить заявленный декларантом первый метод таможенной оценки - по стоимости сделки с ввозимым товаром, у суда отсутствуют основания считать, что стороны внешнеэкономической сделки не достигли условий о наименовании, количестве и стоимости поставляемого товара.

Следовательно, вывод таможенного органа о невозможности применения первого метода определения таможенной стоимости в отношении спорного товара нормативно и документально не обоснован.

В оспариваемом решении таможенный орган приводит доводы о том, что представленная экспортная декларация страны отправления товара (КНР) №№ 310120240517205880 от 12.07.2024 содержит в графе "Номер соглашения" (контракт, инвойс, спецификация) реквизит коммерческого документа, не позволяющего произвести идентификацию товарной партии с данной таможенной декларацией КНР. Кроме того, в графе получатель указано "OOO MATISPRO", а согласно правилам таможни КНР по оформлению грузовой таможенной декларации при импорте и экспорте товаров (Порядок заполнения грузовой таможенной экспортноимпортной декларации) наименование грузополучателя заполняется на английском языке (т.е. аббревиатура "ООО", указывается как "LLC").

Отклоняя данный довод таможни в отношении экспортной декларации, суд исходит из следующего.

Все сведения, указанные в экспортной таможенной декларации, включая сведения о товаре, его количестве, отправителе и получателе, контейнерах, номере коносамента, в которых перевозились товары, порте отправления, соответствуют сведениям, заявленным декларантом и представленным им документам. Указание таможенного органа на то, что представленная экспортная декларация оформлена с нарушениями, поскольку значение графы «грузополучатель за пределами страны» указано без «LLC», не может быть принято судом во внимание, поскольку выявленные несоответствия касаются порядка оформления декларации в стране отправления, что не отменяет сопоставимость заявленных в экспортной декларации сведений о товарах со спорной поставкой.

Таким образом, довод таможни о том, что представленная декларантом экспортная ДТ не соответствует Правилам заполнения импортно-экспортной декларации в КНР нельзя признать обоснованным.

Судом установлено, что представленная экспортная ДТ имеет QR-код и шрих-код. При этом суд принимает во внимание, что экспортная декларация является документом, оформляемым иностранным контрагентом, который заполняется в соответствии с законодательством страны отправления. Негативные последствия от различия в требованиях, предъявляемых к экспортной декларации законодательством страны отправления и законодательством Российской Федерации, не могут быть переложены на российского декларанта. Таким образом, декларант не должен нести ответственность за оформление и содержание сведений в экспортной таможенной декларации.

В обоснование принятия оспариваемого решения таможней указано, что обществом было предоставлено платежное поручение №120 от 23.07.2024 на оплату транспортных расходов по счету № 24-15172- mf на сумму 407301.52 руб. Таким образом, на момент таможенного декларирования (29.07.2024) Обществу были известны фактически понесенные при оплате расходы на перевозку, при этом Обществом были задекларированы транспортные расходы по счету № 24-15172-MF от 22.07.2024 в размере 4640 долл. США по курсу ЦБ РФ на дату декларирования (в сумме 397021.61 руб.). Соответственно, таможенный орган приходит к выводу о том, что декларантом при заявлении таможенной стоимости товаров по ДТ № 10702070/290724/3256732 не соблюдены требования п.10 ст. 38, ст.39 ТК ЕАЭС.

Вместе с тем, в подтверждение стоимости расходов по перевозке (транспортировке) товаров в таможенный орган представлены договор №КООО/21215М на оказание транспортно-экспедиционных услуг по организации перевозок грузов в международном сообщении от 27.09.2023, заключенный с экспедитором, заявка на международную перевозку груза №24-15172-mf от 01.07.2024, счета на оплату, в том числе, счет №24-15172-mf от 22.07.2024, акты, счета-фактуры экспедитора, содержащие данные о стоимости транспортировки до границы ЕАЭС и по территории ЕАЭС, документы об оплате этих услуг (платежные поручения, в том числе платежное поручение №120 от 23.07.2024).

Указанные документы соответствуют условиям договора, заключенного декларантом с экспедитором, содержат сведения о стоимости расходов на перевозку, как вне таможенной территории Союза, так и по территории Союза, не содержат противоречий, позволяющих предположить необоснованность либо документальную неподтвержденность расходов.

Каких-либо доказательств, опровергающих соответствие действительности документов, подтверждающих сведения о расходах на перевозку (транспортировку) товаров, относимость этих расходов к задекларированным товарам, таможенный орган в своем решении не привел.

Согласно официальному сайту Центрального Банка Российской Федерации курс 1 доллара США на 23.07.2022 (дата оплаты по платежному поручению №120) составил 87,7805 рублей, на дату декларирования (29.07.2024) курс составлял 85,5650рублей.

Соответственно при декларировании товара обществом подлежали указанию дополнительные начисления к стоимости товара в виде транспортных затрат, фактически понесенных, а именно, 4640 долл. США по курсу ЦБ РФ на дату оплаты, то есть по курсу 87,7805рублей, что составило 407301.52 руб.

Вместе с тем, суд приходит к выводу, что неверно указанная стоимость дополнительных затрат в данном случае не являлась основанием для отказа декларанту в применении первого метода. Так, таможенный орган на основе представленных документов самостоятельно смог определить величину расходов на перевозку (транспортировку) задекларированных товаров, подлежащих включению в структуру таможенной стоимости в размере 407301,52 руб. (Платежное поручение № 120 от 23.07.2024 на оплату Счета № 24-15172-mf).

Из материалов дела, установлено, что обществом полностью подтверждены транспортные расходы и маршрут следования груза. Общество в ходе рассмотрения дела дало пояснения относительно маршрута следования товара и оплаты транспортных расходов. Таможенным органом не представлены доказательства, подтверждающие иную оплату транспортных расходов или иной маршрут следования груза. Невозможность корректировки данного элемента структуры таможенной стоимости ответчиком не доказана. Достоверность представленных декларантом документов по транспортировки товара не вызвала каких либо сомнений у таможенного органа в ходе мероприятий таможенного контроля.

В соответствии с постановлением Пленума ВС РФ N 49, незаявление (неполнота заявления) декларантом одного или нескольких дополнительных начислений не является основанием для отказа в применении первого метода определения таможенной стоимости, если при проведении таможенного контроля декларантом представлены и (или) имеются в распоряжении таможенного органа отвечающие требованиям пункта 10 статьи 38 ТК ЕАЭС документы (сведения), позволяющие правильно учесть такие дополнительные начисления.

В соответствии с пунктом 3 статьи 40 Таможенного кодекса последующие методы таможенной оценки используются, в частности, при отсутствии достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации, необходимой для осуществления дополнительных начислений к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, предусмотренных данной статьей.

Таким образом, выявленные недостатки при указании дополнительных расходов общества, влияющих на формирование таможенной стоимости, с учетом представленных декларантом документов, достоверность которых не опровергнута таможенным органом, позволяли ответчику скорректировать размер подлежащих уплате таможенных платежей в рамках первого метода. Выявленные недостатки не являлись оснований для отказа ля отказа в применении первого метода определения таможенной стоимости

В спорной ситуации материалами дела подтверждается, что в ходе проведения таможенного контроля по спорной ДТ общество представило документы, которые в совокупности свидетельствуют о представлении документального подтверждения заявленной таможенной стоимости и о принятии мер по устранению сомнений таможни в достоверности заявленной таможенной стоимости.

Таким образом, указанные документы позволяли идентифицировать рассматриваемую поставку с представленными коммерческими документами, в том числе, документами по транспортным расходам. Представленные документы документально подтверждали информацию о цене сделки и понесенными дополнительными расходами.

В свою очередь наличие каких-либо ограничений и условий, которые могли повлиять на цену сделки при заключении контракта от 20.09.2018, а также условий, влияние которых не может быть учтено, таможней не доказано, равно как не представлены доказательства невозможности применения метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами, указанные в пункте 1 статьи 39 ТК ЕАЭС.

Соответственно утверждение таможенного органа о невозможности применения первого метода определения таможенной стоимости в отношении товаров по рассматриваемой ДТ нормативно и документально необоснованно.

Таким образом, учитывая, что результаты таможенного контроля определения таможенной стоимости по спорной декларации не подтверждают доводы таможни о несоблюдении декларантом положений ТК ЕАЭС при определении таможенной стоимости, тогда как представленные обществом документы и сведения указывают на определение таможенной стоимости на основании достоверной, количественно определенной и документально подтвержденной информации, суд приходит к выводу о необоснованности оспариваемого решения о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары №10702070/290724/3256732.

Таким образом, оспариваемое решение Владивостокской таможни от 24.10.2024 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ №10702070/290724/3256732, является незаконным и нарушающим права общества.

Арбитражный суд, установив, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие), в том числе государственных органов не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, принимает решение о признании ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) незаконными (часть 2 статьи 201 АПК РФ).

Как следует из пункта 3 части 5 статьи 201 АПК РФ, понуждение органа, осуществляющего публичные полномочия, принять решение или иным образом устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя, не относится к исковым требованиям, а является способом устранения нарушенного права.

В соответствии с частью 1 статьи 4 АПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, самостоятельно определив способы их судебной защиты соответствующих статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Выбор способа защиты нарушенного права осуществляется заявителем и должен действительно привести к восстановлению нарушенного материального права или реальной защите законного интереса. Избранный заявителем способ защиты должен быть соразмерен нарушению и не должен выходить за пределы, необходимые для его применения.

При этом суд вправе самостоятельно определять способ восстановления нарушенного права заявителя.

Исходя из пункта 33 Постановления Пленума ВС РФ № 49, в случае признания судом незаконным решения таможенного органа, принятого по результатам таможенного контроля и влияющего на исчисление таможенных платежей, либо отказа (бездействия) таможенного органа во внесении изменений в декларацию на товар и (или) в возврате таможенных платежей в целях полного восстановления прав плательщика на таможенный орган в судебном акте возлагается обязанность по возврату из бюджета излишне уплаченных и взысканных платежей.

Принимая во внимание указанные выше положения Постановления Пленума ВС РФ № 49, суд обязывает таможню возвратить обществу таможенные платежи, излишне уплаченные (взысканные) по декларации на товары №10702070/290724/3256732, окончательный размер которых таможне определить на стадии исполнения судебного акта.

Расходы заявителя по уплате государственной пошлины на основании статьи 110 АПК РФ относятся на таможенный орган с учетом результатов рассмотрения спора.

Руководствуясь статьями 167-170, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

Признать незаконным решение Владивостокской таможни от 24.10.2024 о внесении изменений (дополнений) в сведения о товаре, заявленные в ДТ №10702070/290724/3256732, после выпуска товаров, как несоответствующее Таможенному кодексу Евразийского экономического союза.

Обязать Владивостокскую таможню произвести возврат обществу с ограниченной ответственностью "МАТИСПРО" излишне уплаченных таможенных платежей по ДТ №10702070/290724/3256732, окончательный размер которых определить на стадии исполнения решения суда.

Взыскать с Владивостокской таможни в пользу общества с ограниченной ответственностью "МАТИСПРО" судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 50000 (пятьдесят тысячи) рублей

Решение может быть обжаловано через Арбитражный суд Приморского края в течение месяца со дня его принятия в Пятый арбитражный апелляционный суд и в Арбитражный суд Дальневосточного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу, при условии, что оно было предметом рассмотрения апелляционной инстанции.

Судья Кирильченко М.С.