Актуально на:
19 октября 2019 г.

Решение Верховного суда: Определение N 25-КГ15-12 от 15.12.2015 Судебная коллегия по гражданским делам, кассация

ВЕРХОВНЫЙ СУД

РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

№25-КГ15-12

ОПРЕДЕЛЕНИЕ г. Москва 15 декабря 2015 г.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда

Российской Федерации в составе

председательствующего Кликушина А.А.

судей Юрьева И.М. и Вавилычевой Т.Ю.

рассмотрела в открытом судебном заседании дело по иску Егиазарян К О к Лукьяновой И еА , Асланбековой Т А , Насоновой И А , действующей в интересах несовершеннолетнего Асланбекова А Ас , Грищенко Л А , Асланбекову С Ф , Сулеймановой С Ф , Куприяновой В Е о признании права собственности на наследственное имущество, по встречному иску Лукьяновой И А , Асланбековой Т А Грищенко Л А , Насоновой И А действующей в интересах несовершеннолетнего Асланбекова А А , к Егиазарян К О , Асланбекову СФ , Сулеймановой С Ф , Куприяновой В Е , Дмитриеву А И о разделе общей долевой собственности, выделе доли, признании права собственности,

по кассационной жалобе Егиазарян К О на апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Астраханского областного суда от 28 января 2015 г.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Кликушина А.А., выслушав объяснения представителей Егиазарян К.О Вельского К.Е. и Агафоновой Е.В., поддержавших доводы кассационной жалобы, объяснения ответчика Грищенко Л. А., являющейся также представителем по доверенности Асланбековой Т.А., Насоновой И.А., действующей в интересах несовершеннолетнего Асланбекова А.А., и Лукьяновой И.А., возражавшей против доводов кассационной жалобы Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации

установила:

Егиазарян К.О. обратилась в суд с иском к ответчикам о признании права собственности на наследственное имущество. В обоснование иска ссылалась на то, что с июля 2005 года состояла в браке с Асланбековым А.Ф который при жизни составил завещание, указав в качестве наследников Грищенко Л.А., Асланбекову Т.А., Лукьянову И.А. и истца. 7 декабря 2010 г Асланбеков А.Ф. умер. После смерти Асланбекова А.Ф. кроме указанных в завещании лиц к его имуществу были призваны два наследника с обязательными долями - его отец Асланбеков Ф.Г. и малолетний сын Асланбеков А.А. Поскольку отец наследодателя Асланбеков Ф.Г. после смерти сына сделал заявление о принятии обязательной доли наследства, но умер 3 ноября 2013 г., его наследники - сын Асланбеков С.Ф., дочь Сулейманова С.Ф. и супруга Куприянова В.Е. являются наследниками к имуществу Асланбекова А.Ф. по праву представления. Егиазарян К.О считая себя наследником, имеющим преимущественное право на неделимую вещь при разделе наследства, поскольку имущество находилось в ее и супруга Асланбекова А.Ф. совместной собственности, просила признать за ней право собственности на указанное наследственное имущество с выплатой остальным наследникам денежной компенсации за принадлежащие им доли.

Лукьянова И.А., Асланбекова Т.А., Грищенко Л.А., Насонова И.А обратились в суд со встречным иском о разделе общей долевой собственности, выделе доли, признании права собственности. В обоснование иска указали, что спорные объекты наследственного имущества не являются предметами обычной домашней обстановки и обихода, а потому Егиазарян К.О. не имеет преимущественного права перед другими наследниками. На выплату денежной компенсации не согласны, поскольку желают распоряжаться имуществом по своему усмотрению. Кроме того истцы указали на то, что в собственности супругов Асланова А.Ф. и Егиазарян К.О. находился автомобиль « », который подлежал включению в состав наследственного имущества, но был продан Егиазарян К.О. Также Егиазарян К.О. со счета, находящегося в Сберегательном банке РФ были сняты денежные средства, входящие в наследственную массу, в размере руб. коп.

Решением Советского районного суда г. Астрахани от 15 сентября 2014 г. иск Егиазарян К.О. удовлетворен. Встречный иск в части взыскания с Егиазарян К.О. денежных средств, снятых с расчетного счета наследодателя удовлетворен частично, с Егиазарян К.О. в пользу Лукьяновой И.А Асланбековой Т.А., Грищенко Л.А. взыскано руб. (в пользу каждой), в пользу Асланбекова А.А. - руб. в остальной части во встречном иске отказано.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Астраханского областного суда от 28 января 2015 г. решение суда первой инстанции в части удовлетворения исковых требований Егиазарян К.О. отменено и в этой части принято новое судебное постановление, которым в удовлетворении иска Егиазарян К.О. отказано. В остальной части решение суда первой инстанции оставлено без изменения.

В кассационной жалобе Егиазарян К.О. просит отменить апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Астраханского областного суда от 28 января 2015 г. как незаконное.

Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации Кликушина А.А. от 19 ноября 2015 г. кассационная жалоба заявителя с делом передана для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации.

Проверив материалы дела, обсудив доводы, изложенные в кассационной жалобе, возражения на нее, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит, что имеются основания для отмены апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Астраханского областного суда от 28 января 2015 г. в части отмены решения суда первой инстанции и принятия в этой части нового решения об отказе в иске Егиазарян К.О.

В соответствии со статьей 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального или процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

Такие нарушения норм материального права были допущены судом апелляционной инстанции по настоящему делу.

Как установлено судом и следует из материалов дела, Асланбеков А.Фи Асланбекова (Грищенко) Л.А. состояли в зарегистрированном браке, от которого имели двух дочерей Лукьянову И.А. и Асланбекову Т.А., в 1993 году брак между ними расторгнут.

5 июля 2005 г. Асланбеков А.Ф. заключил брак с Егиазарян К.О.

7 декабря 2010 г. Асланбеков А.Ф. умер.

Решением Советского районного суда г. Астрахани от 16 августа 2013 г. определены доли наследников умершего Асланбекова А.Ф. Доли Егиазарян К.О., Грищенко Л.А., Асланбековой Т.А. и Лукьяновой И.А. в наследственном имуществе определены в размере 1/5 доли каждого, Асланбекова А.А. - 1/10 доли, Куприяновой В.Е., Асланбекова С.Ф Сулеймановой С.Ф. - 1/30 доли каждого (т. 2, л.д. 8-27).

Кроме того, Егиазарян К.О., как пережившей супруге, принадлежит право на 1/2 доли совместно нажитого в браке с Асланбековым А.Ф имущества.

В состав наследственного имущества, ставшего предметом настоящего спора, вошло недвижимое имущество: 1/4 часть нежилого помещения (ресторан), расположенного по ул. 1/2 доли машиноместа для стоянки одного автомобиля, расположенного по адресу: , а также денежные средства находившиеся на расчетном счете в Сберегательном банке Российской Федерации.

Определением Советского районного суда г. Астрахани от 18 марта 2014 г. назначалась судебно-строительная экспертиза, согласно заключению которой технический раздел здания ресторана и машиноместа невозможен (т. 1, л.д. 187-216; т. 2, л.д. 156-190).

Разрешая спор, суд первой инстанции, руководствуясь положениями статей 1168 и 133 Гражданского кодекса Российской Федерации удовлетворил исковые требования Егиазарян К.О. о признании за ней преимущественного права на получение спорных объектов наследственного имущества в собственность с выплатой остальным наследникам компенсации, и исходил из того, что реальный раздел спорного имущества (ресторана и машиноместа) пропорционально долям наследников невозможен, при этом истцом представлены доказательства гарантированности выплаты остальным наследникам компенсации за доли в наследственном имуществе.

Суд апелляционной инстанции не согласился с данным выводом суда первой инстанции.

Отменяя решение суда первой инстанции в части удовлетворения иска Егиазарян К.О. о признании за ней преимущественного права на получение спорных объектов наследственного имущества в собственность с выплатой остальным наследникам компенсации и, принимая по делу в этой части новое решение об отказе в удовлетворении иска, суд апелляционной инстанции руководствовался положениями статьи 252 Гражданского кодекса Российской Федерации, приняв во внимание доводы участников долевой собственности спорного имущества (ответчиков по делу) о наличии у них существенного интереса в использовании общего имущества и об их несогласии на выплату компенсации. Кроме того, суд апелляционной инстанции указал, что открытие Егиазарян К.О. счетов в банках на общую сумму в размере руб. в качестве гарантии предоставления ответчикам денежной компенсации за принадлежащие им доли наследственного имущества, не может являться гарантией предоставления компенсации в заявленном размере, поскольку возможно распоряжение денежными средствами со стороны истца. Также апелляционная инстанция указала на то, что, поскольку наследник Асланбекова А.Ф. - Асланбеков А.А. является несовершеннолетним, суду первой инстанции при принятии решения по делу необходимо было учесть положения статьи 37 Гражданского кодекса Российской Федерации, что им сделано не было.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит, что выводы суда апелляционной инстанции основаны на неправильном толковании норм материального права.

Обращаясь в суд с иском в порядке статей 1168 и 133 Гражданского кодекса Российской Федерации Егиазарян К.О. просила признать за ней преимущественное право на наследственное имущество после смерти супруга в виде здания ресторана и машиноместа.

Согласно пункту 1 статьи 1168 Гражданского кодекса Российской Федерации наследник, обладавший совместно с наследодателем правом общей собственности на неделимую вещь, доля в праве на которую входит в состав наследства, имеет при разделе наследства преимущественное право на получение в счет своей наследственной доли вещи, находившейся в общей собственности, перед наследниками, которые ранее не являлись участниками общей собственности, независимо от того, пользовались они этой вещью или нет.

Пунктом 52 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 г. № 9 «О судебной практике по делам о наследовании» разъяснено, что преимущественное право на получение в счет своей наследственной доли входящих в состав наследства неделимой вещи жилого помещения, раздел которого в натуре невозможен, имеют наследники, обладавшие совместно с наследодателем правом общей собственности на неделимую вещь, в том числе на жилое помещение, не подлежащее разделу в натуре, которые могут воспользоваться этим правом преимущественно перед всеми другими наследниками, не являвшимися при жизни наследодателя участниками общей собственности на неделимую вещь включая наследников, постоянно пользовавшихся ею, и наследников проживавших в жилом помещении, не подлежащем разделу в натуре.

По смыслу указанных выше норм и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, преимущественное право такого наследника обусловлено его участием при жизни наследодателя и вместе с ним в праве общей собственности на такую вещь, т.е. когда спорная неделимая вещь до открытия наследства принадлежала ему и наследодателю на праве общей собственности. При этом не имеет значения, каким было соотношение размеров долей наследодателя и наследника в праве общей собственности на неделимую вещь, а также пользовался ли другой наследник этой вещью.

В силу пункта 1 статьи 1170 Гражданского кодекса Российской Федерации несоразмерность наследственного имущества, о преимущественном праве на получение которого заявляет наследник на основании статьи 1168 или 1169 названного кодекса, с наследственной долей этого наследника устраняется передачей этим наследником остальным наследникам другого имущества из состава наследства или предоставлением иной компенсации, в том числе выплатой соответствующей денежной суммы.

Из содержания разъяснений, содержащихся в пункте 54 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 г. № 9 «О судебной практике по делам о наследовании», следует, что компенсация несоразмерности получаемого наследственного имущества с наследственной долей, возникающей в случае осуществления наследником преимущественного права, установленного статьей 1168 или статьей 1169 Гражданского кодекса Российской Федерации, предоставляется остальным наследникам, которые не имеют указанного преимущественного права независимо от их согласия на это, а также величины их доли и наличия интереса в использовании общего имущества, но до осуществления преимущественного права (если соглашением между наследниками не установлено иное).

Суд первой инстанции установил, что истец обратился в суд с иском 6 декабря 2013 г., то есть в течение трех лет с момента открытия наследства (Асланбеков А.Ф. умер 7 декабря 2010 г.).

В соответствии с разъяснениями Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 г., содержащимися в пункте 51 постановления № 9 «О судебной практике по делам о наследовании», раздел наследственного имущества, поступившего в долевую собственность наследников, производится: в течение трех лет со дня открытия наследства по правилам статей 1165 - 1170 Гражданского кодекса Российской Федерации (часть вторая статьи 1164 Гражданского кодекса Российской Федерации), а по прошествии этого срока - по правилам статей 252, 1165, 1167 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Разрешая исковые требования Егиазарян К.О. о признании за ней преимущественного права на наследственное имущество, суд апелляционной инстанции применил положения статьи 252 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Между тем Егиазарян К.О. исковые требования в порядке данной статьи не предъявлялись, о чем она также указывает в кассационной жалобе в связи с чем у суда апелляционной инстанции не имелось оснований для разрешения спора по правилам статьи 252 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Как установлено судом и следует из материалов дела, Егиазарян К.О до момента открытия наследства (7 декабря 2010 г.) обладала с Асламбековым А.Ф. правом общей собственности на нежилое помещение (ресторан) и машиноместо для стоянки одного автомобиля, в связи с чем суд первой инстанции пришел, к выводу о возникновении у нее преимущественного права на получение в счет своей наследственной доли остальных долей в данном недвижимом имуществе с компенсацией другим наследникам его стоимости, основанного на пункте 1 статьи 1168 Гражданского кодекса Российской Федерации. При этом суд первой инстанции указал, что факт возражений других наследников против выплаты им денежной компенсации, правового значения не имеет.

Суд апелляционной инстанции, отменяя решение суда первой инстанции в части исковых требований Егиазарян К.О. и опровергая выводы суда, не указал в своем решении мотивов, по которым пришел к противоположному, чем суд первой инстанции, выводу.

Между тем, в соответствии со статьей 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции повторно рассматривает дело в судебном заседании по правилам производства в суде первой инстанции с учетом особенностей предусмотренных главой 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Как разъяснено в пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 июня 2012 года № 13 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции», судам необходимо учитывать, что по смыслу статьи 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации повторное рассмотрение дела в суде апелляционной инстанции предполагает проверку и оценку фактических обстоятельств дела и их юридическую квалификацию в пределах доводов апелляционных жалобы, представления и в рамках тех требований, которые уже были предметом рассмотрения в суде первой инстанции.

Частью 1 статьи 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации определено, что постановление суда апелляционной инстанции выносится в форме апелляционного определения.

В апелляционном определении должны быть указаны, в том числе мотивы, по которым суд пришел к своим выводам, и ссылка на законы которыми суд руководствовался (пункт 6 части 2 статьи 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Данные разъяснения Пленума судом апелляционной инстанции при принятии решения учтены не были, в связи с чем определение суда апелляционной инстанции нельзя признать отвечающим требованиям статей 327, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Кроме того, отказывая в иске, суд апелляционной инстанции указал, что наличие денежных средств на банковских счетах, открытых на имя Егиазарян К.О., не является гарантией предоставления ею денежной компенсации остальным наследникам, в связи с чем истцу следовало внести денежные средства на депозит суда, что исключило бы возможность распоряжения денежными средствами с его стороны.

Как видно из дела, в ответ на обращение в Советский районный суд

г. Астрахани Егиазарян К.О. было сообщено, что в Советском районном

суде г. Астрахани отсутствует депозитный счет, однако заявитель не лишена

возможности внести денежные средства на банковский счет управления

Судебного департамента в Астраханской области (т. 2, л.д. 211).

Письмом Управления Судебного департамента в Астраханской

области от 17 июня 2014 г. в удовлетворении заявления Егиазарян К.О. о

принятии суммы компенсации на депозитный счет до рассмотрения судом

дела по существу было отказано со ссылкой на то, что в Управлении

Судебного департамента в Астраханской области депозитного счета не

имеется (т. 2, л.д. 209-210).

Нотариусом г. Астрахани Шияновой Л.А. письмом от 11 июня 2014 г в принятии денежных средств в депозит нотариуса Егиазарян К.О. также отказано (т. 2, л.д. 212).

В дальнейшем Егиазарян К.О. размещены денежные средства предназначенные для выплаты остальным наследникам компенсации за принадлежащие им доли в наследственном имуществе, на двух депозитных счетах в банках с предоставлением суду подтверждения нахождения денег на счетах в названных кредитных организациях (т. 2, л.д. 226-228).

При таких обстоятельствах вывод суда апелляционной инстанции об отсутствии гарантии предоставления истцом денежной компенсации остальным наследникам неправомерен.

Также необоснованным является вывод суда апелляционной инстанции о нарушении судом первой инстанции положений статьи 37 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 2 статьи 37 Гражданского кодекса Российской

Федерации, опекун не вправе без предварительного разрешения органа

опеки и попечительства совершать, а попечитель - давать согласие на

совершение сделок по отчуждению, в том числе обмену или дарению

имущества подопечного, сдаче его внаем (в аренду), в безвозмездное

пользование или в залог, сделок, влекущих отказ от принадлежащих

подопечному прав, раздел его имущества или выдел из него долей, а также

любых других действий, влекущих уменьшение имущества подопечного.

С учетом вышеприведенных требований закона судом первой инстанции к участию в деле был привлечен орган опеки и попечительства (т.1, л.д. 218), однако он в суд не явился, указав на свое возражение против замены доли несовершеннолетнего Асланбекова А.А. в наследственном имуществе соответствующей денежной компенсацией (т. 3, л.д. 134). При этом данное возражение отдела опеки и попечительства по Трусовскому району г. Астрахани ничем не мотивировано.

Суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии нарушения прав несовершеннолетнего наследника Асламбекова А.А. в случае выплаты ему компенсации за принадлежащую ему долю в наследственном имуществе поскольку уменьшения имущества несовершеннолетнего не произошло Размер компенсации за принадлежащую ему долю в наследственном имуществе определен судом первой инстанции на основании отчета об оценке имущества от 19 августа 2014 г., выполненного ООО «Дом консалтинга и аудита» (т. 3, л.д. 1-41) и отчета об оценке имущества от 21 июля 2013 г., выполненного ООО «Нижневолжское агентство оценки» (т. 3, л.д. 42-85).

Доказательства, положенные в основу решения суда первой инстанции о размере компенсации, подлежащей выплате несовершеннолетнему за наследственное имущество, суд апелляционной инстанции отверг, при этом в нарушение статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которой результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, не привел мотивов, по которым не принял эти доказательства.

Таким образом вывод суда апелляционной инстанции о нарушении прав несовершеннолетнего в случае выплаты ему компенсации за долю в имуществе ничем не подтвержден.

Допущенные судом апелляционной инстанции нарушения норм материального права являются существенными, в связи с чем могут быть устранены только посредством отмены апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Астраханского областного суда от 28 января 2015 г. в части отмены решения суда первой инстанции и принятия в этой части нового решения об отказе в удовлетворении первоначального иска Егиазарян К.О. с направлением дела в указанной части на новое апелляционное рассмотрение.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 387, 388, 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации

определила:

апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Астраханского областного суда от 28 января 2015 г. в части отмены решения суда первой инстанции и принятия в этой части нового решения об отказе в удовлетворении первоначального иска Егиазарян К.О. отменить, дело в указанной части направить на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

Председательствующий

Судьи

Аа
Аа
Аа
Идет загрузка...