Номер дела, присвоенный судом апелляционной инстанции, 33-10418/2023

Номер дела, присвоенный судом первой инстанции, 2-3309/2022

УИД 16RS0040-01-2022-005644-46

Судья Булатова Э.А.

Учёт № 211г

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

20 июля 2023 г. г. Казань

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан в составе:

председательствующего Гаянова А.Р.,

судей Рашитова И.З., Шафигуллина Ф.Р.,

при ведении протокола судебного заседания ФИО1

рассмотрела в открытом судебном заседании по докладу судьи Гаянова А.Р. апелляционные жалобы представителя ФИО2 – ФИО3 и представителя ФИО4 – ФИО5 на решение Зеленодольского городского суда Республики Татарстан от 14 декабря 2022 года, которым постановлено:

Исковые требования ФИО4 удовлетворить частично;

Взыскать с ФИО2 (паспорт ....) в пользу ФИО4 (паспорт ....) сумму реального ущерба в размере 900 000 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 1 января 2021 года по 14 декабря 2022 года в размере 144123,28 руб., расходы по оплате госпошлины в размере 13420,28 руб.;

Взыскивать с ФИО2 (паспорт ....) в пользу ФИО4 (паспорт ....) проценты за пользование чужими денежными средствами, начиная с 15 декабря 2022 года по день фактической уплаты суммы реального ущерба в размере 900 000 руб., с учетом его уменьшения, исчисляемые из расчета ключевой ставки, установленной Банком России, действующей в соответствующие периоды;

В остальной части иска отказать.

Проверив материалы дела, заслушав объяснения представителя истца ФИО4 – ФИО5, представителя ответчика ФИО2 – ФИО3, поддержавших доводы своих апелляционных жалоб и возражавших удовлетворению апелляционных жалоб процессуальных оппонентов, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия

установила:

ФИО4 обратился в суд с иском к ФИО2 о взыскании реального ущерба.

В обоснование указал, что 4 сентября 2018 года ФИО4 приобрел у ФИО6 автокран стоимостью 900 000 руб., который предупредил, что собственником данного крана не является, формально собственником числится ФИО7 Спорный кран находился на территории Зеленодольского района в п. Васильево.

В марте 2020 года ФИО4 узнал от ФИО2, что автокран продан неизвестному лицу, в связи с чем ФИО4 обратился в правоохранительные органы.

Из постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 24 февраля 2022 года следует, что ФИО2 продал автокран неизвестным людям без заключения договора. В связи с этими незаконными действиями ФИО4 понес убытки.

Кроме того, ФИО4 длительное время является единственным кормильцем семьи, в связи с чем утеря имущества, которое должно приносить доход в сложный для него и его семьи период, вызвало чувство внутреннего психологического дискомфорта, переживания, подавленность настроения.

По этим основаниям ФИО4 просит суд взыскать с ФИО2 сумму ущерба в размере 900 000 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами по состоянию на 26 сентября 2022 года в размере 161308,78 руб., убытки в сумме 170 000 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами от суммы упущенной выгоды за период с 14 января 2020 года по 26 сентября 2022 года в сумме 32 674,55 руб., упущенную выгоду в размере 7 056 000 руб. (из расчета 220 000 руб. в месяц сдачи в аренду автокрана по состоянию на конец июля 2022 руб.), проценты за пользование чужими денежными средствами от суммы упущенной выгоды со дня вступления решения в законную силу, компенсацию морального вреда в сумме 2 000 000 руб., проценты из суммы основного долга по день фактической уплаты денежных средств с 27 сентября 2022 года на сумму 1 070 000 руб., расходы по уплате госпошлины, произвести индексацию взыскиваемых по решению суда денежных сумм в соответствии со ст. 208 ГК Российской Федерации.

В судебном заседании представитель ФИО4 - ФИО5 иск поддержал.

Представитель ФИО2 – ФИО3 иск не признала, пояснив, что ответчик не является собственником крана и каких-либо действий по заключению договора купли-продажи автокрана не совершал. Ответчик не является хранителем имущества истца, ни письменный, ни устный договор о хранении автокрана стороны не заключали, в связи с чем ответчик не может нести ответственность за возможную утрату вещи.

Суд первой инстанции иск ФИО4 удовлетворил частично в приведенной выше формулировке.

В апелляционной жалобе представителя ФИО4 ставится вопрос об отмене решения суда в части отказа в удовлетворении исковых требований. В обоснование указывается, что вывод суда первой инстанции о том, что взыскание убытков в размере 170 000 руб. и процентов, начисленных на эту сумму, может повлечь неосновательное обогащение, не обоснован, поскольку ФИО2 лично подтвердил получение дохода, продав автокран за указанную сумму, данный доход ответчика подлежит возмещению истцу как убытки. Также не основан на законе отказ суда первой инстанции в возмещении упущенной выгоды в сумме 220 000 руб. по мотиву того, что намерение ФИО4 сдавать транспортное средство носят вероятный характер, построенный на предположениях. Основным видом деятельности ФИО4 и принадлежащего ему юридического лица является аренда и лизинг строительных машин и оборудования. ФИО4, обращаясь в правоохранительные органы, указал, что с приобретенным автокраном намеревался работать через принадлежащую ему ООО «РК-Групп». В ЕГРЮЛ в качестве основного кода у ООО «РК-Групп» указано: «Строительство коммунальных объектов для обеспечения электроэнергией и телекоммуникациями». Таким образом, доказано намерение ФИО4 по сдаче автокрана в аренду для получения прибыли. Помимо этого, в жалобе указывается на незаконный отказ во взыскании компенсации морального вреда по мотивам, приведенным в обоснование искового заявления.

В апелляционной жалобе представителя ФИО2 ставится вопрос об отмене решения суда как незаконного и принятии нового решения об отказе в иске. В обоснование указывается, что из постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 24 февраля 2022 года следует, что между ФИО4, ФИО2, ФИО6 и ФИО8 было соглашение об осуществлении совместной деятельности. С целью её осуществления и извлечения соответствующего дохода от использования имущества они объединились, каждый вложил при этом по 1 500 000 руб. либо имущество, эквивалентное указанной сумме. Вкладом ФИО4 в общее дело являлось, в том числе, предоставление автокрана КСЗ 5 714. Для использования совместного имущества, извлечения дохода ФИО4, ФИО2, ФИО6 и ФИО8 через ФИО9 были наняты рабочие. В последующем, как указано в постановлении, ФИО2 от использования автокрана КСЗ5714 получил доход в сумме 170 000 руб., который был передан по согласованию с ФИО4, ФИО6 и ФИО8 ФИО9 для последующей передачи рабочим за выполненную в интересах указанных лиц работу.

Следовательно, ФИО2 действовал, в том числе в интересах ФИО4, ФИО6 и ФИО8 на основании ранее достигнутой договоренности. Факт нахождения в марте 2020 года спорного автокрана с ключами и документами на территории, используемой ФИО4, ФИО2, ФИО6 и ФИО8, свидетельствует об их совместной деятельности.

Кроме того, из постановления об отказе в возбуждении уголовного дела видно, что указанный кран был приобретен ФИО6 у ФИО7 в тот же день, что и день его продажи ФИО4, а именно 4 сентября 2018 года. До настоящего времени и до марта 2020 года ФИО4 не поставил на учет спорное транспортное средство. До настоящее времени в органах ГИБДД собственником спорного автокрана указан ФИО7 Указанное свидетельствует о формальности заключения договора купли-продажи между ФИО4 и ФИО6

Дело в апелляционном порядке согласно ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК Российской Федерации) рассмотрено в отсутствие лиц, участвующих в деле, извещённых о времени и месте судебного заседания надлежащим образом и не сообщивших суду об уважительных причинах неявки.

Проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции с учетом доводов, изложенных в апелляционных жалобах представителя ФИО4 и представителя ФИО2, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

В соответствии с п. 1 ст. 454 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК Российской Федерации) по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

Согласно п. 1, 3 ст. 485 ГК Российской Федерации покупатель обязан оплатить товар по цене, предусмотренной договором купли-продажи, либо, если она договором не предусмотрена и не может быть определена исходя из его условий, по цене, определяемой в соответствии с п. 3 ст. 424 указанного Кодекса, а также совершить за свой счет действия, которые в соответствии с законом, иными правовыми актами, договором или обычно предъявляемыми требованиями необходимы для осуществления платежа. Если договор купли-продажи предусматривает, что цена товара подлежит изменению в зависимости от показателей, обусловливающих цену товара (себестоимость, затраты и т.п.), но при этом не определен способ пересмотра цены, цена определяется исходя из соотношения этих показателей на момент заключения договора и на момент передачи товара.

В соответствии с п. 1,4 ст. 421 ГК Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.

Согласно п. 1, 2 ст. 424 ГК Российской Федерации исполнение договора оплачивается по цене, установленной соглашением сторон. Изменение цены после заключения договора допускается в случаях и на условиях, предусмотренных договором, законом либо в установленном законом порядке.

В силу п. 1 ст. 425 ГК Российской Федерации договор вступает в силу и становится обязательным для сторон с момента его заключения.

В силу ст. 432 ГК Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

В силу ст. 15 ГК Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере; под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии со ст. 1064 ГК Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Как разъяснено в п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации " истец должен доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факт причинения вреда и наличие убытков.

Как следует из материалов дела, 4 сентября 2018 года между ФИО7 и ФИО6 заключен договор купли-продажи транспортного средства, по условиям которого продавец ФИО7 передал в собственность покупателю ФИО6 транспортное средство автокран, модель 236М24, номер двигателя 0053399, VIN ...., кузов ...., цвет: оранжевый (далее – спорный автокран). Стоимость транспортного средства составляет 900 000 руб. Право собственности на транспортное средство переходит к покупателю с момента подписания данного договора.

В этот же день, 4 сентября 2018 года, между ФИО4 и ФИО6 заключен договор купли-продажи транспортного средства, по условиям которого продавец ФИО6 передал в собственность покупателю ФИО4 спорный автокран. Стоимость транспортного средства составляет 900 000 руб. Право собственности на транспортное средство переходит к покупателю с момента подписания данного договора.

5 апреля 2021 ФИО4 обратился в дежурную часть ОМВД России по Зелеондольскому району с заявлением по факту незаконной продажи ФИО2 принадлежащего ему спорного автокрана.

Из материала проверки, предоставленного Отделом МВД России по Зеленодольскому району (КУСП № 11673 от 05.04.2021, КУСП № 12775 от 13.04.2021), усматривается следующее.

Согласно объяснениям ФИО4, в сентябре 2018 года им был приобретен автокран, который он приобрел для ведения бизнеса через свою компанию ООО «РК-Групп». Поиском и покупкой автокрана занимался его знакомый ФИО6 ФИО6 на основании договора купли-продажи приобрел у ФИО7 автокран за 900000руб., последний также передал ФИО6 ключи, ПТС и свидетельство о регистрации на транспортное средство. В последующем ФИО4 выкупил автокран у ФИО6, с учета в ГИБДД автокран не снимался и до сих пор числится на ФИО7 Автокран хранился им на территории базы, расположенной по адресу: <адрес>, где ФИО2 арендовал часть помещений. Документы на автокран находились внутри кабины. В марте 2020 года ФИО2 позвонил ФИО4 и сообщил, что он продал автокран, в связи с тем, что у него имелись долги, которые надо было срочно погасить и заверил, что в ближайшее время вернет ему деньги за автокран. Деньги за автокран до настоящего времени так и не вернул.

Из объяснений ФИО2 следует, что в 2018 году познакомился с ФИО4, ФИО6, ФИО8, с которыми решили вложиться в дело по демонтажу закрытых ракетных шахт в РМЭ. Они должны были разобрать металлоконструкции и сдать их в металлоприемку. Для работы приобрели необходимую специальную технику и оборудование, в том числе автокран на базе а/м Урал, для чего они вчетвером сложились по 1500000 руб. Оборудование и техника была перевезена в лес к шахте, ими были наняты рабочие. Но в шахте оказалось не так много металла, как ожидалось, поэтому дело оказалось нерентабельным. У автокрана лопнула рама, повредилась стрела и колесные оси. На буксире автокран был довезен до стоянки, расположенной на территории базы по адресу: <адрес>. В 2019 году ФИО2 автокран продал за наличный расчет за 170 000 руб. перекупщикам из г. Казани, перед продажей автокрана позвонил ФИО4, ФИО6, ФИО8, чтобы предупредить их о продаже. Все участники были согласны. Вырученные денежные средства раздал рабочим. Он распорядился автокраном, поскольку также был собственником данного транспортного средства.

Из объяснений ФИО6 следует, что в 2018 году он совместно с ФИО4, ФИО2, ФИО8 решили вложиться в дело по демонтажу закрытых ракетных шахт в РМЭ, для чего сложились по 1500000 руб. и приобрели необходимую специальную технику и оборудование, в том числе автокран на базе а/м Урал. Автокран купил он, оформив договор купли-продажи. Оборудование и техника была перевезена в лес к шахте. Позже проект по демонтажу шахт показался им не рентабельным и автокран перегнали в п.Васильево. В 2019 году ему стало известно, что автокран ФИО2 продал, кому и куда он не знает, претензий не имеет.

ФИО8 пояснил, что со своими знакомыми ФИО4, ФИО2, ФИО6 покупали автокран для работы. После того как работы закончились, необходимо было расплатиться с рабочими, и он решил продать этот автокран. ФИО2 всех обзвонил и предупредил, что будет продавать автокран. Никто на тот момент претензий не имел.

Постановлением и.о. дознавателя ОД МВД России по Зеленодольскому району от 14 апреля 2021 года в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО2 по факту самоуправства было отказано за отсутствием состава преступления, а также отказано возбуждении уголовного дела в отношении ФИО4 по факту заведомо ложного доноса.

Суд первой инстанции, удовлетворяя иск ФИО4 частично, исходил из того, что факт распоряжения ФИО2 спорным транспортным средством подтвержден, ФИО2 произвел отчуждение принадлежащего ФИО4 автокрана без ведома и согласия последнего, в связи с чем у ФИО4 возник ущерб в размере стоимости автокрана.

Суд апелляционной инстанции считает, что выводы суда первой инстанции соответствуют обстоятельствам дела и основаны на правильном применении норм материального права.

Доводы апелляционных жалоб сторон о несогласии с указанными выводами суда первой инстанции не могут повлечь за собой отмену принятого решения.

В силу п. 1 и абз. 1 п. 2 ст. 223 ГК Российской Федерации право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором. В случаях, когда отчуждение имущества подлежит государственной регистрации, право собственности у приобретателя возникает с момента такой регистрации, если иное не установлено законом.

По делу установлено, что на основании договора купли-продажи от 04.09.2018 истец является собственником спорного автокрана, право собственности перешло с момента подписания договора (пункт 1.2 договора купли-продажи, л.д. 11). Отсутствие регистрационного учета автокрана на имя истца в органах Государственной инспекции безопасности дорожного движения в данном случае не имеет правового значения, поскольку данный договор купли-продажи и право собственности истца никем не оспорены, действующим нормативно-правовым регулированием обязательная государственная регистрация перехода права собственности на транспортные средства не предусмотрена.

В результате неправомерных действий ответчика по отчуждению автокрана третьим лицам истцу причинен ущерб в размере стоимости автокрана, данная сумма обоснованно взыскана с ответчика в пользу истца.

Довод апелляционной жалобы ответчика о том, что автокран на момент продажи ответчиком был сломан, основан лишь на объяснениях самого ответчика в рамках рассмотрения настоящего гражданского дела и при проверке сообщения о преступлении (постановление и.о. дознавателя ОД МВД России по Зеленодольскому району от 14 апреля 2021 года об отказе в возбуждении уголовного дела, л.д.14 об.), иными доказательствами данный довод не подтверждается.

Довод апелляционной жалобы истца о наличии оснований для взыскания с ответчика убытков в размере полученных ответчиком от продажи автокрана 170 000 руб. и процентов, начисленных на эту сумму, подлежит отклонению в силу следующего.

В силу абзаца 2 пункта 2 статьи 15 ГК Российской Федерации, если лицо, нарушившее право, получило вследствие этого доходы, лицо, право которого нарушено, вправе требовать возмещения наряду с другими убытками упущенной выгоды в размере не меньшем, чем такие доходы.

Соответственно, с нарушившего право лица могут быть взысканы не сами полученные им доходы, а упущенная выгода в не меньшем размере.

Согласно договорам купли-продажи автокрана его стоимость в сентябре 2018 г. составляла сумму 900 000 руб., данная сумма полностью взыскана с ответчика в пользу истца, доказательств наличия у истца упущенной выгоды сверх стоимости автокрана не имеется.

В силу пункта 4 статьи 393 ГК Российской Федерации при определении упущенной выгоды учитываются предпринятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления.

Как разъяснено в пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по смыслу статьи 15 ГК Российской Федерации, упущенной выгодой является неполученный доход, на который увеличилась бы имущественная масса лица, право которого нарушено, если бы нарушения не было. При рассмотрении дел о возмещении убытков следует иметь в виду, что положение пункта 4 статьи 393 ГК Российской Федерации, согласно которому при определении упущенной выгоды учитываются предпринятые стороной для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления, не означает, что в состав подлежащих возмещению убытков могут входить только расходы на осуществление таких мер и приготовлений.

По делу установлено, что спорный автокран до его неправомерного отчуждения ответчиком находился на базе в пгт. Васильево и не использовался, сведений о том, что истец предпринимал реальные меры для сдачи автокрана в аренду и приготовил автокран к этому (проверил техническое состояние, провел техническое обслуживание, разместил объявление о сдаче в аренду спорного автокрана), в деле не имеется.

Также подлежат отклонению доводы апелляционной жалобы истца о необоснованном отказе в компенсации морального вреда, поскольку помимо ссылки истца на то, что он является единственным кормильцем семьи, что утеря имущества, которое должно приносить доход в сложный для него и его семьи период, вызвало чувство внутреннего психологического дискомфорта, переживания, подавленность настроения, каких-либо доказательств в обоснование данного требования не предоставлено. В данном случае спор возник в связи с осуществлением сторонами обычной хозяйственной деятельности с целью извлечения прибыли, сведений о нарушении ответчиком неимущественных прав и нематериальных благ ответчика по делу не добыто.

Доводы апелляционных жалоб сторон сводятся к переоценке доказательств и иному толкованию законодательства, аналогичны обстоятельствам, на которые ссылались стороны в суде первой инстанции в обоснование своих требований и возражений, они были предметом внимания суда первой инстанции и им дана надлежащая правовая оценка на основании исследования в судебном заседании всех представленных участниками процесса доказательств в их совокупности в соответствии со статьей 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Имеющие правовое значение обстоятельства судом определены правильно, представленным доказательствам дана надлежащая оценка, применен материальный закон, регулирующий возникшие между сторонами отношения, существенного нарушения норм процессуального права не допущено, в связи с чем оснований для отмены решения суда первой инстанции в апелляционном порядке не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 199, 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Зеленодольского городского суда Республики Татарстан от 14 декабря 2022 года по данному делу оставить без изменения, апелляционные жалобы представителя ФИО2 – ФИО3 и представителя ФИО4 – ФИО5 – без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в срок, не превышающий трех месяцев, в Шестой кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции.

Апелляционное определение принято в окончательной форме 27 июля 2023 года.

Председательствующий

Судьи