Актуально на:
26 апреля 2019 г.

Решение Верховного суда: Определение N 26-АПГ17-2 от 07.06.2017 Судебная коллегия по гражданским делам, апелляция

ВЕРХОВНЫЙ СУД

РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

№26-АПГ17-2

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

город Москва «7» июня 2017 года

Судебная коллегия по административным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе

председательствующего Зинченко И.Н.,

судей Калининой Л.А. и Корчашкиной Т.Е.

при секретаре Горенко А.А.

рассмотрела в открытом судебном заседании административное дело по апелляционной жалобе Управления Министерства юстиции Российской Федерации по Республике Ингушетия на решение Верховного Суда Республики Ингушетия от 6 февраля 2017 года, которым отказано в удовлетворении его административного иска о ликвидации регионального общественного движения Ингушетии «Совет тейпов Ингушского народа» и исключении данного общественного движения из Единого государственного реестра юридических лиц.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Зинченко И.Н., возражение против удовлетворения апелляционной жалобы представителя регионального общественного движения Ингушетии «Совет тейпов Ингушского народа» адвоката Юрьева М.В., Судебная коллегия по административным делам Верховного Суда Российской Федерации

установила:

Управление Министерства юстиции Российской Федерации по Республике Ингушетия обратилось в суд с административным иском о ликвидации регионального общественного движения Ингушетии «Совет тейпов Ингушского народа» и исключении данного общественного движения из Единого государственного реестра юридических лиц на основании подпункта 1 пункта 3 статьи 61 Гражданского кодекса Российской Федерации, ссылаясь в обоснование своих требований на следующие нарушения требований законодательства Российской Федерации допущенные при создании указанного общественного движения и которые по мнению административного истца, являются грубыми и имеют неустранимый характер:

1) в нарушение абзаца первого пункта 3 статьи 50.1 Гражданского кодекса Российской Федерации руководящие органы (президиум и председатель) и контрольный орган (ревизионная комиссия, ревизор согласно протоколу общего собрания учредителей общественного движения избраны до утверждения устава;

2) в нарушение пункта 5 статьи 50 Гражданского кодекса Российской Федерации у общественного движения отсутствует имущество, достаточное для осуществления предусмотренной абзацем четвертым пункта 6.4 устава производственной и предпринимательской деятельности;

3) в нарушение абзаца первого пункта 1 статьи 54 Гражданского кодекса Российской Федерации и части 1 статьи 28 Федерального закона от 19 мая 1995 года № 82-ФЗ «Об общественных объединениях» наименование общественного движения не содержит указания на характер деятельности;

4) в нарушение части 5 статьи 6 и части 1 статьи 19 Федерального закона «Об общественных объединениях» участниками общественного движения, исходя из абзаца первого пункта 1.1. и пункта 3.1 устава, могут быть только лица, делегированные тейпами и фамилиями народа Ингушетии;

5) в нарушение части 2 статьи 20 Федерального закона «Об общественных объединениях» устав общественного движения не содержит описания символики, предусмотренной абзацем вторым пункта 1.6 устава;

6) в нарушение пункта 2 статьи 123.5 Гражданского кодекса Российской Федерации устав не содержит сведений о месте нахождения общественного движения;

7) в нарушение части 1 статьи 9 Федерального закона «Об общественных объединениях» устав общественного движения, исходя из пунктов 3.1, 3,2 и 8.3, предусматривает членство;

8) в нарушение части 1 статьи 19 Федерального закона «Об общественных объединениях» членами общественного движения исходя из пункта 3.1 устава, могут быть другие общественные движения независимо от их государственной регистрации и юридические лица;

9) в нарушение части 5 статьи 6 Федерального закона «Об общественных объединениях» физические лица, не делегированные советами тейпов, родов и фамилий Ингушетии, исходя из пункта 3.1 устава являются членами общественного движения без права голоса при принятии каких-либо решений;

10) в нарушение части 2 статьи 9 Федерального закона «Об общественных объединениях» высшим руководящим органом общественного движения является конференция представителей народа Ингушетии;

И ) в нарушение пункта 4 части 1 статьи 20 Федерального закона «Об общественных объединениях» устав общественного движения не предусматривает порядок формирования конференции представителей народа Ингушетии, как руководящего органа;

12) в нарушение абзаца первого пункта 4 статьи 29 Федерального закона от 12 января 1996 года «О некоммерческих организациях конференция представителей народа Ингушетии, как коллегиальный высший орган управления общественного движения, исходя из абзаца третьего пункта 4.7 и пункта 4.8, правомочна, если на данной конференции присутствует менее половины участников;

13) в нарушение положений пункта 2 статьи 65.3 Гражданского кодекса Российской Федерации и положений пункта 3 статьи 29 Федерального закона «О некоммерческих организациях» президиум общественного движения исходя из абзаца четвертого пункта 4.13 и пункта 4.18 устава, избирает из своего состава председателя, что согласно абзацу двенадцатому пункта 4.5 устава относится к исключительной компетенции конференции представителей народа Ингушетии;

14) в нарушение положений пункта 2 статьи 65.3 Гражданского кодекса Российской Федерации и положений пункта 3 статьи 29 Федерального закона «О некоммерческих организациях» президиум общественного движения исходя из абзаца пятого пункта 4.13 устава, в случае необходимости ставит вопрос о досрочной замене членов президиума, что согласно абзацу четвертому пункта 4.5 устава относится к исключительной компетенции конференции представителей народа Ингушетии;

15) в нарушение абзаца седьмого пункта 3 статьи 29 Федерального закона «О некоммерческих организациях» к исключительной компетенции конференции представителей народа Ингушетии уставом общественного движения не отнесено принятие решений о создании других юридических лиц, об участии в других юридических лицах, о создании филиалов и об открытии представительств;

16) в нарушение абзаца седьмого пункта 3 статьи 29 Федерального закона «О некоммерческих организациях» принятие решений о создании филиалов и об открытии представительств, согласно абзацу двенадцатому пункта 4.13 устава общественного движения, отнесено к компетенции постоянно действующего руководящего органа - президиума, а не высшего руководящего органа - конференции представителей народа Ингушетии;

17) в нарушение части 3 статьи 9 Федерального закона «Об общественных объединениях» интересы общественного движения согласно положениям пункта 4.29 устава, без доверенности представляет единоличный исполнительный орган - председатель, а не постоянно действующий руководящий орган - президиум;

18) в нарушение пункта 5 части 1 статьи 20 Федерального закона «Об общественных объединениях» устав общественного движения не предусматривает порядок внесения в него изменений и дополнений.

Решением Верховного Суда Республики Ингушетия от 6 февраля 2017 года в удовлетворении административного иска отказано.

В апелляционной жалобе Управление Министерства юстиции Российской Федерации по Республике Ингушетия просит решение суда отменить и направить административное дело на новое рассмотрение.

Проверив материалы административного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, Судебная коллегия по административным делам Верховного Суда Российской Федерации пришла к следующему выводу.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 3 статьи 61 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо ликвидируется по решению суда по иску государственного органа или органа местного самоуправления, которым право на предъявление требования о ликвидации юридического лица предоставлено законом, в случае признания государственной регистрации юридического лица недействительной, в том числе в связи с допущенными при его создании грубыми нарушениями закона, если эти нарушения носят неустранимый характер.

Как видно из материалов административного дела, 2 сентября 2016 года общим собранием учредителей регионального общественного движения Ингушетии «Совет тейпов Ингушского народа» среди прочих решений приняты решения о создании регионального общественного движения Ингушетии «Совет тейпов Ингушского народа», утверждении устава данного общественного движения и государственной регистрации данного общественного движения.

Распоряжением Управления Министерства юстиции Российской Федерации по Республике Ингушетия от 14 октября 2016 года № 227-р осуществлена государственная регистрация регионального общественного движения Ингушетии «Совет тейпов Ингушского народа».

24 октября 2016 года в Единый государственный реестр юридических лиц внесена запись о создании регионального общественного движения Ингушетии «Совет тейпов Ингушского народа» под основным государственным регистрационным номером 1160608052846. В этот же день данное общественное движение поставлено на государственный учет в налоговом органе.

28 октября 2016 года Управлением Министерства юстиции Российской Федерации по Республике Ингушетия выдано свидетельство о государственной регистрации регионального общественного движения Ингушетии «Совет тейпов Ингушского народа».

Отказывая в удовлетворении административного иска, суд первой инстанции исходил из того, что при рассмотрении и разрешении административного дела административным истцом неустранимый характер нарушений признан только в отношении нарушения об избрании руководящих и контрольного органов общественного движения до утверждения устава, а также в отношении нарушения об отсутствии у общественного движения достаточного для осуществления производственной и предпринимательской деятельности имущества.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции, руководствуясь подпунктом 1 пункта 3 статьи 61 Гражданского кодекса Российской Федерации, пришел к выводу о неправильном истолковании административным истцом данной нормы. По мнению суда, допущенные при создании общественного движения грубые нарушения закона, если эти нарушения носят неустранимый характер, могут являться только основанием для признания недействительной государственной регистрации указанного общественного движения, а признание государственной регистрации общественного движения недействительной может уже выступать основанием для ликвидации общественного движения по иску государственного органа или органа местного самоуправления, которым право на предъявление требования о ликвидации юридического лица предоставлено законом. Между тем административным истцом доказательств, подтверждающих признание государственной регистрации регионального общественного движения Ингушетии «Совет тейпов Ингушского народа» недействительной, не представлено. В этой связи суд пришел к выводу о том, что административный иск является необоснованным.

Судебная коллегия по административным делам Верховного Суда Российской Федерации полагает, что такие выводы суда первой инстанции нельзя признать правильными, поскольку согласно подпункту 1 пункта 3 статьи 61 Гражданского кодекса Российской Федерации допущенные при создании общественного движения грубые нарушения закона, если эти нарушения носят неустранимый характер, являются основанием для предъявления государственным органом или органом местного самоуправления, которым право на предъявление требования о ликвидации юридического лица предоставлено законом, административного иска в суд.

Вместе с тем, исходя из разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенных в пунктах 26 и 32 постановления от 27 декабря 2016 года № 64 «О некоторых вопросах, возникающих при рассмотрении судами дел, связанных с приостановлением деятельности или ликвидацией некоммерческих организаций, а также запретом деятельности общественных или религиозных объединений, не являющихся юридическими лицами», поскольку закон не устанавливает перечень грубых нарушений, оценка того, является ли допущенное объединением граждан нарушение закона грубым и влекущим ликвидацию либо запрет деятельности объединения граждан, осуществляется судом.

В качестве грубого нарушения объединением граждан Конституции Российской Федерации, федеральных конституционных законов федеральных законов или иных нормативных правовых актов могут быть расценены действия, направленные на отрицание фундаментальных демократических принципов, прав или свобод, признанных Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами, на пропаганду войны либо на разжигание национальной, расовой или религиозной ненависти, призывы к дискриминации, вражде или насилию.

Грубым также является нарушение, которое создает реальную угрозу или повлекло причинение вреда жизни, здоровью граждан, окружающей среде, общественному порядку и безопасности, собственности, законным экономическим интересам физических и (или) юридических лиц, общества и государства.

К грубым следует относить нарушения, которые влекут невозможность их устранения законным способом. Например, невозможность принятия решения в порядке, установленном учредительными документами.

Исходя из общеправовых принципов юридической ответственности (в том числе наличия вины) и установленных частью 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации оснований ограничения прав и свобод, соблюдение которых обязательно, неоднократное нарушение требований закона, даже при условии их доказанности, само по себе не является безусловным основанием для ликвидации или запрета деятельности объединения граждан Указанные меры реагирования должны быть соразмерны допущенным нарушениям и вызванным ими последствиям.

С учетом изложенного в каждом конкретном случае суд оценивает существенность допущенных объединением граждан нарушений и их последствий, а также возможность их устранения без ликвидации либо запрета деятельности объединения.

Данный подход подлежит применению при рассмотрении судом административного иска о ликвидации или запрете деятельности объединения граждан по другим основаниям.

При рассмотрении апелляционной жалобы Управления Министерства юстиции Российской Федерации по Республике Ингушетия Судебная коллегия по административным делам Верховного Суда Российской Федерации пришла к выводу о том, что приведенные в административном иске Управлением Министерства юстиции Российской Федерации по Республике Ингушетия нарушения об избрании руководящих и контрольного органов общественного движения до утверждения устава, а также об отсутствии у общественного движения достаточного для осуществления производственной и предпринимательской деятельности имущества не являются существенными и неустранимыми, поэтому данные нарушения служить основанием для ликвидации регионального общественного движения Ингушетии «Совет тейпов Ингушского народа» согласно подпункту 1 пункта 3 статьи 61 Гражданского кодекса Российской Федерации не могут.

Судебная коллегия по административным делам Верховного Суда Российской Федерации также исходит из того, что применение такой крайней меры ответственности, как ликвидация, не является соразмерным допущенным региональным общественным движением Ингушетии «Совет тейпов Ингушского народа» указанным нарушениям. На какие-либо вызванные этими нарушениями последствия административный истец не ссылается. Как видно из материалов административного дела государственная регистрации общественного движениям осуществлена самим административным истцом при наличии указанных нарушений в момент государственной регистрации, внимания на которые при государственной регистрации административным истцом не обращено впоследствии относительно указанных нарушений административным истцом письменное предупреждение общественному движению не выносилось.

Что касается иных инкриминируемых общественному движению нарушений, то представителями административного истца в судебном заседании не оспаривалось то, что они носят устранимый характер.

Таким образом, Судебная коллегия по административным делам Верховного Суда Российской Федерации считает, что оснований для отмены обжалуемого решения суда по доводам апелляционной жалобы не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь пунктом 1 статьи 309 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации Судебная коллегия по административным делам Верховного Суда Российской Федерации

определила:

решение Верховного Суда Республики Ингушетия от 6 февраля 2017 года оставить без изменения, апелляционную жалобу Управления Министерства юстиции Российской Федерации по Республике Ингушетия без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Аа
Аа
Аа
Идет загрузка...