Решение по делу № 2-2199/2025 от 27.11.2025 - о признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, взыскании судебных расходов, компенсации за время вынужденного прогула, морального вреда.

КОПИЯ

Дело №

УИД №-№

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

27 ноября 2025 года г. Елизово, Камчатский край

Елизовский районный суд Камчатского края в составе:

председательствующего судьи Коваленко М.А.,

при секретаре судебного заседания Слободчикове И.Ф.,

с участием:

представителя истца ФИО18,

представителей ответчика ФИО6, ФИО7,

помощника Елизовского городского прокурора ФИО5,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Краевому государственному автономному стационарному учреждению социальной защиты «Елизовский дом-интернат психоневрологического типа» о признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, взыскании судебных расходов, компенсации за время вынужденного прогула, морального вреда,

установил:

ФИО1 ФИО21 обратилась в суд с указанным иском к КГАУ СЗ «Елизовский дом-интернат психоневрологического типа» (далее – Интернат, учреждение), в котором просила признать незаконным и отменить приказ об ее увольнении, восстановить ее на работе в прежней должности, взыскать с ответчика в пользу истца денежные средства в качестве компенсации за время вынужденного прогула, компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб., судебные расходы в размере 25 000 руб.

В обоснование заявленных требований указала, что на основании трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ работала в Интернате воспитателем. Она добросовестно выполняла свои обязанности, с момента начала исполнения трудовых обязанностей никаких нареканий к ее работе со стороны ответчика не имелось, взысканий не налагалось. ДД.ММ.ГГГГ руководство Интерната сообщило ей, что вынуждено ее уволить, в это же день был издан приказ № об ее увольнении на основании п. 5 ч. 1 ст. 81 ТК РФ, в котором были указаны как основания приказы о наложении на нее дисциплинарных взысканий: № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, четыре приказа от ДД.ММ.ГГГГ - №№. 114, 120, 122. С указанными взысканиями истец была ознакомлена только ДД.ММ.ГГГГ, в нарушение требований трудового законодательства она не была ознакомлена под роспись с актом и приказом о нарушении, в связи с чем взыскание считается не примененным. Полагала, что примененная мера наказания является несоразмерной тяжести указанным проступкам и противоречит принципам справедливости. Также обращает на себя внимание внезапность появления нескольких взысканий за короткий промежуток времени после длительного периода безупречной работы. Незаконными действиями работодателя ей причинен моральный вред, оценивает его в 100 000 руб. Также ею понесены судебные расходы на оплату услуг адвоката в сумме 25 000 руб.

Истец ФИО1 ФИО22., будучи надлежащим образом извещенной о рассмотрении дела, участия в нем не принимала, обеспечила явку своего представителя.

Представитель истца ФИО18 в судебном заседании на заявленных требованиях настаивал, полагая, что ответчиком нарушен порядок увольнения истца. Указал, что руководством Интерната осуществляется дискриминация истца, поводом к чему стало ее сообщение о применении насилия в отношении одного из воспитанников в 2018 году. В учреждении отсутствует четкий шаблон плана работы с воспитанниками, методика его разработки. Применительно к дисциплинарному проступку, выразившемся в оскорблении и.о. директора Интерната, полагал, что именно ею был спровоцирован конфликт с истцом. Что касается оставления Бурдинского в запертой комнате, то со слов истца, это является обычной практикой в учреждении. Из представленной видеозаписи следует, что насильственных действий в отношении ФИО3 истец не предпринимала, имело место только некоторое подталкивание его по плечу. Инцидент в транспорте ДД.ММ.ГГГГ истец отрицает. Конфликт с сестрой-хозяйкой также был спровоцирован последней.

Представители ответчика ФИО6, ФИО7 при рассмотрении дела поддержали доводы письменного отзыва на иск, в которых директор Интерната ФИО8 указал, что истец неоднократно выполняла свои трудовые обязанности ненадлежащим образом, на протяжении всего срока своей работы провоцировала конфликты в коллективе, при этом каждая конфликтная ситуация завешалась оформлением листа о временной нетрудоспособности, что свидетельствует о неоднократном использовании недобросовестных методов для неисполнения возложенных на нее трудовых обязанностей. Имели место случаи неадекватного поведения в отношении коллег и, что является абсолютно недопустимым, в отношении недееспособных получателей социальных услуг, находящихся под опекой учреждения. По каждому факту нарушения трудовой дисциплины администрацией учреждения в соответствии с требованиями трудового законодательства РФ проводились служебные расследования. Однако, каждый раз, проявляя провокационное и неадекватное поведение, истец отказывалась от ознакомления с документами служебного расследования ее дисциплинарных проступков, в связи с чем, ответчиком составлялись соответствующие акты об отказе от ознакомления с документами и об отказе от их подписания. В связи с систематическим ненадлежащим выполнением возложенных трудовых обязанностей, при строгом соблюдении требований ст.ст. 192, 193 ТК РФ, трудовой договор с ФИО1 С. был прекращён по п. 5 ч. 1 ст. 81 ТК РФ. Главным приоритетом и непосредственной причиной принятия решения о прекращении трудового договора с ФИО1 ФИО28. стала необходимость незамедлительной защиты жизни, здоровья и законных прав получателей социальных услуг, а также обеспечение безопасности работников учреждения. Созданными Учреждением комиссиями были предоставлены все необходимые документы для ознакомления ФИО1 ФИО27., однако она категорически отказывалась от каких-либо пояснений, ознакомления с документами и проставления подписей. При предъявлении документов для самостоятельного прочтения ФИО1 ФИО23., повышая голос на членов комиссии, высказывала оскорбления и угрозы. В связи с отказом ФИО1 ФИО26. от ознакомления с актами, приказами, а также от проставления подписей, учреждение направило почтовым видом связи копию приказа о прекращении трудового договора, сопроводительные письма, уведомление о необходимости явиться за трудовой книжкой, либо предоставить письменное согласие на её отправление по почте. Также указал на наличие у ФИО1 ФИО24. личной заинтересованности, связанной с пользованием служебным жилым помещением, находящимся на праве оперативного управления учреждения. Полагал, что часть дисциплинарных проступков, приведших к увольнению, умышленно спровоцированы самой ФИО1 ФИО25. Прослеживается причинно-следственная связь между её поведением и корыстным умыслом, направленным на создание искусственных оснований для получения инвалидности, повышения группы инвалидности, за счет получения травм на рабочем месте, и, как следствие, сохранения за собой служебного жилого помещения, а также для возложения на учреждение ответственности за полученные с травмы на рабочем месте с целью необоснованного получения выплат (т. 1 л.д. 61-63).

Дополнительно представители ответчика пояснили, что приказы о наложении дисциплинарных взысканий в отношении истца были вынесены в один день ДД.ММ.ГГГГ ввиду ее отсутствия на рабочем месте после ДД.ММ.ГГГГ. ДД.ММ.ГГГГ истец вышла на работу после больничного, ознакомлена с необходимостью предоставления письменных объяснений по каждому из дисциплинарных проступков, совершенных ДД.ММ.ГГГГ, что ею было проигнорировано. Истец отказалась от подписей во всех документах, что зафиксировано в актах, в день увольнения истца руководство Интерната было вынуждено вызвать полицию. Поведение истца создает угрозу жизни и здоровью опекаемых и персонала.

Выслушав лиц, участвующих в деле, изучив материалы гражданского дела, заслушав заключение прокурора, считавшей, что процедура увольнения истца была нарушена, так как нарушен порядок привлечения ее к дисциплинарной ответственности, осуществлено «дробление» дисциплинарного проступка, в оспариваемом приказе об увольнении не указана причина увольнения, в связи с чем требования ФИО1 ФИО29. являются обоснованными и подлежащими удовлетворению, суд приходит к следующему.

В соответствии с ч. 1 ст. 192 ТК РФ за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания: замечание, выговор, увольнение по соответствующим основаниям.

При наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен.

В силу ст. 193 ТК РФ до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников. Дисциплинарное взыскание не может быть применено позднее шести месяцев со дня совершения проступка. За каждый дисциплинарный проступок может быть применено только одно дисциплинарное взыскание.

К дисциплинарным взысканиям, в частности, относится увольнение работника по основанию, предусмотренному п. 5 ч. 1 ст. 81 ТК РФ (ч. 3 ст. 192 ТК РФ).

Пунктом 5 ч. 1 ст. 81 ТК РФ установлено, что трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае неоднократного неисполнения работником без уважительных причин трудовых обязанностей, если он имеет дисциплинарное взыскание.

Если в течение года со дня применения дисциплинарного взыскания работник не будет подвергнут новому дисциплинарному взысканию, то он считается не имеющим дисциплинарного взыскания (ч. 1 ст. 194 ТК РФ).

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 33 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", при разрешении споров лиц, уволенных по п. 5 ч. 1 ст. 81 ТК РФ за неоднократное неисполнение без уважительных причин трудовых обязанностей, следует учитывать, что работодатель вправе расторгнуть трудовой договор по данному основанию при условии, что к работнику ранее было применено дисциплинарное взыскание и на момент повторного неисполнения им без уважительных причин трудовых обязанностей оно не снято и не погашено. Применение к работнику нового дисциплинарного взыскания, в том числе и увольнение по п. 5 ч. 1 ст. 81 ТК РФ, допустимо также, если неисполнение или ненадлежащее исполнение по вине работника возложенных на него трудовых обязанностей продолжалось, несмотря на наложение дисциплинарного взыскания.

По делам о восстановлении на работе лиц, уволенных по п. 5 ч. 1 ст. 81 ТК РФ, на ответчике лежит обязанность представить доказательства, свидетельствующие о том, что совершенное работником нарушение, явившееся поводом к увольнению, в действительности имело место и могло являться основанием для расторжения трудового договора (пп. 1 п. 34 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 г. N 2).

При рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, уволенного по п. 5 ч. 1 ст. 81 ТК РФ, или об оспаривании дисциплинарного взыскания следует учитывать, что неисполнением работником без уважительных причин является неисполнение трудовых обязанностей или ненадлежащее исполнение по вине работника возложенных на него трудовых обязанностей (нарушение требований законодательства, обязательств по трудовому договору, правил внутреннего трудового распорядка, должностных инструкций, положений, приказов работодателя, технических правил и т.п.) (абз. 1 п. 35 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2).

Из приведенных норм ТК РФ и разъяснений постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что за совершение работником дисциплинарного проступка работодатель вправе применить к нему дисциплинарное взыскание. Дисциплинарным проступком является виновное, противоправное неисполнение или ненадлежащее исполнение работником возложенных на него трудовых обязанностей, выразившееся в нарушении трудового законодательства, положений трудового договора, правил внутреннего трудового распорядка, должностной инструкции или локальных нормативных актов работодателя, непосредственно связанных с деятельностью работника.

Работник может быть уволен на основании п. 5 ч. 1 ст. 81 ТК РФ только при условии неоднократного нарушения работником трудовых обязанностей без уважительных причин. Нарушение трудовых обязанностей признается неоднократным, если, несмотря на дисциплинарное взыскание, которое не снято и не погашено, со стороны работника продолжается или вновь допускается виновное неисполнение или ненадлежащее исполнение трудовых обязанностей. В этом случае к работнику возможно применение нового дисциплинарного взыскания, в том числе в виде увольнения.

При проверке в суде законности увольнения работника по п. 5 ч. 1 ст. 81 ТК РФ работодатель обязан представить доказательства, свидетельствующие о том, какие конкретно нарушения трудовых обязанностей были допущены по вине работника, явившиеся поводом к его увольнению, могли ли эти нарушения являться основанием для расторжения трудового договора, а также доказательства соблюдения порядка привлечения работника к дисциплинарной ответственности и того, что при наложении на работника дисциплинарного взыскания учитывались тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен, а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду.

Как следует из материалов дела и установлено в ходе рассмотрения спора, КГАУ СЗ «Елизовский дом-интернат психоневрологического типа» зарегистрировано в качестве юридического лица с ОГРН №, учредителем и собственником имущества учреждения является <адрес>, учреждение является специализированным стационарным учреждением социального обслуживания системы социальной защиты, предназначенным доя предоставления стационарных услуг гражданам (мужчинам старше 60 лет, женщинам старше 55 лет) и инвалидам старше 18 лет, страдающим хроническими психическими заболеваниями для постоянного, временного, сроком на 6 месяцев, проживания и обслуживания и нуждающихся в постоянном постороннем уходе, обеспечивающее создание их возрасту и состоянию здоровья условий жизнедеятельности, проведение мероприятий медицинского, социального характера, питание и уход, организацию посильной трудовой деятельности, отдыха и досуга (т. 1 л.д. 18-44, т. 2 л.д. 197-204).

С ДД.ММ.ГГГГ истец ФИО1 (до заключения брака ФИО30) ФИО31. принята на работу в Интернат на должность воспитателя (т.1 л.д. 65-68).

Согласно п. 1.3 договора данная работа является для ФИО1 ФИО32. основной.

Судом при рассмотрении дела также установлено, что на период трудовых отношений с Интернатом истец в соответствии с договором найма от ДД.ММ.ГГГГ обеспечена служебным жилым помещением, расположенным по адресу: <адрес>, совместно с ней в квартиру вселен ее супруг (т. 2 л.д. 154).

С ДД.ММ.ГГГГ истцу установлена инвалидность третьей группы в связи с наличием общего заболевания (т. 1 л.д.10-11).

В силу п. 2.2 трудового договора истца работник обязан, в частности, добросовестно исполнять трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором, являющейся приложением к нему должностной инструкцией.

Аналогичные положения закреплены в Правилах внутреннего трудового распорядка Интерната, утвержденных директором учреждения ДД.ММ.ГГГГ (т. 2 л.д. 205-217).

Пунктом 12.5 данных Правил установлено? что увольнение в качестве меры дисциплинарного взыскания может быть применено за прогул без уважительных причин, за появление на работе в нетрезвом состоянии, а также за систематическое неисполнение работником без уважительных причин обязанностей, определенным трудовым договором или Правилами внутреннего трудового распорядка.

Коллективным договором на 2019-2021 годы, заключенным между Интернатом и его работниками, установлено, что работники обязуются полно, качественно и своевременно выполнять свои трудовые обязанности, способствовать повышению эффективности производства, улучшению качества предоставляемых учреждением услуг, создавать и сохранять благоприятный психологический климат в коллективе, уважать права друг друга (п. 1.7, т. 1 л.д. 71-96).

Приказом директора учреждения № от ДД.ММ.ГГГГ утвержден кодекс этики и служебного поведения работников, которым установлено, в числе прочего, что работники призваны исполнять должностные обязанности добросовестно и на высоком профессиональном уровне, исходить из того, что признание соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина определяют основной смысл и содержание деятельности работника учреждения социального обслуживания, обеспечивать безопасность оказываемых социальных услуг для жизни и здоровья клиентов, проявлять корректность и внимательность в обращении с гражданами и должностными лицами, защищать и поддерживать человеческое достоинство клиентов учреждения, уважать права клиентов учреждения (т. 1 л.д. 97-101)

Приказом № от ДД.ММ.ГГГГ за недобросовестное исполнение своих трудовых обязанностей, выразившихся в игнорировании требований руководства в срок до ДД.ММ.ГГГГ доработать План работ на ДД.ММ.ГГГГ года, который при проверке руководством был признан некачественным и не соответствующим требованиям, имел многочисленные грамматические ошибки и по содержанию не соответствовал профессиональным требованиям к организации деятельности Интерната, истец была привлечена к дисциплинарной ответственности в виде выговора (т. 2 л.д. 22-32).

Приказом № от ДД.ММ.ГГГГ за нарушение трудовой дисциплины и норм профессионального поведения, выразившемся в некорректном общении с и.о. директора учреждения ФИО9 с публичным повышением голоса и использовании унизительной лексики, зафиксированном в акте от ДД.ММ.ГГГГ, истец была привлечена к дисциплинарной ответственности в виде замечания (т. 2 л.д. 38-42).

Приказом № от ДД.ММ.ГГГГ за совершение дисциплинарного проступка, выразившегося в том, что истец ДД.ММ.ГГГГ закрыла получателя социальных услуг ФИО14 одного в кабинете, оставив его без присмотра, бросила ключи в ФИО10, сказав: «иди, открывай класс и забирай ФИО33, она была привлечена к дисциплинарной ответственности в виде выговора (т. 2 л.д. 43-50).

Приказом № от ДД.ММ.ГГГГ за совершение дисциплинарного проступка, выразившегося в том, что ДД.ММ.ГГГГ истец некорректно вела себя в отношении недееспособного получателя социальных услуг ФИО11, а именно подошла к нему, когда он был занят рисованием за столом и, находясь за его спиной, применила к нему физическое воздействие, выразившееся в нескольких толчках ладонью в область плеча значительной силы, что привело к заметной раскачке корпуса ФИО11, после чего выхватила из рук недееспособного листы бумаги с его рисунками и демонстративно разбросала их по помещению, вынудив его встать и покинуть помещение, истец была привлечена к дисциплинарной ответственности в виде выговора (т. 2 л.д. 51-58).

Приказом № от ДД.ММ.ГГГГ за совершение дисциплинарного проступка, выразившегося в том, что истец ДД.ММ.ГГГГ при подготовке выезда на экскурсию рассадила получателей социальных услуг в машине, пристегнула их ремнями безопасности, далее сообщила водителю о плохом самочувствии и что она никуда не поедет, после чего покинула транспортное средство, оставив получателей социальных услуг, и ушла к себе в кабинет воспитателя, она была привлечена к дисциплинарной ответственности в виде замечания (т. 2 л.д. 51-58).

Приказом № от ДД.ММ.ГГГГ за совершение дисциплинарного проступка, выразившегося в публичных оскорблениях сестры-хозяйки ФИО12 в присутствии получателей социальных услуг ДД.ММ.ГГГГ, истец была привлечена к дисциплинарной ответственности в виде замечания (т. 2 л.д. 67-74).

Приказом № от ДД.ММ.ГГГГ с этой же даты на основании п. 5 ч. 1 ст. 81 ТК РФ расторгнут трудовой договор с истцом в связи с неоднократным неисполнением трудовых обязанностей при наличии дисциплинарных взысканий. В обоснование данного приказа приведены вышеназванные приказы № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, №№, №, а также докладная записка палатной санитарки ФИО13, пояснительная записка санитарки ФИО16, служебная записка ФИО10, служебная записка санитарки палатной ФИО17 от ДД.ММ.ГГГГ, п. 12.5 Правил внутреннего трудового распорядка (т. 2 л.д. 67-74).

Из содержания указанных докладных и служебных записок следует, что ДД.ММ.ГГГГ у истца ФИО1 ФИО34. произошел инцидент с получателем социальных услуг ФИО15

В подтверждение совершения истцом вышеназванных дисциплинарных взысканий ответчиком по каждому эпизоду (за исключением случая некорректного общения с и.о. директора с ФИО9) представлены соответствующие докладные и служебные записки, акты фиксации произошедшего, расписываться об ознакомлении с которыми истец отказалась, что зафиксировано актами.

Относительно эпизодов с ФИО14, ФИО11, ФИО12, ФИО15 также представлены видеозаписи.

Истец также была письменно уведомлена о необходимости предоставления объяснений по каждому факту совершения дисциплинарного проступка (кроме эпизода с планом работ на август 2025 года), расписываться в данных уведомлениях отказалась, объяснения в двухдневный срок ею представлены не были, о чем работодателем также составлены соответствующие акты, после чего на нее вышеупомянутыми приказами, от подписи об ознакомлении с которыми истец также отказалась, были наложены дисциплинарные взыскания.

Судом при рассмотрении дела также установлено, что истец в ДД.ММ.ГГГГ годах неоднократно находилась на больничном, в частности с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ с ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, ввиду чего с уведомлениями о необходимости предоставления объяснений относительно событий, произошедших ДД.ММ.ГГГГ она была ознакомлена по выходу на работу ДД.ММ.ГГГГ, а приказы о наложении дисциплинарных взысканий, с учетом выходных дней (ДД.ММ.ГГГГ) изданы работодателем ДД.ММ.ГГГГ.

Копия приказа об увольнении и уведомление о необходимости получения трудовой книжки направлены в адрес истца почтой, также ДД.ММ.ГГГГ в ее адрес почтой направлено уведомление о необходимости сдачи служебного жилого помещения до ДД.ММ.ГГГГ (т. 2 л.д. 98-110).

Согласно ч. 3 ст. 196 ГПК РФ суд, разрешая спор, исходит из заявленных истцом требований. Поэтому если работник, уволенный по п. 5 ч. 1 ст. 81 ТК РФ не оспаривает наложенные на него до вынесения приказа об увольнении дисциплинарные взыскания (например, оспаривает лишь отсутствие повода для увольнения, нарушение порядка увольнения), то суд не проверяет законность и обоснованность их наложения.

Если же истец оспаривает все наложенные на него до вынесения приказа об увольнении дисциплинарные взыскания либо некоторые из них, то суд при проверке доводов истца проверяет законность и обоснованность наложения всех дисциплинарных взысканий.

Согласно позиции истца, ею оспаривается только приказ об ее увольнении № от ДД.ММ.ГГГГ, ввиду чего правомерность иных приказов о наложении на истца дисциплинарных взысканий судом не проверяется.

Вместе с тем действия ответчика по привлечению истца ДД.ММ.ГГГГ к дисциплинарной ответственности пятью отдельными приказами в виде двух замечаний, двух выговоров и увольнения за пять выявленных ДД.ММ.ГГГГ фактов нарушения трудовой дисциплины, в результате которых у работника отсутствует возможность добросовестно исполнять свои трудовые обязанности после наложения на него дисциплинарного взыскания в виде выговора, то есть исправиться, могут свидетельствовать о намеренных действиях работодателя по увольнению работника с занимаемой должности и злоупотреблении правом со стороны работодателя как более сильной стороны в трудовом правоотношении. Данная правовая позиция изложена в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.04.2021 N 5-КГ21-5-К2.

Совершенные ДД.ММ.ГГГГ дисциплинарные проступки между собой они не образуют систему ввиду привлечения работника к дисциплинарной ответственности за проступки совершенные в один день, то есть не достигается цель дисциплинарного наказания - осознания работником виновного характера неисполнения или ненадлежащего исполнения трудовых обязанностей. Суд соглашается с мнением прокурора о том, что в рассматриваемом случае такие действия работодателя указывают на намеренное разделение приказов о наложении дисциплинарных взысканий, тогда как он, с целью дальнейшего исправления работника, мог ограничиться наложением одного дисциплинарного взыскания.

Также суд считает необходимым отметить, что приказ от ДД.ММ.ГГГГ об объявлении ФИО1 ФИО35. замечания относительно инцидента с ФИО12 имеет №, то есть, вероятно, вынесен после приказа об увольнении истца от того же дня, имеющего №.

Таким образом, указание работодателем в приказе об увольнении одновременно приказов №№, № от ДД.ММ.ГГГГ является незаконным.

В то же время приказы № от ДД.ММ.ГГГГ и № от ДД.ММ.ГГГГ образуют признак неоднократности и могли быть положены в основу приказа № об увольнении за совершение работником вновь дисциплинарного проступка ДД.ММ.ГГГГ при условии соблюдения порядка привлечения к дисциплинарной ответственности.

Как указано выше, на момент принятия ответчиком решения о применении дисциплинарного взыскания в виде увольнения, у истца имелось два неснятых дисциплинарных взыскания: от ДД.ММ.ГГГГ (за некачественную подготовку Плана на ДД.ММ.ГГГГ год) и от ДД.ММ.ГГГГ (публичное оскорбление и.о. директора ФИО9).

При этом сам работодатель счел публичное оскорбление работодателя не столь существенным дисциплинарным проступком, применив за него взыскание в виде замечания.

Согласно представленной ответчиком характеристики на ФИО1 ФИО36. она с первых дней работы зарекомендовала себя как конфликтный работник, плохо владеет русским языком, плохо ведет рабочую документацию, неуважительно относится к получателем социальных услуг, имеет низкие организаторские способности в проведении культурно-массовых мероприятий, с ДД.ММ.ГГГГ года часто отсутствует на работе по причине болезни, сама провоцируя конфликты, после которых уходит на больничные (т. 2 л.д. 96-97).

Из материалов дела следует, что действительно, и ранее истец привлекалась к дисциплинарной ответственности, однако данные дисциплинарные взыскания сняты.

Кроме того, согласно материалам дела, истец в ДД.ММ.ГГГГ годах истец награждалась диплом, ей объявлялись благодарности за участие вместе с получателями социальных услуг творческих конкурсах, ДД.ММ.ГГГГ ей объявлена благодарность директором Интерната ФИО8 за оперативность, профессионализм и высокое качество оказываемых услуг в сфере социальной защитны населения.

Относительно инцидента с ФИО15 в акте от ДД.ММ.ГГГГ (т. 2 л.д. 81-82) указано, что в ходе изучения видеозаписей учреждения, зафиксировано следующее:

В 10:02 в кабинете воспитателя ФИО1 ФИО37. обратилась к ФИО15 со словами: «Я все думаю, что... я тебя вообще ударить думаю. Почему так плохо себя ведешь». После этих слов ФИО15 протянул руку ФИО2 для рукопожатия, рукопожатие она приняла. В это же время, пока пожимала руку, продолжила кричать на других получателей социальных услуг присутствующих в кабинете воспитателя.

В 13:24 ФИО15 вошел в кабинет воспитателя, танцевал и скорчил гримасу перед ФИО1 ФИО38. Воспитатель резко встала и недовольным взором преследовала ФИО15, что спровоцировало недееспособного на имитацию замаха, без совершения самого удара. Воспитатель не пострадала, но испытала испуг.

В 13:24 ФИО1 ФИО39. в кабинете воспитателя, по телефону связалась с ФИО9 изложив позицию: «Меня Парамонов чуть не убил». Начала требовать неправомерные меры воздействия: уберите его, назначьте мне охрану, изолируйте его. После указанного телефонного звонка администрация учреждения направилась изучать материалы системы видеонаблюдения для установки хронологии и обстоятельств взаимодействия ФИО1 С. и ФИО15

В 13:53 коридоре мужского отделения ФИО1 ФИО40. направилась к ФИО15, жестикулируя и повышая голос. В это мгновение по коридору проходила санитарка ФИО16 и ФИО17 зафиксировали происходящее. ФИО15 реакцией на жестикуляцию и крики совершил резкий рывок корпусом рядом с ФИО1 ФИО41. без физического контакта и удалился в свою комнату. ФИО1 С. самовольно побежала следом в комнату проживающего с вытянутыми руками. Согласно показаниям свидетеля, санитарки палатной ФИО13, проводившей генеральную уборку в комнате ФИО15, в момент инцидента, воспитатель, агрессивно жестикулируя и повышая голос, стала вытеснять ФИО15 в направлении балкона при этом замахиваясь на него. ФИО15, действуя инстинктивно, с учетом его психологического состояния, применил меру самообороны оттолкнув ФИО1 ФИО42. от себя. Характер физического контакта, согласно показаниям санитарок ФИО16 и ФИО13, не предполагал причинения телесных повреждений или умысла навредить ФИО1 ФИО44., что вследствие не согласуется с характером жалоб воспитателя. После падения ФИО1 ФИО43. была поднята с пола другими получателями социальных услуг, которые сбежались на крики и самостоятельно покинула помещение.

Указанная оценка произошедших событий, как следует из материалов дела, основана на восприятии произошедшей ситуации вышеназванными работниками ФИО13, ФИО16, ФИО17, изложенной в их письменных пояснениях (т. 2 л.д. 72-79).

В материалах дела также имеется письменное обращение матери ФИО15 на имя и.о директора Интерната о грубом отношении ФИО1 ФИО45. к ее сыну (т. 2 л.д. 80).

Вместе с тем, как следует, из представленной суду видеозаписи, в 13.53 ДД.ММ.ГГГГ в коридоре мужского отделения Интерната ФИО1 С. двигалась по направлению к ФИО15, когда он совершил резкий рывок корпусом в ее сторону без физического контакта и удалился в свою комнату. Согласно иной видеозаписи от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 С. указывала на то, что боится ФИО15, просила охраны.

Таким образом, суд считает, что при принятии решения об увольнении истца руководством Интерната не в полной мере были учтены обстоятельства инцидента с ФИО15, обстоятельства совершения проступков, за которые истец привлечена к дисциплинарной ответственности приказами от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ, ее предшествующее отношение к труду, достаточно продолжительный период ее трудовой деятельности у ответчика, в период которого ей неоднократно объявлялись благодарности, и не может согласится с выводами работодателя о соразмерности допущенных истцом нарушений выбранному ответчиком дисциплинарному взысканию в виде увольнения, которое является крайней мерой дисциплинарной ответственности и применяется в исключительных случаях.

Поскольку увольнение истца было произведено без учета вышеуказанных обстоятельств, ее исковые требования о признании приказа № от ДД.ММ.ГГГГ незаконным и восстановлении на работе подлежат удовлетворению.

Как указано в ст. 394 ТК РФ в случае признания увольнения незаконным работник должен быть восстановлен на прежней работе органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор.

Согласно ст. 84.1 ТК РФ днем прекращения трудового договора во всех случаях является последний день работы работника, за исключением случаев, когда работник фактически не работал, но за ним, в соответствии с настоящим Кодексом или иным федеральным законом, сохранялось место работы (должность) ФИО1 ФИО46. подлежит восстановлению на работе в Интернате в должности воспитателя с ДД.ММ.ГГГГ.

Признание увольнения истца незаконным, в соответствии со ст. 394 ТК РФ, влечет необходимость взыскания с ответчика среднего заработка за все время вынужденного прогула, при этом суд в данном случае не связан с указанными в иске требованиями работника о взыскании конкретной суммы за определенный период.

В соответствии с положениями ст. 139 ТК РФ, а также п. 9 Положения об особенностях порядка исчисления средней заработной платы, утвержденного Постановлением Правительства РФ от 24.04.2025 N 540 "Об особенностях порядка исчисления средней заработной платы" (далее - Положение), для определения подлежащей к взысканию средней заработной платы за время вынужденного прогула, необходимо установить сумму заработной платы фактически начисленной за отработанные дни в расчетном периоде, предшествующем увольнению, которую следует разделить на количество фактически отработанных в этот период дней, после чего полученный, таким образом дневной заработок умножить на количество рабочих дней в периоде подлежащем оплате.

Согласно п. 4 указанного Положения, расчет среднего заработка работника независимо от режима его работы производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата.

Ответчиком представлен в материалы дела расчет среднедневного заработка истца, который составляет 4 363 руб. 97 коп. Суд считает возможным принять данный среднедневной заработок для расчета оплаты труда истца за время вынужденного прогула, возражений относительно него от представителя истца не поступило.

Учитывая, что последним рабочим днем ФИО1 С. было ДД.ММ.ГГГГ, то период вынужденного прогула надлежит исчислять с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ включительно, что согласно производственному календарю пятидневной рабочей недели, установленной истцу п. 5.1. трудового договора, составит 37 рабочих дней. Оплата за период вынужденного прогула, подлежащая взысканию с ответчика в пользу истца, составит 161 466 руб. 89 коп.

В соответствии с положениями ст. 21, ст. 237, 394 ТК РФ суд вправе удовлетворить требование работника, незаконно уволенного, а также работника, трудовые права которого были нарушены, о компенсации морального вреда, при этом компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ №, учитывая, что Кодекс не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу статей 21 (абзац четырнадцатый части первой) и 237 ТК РФ вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав.

Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания работника, причиненные неправомерными действиями или бездействием работодателя, нарушающими его трудовые права, закрепленные законодательством.

При этом ТК РФ не содержит ограничений для взыскания компенсации морального вреда, поэтому суд вправе удовлетворить требование работника о взыскании компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя вытекающими из трудовых правоотношений. Нравственные страдания работника при этом предполагаются.

Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Судом при рассмотрении дела установлено, что истец была незаконно уволена, нравственные страдания, сформировавшиеся на основе переживаний, связанных с нарушением трудовых прав истца, побудили ее обратиться за защитой в суд. Причинение морального вреда очевидно и сомнений у суда не вызывает. О возникшем моральном вреде истец прямо указывает в своем иске, прося компенсировать его в размере 100 000 рублей.

Учитывая длительность нарушения права истца, степень вины работодателя, его конкретные незаконные действия, их соотношение с объемом и характером причиненных истцу нравственных страданий, принцип разумности и справедливости, суд приходит к выводу о взыскании с ответчика в пользу истца денежной компенсации морального вреда в размере 25 000 руб.

В силу ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 указанного Кодекса.

В силу ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела. К издержкам, связанным с рассмотрением дела ст. 94 ГПК РФ относит, в том числе расходы на оплату услуг представителя и другие признанные судом необходимые расходы.

В соответствии со ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Из правовых позиций, изложенных в пунктах 11, 12, 13, 28, 29 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1, следует, что разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов, вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер. Расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах. При этом разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

В процессе судебного разбирательства по гражданскому делу интересы истца представлял адвокат ФИО18, для истца было подготовлено исковое заявление, также адвокат ФИО18 представлял интересы истца в судебных заседаниях ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ.

В обоснование понесенных судебных расходов на оплату юридических услуг, связанных с рассмотрением настоящего гражданского дела, истцом представлен чек об оплате услуг адвоката ФИО18 в сумме 25 000 руб. (л.д. 45).

Доказательств того, что размер расходов ФИО1 ФИО47. на оплату юридических услуг является чрезмерным, то есть несоответствующим необходимости, оправданности и разумности, а также не отвечающим рыночным значениям, установившимся на территории <адрес> для оплаты аналогичных юридических услуг, ответчиком не представлено, на данное обстоятельство он не ссылался.

При изложенных обстоятельствах, исходя из объема оказанной представителем ФИО18 по данному делу истцу правовой помощи, категории и сложности дела, суд находит расходы истца в виде оплаты юридических услуг в сумме 25 000 руб. соразмерными затраченным представителем истца усилиям и времени в связи с чем данные расходы подлежат взысканию с ответчика в пользу истца в полном объеме.

В соответствии с ч.1 ст.103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

При обращении в суд с исковым заявлением истец была освобождена от уплаты государственной пошлины. Доказательств того, что ответчик освобожден от уплаты государственной пошлины, суду не представлено.

На основании изложенного с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 8 844 руб. 01 коп. (5844,01 за требования имущественного характера о взыскании заработной платы + 3000 руб. требование неимущественного характера).

Решение суда приводится в исполнение после вступления его в законную силу, за исключением случаев немедленного исполнения, в порядке, установленном федеральным законом (ст. 210 ГПК РФ).

В силу статьи 211 ГПК РФ решение суда о восстановлении на работе подлежит немедленному исполнению.

Руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 – удовлетворить.

Признать незаконным приказ Краевого государственного автономного стационарного учреждении социальной защиты «Елизовский дом-интернат психоневрологического типа» (ИНН №) № от ДД.ММ.ГГГГ «О применении дисциплинарного взыскания в виде увольнения ФИО1 ФИО48.».

ФИО1 (паспорт серии № №) на работе в Краевом государственном автономном стационарном учреждении социальной защиты «Елизовский дом-интернат психоневрологического типа» (ИНН №) в должности воспитателя с ДД.ММ.ГГГГ.

Взыскать с Краевого государственного автономного стационарного учреждения социальной защиты «Елизовский дом-интернат психоневрологического типа» в пользу ФИО1 заработную плату за время вынужденного прогула за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 161 466 руб. 89 коп. (сумма указана без исчисления и удержания НДФЛ), компенсацию морального вреда в размере 25 000 руб., судебные расходы на оплату услуг представителя 25 000 руб.

Решение в части восстановления ФИО1 на работе подлежит немедленному исполнению.

Взыскать с Краевого государственного автономного стационарного учреждения социальной защиты «Елизовский дом-интернат психоневрологического типа» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 8 844 руб. 01 коп.

Решение может быть обжаловано в Камчатский краевой суд через Елизовский районный суд Камчатского края в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.

Судья

подпись

М.А. Коваленко

Копия верна:

Судья

М.А. Коваленко

Подлинник решения находится в материалах гражданского дела №, УИД №-№.