Решение по делу № 2А-2182/2022 от 06.04.2023

Дело № 2а-276/2023

Поступило 04.10.2022 года

УИД 54RS0013-01-2022-004080-78

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

06 апреля 2023 года г. Бердск

Бердский городской суд Новосибирской области в составе: председательствующего судьи Зюковой О.А., при секретаре Телепиной Г.А., рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному иску ФИО1 к ФКУ ИК-18 ГУФСИН России по Новосибирской области, Федеральной службе исполнения наказания России о признании незаконным действий и бездействия, выразившихся в нарушении условий содержания в исправительном учреждении, о признании незаконными постановлений о применении мер взыскания в виде водворения в штрафной изолятор, взыскании компенсации за нарушение условий содержания,

установил :

ФИО1 обратился в суд с административным иском к ФКУ ИК-18 ГУФСИН России по Новосибирской области, просил признать незаконным действия и бездействие, выразившиеся в нарушении условий содержания в исправительном учреждении в ШИЗО и ОСУОН за период с 02.07.2021 года по 17.08.2022 года, а именно в нарушении требований нормативных правовых актов:

- ст. 2,3,8 Конвенции «О защите прав человека и основных свобод»;

- ч. 5 ст.80, ч. 1 ст.99, ч. 1, 4 ст.12, ч. 3, 4 ст. 15, ч. 1 ст.91, ч. 1 ст. 117, ч. 1 ст.103, ч. 1, 2 ст. 107, ст. 105, п. «в» ч.1 ст.115, ч. 1, 4.1, 7 ст. 7, ст. 14 Федерального закона от 10.01.2002г. №7-ФЗ «Об охране окружающей среды» (ст.31.1, в частности);

- ВСН 10-73/МВД СССР («Указания по проектированию и строительству РШУ и военных городков, войсковых частей МВД СССР»);

- «Инструкции по проектированию и строительству исправительных и специализированных учреждений уголовно-исполнительной системы МЮ РФ» (утв. Приказом МЮ РФ от 02.05.2003г. №130-ДСП (СП-17-02)), (п.20.1, 20.16, 20.17 и 20.33, в частности);

- Свода правил 308.1325800, 2017 «Исправительные учреждения и центры уголовно-исполнительной системы. Правила проектирования в 2-х частях» (утв. и введен в действие с 21.04.2018г приказом Минстроя РФ от 20.10.2019г. №1454/Пр.) (п.19.35, 19.2.1, 19.2.5 в частности);

- СанПин «Гигиенические требования к инсоляции и солнцезащите жилых и административных зданий и территорий» 2.2.1/2.1.1.1 1076-01 (введен в действие Постановлением Главного санитарного врача РФ от 25.10.2001г. №29);

- СанПин 2.2.1/2.1.1 1278-03 «Проектирование, строительство, реконструкция и эксплуатация предприятий, планировка и застройка населенных пунктов. Гигиенические требования к естественному освещению жилых и общественных зданий» (утв. Главным санитарным врачом от 06.04.2003г.) п.2.1.1, п. 3.1.7 и 3.2.1);

- Приказа ФСИН РФ от 27.07.2006г. № 512 «Об утверждении номенклатуры, норма обеспечения и сроков эксплуатации мебели, инвентаря, оборудования и предметов хозяйственного обихода (имущества) для учреждений, исполняющих наказание в виде лишения свободы и следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы»;

- Приказа МЮ РФ от 28.09.2001г. №276 «Об утверждении инструкции по механической эксплуатации зданий и сооружений учреждений уголовно-исполнительной системы»;

- СанПин 2.1.2 2645-10 «Санитарно-эпидемиологические требования к условиям проживания в жилых зданиях и помещениях»;

- Основополагающих принципов и стандартов Европейских пенитенциарных правил (принятых 11.01.2996г. Комитетом Министров Совета Европы (Рекомендации REC(2006)2) п.39;

- ст. 19 Федерального закона № 384-Ф3 от 30.12.2009 г.;

- Постановления Правительства РФ от 03.03.2018г. № 222 «Об утверждении Правил установления санитарно-защитных зон и использования земельных участков, расположенных в границах санитарно-защитных зон»;

- п. 2.10 и 2.15 СанПин 2.2.1/2.1.1-14 «Санитарно-защитные зоны, санитарная классификация предприятий, сооружений и иных объектов»;

- ст. 1, 8, 10 и 20 Федерального Закона от 30.03.1999г. №53-Ф3 «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения»;

- п. 67 СанПин 2.1. 3634-21;

- ст. 1, 2, 15, 17-21, 41, 42, 71, 72, ч.2 ст. 24 Конституции РФ;

- СанПин 2.1.6 1032-01 «Гигиенические требования к обеспечению качеств атмосферного воздуха населенных мест»;

- СанПин 2.2.4 1294-03;

- Федерального закона от 23.02.2013г. №15-ФЗ «Об охране здоровья граждан от воздействия окружающего табачного дыма и последствий употребления табака»;

- Рамочной Конвенции Всемирной организации здравоохранения по борьбе против табака (закл. в г. Женева 21.03.2013г.);

- Приказ ФСИН РФ №214 от 30.03.2995г. «Об утверждении правил пожарной безопасности на объектах учреждений и органов ФСИН»;

- Рекомендаций (REC(2003)23) «Об осуществлении исполнения наказания в виде пожизненного заключения и других длительных сроков заключения администрацией мест лишения свободы» (принята Комитетом Министров Совета Европы 09.10.2003г.);

- Минимальных стандартных правил ООН от 17.12.2015г. № 70/175;

- п. 123 Инструкции по делопроизводству в учреждениях и органах УИС (утв. Приказом ФСИН РФ от 10.08.2011г. № 463);

- Приказа МЮ РФ от 15.08.2003 г. №151 ДСП (с изменениями, внесенными Приказом МЮ РФ от 05.12.2013г. №221 ДСП);

- разъяснений, содержащиеся в Постановлении Конституционного суда РФ от 25.12.2003г. №20-П и Методических рекомендациях «О порядке применения пунктов «в», «г», «д» части 1 статьи 115 УИК РФ;

- Федерального Закона «Об исполнительном производстве» 02.07.2007г. № 229-ФЗ;

- ст. 8 Федерального закона от 27.06.2006г. №149-ФЗ «Об информации информационных технологиях и защите информации»;

- Указа Президента РФ от 24.11.1995г. №1178;

- Определения КС РФ от 29.09.2011 г. №1251-0-0;

- Федерального закона от 02.05.2006г. №59-ФЗ «О порядке рассмотрения обращения граждан РФ»;

- п. 205 Инструкции СНИП 2.04.01-85 «Внутренний водопровод и канализация зданий;

- СП 30 13330, СП 31.13330, СП 32.13330, СП 118.13330;

- СанПин 2.1.4 1074-01 и СП 2.1.5 1315-03 «ПДК химических веществ в воде, водных объектах хозяйственно-питьевого и культурно-бытового водопользования»;

- п.9 гл. 1, п. 39 гл. 12, п. 125 гл.19, п. 145 гл.22, п. 65, 66, 67 гл.13 Приказа МЮ РФ от 16.12.2016г. №295 «Правила внутреннего распорядка ИУ» (п.5, 6 гл. 2, п. 56 гл. 5, п. 139 гл. 10, п. 576 гл. 35, п.132, 148, 151 гл. 11 Приказа МЮ РФ от 04.07.2022г. №110 «Правила внутреннего распорядка ИУ»).

Также ФИО1 просил признать незаконными и отменить постановления начальника ФКУ ИК-18 о применении к нему меры взыскания в виде водворения в ШИЗО:

от 09.07.2021 года на 7 суток,

от 20.07.2021 года на 7 суток,

от 02.08.2021 года на 5 суток,

от 25.02.2022 года на 15 суток,

от 11.03.2022 года на 10 суток,

от 21.03.2022 года на 10 суток,

от 31.03.2022 года на 10 суток;

взыскать компенсацию за нарушение условий содержания в размере 2 500 000 рублей 00 копеек.

В обоснование административного иска ФИО1 указал, что с 02.07.2021 года по 17.08.2022 года он отбывал наказание в ФКУ ИК-18 по Новосибирской области по приговору Новосибирского областного суда от 15.06.2012 года в отряде со строгими условиями отбывания наказания (ОСУОН). Помещения дневного и ночного содержания были запираемыми, в связи с чем, доступ к иным коммунально-бытовым объектам, имеющимся в ОСУОН, не предполагался. Между тем, он провел в помещениях ОСУОН в сумме 1 год 1 месяц и 15 дней в запертых помещениях, не передвигался. Полагает, что его содержали в условиях, не отличающихся от условий особого режима или тюрьмы. Лимит наполнения рассчитан на содержание 40 осужденных, однако он всегда был превышен. Механическая, естественная и смешанная система вентиляции в помещениях дневного и ночного содержания отсутствовала. Системой вентиляции были оборудованы только санузлы. Содержался он вместе с осужденными, употреблявшими табак, при этом сам он табак не употреблял. В помещениях дневного и ночного содержания не было мест, предназначенных для употребления табака. Процесс употребления табака осужденными носил произвольный характер в различных местах этих помещений. Раздельного содержания осужденных, употреблявших табак, от тех, кто его не употреблял, предусмотрено не было.

Качество воды в помещениях ОСУОН и камерах ШИЗО соответствовало установленным нормам. Вода была мутной и содержала в себе бактерии. Ежемесячные лабораторные анализы воды не проводились. От употребления такой воды он испытывал страдания. Помещений, предназначенных для совершения религиозных обрядов, чтения и обучения, проведения воспитательной работы с осужденными, досуга и отдыха, проведения социально-правовой подготовки, для сушки, стирки, а также гладильной, не было предусмотрено. Лимит наполнения камер в ШИЗО в период его содержания был полным. Достаточных условий приватности санитарных узлов не было. Камеры ШИЗО не были оборудованы искусственным дневным освещением в центрах потолков камер, имелись лишь светильники ночного освещения, расположенные над камерными дверями. Расстояние от санитарных узлов до зон приема пищи и спальных мест составляло от 30 до 90 см. Помещение для санитарной обработки (душевая) не имело раздевалки. В душевой имелось всего два места для помывки. В прогулочных двориках отсутствовало освещение. В ОСУОН его содержали в помещениях с осужденными, имеющими инфекционные заболевания, такие как гепатит С и В, туберкулез. Это влекло риск инфицирования и порождало у него чувство страха и беспокойства. Здания, приспособленные под помещения ОСУОН, в том числе под камеры ШИЗО, не предназначены для эксплуатации как жилье и не соответствовали требованиям нормативно-правовых актов:

- Своду правил 308.1325800, 2017 «Исправительные учреждения и центры уголовно-исполнительной системы. Правила проектирования в 2-х частях» (утв. и введен в действие с 21.04.2018г приказом Минстроя РФ от 20.10.2019г. №1454/Пр.) (п.19.35, 19.2.1, 19.2.5 в частности);

- п.2.1.1 СанПин 2.2.1/2.1.1 1278-03 «Проектирование, строительство, реконструкция и эксплуатация предприятий, планировка и застройка населенных пунктов. Гигиенические требования к естественному освещению жилых и общественных зданий» (утв. Главным санитарным врачом от 06.04.2003г.);

- Приказу ФСИН РФ от 27.07.2006г. № 512 «Об утверждении номенклатуры, норма обеспечения и сроков эксплуатации мебели, инвентаря, оборудования и предметов хозяйственного обихода (имущества) для учреждений, исполняющих наказание в виде лишения свободы и следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы»;

- Приказу МЮ РФ от 28.09.2001г. №276 «Об утверждении инструкции по механической эксплуатации зданий и сооружений учреждений уголовно-исполнительной системы»;

- СанПин 2.1.2 2645-10 «Санитарно-эпидемиологические требования к условиям проживания в жилых зданиях и помещениях».

Параметры микроклимата и освещенности при содержании в них не отвечали установленным нормам. Температурный режим не соблюдался, был низким на уровне +14 +17 градусов по Цельсию. Освещенность камер ШИЗО оставляла менее 100 люкс, в центрах потолков отсутствовали светильники. В помещениях ночного содержания ОСУОН и в санузлах отсутствовало ночное освещение, обстановка была антисанитарная, присутствовала сырость. Приток свежего воздуха вентиляцией не обеспечивался, что негативно отражалось на его состоянии организма. Мероприятия по дезинфекции и дератизации, по профилактике инфекционных заболеваний не проводилось. Имелись грызуны, насекомые и грибки, пыль и плесень. Лимит наполнения превышал допустимые нормы (от 45 до 55 осужденных), при этом предметы обихода (скамейки, столы, тумбочки, холодильник) занимали 70 % площади. Их неудобное расположение не позволяло беспрепятственно передвигаться. ФИО1 испытывал недостаток личного пространства и стесненность положения, отсутствие возможности уединения, что доставляло ему страдания, оскорбляло человеческое достоинство, являлось бесчеловечным. В прогулочных двориках санитарные нормы площади также не соблюдались, рядом всегда находились другие осужденные. На территории исправительного учреждения вблизи находилась котельная, посредством которой обеспечивалось отопление, при этом в атмосферу с дымом выделялись такие вещества как диоксид азота, сажа, оксид углерода, метан, этан, пропаналь, уксусная кислота и канцерогены. Дым проникал в помещения ШИЗО и ОСУОН, где находился ФИО1, что не могло не находить отражение на состоянии его здоровья. Он вынужден был претерпевать моральные и нравственные страдания, выраженные в невозможности дышать и наслаждаться свежим воздухом. В период содержания не имелось горячего водоснабжения. Кроме этого, ФИО1 не уведомляли о поступлении денежных средств, это влекло за собой ограничение в реализации права на своевременное возмещение потерпевшему материального и морального вреда, причиненного преступлением, осуществление переводов близким родственникам и приобретение продуктов питания. Обращения ФИО1 всегда передавались с нарушением установленного срока отправления, исходящая корреспонденция оформлялась неправильно, соответствующие расписки и квитанции не выдавались, что влекло нарушение его право на возмещение материального вреда при ненадлежащем оказании услуг почтовой связи, а также нарушение его права быть уведомленным о доставке таких обращений адресатам. Заявления ФИО1:

от 05.07.2021 года в количестве 6 штук,

12.07.2021 года в количестве 4 штук,

19.07.2021 года,

15.08.2021 года,

31.08.2021 года,

07.09.2021 года,

25.10.2021 года не были рассмотрены в установленные сроки, мотивированных решений и ответов по ним не принималось. О результатах их рассмотрений ему не сообщалось. При наложении дисциплинарных взысканий в виде водворения в ШИЗО ФИО1 не сообщали о характере выдвигаемых против него обвинений заблаговременно, не ознакамливали с рапортами о выявленных должностными лицами нарушениях, не обеспечивалось его право на защиту. Его не знакомили о времени и датах проведения дисциплинарных комиссий, на которых на него налагались дисциплинарные взыскания. Требования о заслушивании свидетелей (осужденных) всегда оставались без удовлетворения. С материалами, на основании которых принимались решения о наложении на него дисциплинарных взысканий, его не знакомили. С порядком и условиями отбывания наказания, правилами внутреннего распорядка, установленных в исправительном учреждении, с правами и обязанностями он был ознакомлен лишь 20.06.2022 года. В связи с этим ему не было известно, какие его действия могут быть расценены как нарушения. К оплачиваемому труду его не привлекали, несмотря на наличие его заявлений об этом. В связи с этим он был возможности возмещать материальный и моральный вред потерпевшей стороне по уголовному делу, погашать иные задолженности, приобретать посредством труда полезные навыки. Содержание в камерах ШИЗО являлось непрерывным, перерыв между наказаниями отсутствовал и сложение наказаний предусмотрено не было. Уровень своих страданий и переживаний, присущих содержанию в исправительном учреждении ФИО1 оценивает в 2 500 000 рублей 00 копеек.

Определением суда от 16.11.2022 года к участию в деле в качестве заинтересованного лица привлечен начальник ФКУ ИК-18 ГУФСИН по ФИО2 (л.д. 73).

Административный истец ФИО1 в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом (том 2 л.д. 17), о причинах неявки суду не сообщил. Его представитель ФИО3 о времени и месте судебного заседания также извещен надлежащим образом (том 2 л.д. 16), в судебное заседание не явился, отбывает наказание в ФКУ ИК-6 ГУФСИН России по Республике Марий Эл. Ходатайства от представителя ФИО3 о его участии в судебном заседании также не поступало.

Представители административных ответчиков ФКУ ИК-18, ФСМН России ФИО4 в судебном заседании с административным иском не согласилась, поддержала возражения, изложенные в письменном виде, представленные ранее (том 1 л.д. 92-99). Согласно возражениям на иск, административный ответчик с заявленными требованиями и доводами административного истца не согласен, по тем основаниям, что условия содержания в исправительном учреждении соответствуют установленным нормам. За период отбывания наказания ФИО1 лимит наполнения помещений ШИЗО и ОСУОН не превышался. Санитарные узлы в указанных помещениях расположены изолировано, обеспечивая приватность. В помещениях ШИЗО и ОСУОН имеется естественная вентиляция через оконные проемы, естественное и искусственное освещение. Раздельное размещение курящих и некурящих не являлось обязанность администрации ФКУ ИК-18 ГУФСИН России по Новосибирской области. Умывальные комнаты, имеющие в отряде, имеют косметический ремонт, потолки выполнены под покраску, полы и стены выполнены из кафеля, следов влаги, сырости, плесени не имеется. Умывальные комнаты имеют центральное холодное водоснабжение и центральную канализацию. Вся находится в рабочем состоянии. Горячее водоснабжение не предусмотрено. Все меры взыскания применены к ФИО1 законно и обосновано. Каждый факт нарушения был зафиксирован посредством технических средств надзора и контроля, а именно на портативные регистраторы либо на стационарные камеры видеонаблюдения, и отражен в рапортах сотрудников исправительного учреждения. На всех дисциплинарных комиссиях ФИО1 присутствовал лично, был опрошен, и с принятыми решениями ознакомлен под роспись (том 1 л.д. 92-96). Дополнительно представитель административного ответчика пояснила, что по общим правилам, осужденные, содержащиеся в отряде строгих условий, не принимаются на работу, хотя производственный участок по сборке прищепок открывался, но ФИО1 ни разу не обращался по вопросу трудоустройства. С письменными заявлениями ФИО1 за время своего содержания вообще не обращался. Было зафиксировано всего два устных обращения ФИО1 11 или 17 августа 2021 года (дата в журнале не разборчивая), и 02.08.2021 года. По поводу резолюции на заявлении от 25.10.2021 года пояснила, что ФИО1 во время отбывания наказания подделывал документы, поэтому нельзя утверждать, что это резолюция сделана начальником. Кроме этого, экземпляр с резолюцией не мог оказаться на руках у ФИО1, он хранится в учреждении. На втором экземпляре, который остается на руках у заявителя, делается регистрационный штамп, вносится номер присвоенный системой документооборота. Обязанность уведомлять осужденных о поступлении на их счет денежных средств законом не предусмотрена.

Заинтересованное лицо начальник ФКУ ИК-18 ГУФСИН по ФИО2 в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, о причинах неявки суду не сообщил.

Заслушав пояснения представителя административных ответчиков, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Из материалов дела следует, что в период с 02.07.2021 года по 17.08.2022 года ФИО1 отбывал наказание по приговору Новосибирского областного суда от 15.06.2012 года в ФКУ ИК-18 ГУФСИН России по Новосибирской области в отряде строгих условий отбывания наказания (далее по тексту – ОСУОН). В периоды с 09.07.2021 года по 16.07.2021 года, с 20.07.2021 года по 27.07.2021 года, с 03.08.2021 года по 08.08.2021 года, 25.02.2022 года по 10.04.2022 года ФИО1 содержался в камерах ШИЗО за совершенные нарушения Правил внутреннего распорядка исправительного учреждения. Это подтверждается постановлениями о водворении в штрафной изолятор (том 1 л.д. 152-153, 163-164, 174-175, 181, 191-192, 202, 210-211).

Условия содержания осужденных в исправительных учреждениях в условиях строгого режима регламентируются Уголовно-исполнительным кодексом РФ, Правилами внутреннего распорядка исправительных учреждений, по состоянию на 2021 год утвержденными Приказом Минюста России от 16.12.2016 года № 295, с июля 2022 года – утвержденными Приказом Минюста России от 04.07.2022 N 110, которые были приняты в соответствии с нормами международного законодательства. Остальные нормативно-правовые акты, составляющие законодательство Российской Федерации, на которые ФИО1 ссылается в административном иске, не регулируют условия содержания осужденных в исправительном учреждении, поэтому не могут быть учтены судом при исследовании условий содержания ФИО1 в исправительном учреждении. Европейские стандарты содержания заключенных носят лишь рекомендательный характер для правоприменения в Российской Федерации.

Доводы ФИО1 о том, что условия содержания в помещениях ОСУОН и камерах ШИЗО не соответствовали установленным требованиям, суд находит несостоятельными.

Согласно техническому паспорту (том 1 л.д. 100-120), здания ФКУ ИК-18, расположенное по адресу: Новосибирская область, Ключ-Камышенское плато, 6/3, включают в себя строение ПФРСИ 1980 года постройки и строение ШИЗО, ПКТ, Склад 1973 года постройки. Нормативные требования, на которые ссылается ФИО1, не должны применяться к тем зданиям и помещениям, которые были спроектированы и построены до их принятия. Поэтому доводы административного истца о том, что, отбывая наказания, он содержался в зданиях, не предназначенных для эксплуатации как жилые, подлежат отклонению.

В соответствии с ч. 1 ст. 99 УИК РФ, п.40 Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений, норма жилой площади в расчете на одного осужденного к лишению свободы в исправительных колониях не может быть менее двух квадратных метров.

Из представленных в материалах дела технического паспорта здания (том 1 л.д. 100-120), где располагаются помещения ОСУОН и камеры ШИЗО ФКУ ИК-18 ГУФСИН России по Новосибирской области, следует, что установленная норма санитарной площади помещений с учетом лимита наполнения исправительным учреждением соблюдена. Доказательства того, что лимит наполнения помещений ОСУОН превышался, в материалах дела отсутствуют. Представленный ФИО1 список осужденных не является официальным документом, заверенным надлежащим образом уполномоченным лицом (том 1 л.д. 27-28). Кроме этого, даже если исходить из того, что указанный список осужденных, содержавшихся камерах в период отбывания наказания ФИО1, соответствует действительности, то количество лиц данного списка (60) не превышает установленный лимит осужденных (90), который может быть размещен в камерах по сведениям административного ответчика (том 1 л.д. 92).

Что касается ограничений в доступе к комплексу коммунально-бытовых объектов, то в соответствии с ч. 3 ст. 123 УИК РФ осужденные, отбывающие наказание в строгих условиях, проживают в запираемых помещениях.

В соответствии с пунктом 145, 148, 149 Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений, утвержденных Приказом Минюста России действовавшим от 16.12.2016 года № 295, а также п. 576, 580, 581 Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений, утвержденных Приказом Минюста России от 04.07.2022 года № 110, запираемые помещения, в которых содержатся осужденные, отбывающие наказание в строгих условиях, оборудуются комплексом коммунально-бытовых объектов с обеспечением изоляции содержащихся в них лиц от осужденных, отбывающих наказание в других условиях. В дневное время осужденные находятся в помещениях, раздельных от спальных помещений. Спортивно-массовые мероприятия с осужденными к лишению свободы, содержащимися в запираемых помещениях, не проводятся. Культурно-массовые мероприятия с осужденными к лишению свободы, содержащимися в запираемых помещениях, проводятся в пределах помещений, в которых они проживают. Им по их просьбе предоставляется возможность встреч со священнослужителями, пользования библиотекой и магазином в условиях изоляции от осужденных, содержащихся в других условиях. Трудоиспользование, прием пищи, медицинский осмотр, санитарная обработка, амбулаторное лечение осужденных организуются отдельно от осужденных, отбывающих наказание в других условиях содержания.

Во время содержания в камерах ШИЗО, осужденные пребывают в более строгих условиях, принимают пищу в камерах, им разрешается заказывать печатные издания из библиотеки исправительного учреждения, книги, в том числе религиозного содержания, иметь при себе документы и записи, относящиеся к уголовному делу, копии предложений, заявлений, ходатайств и жалоб, а также ответы по результатам их рассмотрения, комплект нательного и нижнего белья в соответствии с нормами вещевого довольствия, два полотенца установленного образца, кружку из алюминия или пластмассы, индивидуальные средства гигиены (мыло, зубную щетку, зубную пасту (зубной порошок), туалетную бумагу), тапочки, одну книгу (один журнал или одну газету) либо один экземпляр религиозной литературы, предметы религиозного культа индивидуального пользования, предназначенные для нательного ношения (по одному предмету).

Одноразовые бритвы для индивидуального использования, бритвенные принадлежности, посуда для приема пищи (за исключением кружек) и сигареты (табачные изделия, предназначенные для курения), а также банные принадлежности (банное полотенце, пантолеты литьевые, шампунь, гель для душа, мочалка, мыло), принадлежащие осужденным, хранятся в специально отведенном месте и выдаются им младшим инспектором, осуществляющим надзор за осужденными, только на время, определенное распорядком дня, после чего изымаются.

Отсутствие специальных помещений бытового назначения, предназначенных для воспитательной работы с осужденными, отдыха, общения, социально-правовой подготовки не противоречит Правилам внутреннего распорядка исправительных учреждений, согласно которым культурно-массовые мероприятия с осужденными проводятся в пределах помещений, в которых они проживают.

Таким образом, доступ к комплексу коммунально-бытовых объектов в той части, в которой разрешено условиях строго режима, обеспечивается в пределах помещений, в которых они проживают, и организуются отдельно от осужденных, отбывающих наказание в других условиях содержания.

Из представленного технического паспорта здания и справки о соблюдении коммунально-бытовых норм зданий ШИЗО, СУОН (л.д. 97-99) следует, что в помещениях ОСУОН и камеры ШИЗО ФКУ ИК-18 ГУФСИН России по Новосибирской области имеется естественная вентиляция, которая обеспечивает доступ свежего воздуха через оконные проемы камер. Умывальные комнаты, имеющие в отряде, имеют косметический ремонт, потолки выполнены под покраску, полы и стены выполнены из кафеля, следов влаги, сырости, плесени не имеется. Теплоснабжение в указанный ФИО1 период работало бесперебойно, плановых и аварийных отключений не было, поддерживался температурный режим от +20 до +22 градусов С0. Освещение обеспечивается посредством искусственных светильников мощностью не менее 96 W, а также естественным освещением за счет широкого оконного проема в дневное время.

Горячее водоснабжение в помещениях ОСУОН и камерах ШИЗО ФКУ ИК-18 ГУФСИН России по Новосибирской области не предусмотрено. Помывка осужденных отряда СУОН и стирка белья осуществляется в банно-прачечном комбинате в соответствии с установленным распорядком два раза в неделю в понедельник и четверг, куда круглогодично обеспечивается горячее водоснабжение.

Указанные в справке условия отвечают требованиям СанПиН 1.2.3685-21 "Гигиенические нормативы и требования к обеспечению безопасности и (или) безвредности для человека факторов среды обитания", утвержденных Постановлением Главного государственного санитарного врача РФ от 28.01.2021 N 2.

В соответствии с положениями Российского законодательства (приказ Министерства юстиции РФ от 02.06.2003 №130-ДСП «Об утверждении Инструкции по проектированию исправительных и специализированных учреждений уголовно-исполнительной системы Министерства юстиции Российской Федерации») на 15 осужденных в исправительной колонии должен приходиться один унитаз и один умывальник.

Судом установлено, что санитарный узел расположен в каждом помещении отряда СУОН (как дневного, так и ночного пребывания).

Из документов, представленных административным ответчиком следует, что помещения для проживания осужденных в отряде СУОН оборудованы санитарным узлом, отгороженным от жилой секции кирпичной стенкой, обеспечивающей приватность.

Осужденный могут пользоваться санитарным узлом в любое время суток по мере необходимости в условиях приватности.

Таким образом, в санитарных узлах достигнут достаточный уровень приватности, не позволяющий кому-либо наблюдать за осужденным, находящимся в туалетной кабинке. При этом уровень приватности, имеющийся в туалетных помещениях отряда СУОН, полностью совместим с уровнем приватности, присущим человеческому достоинству.

В соответствии со ст. 93 УИК РФ, прогулка осужденных проводится в дневное время, то есть при естественном освещении, поэтому отсутствие приборов освещения в прогулочных двориках не является нарушением. Проведение прогулок совместно с другими осужденными не противоречит нормам УИК РФ и Правилам внутреннего распорядка исправительных учреждений.

Доказательства наличия насекомых и грызунов в камерах и помещениях колонии, где содержался ФИО1, в материалах дела отсутствуют.

Раздельное размещение курящих и некурящих осужденных не предусмотрено законодательством. Кроме этого, факты курения в помещениях, где содержался ФИО1, а также факты его обращения с жалобами на состояние здоровья в связи с содержанием с курящими лицами, не установлены. Поэтому доводы ФИО1 на то, что он содержался в одной камере с курящими осужденными отклоняются судом.

Кроме того, ФИО1 указано о том, что сам он не курит, вместе с тем, в материалах дела представлена справка о последних поощрениях и взысканиях осужденного ФИО1, из которой следует, что ДД.ММ.ГГГГ за курение в неотведенных местах ФИО1 был наложен выговор (л.д.156).

Также не могут быть приняты во внимание доводы ФИО1 о том, что он содержался в одной камере с осужденными, имеющими инфекционные заболевания, такие как гепатит С и В, туберкулез. Материалы дела не содержат доказательства того, что перечисленные истцом в иске лица имеют какие-либо инфекционные заболевания.

Доказательства того, что это повлекло какие-либо негативные последствия для здоровья ФИО1, как того требует п.3 ч1 ст.126, п.6 ч.2 ст.220 КАС РФ, также административным истцом не представлены.

Ссылка ФИО1 на недостаток личного пространства в условиях переполненности камер, неудобное расположение предметов обихода, мебели, затрудняющее передвижение и доступ к санитарному помещению, по мнению суда, является надуманной. Данное обстоятельство не может рассматриваться как ухудшающее положение истца. Как указывалось выше, превышение лимита осужденных не допускалось, а площадь, приходящаяся на одного осужденного составляла более 4 кв.м при установленной санитарной нормы площади на одного осужденного не менее 2 кв.м.

Ссылки ФИО1 на то, что выбросы в воздух от работы котельной содержали вредные вещества, негативно отразившиеся на его здоровье, не нашли своего подтверждения при рассмотрении дела. Использование котельной для обеспечения помещений колонии теплоснабжением и горячим водоснабжением является технически неизбежным. Выброс дыма в атмосферный воздух является естественным следствием такого процесса и не может быть исключен полностью. При этом доказательства того, что предельно допустимые нормативы вредных физических воздействий на атмосферный воздух при работе котельной были превышены, суду не представлены. Доказательства ухудшения состояния здоровья истца или развитие у него какого-либо заболевания в результате воздействия вредных веществ в воздухе от дыма котельной в материалах дела отсутствуют.

Контроль качества питьевой воды обязано осуществлять МУП г. Новосибирска «Горводоканал» на основании договора холодного водоснабжения и водоотведения (том 1 л.д. 121-131). Фактов поставки питьевой воды ненадлежащего качества МУП г. Новосибирска «Горводоканал» в 2021-2022 году не зафиксировано. Доказательства обратного материалы дела не содержат.

Таким образом, доказательства, опровергающие утверждения административного ответчика о надлежащих условиях содержания истца, а также подтверждающие доводы ФИО1 о ненадлежащих условиях его содержания, суду не представлены.

В соответствии с ч.1 ст. 81 УИК РФ, режим в исправительных учреждениях - установленный законом и соответствующими закону нормативными правовыми актами порядок исполнения и отбывания лишения свободы, обеспечивающий охрану и изоляцию осужденных, постоянный надзор за ними, исполнение возложенных на них обязанностей, реализацию их прав и законных интересов, личную безопасность осужденных и персонала, раздельное содержание разных категорий осужденных, различные условия содержания в зависимости от вида исправительного учреждения, назначенного судом, изменение условий отбывания наказания.

Доводы ФИО1 о том, что условия содержания в колонии доставляли ему дискомфорт и страдания, не обеспечивали условия приватности, являются его субъективным восприятием в сопоставлении с обычными условиями жизни. Между тем, отбывание наказания в исправительном учреждении предполагает претерпевание осужденными некоторых ограничений и лишений, а в условиях строго режима характеризуется повышенной степенью ограничений.

Согласно ч.2 ст. 82 УИК РФ, режим создает условия для применения других средств исправления осужденных.

Из изложенного следует, что тем самым создают предпосылки для достижения целей наказания, которыми согласно ч. 2 ст. 43 УК РФ являются восстановление социальной справедливости, исправление осужденного и предупреждение совершения новых преступлений. Наряду с этим обеспечивается законность применения средств исправления осужденных, их правовая защита и личная безопасность при исполнении наказаний, им гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации.

Доводы ФИО1 о том, что его письменные заявления от 05.07.2021 года в количестве 6 штук, 12.07.2021 года в количестве 4 штук, от 19.07.2021 года, от 15.08.2021 года, 31.08.2021 года, от 07.09.2021 года, 25.10.2021 года (том 1 л.д. 33-48) не были рассмотрены в установленные сроки, мотивированных решений и ответов по ним не принималось и о результатах их рассмотрений ему не сообщалось, также отклоняются судом. Так, согласно представленным в материалах дела сведениям документооборота ФИО1 не обращался с такими письменными заявлениями. В журнале приема осужденных по личным вопросам зафиксировано два устных обращения ФИО1 02.08.2021 года по вопросу изъятых вещей и 13 или 17 (дата неразборчиво) августа 2021 года по вопросу медицинского обеспечения. По факту данных обращений ФИО1 даны разъяснения, о чем имеется отметка в журнале.

Ввиду того, что представленные ФИО1 письменные заявления не имеют отметок о принятии, суд считает недоказанными факты обращения ФИО1 с такими заявлениями. Доказательств обратного административным истцом не представлено.

Доводы ФИО1 о том, что за время отбывания наказания он к оплачиваемому труду не привлекался, подтвердила в судебном заседании представитель административного ответчика. При этом указала, что на территории исправительного учреждения временно открывался участок по сборке прищепок, однако осужденные, отбывающие наказание в строгих условиях, не привлекаются к труду.

Исходя из положений ч. 1 ст. 103 УИК РФ, а также Правил внутреннего распорядка в исправительных учреждениях, одним из условий при привлечении осужденных к труду администрацией исправительного учреждения является наличие трудовых мест. При этом вопросы привлечения и отстранения осужденных к лишению свободы к труду, администрация исправительного учреждения решает самостоятельно. В связи с этим, суд не может расценивать не привлечение ФИО1 к оплачиваемому труду, как нарушение его прав.

Доводы ФИО1 о том, что он неоднократно обращался с заявлениями о привлечении к оплачиваемому труду, ничем е подтверждены. Имеющиеся в деле заявления, представленные ФИО1 в качестве доказательства, не имеют отметок о их принятии (том 1 л.д. 29-32). В представленных журналах обращений также не имеется отметок о регистрации таких письменных заявлений и устных обращений.

Что касается нарушения прав ФИО1 на последовательное и непрерывное содержание административного истца в штрафном изоляторе с 09.07.2021 года по 02.08.2021 года, затем с 25.02.2022 года по 10.04.2022 года, то суд приходит к выводу, что срок обжалования указанных ФИО1 постановлений пропущен им, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении требований.

Между тем, суд исследовал обстоятельства привлечения ФИО1 в указанные выше периоды к дисциплинарной ответственности и пришел к выводу, что доводы ФИО1 на незаконность постановлений несостоятельны по следующим основаниям.

Статья 115 УИК РФ прямо устанавливает максимальный срок такого взыскания (до 15 суток), налагаемого за одно нарушение установленного порядка отбывания наказания. При этом данная норма действует во взаимосвязи с положениями части первой статьи 117 УИК РФ, согласно которым взыскание исполняется немедленно, а в исключительных случаях - не позднее 30 дней со дня его наложения. Действующее уголовно-исполнительное законодательство не содержит и не содержало в указанный выше период норм, ограничивающих количество повторных водворений в ШИЗО или норм, не допускающих непрерывного содержания осужденных в ШИЗО, в случае совершения ими повторного нарушения в данные периоды.

Возможность неоднократного применения данной меры взыскания к осужденному за каждое отдельное совершенное им нарушение обусловлена его собственным поведением и направлена на достижение целей исправления осужденного и предупреждения совершения им новых нарушений установленного порядка отбывания наказания и иных правонарушений.

Ссылка ФИО1 на то, что он с порядком и условиями отбывания наказания, правилами внутреннего распорядка, установленных в исправительном учреждении, он был ознакомлен лишь 20.06.2022 года. В связи с этим ему не было известно, какие его действия могут быть расценены как нарушения, и это повлекло совершение им неоднократных нарушений, суд отклоняет, считает её надуманной.

В соответствии с п. 22 Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений, распорядок дня утверждается приказом начальника исправительного учреждения, доводится до сведения администрации исправительного учреждения и осужденных и размещается в общедоступных местах в виде наглядной информации.

Кроме этого, ранее ФИО1 уже был ознакомлен с Правилами внутреннего распорядка исправительных учреждений в ФКУ ИК-15, где также отбывал наказание в строгих условиях, ссылается на указанные Правила в данном административном иске, а также ссылался на них ранее в других административных исках.

Таким образом, ФИО1 не мог не знать установленный распорядок и условия отбывания наказания в ФКУ ИК-18, достоверно знал, какие действия/бездействие являются нарушением.

В ходе исследования материалов дела установлено, что порядок привлечения ФИО1 в ФКУ ИК-18 к дисциплинарным взысканиям в заявленные им периоды не был нарушен. Заседания дисциплинарной комиссии проводились с участием ФИО1, где ему разъяснялась суть допущенного нарушения. У него отбирались объяснения, которые были учтены при принятии решения. Со всеми постановлениями о водворении в ШИЗО ФИО1 был ознакомлен, о чем имеются его подписи. Проводился медицинский осмотр для определения возможности помещения в ШИЗО с учетом состояния здоровья ФИО1

При этом проведение заседания дисциплинарной комиссии исправительного учреждения не предусмотрено действующим законодательством в качестве обязательной процедуры, предшествующей наложению взыскания на осужденного.

Также вышеприведенные нормы материального права не устанавливают обязанность администрации исправительного учреждения обеспечивать явку и участие адвоката (иного лица, имеющего право на оказание юридической помощи) для осужденного к лишению свободы, а также обязанность допрашивать свидетелей при рассмотрении материалов о нарушении последним установленного порядка отбывания наказания.

При этом административный истец не был лишен права на свидание с адвокатом. Его право на получение квалифицированной юридической помощи не ущемлялось.

Согласно п.138, 139 Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений, денежные переводы, поступившие осужденным к лишению свободы, зачисляются на их лицевые счета. О поступлении денежных средств осужденный к лишению свободы уведомляется не позднее трех рабочих дней со дня их поступления.

Ссылаясь на нарушение своих прав неуведомлением о поступлении на счет денежных средств, ФИО1 указал, что это лишило его возможности своевременно возместить вред потерпевшему по уголовному делу, а также осуществить переводы своим близким. Между тем, суд приходит к выводу, что неуведомление ФИО1 о поступлении на его счет денежных средств не повлекло нарушение его прав, поскольку при рассмотрении дела не установлено обстоятельств, свидетельствующих о намерении ФИО1 возмещать вред потерпевшему своевременно или при первой же возможности.

Также административный истец указывает, что почтовые отправления всегда передавались с нарушением установленного срока отправления, исходящая корреспонденция оформлялась неправильно, соответствующие расписки и квитанции не выдавались, что влекло нарушение его права на возмещение материального вреда при ненадлежащем оказании услуг почтовой связи, а также нарушение его права быть уведомленным о доставке таких обращений адресатам суд приходит к следующему.

С учетом принципа состязательности сторон и предусмотренной частью 11 статьи 226 КАС РФ обязанности органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями и принявших оспариваемые решения по доказыванию правомерности оспариваемого решения, и доказыванию нарушения прав, суд должен основывать свое решение на анализе доказательств, представленных как административным истцом, так и административным ответчиком.

Обязанность доказывания обстоятельств, указанных в пунктах 1 и 2 части 9 статьи 226 КАС РФ, возлагается на лицо, обратившееся в суд.

В силу статьи 62 КАС РФ обязанность доказывания нарушения своих прав и свобод по делам, связанным с оспариванием решений, действий (бездействия) органов, организаций и должностных лиц, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, лежит на административном истце.

В соответствии с пунктом 6 части 2 статьи 220 КАС РФ административный истец, обращаясь в суд с административным исковым заявлением, должен указать сведения о его правах, свободах и законных интересов, которые, по его мнению, нарушаются оспариваемым решением, действием (бездействием), и в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 126 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации представить совместно с исковым заявлением, документы, подтверждающие обстоятельства, на которых он основывает свои требования.

В этой части требований административным истцом не представлено доказательств того, что в спорный период им направлялись какие либо почтовые отправления, а также наступление негативных последствий в связи с несвоевременным выполнением обязанности по отправке.

Анализируя изложенное, суд приходит к выводу, что административный иск ФИО1 не подлежит удовлетворению в полном объеме.

Разрешая ходатайство административного истца о взыскании судебных расходов, суд приходит к следующему.

Согласно ст. 111 КАС РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных статьей 107 и частью 3 статьи 109 настоящего Кодекса.

В силу ст. 112 КАС РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Учитывая, что суд пришел к выводу о полном отказе в удовлетворении исковых требований административного истца, судебные расходы на юридические услуги взысканию не подлежат.

Руководствуясь ст.ст. 175-180, 227, 228 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации,

решил :

В удовлетворении административного иска ФИО1 к ФКУ ИК-18 ГУФСИН России по Новосибирской области, ФСИН России о признании незаконным действий и бездействия, выразившихся в нарушении условий содержания в исправительном учреждении в период с 02.07.2021 года по 17.08.2022 года, о признании незаконными постановлений о применении мер взыскания в виде водворения в штрафной изолятор от 09.07.2021 года, от 20.07.2021 года, от 02.08.2021 года, от 25.02.2022 года, от 11.03.2022 года, от 21.03.2022 года, от 31.03.2022 года, взыскании компенсации за нарушение условий содержания, отказать.

Апелляционная жалоба на решение суда может быть подана в Новосибирский областной суд через Бердский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья /подпись/ О.А. Зюкова

Полный текст решения изготовлен 17.04.2023 г.