Решение по делу № 2-3484/2023 от 03.10.2023 - о взыскании неосновательного обогащения, процентов за пользование чужими денежными средствами, судебных расходов.

№ 2-3484/2023

УИД 39RS0001-01-2023-002697-16

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

3 октября 2023 года г. Калининград

Ленинградский районный суд г. Калининграда

в составе:

председательствующего судьи Семёркиной А.А.,

при секретаре Белоконь А.В.,

с участием представителя истца –ФИО1, действующей на основании доверенности, представителей ответчика – ФИО2, действующего на основании доверенности, ФИО3, действующего на основании ордера,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Общества с ограниченной ответственностью «Калининградский филиал Северо-Западного регионального управления центра аварийно-экологических организаций» к ФИО4 о взыскании неосновательного обогащения, процентов за пользование чужими денежными средствами, судебных расходов,

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «Калининградский филиал Северо-Западного регионального управления центра аварийно-экологических организаций» (далее – ООО «КФ СЗРЦ АЭО», истец, работодатель) обратилось в суд с иском к ФИО4 (далее ответчица, работник), в котором просил суд: взыскать с ФИО4 в пользу истца неосновательное обогащение в размере 287 319, 89 рублей; проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 11 января 2019 года по 5 мая 2023 года в размере 645 199, 26 рублей; проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 6 мая 2023 года по дату вынесения решения суда; проценты за пользование чужими денежными средствами за период с даты вступления решения в законную силу по дату фактического исполнения; расходы на оказание юридических услуг в размере 57 500 рублей; расходы по оплате государственной пошлины в размере 25 810 рублей.

В обоснование иска указало, что ФИО4 на основании трудового договора № 28 от 02.08.2013 года была принята на должность главного бухгалтера в ООО «КФ СЗРЦ АЭО». В функциональные обязанности ответчика, согласно должностной инструкции входило, в том числе осуществление организации бухгалтерского учета хозяйственно-финансовой деятельности и контроль за экономным использованием материальных, трудовых и финансовых ресурсов, сохранность собственности предприятия; осуществление взаимодействия с банками; принятие мер по предупреждению недостач, незаконного расходования денежных средств и т.д. Являясь главным бухгалтером предприятия на протяжении длительного времени, имела неограниченный доступ к счету Истца, открытому в <данные изъяты>, в том числе по получению CMC-оповещений для списания денежных средств на счет и их зачисления. 18 июля 2022 года ФИО4 написала заявление об увольнении по собственному желанию, однако отказалась передать документы бухгалтерского и налогового учета. После прекращения трудовых отношений в период с сентябрь - октябрь 2022 год была проведена проверка списания и перечислений денежных средств, в ходе которых было установлено, что с расчетного счета Организации Ответчиком были произведены перечисления денежных средств без предоставления каких-либо подтверждающих получение данных средств первичных бухгалтерских документов, в том числе заработной платы, превышающей размер официально установленной при приеме на работу ответчика. 31 октября 2022 года ответчиком была написана объяснительная на имя генерального директора Общества, в котором она признала сумму не возвращенных подотчетных средств в размере 1 100 000,00 руб., и обязалась произвести возврат указанной суммы до 1 апреля 2023 года. В ноябре -декабре 2022 года ответчик вернул сумму в размере 500000,00 руб., однако при последующем анализе движений денежных средств сумма неосновательного обогащения значительно увеличилась и за период с 1 января 2019 года составила сумму в размере 3376319,89 руб. Ссылаясь на положения ст.ст. 8, 307, 1102 ГК РФ, истец указал, что в отсутствие правовых оснований перечисленные ответчиком на свои счета денежные средства Общества в размере 3421319,89 руб. являются неосновательным обогащением ответчика (статья 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации), в связи с чем, подлежат возврату истцу. Размер неосновательного обогащения за период с 1 января 2020 года по 31 декабря 2020 года составил сумму в размере 671088,00 руб., из которых переплата по выплате заработной платы составила сумму в размере 242516,00 руб., сумма, перечисленная как перерасход по авансовым отчетам в размере 154572,00 руб., сумма, перечисленная в подотчет - 274000,00 руб. Размер неосновательного обогащения за период с 01.01.2021 года по 31.12.2021 год составил сумму в размере 1091447,15 руб., из которых переплата по выплате заработной платы составила сумму в размере 457000,00 руб., сумма, перечисленная как перерасход по авансовым отчетам в размере 69387,15 руб., сумма, перечисленная в подотчет - 565060,00 руб. Таким образом, за период с 01.01.2019 года по 25.08.2022 года, ответчик неосновательно перечислила себе на счет денежную сумму в размере 3376319,89 руб. Учитывая, возврат суммы в размере 500000,00 руб., размер требований составляет сумму в размере 2876319,89 руб. (два миллиона восемьсот семьдесят шесть тысяч триста девятнадцать рублей 89 копеек). Согласно п. 26 Постановления № 13/14, ответчик узнал или должен был узнать о неосновательности обогащения, в момент зачисления денежных средств на банковский счет. Размер процентов за пользование денежных средств за период с 11.01.2019 года по 05.05.2023 года составляет сумму в размере 645199,26 руб.

Представитель истца – ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержала, просила их удовлетворить. Указала, что факт незаконного перечисления ФИО4 со счета ООО «КФ СЗРЦ АЭО» ответчик признала. Более того, данные обстоятельства подвержены выпиской по счету ООО «КФ СЗРЦ АЭО» сведениями <данные изъяты>. Согласно акуту о выявлении нарушений в ходе восстановления бухгалтерского учета за период с 1 января 2019 года по 31 декабря 2022 года от 20 апреля 2022 года, а также акту выявления факта причинения материального ущерба бывшим главным бухгалтером ФИО4, обстоятельства неосновательного обогащения ответчицы подтверждены. Также указала, что в своей объяснительной ФИО4 факт неосновательного обогащения признала.

Ответчица –ФИО4 в судебное заседание не явилась, уведомлена надлежащим образом, доверила свои интересы представителям.

Представители ответчика - ФИО2, ФИО3, в судебном заседании исковые требования не признали в полном объеме, поддержали позицию, изложенную в письменных возражения на исковое заявление (т.1 л.д. 143-148). Указали, что, поскольку ФИО4 была работником ООО «КФ СЗРЦ АЭО», то к правоотношениям сторон применимы нормы Трудового кодекса РФ, а не нормы гражданского законодательства в части неосновательного обогащения, в частности, процедура привлечения работника к материальной ответственности должна быть соблюдена. Между тем, в ходе рассмотрения дела, доказательств соблюдения процедуры привлечения работника к материальной ответственности, стороной истца не представлено.

Выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, допросив свидетелей, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

Судом установлено и из материалов дела следует, что с 2 августа 2013 года по 18 июля 2022 года ФИО4 работала в ООО «КФ СЗРЦ АЭО» в должности главного бухгалтера на основании трудового договора от 2 августа 2013 года № 28 (т.1 л.д.32-36).

Договор о полной материальной ответственности с ФИО4 не заключался.

1 августа 2022 года ФИО4 была уволена из ООО «КФ СЗРЦ АЭО» на основании п.3 ст. 77 Трудового кодекса РФ.

Заработная плата ФИО4 была установлена в размере 35 000 рублей, что подтверждается сведениями из Налоговой инспекции по Калининградской области и Пенсионного фонда РФ по Калининградской области.

Как указано истцом, и не оспаривалось стороной ответчика, являясь главным бухгалтером предприятия, ФИО4 имела доступ к счету ООО «КФ СЗРЦ АЭО», открытому в филиале «<данные изъяты> в том числе по получению СМС-оповещений для списания денежных средств на счет и их зачисления.

Как следует из материалов дела, после прекращения трудовых отношений работодателем была проведена проверка списания и перечислений денежных средств, в ходе которых было установлено, что с расчетного счета организации ФИО4 были произведены перечисления денежных средств без предоставления каких-либо первичных бухгалтерских документов, подтверждающих законность получения данных денежных средств, в размере, превышающим заработную плату ответчика.

Истцом в материалы дела в обоснование выявленных незаконных перечислений на счет ФИО4 были представлены: акт о выявлении факта причинения материального ущерба Обществу бывшим главным бухгалтером ФИО4 № 1 от 25 октября 2022 года, в котором было установлено комиссией в составе <данные изъяты> на основании выписки с расчетного счета <данные изъяты> за период с 1 января 2016 года по 24 октября 2022 года, что ФИО4 путем получения от банка СМС-оповещений на свой мобильный телефон осуществляла перечисление денежных средств с расчетного счета на свой личный счет в том числе: в качестве подотчётных денежных средств без предоставления документов, подтверждающих произведенные расходы в интересах Общества; в качестве заработной платы, превышающей размер официально установленной главному бухгалтеру в соответствии со штатным расписанием.

Согласно акту о выявлении нарушений в ходе восстановления бухгалтерского учета за период с 1 января 2019 года по 31 декабря 2022 года от 20 апреля 2022 года № 2 (т.1 л.д.184-185), в котором было установлено комиссией в составе: генерального директора ФИО5, начальником производства ФИО6, самозанятой ФИО7, что был выявлен перевод излишне перечисленных денежных средств с расчетного счета Общества на личный счет бывшего главного бухгалтера ФИО4 Сумма излишне перечисленных денежных средств за 2019 год – 1 159 031, 94 рублей; за 2020 год -671 088 рублей; за 2021 год – 1 091 447, 15 рублей; за период с 1 января 2022 года по 25 августа 2022 года – 454 752, 80 рублей, з которых часть средств была излишне перечисленной заработной платой, а часть подотчетными денежными средствами, перечисленными как перерасход по авансовым отчетам и перечисленная в подотчет. Также были выявлены следующие нарушения: отсутствует учетная политика для целей бухгалтерского и налогового учета на 2019-2022 г; отсутствуют регистры бухгалтерского учета за период с 1 января 2019 года по 31 августа 2022 года; отсутствует кассовая книга на период с 1 января 2019 года по 31 августа 2022 года; отсутствуют авансовые отчеты, утвержденные руководителем (уполномоченным лицом) Общества за период с 1 января 2019 года по 31 августа 2022 года; отсутствует бухгалтерская отчетность за 2019-2021 гг, утвержденная руководителем (уполномоченным лицом) Общества; отсутствуют расчетные ведомости по начислению заработной платы, подписанные уполномоченным лицом, за период с 1 января 2019 года по 31 августа 2022 года; отсутствуют налоговые регистры по НДФЛ за период с 1 января 2019 года по 31 декабря 2021 года; отсутствуют карточки индивидуального учета сумму начисленных выплат и иных вознаграждений и сумм начисленных страховых взносов за период с 1 января 2019 года по 31 декабря 2021 года. В связи с чем, комиссия пришла к выводу, что бывший главный бухгалтер Общества ФИО4 на протяжении указанного выше периода, злоупотребляла своими должностными обязанностями, что повлекло причинение Обществу прямого действительного ущерба на сумму 3 376 319, 89 рублей и не исполняла свои должностные обязанности по ведению бухгалтерского и налогового учета в части нарушений, указанных в п.2 настоящего акта. На основании установленных фактов, комиссия предложила: учитывая возврат от ФИО4 на расчетный счет Общества неиспользованных подотчетных средств в размере <***> рублей, определить сумму фактического ущерба Обществу в размере 2 876 319, 89 рублей и обязать ФИО4 возвратить незаконно полученные денежные средства путем подачи иска в судебные органы.

В материалы дела также представлена объяснительная ФИО4 (л.д.44), в котором она указала, что обязуется перевести на расчетный счет организации ООО «КФ СЗРЦ АЭО», остаток неизрасходованной подотчетной суммы за период 2021 -2022 годы в размере 1 100 000 рублей до 1 апреля 2023 года. Частичное поступление обязалась внести на расчётный счет <***> рублей в срок до 31 декабря 2022 года.

Договор о полной материальной ответственности с ФИО4 не заключался.

Из представленных материалов следует, что в период осуществления своей работы в должности главного бухгалтера, действительно, осуществляла переводы с расчетного счета ООО «КФ СЗРЦ АЭО» на свой личный счет, в том числе с указанием целей платежа: перечисление заработной платы, в подотчет, по авансовому отчету, на хоз. расходы, услуги нотариуса, приобретение материалов.

Операции, суммы переводов подтверждены выпиской по расчетному счету ООО «КФ СЗРЦ АЭО», а также выпиской по расчетному счету № ФИО4, ответчиком не оспаривались.

Оценивая выше установленные обстоятельства, а также доводы истца и возражения ответчика, суд приходит к следующему.

Нормы, регламентирующие материальную ответственность сторон трудового договора, содержатся в разделе XI Трудового кодекса Российской Федерации (статьи 232 - 250).

Общие положения о материальной ответственности сторон трудового договора, определяющие обязанности сторон трудового договора по возмещению причиненного ущерба и условия наступления материальной ответственности, установлены в главе 37 Трудового кодекса Российской Федерации.

Частью первой статьи 232 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что сторона трудового договора (работодатель или работник), причинившая ущерб другой стороне, возмещает этот ущерб в соответствии с настоящим кодексом и иными федеральными законами.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 г. N 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю" разъяснено, что в силу части первой статьи 232 Трудового кодекса Российской Федерации обязанность работника возместить причиненный работодателю ущерб возникает в связи с трудовыми отношениями между ними, поэтому дела по спорам о материальной ответственности работника за ущерб, причиненный работодателю, в том числе в случае, когда ущерб причинен работником не при исполнении им трудовых обязанностей (пункт 8 части первой статьи 243 Трудового кодекса Российской Федерации), в соответствии со статьей 24 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации рассматриваются районным судом в качестве суда первой инстанции. Такие дела подлежат разрешению в соответствии с положениями раздела XI "Материальная ответственность сторон трудового договора" Трудового кодекса Российской Федерации. По этим же правилам рассматриваются дела по искам работодателей, предъявленным после прекращения действия трудового договора, о возмещении ущерба, причиненного работником во время его действия, которые, как следует из части второй статьи 381 Трудового кодекса Российской Федерации, являются индивидуальными трудовыми спорами.

Согласно части третьей статьи 232 Трудового кодекса Российской Федерации расторжение трудового договора после причинения ущерба не влечет за собой освобождение стороны этого договора от материальной ответственности, предусмотренной Трудовым кодексом Российской Федерации или иными федеральными законами.

Частью четвертой статьи 248 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что работник, виновный в причинении ущерба работодателю, может добровольно возместить его полностью или частично. По соглашению сторон трудового договора допускается возмещение ущерба с рассрочкой платежа. В этом случае работник представляет работодателю письменное обязательство о возмещении ущерба с указанием конкретных сроков платежей. В случае увольнения работника, который дал письменное обязательство о добровольном возмещении ущерба, но отказался возместить указанный ущерб, непогашенная задолженность взыскивается в судебном порядке.

Из правового регулирования порядка возмещения работником ущерба, причиненного работодателю, следует что обязанность работника возместить причиненный работодателю ущерб, в том числе в случае заключения соглашения о добровольном возмещении материального ущерба, возникает в связи с трудовыми отношениями между ними. Следовательно, дела по спорам об исполнении такого соглашения разрешаются в соответствии с положениями раздела XI "Материальная ответственность сторон трудового договора" Трудового кодекса Российской Федерации. По этим же правилам рассматриваются дела по искам работодателей, предъявленным после прекращения действия трудового договора, о возмещении ущерба, причиненного работником во время его действия, которые в силу части второй статьи 381 Трудового кодекса Российской Федерации являются индивидуальными трудовыми спорами, поэтому к данным отношениям подлежат применению нормы Трудового кодекса Российской Федерации, а не нормы Гражданского кодекса Российской Федерации об исполнении обязательств.

Условия наступления материальной ответственности стороны трудового договора установлены статьей 233 Трудового кодекса Российской Федерации.

В соответствии с этой нормой материальная ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате ее виновного противоправного поведения (действий или бездействия), если иное не предусмотрено данным кодексом или иными федеральными законами. Каждая из сторон трудового договора обязана доказать размер причиненного ей ущерба.

Главой 39 Трудового кодекса Российской Федерации "Материальная ответственность работника" урегулированы отношения, связанные с возложением на работника, причинившего работодателю имущественный ущерб, материальной ответственности, в том числе установлены пределы такой ответственности.

В силу части первой статьи 238 Трудового кодекса Российской Федерации работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат.

Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам (часть 2 статьи 238 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно статье 241 Трудового кодекса Российской Федерации за причиненный ущерб работник несет материальную ответственность в пределах своего среднего месячного заработка, если иное не предусмотрено данным кодексом или иными федеральными законами.

Полная материальная ответственность работника состоит в его обязанности возмещать причиненный работодателю прямой действительный ущерб в полном размере (часть 1 статьи 242 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью второй статьи 242 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба может возлагаться на работника лишь в случаях, предусмотренных этим кодексом или иными федеральными законами.

Так, пунктом вторым части первой статьи 243 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба возлагается на работника в случае недостачи ценностей, вверенных ему на основании специального письменного договора или полученных им по разовому документу.

Частью первой статьи 244 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что письменные договоры о полной индивидуальной или коллективной (бригадной) материальной ответственности (пункт 2 части первой статьи 243 Трудового кодекса Российской Федерации), то есть о возмещении работодателю причиненного ущерба в полном размере за недостачу вверенного работникам имущества, могут заключаться с работниками, достигшими возраста восемнадцати лет и непосредственно обслуживающими или использующими денежные, товарные ценности или иное имущество.

Перечни работ и категорий работников, с которыми могут заключаться указанные договоры, а также типовые формы этих договоров утверждаются в порядке, устанавливаемом Правительством Российской Федерации (часть 2 статьи 244 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с постановлением Правительства Российской Федерации от 14 ноября 2002 г. N 823 "О порядке утверждения перечней должностей и работ, замещаемых или выполняемых работниками, с которыми работодатель может заключать письменные договоры о полной индивидуальной или коллективной (бригадной) материальной ответственности, а также типовых форм договоров о полной материальной ответственности" Министерством труда и социального развития Российской Федерации принято постановление от 31 декабря 2002 г. N 85, которым утвержден в том числе Перечень должностей и работ, замещаемых или выполняемых работниками, с которыми работодатель может заключать письменные договоры о полной индивидуальной материальной ответственности за недостачу вверенного имущества.

В абзаце втором пункта 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 г. N 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю" разъяснено, что если работодателем доказаны правомерность заключения с работником договора о полной материальной ответственности и наличие у этого работника недостачи, последний обязан доказать отсутствие своей вины в причинении ущерба.

При рассмотрении дела о возмещении причиненного работодателю прямого действительного ущерба в полном размере работодатель обязан представить доказательства, свидетельствующие о том, что в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации либо иными федеральными законами работник может быть привлечен к ответственности в полном размере причиненного ущерба (пункт 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 г. N 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю").

Из положений статей 238, 241, 242, 243, 244 Трудового кодекса Российской Федерации и разъяснений, содержащихся в пунктах 4 и 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 г. N 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю", следует, что основным видом материальной ответственности работника за прямой действительный ущерб, причиненный работодателю, является ограниченная материальная ответственность. Правило об ограниченной материальной ответственности работника в пределах его среднего месячного заработка применяется во всех случаях, кроме тех, в отношении которых Трудовым кодексом Российской Федерации или иным федеральным законом прямо установлена более высокая материальная ответственность работника, в частности полная материальная ответственность, основания для такой ответственности должен доказать работодатель при рассмотрении дела о возмещении причиненного работодателю прямого действительного ущерба в полном объеме.

Невыполнение работодателем требований законодательства о порядке и условиях заключения и исполнения договора о полной индивидуальной материальной ответственности является основанием для освобождения работника от обязанности возместить причиненный по его вине ущерб в размере, превышающем его средний месячный заработок.

Определение понятия неосновательного обогащения и условия его возникновения установлены в статье 1102 Гражданского кодекса Российской.

Согласно пункту 1 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 этого кодекса.

Таким образом, обязательства из неосновательного обогащения возникают при наличии трех обязательных условий: имеет место приобретение или сбережение имущества; приобретение или сбережение имущества произведено за счет другого лица; приобретение или сбережение имущества не основано ни на законе, ни на сделке, то есть происходит неосновательно.

Судом установлено, что договор о полной материальной ответственности между истцом и ФИО4 не заключался, в трудовом договоре отсутствует условие о ее материальной ответственности в полном размере причиненного работодателю ущерба.

Суд приходит к выводу, что, поскольку ФИО4 являлась работником ООО «КФ СЗРЦ АЭО», причиненный истцу ущерб он обосновывает незаконными действиями работника в период осуществления ею трудовых обязанностей главного бухгалтера, то нормы о неосновательном обогащении не могут быть применимы к возникшим правоотношениям сторон как работника и работодателя, поскольку должны регулироваться нормами трудового законодательства.

Материальная ответственность работника перед работодателем может быть полной или ограниченной в зависимости от того, какие трудовые обязанности и каков характер выполняемой работы. Во всех случаях работодатель обязан соблюсти процедуру привлечения сотрудника к материальной ответственности (ст. 246 - 248 ТК РФ).

Между тем, как следует из материалов дела, процедура привлечения работника к материальной ответственности истцом не была соблюдена.

Порядок определения размера причиненного работником работодателю ущерба предусмотрен статьей 246 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно части 1 которой размер ущерба, причиненного работодателю при утрате и порче имущества, определяется по фактическим потерям, исчисляемым исходя из рыночных цен, действующих в данной местности на день причинения ущерба, но не ниже стоимости имущества по данным бухгалтерского учета с учетом степени износа этого имущества.

Федеральным законом может быть установлен особый порядок определения размера подлежащего возмещению ущерба, причиненного работодателю хищением, умышленной порчей, недостачей или утратой отдельных видов имущества и других ценностей, а также в тех случаях, когда фактический размер причиненного ущерба превышает его номинальный размер (часть 2 статьи 246 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу положений статьи 9 Федерального закона от 6 декабря 2011 г. N 402-ФЗ каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом.

В соответствии с частями 1, 2 статьи 11 Федерального закона от 6 декабря 2011 г. N 402-ФЗ активы и обязательства подлежат инвентаризации. При инвентаризации выявляется фактическое наличие соответствующих объектов, которое сопоставляется с данными регистров бухгалтерского учета.

В части 3 статьи 11 Федерального закона от 6 декабря 2011 г. N 402-ФЗ определено, что случаи, сроки и порядок проведения инвентаризации, а также перечень объектов, подлежащих инвентаризации, определяются экономическим субъектом, за исключением обязательного проведения инвентаризации. Обязательное проведение инвентаризации устанавливается законодательством Российской Федерации, федеральными и отраслевыми стандартами.

Выявленные при инвентаризации расхождения между фактическим наличием объектов и данными регистров бухгалтерского учета подлежат регистрации в бухгалтерском учете в том отчетном периоде, к которому относится дата, по состоянию на которую проводилась инвентаризация (часть 4 статьи 11 Федерального закона от 6 декабря 2011 г. N 402-ФЗ).

Приказом Министерства финансов Российской Федерации от 29 июля 1998 г. N 34н утверждено Положение по ведению бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности в Российской Федерации.

Порядок проведения инвентаризации имущества и финансовых обязательств организации и оформления ее результатов установлены Методическими указаниями по инвентаризации имущества и финансовых обязательств, утвержденными приказом Министерства финансов Российской Федерации от 13 июня 1995 г. N 49 (далее - Методические указания).

Основными целями инвентаризации являются: выявление фактического наличия имущества; сопоставление фактического наличия имущества с данными бухгалтерского учета; проверка полноты отражения в учете обязательств (пункт 1.4 Методических указаний).

Пунктом 1.5 Методических указаний предусмотрено, что в соответствии с Положением о бухгалтерском учете и отчетности в Российской Федерации проведение инвентаризации является обязательным, в том числе при смене материально ответственных лиц (на день приемки-передачи дел) и при установлении фактов хищений или злоупотреблений, а также порчи ценностей.

До начала проверки фактического наличия имущества инвентаризационной комиссии надлежит получить последние на момент инвентаризации приходные и расходные документы или отчеты о движении материальных ценностей и денежных средств. Материально ответственные лица дают расписки о том, что к началу инвентаризации все расходные и приходные документы на имущество сданы в бухгалтерию или переданы комиссии и все ценности, поступившие на их ответственность, оприходованы, а выбывшие списаны в расход. Проверка фактического наличия имущества производится при обязательном участии материально ответственных лиц (пункты 2.4, 2.8 Методических указаний).

Сведения о фактическом наличии имущества и реальности учтенных финансовых обязательств записываются в инвентаризационные описи или акты инвентаризации не менее чем в двух экземплярах. Фактическое наличие имущества при инвентаризации определяют путем обязательного подсчета, взвешивания, обмера. Описи подписывают все члены инвентаризационной комиссии и материально ответственные лица. В конце описи материально ответственные лица дают расписку, подтверждающую проверку комиссией имущества в их присутствии, об отсутствии к членам комиссии каких-либо претензий и принятии перечисленного в описи имущества на ответственное хранение. При проверке фактического наличия имущества в случае смены материально ответственных лиц принявший имущество расписывается в описи в получении, а сдавший - в сдаче этого имущества (пункты 2.5, 2.7, 2.10 Методических указаний).

В силу приведенных нормативных положений первичные учетные документы, подлежащие своевременной регистрации и накоплению в регистрах бухгалтерского учета, и данные инвентаризации, в ходе которой выявляется фактическое наличие товарно-материальных ценностей и сопоставляется с данными регистров бухгалтерского учета, должны быть составлены в соответствии с требованиями законодательства. Отступление от этих правил оформления документов влечет невозможность с достоверностью установить факт наступления ущерба у работодателя, определить, кто именно виноват в возникновении ущерба, каков его размер, имеется ли вина работника в причинении ущерба.

При таких обстоятельствах, с учетом норм Федерального закона от 6 декабря 2011 г. N 402-ФЗ "О бухгалтерском учете", Положения по ведению бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности в Российской Федерации, утвержденного приказом Министерства финансов Российской Федерации от 29 июля 1998 г. N 34н, а также Методических указаний, предусматривающие основания и порядок проведения инвентаризации имущества и финансовых обязательств, судом установлено, что истцом не соблюдена процедура и порядок проведения инвентаризации денежных средств в Обществе, поскольку в материалах дела отсутствуют какие-либо документы о проводимых инвентаризациях. Между тем, именно такие обстоятельства имеют значение для установления наличия реального ущерба у истца и размера этого ущерба, поскольку факт недостачи может считаться установленным только при условии выполнения в ходе инвентаризации всех необходимых проверочных мероприятий, результаты которых должны быть оформлены документально в установленном законом порядке.

На основании части первой статьи 247 Трудового кодекса Российской Федерации до принятия решения о возмещении ущерба конкретными работниками работодатель обязан провести проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения. Для проведения такой проверки работодатель имеет право создать комиссию с участием соответствующих специалистов.

Согласно части второй статьи 247 Трудового кодекса Российской Федерации истребование от работника письменного объяснения для установления причины возникновения ущерба является обязательным. В случае отказа или уклонения работника от предоставления указанного объяснения составляется соответствующий акт.

Работник и (или) его представитель имеют право знакомиться со всеми материалами проверки и обжаловать их в порядке, установленном кодексом (часть третья статьи 247 Трудового кодекса Российской Федерации).

В пункте 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 г. N 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю" разъяснено, что к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности, относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действий или бездействия) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности.

При этом бремя доказывания наличия совокупности указанных обстоятельств законом возложено на работодателя, который до принятия решения о возмещении ущерба конкретным работником обязан провести проверку с обязательным истребованием от работника письменного объяснения для установления размера причиненного ущерба, причин его возникновения и вины работника в причинении ущерба.

Если работодателем доказаны правомерность заключения с работником договора о полной материальной ответственности и наличие у этого работника недостачи, последний обязан доказать отсутствие своей вины в причинении ущерба.

Орган по рассмотрению трудовых споров может с учетом степени и формы вины, материального положения работника и других обстоятельств снизить размер ущерба, подлежащий взысканию с работника. Снижение размера ущерба, подлежащего взысканию с работника, не производится, если ущерб причинен преступлением, совершенным в корыстных целях (статья 250 Трудового кодекса Российской Федерации).

Исходя из приведенных положений Трудового кодекса Российской Федерации и разъяснений, содержащихся в пункте 4 названного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, юридически значимыми обстоятельствами для разрешения исковых требований истца о взыскании неосновательного обогащения является наличие факта причинения ФИО4 работодателю прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба, установленный с учетом положений статьи 246 Трудового кодекса Российской Федерации; наличие предусмотренных законом оснований для привлечения ФИО4 к материальной ответственности в полном размере.

Между тем, как было указано судом выше, таких обстоятельств судом не установлено, ввиду отсутствия договора о полной материальной ответственности с ФИО4, а также нарушения процедуры привлечения работника к материальной ответственности.

В ч. 4 ст. 248 ТК РФ предусмотрено, что работник, виновный в причинении ущерба, может добровольно возместить его полностью или хотя бы частично, в том числе с рассрочкой платежа.

С учетом анализа вышеуказанных норм права, суд приходит к выводу, что само по себе дача работником объяснения о добровольном возмещении ущерба или оформление письменного обязательства об этом, исполнение таких договоренностей не имеет существенного значения, поскольку работодатель всегда обязан соблюдать процедуру привлечения к материальной ответственности.

При таких обстоятельствах, даже наличие объяснения истицы, которое предусматривало возврат ею подотчетных денежных средств, не подтверждает факт наличия неосновательного обогащения с ее стороны, поскольку к таким правоотношениям должны применяться общие нормы трудового законодательства о привлечении работника к материальной ответственности.

При изложенных обстоятельствах, суд приходит к выводу, что на основании норм статей 238, 241, 242 Трудового кодекса Российской Федерации, возникшие между сторонами отношения по возмещению работником ущерба, причиненного работодателю, регулируются нормами трудового законодательства, следовательно, положения статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации (обязанность возвратить неосновательное обогащение) не подлежат применению к спорным отношениям, а истцом избран неправильный способ защиты нарушенного права.

При таких обстоятельствах, суд полагает требования ООО «КФ СЗРЦ АЭО» оставить без удовлетворения в полном объеме.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования Общества с ограниченной ответственностью «Калининградский филиал Северо-Западного регионального управления центра аварийно-экологических организаций» (ИНН <***>), оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Калининградский областной суд через Ленинградский районный суд г. Калининграда в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения.

Мотивированное решение изготовлено 13 октября 2023 года.

Судья: Семёркина А.А.