11RS0001-01-2022-010675-46 Дело № 33а-6882/2023

(в суде первой инстанции № 2а-434/2022)

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебная коллегия по административным делам Верховного Суда Республики Коми в составе председательствующего судьи Соболева В.М.,

судей Колосовой Н.Е., Пешкина А.Г.,

при секретаре судебного заседания Сметаниной Е.Ф.,

рассмотрела в открытом судебном заседании в г. Сыктывкаре 7 августа 2023 года административное дело по апелляционным жалобам ФИО1, ФСИН России, УФСИН России по Республики Коми, ФКУ ИК-25 УФСИН России по Республики Коми на решение Сыктывкарского городского суда Республики Коми от 22 февраля 2023 года по административному исковому заявлению ФИО1 об оспаривании связанных с условиями конвоирования действий (бездействия), присуждении компенсации.

Заслушав доклад судьи Пешкина А.Г., объяснения ФИО1 посредствам видео-конференц-связи, представителя ФСИН России, УФСИН России по Республике Коми ФИО2, судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратился в суд с административным исковым заявлением к УФСИН России по Республике Коми об оспаривании связанных с условиями его конвоирования действий (бездействия), присуждении компенсации в размере 4 781 450 рублей.

В обоснование указал, что с 15 августа 2014 года отбывает наказание в ФКУ ИК-25 УФСИН России по Республике Коми, откуда неоднократно конвоировался в различные учреждения специальным автомобильным и железнодорожным транспортом в условиях, не отвечающих требованиям законодательства (в спецавтомобилях отсутствовали система безопасности, поручни, багажное отделение, аварийный выход, окна, места для перевозки людей по медпоказаниям, не был обеспечен питанием, камеры переполнены людьми и багажом; в спецвагонах вентиляция неэффективна, освещение недостаточно, не был обеспечен постельными принадлежностями и горячим питанием, отсутствовали стол для приема пищи, камеры переполнены людьми и багажом. Нарушались условия приватности при посещении туалета).

Административными соответчиками судом по делу привлечены ФКУ Управление по конвоированию УФСИН России по Республике Коми, ФСИН России, ФКУ ИК-25 УФСИН России по Республике Коми.

По итогам рассмотрения дела судом постановлено решение, которым административное исковое заявление ФИО1 удовлетворено частично. Признаны незаконными действия ФКУ Управление по конвоированию УФСИН России по Республике Коми, ФКУ ИК-25 УФСИН России по Республике Коми, выразившихся в необеспечении надлежащих условий содержания при конвоировании ФИО1 Взыскана с Российской Федерации в лице ФСИН России за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсация за нарушение условий содержания при конвоировании в размере 25 000 руб. В удовлетворении исковых требований ФИО1 к УФСИН России по Республике Коми, ФСИН России о признании незаконными действий, выразившихся в необеспечении надлежащих условий содержания при конвоировании, к ФКУ ИК-25 УФСИН России по Республике Коми, ФКУ Управление по конвоированию УФСИН России по Республике Коми, УФСИН России по Республике Коми о присуждении денежной компенсации отказано.

Административным истцом подана апелляционная жалоба, в которой он выражает несогласие с решением суда первой инстанции, просит его изменить, удовлетворив исковые требования в полном объеме, настаивая на доводах административного иска и наличии оснований для его удовлетворения в полном объеме.

Административными ответчиками ФСИН России, УФСИН России по Республике Коми, ФКУ ИК-25 УФСИН России по Республике Коми подана апелляционная жалоба, в которой они просят отменить решение суда первой инстанции, указав в обоснование на пропуск административным истцом срока на обращение в суд, а также неправильное применение судом материального права и несоответствие выводов установленным обстоятельствам.

Письменных возражений на жалобы не имеется.

Административный истец в заседании суда апелляционной инстанции свою жалобу поддержал, с жалобами административных ответчиков не согласился.

Представитель ФСИН России, УФСИН России по Республике Коми с жалобой административного истца не согласилась, поддержала жалобу административных ответчиков.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о дате, времени и месте рассмотрения апелляционных жалоб, в заседание суда апелляционной инстанции не явились, явку своих представителей не обеспечили, ходатайств об отложении рассмотрения дела от них не поступало.

Заслушав объяснения явившихся лиц, проверив материалы дела, судебная коллегия приходит к следующему.

Согласно части 1 статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

Частями 1 и 2 статьи 12.1 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что лицо, осужденное к лишению свободы и отбывающее наказание в исправительном учреждении, в случае нарушения условий его содержания в исправительном учреждении, предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации, имеет право обратиться в суд в порядке, установленном Кодексом административного судопроизводства Российской Федерации, с административным исковым заявлением к Российской Федерации о присуждении за счет казны Российской Федерации компенсации за такое нарушение.

Компенсация за нарушение условий содержания осужденного в исправительном учреждении присуждается исходя из требований заявителя с учетом фактических обстоятельств допущенных нарушений, их продолжительности и последствий и не зависит от наличия либо отсутствия вины органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, административный истец с 15 августа 2014 года отбывает наказание в виде лишения свободы в ФКУ ИК-25 УФСИН России по Республике Коми.

В период отбывания наказания ФИО1 убывал в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Республике Коми с 30 октября 2014 года по 06 ноября 2014 года, с 12 февраля 2015 года по 19 февраля 2015 года, а так же в ФКЛПУ Б-18 УФСИН России по Республике Коми с 17 по 27 марта 2017 года, с 15 июня 2017 года по 15 июля 2017 года, с 13 октября 2017 года по 07 ноября 2017 года. С 03 по 13 марта 2018 года, 21 августа 2019 года, с 26 января 2021 года по 23 февраля 2021 года.

Кроме того, административный истец был конвоирован в ГБУЗ РК «...» 16 января 2018 года, 10 июля 2018 года, 29 августа 2018 года, 28 ноября 2018 года, 01 декабря 2018 года, 20 января 2020 года; в ГУ РК «...» - 29 октября 2018 года, 27 апреля 2021 года; в ГУ РК «...» - 30 апреля 2019 года, 30 октября 2019 года, 24 мая 2021 года.

Разрешая заявленные требования, суд первой инстанции, руководствуясь положениями законодательства, регулирующего вопросы условий содержания осужденных к лишению свободы, разъяснениями Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 № 47 "О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания", оценив представленные в материалы дела доказательства в совокупности и установив, что условия этапирования ФИО1 не в полной мере соответствовали требованиям действующего законодательства, поскольку при этапировании железнодорожным транспортом 17 марта 2017 года, 27 марта 2017 года, 15 июня 2017 года, 13 октября 2017 года, 07 ноября 2017 года, 03 марта 2018 года и 21 августа 2019 года в ночное время административный истец не был обеспечен местом для сна, а 27 апреля 2021 года и 24 мая 2021 не был обеспечен питанием, пришел к выводу о допущенном ФКУ Управление по конвоированию УФСИН России по Республике Коми и ФКУ ИК-25 УФСИН России по Республике Коми бездействии, выразившемся в не обеспечении истца отдельным спальным местом и питанием, признав право административного истца на получение разумной и справедливой компенсации, которую, основываясь на установленных по делу обстоятельствах, степени нарушений прав административного истца, продолжительности имевшего место нарушения, взыскал в его пользу с Российской Федерации в лице ФСИН России в размере 25 000 рублей.

Иных нарушений условий этапирования в спорный период, на которые ссылался административный истец, суд первой инстанции не установил.

Судебная коллегия, проверяя законность и обоснованность принятого решения суда, соглашается с выводами суда, поскольку они являются верными, основанными на фактических обстоятельствах дела, на всестороннем, полном и объективном исследовании имеющихся в деле доказательств, получивших надлежащую правовую оценку в соответствии с требованиями статей 62 и 84 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, а также на нормах действующего законодательства с учетом разъяснений высшей судебной инстанции Российской Федерации.

Статьей 21 Конституции Российской Федерации установлено, что достоинство личности охраняется государством. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию.

Статьей 55 Конституции Российской Федерации определено, что в Российской Федерации не должны издаваться законы, отменяющие или умаляющие права и свободы человека и гражданина (часть 2); права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства (часть 3).

Такие ограничения, могут быть связаны, в частности, с применением в качестве меры государственного принуждения к лицам, совершившим преступления и осужденным за это по приговору суда, уголовного наказания в виде лишения свободы, особенность которого состоит в том, что при его исполнении на осужденного осуществляется специфическое воздействие, выражающееся в лишении или ограничении его прав и свобод и возложении на него определенных обязанностей.

Согласно частям 1, 6 статьи 76 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации осужденные к лишению свободы направляются к месту отбывания наказания и перемещаются из одного места отбывания наказания в другое под конвоем, за исключением следующих в колонию-поселение самостоятельно в соответствии с частями первой и второй статьи 75.1 настоящего Кодекса.

При перемещении осужденных им обеспечиваются необходимые материально-бытовые и санитарно-гигиенические условия (часть 3 статьи 76 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации).

Порядок и условия конвоирования осужденных осуществляются в соответствии с Инструкцией по служебной деятельности специальных подразделений уголовно-исполнительной системы по конвоированию, утвержденной Минюстом России и МВД РФ 24 мая 2006 года N 199-ДСП/369 ДСП, Порядком направления осужденных к лишению свободы для отбывания наказания в исправительные учреждения и их перевода из одного исправительного учреждения в другое, утвержденным Приказом Минюста России от 26 января 2018 года N 17.

В соответствии с пунктом 73 Наставления по оборудованию инженерно-техническими средствами охраны и надзора объектов уголовно-исполнительной системы, утвержденного Приказом Минюста России от 4 сентября 2006 года N 279, к транспортным средствам, используемым учреждениями уголовно-исполнительной системы для перемещения осужденных и лиц, содержащихся под стражей, при конвоировании, и подлежащим оборудованию ИТСОН, относятся, в том числе специальные автомобили для перевозки осужденных и лиц, содержащихся под стражей (далее - спецавтомобили); специальные железнодорожные вагоны (далее - спецвагоны).

В спецкузове, грузовом отсеке автофургона, салоне автобуса и легкового автомобиля оборудуются: помещение караула, камеры для осужденных и лиц, содержащихся под стражей (может оборудоваться туалетной кабиной в спецавтомобилях вместимостью более 7 осужденных и лиц, содержащихся под стражей).

Спецавтомобиль на базе грузового автомобиля (шасси) и автобуса предназначен для перевозки только сидящих людей.

Сиденья (лавки) для осужденных и лиц, содержащихся под стражей, должны быть стационарными, жесткой конструкции, на металлическом каркасе, сваренном из стальных профилей размером не менее 20,0 мм x 20,0 мм x 1,5 мм, выполнены из фанеры толщиной не менее 10 мм.

Из обстоятельств дела следует, что специальные автомобили, в которых перевозился административный истец в оспариваемые периоды, были технически исправны, все системы жизнеобеспечения: освещение, вентиляция, отопление были в исправном состоянии, что подтверждается отметками начальников караулов в приеме спецавтомобилей в постовых ведомостях; в автомобилях имелся аварийный люк, что следует из технических паспортов транспортных средств.

В соответствии с главой XII приказа Минюста России от 04 сентября 2006 года N 279 "Об утверждении наставления по оборудованию инженерно-техническими средствами охраны и надзора объектов УИС" в камерах для перевозки осужденных и лиц, содержащихся под стражей, не предусмотрены ремни и подушки безопасности, а также не предусмотрено наличие окон, мягких сидений, поручней, подголовников и подлокотников.

Таким образом, условия перевозки истца в спецавтомобилях соответствовали установленным для данных транспортных средств техническим характеристикам.

Доказательств того, что конвоирование ФИО1 в спорный период осуществлялось в условиях, не отвечающих требованиям приведенных выше отраслевых стандартов и Правилам стандартизации, не представлено.

Перемещение осужденных в спецавтомобиле само по себе не указывает на жестокое, унижающее человеческое достоинство обращение с такими лицами и обусловлено необходимостью исполнения назначенного им наказания. Изложенные в иске обстоятельства не могут быть приравнены к нарушению основных прав и свобод человека и гражданина.

Вопреки доводам жалобы административного истца материалы дела не содержат доказательств невозможности конвоирования истца специальным автомобильным транспортом. Жалоб и претензий на состояние здоровья, а также претензий на условия конвоирования в течение всего пути следования, а также при его сдаче, ФИО1 не высказывал, за медицинской помощью к должностным лицам караулов по конвоированию не обращался.

При оценке доводов ФИО1 о стесненных условиях перевозки, следует принять во внимание и то обстоятельство, что наземные транспортные средства вообще, за исключением специально создаваемых моделей для повышенного комфорта водителя и пассажиров, предполагают компактное размещение пассажиров внутри салона, обусловленное требованиями безопасности движения и особенностями конструкции автомобиля.

Вследствие изложенного, административными ответчиками доказано отсутствие фактов, подтверждающих, что административный истец подвергался негуманному обращению в период его конвоирования специальным автотранспортом.

Как следует из материалов дела, в заявленный период ФИО1 также неоднократно конвоировался железнодорожным транспортом.

Согласно пункту 167 Инструкции по конвоированию, утвержденной Минюстом России и МВД РФ 24 мая 2006 года N 199-ДСП/369 ДСП, норма загрузки вагонзака определена в размере 10 человек для большой камеры или 4 человека для маленькой камеры.

Спецвагоны, в которых перевозился административный истец, были технически исправны, все системы жизнеобеспечения спецвагонов (отопление, освещение, вентиляция, водоснабжение) были в исправном состоянии, что подтверждается отметками начальников караула и записями в актах приемки-сдачи и путевых ведомостях караула.

Выдача питьевой воды осуществляется по просьбам конвоируемых лиц без ограничений. Горячая вода для гидратации индивидуального рациона питания предоставляется согласно графику (не менее трех раз в день). В целях соблюдения мер безопасности температура воды составляла около 60°С. Для приготовления горячей воды в специальном вагоне используется стационарный бойлер-нагреватель, оборудованный термодатчиком для поддержания необходимой температуры нагреваемой жидкости и визуальным термометром для проверки ее температуры.

Осуществление вывода осужденного в туалет и осуществление за ним наблюдения прямо предусмотрено Инструкцией. Согласно пункту 229 Инструкции по конвоированию, утвержденной приказом от 24.05.2006 № 199дсп/369дсп, вывод в туалет производится по просьбе конвоируемых и только по одному в порядке очередности, и не осуществляется - в санитарных зонах, при приеме (сдаче) поста часовым, при осуществлении приема (сдачи) осужденных и лиц, содержащихся под стражей, на обменных пунктах, при проведении обыска осужденных и лиц, содержащихся под стражей. На всем протяжении пути следования истец был обеспечен питьевой водой. Горячая вода для гидратации индивидуального рациона питания предоставлялась согласно графику (не менее трех раз в день).

При конвоировании ФИО1 в спецвагонах под охраной караулов по конвоированию, назначенных от ФКУ УК УФСИН России по Республике Коми, жалоб на условия содержания в течение всего пути следования административный истец не высказывал.

При изложенных обстоятельствах, условия перевозки административного истца в части наполняемости камер, внутреннего оборудования и оснащения помещений, доступа к туалету и горячей воде соответствуют требованиям действующих нормативных актов, а административным истцом данные обстоятельства какими-либо относимыми допустимыми доказательствами не опровергнуты, в связи с чем, суд первой инстанции правомерно не усмотрел оснований для удовлетворения заявленных административных требований.

В то же время, суд первой инстанции правильно признал заслуживающими внимания доводы ФИО1 о том, что при конвоировании железнодорожным транспортом в период с 17 марта 2017 года, 27 марта 2017 года, 15 июня 2017 года, 13 октября 2017 года (на участке Микунь-Ухта), 07 ноября 2017 года (на участке Микунь-Сыктывкар), 03 марта 2018 года (на участке Княжпогост-Ухта) и 21 августа 2019 года он находился в таких условиях, которые не позволяли ему полноценно осуществлять отдых в ночное время в связи с не предоставлением отдельного спального места.

Действительно, действующими нормативными правовыми актами не предусмотрено предоставление конвоируемым лицам индивидуальных спальных мест и выдача им постельных принадлежностей, при этом пользоваться личными спальными принадлежностями не запрещается.

Между тем, согласно пункту 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года N 47 условия содержания лишенных свободы лиц должны соответствовать требованиям, установленным законом, с учетом режима места принудительного содержания, поэтому существенные отклонения от таких требований могут рассматриваться в качестве нарушений указанных условий. Так, судам необходимо учитывать, что о наличии нарушений условий содержания лишенных свободы лиц может свидетельствовать, в том числе отсутствие индивидуального спального места.

Материалами дела установлено, что большая камера спецвагона оборудована 6 деревянными полками, рассчитанными на 4 места для лежания и 8 мест для сидения (по 4 человека на каждую из 2 нижних полок), нижние полки могут использоваться как спальные места.

Из представленных путевых документов следует, что в с 17 марта 2017 года до 18 марта 2017 года от железнодорожной станции Сыктывкар до железнодорожной станции Ухта ФИО1 конвоировался плановым караулом, назначенным ФКУ УК УФСИН России по Республике Коми, по железнодорожному маршруту "Сыктывкар-Воркута" в спецвагоне, где был размещен в большой камере № 1 совместно с восьмью осужденными.

27 марта 2017 года, истец конвоировался от железнодорожной станции Ухта до железнодорожной станции Сыктывкар плановым караулом по железнодорожному маршруту «Сыктывкар-Воркута», назначенным от ФКУ УК УФСИН России по Республике Коми, в специальном вагоне и был размещен в большой камере № 2 совместно с восьмью осужденными.

С 15 до 16 июня 2017 года конвоировался от железнодорожной станции Сыктывкар до железнодорожной станции Ухта плановым караулом по железнодорожному маршруту «Сыктывкар-Воркута», назначенным от ФКУ УК УФСИН России по Республике Коми, в специальном вагоне и был размещен в большой камере № 1 совместно с восьмью осужденными.

С 13 по 15 октября 2017 года от железнодорожной станции Сыктывкар до железнодорожной станции Ухта ФИО1 конвоировался плановым караулом по железнодорожному маршруту «Сыктывкар-Воркута», назначенным от ФКУ УК УФСИН России по Республике Коми, в специальном вагоне и был размещен в большой камере № 1 совместно с семью и девятью осужденными (на участке Сыктывкар-Микунь и Микунь-Ухта, соответственно).

07 ноября 2017 года, истец конвоировался от железнодорожной станции Ухта до железнодорожной станции Сыктывкар плановым караулом по железнодорожному маршруту «Сыктывкар-Воркута», назначенным от ФКУ УК УФСИН России по Республике Коми, в специальном вагоне и был размещен в большой камере № 3 совместно с семью осужденными (на участке Микунь-Сыктывкар).

В период с 03 до 04 марта 2018 года ФИО1 конвоировался от железнодорожной станции Сыктывкар до железнодорожной станции Ухта плановым караулом по железнодорожному маршруту «Сыктывкар-Воркута», назначенным от ФКУ УК УФСИН России по Республике Коми, в специальном вагоне и был размещен в большой камере № 1 совместно с одиннадцатью осужденными (на участке Княжпогост-Ухта).

С 21 до 22 августа 2019 года истец конвоировался от железнодорожной станции Сыктывкар до железнодорожной станции Ухта плановым караулом по железнодорожному маршруту «Сыктывкар-Воркута», назначенным от ФКУ УК УФСИН России по Республике Коми, в специальном вагоне и был размещен в большой камере № 1 совместно с семью осужденными.

Поскольку в указанный период этапирование ФИО1 железнодорожным транспортом осуществлялось в ночное время, истец размещался в большой камере, в которой на всем пути следования загрузка составляла более 6 человек, то с учетом технических характеристик спецвагона, очевидно недостаточное количество мест для сна для всех лиц, находившихся в указанной камере, в том числе и для административного истца.

Принимая во внимание изложенное, с учетом отсутствия доказательств обеспечения ФИО1 в период его конвоирования с 17 до 18 марта 2017 года, 27 марта 2017 года, с 15 до 16 июня 2017 года, с 13 до 15 октября 2017 года (на участке Микунь-Ухта), 07 ноября 2017 года (на участке Микунь-Сыктывкар), с 03 до 04 марта 2018 года (на участке Княжпогост-Ухта) и с 21 до 22 августа 2019 года в ночное время индивидуальным местом для сна, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии у ФИО1 в период конвоирования возможности для отдыха в ночное время суток на одной из полок камеры спецвагона, в связи с чем, правомерно заявленные требования в указанной части признал обоснованными.

Кроме того, судом первой инстанции установлено, что этапирование ФИО1 в спорный период осуществлялось с нарушением требований Приказа Минюста России от 17 сентября 2018 года N 189 "Об установлении повышенных норм питания, рационов питания и норм замены одних продуктов питания другими, применяемых при организации питания осужденных, а также подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, находящихся в учреждениях Федеральной службы исполнения наказаний, на мирное время".

При перемещении осужденных они обеспечиваются питанием по установленным для осужденных нормам на весь период следования (часть 4 статьи 76 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации).

В соответствии с частью 3 статьи 99 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации минимальные нормы питания осужденных устанавливаются Правительством Российской Федерации.

Минимальные нормы питания осужденных установлены постановлением Правительства Российской Федерации от 11 апреля 2005 года N 205 "О минимальных нормах питания и материально-бытового обеспечения осужденных к лишению свободы, а также о нормах питания и материально-бытового обеспечения подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, находящихся в следственных изоляторах Федеральной службы исполнения наказаний, в изоляторах временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел Российской Федерации и пограничных органов федеральной службы безопасности, лиц, подвергнутых административному аресту, задержанных лиц в территориальных органах Министерства внутренних дел Российской Федерации на мирное время".

В соответствии с пунктом 4 (3) указанного постановления Правительства Российской Федерации Министерству юстиции Российской Федерации установлены рационы питания для осужденных, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений в случаях, если предоставление горячей пищи по нормам, утвержденным настоящим постановлением, невозможно.

Приложением № 6 к приказу Минюста России от 17 сентября 2018 года № 189 установлены рационы питания для осужденных, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений в случаях, если предоставление горячей пищи невозможно, на мирное время.

В соответствии с пунктом 1 примечаний к указанному Приложению по данным рационам обеспечиваются осужденные, подозреваемые и обвиняемые в совершении преступлений, содержащиеся в учреждениях Федеральной службы исполнения наказаний, при их этапировании, конвоировании, а также на пути следования к месту постоянного проживания при их освобождении сроком свыше 6 часов, когда предоставление горячей пищи по соответствующим нормам питания не представляется возможным.

Вместе с тем, при конвоировании 27 апреля 2021 года и 24 мая 2021 года в лечебные учреждения административный истец не был обеспечен индивидуальным рационом питания.

Доводы апелляционной жалобы административных ответчиков о том, что им не было известно о длительности времени нахождения ФИО1 в лечебных учреждениях и как следствие необходимости его обеспечения рационом питания, не свидетельствуют об отсутствии установленного судом первой инстанции нарушения со стороны административного ответчика, поскольку исправительное учреждение обязано было обеспечить административного истца индивидуальным рационом питания.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, оснований не согласиться с данными выводами суда нижестоящей инстанции у судебной коллегии по административным делам не имеется.

С учетом установленных нарушений условий конвоирования содержание административного истца в условиях, не соответствующих установленным нормам, повлекло нарушение его прав, гарантированных законом, и само по себе является достаточным для того, чтобы причинить страдания и переживания в степени, превышающей неизбежный уровень страданий, присущий ограничению свободы, что в соответствии с приведенными выше правовыми нормами является основанием для удовлетворения заявленных требований о признании незаконными действий (бездействия) и присуждении компенсации за нарушение условий содержания при конвоировании.

Довод о пропуске административным истцом процессуального срока для обращения в суд основан на ошибочном понимании норм материального права, регулирующих спорные правоотношения.

В силу конституционных положений человек, его права и свободы являются высшей ценностью, непосредственно действующими, определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства (статьи 2 и 18 Конституции Российской Федерации).

Неотчуждаемость основных прав и свобод человека, принадлежность их каждому от рождения предполагают необходимость установления гарантий, одной из которых является право каждого на судебную защиту, не подлежащее ограничению (статьи 46 и 56 Конституции Российской Федерации).

Статьей 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации установлено, что административное исковое заявление может быть подано в суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации, иному лицу стало известно о нарушении их прав, свобод и законных интересов (часть 1). Пропуск установленного срока обращения в суд не является основанием для отказа в принятии административного искового заявления к производству суда. Причины пропуска срока обращения в суд выясняются в предварительном судебном заседании или судебном заседании (часть 5).

В соответствии с частями 8 и 9 статьи 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации при рассмотрении административного дела в порядке главы 22 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации суд выясняет обстоятельства, указанные в частях 9 и 10 этой статьи, в полном объеме, в том числе как соблюдение истцом сроков обращения в суд, так и нарушение его прав, свобод и законных интересов, соответствие оспариваемого решения, совершенного оспариваемого действия (бездействия) нормативным правовым актам, регулирующим спорные отношения, наличие полномочий и оснований для принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемого действия (бездействия) и соблюдение порядка принятия такого решения, совершения действия (бездействия).

Задачами административного судопроизводства являются защита нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов граждан, укрепление законности и предупреждение нарушений в сфере административных и иных публичных правоотношений (пункты 2 и 4 статьи 3 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации). Одним из принципов административного судопроизводства являются законность и справедливость при рассмотрении и разрешении административных дел, которые обеспечиваются не только соблюдением положений, предусмотренных законодательством об административном судопроизводстве, точным и соответствующим обстоятельствам административного дела правильным толкованием и применением законов и иных нормативных правовых актов, в том числе регулирующих отношения, связанные с осуществлением государственных и иных публичных полномочий, но и получением гражданами и организациями судебной защиты путем восстановления их нарушенных прав и свобод (пункт 3 статьи 6, статья 9 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации).

Исходя из приведенных норм, обстоятельство пропуска срока на обращение в суд само по себе не может быть признано достаточным и веским основанием для принятия судом решения об отказе в удовлетворении требований без проверки законности оспариваемых административным истцом действий (бездействия).

С учетом установленных судом первой инстанции по данному делу обстоятельств, отказ в удовлетворении административного иска только по мотиву пропуска процессуального срока обращения в суд фактически приведет к отказу административному истцу в защите нарушенного права, что является недопустимым и противоречит задачам административного судопроизводства.

Кроме того, на момент обращения в суд административный истец также находился в местах принудительного содержания.

Ссылка на иные судебные акты правового значения не имеет, поскольку эти акты не носят преюдициального характера для данного дела.

Из анализа действующего законодательства следует, что размер компенсации определяется в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий с учетом фактических обстоятельств, при которых были допущены нарушения условий содержания в исправительном учреждении. Такими обстоятельствами могут являться длительность содержания лица в ненадлежащих условиях, неоднократность нарушения его прав, состояние здоровья, а также иные сведения, имеющие правовое значение для решения вопроса о компенсации за ненадлежащие условия содержания в исправительном учреждении.

Разумность компенсации является оценочной категорией, четкие критерии ее определения применительно к тем или иным видам дел не предусматриваются. В каждом случае суд вправе определить такие пределы с учетом конкретных обстоятельств.

Суд первой инстанции определил к присуждению административному истцу за допущенные нарушения его прав компенсацию в размере 25 000 рублей.

Размер компенсации отвечает принципам разумности и справедливости, Оснований к изменению размера взысканной компенсации, как в сторону увеличения, так и в сторону уменьшения, не имеется.

Ссылка административного истца на положения статьи 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и практику Европейского Суда по правам человека не свидетельствует о неправильности обжалуемого судебного акта суда первой инстанции и не может быть признана состоятельной, поскольку Федеральным законом от 28 февраля 2023 года № 43-ФЗ с 16 марта 2022 года прекращено действие Конвенции о защите прав и основных свобод в отношении Российской Федерации.

В целом доводы апеллянтов сводятся к переоценке исследованных судом доказательств и оспариванию обоснованности выводов суда первой инстанции об установленных по делу фактических обстоятельствах, оснований для которой судебная коллегия не усматривает.

При таких обстоятельствах, принимая во внимание, что нарушений норм материального и процессуального права, которые привели или могли привести к неправильному рассмотрению дела, судом первой инстанции не допущено, оснований для отмены или изменения решения суда не имеется.

Руководствуясь статьями 309-311 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Сыктывкарского городского суда Республики Коми от 22 февраля 2023 года оставить без изменения, апелляционные жалобы ФИО1, ФСИН России, УФСИН России по Республики Коми, ФКУ ИК-25 УФСИН России по Республики Коми - без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Третий кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции в шестимесячный срок, который начинает исчисляться на следующий день после принятия апелляционного определения и из него исключается срок составления мотивированного определения суда апелляционной инстанции, в случае когда его составление откладывалось.

Мотивированное определение составлено 21 августа 2023 года.

Председательствующий -

Судьи –