Приговор по делу № 1-10/2025 от 18.09.2025.

Дело № 1-10/04-25 УИД 23MS0004-01-2025-001888-74

ПРИГОВОР Именем Российской Федерации

г. Армавир 18 сентября 2025 года

Суд в составе: Председательствующего - мирового судьи судебного участка № 4 г. Армавира Краснодарского края Яковлевой И.А.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Срабян А.М., с участием: государственного обвинителя прокуратуры г.Армавира - помощника прокурора г.Армавира Филипповского А.Г.; подсудимого <ФИО1 Ю.1>;

защитника подсудимого - адвоката АПКК адвокатского кабинета ФИО2, представившего удостоверение <НОМЕР> и ордер <НОМЕР> от <ДАТА2>,

рассмотрев в открытом судебном заседании в общем порядке материалы уголовного дела по обвинению:

<ФИО1 Ю.1>, <ДАТА3> рождения, уроженца <АДРЕС>, гражданина Российской Федерации, зарегистрированного и проживающего по адресу: <АДРЕС>, <ОБЕЗЛИЧЕНО>.

Ранее не судимого.

в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.119 УК РФ

установил:

<ФИО1 Ю.1> совершил преступление, предусмотренное ч.1 ст.119 УК РФ, квалифицируемое как угроза убийством, если имелись основания опасаться осуществления этой угрозы.

Указанное преступное деяние совершено при следующих обстоятельствах. <ДАТА4> примерно в 12 час. 30 мин., <ФИО1 Ю.1>, находясь в состоянии алкогольного опьянения в кухне общего пользования квартиры <НОМЕР> общежития, расположенного по адресу: <АДРЕС>, стоя напротив <С2> и, удерживая в своей левой руке нож, приставил острие ножа в область шеи <С2> При этом <ФИО1 Ю.1>, с целью запугать <С2>, выражая намерение лишить потерпевшую жизни, сказал: «Я тебя зарежу». Угрозу убийством в свой адрес <С2> восприняла как реальную и опасалась ее осуществления. Свои противоправные действия <ФИО1 Ю.1> прекратил после того, как очевидец произошедшего <Ш3>, вмешалась в происходящее и попросила его прекратить свои противоправные действия. Непосредственно после этого <ФИО1 Ю.1> не принял каких-либо дальнейших физических действий, направленных на лишение жизни другого человека и создавших реальную возможность наступления смерти. В судебном заседании, после изложения государственным обвинителем, участвующим в рассмотрении настоящего уголовного дела, обвинения, предъявленного <ФИО1 Ю.1>, подсудимый в своей речи и в последнем слове свою вину в совершении инкриминируемого преступления не признал, просил принять во внимание, что он ничего не делал, нож в руки не брал, отбыл наказание по делу об административном правонарушении, с потерпевшей нормально общается, как женщину ее не трогает, и, воспользовавшись правом, предоставленным п.3 ч.4 ст.47 УПК РФ и ст.51 Конституции РФ, отказался от дачи показаний. Будучи допрошенным в качестве подозреваемого <ФИО1 Ю.1>, свою вину в угрозе убийством, если имелись основания опасаться осуществления этой угрозы, не признал.

Проанализировав совокупность доказательств, исследованных в судебном заседании, дав им оценку, суд считает, что вина <ФИО1 Ю.1> в угрозе убийством, если имелись основания опасаться осуществления этой угрозы, несмотря на непризнание подсудимым своей вины, подтверждена совокупностью следующих доказательств.

Допрошенная в судебном заседании потерпевшая <С2>, будучи предупрежденной в порядке ст.307 УК РФ об уголовной ответственности за дачу ложных показаний, показала, что <ДАТА4> днем она находилась в общей кухне квартиры <НОМЕР> общежития по <АДРЕС>, готовила еду. В это время на кухню зашел сосед <ФИО1 Ю.1>, который проживает в общежитии около двух лет, сел на стул и начал «цепляться» к ней. <С2> поняла, что <ФИО1 Ю.1> находится в состоянии опьянения, поскольку от него исходил запах алкоголя, вел он себя неадекватно. В этой связи между <С2> и <ФИО1 Ю.1> произошел словесный конфликт, в ходе которого, <ФИО1 Ю.1> встал со стула, взял со своего стола вилку и длинный металлический нераскладной нож, подошел вплотную к <С2>, прижался к ее лбу своим лбом, и, удерживая в своей левой руке нож, приставил его лезвием к горлу <С2> и сказал: «Я тебя кончу! Я тебя зарежу!». <С2> очень испугалась, опасаясь за свою жизнь, и закричала. В это время на кухню зашла соседка <Ш3>, которую <С2> попросила вызывать полицию. <Ш3> обратилась к <ФИО1 Ю.1> с требованием прекратить его действия, чем переключила его внимание на себя. <ФИО1 Ю.1> убрал от горла <С2> нож и стал нецензурно выражаться в адрес <Ш4>, в связи с чем, <С2> получила возможность выйти из кухни и вызвать сотрудников полиции. <ФИО1 Ю.1>, понимая, что вскоре должны прибыть полицейские, забрал с собой нож, ушел в свою комнату, закрылся в ней и в этот день никому ее не открывал. По этой причине, полицейские в день произошедшего его не смогли опросить, так же, из-за отсутствия доступа в комнату, не было возможности найти нож, с которым <ФИО1 Ю.1> ушел в комнату.

На следующий день сотрудником полиции ей на обозрение были представлены четыре ножа, которые находились в кухонном столе <ФИО1 Ю.1>, однако, того ножа, с которым <ФИО1 Ю.1> был накануне, среди этих предметов не было.

Кроме того, просила суд принять во внимание, что ранее, когда <ФИО1 Ю.1> проживал в общежитии со своей гражданской супругой, подобного поведения за ним не отмечалось, конфликтов не возникало. Позже <ФИО1 Ю.1> стал злоупотреблять спиртным, в связи с чем, <С2> делала ему замечания. Так же, он пытался оказывать ей знаки внимания, что повлекло возникновение к нему неприязненных отношений. Однако, оснований для оговора подсудимого у нее не имеется, поскольку в трезвом виде он ведет себя адекватно и не позволяет лишнего в отношении нее.

Допрошенная в судебном заседании свидетель <Ш3> показала, что <ДАТА4> примерно в 12 часов 40 минут, она, находясь в своей комнате в общежитии по <АДРЕС>, собирала ребенка в школу, когда услышала крики, доносящиеся из общей кухни. Подойдя к кухне она увидела, что между <С2> и <ФИО1 Ю.1> происходил словесный конфликт, в ходе которого <ФИО1 Ю.1>, находясь в состоянии опьянения и в неадекватном состоянии, «домогался» к <С2>, требовал вести с ним беседу, дать ему еду, выражался в ее адрес нецензурными словами, мешал готовить. В его левой руке при этом была вилка, а в правой - металлический нераскладной нож длиной около 25 см. Затем <ФИО1 Ю.1> подошел вплотную к <С2>, прижался своим лбом в ее лоб, и, удерживая нож, приставил его острием к горлу <С2>, произнеся: «Я тебя зарежу, кончу!». В это время <С2>, выглядевшая очень испуганной, крикнула <Ш4>, чтобы та вызывала полицию. Когда <Ш3>, опасаясь за жизнь <С2>, попросила <ФИО1 Ю.1> прекратить свои действия, он отошел от <С2>, и она получила возможность выйти из кухни. <ФИО1 Ю.1> положил нож на свой стол и стал нецензурно выражаться в адрес <Ш4>, сказав: «Я вас всех убью». В это время в кухню вошла мать <Ш4> - <П5>, после чего <ФИО1 Ю.1>, испугавшись, ушел в свою комнату.

Так же, просила суд принять во внимание, что оснований для оговора подсудимого у нее не имеется в силу отсутствия между ними личных взаимоотношений, а так же, в связи с тем, что она по роду своей деятельности проживает в другом городе и редко появляется в общежитии.

Допрошенная в судебном заседании свидетель <П5>, показала, что <ДАТА4> примерно в 12 часов 50 минут, она пришла к себе домой, в общежитие по <АДРЕС> за документами. Еще находясь в подъезде, она услышала крики, доносящиеся из общей кухни. Подойдя к данному помещению, она увидела в нем свою дочь <Ш3> и соседа <ФИО1 Ю.1>, между которыми происходил словесный конфликт. <ФИО1 Ю.1>, находясь в состоянии опьянения, в неадекватном состоянии, в правой руке держал вилку, а в левой руке полностью металлический нож. Он размахивал этими предметами, ругался грубой нецензурной бранью, кричал: «Кончу!». Увидев <П5>, <ФИО1 Ю.1> бросил вилку и нож на стол. В это время на кухню зашла соседка <С2> и сообщила о том, что вызвала полицию. <ФИО1 Ю.1> испугался и ушел из кухни в свою комнату, где закрылся.

Так же сообщила, позже ей были предъявлены для обозрения четыре ножа, находившиеся в кухонном столе <ФИО1 Ю.1>, однако, именно того ножа, который она видела в руках <ФИО1 Ю.1>, среди них не было. Так же просила суд принять во внимание, что произошедшее могло быть следствием того, что ранее <ФИО1 Ю.1> постоянно «цеплялся» к <С2>, оказывал ей знаки внимания, «лез» под юбку. Однако <С2> не отвечала ему взаимностью, просила прекратить свои действия. Оснований для оговора подсудимого у <С2> нет, поскольку она очень редко бывает дома, находится на работе, <ФИО1 Ю.1> не трогает. Данные показания потерпевшей, а так же, свидетелей, суд считает правдивыми, так как они логичны, последовательны и подтверждаются исследованными в судебном заседании материалами дела. Анализ показаний данных лиц, как в отдельности, так и в совокупности позволяет прийти к выводу об отсутствии у них оснований к оговору подсудимого. Данные ими показания согласуются между собой и оглашенными материалами дела. Каких-либо оснований к оговору подсудимой у свидетелей обвинения не имелось и таких оснований судом не установлено.

Кроме того, вина подсудимого в совершении указанного преступления подтверждается также и объективными доказательствами - материалами уголовного дела, исследованными в ходе судебного разбирательства, а именно: - протоколом осмотра места происшествия от <ДАТА5>, в ходе которого была осмотрена общая кухня <АДРЕС>, в ходе которого <С2> указала на место, где <ФИО1 Ю.1> <ДАТА4> примерно в 12 часов 30 минут, когда <ФИО1 Ю.1> высказывал угрозы убийством в ее адрес, он подошел к <С2> и приставил нож к ее горлу (л.д. 12-16);

- протоколом очной ставки от <ДАТА6> , между свидетелем <Ш4> и подозреваемым <ФИО1 Ю.1>, в ходе которой свидетель <Ш3> настаивала на ранее данных показаниях, пояснив, что <ДАТА4> примерно в 12 часов 30 минут в общей кухне квартиры <НОМЕР> по <АДРЕС>, между <ФИО1 Ю.1> и <С2> произошел словесный конфликт, в ходе которого <ФИО1 Ю.1> сократил расстояние между ними и, удерживая за рукоять нож, приставил его к горлу, прикоснувшись острием лезвия, при этом словесно угрожал убийством <С2> (л.д. 51-57); - протоколом очной ставки от <ДАТА6>, между потерпевшей <С2> и подозреваемым <ФИО1 Ю.1>, в ходе которой <С2> настаивала на ранее данных показаниях, пояснил, что между ей и <ФИО1 Ю.1> <ДАТА4> примерно в 12 часов 30 минут на общей кухне <АДРЕС>, происходил конфликт, в ходе которого <ФИО1 Ю.1> сократил расстояние между ними и, удерживая за рукоять нож, приставил его к горлу, прикоснувшись острием лезвия, при этом словесно угрожал убийством <С2> (л.д. 58-64).

Оценив в совокупности все исследованные в судебном заседании доказательства, собранные по уголовному делу с соблюдением требований ст.74 и 86 УПК РФ, учитывая, что представленные стороной обвинения доказательства отвечают требованиям относимости и допустимости, а в их совокупности - достаточности в подтверждение виновности подсудимого, суд приходит к выводу о виновности <ФИО1 Ю.1> в угрозе убийством, если имелись основания опасаться осуществления этой угрозы. Анализ показаний потерпевшей и свидетелей, которые суд кладет в основу приговора, суд признает соответствующими действительности и в полной мере доверяет их показаниям, которые являются логичными, последовательными, в целом согласуются между собой, дополняют друг друга и объективно подтверждаются другими, исследованными в судебном заседании и приведенными выше доказательствами, и в совокупности с другими доказательствами по уголовному делу, устанавливают одни и те же факты, имеющие существенное значение для оценки деяния.

Неустранимых существенных противоречий в содержании исследованных судом доказательств, которые бы порождали сомнения в виновности <ФИО1 Ю.1> и требовали толкования их в его пользу, не установлено.

Описание деяний, признанных судом доказанными, содержит все необходимые сведения о месте, времени, способе их совершения, форме вины, цели и об иных данных, позволяющих судить о событии преступления, причастности к нему <ФИО1 Ю.1> и его виновности.

Процессуальные документы, представленные государственным обвинителем, составлены в строгом соответствии с требованиями закона, облечены в надлежащую процессуальную форму, поэтому суд также принимает их как допустимые доказательства, оснований для признания вышеуказанных доказательств недопустимыми у суда не имеется. Каких-либо существенных нарушений требований уголовно-процессуального закона при их получении и составлении следственным органом допущено не было.

В ходе судебного разбирательства установлено, что во время совершения преступления <ФИО1 Ю.1> действовал последовательно, целенаправленно, самостоятельно и осознанно руководил своими действиями. Как указал Конституционный суд РФ в своем определении от 19.01.2021 N 2-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина ФИО3 на нарушение его конституционных прав частью первой статьи 119 Уголовного кодекса Российской Федерации" часть первая статьи 119 УК Российской Федерации, закрепляющая уголовно-правовой запрет угрозы убийством и причинением тяжкого вреда здоровью, направлена на защиту жизни и здоровья, позволяет учитывать объективную опасность таких угроз и обеспечивает в том числе превентивную защиту конституционно охраняемых ценностей. Как отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, данная норма позволяет признавать составообразующим применительно к предусмотренному ею преступлению только такое деяние, которое совершается с умыслом, направленным на восприятие потерпевшим реальности угрозы, когда имеются объективные основания опасаться ее осуществления (определения от 23 марта 2010 года N 368-О-О и от 24 июня 2014 года N 1345-О). Необходимость же в каждом конкретном случае уголовного преследования доказать не только наличие самой угрозы, но и то, что она намеренно высказана с целью устрашить потерпевшего и в форме, дающей основания опасаться ее воплощения, предполагает оценку фактических обстоятельств дела, выяснение, были ли у потерпевшего веские причины опасаться убийства или тяжкого вреда здоровью. Для оценки характера восприятия угрозы потерпевшим могут иметь значение личность виновного, его поведение, сложившиеся между ним и жертвой взаимоотношения, иные обстоятельства. В судебном заседании достоверно установлено, что <ДАТА4> примерно в 12 час. 30 мин., <ФИО1 Ю.1>, находясь в кухне общего пользования квартиры <НОМЕР> общежития, расположенного по адресу: <АДРЕС>, приставив острие ножа к шее <С2>, угрожал ей убийством со словами: «Я тебя зарежу». Данную угрозу в свой адрес <С2> восприняла как реальную и опасалась ее осуществления, звала на помощь. Для квалификации действий лица по ч. 1 ст. 119 УК РФ как угроза убийством необходимо установить, что указанные действия давали потерпевшему основания опасаться ее осуществления. Исходя из изложенного, лицо может быть виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 119 УК РФ, если имелись основания опасаться осуществления этой угрозы. При этом, обязательным признаком угрозы убийством является ее реальность, когда имеются объективные основания опасаться ее осуществления. Объективный критерий оценки реальности угрозы устанавливается с учетом обстоятельств, характеризующих обстановку, в которой потерпевшему угрожают, личности виновного, взаимоотношений потерпевшего и виновного. В силу наличия в руках подсудимого металлического ножа, который он приставил лезвием к жизненно важной части тела, а именно, к шее потерпевшей, у нее имелись реальные основания опасаться осуществления угрозы убийством. Высказанные <ФИО1 Ю.1> в адрес потерпевшей слова «Я тебя кончу! Я тебя зарежу!» содержат в себе прямые угрозы убийством. Подсудимый произнес данные слова именно в адрес потерпевшей. Высказывание <ФИО1 Ю.1> было по характеру негативным, выражало угрозу, что осознавалось подсудимым, было верно истолковано потерпевшей и присутствующими свидетелями и не могло восприниматься последними иначе, нежели угроза убийством. Именно так высказывание и было воспринято потерпевшей и свидетелем <Ш4>, о чем они прямо указывают в своих показаниях. Довод подсудимого и его защитника об оговоре со стороны потерпевшей и свидетеля <Ш4> является голословным и материалами уголовного дела не подтвержден. Сам по себе факт оказания подсудимым знаков внимания потерпевшей не может расцениваться как основание для оговора подсудимого с ее стороны. Кроме того, потерпевшая и свидетель предупреждались об уголовной ответственности, в том числе за дачу заведомо ложных показаний. Оснований усомниться в достоверности их показаний суд не находит. Доказательств оказания на <ФИО1 Ю.1> какого-либо давления в ходе расследования уголовного дела, стороной защиты суду не представлено. К доводам подсудимого и стороны защиты, отрицающими наличие в руках <ФИО1 Ю.1> ножа и произнесение слов с угрозами убийства в адрес <С2>, суд относится критически, расценивая эти доводы как избранный способ защиты, с целью уклониться от уголовной ответственности.

То обстоятельство, что потерпевшая не видела предмет, приставленный <ФИО1 Ю.1> к ее шее по причине минимально возможного близкого расположения подсудимого и потерпевшей («лоб в лоб»), не имеет правового значения для рассматриваемого дела, поскольку основным обстоятельством, подлежащем доказыванию, является факт угрозы убийством и восприятия потерпевшей этой угрозы как реальной.

По этой же причине отсутствуют основания утверждать, что в силу различного описания потерпевшей и свидетелями внешнего вида ножа, данными ими на стадии предварительного расследования уголовного дела и в судебном заседании, следует признать факт наличия ножа у подсудимого недоказанным. В этой связи суд считает, что потерпевшая и свидетель <Ш3> в силу неадекватного агрессивного поведения подсудимого, испытывая психотравмирующее воздействие от его словесных угроз, не могли объективно оценить характеристики предметов, находившихся в руках <ФИО1 Ю.1>

Обстоятельство, отмеченное защитой о том, что нож не был изъят после осмотра места происшествия, не влияет на квалификацию содеянного подсудимым. Состав указанного преступления - формальный. Оконченным оно является с момента выражения угрозы. Предмет преступления к элементам состава преступления, предусмотренного ч.1 ст.119 УК РФ, не относится. При этом суд принимает во внимание, что, исходя из показаний потерпевшей, свидетеля <Ш4> и свидетеля <П5>, непосредственно после произошедшего, до прибытия полицейских, <ФИО1 Ю.1> удалился в свою комнату и закрылся в ней, что явилось препятствием для установления вышеназванного предмета.

С учетом изложенного, суд находит доводы обвинения убедительными и признает вину <ФИО1 Ю.1> в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.119 УК РФ доказанной. Сторона защиты сослалась на данные, характеризующие личность подсудимого, других доказательств в судебном заседании стороны не представили, ходатайств об их истребовании суду не заявляли.

В судебном заседании подсудимый на вопросы отвечал последовательно, адекватно реагировал на происходящее в связи с чем, у суда не возникло сомнений в его вменяемости. Поэтому суд пришел к убеждению в том, что <ФИО1 Ю.1> совершил преступление в состоянии вменяемости и подлежит наказанию на общих основаниях.

При назначении наказания подсудимому, суд, в соответствии с ч.3 ст.60 УК РФ, учитывает характер совершенного преступления, отнесенного законом к категории преступлений небольшой тяжести, степень его общественной опасности, личность подсудимого, который вину в совершенном преступлении не признал, участвовал в специальной военной операции, имеет государственную награду за участие в СВО, инвалидом не является, а так же наличие смягчающих и отсутствие отягчающих его наказание обстоятельств, влияние назначаемого наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи. Ранее <ФИО1 Ю.1> был осужден по приговору Армавирского городского суда от <ДАТА10> по <ОБЕЗЛИЧЕНО> Освобожден <ДАТА11> Обстоятельствами, смягчающими наказание в соответствие со ст.61 УК РФ, суд признает: - в соответствии с ч.2 ст.61 УК РФ - участие в специальной военной операции, наличие государственной награды - медали «За отвагу», наличие звания ветерана боевых действий, участие в контртеррористической операции по ликвидации последствий Осетино- Ингушского конфликта.

Отягчающих наказание обстоятельств, предусмотренных ст. 63 УК РФ, судом в действиях подсудимого не установлено.

В соответствии с разъяснениями, данными в п. 31 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.12.2015 № 58 «О практике назначения судами РФ уголовного наказания», следует, что в соответствии с частью 1.1 статьи 63 УК РФ, само по себе совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, наркотических средств, психотропных веществ или их аналогов, новых потенциально опасных психоактивных веществ либо других одурманивающих веществ, не является основанием для признания такого состояния обстоятельством, отягчающим наказание. В описательно-мотивировочной части приговора должны быть указаны мотивы, по которым суд пришел к выводу о необходимости признания указанного состояния лица в момент совершения преступления отягчающим обстоятельством. Только лишь нахождение подсудимого в состоянии алкогольного опьянения и тяжесть совершенного им преступления не может быть признано обстоятельством влекущим применение ч. 1.1 ст. 63 УК РФ, так как в суде установлено, что подсудимый не злоупотребляет алкоголем, не состоит на учете у нарколога, случаев привлечения к административной ответственности за появление в общественных местах в состоянии алкогольного опьянения, не установлено, иных фактов привлечения за злоупотребление спиртными напитками в течение текущего года суду не предоставлено.

С учетом обстоятельств совершенного преступления, данных о личности подсудимого, смягчающих обстоятельств, учитываемых судом при назначении наказания в их совокупности, суд приходит к выводу, что достижение целей наказания (ч.2 ст.43 УК РФ) - исправление виновного, возможно при назначении подсудимому наказания за совершенное преступление в виде обязательных работ в пределах санкции статьи уголовного закона, по которому квалифицировано его деяние, подлежащих отбытию в соответствии с требованиями ст.49 УК РФ. Данное наказание будет соответствовать принципу справедливости и обеспечению достижения целей наказания.

К числу лиц, которым в соответствии с ч.4 ст.49 УК РФ не может быть назначено наказание в виде обязательных работ, подсудимый не относится. Вид обязательных работ и объекты, на которых они отбываются, следует определить органу местного самоуправления по согласованию с уголовно-исполнительной инспекцией.

Оснований для назначения отбывания назначенного наказания с применением требований ст.73 УК РФ, у суда не имеется, поскольку суд приходит к выводу о невозможности исправления осужденного без реального отбывания наказания.

Оснований для смягчения наказания по ст. 64 УК РФ суд не усматривает, так как исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью виновного, его поведением во время совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, судом не установлено.

Исходя из фактических обстоятельств преступления, предусмотренного ч.1 ст.119 УК РФ и степени его общественной опасности, суд так же не находит оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую по ч.6 ст.15 УК РФ. Меру процессуального принуждения в отношении <ФИО1 Ю.1> в виде обязательства о явке, следует оставить без изменения, до вступления приговора в законную силу. Вещественных доказательств нет.

Процессуальных издержек по делу нет.

Гражданский иск не заявлен. Оценив совокупность всех вышеизложенных обстоятельств, руководствуясь ст. ст. 301-303,304, 307-309 УПК РФ, мировой судья

приговорил:

Признать <ФИО1 Ю.1> виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.119 УК РФ, и назначить ему наказание в виде обязательных работ на срок 240 (двести сорок) часов.

Меру процессуального принуждения в отношении <ФИО1 Ю.1> в виде обязательства о явке, оставить без изменения, до вступления приговора в законную силу. Процессуальные издержки, предусмотренные ст.131 УПК РФ, взысканию с осужденного не подлежат, принимаются на счет государства.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Армавирский городской суд через мирового судью судебного участка №4 г.Армавира в течение 15 суток со дня его провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей, в тот же срок со дня вручения ему копии приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, поручать осуществление своей защиты избранному им защитнику (по соглашению), либо ходатайствовать перед судом о назначении защитника. После вступления приговора в законную силу он может быть обжалован в Четвертый кассационный суд общей юрисдикции через мирового судью судебного участка №4 г.Армавира в течение 6 месяцев со дня вступления приговора в законную силу, в кассационном порядке, предусмотренном ч. 2 ст. 401.3, ст. 401.7, 401.8 УПК РФ при условии, что данный приговор был предметом рассмотрения суда апелляционной инстанции. В случае подачи кассационной жалобы или кассационного представления осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

В случае пропуска срока или отказа в его восстановлении, а также, если приговор не был предметом рассмотрения суда апелляционной инстанции, кассационная жалоба подается непосредственно в судебную коллегию по уголовным делам Четвертого кассационного суда общей юрисдикции в порядке ч. 3 ст. 401.3, ст. 401.10-401.12 УПК РФ.

Мировой судья И.А. Яковлева