Апелляционное определение по делу № 2-2767/2022 от 27.09.2023

ВЕРХОВНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ КРЫМ

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 27 сентября 2023 года по делу № 33-354/2023

Судья в 1-й инстанции Голубева Н.О. дело № 2-2767/2022

УИД 91RS0004-01-2021-003162-40

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Крым в составе:

председательствующего судьи

Гоцкалюка В.Д.

Судей

Калюбиной А.Г..

ФИО1

при секретаре

ФИО2.

заслушав в открытом судебном заседании в городе Симферополе по докладу судьи В.Д. Гоцкалюка гражданское дело по иску ФИО3 к ФИО4,, ФИО5, Администрации города Алушта Республики Крым, третьи лица: Государственный комитет по государственной регистрации и кадастру Республики Крым, нотариус Ялтинского городского нотариального округа Горелик К.О,, отдел Министерства внутренних дел России по городу Алушта о признании сделок недействительными, применении последствий недействительности сделок, признании права собственности,

по апелляционной жалобе представителя ФИО3 – ФИО6 на решение Алуштинского городского суда Республики Крым от 25 августа 2022 года,

установил а:

ФИО3 обратился в суд с иском к ФИО4,, ФИО5, Администрации города Алушта Республики Крым, третьи лица: Государственный комитет по государственной регистрации и кадастру Республики Крым, нотариус Ялтинского городского нотариального округа Горелик К.О,, отдел Министерства внутренних дел России по городу Алушта, в последующем истец уточнил заявленные требования и окончательно просил:

- признать недействительным договора дарения земельного участка, заключенный 10 апреля 2020 года между ФИО3 и ФИО4,, согласно которому ФИО3 безвозмездно передал в собственность ФИО4, земельный участок площадью 73 кв.м., предоставленный для хранения автотранспорта, с кадастровым номером №, находящийся в <адрес>;

- применить последствия недействительности сделки путем прекращения права собственности ФИО4, на земельный участок площадью 73 кв.м., предоставленный для хранения автотранспорта, с кадастровым номером №, находящийся в <адрес>;

- признать право собственности ФИО3 на земельный участок площадью 73 кв.м., предоставленный для хранения автотранспорта, с кадастровым номером №, находящийся в <адрес>;

- признать недействительным договор дарения квартиры в многоквартирном доме, заключенный 10 апреля 2020 года между ФИО3 и ФИО4,, согласно которому ФИО3 безвозмездно передал в собственность ФИО4, жилое помещение (квартиру) в многоквартирном доме, находящееся по адресу: <адрес> (кадастровый помер объекта: №);

- признать недействительным договор дарения квартиры в многоквартирном доме, заключенный 25 июля 2021 года между ФИО4, и ФИО5, согласно которому ФИО4, безвозмездно передала в собственность ФИО5 жилое помещение (квартиру) в многоквартирном доме, находящееся по адресу: <адрес> (кадастровый номер объекта: №);

- применить последствия недействительности сделки путем прекращения права собственности ФИО5 на жилое помещение (квартиру) в многоквартирном доме, находящееся по адресу: <адрес> (кадастровый номер объекта: №);

- признать право собственности ФИО3 на жилое помещение (квартиру) в многоквартирном доме, находящееся по адресу: <адрес> (кадастровый номер объекта: №);

- признать недействительным договор передачи прав и обязанностей арендатора по договору аренды земельного участка, заключенный 20 августа 2019 года между ФИО3 и ФИО4,, согласно которому ФИО3 передал новому арендатору - ФИО4, права и обязанности, предусмотренные договором аренды земельного участка от 15 февраля 2017 года, зарегистрированного в Государственном комитете по государственной регистрации и кадастру Республики Крым под №;

- признать недействительным договор купли-продажи земельного участка, заключенный 08 декабря 2021 года между Администрацией города Алушты Республики Крым и ФИО4, земельный участок: местоположение (адрес): <адрес>; кадастровый №; площадь: 300 кв.м.; категория земель: земли населенных пунктов; вид разрешенного использования: для индивидуального жилищного строительства;

- применить последствия недействительности сделки путем прекращения права собственности ФИО4, на земельный участок: местоположение (адрес): <адрес>; кадастровый №; площадь: 300 кв.м.; категория земель: земли населенных пунктов; вид разрешенного использования: для индивидуального жилищного строительства.

Требования мотивированы тем, что ФИО3 в период с 2001 года по 2017 год приобретено в собственность следующее недвижимое имущество:

- 19 декабря 2001 года по договору купли-продажи от 19 декабря 2001 года, удостоверенного частным нотариусом ФИО7 Алуштинского городского нотариального округа <адрес>;

- 18 мая 2009 года на основании решения Алуштинского сельского Совета 19 сессии 5 созыва от 27 июня 2008 года № 19-77 получен государственный акт на право собственности на земельный участок серии ЯЖ №, зарегистрированный в Книге записей регистрации государственных актов на право собственности на землю и на право постоянного пользования землей, договоров аренды земли по №, на земельный участок, расположенный по адресу: <адрес>, площадью 756 кв.м., кадастровый №;

- 23 октября 2015 года на основании постановления Администрации города Алушты «О предоставлении земельного участка бесплатно в собственность гражданину ФИО3» № 1414 от 23 октября 2015 года земельный участок площадью 73 кв.м, с кадастровым номером №, находящийся в <адрес>.

15 февраля 2017 года ФИО3 заключил с Администрацией города Алушты Республики Крым сроком на 20 лет договор аренды земельного участка площадью 300 кв.м из земель, находящихся в собственности муниципального образования городской округ Алушта, категории земель - земли населенных пунктов, вид разрешенного использования земельного участка - для индивидуального жилищного строительства, кадастровый №, расположенный по адресу: <адрес>.

19 января 2019 года между ФИО3, и ФИО4, Алуштинским городским отделом записи актов гражданского состояния Департамента записи актов гражданского состояния Министерства юстиции Республики Крым зарегистрирован брак, о чем произведена актовая запись №.

15 июля 2019 года, будучи введенным в заблуждение о реальности намерений ФИО4, под влиянием уговоров со стороны ФИО4, ФИО3 произвел отчуждение в пользу ФИО8 по договору купли-продажи, удостоверенного нотариусом Ялтинского городского нотариального округа Республики Крым ФИО9 по реестру № 82/42-н/82-2019-2-253, земельного участка, расположенного по адресу: <адрес>, кадастровый №.

Денежные средства, полученные от реализации данного земельного участка, приобретенного до брака с ФИО4, полностью реализованы для строительства двухэтажного дома на земельном участке с кадастровым номером №, расположенном по адресу: <адрес>.

Кроме того, под влиянием уговоров ФИО4 с целью получения денежных средств для строительства дома на земельном участке с кадастровым номером №, расположенном по адресу: <адрес> произошла также реализация принадлежащих ему двух транспортных средств.

19 августа 2019 года ФИО4, получив денежные средства, необходимые для строительства жилого дома, в результате реализации, принадлежащего ФИО3 имущества, приобретенного им до брака с ФИО4, путем уговоров, ссылаясь на преклонный возраст, трудности в передвижении, отсутствие познаний в регистрации объектов недвижимости, введя в заблуждение о временности сделки, организовала регистрацию в Многофункциональном центре Договора передачи прав и обязанностей арендатора по договору аренды земельного участка от 15 февраля 2017 года, зарегистрированного в Государственном комитете по государственной регистрации и кадастру Республики Крым под №.

При этом ФИО3 неизвестно о наличии согласия на передачу прав и обязанностей арендатора по договору аренды земельного участка от 15 февраля 2017 года со стороны Администрации города Алушты Республики Крым, поскольку он с таким уведомлением не обращался и ему никто о последствиях передачи прав и обязанностей по договору аренды земельного участка не разъяснял.

10 апреля 2020 года на основании договора дарения квартиры в многоквартирном доме ФИО3 безвозмездно передал в собственность ФИО4 <адрес> (кадастровый номер объекта: №)

Действительной воли на выбытие всего принадлежащего ФИО3 имущества не имел, о реальных последствиях, совершаемых им сделок не знал, намерения остаться без жилья и всего имущества, что им приобреталось на протяжении почти двадцати лет не имел.

В результате оспариваемых сделок ФИО3 не только лишился всего имущества, приобретенного им до брака с ФИО4, но и остался без жилья.

ФИО4, завладев в результате обманных действий всем принадлежащим до брака с ней ФИО3 имуществом, 18 мая 2020 года обратилась к мировому судье судебного участка № 23 Алуштинского судебного района (г.о. Алушта) Республики Крым ФИО10 с требованиями о расторжении брака.

В нарушение положений части 2 статьи 23 Семейного кодекса Российской Федерации в поспешном порядке мировым судьей судебного участка № 23 Алуштинского судебного района (г.о. Алушта) Республики Крым ФИО10 до истечения, предусмотренного законодателем месячного срока для рассмотрения дел данной категории, удовлетворены требования и брак между супругами ФИО3 и ФИО4, - расторгнут.

ФИО3 не знал на протяжении года о том, что после выбытия из его собственности всего принадлежавшего ему имущества в пользу ФИО4, брак с ФИО4 расторгнут.

ФИО3 не имел действительной воли на передачу в дар ФИО4 <адрес>, и земельного участка площадью 73 кв.м, с кадастровым номером №, находящийся в <адрес>, а также не имел намерение передать ФИО4 прав и обязанностей по договору аренды земельного участка для индивидуального жилищного строительства, кадастровый №, расположенный по адресу: <адрес>, при этом целью всех оспариваемых сделок со стороны не являлось намерение передать в дар ФИО4 всех объектов недвижимости и имеющихся у истца прав в рамках договора аренды, а также ФИО3 не располагал о правовых последствий осуществляемых им сделок. Все оспариваемые сделки оформлены исключительно по инициативе ФИО4 и не отражают волеизъявление ФИО3, совершены вследствие его заблуждения, которое является существенным, и под влиянием обмана.

Поскольку с очевидностью следует, что ФИО5 знала об отсутствии у ФИО4 права распоряжаться спорной <адрес>, приобретая по безвозмездной сделке ей достоверно было известно о пороках заключаемого договора, в связи с чем ФИО5 не является добросовестным приобретателем.

Решением Алуштинского городского суда Республики Крым от 25 августа 2022 года в удовлетворении иска ФИО3 – отказано.

В апелляционной жалобе представитель ФИО3 – ФИО6 просит отменить решение суда первой инстанции, принять по делу новое решение об удовлетворении иска в полном объеме. Обжалуемое решение считает принятым с нарушением норм материального права, регулирующих спорные отношения сторон, несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам дела.

Заслушав докладчика, пояснения лиц явившихся в судебное заседание, проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, в соответствии со статьей 327-1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к следующему.

Из содержания положений статьи 11 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации следует, что суд обязан разрешать дела на основании Конституции Российской Федерации, международных договоров Российской Федерации, федеральных конституционных законов, федеральных законов, иных нормативных правовых актов Российской Федерации, ее субъектов и органов местного самоуправления.

В соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации апелляционное производство как один из процессуальных способов пересмотра не вступивших в законную силу судебных постановлений, предполагает проверку законности и обоснованности решения суда первой инстанции исходя из доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления. Суд оценивает имеющиеся в деле, а также дополнительно представленные доказательства, если признает, что они не могли быть представлены стороной в суд первой инстанции; подтверждает указанные в обжалованном решении суда факты и правоотношения или устанавливает новые факты и правоотношения.

Согласно части 1 статьи 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации решение суда должно быть законным и обоснованным.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О судебном решении» № 23 от 19 декабря 2003 года, решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (часть 1 статьи 1, часть 3 статьи 11 ГПК РФ).

Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании, а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

Обжалуемое решение суда первой инстанции, по мнению судебной коллегии, соответствует изложенным требованиям.

В силу статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам.

Согласно пункту 1 статьи 420 Гражданского кодекса Российской Федерации договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

В силу пункта 1 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

Признание оспоримой сделки недействительной и применение последствий ее недействительности, а также применение последствий недействительности ничтожной сделки в качестве защиты гражданских прав осуществляются в соответствии со статьями 166 - 181 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно части 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В силу части 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 данной статьи, суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

В пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. №25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По общему правилу части 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Согласно пункту 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Согласно пункту 86 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

По смыслу приведенных норм Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации для признания сделки недействительной на основании ст. 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также для признания сделки мнимой на основании ст. 170 этого же кодекса необходимо установить, что стороны сделки действовали недобросовестно, в обход закона и не имели намерения совершить сделку в действительности.

В силу части 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки.

Обман представляет собой умышленное введение другой стороны в заблуждение с целью вступить в сделку. Заинтересованная в совершении сделки сторона преднамеренно создает у потерпевшего, не соответствующие действительности представление о характере сделки, ее условиях, личности участников, предмете, других обстоятельствах, влияющих на его решение. При совершении сделки под влиянием обмана формирование воли потерпевшего происходит не свободно, а вынужденно, под влиянием недобросовестных действий контрагента, заключающихся в умышленном создании у потерпевшего ложного представления об обстоятельствах, имеющих для заключения сделки.

Как разъяснено в пункте 99 Постановления Пленума Верховного Суда РФ «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман.

Положениями статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если: сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.; сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные; сторона заблуждается в отношении природы сделки; сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой; сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

Заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной.

Суд может отказать в признании сделки недействительной, если заблуждение, под влиянием которого действовала сторона сделки, было таким, что его не могло бы распознать лицо, действующее с обычной осмотрительностью и с учетом содержания сделки, сопутствующих обстоятельств и особенностей сторон.

По смыслу указанной статьи, заблуждение может проявляться в том числе в отношении обстоятельств, влияющих на решение того или иного лица совершить сделку.

В подобных случаях воля стороны, направленная на совершение сделки, формируется на основании неправильных представлений о тех или иных обстоятельствах, а заблуждение может выражаться в незнании каких-либо обстоятельств или обладании недостоверной информацией о таких обстоятельствах.

В соответствии с частью 1 статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

18 мая 2020 года ФИО4 обратилась к мировому судье судебного участка №23 Алуштинского судебного района с исковым заявлением о расторжении брака с ФИО3 В тексте данного искового заявления она указала, что 19 января 2019 года между ней и ФИО3 был зарегистрирован брак, в настоящее время семейные отношения прекратились, общее хозяйство не ведется с февраля 2020 года.

Решением мирового судьи судебного участка №23 Алуштинского судебного района (г.о.Алушта) Республики Крым от 03 июня 2020 года брак зарегистрированный 19 января 2019 года Алуштинским городским отделом записи актов гражданского состояния Департамента записи актов гражданского состояния Министерства юстиции Республики Крым по актовой записи № между ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения и ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения расторгнут.

До регистрации настоящего брака истец приобрел следующее недвижимое имущество.

19 декабря 2001 года по договору купли-продажи от 19 декабря 2001 года, удостоверенного частным нотариусом ФИО7 Алуштинского городского нотариального округа г. Алушты, ФИО3 приобрел <адрес>.

18 мая 2009 года на основании решения Алуштинского сельского Совета 19 сессии 5 созыва от 27 июня 2008 года № 19-77 истцом получен государственный акт на право собственности на земельный участок, расположенный по адресу: <адрес>, площадью 756 кв.м., кадастровый №.

23 октября 2015 года на основании постановления Администрации города Алушты «О предоставлении земельного участка бесплатно в собственность гражданину ФИО3» № 1414 от 23 октября 2015 года ФИО3 предоставлен в собственность земельный участок площадью 73 кв.м, с кадастровым номером №, расположенный по адресу: <адрес>. Представлен акт приема-передачи земельного участка от 16 февраля 2016 года.

Данный договор заключен на основании постановления Администрации города Алушта №2208 от 20 июля 2016 года «О заключении договора аренды земельного участка с гр.ФИО3 в порядке завершения оформления права».

Право собственности муниципального образования городской округ Алушта на данный земельный участок на момент заключения договора аренды подтверждалось выпиской из реестра имущества муниципального образования городской округ Алушта от 14 февраля 2017 года.

Регистрация права собственности и аренды истца на данные объекты недвижимого имущества до заключения оспариваемых договоров подтверждается соответствующими выписками из Единого государственного реестра недвижимости и реестровыми делами на данные объекты.

16 июля 2019 года ФИО3 продал ФИО8 земельный участок, расположенный по адресу: <адрес>, кадастровый №, что подтверждается договором купли-продажи удостоверенным нотариусом Ялтинского городского нотариального округа Республики Крым ФИО9 по реестру № №. Договор подписан собственноручно истцом. Стоимость недвижимого имущества была определена в 1 750 000 рублей.

20 августа 2019 года ФИО3 заключил с ФИО4 договор передачи прав и обязанностей арендатора по договору аренды земельного участка от 15 февраля 2017 года, зарегистрированного в Государственном комитете по государственной регистрации и кадастру Республики Крым под № в отношении земельного участка категории земель-земли населенных пунктов, вид разрешенного использования - для индивидуального жилищного строительства с кадастровым номером №, расположенного по адресу: <адрес>. На участке отсутствуют объекты недвижимого имущества (п.1,2) Арендатор обязался передать новому арендатору все необходимые документы, подтверждающие его права: договор аренды участка от 15 февраля 2017 года, со всеми приложениями являющимися его неотъемлемой частью, (п.5) Уступка прав требования, осуществляемая по настоящему договору является безвозмездной.(п.6) Обязанность уведомить Администрацию г.Алушта о смене арендатора была возложена на ФИО4. (п.7) ФИО3 уполномочил ФИО4 осуществить регистрацию данного договора в Государственном комитете по государственной регистрации и кадастру Республики Крым.(п.8)

Договор зарегистрирован в Государственном комитете по государственной регистрации и кадастру Республики Крым.

17 декабря 2019 года ФИО4 уведомила Администрацию г.Алушта о переходе прав арендатора.

Представлены квитанции об оплате арендной платы за земельный участок ФИО4

На основании обращения ФИО4 от 03 октября 2019 года был составлен градостроительный план земельного участка

Согласно справки от 26 февраля 2020 года филиала ГУП РК «Крым БТИ» в г.Симферополь учреждение полагает возможным присвоить объекту недвижимого имущества - земельному участку с кадастровым номером № почтовый адрес: <адрес>, который должен быть утвержден постановлением Администрации города Алушта.

Постановлением Администрации города Алушта от 09 июля 2020 года №1977 земельному участку площадью 300 кв.м, с кадастровым номером № присвоен адрес: <адрес>

08 декабря 2021 года Администрацией города Алушта в лице главы администрации города Алушта ФИО11.(продавец) и ФИО4(покупатель) заключен договор купли-продажи земельного участка с кадастровым номером : №.

Данный договор заключен на основании постановления Администрации города Алушта от 01 декабря 2021 года №3107 «О продаже земельного участка, находящегося в муниципальной собственности, расположенного по адресу: <адрес> гр. ФИО4 без проведения торгов».

Справкой от 13 декабря 2021 года Администрация города Алушта подтверждает отсутствие залога по договору купли-продажи земельного участка и поступление денежных средств от ФИО4 за земельный участок в сумме 168490,20 рублей. Также представлена квитанция №115 от 10 декабря 2021 года.

Сведения о переходе права собственности отражены в выписке из Единого государственного реестра недвижимости.

Кроме того ФИО4 21 февраля 2020 года заключен с ГУП РК «Крымэнерго» договор электроснабжения о поставке электрической энергии на данный земельный участок. Представлен соответствующий акт технологического присоединения.

28 июня 2021 года ФИО4 заключен договор с ГУП РК «Крымгазсети» на проведение проектных работ по технологическому присоединению в границах участка заявителя по адресу: <адрес>.

10 апреля 2020 года на основании договора дарения земельного участка ФИО3 передал безвозмездно в собственность ФИО4 земельный участок площадью 73 кв.м., предоставленный для хранения автотранспорта, с кадастровым номером №, находящийся в <адрес>. Земельный участок передан дарителем одаряемой до подписания договора.(п.6) Настоящий договор содержит весь объем соглашений между сторонами в отношении предмета настоящего договора, отменяет и делает недействительными все другие обязательства или представления, которые могли быть приняты и сделаны сторонами, будь то в устной или письменной форме до заключения настоящего договора, (п.9) Стороны договора подтвердили, что не лишены дееспособности, не состоят под опекой и попечительством, не страдают заболеваниями, препятствующими осознать суть договора, а также отсутствуют обстоятельства, вынуждающие совершить данный договор на крайне невыгодных для себя условиях..(п. 10) Право собственности на земельный участок переходит от дарителя к одаряемому с момента государственной регистрации права (п. 12).

10 апреля 2020 года на основании договора дарения квартиры в многоквартирном доме ФИО3 безвозмездно передал в собственность ФИО4 <адрес> (кадастровый номер объекта: №). Передача квартиры дарителем и принятие ее одаряемой осуществлена до подписания настоящего договора (п.1.5) Одаряемый одновременно с получением квартиры принимает обязательства по ее содержанию и содержанию общего имущества многоквартирного дома.(п.2.1) Договор вступает в законную силу и считается заключенным с момента государственной регистрации в Государственном комитете по государственной регистрации и кадастру Республики Крым (п.5.1) Стороны договора подтвердили, что не лишены дееспособности, не состоят под опекой и попечительство, не страдают заболеваниями, препятствующими осознать суть Договора, а также отсутствуют обстоятельства, принуждающие совершить данный договор, (п.6.3)

20 апреля 2021 года ФИО4 подписан акт-приема выполненных работ от 20 апреля 2021 года на техническое обслуживание и ремонт внутридомового газового оборудования в данной квартире.

30 июня 2020 года ею заключен договор поставки газа для обеспечения коммунально-бытовых нужд граждан № и договор о техническом обслуживании, ремонте внутридомового и газового оборудования в <адрес>.

24 марта 2020 года ФИО4 заключен договор с ГУП РК «Вода Крыма» холодного водоснабжения и (или) водоотведения с собственником и (или) пользователем квартиры (занимаемого помещения) №.

03 июля 2020 года ответчиком ФИО4 заключен с ГУП РК «Крымэнерго» договор № о продаже электрической энергии потребителю и оплате потребленной энергии потребителем по адресу: <адрес>.

Представлены абонентские книжки, подтверждающие несение ФИО4 расходов на оплату услуг по поставке электроэнергии, поставке природного газа, за водоснабжение и водоотведение

25 июля 2021 года ФИО4 подарила, а ФИО5 приняла в дар <адрес> (кадастровый номер объекта: №), что подтверждается договором дарения от 25 июля 2021 года., выпиской из Единого государственного реестра недвижимости.

09 декабря 2021 года ФИО5 заключен договор холодного водоснабжения и (или) водоотведения с собственником и (или) пользователем квартиры (занимаемого помещения) № в отношении <адрес>.

19 января 2022 года ею заключен договор поставки газа.

Представлены абонентские книжки, подтверждающие несение ФИО5 расходов на оплату услуг по поставке газа, водоснабжению, поставку электроэнергии.

17 июня 2021 года, 06 сентября 2021 года, 09 ноября 2021 года должностными лицами ОМВД РФ по г.Алушта были вынесены постановления об отказе в возбуждении уголовного дела по заявлению ФИО3 против ФИО4 по фактам пропажи документов, удостоверяющих личность, банковской карты по признакам преступлений, предусмотренных ст.160,325 УК РФ. Данные постановления были отменены, заявление направлено для проведения дополнительной проверки.

На основании постановления заместителя прокурора г.Алушта Ребик В.А. от 25 июля 2022 года постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, вынесенного о/у ГУП ОП-1 ОМВД России по г.Алушта от 30 июня 2022 года по заявлению ФИО3 об удержании документов и иного имущества ФИО4 по признакам состава преступлений, предусмотренных ст. 159,160,325 УК РФ отменено, постановление и материалы проверки направлены для организации дополнительной проверки.

Из ОМВД РФ по г.Алушта в суд поступила копия материала проверки КУСП №10028 от 03 октября 2021 года по заявлению ФИО3

03 октября 2021 года истец сообщил в ОМВД РФ по г.Алушта, что ранее он переоформил квартиру по адресу: <адрес> на бывшую жену, которая в свою очередь переоформила ее на другого человека и в настоящее время владелец квартиры просит его освободить квартиру. В своем заявлении ФИО3 также указал, что на него оказывалось моральное давление.

В своих объяснениях ФИО4 указала, что никакого морального давления и угроз жизни истца не оказывала. Пояснила, что пыталась поговорить с истцом и вернуть ему квартиру обратно, но так как он отказался взять ее обратно, то она подарила квартиру своей знакомой.

В ходе проверки был установлен факт наличия гражданско-правовых отношений, о чем истец проинформирован в письме ОМВД РФ по г.Алушта от 12 октября 2021 года.

Свидетель ФИО12 допрошенная судом первой инстанции пояснила, что знакома с истцом более 20 лет. О том, что ФИО3 был женат не знала, видела его супругу всего несколько раз, общалась с ней, она произвела приятное впечатление. К своему имуществу ФИО3 относился всегда очень бережно, считает, что без оказания на него воздействия не мог за полтора года лишиться всего имущества.

Свидетель ФИО13 допрошенная судом первой инстанции пояснила, что истца знает с детства, как не конфликтного, отзывчивого человека. Какое-то время он проживал у ФИО4, а потом когда вернулся в квартиру, все удивились от того, что произошло. Он не был расточительным человеком, поэтому считает, что он не мог подарить имущество, в которое вкладывал все силы.

Свидетель ФИО14 допрошенный судом первой инстанции пояснил о том, что с истцом знаком более 20 лет, так как они дружили, вместе встречали праздники. Считает, что он не мог просто отдать свое имущество, на которое он потратил почти всю свою жизнь. Ранее свидетель предлагал ФИО3 продать земельный участок, однако он говорил, что не хочет его продавать. Все работы по строительству делал сам.

К указанным пояснениям свидетелей суд первой инстанции отнесся критически, так как они поясняли, что в период совершения оспариваемых сделок с истцом почти не общались, обстоятельства их заключения им не известны, о случившемся узнали уже после возвращения ФИО3 проживать в квартиру по <адрес> в 2021 году.

Из письменных пояснений истца усматривается, что он самостоятельно подписал договора дарения от 10 апреля 2020 года и договор передачи прав и обязанностей арендатора от 20 августа 2019 года, осознавал содержание договоров, однако предполагал, что это носит временный характер, а именно сделано для осуществления работ по технологическому присоединению земельного участка к коммуникациям, так как ввиду его пожилого возраста и эпидемии коронавируса ему нельзя выходить из дома.

Между тем стороной истца в нарушение требований статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представлено доказательств его нахождения под влиянием заблуждения или обмана при заключении оспариваемых договоров купли-продажи в смысле, придаваемом данному понятию положениями ст. 178,179 ГК РФ.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Крым от 21 декабря 2022 года по делу назначена судебная психолого-психиатрическая экспертиза.

Согласно заключению врача-судебно-психиатрического эксперта (комиссии экспертов) от 06 апреля 2023 года №606 установлено, что у ФИО3 какого-либо тяжелого психиатрического расстройства (хронического, временного психического расстройства, слабоумия либо иного болезненного состояния психики) не выявляется как в настоящее время, так и не выявлялось на момент заключения сделок от 20 августа 2019 года, 10 апреля 2020 года и 13 апреля 2020 года. У ФИО3 как в настоящее время, так и на момент заключения сделок от 20 августа 2019 года, 10 апреля 2020 года и 13 апреля 2020 года выявляется органическое эмоционально-лабильное (астеническое) расстройство с легким когнитивным снижением вследствие сосудистых заболеваний головного мозга. Указанное расстройство не лишало ФИО3 способности понимать значение своих действий и руководить ими, однако указанное расстройство на момент заключения сделок от 20 августа 2019 года, 10 апреля 2020 года и 13 апреля 2020 года ограничивало целостную оценку юридически значимой ситуации и способности к формированию у ФИО3 правильного представления о существе заключаемых сделок.

Судебная коллегия принимает данное заключение судебной экспертизы как обоснованное, поскольку экспертное заключение отвечает требованиям относимости и допустимости доказательств, оснований не доверять выводам эксперта не имеется, эксперт предупрежден об уголовной ответственности по ст. 307 Уголовного кодекса Российской Федерации, имеет специальную квалификацию и образование, стаж работы по специальности, выводы эксперта однозначны, мотивированы, носят последовательный и обоснованный характер. Оснований не доверять заключению судебной экспертизы не имеется.

Таким образом, экспертным исследованием установлено, что ФИО3 как в настоящее время, так и на момент заключения оспариваемых сделок понимал значение своих действий и руководил ими, и даже выявленное расстройство не влияло на понимание ФИО3 значения своих действий и возможность руководить ими.

Факт наличия органического эмоционально-лабильного (астенического) расстройства с легким когнитивным снижением вследствие сосудистых заболеваний головного мозга у ФИО3 не может свидетельствовать о невозможности понимать значение своих действий или руководить ими, указанное заболевание лишь могло ограничивать целостную оценку юридически значимой ситуации и способности к формированию у ФИО3 правильного представления о существе заключаемых сделок, при этом следует отметить, что ФИО3 заключена не одна сделка, и не одномоментно, а на протяжении определенного срока (около 8 месяцев). Более того, данные сделки заключены между мужем и женой, которую он любил.

Также истцом не представлено доказательств того, что от него была скрыта ФИО4 какая-то информация относительно условий или предмета оспариваемых сделок, либо истцу была предоставлена ответчиком недостоверная информация относительно условий сделки или ее объекта.

Доводы истца том, что ответчик обещала возвратить данные объекты недвижимого имущества, по мнению судебной коллегии, являются несостоятельными, поскольку ни чем не подтверждены.

Более того, указанные доводы только свидетельствуют о том, что ФИО3 понимал значение совершаемых сделок, в следствии которых он лишался прав собственности на отчуждаемое имущество, а собственником становилась его супруга. А поскольку им совершенны данные сделки он желал наступления данных последствий.

Истцом не обоснованно в связи с чем, для целей указанных в исковом заявлении были заключены именно договоры дарения объектов недвижимого имущества и договор перехода прав и обязанностей арендатора земельного участка, а не выдана доверенность на осуществление юридически значимых действий от его имени.

Оспариваемые договоры, заключенные между ФИО3 и ФИО4 содержат все существенные условия, были исполнены сторонами, что подтверждается содержанием договоров, последующими действиями ответчика ФИО4 по заключению договоров с ресурсоснабжающими организациями, договора купли-продажи земельного участка.

Согласно статье 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422).

Исходя из изложенных обстоятельств, судом первой инстанции принят вывод об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований о признании договоров дарения от 10 апреля 2020 года и договора перехода прав и обязанностей арендатора земельного участка от 20 августа 2019 года мнимыми сделками, а также совершенными под влиянием обмана, заблуждения либо злоупотребления правом.

Согласно статье 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями пункта 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основании своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Бремя доказывания наличия оснований для признания сделки недействительной отнесено на истца.

Учитывая, что все существенные условия заключенных между сторонами договоров были изложены четко, ясно и понятно, возражений по вопросу заключения данных договоров истцом при заключении, не высказывалось, он добровольно подписал договоры, понимая их содержание, условия и суть сделки. Не имеется в материалах дела достаточной совокупности относимых, допустимых доказательств, в подтверждение доводов о том, что волеизъявление истца на заключение оспариваемых договоров было сформировано под влиянием обмана со стороны ФИО4 и введения в заблуждение путем предоставления недостоверной, заведомо ложной информации.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии оснований для признания недействительными договора дарения земельного участка, заключенного 10 апреля 2020 года между ФИО3 и ФИО4, договора дарения квартиры в многоквартирном дома, заключенного 10 апреля 2020 года между ФИО3 и ФИО4, договора передачи прав и обязанностей арендатора по договору аренды земельного участка, заключенного 20 августа 2019 года между ФИО3 и ФИО4

Исковые требования о применении последствий недействительности сделки, признании права собственности, признании недействительным договора дарения квартиры в многоквартирном доме, заключенного 20 июля 2021 года между ФИО4 и ФИО5, а также договора купли-продажи земельного участка, заключенного 08 декабря 2021 года между Администрацией города Алушта и ФИО4, являются производными от первоначальных требований о признании договоров, заключенных между ФИО3 и ФИО4 недействительными, в удовлетворении которых было отказано, данные требования также не подлежат удовлетворению.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к выводу, что исковые требования ФИО3 не подлежат удовлетворению.

С такими выводами суда первой инстанции в полной мере соглашается суд апелляционной инстанции.

В целом доводы апелляционной жалобы не содержат правовых оснований к отмене или изменению решения суда, по существу сводятся к изложению обстоятельств, являвшихся предметом исследования и оценки суда первой инстанции, а также к выражению несогласия с произведенной судом оценкой представленных по делу доказательств, не содержат фактов, не проверенных и не учтенных судом первой инстанции при рассмотрении дела и имеющих юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияющих на обоснованность и законность судебного постановления, либо опровергающих выводы суда первой инстанции, в связи с чем являются несостоятельными и не могут служить основанием для отмены законного и обоснованного решения суда.

В соответствии со статьей 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела; недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела; несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решение суда, обстоятельствам дела; нарушение или неправильное применение норм материально права или норм процессуального права.

Таких оснований для отмены решения суда судебная коллегия не усматривает. При принятии по делу решения, суд первой инстанции правильно установил правоотношения сторон и обстоятельства, имеющие значение для дела, представленным доказательствам дал надлежащую правовую оценку, нормы материального права судом применены и истолкованы верно. Нарушений норм процессуального права, влекущих отмену решения, не усматривается.

Руководствуясь статьями 328 - 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия,

определил а:

Решение Алуштинского городского суда Республики Крым от 25 августа 2022 года – оставить без изменений, апелляционную жалобу представителя ФИО3 – ФИО6 – без удовлетворения.

Председательствующий Гоцкалюк В.Д.

Судьи Калюбина А.Г.

ФИО1