УИД: 38RS0035-01-2022-002676-32

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

16 сентября 2022 года г. Иркутск

Октябрьский районный суд г. Иркутска в составе председательствующего судьи Козловой Е.В., при секретаре Б, с участием представителя истца ФИО8, ответчика ПЕА, с участием пом. прокурора ФИО4, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № по иску КЕВ к ПЕА о возмещении вреда, причиненного преступлением,

УСТАНОВИЛ:

КЕВ обратилась в суд с иском к ПЕА о взыскании компенсации морального вреда, причиненного преступлением.

В обоснование иска указано, что в результате противоправных действий ответчика, выразившихся в угрозе убийством, которые сопровождал активными действиями с применением насилия, истице причинен моральный вред, выразившийся в физических и нравственных страданиях, в чувстве незащищенности, унижении, страхе за свои жизнь и здоровье, справиться с которыми помог ей только переезд в другой город. Около шести месяцев после случившегося она испытывала проблемы со сном и со здоровьем. Ответчик применял силу по отношению к жизненно важному органу человека, осознавая общественную опасность удушения и желая запугать жертву, в ходе рассмотрения своей вины не признал, раскаяние не выразил, не принял ни каких мер, направленных для оказания помощи истцу и к заглаживанию вины.

Причиненный моральный вред, со ссылкой на расчет, сделанный на основа научной статьи «Моральный вред и страдания» ФИО5, истец оценивает в 3 000 240 руб., который просит взыскать с ответчика.

Истец КЕВ просила рассмотреть дело в ее отсутствие с последующим направлением копии решения.

В судебном заседании представитель истца адвокат ФИО8 доводы иска поддержал в полном объеме, указав, что доверитель была вынуждена уехать в другой регион, где ей была необходима как медицинская помощь, так и психологическая, в связи с чем, последняя обращалась к специалистам. До настоящего времени ответчик ни каким образом не возместил моральный вред и даже не предпринял к этому действий.

Ответчик ПЕА в судебном заседании исковые требования не признал, ввиду недоказанности факта причинения вреда, степени нравственных страданий потерпевшей, истец не обращалась за квалифицированной помощью к врачу. Полагает, что данным иском истец пытается воздействовать на него (ответчика) морально. Кроме того, с учетом его финансового положения, у него отсутствует возможность для возмещения требований истца. Считает, что действия КЕВ вызваны изменениями в гормональной сфере, связанной с беременностью и родами.

Выслушав участников судебного разбирательства, исследовав материалы дела, заключение прокурора, суд считает, что требования КЕВ подлежат частичному удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с п. 1 ст. 1064 ГК РФ, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что по общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины.

Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик.

Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт причинения вреда, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Приговором мирового судьи судебного участка № 4 Октябрьского района г. Иркутска от 03 июня 2021 года, вступившим в законную силу Дата, ПЕА признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 119 УК РФ с назначением наказания в виде обязательных работ на срок 350 часов.

В силу ч. 2 ст. 61 ГПК РФ вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

В силу ч. 4 ст. 61 ГПК РФ, вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Из приговора следует, что ПЕА угрожал убийством потерпевшей КЕВ, у которой имелись основания опасаться осуществления этой угрозы, при следующих обстоятельствах:

Дата около 22 часов 00 минут ПЕА, будучи в состоянии алкогольного опьянения, находясь у себя дома по адресу: Адрес, учинил сору с женой КЕВ, возникшей на почве личных неприязненных отношений, в ходе которой у ПЕА возник умысел на угрозу убийством. Реализуя свои преступные намерения, ПЕА,н6аходясь в спальне, приблизившись к жене, реализуя свои преступные намерения, направленные на угрозу убийством последней, схватил КЕВ рукой за горло и удерживая её за шею, потащил её к входной двери, где, прижал жену к двери, стал сдавливать ей шею, тем самым душил её, при этом высказывал слова угрозы убийством в адрес жену, а именно «Прибью тебя». КЕВ удалось вырваться от мужа, после чего она выбежала из квартиры в подъезд. В результате высказанных ПЕА намерений и воспроизведенных им действий, КЕВ угрозу убийством воспринимала, как реальную опасность для своей жизни и здоровья, на что у нее имелись все основания опасаться осуществления этой угрозы, поскольку ПЕА физически сильнее, был агрессивно настроен, находился в состоянии алкогольного опьянения, свою угрозу сопровождал активными действиями с применением насилия, и КЕВ при данных обстоятельствах не могла оказать ему реального сопротивления.

В результате противоправных действий ПЕА истице были причинены телесные повреждения в виде кровоподтеков на боковых поверхностях шеи, которые в соответствии с заключением эксперта № от Дата образовались от воздействия твердых тупых предметов с ограниченной поверхностью, чем могли быть пальцы рук человека, имеют срок давности причинения в пределах 1 суток на момент осмотра, могли быть причинены в срок и при обстоятельствах, указанных освидетельствуемой, то есть Дата около 22.20 часов, и оцениваются как не причинившие вреда здоровью.

Таким образом, приговором суда установлено, и не подлежит доказыванию в данном деле то обстоятельство, что КЕВ в результате противоправных умышленных действий ПЕА причинил телесные повреждения, оценивающиеся как не причинившие вреда здоровью, и высказал в отношении нее угрозу убийством.

В соответствии с п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и ст. 151 настоящего Кодекса.

Согласно ст. 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В силу ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» указано, что поскольку причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда.

Пунктом 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 года N 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств, и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Разрешая требования истца, суд руководствуется положениями ст. ст. 151, 1101 ГК РФ, признает обоснованными доводы истицы о том, что в результате действий ответчика ей были причинены физические и нравственные страдания, в связи с чем, приходит к выводу, что в силу вышеназванных норм гражданского законодательства истец вправе требовать взыскания компенсации морального вреда

Удовлетворяя требования истицы, суд исходит из того, что факт совершения в отношении нее ответчиком преступления, а именно угрозы убийством, осуществление которой, учитывая конкретные действия ПЕА, потерпевшая КЕВ воспринимала реально, подтверждается вступившим в законную силу приговором суда, которым установлена вина ответчика в совершении данного преступления.

Следовательно, объектом посягательства ответчика явились жизнь и здоровье истицы, преступление было совершено с прямым умыслом с применением физической силы, путем причинения телесных повреждений, которые вреда здоровью не причинили, с высказыванием угроз убийством, что вызвало у потерпевшей страх за свою жизнь. У суда не имеется сомнений в том, что потерпевшая переживала произошедшее, испытала физическую боль, страх за свою жизнь и здоровье, впоследствии она испытала негативные эмоции.

Объяснения КЕВ, изложенные в исковом заявлении, которые также являются доказательствами по гражданскому делу, о том, что она испытала физическую боль, чувство незащищенности, унижения, страх за свою жизнь и здоровье, стороной ответчика в соответствии с требованиями ст. 56 ГПК РФ не опровергнуты.

Вместе с тем, суд не может принять во внимание в качестве обоснования размера вреда представленные стороной истца заключение по результатам психологического консультирования и обследования, представленного кабинетом психологической помощи ИП ФИО6 от Дата и справку АНО «Центр психологической помощи за отношения без насилия «Нетерпи» от Дата, поскольку причинно-следственная связь указанных обращений и действий ответчика в отношении истца, имевших место Дата, не установлена.

Однако, суд считает необходимым учесть сложившиеся между бывшими супругами сложные психологические отношения, материальное положение ответчика, имеющего алиментные обязательства перед потерпевшей на содержание общего несовершеннолетнего ребенка.

При этом, само материальное положение ответчика, как лица трудоспособного, инвалидом не являющегося, в Центре занятости на учете не состоящего, не могут являться основанием для освобождения последнего от выплаты компенсации морального вреда.

Доводы стороны ответчика о недоказанности факта причинения вреда, степени нравственных страданий потерпевшей, судом не принимаются, поскольку действия ответчика находятся в прямой причинно-следственной связи с наступившими неблагоприятными последствиями, послужившими основанием для нравственных страданий истца.

Ссылки на то, что истец злоупотребляет своим правом на взыскание с ответчика денежных средств, попытку воздействия на него (ответчика) морально, суд не может принять во внимание, поскольку обращение в суд является реализацией права гражданина, предусмотренного ст. 46 Конституции Российской Федерации, положений ст. 3 ГПК РФ о праве на обращение в суд.

С учетом указанных выше обстоятельств и степени нравственных и физических страданий истца, принимая во внимание умышленный характер действий причинителя вреда, учитывая, что КЕВ физически слабее ПЕА, обстоятельства совершения преступления, суд считает справедливым и разумным определить размер компенсации морального вреда в 70 000 рублей, что будет отвечать требованиям разумности и справедливости. В остальной части исковых требований, отказать.

В соответствии со ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, в бюджет пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

В связи с чем, с ПЕА подлежит взысканию государственная пошлина в бюджет г. Иркутска в размере 300 рублей.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

исковые требования КЕВ к ПЕА о возмещении вреда, причиненного преступлением, удовлетворить частично.

Взыскать с ПЕА в пользу КЕВ денежную компенсацию морального вреда в размере 70 000 рублей 00 копеек.

В удовлетворении остальной части исковых требований, отказать.

Взыскать с ПЕА госпошлину в бюджет города Иркутска в размере 300 рублей 00 коп.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Иркутский областной суд через Октябрьский районный суд г. Иркутска в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Е.В. Козлова

Мотивированный текст решения изготовлен 23.09.2022.