Решение по делу № 2-1453/2021 от 20.10.2022 - о признании недействительными извещений об установлении первичного и заключительного диагнозов хронического профессионального заболевания, санитарно-гигиенической характеристики условий труда и акта о случае профессионального заболевания.

Норильский городской суд (Красноярский край)

Категория дела О признании справки недействительной Гражданское Удовлетворено частично

Краткое содержание дела Все четыре части решения кратко

Вводная частькто, когда и о чём судился

Описательная частьчто требовал истец и что отвечал ответчик

Представитель ответчика Управления Роспотребнадзора по Красноярскому краю <ФИО>, действующая на основании доверенности №№ от 11 октября 2022 г. (т.5 л.д.90), в судебном заседании просила в удовлетворении исковых

Мотивировочная частьчем суд руководствовался и почему так решил

Прокурор Корнеева А.С. в судебном заседании полагала, что исковые требования подлежат удовлетворению в полном объеме. Заслушав представителя ответчика Управления Роспотребнадзора по Красноярскому краю <ФИО>..;

Резолютивная частьитоговое решение суда

Исковые требования удовлетворить частично.

Суды по аналогичным делам принимают разные решения

Посмотреть все аналогичные дела →

Дело № 2-186/2022 (2-1453/2021)

24RS0040-02-2021-001390-29

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г.Норильск 20 октября 2022 г.

Норильский городской суд (в районе Талнах) Красноярского края в составе председательствующего судьи Григорица С.Н.,

при помощнике судьи Алеевой Н.А.,

с участием прокурора Корнеевой А.С.,

представителя ответчика Управления Роспотребнадзора по Красноярскому краю ФИО1,

представителя третьего лица ПАО «ГМК «Норильский никель» ФИО2,

представителя третьего лица ФИО3 – ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело №2-186/2022 по иску государственного учреждения – Красноярского регионального отделения Фонда социального страхования Российской Федерации в лице филиала №14 к Управлению Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Красноярскому краю в лице территориального отдела в г.Норильске, КГБУЗ «Норильская межрайонная поликлиника №1», Федеральному бюджетному учреждению науки «Федеральный научный центр гигиены им. Ф.Ф.Эрисмана» Роспотребнадзора о признании недействительными извещений об установлении первичного и заключительного диагнозов хронического профессионального заболевания, санитарно-гигиенической характеристики условий труда и акта о случае профессионального заболевания в отношении ФИО3,

установил:

ГУ - Красноярское региональное отделение Фонда социального страхования РФ в лице филиала №14 обратилось в суд с исковым заявлением к Управлению Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Красноярскому краю в лице территориального отдела в г.Норильске, КГБУЗ «Норильская городская поликлиника №2», ФГБУ «Федеральный научный центр гигиены им. Ф.Ф.Эрисмана», в котором просит признать недействительными извещения ФГБУ «Федеральный научный центр гигиены им. Ф.Ф.Эрисмана» от 15 января 2019 г. №-н об установлении предварительного диагноза хронического профессионального заболевания ФИО3 и от 16 сентября 2019 г. №-н об установлении заключительного диагноза хронического профессионального заболевания ФИО3, акт о случае профессионального заболевания ФИО3 от 18 сентября 2020 г. и санитарно-гигиеническую характеристику условий труда работника № от 13 февраля 2019 г., мотивируя следующим.

ФИО3 обратился в ГУ - Красноярское региональное отделение Фонда социального страхования РФ в лице филиала № за назначением и выплатой страхового обеспечения в связи с имеющимся профессиональным заболеванием. Одним из документов, являющемся основанием для назначения обеспечения по страхованию, является Акт о случае профессионального заболевания. Истец полагает, что представленный Акт, а также санитарно-гигиеническая характеристика условий труда содержат недостоверные сведения об условиях труда ФИО3 и подлежат признанию недействительными. В соответствии с п.17 Акта о случае профессионального заболевания ФИО3 с 12 марта 2001 г. по 17 мая 2001 г. работал <данные изъяты> Периодические медицинские осмотры ФИО3 проходил в КГБУЗ «Норильская городская поликлиника № 2» и с 2006 - 2019 годы признавался годным по профессии крепильщик без медицинских противопоказаний к работе. В 2015 г. ФИО3 проходил периодический медицинский осмотр в профессии <данные изъяты> в Красноярском краевом центре профпатологии на базе КГБУЗ «Краевая клиническая больница» и в соответствии с заключением № от 26 июня 2015 г. медицинские противопоказания не выявлены. В 2019 г. при самостоятельном обращении в ФБУН «Федеральный научный центр гигиены им. Ф.Ф. Эрисмана» в соответствии с извещением от 15 января 2019 г. №-н установлен предварительный диагноз профессионального заболевания: <данные изъяты> Заключительный диагноз профессионального заболевания был установлен ФБУН «Федеральный научный центр гигиены им. Ф.Ф. Эрисмана» в соответствии с извещением от 16 сентября 2019 г. №-н: <данные изъяты> Вызывает сомнение тот факт, что после установления предварительного диагноза профессионального заболевания (15 января 2019 г.) работник прошел периодического медицинский осмотр, по результатам которого не было выявлено противопоказаний (17 июня 2019 го.), также учитывая, что между датой периодического медицинского осмотра и датой установления заключительного диагноза профессионального заболевания (13 сентября 2019 г.) прошло 3 месяца, ставится под сомнение обоснованность диагноза заболевания ФИО3, а также наличие связи заболевания с профессией. Необходимо отметить, что при установлении диагноза профессионального заболевания работнику были нарушены требования п.16 приказа Минздрава России от 13 ноября 2012 г. №н «Об утверждении порядка оказания медицинской помощи при острых и хронических профессиональных заболеваниях», поскольку в соответствии с п.1 приказа Минздрава Красноярского края от 12 мая 2015 г. №-орг при установлении в качестве предварительного диагноза наличия у пациента хронического профессионального заболевания медицинское учреждение здравоохранения обязано направить такого пациента на обследование в Краевой центр профпатологии КГБУЗ «Краевая клиническая больница».

Кроме того, Акт о случае профзаболевания ФИО3 содержит недостоверные сведения об условиях труда работника, так как содержит отсылку к Картам АРМ, Картам СОУТ и протоколам измерений, не относящимся к рабочему месту работника, ввиду чего вывод п.18 Акта о причинах профессионального заболевания не может являться объективным, так как построен на данных, не имеющих отношения к рабочему месту ФИО3, что свидетельствует о недостоверности данных, изложенных в Акте, а выводы в нем являются необоснованными и не подтверждены документально. То есть в обжалуемом Акте содержатся недостоверные сведения, повлиявшие на вывод о том, что у работника имелись вредные производственные факторы, которые привели к возникновению профессионального заболевания. Поскольку между условиями труда работодателя и установленным работнику диагнозом профессионального заболевания отсутствует причинно-следственная связь, Акт не может считаться законным и как следствие являться основанием для получения ФИО3 страховых выплат от государства. В п.5 СГХ все протоколы замеров приведены общим списком, без конкретизации, в каких из указанных протоколов фактически были превышения ПДУ по локальной, общей вибрации, тяжести трудового процесса, а в каких данные превышения отсутствовали. Указание в СГХ на превышение ПДУ по указанным параметрам без уточнения периода является некорректным и делает невозможным установление достоверной продолжительности воздействия данных неблагоприятных факторов на работника. Указанное некорректное отражение сведений нарушает требование п.6 Инструкции по составлению СГХ работника при подозрении у него профессионального заболевания, утвержденной Приказом Роспотребнадзора от 31 марта 2008 г. №, о том, что количественная характеристика вредного фактора производственной среды должна быть представлена в динамике за максимально возможный период работы в данной профессии. Данное нарушение является существенным, поскольку при экспертизе наличия/отсутствия связи заболевания с профессией оценивается как интенсивность, так и продолжительность воздействия каждого вредного фактора на работника. Считают, что выводы о том, что у ФИО3 имеется профессиональное заболевание, носят преждевременный характер, противоречат медицинским документам, а потому не могут являться убедительными и положенными в основу акта. В связи с установленными обстоятельствами, письмом ФИО3 разъяснено, что правовых оснований для назначения ему единовременной и ежемесячной страховых выплат не имеется.

В порядке ст.41 ГПК РФ 21 сентября 2022 г. суд по ходатайству истца заменил ответчика КГБУЗ «Норильская межрайонная поликлиника №» на его правопреемника КГБУЗ «Норильская межрайонная поликлиника №» (т.5 л.д.20).

В порядке ст.39 ГПК РФ представитель истца ФИО5, действующая на основании доверенности № от 27 декабря 2021 г. (т.5 л.д.18, 36), 21 сентября 2022 г. и 05 октября 2022 г. уточнила исковые требования в части их оснований, полагает, что действия всех соответчиков в совокупности привели к преждевременному завершению расследования без урегулирования всех возражений и достоверного установления всех фактов, имеющих значение для правомерного вывода о наличии связи заболевания с профессией. Именно в этом заключается нарушение прав истца ответчиками, в том числе и КГБУЗ «Норильская межрайонная поликлиника №», являющимся правопреемником КГБУЗ «Норильская городская поликлиника №» и принявшим на себя права и обязанности выбывшего из спорного правоотношения лица. Выводы соответчиков о том, что у ФИО3 имеется профессиональное заболевание, носят преждевременный характер, противоречат медицинским документам, а потому не могут являться убедительными и положенными в основу акта. Основное требование искового заявления о признании акта о случае профессионального заболевания недействительным предъявлено к соответчику КГБУЗ «Норильская межрайонная поликлиника №». В случае, когда профессиональное заболевание работника не подтверждается (либо подтверждается лишь в какой-то определённой части) с последующим признанием недействительными акта о случае профессионального заболевания, извещений о предварительном/заключительном диагнозах профессионального заболевания, санитарно-гигиеническая характеристика условий труда работника также признаётся судом недействительной полностью (т.5 л.д.16-17, 34-35).

Представитель истца ГУ-КРО ФСС РФ ФИО5 в судебное заседании не явилась, просит провести судебное заседание без участия представителя истца, на исковых требованиях с учетом уточнений настаивает (т.5 л.д.35).

Представитель ответчика Управления Роспотребнадзора по Красноярскому краю ФИО1, действующая на основании доверенности №№ от 11 октября 2022 г. (т.5 л.д.90), в судебном заседании просила в удовлетворении исковых требований ГУ-КРО ФСС отказать, поскольку ФНЦГ им. Ф.Ф.Эрисмана сделаны правильные заключения, оснований не доверять этому экспертному учреждению у Управления Роспотребнадзора не имеется, поддержала свои письменные возражения на исковое заявление от 15 ноября 2021 г. (т.3 л.д.230-236), в которых ссылается на то, что в соответствии с лицензией на осуществление медицинской деятельности ФС-99-01-009262, выданной 14 июля 2016 г. Федеральной службой по надзору в сфере здравоохранения, ФБУН «Федеральный научный центр гигиены им. Ф.Ф.Эрисмана» является медицинской организацией, имеющей право на проведение экспертизы связи заболевания с профессией. Указанная медицинская организация является головным многопрофильным научным учреждением, на базе которого создан профпатологический центр, являющийся координирующим и консультативно-методическим органом Министерства здравоохранения Российской Федерации. Следовательно, заключительный диагноз профессионального заболевания ФИО3 установлен медицинской организацией, являющейся уполномоченным учреждением по решению вопросов формирования профессиональной патологии, профессиональной пригодности и связи заболеваний с профессией, по проведению обследования и лечения пациентов с профессиональными заболеваниями. Управление Роспотребнадзора по Красноярскому краю не согласно с содержащимися в исковом заявлении доводами Учреждения, считает обжалованный акт от 18 сентября 2020 г. расследования случая профессионального заболевания работника ФИО3 законным и обоснованным. Названный акт расследования подготовлен, оформлен и утвержден в полном соответствии с требованиями действующих в указанной сфере Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний и Инструкции о порядке применения этого Положения. В указанных нормативных документах отсутствуют какие-либо положения о запрете утверждения председателем комиссии акта расследования при наличии письменных возражений отдельных членов комиссии по расследованию. Уполномоченными должностными лицами Управления Роспотребнадзора по Красноярскому краю, входящими в состав комиссии по расследованию случая профессионального заболевания работника ФИО3, были выполнены все возможные зависящие от них действия в рамках проведенного расследования. При расследовании указанного случая профессионального заболевания в соответствии с п.26 Положения от 15 декабря 2000 г. № уполномоченными должностными лицами территориального отдела Управления Роспотребнадзора по Красноярскому краю в г.Норильске (членами комиссии по расследованию) на основании имеющихся и представленных, в том числе и работодателем, документов и фактических сведений об условиях труда заболевшего работника установлены обстоятельства и причины возникновения случая профессионального заболевания у ФИО3, определены лица, допустившие нарушения государственных санитарно-эпидемиологических правил, иных нормативных актов, а также меры по устранению причин возникновения и предупреждения профессионального заболевания. По результатам расследования был подготовлен акт от 18 сентября 2020 г., соответствующий всем предъявляемым к нему требованиям. Ни в одном нормативном документе не сказано, что председатель комиссии должен (имеет) право утвердить акт расследования случая профессионального заболевания работника только после того, как все члены комиссии его подпишут или большинство членов комиссии проголосуют за его утверждение. Основания, которые бы ставили под сомнение законность и обоснованность комиссионно установленного 16 октября 2019 г. в уполномоченном медицинском учреждении ФБУН «Федеральный научный центр гигиены им. Ф.Ф. Эрисмана» заключительного диагноза профессионального заболевания у работника ПАО «ГМК «Норильский никель» ФИО3, у Управления Роспотребнадзора по Красноярскому краю отсутствовали. Не имеется таких оснований и в настоящее время. Доводы Учреждения в исковом заявлении по названному вопросу об обоснованности поставленного работнику медицинского диагноза профессионального заболевания и его связи с выполняемой работой носят характер предположений и противоречат имевшимся в распоряжении комиссии по расследованию документам и фактическим сведениям. Вопросы, связанные с разногласиями относительно установленного работнику заключительного диагноза профессионального заболевания, в т.ч. о необходимости направления работника (его медицинской документации) в Центр профессиональной патологии Министерства здравоохранения Российской Федерации, должен решаться соответствующими органами здравоохранения, но никак не комиссией по расследованию профзаболевания. Решение такого вопроса возможно и после утверждения акта расследования случая профессионального заболевания, в том числе и по инициативе заинтересованных лиц, что в дальнейшем не исключает внесения в уже утвержденный акт каких-либо изменений и дополнений. Вопросы, связанные с оценкой установленного уполномоченной медицинской организацией заключительного диагноза профессионального заболевания, установление связи заболевания с профессией, установление заключительного диагноза хронического профессионального заболевания, его уточнение или отмена не входят в полномочия членов комиссии по расследованию. Специалисты, должностные лица, входящие в состав такой комиссии, не обладают специальными познаниями для решения указанных вопросов, а также не имеют соответствующих разрешительных документов (лицензии). Тем более, что в рассматриваемом случае у членов комиссии по расследованию от Управления Роспотребнадзора по Красноярскому краю отсутствовали основания сомневаться в установленном ФИО3 заключительном диагнозе профессионального заболевания. Наличие письменных возражений отдельных членов комиссии по названному вопросу о профессиональном заболевании никоим образом при изложенных выше обстоятельствах не свидетельствовало о незавершенности расследования такого заболевания. Председателем комиссии, обоснованно посчитавшим, что цели и задачи расследования достигнуты, было принято 18 сентября 2020 г. решение об утверждении акта о случае профессионального заболевания работника ФИО3 В распоряжении комиссии имелись в полном объеме документы и фактические сведения, в том числе полученные от работодателя, учреждений здравоохранения, необходимые и достаточные для выводов об обстоятельствах и причинах профессионального заболевания работника ФИО3, определения лиц, допустивших нарушения государственных санитарно-эпидемиологических правил, и мер по устранению причин возникновения и предупреждения профессионального заболевания. Санитарно-гигиеническая характеристика от 13 февраля 2019 г. № кем-либо не обжаловалась, дополнений, изменений, возражений, иных уточнений к ней со стороны заинтересованных лиц представлено не было. Как было установлено при расследовании случая профессионального заболевания при стаже работы ФИО3 более 17 лет в условиях воздействия неблагоприятных (вредных) производственных факторов, <данные изъяты> обязательный медицинский осмотр в центре профессиональной патологии был проведен ему впервые работодателем только в 2015 году, что свидетельствовало о недостатках в организации медико-профилактической работы на предприятии. Профессиональное заболевание у работника возникает не одномоментно, а является результатом длительного воздействия различного рода негативных (вредных) производственных факторов. Комиссией по расследованию профзаболевания ФИО3 было установлено, что условия его труда на протяжении длительного времени являлись неблагоприятными и не соответствовали ряду гигиенических требований, профессиональное заболевание у ФИО3 возникло и впервые диагностировано в период его работы <данные изъяты> в результате несовершенства технологических процессов, длительного стажа работы в контакте с вредными производственными факторами - воздействие уровней локальной вибрации, тяжести трудового процесса, т.е. в связи с необеспечением работодателем безопасных условий труда. Доказательств того, что ФИО3 получил профессиональное заболевание до приема на работу в ПАО «ГМК «Норильский никель», вне рамок трудового процесса рудника «Комсомольский» ЗФ ПАО «ГМК «Норильский никель» из-за каких-то своих виновных действий, а также доказательств обеспечения безопасных условий труда, которые исключали бы утрату им профессиональной трудоспособности в период длительной работы в ПАО «ГМК «Норильский никель», истцом не представлено. Напротив, имеются неопровержимые доказательства того, что ФИО3 получил установленное ему уполномоченной и компетентной медицинской организацией профессиональное заболевание во время выполнения им трудовых обязанностей в должности <данные изъяты> при воздействии ряда вредных производственных факторов. При составлении акта о случае профессионального заболевания в него были включены представленные работодателем данные лабораторно-инструментальных измерений из санитарно-гигиенической характеристики условий труда № от 13 февраля 2019 г.

Представитель ответчика ФБУН «ФНЦГ им. Ф.Ф.Эрисмана» Роспотребнадзора директор ФИО6 в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, представил письменные возражения, в которых просит в удовлетворении исковых требований отказать, мотивируя тем, что в соответствии с п.п. 13, 14 постановления Правительства РФ от 15 декабря 2000 г. № и Приложением № к Приказу Минздрава России от 28 мая 2001 г. № санитарно-гигиеническая характеристика условий груда является одним из основных документов, на основании которых проводится экспертиза связи заболевания с профессией. В материалах дела отсутствуют данные о несогласии работодателя с содержанием санитарно-гигиенической характеристики условий труда № от 13 февраля 2019 г. В связи с этим специалистами ФБУН «ФНЦГ им. Ф.Ф.Эрисмана» Роспотребнадзора при проведении экспертизы связи заболевания с профессией ФИО3 выводы об условиях труда обоснованно делались на основании данных, представленных в санитарно-гигиенической характеристике условий труда № от 13 февраля 2019 г., составленной в территориальном отделе Управления Роспотребнадзора по Красноярском краю в г.Норильске, согласованной с начальником территориального отдела Управления Роспотребнадзора по Красноярскому краю в г.Норильске ФИО28, директором рудника «Комсомольский ТФИО29 и подписанной Главным государственным санитарным врачом по Красноярскому краю ФИО31 в полном соответствии с Инструкцией по составлению СГХ условий труда при подозрении у него профессионального заболевания (отравления) (утв. Приказом Федеральной службы но надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека от 31 марта 2008 г. №) (т.5 л.д.52-54).

Представитель третьего лица ПАО «ГМК «Норильский никель» ФИО2, действующая на основании доверенности № от 02 декабря 2021 г. (т. 5 л.д.92), в судебном заседании выразила согласие с исковыми требованиями ГУ-КРО ФСС, просила их удовлетворить, поддержала письменный отзыв от 05 октября 2021 г. от представителя третьего лица ПАО «ГМК «Норильский никель» ФИО7 (т.1 л.д.136-142), в котором Компания считает, что требования истца являются обоснованными и подлежат удовлетворению в полном объеме, по следующим основаниям: СГХ включает в себя недостоверные сведения об условиях труда ФИО3, заболевание, указанное в извещении об установлении заключительного диагноза, не могло развиться в соответствии с фактическими условиями труда работника и не является профессиональным, Акт о случае профессионального заболевания является недостоверным, поскольку содержит некорректные данные об условиях труда из СГХ, указанные в Акте выводы о причинно-следственной связи заболевания с профессией являются необоснованными. Общий стаж работы ФИО3 составляет 20 лет 18 дней. В соответствии с санитарно-гигиенической характеристикой условий труда стаж работника во вредных условиях труда, которые могли вызвать профзаболевание, составляет 17 лет 7 месяцев 8 дней. Однако документально подтвержденный стаж работы работника в Компании с превышением предельно допустимого уровня по факторам, вызвавшим профзаболевание, в Компании составляет: по локальной вибрации - 8 лет, а по общей вибрации - 4 года. При наличии такого незначительного периода работы с минимальным превышением по факторам: локальная и общая вибрация, а также отсутствием противопоказаний, вероятность развития профессионального заболевания «вибрационная болезнь» является минимальной. При установлении сомнений в законности и обоснованности представленных на рассмотрение Фонда социального страхования документов в целях назначения выплат, страховщик вправе обратиться в компетентные органы за защитой своих прав и законных интересов. Оспаривание СГХ возможно при обжаловании Акта о случае профессионального заболевания после завершения расследования, поскольку содержание и выводы Акта, как правило, дублируют СГХ. С учетом изложенного Фонд социального страхования вправе заявлять требования об оспаривании СГХ одновременно с требованиями о признании недействительными извещений об установлении диагнозов профзаболеваний и Акта о случае профзаболевания. Учитывая, что между датой установления заключительного диагноза профессионального заболевания (16.09.2019) и датой прохождения работником осмотра в КГБУЗ «Краевая клиническая больница» (26.06.2015) прошло 4 года, а датой прохождения работником осмотра в КГБУЗ «Норильская городская поликлиника №» (17.06.2019) прошло 3 месяца, работодателем ставятся под сомнение обоснованность диагноза заболевания ФИО3, а также наличие связи заболевания с профессией. В связи с вышеизложенным, нельзя сделать вывод о том, что расследование случая профессионального заболевания ФИО3 завершено, Актом установлен профессиональный характер его заболевания.

Представитель третьего лица ФИО3 – ФИО4, действующая на основании доверенности № от 24 марта 2021 г. сроком на 5 лет (т.4 л.д.37), в судебном заседании возражала против удовлетворения требований ГУ-КРО ФСС, полагая, что ФИО3 является самой незащищенной стороной в данном споре, он до настоящего времени является инвали<адрес> группы с утратой трудоспособности в размере 60%, что неоднократно подтверждалось медико-социальной экспертизой. Просит к экспертному заключению клиники Гражданской авиации отнестись критически, поскольку полагает, что данное экспертное заключение содержит очень много противоречий. У клиники Эрисмана было достаточно оснований для установления предварительного и окончательного диагноза и для установления связи с профессией, в связи с чем в удовлетворении требований ФСС просила отказать в полном объеме, поддержала поданные ранее письменные возражения на иск (т.3 л.д.154-157), в которых указала, что в период работы ФИО3 регулярно проходил медицинские осмотры и признавался годным к работе, однако у него проявились признаки ухудшения здоровья, в связи с чем он регулярно обращался за медицинской помощью. В обжалуемом акте о случае профессионального заболевания указаны все необходимые данные, процедура расследования профессионального заболевания в отношении ФИО3 проведена надлежащим образом, санитарно-гигиеническая характеристика условий труда ФИО3 ранее не оспаривалась; ни ФИО3, ни ПАО «ГМК «Норильский никель» возражений на неё не представляли; медицинские документы ФИО3 не содержат доказательств того, что при приеме на работу в ПАО «ГМК «Норильский никель» он страдал вибрационной болезнью, радикулопатией, полинейропатией конечностей, как и нет доказательств тому, что данное заболевание возникло у него по иным причинам, не связанным с его работой во вредных условиях труда. Права ФСС РФ ни Актом о случае профессионального заболевания, ни СГХ не затрагиваются, поэтому не могут быть нарушены.

Представитель ответчика КГБУЗ «Норильская межрайонная поликлиника №» главный врач ФИО8 в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, в письменном ходатайстве от 10 октября 2022 г. просит дело рассмотреть в отсутствие представителя ответчика (т.5 л.д.33),

Третье лицо ФИО3, представители третьих лиц Краевого центра профпатологии на базе КГБУЗ «Красноярская клиническая больница», ФКУ «ГБ МСЭ по Красноярскому краю», ООО «Клиника на Ленинском 131» в судебное заседание не явились, о дне, времени и месте рассмотрения дела были уведомлены судом надлежащим образом.

Руководитель – главный эксперт по МСЭ ФКУ «ГБ МСЭ по Красноярскому краю» ФИО9 представила письменное ходатайство о рассмотрении дела в отсутствие представителя Учреждения (т.5 л.д. 31, 46).

Прокурор Корнеева А.С. в судебном заседании полагала, что исковые требования подлежат удовлетворению в полном объеме.

Заслушав представителя ответчика Управления Роспотребнадзора по Красноярскому краю ФИО1, представителя третьего лица ПАО «ГМК «Норильский никель» ФИО2, представителя третьего лица ФИО3 - ФИО4, заключение прокурора Корнеевой А.С., изучив письменные возражения и отзывы ответчиков и третьих лиц, исследовав и оценив по правилам ст.67 ГПК РФ собранные по делу доказательства в их совокупности, руководствуясь ст.ст. 55 - 56, 59 - 60 ГПК РФ, суд считает необходимым исковые требования удовлетворить частично по следующим основаниям.

Конституция РФ гарантирует в Российской Федерации охрану труда и здоровья людей. Каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (ст. 37), подлежит охране труд и здоровье людей (ст.7), каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь (ст.41), каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца и в иных случаях, установленных законом (ст.39).

В силу ст.22 Трудового кодекса РФ работодатель обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом РФ, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами РФ.

Трудовой кодекс РФ закрепляет право работника на труд в условиях, отвечающих требованиям охраны труда, гарантируя его обязательным социальным страхованием от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний в соответствии с федеральным законом (ст.219 ТК РФ).

В случае причинения вреда жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей возмещение указанного вреда осуществляется в соответствии с федеральным законом (ч.8 ст.220 ТК РФ).

В силу требований ст.3 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» профессиональным заболеванием признается острое или хроническое заболевание застрахованного, являющееся результатом воздействия вредного производственного фактора, повлекшее временную или стойкую утрату профессиональной трудоспособности.

Под страховым случаем понимается подтвержденный в установленном порядке факт повреждения здоровья застрахованного вследствие несчастного случая на производстве или профессионального заболевания, который влечет обязательство страховщика осуществлять обеспечение по страхованию.

Порядок расследования профессиональных заболеваний регламентируется Положением о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденным Постановлением Правительства РФ от 15 декабря 2000 года № 967, а также Инструкцией о порядке применения названного Положения, утвержденной Приказом Министерства здравоохранения РФ от 28 мая 2001 г. №176.

Согласно п.11 Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний, при установлении предварительного диагноза - хроническое профессиональное заболевание (отравление) извещение о профессиональном заболевании работника в 3-дневный срок направляется в центр государственного санитарно-эпидемиологического надзора; больной направляется на амбулаторное или стационарное обследование в специализированное лечебно-профилактическое учреждение или его подразделение (п.13), Центр профессиональной патологии на основании клинических данных состояния здоровья работника и представленных документов устанавливает заключительный диагноз - хроническое профессиональное заболевание (в том числе возникшее спустя длительный срок после прекращения работы в контакте с вредными веществами или производственными факторами), составляет медицинское заключение и в 3-дневный срок направляет соответствующее извещение в центр государственного санитарно-эпидемиологического надзора, работодателю, страховщику и в учреждение здравоохранения, направившее больного (п.14).

В силу п.16 данного Положения, установленный диагноз - острое или хроническое профессиональное заболевание (отравление) может быть изменен или отменен центром профессиональной патологии на основании результатов дополнительно проведенных исследований и экспертизы.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п.11 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10 марта 2011 г. №2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» при рассмотрении дел о возмещении вреда, причиненного здоровью в результате возникновения у застрахованного профессионального заболевания, необходимо иметь в виду, что в силу Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденного постановлением Правительства РФ от 15 декабря 2000 года №967, заключительный диагноз - профессиональное заболевание имеют право устанавливать впервые только специализированные лечебно-профилактические учреждения, клиники или отделы профессиональных заболеваний медицинских научных учреждений или их подразделения (центр профессиональной патологии). Установленный диагноз может быть отменен или изменен только центром профессиональной патологии.

Согласно Классификатору вредных и (или) опасных производственных факторов, утвержденному Приказом Минтруда России от 24 января 2014 г. №33н, шум, локальная и общая вибрация, тяжесть трудового процесса в виде физической динамической нагрузки, массы поднимаемого и перемещаемого груза в ручную, стереотипных рабочих движений, статической нагрузки, рабочей позы, наклонов корпуса, перемещений в пространстве, относятся к вредным и (или) опасным производственным факторам.

В судебном заседании установлено следующее.

ФИО3 осуществлял трудовую деятельность на следующих должностях в ПАО «ГМК «Норильский никель» (ранее АО «Норильский горно-металлургический комбинат им А.П.Завенягина», ОАО «ГМК «Норильский никель»):

<данные изъяты>

<данные изъяты> и не оспаривается сторонами.

Данные об осуществлении ФИО3 дальнейшей трудовой деятельности суду не представлены.

При прохождении периодических медицинских осмотров (обследований) в Норильской городской поликлинике № (ранее - МСЧ-2 <адрес>) в период с 2001 г. по 2018 г., в Краевом центре профпатологии КГБУЗ «<адрес>вая больница» в 2015 году ФИО3 противопоказаний для работы по профессии не имел, признавался годным в профессии и продолжал работать во вредных условиях труда под землей (т.1 л.д. 53-71, 119, 120-135).

12 ноября 2018 г. врачом-профпатологом ФИО17 сторонней организации ООО «Клиника на Ленинском 131», расположенной в <адрес>, где ранее ФИО3 никогда не наблюдался, ему на основании копии трудовой книжки, данных профосмотров (т.3 л.д.194-195) и выписки из амбулаторной карты КГБУЗ «Норильская ГП №» (т.3 л.д.192-193) выдано направление на госпитализацию в клинику ФБУН «ФНЦГ им. Ф.Ф.Эрисмана» для решения вопроса о связи заболевания с профессией с диагнозом: «Хроническая радикулопатия L5-S1 слева на фоне дегенеративно-дистрофических изменений в пояснично-крестцовом отделе позвоночника, умеренно выраженный болевой синдром, затянувшееся обострение. Периферические нейрососудистые изменения на кистях. Хроническая сенсоневральная тугоухость» (т.3 л.д.185).

По результатам стационарного обследования ФИО3 в период с 12 по 26 ноября 2018 г. (т.3 л.д.196-198), а также после получения ответа Краевого центра профпатологии КГБУЗ ККБ (т.3 л.д.202) заключением врачебной комиссии (протокол ВК № от 14 января 2019 г.) ФБУН «ФНЦГ им.Ф.Ф.Эрисмана» был заподозрен профессиональный характер заболевания, диагноз основной: <данные изъяты> признаны общими сопутствующие заболевания: <данные изъяты> в связи с чем составлено извещение об установлении предварительного диагноза хронического профессионального заболевания №-н от 15 января 2019 г.: <данные изъяты>, которое в этот же день было направлено в Управление Роспотребнадзора по Красноярскому краю с запросом о предоставлении санитарно-гигиенической характеристики условий труда с указанием всех вредных факторов рабочей среды и трудового процесса на рабочих местах горнорабочего подземного, дорожно-путевого-рабочего, крепильщика с 2001 г. (т.3 л.д.204).

13 февраля 2019 г. специалистом-экспертом территориального отдела Управления Роспотребнадзора по Красноярскому краю в г.Норильске ФИО21 при согласовании с начальником данного отдела ФИО20 была составлена санитарно-гигиеническая характеристика условий труда работника ФИО3 при подозрении у него профессионального заболевания № (далее также – СГХ), утвержденная Главным государственным санитарным врачом по Красноярскому краю ФИО19, по объекту Заполярный филиал (ЗФ) ПАО «ГМК «Норильский никель», рудник «Комсомольский», шахта «Комсомольская», подземный участок по ремонту горных выработок, при должности работника <данные изъяты> из которой следует, что общий стаж работы ФИО3 - 20 лет 18 дней, в данной профессии - 12 лет 6 месяцев 3 дня, стаж работы в условиях воздействия опасных, вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов, которые могли вызвать профзаболевание - 17 лет 7 месяцев 8 дней (т.1 л.д.39-51, т.3 л.д.207-219).

Пункт 24 СГХ (т.1 л.д.49-59, т.3 л.д.217-218) содержит заключение о состоянии условий руда:

Условия труда ФИО3 за период работы <данные изъяты> являются неблагоприятными, не соответствуют гигиеническим требованиям по воздействию:

- вибрационного фактора: эквивалентный корректированный уровень локальной вибрации (виброускорения, дБ) превышает предельно допустимые уровни (далее также – ПДУ) до 5 дБ;

- тяжести трудового процесса, превышающей допустимые значения по физической динамической нагрузке, при общей нагрузке (с участием мышц рук, корпуса, ног), при перемещении груза на расстояние более 5 м, фактически 85000 кг/м при ПДУ 46000 кг/м; по массе поднимаемого и перемещаемого груза вручную, подъему и перемещению (разовому) при чередовании с другой работой (до 2 раз в час) - фактически до 35 кг при ПДУ до 30 кг; подъему и перемещению (разовому) тяжести постоянно в течение рабочей смены фактически до 30 кг при ПДУ до 15 кг; по статической нагрузке при удержании груза, приложении усилий с участием мышц корпуса и ног - фактически 220000 кгс/сек при ПДУ до 100000 кгс/сек; по рабочей позе - нахождение в позе стоя до 75% времени смены при ПДУ до 60%; по наклонам корпуса - фактически 200 при ПДУ до 100.

- вибрационного фактора: эквивалентный корректированный уровень общей транспортно-технологической вибрации (виброускорения, дБ) превышает ПДУ до 3 дБ;

- тяжести трудового процесса, превышающей допустимые значения по массе поднимаемого и перемещаемого груза вручную, подъему и перемещению разовому при чередовании с другой работой (до 2 раз в час), фактически 35 кг при ПДУ до 30 кг, по рабочей позе - нахождение в позе стоя до 80% времени смены при допустимом значении до 60%.

Условия труда ФИО3 за период работы <данные изъяты> ПАО «ГМК «Норильский никель» не соответствуют гигиеническим требованиям по воздействию:

- вибрационного фактора: эквивалентный корректированный уровень локальной вибрации (виброускорения, дБ) превышает ПДУ до 5 дБ, эквивалентный корректированный уровень общей технологической вибрации (виброскорости, дБ) превышает ПДУ до 9 дБ;

- тяжести трудового процесса, превышающей допустимые значения по рабочей позе - нахождение в позе стоя до 80% времени смены при допустимом значении до 60%.

Таким образом, согласно СГХ на всех трех основных рабочих местах при работе в подземных условиях на ФИО3 воздействует повышенная тяжесть трудового процесса (<данные изъяты>»), а также повышенные уровни вибрации (<данные изъяты>).

Работодатель в лице директора рудника «Комсомольский ФИО18 с СГХ был ознакомлен (т.1 л.д.51, т.3 л.д.219).

С 05 по 19 сентября 2019 г. ФИО3 повторно для динамического наблюдения по вызову (решение ВК № от 08 апреля 2019 г. (т.3 л.д.220) находился на стационарном обследовании и лечении (15 дней) в ФБУН «ФНЦГ им. Ф.Ф.Эрисмана» с полным пакетом запрошенных ранее документов (т.3 л.д.223-225). Комиссией ФБУН «ФНЦГ им. Ф.Ф.Эрисмана» была проведена экспертиза связи заболевания с профессией, по результатам которой составлено медицинское заключение № от 13 сентября 2019 г. о наличии у ФИО3 профессионального заболевания – код по МКБ-10 – Т 75.2 (т.1 л.д.52, т.3 л.д.226-227), и оформлено извещение №-н от 16 сентября 2019 г. об установлении заключительного диагноза острого или хронического профессионального заболевания, где в п.7 стоит заключительный диагноз: <данные изъяты> указана дата установления диагноза – 13 сентября 2019 г., а в пункте 8 в перечне вредных производственных факторов и причин, вызвавших профзаболевание указаны «Общая и локальная вибрация выше ПДУ» (т.3 л.д.228). В перечне сопутствующей (общей) патологии при выписке имеются следующие диагнозы: <данные изъяты>

В соответствии с п.22 Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденного постановлением Правительства РФ от 15 декабря 2000 г. № (далее также – Положение №), расследование обстоятельств и причин возникновения хронического профессионального заболевания у лиц, не имеющих на момент расследования контакта с вредным производственным фактором, вызвавшим это профессиональное заболевание, производится по месту прежней работы с вредным производственным фактором.

В силу п.26 Положения № на основании имеющихся и полученных документов комиссия устанавливает обстоятельства и причины профессионального заболевания работника, определяет лиц, допустивших нарушения государственных санитарно-эпидемиологических правил и иных нормативных актов, и меры по устранению причин возникновения и предупреждения профессиональных заболеваний.

По результатам расследования комиссия составляет акт о случае профессионального заболевания по прилагаемой форме (п.27 Положения).

На основании п.30 Положения № акт о случае профессионального заболевания является документом, устанавливающим профессиональный характер заболевания, возникшего у работника на данном производстве.

Согласно п.31 Положения № акт о случае профессионального заболевания составляется в трехдневный срок по истечении срока расследования в пяти экземплярах, предназначенных для работника, работодателя, центра государственного санитарно-эпидемиологического надзора, центра профессиональной патологии (учреждения здравоохранения) и страховщика. Акт подписывается членами комиссии, утверждается главным врачом центра государственного санитарно-эпидемиологического надзора и заверяется печатью центра.

В акте о случае профессионального заболевания подробно излагаются обстоятельства и причины профессионального заболевания, а также указываются лица, допустившие нарушения государственных санитарно-эпидемиологических правил, иных нормативных актов. В случае установления факта грубой неосторожности застрахованного, содействовавшей возникновению или увеличению вреда, причиненного его здоровью, указывается установленная комиссией степень его вины (в процентах) (п.32 Положения).

Обязанность по рассмотрению разногласий, возникших в связи с установлением диагноза профессионального заболевания, возложена наряду с другими органами на суд (п.35 Положения №).

Пунктом 4.6 Инструкции о порядке применения названного Положения №, утвержденной Приказом Министерства здравоохранения РФ от 28 мая 2001 г. №, предусмотрено, что в случае несогласия работодателя (его представителя, пострадавшего работника) с содержанием акта о случае профессионального заболевания (отравления) и отказа от подписи он (они) вправе, письменно изложив свои возражения, приложить их к акту, а также направить апелляцию в вышестоящее по подчиненности учреждение госсанэпидслужбы.

В связи с получением извещения от 16 сентября 2019 г. №-н ФБУН «ФНГЦ им. Ф.Ф.Эрисмана» об установлении ФИО3 заключительного диагноза профессионального заболевания комиссией, созданной работодателем в соответствии с п.19 Положения № приказом № от 18 октября 2019 г., с 18 октября 2019 г. по 18 сентября 2020 г. проведено расследование случая профессионального заболевания, выявленного у работника ФИО3, по результатам которого составлен акт о случае профессионального заболевания от 18 сентября 2020 г. (т.1 л.д.22-32). В состав комиссии входили: председатель комиссии ФИО19 - главный государственный санитарный врач по <адрес>; и члены комиссии: ФИО20 - заместитель председателя комиссии, начальник Территориального отдела Управления Роспотребнадзора в <адрес> – главный государственный санитарный врач по <адрес> и Таймырского Долгано-Ненецкому муниципальному району; ФИО21 - специалист-эксперт территориального отдела Управления Роспотребнадзора по <адрес> в <адрес>; ФИО22 – начальник отдела страхования профессиональных рисков филиала № Государственного учреждения – Красноярского региональноего отделения Фонда социального страхования РФ; ФИО23 – и.о. главного врача КГБУЗ «Норильская городская поликлиника №»;ФИО24 – заместитель директора рудника – главный инженер рудника «Комсомольский»; ФИО25 – начальник отдела промышленной безопасности и охраны труда рудника «Комсомольский» ЗФ Департамента промышленной безопасности и охраны труда, ФИО26 – председатель первичной профсоюзной организации рудников «Комсомольский», «Скалистый», «Маяк» ЗФ.

Акт о случае профессионального заболевания от 18 сентября 2020 г. в отношении ФИО3 подписан лишь членами комиссии от территориального отдела Роспотребнадзора по Красноярскому краю в г.Норильске ФИО20 и ФИО21, остальные члены комиссии от подписи отказались (т.1 л.д.31-32). Акт утвержден Главным государственным санитарным врачом по <адрес> ФИО19 (т.1 л.д.22-32).

Согласно п.20 Акта о случае профессионального заболевания от 18 сентября 2020 г. (далее также - Акт) заболевание у ФИО3 является профессиональным и возникло в результате несовершенства технологических процессов, длительного стажа работы в контакте с вредными производственными факторами. Непосредственной причиной заболевания послужило длительное воздействие общей вибрации, превышающей ПДУ до 9 дБ, локальной вибрации, превышающей ПДУ до 16,8 дБ, в условиях воздействия производственного шума, превышающего ПДУ до 16,8 дБА, тяжести трудового процесса, превышающей допустимые уровни по рабочей позе (нахождение в позе стоя более 80% времени смены при допустимой 60% времени смены) (т.1 л.д.27).

Наличие вины работника не установлено (п.19 Акта).

Согласно п.21 Акта лицом, допустившим нарушение государственных санитарно-эпидемиологических правил и иных нормативных актов, указан ЗФ ПАО «ГМК «Норильский никель» (т.1 л.д.27).

05 февраля 2021 г. по результатам освидетельствования в Бюро № ФКУ «ГБ МСЭ по Красноярскому краю» Минтруда России в связи с профессиональным заболеванием от 13 сентября 2019 г. на основании Акта о случае профессионального заболевания от 18 сентября 2020 г. ФИО3 установлено 40% утраты профессиональной трудоспособности по профессиональному заболеванию (т.3 л.д.157 (на обороте), третья группа инвалидности на срок до 01 марта 2022 г. (т.1 л.д.72, т.3 л.д.158).

Истец полагает, что представленный Акт, а также СГХ, с которой Акт неразрывно связан, содержат недостоверные сведения об условиях труда ФИО3, так как содержат отсылку к картам АРМ, картам СОУТ и протоколам измерений, не относящимся к рабочему месту ФИО3, выводы о профессиональном заболевании противоречат медицинским документам, в связи с чем извещения ФБУН «ФНЦГ им. Ф.Ф. Эрисмана» об установлении ФИО3 предварительного и заключительного диагнозов профессионального заболевания, санитарно-гигиеническая характеристика условий его труда, Акт о случае профессионального заболевания от 18 сентября 2020 г. подлежат признанию недействительными.

Разрешая требования истца, суд учитывает, что Федеральный закон от 28 декабря 2013 г. №426-ФЗ «О специальной оценке условий труда» (далее также – Федеральный закон о специальной оценке условий труда) условия труда в зависимости от выявленных производственных факторов классифицирует на оптимальные (класс 1), допустимые (класс 2), вредные (класс 3 с подклассами 3.1, 3.2, 3.3, 3.4), опасные (класс 4).

Вредные условия труда (3 класс) характеризуются наличием вредных факторов, уровни которых превышают гигиенические нормативы и оказывают неблагоприятное действие на организм работника и/или его потомство.

Вредные условия труда по степени превышения гигиенических нормативов и выраженности изменений в организме работников условно разделяют на 4 степени вредности:

1 степень 3 класса (3.1) - условия труда характеризуются такими отклонениями уровней вредных факторов от гигиенических нормативов, которые вызывают функциональные изменения, восстанавливающиеся, как правило, при более длительном (чем к началу следующей смены) прерывании контакта с вредными факторами, и увеличивают риск повреждения здоровья;

2 степень 3 класса (3.2) - уровни вредных факторов, вызывающие стойкие функциональные изменения, приводящие в большинстве случаев к увеличению профессионально обусловленной заболеваемости (что может проявляться повышением уровня заболеваемости с временной утратой трудоспособности и, в первую очередь, теми болезнями, которые отражают состояние наиболее уязвимых для данных факторов органов и систем), появлению начальных признаков или легких форм профессиональных заболеваний (без потери профессиональной трудоспособности), возникающих после продолжительной экспозиции (часто после 15 и более лет);

3 степень 3 класса (3.3) - условия труда, характеризующиеся такими уровнями факторов рабочей среды, воздействие которых приводит к развитию, как правило, профессиональных болезней легкой и средней степеней тяжести (с потерей профессиональной трудоспособности) в периоде трудовой деятельности, росту хронической (профессионально обусловленной) патологии;

4 степень 3 класса (3.4) - условия труда, при которых могут возникать тяжелые формы профессиональных заболеваний (с потерей общей трудоспособности), отмечается значительный рост числа хронических заболеваний и высокие уровни заболеваемости с временной утратой трудоспособности.

Вторая степень вредных условий труда характеризуется появлением начальных признаков или легких форм профессиональных заболеваний (без потери профессиональной трудоспособности), возникающих после продолжительной экспозиции (после 15 и более лет), работа во вредных условиях третьей степени приводит к развитию, как правило, профессиональных болезней легкой и средней степеней тяжести (с потерей профессиональной трудоспособности) в периоде трудовой деятельности, росту хронической (профессионально обусловленной) патологии.

Приказом Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 27 апреля 2012 г. №н "Об утверждении перечня профессиональных заболеваний" утвержден перечень профессиональных заболеваний согласно приложению.

Глава 11 Перечня содержит заболевания, связанные с воздействием производственных физических факторов. В п.2.6 главы 11 Перечня указано заболевание вибрационная болезнь, связанная с воздействием производственной вибрации (общей и локальной).

В соответствии с п.2 ч.4 ст.14 Федерального закона о специальной оценке условий труда для появления начальных форм профессиональных заболеваний или профессиональных заболеваний легкой степени тяжести требуется воздействие на работника вредных условий труда 2 степени в течение не менее 15 лет, то есть необходима работа по классу вредности условий труда - 3.2 не менее 15 лет, с учетом того вредного производственного фактора, который определен в качестве основания возникновения такого заболевания согласно вышеуказанному Перечню.

С целью проверки доводов истца ГУ – КРО ФСС РФ, третьего лица ПАО «ГМК «Норильский Никель» относительно недостоверности установленного ФИО3 хронического профессионального заболевания определением суда от 11 января 2022 г. ходатайство представителя истца ГУ – КРО ФСС РФ ФИО5, представителя третьего лица ПАО «ГМК «Норильский никель» ФИО10 удовлетворено, по делу назначена комплексная судебная экспертиза связи заболевания с профессией, состоящая из судебно-медицинской экспертизы и экспертизы условий труда, производство которой поручено экспертам Федерального бюджетного учреждения «Центральная клиническая больница гражданской авиации» (ЦКБ ГА) (т.4 л.д.50-55).

Согласно заключению комплексной судебной экспертизы от 28 июля 2022 г. (т.4 л.д.194-245) на рабочем месте ФИО3 имелись следующие фактические условия труда:

при работе <данные изъяты> (12 марта 2001 г. – 17 мая 2001 г. и 01 ноября 2005 г. – 16 апреля 2006 г.) ФИО3 подвергался воздействию повышенных уровней локальной вибрации с превышением ПДУ по виброскорости до 16 дБ, и он более 25% времени смены работал в неудобной позе (Карта АРМ № и протоколы к ней №№, 6 и 9 за 2009 г.). Потенциально в этой профессии у ФИО3 мог сформироваться риск развития вибрационной болезни от воздействия локальной вибрации, но для этого не хватило стажа работы (0,5 лет суммарно за два периода);

при работе <данные изъяты> (18 мая 2001 г. – 31 октября 2005 г.) ФИО3, преимущественно, подвергался воздействию повышенной тяжести трудового процесса на фоне, по-видимому, повышенных уровней шума и эпизодического превышения ПДУ показателями локальной вибрации (Карта АРМ №). Однако риск развития любого профессионального заболевания в этот период был, во-первых, относительно низким (подкласс условий труда 3.1 - 3.2), а, во-вторых, длительность воздействия факторов (4,5 лет) тоже была недостаточной для развития какого-либо профессионального заболевания;

на рабочем месте <данные изъяты> где ФИО3 работал с апреля 2004 г. до момента установления заключительного диагноза профессионального заболевания (13,4 лет) согласно Карте СОУТ № и протоколам к ней общая вибрация отсутствует, уровни локальной вибрации не превышают ПДУ, а тяжесть трудового процесса характеризуется необходимостью нахождения в положении «стоя» более 80% времени смены, что исключает вероятность развития любого профессионального заболевания. Вместе с тем, согласно многочисленным протоколам производственного контроля, при использовании отбойного молотка уровни локальной вибрации практически всегда превышают ПДУ, что не позволяет полностью исключить вероятность хотя бы эпизодического превышения ПДУ локальной вибрации на рабочем месте крепильщика, который периодически использует отбойный молоток в своей работе, эквивалентными корректированными уровнями локальной вибрации в пересчете на 8-часовой рабочий день;

однако отсутствие на рабочем месте ФИО3 общей вибрации на уровнях, превышающих ПДУ при наличии вероятных эпизодических превышений ПДУ локальной вибрации не более чем на 5 дБ (согласно СГХ) исключают риск формирования у него вибрационной болезни от воздействия общей и локальной вибрации.

Экспертами также установлено, что на дату установления предварительного диагноза профессионального заболевания 15 января 2019 г. у ФИО3 имелся рентгенологически подтвержденный диагноз «<данные изъяты> Кроме того, на основании клинического обследования, проведенного в ФБУН «ФНЦГ им. Ф.Ф.Эрисмана» к 15 января 2019 г. у ФИО3 нельзя исключить наличие диагноза <данные изъяты> который проявился <данные изъяты>, однако для его объективного подтверждения и детальной конкретизации не было проведено необходимых инструментальных обследований, в частности, МРТ позвоночника. На дату установления заключительного диагноза профессионального заболевания 16 сентября 2019 г. у ФИО3 по-прежнему имел место рентгенологически подтвержденный диагноз «<данные изъяты>» и только клинически обоснованный <данные изъяты>, который остался до конца не подтвержденным результатами объективных исследований (МРТ позвоночника), но его не представляется возможным исключить, в том числе потому, что он был подтвержден в последующем при обследовании ФИО3 в ЦКБ ГА.

Из имевшихся у ФИО3 на указанные даты заболеваний ни одно из них не находились в причинно-следственной связи с профессиями ФИО3 за период работы в ПАО «ГМК «Норильский никель» с 01 марта 2018 г. по 13 февраля 2019 г. (дата утверждения СГХ), как исходя из документов, указанных в СГХ, так и фактических условий труда на рабочем месте ФИО3, установленных по результатам настоящей судебной экспертизы условий труда.

До 2012 - 2014 гг. ФИО3 не имел каких-либо серьезных проблем со здоровьем, обращался в медицинскую организацию крайне редко, как правило, с острыми заболеваниями общего профиля (<данные изъяты> которые требовали оказания первичной, реже специализированной медико-санитарной помощи, не сопровождались угрозой для жизни пациента, не были предрасположены к хронизации патологического процесса и не могли быть основанием для анализа их причинно-следственной связи с фактическими условиями труда.

Начиная с 2014 г. вплоть до момента стационарного обследования ФИО3 в ФБУН ФНЦГ им. Ф.Ф.Эрисмана» в ноябре 2018 г. все выставляемые ему диагнозы не обоснованы, противоречивы, ряд из них не соответствует действительности (<данные изъяты>) или отсутствует в системе медицинской классификации болезней (<данные изъяты>) и т.п., что в совокупности с крайне низким качеством ведения медицинской документации в Городской поликлинике № <адрес> и в Медицинском центре «Клиника на Ленинском 131» (<адрес>) не позволяет расценивать их в качестве адекватной объективной оценки фактического состояния здоровья ФИО3 в указанный период, тем более, рассматривать вопрос о наличии причинно-следственных связей их с фактическими условиями труда ФИО3

Для установления ФИО3 первого предварительного диагноза профессионального заболевания извещением от 15 января 2019 г. №-н: <данные изъяты>» у ФНЦГ «ФБУН им. Ф.Ф. Эрисмана» имелись следующие основания: жалобы ФИО3 <данные изъяты>, выявленные и описанные специалистами клиники ФНЦГ «ФБУН им. Ф.Ф. Эрисмана», сведения о динамике развития заболевания, содержащиеся в Выписке из амбулаторной карты ФИО3, оформленной в Медицинском центре «Клиника на Ленинском 131», в которой указано, что он наблюдался в КГБУЗ «Норильская ГП №», с 2014 г. у него выявлялся <данные изъяты>

Для установления ФИО3 второго предварительного диагноза профессионального заболевания извещением от 15 января 2019 г. №-н: <данные изъяты> т.е. клинические признаки <данные изъяты> Однако, согласно данным ЭНМГ от 15 ноября 2018 г., сделанной в ФНЦГ «ФБУН им. Ф.Ф.Эрисмана», у ФИО3 не выявлено признаков <данные изъяты>, что не может расцениваться как «<данные изъяты> установление предварительного диагноза <данные изъяты>» противоречит результатам функциональных исследований, проведенных специалистами ФНЦГ «ФБУН им. Ф.Ф. Эрисмана» 15 ноября 2018 г. и для его установления не было достаточных оснований.

Для установления ФИО3 заключительного диагноза профессионального заболевания извещением от 16 сентября 2019 г. №-н: <данные изъяты>, преимущественно, слева, ремиттирующее течение» у ФБУН «ФНЦГ им. Ф.Ф. Эрисмана» имелись следующие основания:

1) гигиенические - Заключение в п.24 СГХ о том, что условия труда ФИО3 за период работы <данные изъяты> не соответствуют гигиеническим требованиям по воздействию вибрационного фактора: «эквивалентный корректированный уровень локальной вибрации (виброускорения, дБ) превышает ПДУ до 5 дБ, эквивалентный корректированный уровень общей технологической вибрации (виброскорости, дБ) превышает ПДУ до 9 дБ»;

2) анамнестические - сохраняющиеся жалобы ФИО3 на боли в области <данные изъяты> выявленные и описанные специалистами клиники ФНЦГ «ФБУН им. Ф.Ф. Эрисмана», хотя и не подтвержденные результатами объективных исследований; сведения о динамике развития заболевания, содержащиеся в Выписке из амбулаторной карты ФИО3, оформленной в Медицинском центре «Клиника на Ленинском 131», а также в выписке из медицинских документов в КГБУЗ «Норильская ГП №», подготовленной врачом-профпатологом ФИО27, где имеются данные обращаемости ФИО3 с 2018 по 2019 гг.

Однако, согласно данным повторного ЭНМГ-исследования от 10 сентября 2019 г. у ФИО3 были выявлены начальные признаки <данные изъяты>

Таким образом, для установления у ФИО3 заключительного диагноза профессионального заболевания «<данные изъяты> у ФБУН «ФНЦГ им. Ф.Ф.Эрисмана» не было клинических оснований (т.4 л.д.242-243).

В процессе экспертизы было установлено, что сведения, содержащиеся в Выписке из амбулаторной карты ФИО3, оформленной в Медицинском центре «Клиника на Ленинском 131», а также в выписке из медицинских документов в КГБУЗ «Норильская ГП №», подготовленной врачом-профпатологом ФИО27, противоречат данным подлинника амбулаторной карты и сведениям из электронной базы — данных в части регистрации обращаемости по поводу заболеваний, связанных с установлением предварительного и заключительного диагнозов профессионального заболевания, т.е. являются недостоверными.

Кроме того, в процессе экспертизы также установлено, что фактические условия труда ФИО3 на рабочем месте <данные изъяты> не соответствуют п.24 Санитарно- гигиенической характеристики (СГХ) от 13 февраля 2019 г. №: по данным СОУТ на его рабочем месте отсутствует общая вибрация, что подтверждается материалами производственного контроля, тогда как в СГХ указано, что «эквивалентный корректированный уровень общей технологической вибрации (виброскорости, дБ) превышает ПДУ до 9 дБ».

Специалисты ФБУН «ФНЦГ им. Ф.Ф. Эрисмана» должны были знать, что на рабочем месте нормируется эквивалентный корректированный уровень виброускорения и что согласно федеральному закону от 28 декабря 2013 г. №426-ФЗ для общей вибрации при оценке условий труда на рабочем месте принимаются нормативы транспортной, а не технологической вибрации, нормируемые величины которой значительно ниже ПДУ для транспортной вибрации, поскольку нормировались по границе снижения производительности труда и комфорту, а не по уровню безопасности. Тем не менее, заключение СГХ, подписанной Главным государственным санитарным врачом по <адрес> ФИО19, могло оказать решающую роль для принятия положительного решения в процессе экспертизы связи заболевания ФИО3 с профессией, так же, как и при выборе формулировки заключительного диагноза профессионального заболевания в пользу вибрационной болезни.

По результатам настоящей экспертизы заключительный диагноз профессионального заболевания ФИО3, указанный в извещении об установлении заключительного диагноза профессионального заболевания от 16 сентября 2019 г. №-н, не подтвержден.

По результатам проведенного обследования в ЦКБ ГА на момент проведения экспертизы у ФИО3 имеются следующие заболевания: Основной: «<данные изъяты> Сопутствующий: «<данные изъяты>

Ведущим в структуре заболеваний ФИО3 и определяющим степень выраженности патологических нарушений является <данные изъяты>

Точные сроки возникновения <данные изъяты> у ФИО3 неизвестны, т.к. первое полноценное клиническое обследование ему было проведено в 2018 г. в ФНЦГ «ФБУН им. Ф.Ф. Эрисмана», причем без подтверждения клинических признаков <данные изъяты> объективными методами исследования. Внесенные в амбулаторную карту ФИО3, записи, касающиеся его обращений за медицинской помощью по поводу <данные изъяты>. считать достоверными не представляется возможным. МРТ позвоночника была впервые проведена ФИО3 13.03.2020 г. в <адрес> уже после установления заключительного диагноза профессионального заболевания. Сравнительный анализ МРТ от 13 марта 2020 г. с данными МРТ, выполненной 19 мая 2022 г. в ЦКБ ГА, клинически значимой отрицательной динамики, т.е. прогрессирования выявленных изменений на МРТ позвоночника, не выявил.

Имевшиеся у ФИО3 изменения в состоянии здоровья на момент постановки предварительного и заключительного диагнозов профессионального заболевания, а также имеющиеся в настоящее время не являются противопоказанием для продолжения работы в профессии в соответствии с ранее действовавшими (Приказ Минздравсоцразвития России от 12 апреля 2011 г. №) и действующими в настоящее время (Приказ Минздрава России от 28 января 2021 г. №) медицинскими регламентами, тем более, при характеристике условий труда указанной в Карте СОУТ № и протоколах к ней за 2016 г.

На установление заключительного диагноза профессионального заболевания ФИО3 оказало существенное влияние утверждение в п.10.3 и в п.24 СГХ о том, что эквивалентный корректированный уровень общей технологической вибрации (виброскорости, дБ) на рабочем месте <данные изъяты> превышает ПДУ на 4 - 9 дБ, а эквивалентный корректированный уровень общей транспортно-технологической вибрации (виброускорения, дБ) на рабочем месте <данные изъяты> превышает ПДУ на 3 дБ. Упоминание в СГХ конкретных параметров применяемого работником оборудования является менее значимым для принятия решения по результатам экспертизы связи заболевания с профессией и процедуры выбора диагноза профессионального заболевания, поскольку в процессе экспертизы рассматривается не само оборудование, а уровни вибрации, генерируемой этим оборудованием.

У ФИО3 имеет место только один показатель тяжести трудового процесса - нахождение в позе «стоя» более 80% времени смены, при том, что остальные показатели тяжести не выходят за границы оптимальных и допустимых параметров, а это практически не влияет на формирование синдромокомплекса вибрационной болезни. Вероятно, именно поэтому как в СГХ, так и в процессе обоснования заключительного диагноза профессионального заболевания ФИО3 в ФБУН «ФНЦГ им. Ф.Ф. Эрисмана» на тяжести трудового процесса внимание особенно не акцентировалось в отличие от вибрации.

Суд, оценивая данное экспертное заключение ФБУ «Центральная клиническая больница гражданской авиации», принимает его в качестве надлежащего доказательства, позволяющего разрешить спорные правоотношения, поскольку заключение отвечает положениям Федерального закона от 31 мая 2001 г. №73-ФЗ «О государственнойсудебно-экспертнойдеятельности РФ», подготовлено специалистами научного учреждения, имеющего соответствующую лицензию на проведение экспертизы связи заболевания с профессией, оказание услуг по профпатологии, в составе комиссии при проведении комплексной экспертизы в отношении ФИО3 участвовали эксперты, имеющие необходимый стаж работы, квалификацию, которые были предупреждены об уголовной ответственности по ст.307 УК РФ. Заключение содержит подробное описание проведенных исследований, ответы на поставленные судом вопросы; выводы комиссии научно обоснованы, согласуются с фактическими данными, содержащимися в представленных для исследования документах и материалах дела.

С учетом выводов экспертов, а также представленных по делу доказательств и установленных обстоятельств о том, что в период трудовой деятельности ФИО3 отсутствовали вредные производственные факторы вибрации с превышением предельно допустимых уровней, суд признает, что у ФИО3 отсутствует профессиональное заболевание «<данные изъяты> а выявленные у него клинические признаки свидетельствуют о наличии общих заболеваний.

Суд принимает во внимание сопутствующий диагноз, установленный ФИО3 на медосмотре 09 июня 2016 г. и при госпитализации в ФБУН «ФНЦГ им. Ф.Ф. Эрисмана» в ноябре 2018 г<данные изъяты>

При установленных в судебном заседании обстоятельствах извещение ФБУН «ФНЦГ им. Ф.Ф. Эрисмана» об установлении ФИО3 заключительного диагноза профессионального заболевания подлежит признанию недействительным с целью исполнения требований действующего законодательства, поскольку содержит недостоверные сведения.

С учетом представленных в материалы дела доказательств, установленных судом обстоятельств и выводов экспертов, суд убежден, что использование неверных сведений об условиях труда ФИО3 повлекло недостоверность выводов о степени воздействия вредных производственных факторов, что указывает на недостоверность Акта о случае профессионального заболевания в отношении него.

Следовательно, суд приходит к выводу, что в Акте от 18 сентября 2020 г. о случае профессионального заболевания ФИО3 необоснованно сделан вывод об установлении профессионального заболевания.

Поскольку оспариваемый истцом Акт от 18 сентября 2020 г. содержит недостоверные сведения об обстоятельствах и причинах возникновения у ФИО3 профессионального заболевания, то он подлежит признанию недействительным.

Несогласие с заключением экспертов, в отсутствие подтверждающих доказательств, не опровергает его, поскольку вывод суда об отсутствии у ФИО3 профессионального заболевания в виде «<данные изъяты> основан на совокупности всех исследованных по делу доказательств, сведениях об условиях его труда, состоянии здоровья.

Само по себе несогласие с заключением судебной экспертизы не является безусловным основанием для назначения повторной экспертизы, о которой ходатайствует ответчик ФБУН «Федеральный научный центр гигиены им Ф.Ф.Эрисмана» (т.5 л.д.52-54), поскольку в силу ст.87 ГПК РФ должны быть сомнения в правильности и обоснованности ранее данного заключения. Между тем, судом не установлено таких сомнений, а также противоречий между выводами проведенной по делу судебной экспертизы и иными представленными доказательствами по делу и установленными судом фактическими обстоятельствами.

Принимая во внимание, что заключительный диагноз профессионального заболевания у ФИО3, изложенный в извещении от 16 сентября 2018 г. №, не подтвержден, суд полагает, что выводы, изложенные в Акте о случае профессионального заболевания от 18 сентября 2020 г., являются неверными.

Рассматривая требования истца о признании недействительными извещения об установлении предварительного диагноза профессионального заболевания и СГХ в отношении ФИО3, суд приходит к следующему.

Как указано выше, 14 января 2019 г. ФБУН «ФНЦГ им. Ф.Ф. Эрисмана» ФИО3 был установлен предварительный диагноз острого или хронического профессионального заболевания (отравления) <данные изъяты> о чем было указано в извещении об установлении предварительного диагноза острого или хронического профессионального заболевания (отравления) №-н от 15 января 2019 г. (т.3 л.д.205).

По мнению экспертов, по результатам обследования нельзя исключить у ФИО3 на ноябрь 2018 г. наличие диагноза <данные изъяты>», а второй диагноз <данные изъяты> который тогда же был установлен ФИО3, не может быть подтверждён (т.4 л.д.231).

Вместе с тем, данное извещение являлось лишь основанием в соответствии с п.2 Инструкции для составления санитарно-гигиенической характеристики условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания, утвержденной приказом Роспотребнадзора от 31 марта 2008 г. №, для оформления санитарно-гигиенической характеристики условий труда.

Согласно п.9 Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний, в случае несогласия работодателя (его представителя) с содержанием санитарно-гигиенической характеристики условий труда работника он вправе, письменно изложив свои возражения, приложить их к характеристике.

Пунктом 1.7 Инструкции о порядке применения Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденной Приказом Министерства здравоохранения РФ от 28 мая 2001 г. №, с последующими изменениями, предусмотрено, что при несогласии работодателя, работника с санитарно-гигиенической характеристикой он вправе письменно изложить свои возражения, приложить их с характеристике, а также направить апелляцию в вышестоящие по подчиненности учреждения Роспотребнадзора. Таким образом, определены органы, в компетенцию которых входит рассмотрение разногласий по вопросам санитарно-гигиенической характеристики.

По результатам сбора информации Управлением Роспотребнадзора по Красноярскому краю 13 февраля 2019 г. была оформлена санитарно-гигиеническая характеристика условий труда ФИО3 №, которая не была оспорена ни работником, ни работодателем. Составленная Управлением Роспотребнадзора санитарно-гигиеническая характеристика условий труда соответствует по форме и содержанию требованиям, изложенным в Инструкции от 31 марта 2008 г. №.

То обстоятельство, что при составлении СГХ Управлением Роспотребнадзора использовались данные не с места работы ФИО3, не может свидетельствовать о нарушении порядка составления СГХ и не может явиться основанием для признания ее недействительной.

В соответствии с п.5 указанной Инструкции в случае установления предварительного диагноза профессионального заболевания (отравления) у работника после прекращения контакта с вредными факторами производственной среды (поздний силикоз, туберкулез, злокачественные образования и др.) и невозможности представления данных об условиях труда (ликвидация цеха, участка, организации, реконструкция, отсутствие документов о количественной характеристике вредных факторов) используют другие документы (выписка из трудовой книжки, журналов инструктажа, ссылки на литературные справочные материалы по количественной характеристике факторов производственной среды и трудового процесса для аналогичных производств, профессий и др.), подтверждающие наличие вредных производственных факторов и их количественные характеристики. При ликвидации рабочего места, цеха, участка, организации возможно моделирование условий труда работника, ссылки на литературные справочные материалы по количественной характеристике факторов производственной среды и трудового процесса для аналогичных производств и другие сведения.

Описание условий труда работника (п.4 характеристики) оформляется на основании должностных обязанностей и санитарно-эпидемиологической характеристики условий труда (санитарно-эпидемиологического заключения на производство) непосредственно на рабочем месте, учитываются сведения, полученные от работодателя (или его представителя) и самого работника. Санитарно-гигиеническая характеристика составляется с учетом предварительного диагноза профессионального заболевания (отравления) (п.6 Инструкции).

В связи с тем, что работодателем в Управление Роспотребнадзора по Красноярскому краю не были представлены все необходимые документы по характеристике условий труда за определенные периоды работы в отношении ФИО3, а были представлены только при рассмотрении дела в суде, Управление в соответствии с указанными выше положениями Инструкции вправе было при подготовке СГХ использовать документально подтвержденные данные о характеристике условий труда по аналогичным рабочим местам в иных подразделениях ПАО «ГМК «Норильский никель» по профессиям или должностям ФИО3 на руднике «Комсомольский» в ЗФ ПАО «ГМК «Норильский никель».

Материалами дела подтверждено, что СГХ составлена на основании извещения об установлении предварительного диагноза, направленного уполномоченным органом, в соответствии с Инструкцией по составлению санитарно-гигиенической характеристики условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания, утвержденной приказом Роспотребнадзора от 31 марта 2008 г. №103, и соответствует Положению о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденному постановлением Правительства РФ от 15 декабря 2000г. №967, в связи с чем оснований для признания как её, так и извещения об установлении предварительного диагноза, недействительными не имеется.

Таким образом, исковые требования ГУ – КРО ФСС РФ к Управлению Роспотребнадзора по Красноярскому краю, ФБУН «ФНЦГ им. Ф.Ф.Эрисмана» Роспотребнадзора подлежат частичному удовлетворению.

К заявленному истцом ответчику КГБУЗ «Норильская межрайонная поликлиника №» какие-либо требования сформулированы не были, каких-либо противоправных действий с его стороны не установлено, в связи с чем в удовлетворении иска к данному юридическому лицу суд считает необходимым отказать.

Разрешая вопрос о взыскании судебных расходов по проведению судебной экспертизы, суд исходит из следующего.

Согласно ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам.

Согласно ст.95 ГПК РФ эксперты, специалисты и переводчики получают вознаграждение за выполненную ими по поручению суда работу, если эта работа не входит в круг их служебных обязанностей в качестве работников государственного учреждения. Размер вознаграждения экспертам, специалистам определяется судом по согласованию со сторонами и по соглашению с экспертами, специалистами.

В соответствии со ст.103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

Согласно представленному счету № от 31 июля 2022 г. стоимость проведения судебно-медицинской экспертизы сотрудниками Федерального бюджетного учреждения «Центральная клиническая больница гражданской авиации» (ЦКБ ГА) составила 180000 рублей (т.4 л.д.182-183), согласно счету № от 26 мая 2022 г. стоимость медицинских услуг по стационару составила 48680 рублей (т.4 л.д.185-188), а всего 228680 рублей.

Вышеперечисленные расходы с учетом разъяснений, содержащихся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 № "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела", подлежат взысканию с Управления Роспотребнадзора, ФБУН «ФНЦГ им. Ф.Ф.Эрисмана, против которых вынесено решение, в равных долях, по 114340 рублей с каждого.

Оснований для возложения данных расходов на КГБУЗ «Норильская межрайонная поликлиника №1» суд не усматривает на основании следующего.

Согласно п.1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. № «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» принципом распределения судебных расходов выступает возмещение судебных расходов лицу, которое их понесло, за счет лица, не в пользу которого принят итоговый судебный акт по делу.

В п.5 указанного постановления Пленума разъяснено, что при предъявлении иска совместно несколькими истцами или к нескольким ответчикам (процессуальное соучастие) распределение судебных издержек производится с учетом особенностей материального правоотношения, из которого возник спор, и фактического процессуального поведения каждого из них.

Как указано в п.19 этого же постановления Пленума, не подлежат распределению между лицами, участвующими в деле, издержки, понесенные в связи с рассмотрением требований, удовлетворение которых не обусловлено установлением фактов нарушения или оспаривания прав истца ответчиком, административным ответчиком.

В рамках настоящего дела было установлено, что обращение ФСС в суд вызвано было не непосредственно действиями медицинского учреждения КГБУЗ «Норильская межрайонная поликлиника №», а действиями Управления Роспотребнадзора по составлению и утверждению оспариваемых СГХ, Акта о случае профессионального заболевания и Федерального государственного бюджетного учреждения «Федеральный научный центр гигиены им. Ф.Ф. Эрисмана» по направлению извещений со спорными предварительным и заключительным диагнозами.

При изложенных обстоятельствах, исходя из правоотношений и специфики рассмотренного спора, процессуального поведения ответчиков, суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для возложения обязанности по возмещению судебных издержек на ответчика КГБУЗ «Норильская межрайонная поликлиника №».

Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования удовлетворить частично.

Признать извещение ФБУН «ФНЦГ им. Ф.Ф.Эрисмана» Роспотребнадзора №-н от 16 сентября 2019 г. об установлении заключительного диагноза острого или хронического профессионального заболевания ФИО3 - <данные изъяты> недействительным и подлежащим отмене с даты составления.

Признать недействительным и подлежащим отмене с даты утверждения Акт о случае профессионального заболевания ФИО3 от 18 сентября 2020 г.

В удовлетворении исковых требований Государственного учреждения - Красноярского регионального отделения Фонда социального страхования Российской Федерации в лице филиала № к Управлению Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Красноярскому краю, ФБУН «ФНЦГ им. Ф.Ф.Эрисмана» Роспотребнадзора о признании недействительными санитарно-гигиенической характеристики условий труда от 13 февраля 2019 г. № в отношении ФИО3 и извещения ФБУН «ФНЦГ им. Ф.Ф.Эрисмана» об установлении предварительного диагноза острого или хронического профессионального заболевания №-н от 15 января 2019 г. в отношении ФИО3 – отказать.

В удовлетворении исковых требований Государственного учреждения - Красноярского регионального отделения Фонда социального страхования РФ к КГБУЗ «Норильская межрайонная поликлиника №» отказать в полном объеме.

Взыскать с Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Красноярскому краю, Федерального бюджетного учреждения науки «Федеральный научный центр гигиены им. Ф.Ф.Эрисмана» Роспотребнадзора в равных долях в пользу Федерального бюджетного учреждения «Центральная клиническая больница гражданской авиации» (ЦКБ ГА) в счет возмещения расходов по проведению комплексной судебной экспертизы связи заболевания с профессией по 114340 (сто четырнадцать тысяч триста сорок) рублей с каждого.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Красноярского краевого суда через Норильский городской суд в течение месяца со дня составления мотивированного решения.

Председательствующий: С.Н.Григорица

Мотивированное решение составлено 30 ноября 2022 г.

В ряде случаев суды приходят к противоположным выводам

Актуальная практика 2025–2026 →