дело № 22 -2382 судья Ломакин В.В.
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
28 сентября 2023 года г. Тула
Судебная коллегия по уголовным делам Тульского областного суда в составе:
председательствующего судьи Вознюк Г.В.,
судей: Гудковой О.Н., Турчиной Т.Е.,
при ведении протокола секретарем Хорст Е.А.,
с участием прокурора Манохиной К.П.,
осужденного ФИО5,
защитника адвоката Харламовой М.Н.,
рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционную жалобу осужденного ФИО5 на приговор Киреевского районного суда Тульской области от 14 июня 2023 года, по которому
ФИО5, <данные изъяты>, несудимый;
осужден по ч.4 ст. 111 УК РФ к 8 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима;
срок отбывания наказания постановлено исчислять со дня вступления приговора в законную силу;
в соответствии с п. «а» ч. 3.1 ст.72 УК РФ зачтено в срок отбывания наказания время содержания под стражей в период с 19.07.2022 до дня вступления приговора в законную силу, из расчета один день нахождения под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима;
мера пресечения до вступления приговора в законную силу оставлена без изменения - заключение под стражу с содержанием в ФКУ СИЗО-4 УФСИН России по Тульской области;
по делу принято решение о судьбе вещественных доказательств.
Заслушав доклад судьи Гудковой О.Н., выслушав объяснения осужденного ФИО5 в режиме видеоконференц-связи и адвоката Харламовой М.Н., поддержавших доводы апелляционной жалобы, мнение прокурора Манохиной К.П., просившей приговор оставить без изменения, судебная коллегия
установил а:
ФИО5 осужден за умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего ФИО1 совершенное 17.07.2022 в г.Липки Киреевского района Тульской области.
Преступление совершено при обстоятельствах, установленных судом и изложенных в приговоре.
В апелляционной жалобе осужденный ФИО5 выражает несогласие с приговором суда.
Полагает, что судом его действия квалифицированы неправильно, поскольку нанес один удар в лицо, но в последующем помог потерпевшему подняться, что необходимо признать в качестве обстоятельства смягчающего его наказание – оказание медицинской или иной помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления.
Считает, что его вина в нанесении потерпевшему ударов бруском не доказана, поскольку доказательств этого в приговоре не приведено.
Первоначальные показания в качестве свидетеля и при проведении следственного эксперимента свидетелем ФИО2 были даны под давлением со стороны правоохранительных органов.
Полагает, что ему необоснованно было отказано в проведении экспертизы для определения давности образования крови на бруске, что могло подтвердить его показания, что данная кровь на бруске появилась за несколько месяцев до случившего.
Выражает несогласие с выводами эксперта о причине смерти потерпевшего и определение степени тяжести причиненных повреждений. Считает, что выводы эксперта носят предположительный характер, что является недопустимым доказательством для установления виновности.
Считает, что телесные повреждения ФИО1 могли быть получены при падении на крыльцо, поскольку он находился в состоянии алкогольного опьянения и выпил несколько таблеток, которые нарушают координацию движения.
Просит приговор суда изменить, его действия переквалифицировать на ст. 109 или 118 УК РФ, признать обстоятельством, смягчающим наказание – оказание медицинской или иной помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления.
Проверив материалы дела, выслушав мнение участников процесса, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.
Выводы суда о виновности осужденного ФИО5 в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшего при изложенных в приговоре обстоятельствах, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, являются правильными, основанными на совокупности доказательств, исследованных в судебном заседании, которые в необходимом объеме приведены в приговоре суда, в частности:
показаниями потерпевшей ФИО3 – матери ФИО1 согласно которым 18.07.2022 днем домой приехал старший сын ФИО4 который пояснил, что привез Рустама, который находился в беспомощном состоянии, передвигаться самостоятельно не может. Они предположили, что тот напился. На лбу у ФИО1 была ссадина, а изо рта шла пена. Они вызвали скорую помощь, которая его госпитализировала. Сотрудники скорой сообщили, что у ФИО1 кома. Когда делали трепанацию черепа, то установили, что у ФИО1 полностью разбит череп;
показаниями свидетеля ФИО2 согласно которым 17.07.2022 она с ФИО5 находились дома, распивали водку, в последующем к ним присоединился ФИО1 В ходе распития спиртного ФИО1. попросил у нее таблетки «Карбомозипин». ФИО1 выпил восемь таблеток, и попросил еще, она отказала. Тогда ФИО1 без разрешения стал открывать отделение серванта, где лежали таблетки, она стала его выгонять. ФИО5 услышав, что она ругается, подошел к ФИО1 и нанес ему кулаком удар в область головы, отчего тот опрокинулся назад и упал на живот, ударившись при этом лбом об угол журнального столика. У ФИО1 появилась ссадина и открылось небольшое кровотечение. Она снова стала выгонять ФИО1 а тот в ответ стал оскорблять ее и ФИО5 Находясь во дворе дома, ФИО1 продолжал оскорблять ФИО5, тогда тот взял деревянный брусок, подошел к ФИО1 и нанес ему удар по голове в область затылка. В этот момент она находилась за спиной ФИО5 и видела указанные события. От полученного удара ФИО1 упал на землю, пытался что-то произнести, но речь его была неразборчива, лежал на боку и не вставал. ФИО5 подошел к ФИО1 толкал его, но тот в ответ ничего не говорил, просто мычал. Они предположили, что ФИО1. от количества выпитого лекарственного средства уснул, и решили не трогать его, после чего вернулись в дом.
Проснувшись 18.07.2022 утром, увидела через окно, что ФИО1 так и лежит, не шевелится. ФИО5 вышел во двор, стал будить ФИО1 толкал его, но тот не реагировал. Она позвонила брату ФИО1 - ФИО4 который приехал. ФИО5 и ФИО4 подняли ФИО1 с земли, довели до автомобиля, погрузили, после чего ФИО4 уехал;
показаниями свидетеля ФИО1 согласно которым 17.07.2022 он пришел к ФИО5 домой, где вместе с ФИО5, ФИО6 и ФИО1. распивали спиртные напитки. ФИО1 стал просить какие-то таблетки у ФИО2 но та отказала. Тогда ФИО1 открыл сервант, стал что-то искать. Последняя сильно ругалась на ФИО1 требовала перестать лазить в вещах. На шум в комнату пришел ФИО5, который подошел к ФИО1 и нанес ему один удар кулаком по лицу, отчего ФИО1 упал спиной вниз, ударившись при падении головой об угол журнального столика, в связи с чем на затылке у того образовалось рассечение, пошла кровь. ФИО2 и ФИО5 подняли ФИО1 положив его на диван. У ФИО1 из затылка и в районе переносицы текла кровь. Он лег рядом с ФИО1 на диван и уснул. Позже пришла его жена, которая отвела его домой;
показаниями свидетеля ФИО7., согласно которым 17.07.2022 муж ФИО9 поехал на велосипеде к ФИО5 Вечером она позвонила ФИО5, который сообщил, что ФИО1 спит у него дома. Она пошла к ФИО5, где находились ФИО2 ФИО5, ФИО1 и ФИО1 Она стала будить мужа. В это время в зал зашел ФИО1 на голове у того была свежая кровь, виднелась небольшая ссадина, из которой выступала кровь. ФИО1 самостоятельно прошел в комнату, выпил водки, после чего лег спать. ФИО5 разбудил ее мужа ФИО1 помог довести до дома;
показаниями свидетеля ФИО4 согласно которым 18.07.2022 ему позвонил ФИО5, чтобы он забрал брата ФИО1, поскольку тот находился под действием каких-то таблеток. Когда он приехал то увидел, что брат лежал на улице рядом с домом спиной на деревянной ступеньке. Там были ФИО5 и ФИО2 которая ему пояснила, что между ФИО1 и ФИО5 произошел конфликт, в ходе которого последний ударил ФИО1 кулаком в лицо. Тот упал на пол, ударившись головой о журнальный столик. Он похлопал брата по щекам, тот был без сознания. У брата были небольшие ссадины, покраснение в районе виска. Вместе с ФИО5 они положили брата к нему в автобус, повез его к матери, попутно вызывал скорую помощь. До приезда медиков брат ни обо что не ударялся, скорая забирала брата на носилках, в больнице его отправили в реанимацию. Последний раз он видел брата 17.07.2022, каких-либо телесных повреждений у него не было;
показаний свидетеля ФИО8 согласно которым 17.07.2022 в период с 21 до 22 часов ему на мобильный телефон позвонил ФИО5, попросил помочь перенести телевизор. Прибыв к ФИО5 домой, зайдя во двор обнаружил на земле возле калитки ФИО1 который лежал правым боком на земле, свернувшись калачиком. Он к нему подошел, говорил, чтобы тот встал, толкал его рукой, но ФИО1. никак не реагировал. В доме он спросил ФИО2 что с ФИО1 та ответила, что произошла ссора, ФИО5 поколотил его. Однако, как именно и чем ФИО5 наносил удары ФИО1 она не говорила. Затем в квартиру вошел ФИО5, который сказал, что ударил ФИО1 за дело. После этого он обратился к ФИО5 с предложением занести ФИО1 домой, поскольку на улице прохладно, однако ФИО2 и ФИО5 возражали. Он попросил у ФИО2 и ФИО5 мобильный телефон, чтобы вызвать скорую помощь, но они отказали ему. После этого он ушел домой. 18.07.2022 примерно в 10 часов он позвонил брату ФИО1 - ФИО4. сказал, чтобы тот забрал своего брата из дома ФИО2 и ФИО5, на что ФИО4 ответил, что уже едет к ним домой. 17.07.2022 в дневное время он видел ФИО1 телесных повреждений у него на лице не было, крови на одежде не было;
показаниями свидетеля ФИО6 согласно которым 17.07.2022 днем он пришел к ФИО5, где находились ФИО2 ФИО1 Позже пришел ФИО1 У ФИО5 и ФИО1 произошел конфликт из-за того, что ФИО1 без разрешения полез в сервант за таблетками. ФИО5 нанес один удар кулаком в область лица ФИО1., от которого тот упал на пол, ударившись лбом об угол журнального столика. ФИО5 принес самогон, они продолжили распивать спиртное. У ФИО5 в руках был деревянный брусок длиной примерно 70-80 см. Потом ФИО5 и ФИО1 зашли в дом, ФИО1 был весь в крови, имелись повреждения на носу, была кровь в затылочной части головы. ФИО5 указал на брус, который был в крови, сказал ФИО1 - «Помнишь эту палку?», но последний ничего не ответил, упал на пол. На одежде ФИО5 была кровь. Он думает, что телесные повреждения ФИО1 получил от удара брусом ФИО5, так как видел кровь на одежде и руке ФИО5 Самого конфликта он не видел;
показаниями свидетеля ФИО10 - следователя СО по г.Киреевск СУ СК России по Тульской области, согласно которым по уголовному делу в качестве свидетеля 19.07.2022 он допрашивал ФИО2 в том числе с использованием видеозаписи. ФИО2 находилась в нормальном состоянии, признаков наркотического или алкогольного опьянения у нее не было. Показания она давала добровольно, знакомилась с протоколами, ставила свои подписи, замечаний не было;
показаниями свидетеля ФИО11 согласно которым 19.07.2022 она участвовала в качестве понятой при осмотре места происшествия по адресу: <адрес> в проведении, которого участвовала ФИО2 и продемонстрировала на манекене каким образом ФИО5 нанес удар кулаком правой руки в область головы ФИО1, а во дворе дома с помощью манекена продемонстрировала, каким образом ФИО5 наносил удар деревянным бруском по голове ФИО1. После проведения осмотра места происшествия, следователем был изготовлен протокол, с которым все участники ознакомились, поставили свои подписи;
показаниями свидетеля ФИО12 принимавшей участие в качестве понятой при осмотре места происшествия и давшей показания, аналогичные показаниям свидетеля ФИО11
показаниями свидетеля ФИО13 - оперуполномоченного ОП «Липковское» ОМВД России по Киреевскому району, согласно которым 19.07.2022 он участвовал в осмотре места происшествия по адресу: <адрес>, в ходе которого ФИО2 на манекене демонстрировала обстоятельства произошедшие 17.07.2022. В комнате ФИО2 демонстрировала, как ФИО5 нанес удар кулаком в область лица ФИО1 от которого тот упал и ударился лбом об угол стола. Во дворе дома ФИО2 на манекене продемонстрировала механизм удара деревянным бруском ФИО5 по голове ФИО1 Ход следственного действия фиксировался следователем с помощью цифрового фотоаппарата. После составления протокола осмотра места происшествия он был подписан всеми участвующими лицами. Во время проведения осмотра места происшествия 19.07.2022 физического или психологического воздействия на ФИО2 не оказывалось. ФИО2 добровольно рассказывала о событиях, которые произошли 17.07.2022;
показаниями свидетеля ФИО14. - следователя СО по г.Щекино СУ СК России по Тульской области, согласно которым 19.07.2022 в рамках доследственной проверки он проводил осмотр места происшествия по адресу: <адрес> участием двух понятых, оперуполномоченного ФИО13 а также ФИО2 В ходе осмотра ФИО2 на манекене показала, каким образом 17.07.2022 ФИО5 нанес удар кулаком в лицо ФИО1 как ФИО1 упал от этого удара ударившись головой о журнальный столик. После этого ФИО2 на улице около дома продемонстрировала на манекене, каким образом ФИО5 нанес удар бруском по голове ФИО1 По окончании следственного действия, им был составлен протокол, с которым все участвующие лица ознакомились, расписались в нем, замечаний не поступало. Физического и психологического давления на ФИО2 не оказывалось. Все пояснения она давала добровольно;
показаниями эксперта ФИО15 который подтвердил, что смерть ФИО1 наступила от закрытой черепно-мозговой травмы с кровоизлияниями под твердую мозговую оболочку головного мозга в правом полушарии, под мягкие мозговые оболочки в правой височной доле головного мозга, осложнившихся травматическим отеком головного мозга, на что указывает наличие повреждений, подтвержденных при судебно-гистологическом исследовании, данные предоставленных медицинских документов. Все наружные повреждения на голове ФИО1 (ушибленные раны, ссадины, кровоизлияния в мягкие ткани головы располагались в одной анатомической области, а именно, на голове, вследствие чего каждое из данных повреждений, а также их совокупность могли привести к внутричерепным повреждениям имевшихся у ФИО1 и взаимно отягощать друг друга. Таким образом, разграничить повреждения головы, имевшиеся у ФИО1 не представляется возможным. Из этого следует, что внутричерепные повреждения, имевшиеся у ФИО1 в виде кровоизлияний под оболочки головного мозга, могли образоваться в результате травматических воздействий как в каждую из анатомических областей, в которой были обнаружены наружные повреждения (ушибленные раны, ссадины, кровоизлияния в мягкие ткани головы), так и в совокупности от всех данных воздействий. Таким образом, достоверно установить какое-либо одно место травматического воздействия, от которого могли образоваться внутричерепные повреждения у ФИО1 от которых непосредственно наступила его смерть, определить не представляется возможным.
Разделение повреждений на группы в заключении эксперта принято делать с целью их разграничения для удобства восприятия выводов эксперта. Критерии для разделения повреждений на группы определяет лично судебно-медицинский эксперт, проводящий конкретную экспертизу, исходя из вопросов и задач проводимой экспертизы. В заключении эксперта № 0522 от 17.08.2022 повреждения разделены на группы А и Б, а точечные раны передней поверхности грудной клетки правой подключичной области были расценены, как последствия проведения медицинских манипуляций, что подтверждалось свойствами данных ран, а также данными предоставленных медицинских документов, поэтому данные раны не были включены в вывод заключения эксперта, однако, данные раны указаны в рубрике заключения «Судебно-медицинский диагноз». Формулировка «не менее одного травматического воздействия в область лица и не менее одного травматического воздействия в область правого теменного бугра» подразумевает под собой возможность образования повреждений от двух и более воздействий. Следует отметить, что как одно и то же повреждение может образоваться от одного и более травматических воздействий, так и от одного травматического воздействия может образоваться одно и более повреждений. На основании количества локализаций и свойств повреждений, обнаруженных на трупе ФИО1 им был сделан вывод о том, что данные повреждения могли образоваться не менее чем от двух травматических воздействий. Как указано в выводах заключения эксперта № 0632-Д от 31.08.2022, с учетом количества, взаиморасположения и механизма образования повреждений, обнаруженных при судебно-медицинской экспертизе трупа ФИО1 нельзя исключить возможность их образования при обстоятельствах, указанных свидетелем ФИО2 в предоставленных материалах уголовного дела;
показаниями эксперта ФИО16 согласно которым повреждения, указанные в первичном заключении эксперта (№ 0522 от 17.08.2022) и в повторной судебно-медицинской экспертизе (№ 2 от 27.01.2023) полностью совпадают, однако приведены в другой последовательности с некоторым изменением терминологии (ссадина-осаднения…).
По данным протокола осмотра места происшествия с участием ФИО2 от 19.07.2022 (на фото 16 показана ФИО2 в правой руке у которой фрагмент дерева, занесенный над головой манекена) места контакта с конкретной областью головы нет. Следовательно, ответить на вопрос - какие из установленных повреждений могли быть причинены в области головы в результате удара брусом сверху, не представляется возможным. Также показано расположение манекена на правом боку с фиксацией на землю правой половиной головы, где расположена ушная раковина, повреждения на которой не обнаружено.
По данным следственного эксперимента с участием свидетеля ФИО2 от 27.12.2022 и следственного эксперимента с участием свидетеля ФИО1 от 20.12.2022, осмотра места происшествия с участием ФИО2. от 19.07.2022, указано падение ФИО1 на спину с контактом о поверхность пола руками, спиной и ягодицами. По данным исследования трупа на правой конечности имеется несколько повреждений (кровоподтек на задней поверхности нижней трети правого плеча с переходом на локтевой сустав, ссадина в средней трети плеча; кровоподтек на наружной поверхности верхней трети правого плеча; кровоподтек на передней наружной поверхности средней трети правого плеча; кровоподтек на внутренней поверхности средней и нижней трети правого плеча, в нижней части которого ссадина). На спине в проекции правой лопатки кровоподтек в крестцовой области ссадина. Учитывая локализацию обнаруженных повреждений и их характер, при данной показанной ситуации могли быть получены повреждения на спине, в области правой лопатки и правого локтевого сустава;
а также письменными доказательствами:
протоколом осмотра места происшествия от 18.07.2022, зафиксированного на фототаблицу - квартиры по адресу: <адрес>, в ходе которого изъяты: салфетка, шорты ФИО5, деревянный брусок;
протоколом осмотра места происшествия от 19.07.2022, зафиксированного на фототаблицу - квартиры по адресу: <адрес> в ходе которого ФИО2 пояснила обстоятельства произошедшего 17.07.2022, продемонстрировав на манекене как ФИО5 нанес ФИО1 удар кулаком в область лица, от которого ФИО1 упал на спину, ударившись головой об угол журнального столика, а затем продемонстрировала как ФИО5 ударил ФИО1 деревянным бруском в затылочную часть головы;
протоколом осмотра от 20.07.2022, зафиксированного на фототаблицу, согласно которому осмотрен труп ФИО1 у которого зафиксированы телесные повреждения;
протоколом выемки от 21.09.2022 у ФИО2 записки с датой и временем звонков с ФИО4. 18.07.2022;
протоколом выемки от 22.09.2022 у ФИО7 детализации звонков с абонентского номера № за период с 16.07.2022 по 24.07.2023;
протоколом выемки от 22.09.2022 у ФИО8 детализации звонков с абонентского номера № за период с 16.07.2022 по 19.07.2023;
протоколом очной ставки между свидетелем ФИО4 и обвиняемым ФИО5; между свидетелями ФИО2 и ФИО1
протоколом следственного эксперимента от 27.12.2022, зафиксированного на фототаблицу, в ходе которого свидетель ФИО2 на манекене продемонстрировала, каким образом ФИО5 17.07.2022 нанес удар кулаком в область лица ФИО1 как последний упал и ударился левой областью лба об угол журнального столика;
протоколом следственного эксперимента от 20.12.2022, зафиксированного на фототаблицу, согласно которому свидетель ФИО1 с помощью манекена продемонстрировал, каким образом ФИО5 17.07.2022 нанес удар кулаком в область лица ФИО1 как последний упал и ударился левой областью лба об угол журнального столика;
заключением эксперта № 0522 от 17.08.2022, согласно которому смерть ФИО1 <данные изъяты>, наступила от закрытой черепно-мозговой травмы с кровоизлияниями под твердую мозговую оболочку головного мозга в правом полушарии, под мягкие мозговые оболочки в правой височной доле головного мозга, осложнившихся травматическим отеком головного мозга, на что указывает наличие повреждений, подтвержденных при судебно-гистологическом исследовании, данные предоставленных медицинских документов.
По данным предоставленных медицинских документов, смерть ФИО1 наступила 19.07.2022 года в 09.30, что не противоречит степени выраженности трупных явлений, установленной в ходе исследования трупа.
При судебно-медицинской экспертизе трупа ФИО1 были обнаружены повреждения, которые по тяжести вреда, причиненного здоровью, можно условно разделить на группы.
Повреждения группы А: ушибленные раны в левой надбровной области (1) и в области левой брови (1), ссадина в области спинки носа, участок осаднения в правой надбровной области, кровоизлияние в мягкие ткани головы в области правого теменного бугра, субдуральная гематома (кровоизлияние под твердую мозговую оболочку) в правом полушарии головного мозга в проекции наружных поверхностей правых теменной и височной долей головного мозга, в средней и задней черепных ямках справа (по данным медицинских документов, при проведении операции удалено около 90-100 мл крови, при исследовании трупа объем гематомы около 80 мл), базальное субарахноидальное кровоизлияние в правой височной доле головного мозга.
Повреждения группы А образовались от воздействия (ударов, давления, трения) тупых твердых предметов, в промежуток времени примерно от 1 до 4 суток до момента наступления смерти ФИО1 на что указывают макроскопические свойства повреждений, наличие в мягких тканях из мест повреждений гистологических признаков резорбции. Повреждения группы А расцениваются, как причинившие тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.
Повреждения группы А состоят в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти ФИО1 так как от данных повреждений развилось осложнение в виде травматического отека и дислокации головного мозга, которые непосредственно привели к наступлению смерти ФИО1
Повреждения группы Б: кровоподтеки (4) и ссадины (2) на правой верхней конечности, кровоподтек на левой верхней конечности, кровоподтек в правой лопаточной области, участок осаднения в крестцовой области. Повреждения группы Б образовались от воздействия (ударов, давления, трения) тупых твердых предметов, в промежуток времени примерно от 1 до 4 суток до момента наступления смерти ФИО1 на что указывают макроскопические свойства повреждений, наличие в мягких тканях из мест повреждений гистологических признаков резорбции.
Повреждения группы Б расцениваются, как не влекущие за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности и не причинившие вреда здоровью.
Повреждения группы Б не состоят в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти ФИО1
При судебно-химическом исследовании крови от трупа ФИО1 не было обнаружено этилового спирта, метадона, соединений опия, бензодиазепинов, фотодиазинов, барбитуратов, фенилалкиламинов, димедрола, амитриптилина, анальгина, кофеина, тропикамида, промедола;
заключением эксперта № 0612-Д от 26.08.2022, согласно которому при судебно-медицинской экспертизе трупа ФИО1 были обнаружены следующие повреждения головы, которые повлекли наступление смерти последнего: ушибленные раны в левой надбровной области (1) и в области левой брови (1), ссадина в области спинки носа, участок осаднения в правой надбровной области, кровоизлияние в мягкие ткани головы в области правого теменного бугра, субдуральнаягематома (кровоизлияние под твердую мозговую оболочку) в правом полушарии головного мозга в проекции наружных поверхностей правых теменной и височной долей головного мозга, в средней и задней черепных ямках справа (по данным медицинских документов, при проведении операции удалено около 90-100 мл крови, при исследовании трупа объем гематомы около 80 мл), базальное субарахноидальное кровоизлияние в правой височной доле головного мозга.
Повреждения группы А образовались от воздействия (ударов, давления, трения) тупых твердых предметов, а именно, не менее одного травматического воздействия в область лица и не менее одного травматического воздействия в область правого теменного бугра.
Возможность образования вышеуказанных повреждений в результате однократного падения из положения стоя на плоскости исключается, на что указывает взаиморасположение повреждений.
Достоверно высказаться о возможности образования вышеуказанных повреждений в результате падения «из иного другого положения» не представляется возможным, так как на экспертизу не предоставлены подробные обстоятельства предполагаемого падения;
заключением эксперта № 0632-Д от 31.08.2022, согласно которым при судебно-медицинской экспертизе трупа ФИО1 были обнаружены следующие повреждения головы, которые повлекли наступление смерти последнего: ушибленные раны в левой надбровной области (1) и в области левой брови (1), ссадина в области спинки носа, участок осаднения в правой надбровной области, кровоизлияние в мягкие ткани головы в области правого теменного бугра, субдуральнаягематома (кровоизлияние под твердую мозговую оболочку) в правом полушарии головного мозга в проекции наружных поверхностей правых теменной и височной долей головного мозга, в средней и задней черепных ямках справа (по данным медицинских документов, при проведении операции удалено около 90-100 мл крови, при исследовании трупа объем гематомы около 80 мл), базальное субарахноидальное кровоизлияние в правой височной доле головного мозга.
Повреждения группы А образовались от воздействия (ударов, давления, трения) тупых твердых предметов, а именно, не менее одного травматического воздействия в область лица и не менее одного травматического воздействия в область правого теменного бугра.
По данным предоставленных материалов уголовного дела, ФИО1 был нанесен один удар кулаком в область лица, после чего он упал и ударился лицом о предметы мебели, после чего ФИО1 был нанесен один удар деревянным бруском в затылочную область головы (данная анатомическая область является смежной области правого теменного бугра, в которой было обнаружено кровоизлияние в мягкие ткани головы).
Таким образом, с учетом количества, взаиморасположения и механизма образования повреждений, обнаруженных при судебно-медицинской экспертизе трупа ФИО1 нельзя исключить возможность их образования при обстоятельствах, указанных свидетелем ФИО2 в предоставленных материалах уголовного дела;
заключением эксперта № 286-Д от 15.09.2022, согласно которому на трупе ФИО1 обнаружены следующие повреждения:
А) ушибленная рана правой теменно-височной области головы, ушибленная рана левой лобной области, ушибленная рана левой бровной области, ссадина правой надбровной области, ссадина спинки носа, кровоизлияние в мягкие ткани правой теменной области головы; кровоизлияние под твердую мозговую оболочку правого полушария мозга, кровоизлияние под мягкую мозговую оболочку базальной поверхности правой височной доли головного мозга;
Б) кровоподтек правой лопаточной области, и ссадина крестцовой области спины; две ссадины с кровоподтеками задней и внутренней поверхностей правого плеча, два кровоподтека передненаружной поверхности правого плеча, кровоподтек левого предплечья;
В) пять точечных ранок передней поверхности грудной клетки в правой подключичной области.
1) Закрытая черепно-мозговая травма (п.а. «Выводов») образовалась от неоднократных (не менее 6) ударных воздействий и воздействий трения твердых тупых предметов.
2) Кровоподтеки и ссадины спины, правого плеча и левого предплечья (п.б «Выводов») образовались от неоднократных (не менее 7) ударных воздействий и воздействий трения твердых тупых предметов и (или) о таковые.
Кучное расположение точечных ранок правой подключичной области (п.в «Выводов») свидетельствуют о том, что они причинены в ходе медицинских манипуляций (инъекций);
заключением эксперта № 2 от 27.01.2023, согласно которым смерть ФИО1 <данные изъяты> наступила от закрытой черепно-мозговой травмы с кровоизлияниями под твердую мозговую оболочку головного мозга в правом полушарии (субдуральное кровоизлияние), под мягкие мозговые оболочки (субарахноидальные кровоизлияния) в правой височной доле, осложнившихся травматическим отеком головного мозга, что подтверждается обнаружением при первичной судебно-медицинской экспертизе трупа соответствующих повреждений, морфологическими признаками, установленными при судебно-гистологическом исследовании.
По данным предоставленных медицинских документов, смерть ФИО1 наступила 19.07.2022 года в 09.30 час, что не противоречит степени выраженности трупных явлений, установленной в ходе первичного исследования трупа.
При судебно-медицинской экспертизе трупа ФИО1 были обнаружены следующие повреждения.
2.1. Ушибленная рана (1) с кровоизлиянием в мягкие ткани лобной области слева (в левой надбровной области), ушибленная рана (1) с кровоизлиянием в мягкие ткани в области левой брови, ссадина (1) с кровоизлиянием в мягкие ткани в области спинки носа, ссадина (1) в правой надбровной области, ссадина (1) в правой височно-теменной области, кровоизлияние (1) в мягкие ткани головы в области правого теменногобугра, субдуральное кровоизлияние (кровоизлияние под твердую мозговую оболочку) справа в проекции наружных поверхностей правых теменной и височной долей головного мозга, в средней и задней черепных ямках справа (при проведении операции удалено около 90-100 мл крови, при исследовании трупа объем гематомы (кровоизлияния) около 80 мл), кровоизлияния под мягкие мозговые оболочки (базальное субарахноидальное кровоизлияние) правой височной доли.
Данные повреждения в совокупности образуют закрытую черепно-мозговую травму (ЗЧМТ), причинены воздействиями (ударов, ударно-скользящих воздействий и действия трения) тупых твердых предметов, в промежутке времени примерно от 1,5 до 3 суток до момента наступления смерти ФИО1 на что указывают морфологические свойства повреждений, описанные при исследовании трупа.
Закрытая черепно-мозговая фавма (ЗЧМТ) причинила тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни и состоит в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти ФИО1 так как вызвала развитие осложнения в виде травматического отека и дислокации головного мозга, которые непосредственно привели к наступлению смерти ФИО1
2.2 Кровоподтеки (4) и ссадины (2) на правой верхней конечности, кровоподтек (1) на левой верхней конечности, кровоподтек (1) с кровоизлиянием в мягкие ткани в правой лопаточной области, ссадина (1) в крестцовой области.
Данные повреждения причинены воздействиями (ударов, давления, ударно-скользящего действия, действия трения) тупых твердых предметов, в промежутке времени примерно от 1,5 до 3 суток до момента наступления смерти ФИО1 на что указывают морфологические свойства повреждений, описанные при исследовании трупа, расцениваются, как не причинившие вред здоровью человека, так как не повлекли за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности и не состоят в связи с наступлением смерти ФИО1
Ушибленная рана лобной области слева причинена действием удара и трения предмета с удлиненной узкой поверхностью.
В других обнаруженных повреждениях отобразились общие свойства травмирующих предметов (тупые твердые предметы с ограниченной и неограниченной контактной поверхностью). Характерные и специфические признаки травмирующих предметов не отобразились.
В область головы ФИО1 было нанесено не менее 5 травмирующих воздействий.
В область правой верхней конечности ФИО1 было нанесено не менее 4 травмирующих воздействий, в область левой верхней конечности не менее 1, в область спины не менее 2 травмирующих воздействий.
При судебно-химическом исследовании крови от трупа ФИО1 не было обнаружено <данные изъяты>.
Причинение закрытой черепно-мозговой травмы, обнаруженной в ходе проведения судебно-медицинской экспертизы трупа ФИО1 при обстоятельствах, изложенных в следственном эксперименте с участием ФИО2 от 27.12.2022 (падение ФИО1 и удар лобно-глазнично-скуловой областью слева о журнальный столик) не исключается, так как совпадает одна из точек приложения травмирующей силы на лице слева, механизм образования повреждений (удар), свойство травмирующего предмета (тупой, твердый предмет) и сроки образования повреждения 17.07.2022.
Условия нанесения остальных воздействий, которые могли также привести к образованию у ФИО1 закрытой черепно-мозговой травмы (ЗЧМТ) в представленных материалах отсутствуют.
Причинение закрытой черепно-мозговой травмы, обнаруженной в ходе проведения судебно-медицинской экспертизы трупа ФИО1 при обстоятельствах, изложенных свидетелем ФИО1 в ходе его допросов и при проведении следственного эксперименте 20.12.2022 (падение ФИО1 и удар лобно-глазнично-скуловой областью слева о журнальный столик) не исключается, так-как совпадает одна из точек приложения травмирующей силы на лице слева, механизм образования повреждений (удар), свойство травмирующего предмета (тупой, твердый предмет) и сроки образования повреждения 17.07.2022;
заключением эксперта № 96 от 09.08.2022, согласно которому на шортах ФИО5 обнаружена кровь человека В группы, которая могла произойти от ФИО1
заключением эксперта № 2877 от 04.08.2022, согласно которому на салфетке и фрагменте древесины (назван «деревянный брусок») обнаружена кровь ФИО1
протоколами осмотра предметов и постановлениями о признании их в качестве вещественных доказательств.
Показания потерпевшей, свидетелей и экспертов оценены судом в соответствии с требованиями УПК РФ. Каких-либо данных, свидетельствующих об оговоре ФИО5 потерпевшей, свидетелями и экспертами из материалов дела не усматривается, поэтому они обоснованно признаны судом достоверными и соответствующими фактическим обстоятельствам дела. Суд первой инстанции обоснованно не усмотрел существенных противоречий, влияющих на выводы суда, в показаниях потерпевшей, свидетелями и экспертов.
При этом каких-либо противоречий относительно обстоятельств, подлежащих доказыванию по делу, в том числе, в показаниях свидетелей обвинения не имеется, поскольку указанные лица давали последовательные и логичные показания, которые полностью согласуются между собой, а также с материалами уголовного дела, и не содержат существенных противоречий относительно обстоятельств совершения осужденным преступления. Возникшие противоречия в показаниях свидетелей судом были устранены путем оглашения их показаний в ходе предварительного следствия, выяснения их отношения к расхождениям и сопоставления их показаний с другими доказательствами по делу.
Вопреки доводам апелляционной жалобы, нарушений уголовно-процессуального закона при допросе свидетеля ФИО2 в судебном заседании не усматривается. Несогласие стороны защиты с содержанием показаний свидетелей стороны обвинения, в частности, свидетеля ФИО2 подробно описавшей и подтвердившей определенные обстоятельства, имеющие прямое и непосредственное отношение к преступной деятельности осужденного, не свидетельствует об их недопустимости либо недостоверности.
Заинтересованности иных свидетелей в исходе дела судом не установлено, равно как и оснований в создании искусственных доказательств виновности осужденного.
Суд указал, по каким основаниям и какие доказательства признал относимыми, допустимыми и достоверными, а их совокупность - достаточной для вывода о виновности ФИО5 в совершенном преступлении.
Каждое из исследованных доказательств оценено судом первой инстанции с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а все доказательства - в их совокупности, с точки зрения достаточности для разрешения уголовного дела, то есть в соответствии с требованиями ст. 87,88 УПК РФ и сомнений у суда апелляционной инстанции не вызывают.
Каких-либо нарушений закона при получении доказательств обвинения, при их представлении и исследовании, не имеется.
Достоверность и допустимость доказательств, положенных судом в основу обвинительного приговора, у судебной коллегии сомнений не вызывает.
При этом достаточная совокупность приведенных в приговоре и указанных выше доказательств подтверждает, что наступление смерти ФИО1 от закрытой черепно-мозговой травмы с кровоизлиянием под твердую мозговую оболочку головного мозга в правом полушарии (субдуральное кровоизлияние), под мягкие мозговые оболочки (субарахноидальные кровоизлияния) в правой височной доле головного мозга, осложнившейся травматическим отеком головного мозга, находится в прямой причинной связи с умышленными действиями осужденного ФИО5, который причинил потерпевшему тяжкий вред здоровью.
При наличии достаточной совокупности приведенных в приговоре доказательств суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о доказанности виновности ФИО5 в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, с применением предмета используемого в качестве оружия, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшего, и правильно квалифицировал его действия по ч.4 ст.111 УК РФ.
Квалификация действий осужденного ФИО5 в приговоре мотивирована убедительно, при этом все признаки данного преступления получили в его действиях объективное подтверждение.
Учитывая характер примененного осужденным насилия к потерпевшему, нанесение им не менее одного удара кулаком в область лица, в результате которого он упав ударился об угол журнального столика и не менее одного удара деревянным бруском в область расположения жизненно-важного органа - головы, тяжесть причиненных им последствий, суд обоснованно пришел к выводу о том, что ФИО5 осознавал возможность причинения тяжкого вреда здоровью потерпевшего, то есть действовал умышленно. По отношению к смерти суд правильно установил неосторожный характер действий осужденного.
Сделав вывод о направленности умысла ФИО5 на причинение тяжкого вреда здоровью, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшего, суд первой инстанции исходил из совокупности всех исследованных обстоятельств содеянного, в том числе учел характер действий подсудимого, количество нанесенных им ударов потерпевшему, применение предмета используемого в качестве оружия – деревянного бруска, а также степень тяжести этих повреждений.
Учитывая приведенные выше обстоятельства, судебная коллегия считает, что ФИО5 нанося удары деревянным брусом по голове потерпевшего, предвидел возможность и неизбежность наступления тяжких последствий, сознательно допускал эти последствия.
Всесторонний анализ собранных по делу доказательств, добытых в установленном законом порядке, полно и объективно исследованных в судебном заседании и получивших оценку в соответствии с требованиями УПК РФ, позволил суду правильно квалифицировать действия ФИО5 в соответствии с фактическими обстоятельствами дела и нормами УК РФ.
Доводы жалоб о недопустимости и недостоверности доказательств, на которых основан приговор, а также, что выводы суда основаны на предположениях, несостоятельны.
Судебная коллегия не находит оснований ставить под сомнение данную судом оценку указанных выше доказательств, отмечая, что в показаниях потерпевших, свидетелей, других доказательствах, на которых основаны выводы суда о виновности осужденного, существенных противоречий, которые свидетельствовали бы об их недостоверности, о чем содержится ссылки в апелляционной жалобе, не имеется. Указанная совокупность доказательств не содержит взаимоисключающих сведений относительно обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовному делу.
К показаниям осужденного, отрицавшего свою виновность в умышленном причинении тяжких телесных повреждений ФИО1 утверждавшему, что он не наносил ему ударов деревянным бруском по голове, суд обоснованно отнесся критически, поскольку они не соответствуют установленной судом объективной картине произошедших событий. Судом тщательно проверялись доводы стороны защиты об отсутствии в действиях ФИО5 состава инкриминируемого преступления. Критичное отношение суда к такой позиции осужденного является верным, его показания признаны неубедительными с приведением в приговоре подробных доказательств, с изложением мотивов принятых решений, не согласиться с которыми оснований у судебной коллегии не имеется.
Отвергая доводы стороны защиты, оспаривавшей допустимость протоколов следственных действий со свидетелем ФИО2 которые были ею даны в ходе предварительного следствия при ее допросе, проведении осмотра места происшествия, очной ставки и при проведении следственного эксперимента, суд обоснованно сослался на показания следователей - ФИО10 ФИО13 понятых - ФИО11 ФИО12 сотрудника полиции ФИО13 из которых сделал правильный вывод о том, что какого-либо давления на ФИО2 в ходе предварительного следствия не оказывалось.
Изменение показаний свидетеля ФИО2 правильно расценено судом в качестве стремления помочь ФИО5 избежать уголовной ответственности.
Несостоятельными являются и доводы жалобы осужденного о необоснованности выводов экспертов, заключения подвергались надлежащей проверке и оценке и лишь после сопоставления с иными доказательствами они на законном основании положены в основу приговора.
Вопреки доводам осужденного, согласно выводам эксперта, возможность образования у потерпевшего ФИО1 телесных повреждений при иных обстоятельствах, исключается. Судом первой инстанции не установлено иных обстоятельств образования телесных повреждений, кроме как от действий осужденного ФИО5
Судом первой инстанции была проверена версия стороны защиты о получении потерпевшим ФИО1 телесных повреждений при падении с высоты собственного роста. Данная версия опровергается выводами экспертиз № 0632-Д от 31.08.2022 (т.2 л.д.180-186), № 0522 от 17.08.2022 (т.2 л.д.158-164), № 2 от 27.01.2023 (т.3 л.д.208-229), а также показаниями экспертов ФИО15., ФИО16
Заключения эксперта о характере, степени тяжести телесных повреждений, механизме их образования и о причине смерти ФИО1. суд обоснованно признал относимыми, допустимыми и достоверными доказательствами, поскольку каких-либо нарушений требований закона при проведении экспертиз не было допущено.
Экспертизы выполнены экспертом, квалификация которых сомнений не вызывает, оформлены надлежащим образом, выводы экспертов понятны, непротиворечивы, компетентны, научно обоснованы, объективно подтверждены исследованными в судебном заседании доказательствами.
Оснований сомневаться в достоверности выводов экспертов, в том числе, по установлению причины смерти потерпевшего, не имеется.
Вопреки доводам жалобы при производстве судебно-медицинской экспертиз нарушений уголовно-процессуального закона, а также иных правил производства экспертизы по уголовным делам не допущено.
В частности, в заключении эксперта подробно описаны исследования, которые проведены, и отражены их результаты; приведены результаты лабораторных исследований; указаны примененные методики; выводы эксперта надлежаще оформлены; получены ответы на поставленные вопросы, которые обоснованы и ясны; указана используемая в ходе проведения исследований литература. Экспертом установлена причина смерти потерпевшего, выводы об этом мотивированны и понятны, объективность выводов о причине смерти подтверждена проведенными судебно-гистологическими исследованиями, неясностей, на что указывает защитник в жалобе, заключение эксперта не содержит.
Судебная коллегия не находит оснований сомневаться в достоверности выводов эксперта, в том числе по установлению причины смерти ФИО1 наличию телесных повреждений, их количеству, локализации, механизму образования и тяжести, а также относительно характеристики травмирующего предмета. В выводах эксперта в этой части отсутствуют противоречия, требующие устранения путем проведения повторной или дополнительной судебно-медицинских экспертиз, привлечения к участию в деле иных специалистов.
Каких-либо сомнений в объективности судебно-медицинского эксперта у судебной коллегии не имеется, так как он был предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения в соответствии со ст. 307 УК РФ, свои полномочия реализовывал в установленном законом порядке.
Заключения эксперта полностью отвечают требованиям ст. 204 УПК РФ, а также Федеральному Закону «О государственной экспертной деятельности в РФ» от 31.05.2001.
Вывод суда о признании в качестве допустимых доказательств заключений проведенных по делу экспертиз, является обоснованным, поскольку они получены в соответствие с требованиями действующего уголовно-процессуального законодательства, порядок и производство указанных экспертиз соблюден, заключения экспертов соответствуют требованиям ст. 204 УПК РФ, в них приведены выводы по поставленным перед экспертами вопросам и их обоснование. Заключения экспертиз мотивированы и сомнений не вызывают.
Вопреки доводам стороны защиты причина смерти ФИО1 судом установлены правильно, на основании имеющегося в материалах дела заключении судебно-медицинской экспертизы.
Тот факт, что стороне защиты было отказано в удовлетворении заявленных ими ходатайств, не свидетельствует о неполноте и необъективности судебного следствия. Все обстоятельства дела, имеющие существенное значение для его правильного разрешения, судом исследованы и им дана оценка в приговоре.
Судебная коллегия считает, что фундаментальных нарушений требований уголовно-процессуального закона в ходе предварительного расследования и судебного заседания, препятствующих постановлению в отношении ФИО5 законного и обоснованного приговора, допущено не было. Процессуальные права осужденного как на досудебной стадии уголовного производства по делу, так и в ходе судебного разбирательства были соблюдены.
Доводы апелляционной жалобы являются аналогичными суждениям, которые были озвучены автором в ходе судебного разбирательства. Они были предметом тщательного исследования в суде первой инстанции с принятием соответствующих решений, обоснованно отвергнуты с приведением в приговоре мотивов принятых решений, которые сомнений в их правильности не вызывают.
В жалобе осужденного ФИО5 не приводятся какие-либо обстоятельства, которые не были учтены судом, что могло повлиять на выводы суда о его виновности, доводы жалоб сводятся по существу к иной оценке доказательств.
При проверке доводов апелляционной жалобы, не установлено нарушений, которые бы ограничили право стороны защиты на представление доказательств, либо повлияли на вынесение законного и обоснованного приговора. Права сторон обвинения и защиты на представление доказательств были обеспечены судом в равной мере.
В ходе судебного разбирательства председательствующим были созданы необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и реализации, предоставленных им прав, которыми они воспользовались в полной мере.
Как видно из материалов дела, в том числе из протокола судебного заседания, судом соблюдался установленный уголовно-процессуальным законом порядок рассмотрения дела, принцип состязательности и равноправия сторон, которым предоставлялась возможность исполнения их процессуальных функций и реализации, гарантированных законом прав на представление доказательств, заявление ходатайств, а также иных прав, направленных на отстаивание своей позиции и реализации права на защиту.
Из протокола судебного заседания видно, что суд создал сторонам все необходимые условия для исполнения ими процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных прав. Сторона обвинения и сторона защиты активно пользовались правами, предоставленными им законом, в том числе исследуя представляемые доказательства, участвуя в разрешении процессуальных вопросов. Основанные на законе мнения и возражения сторон судом принимались во внимание. Все заявленные сторонами ходатайства были разрешены судом в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и в зависимости от их значения для правильного разрешения дела с принятием по ним должных решений и их убедительной мотивацией.
Судебное следствие по делу было завершено судом только после исследования всех представленных сторонами доказательств, совокупность которых признана судом достаточной для выводов суда, изложенных в приговоре. В апелляционных жалобах стороны защиты отсутствуют ссылки на иные доказательства, которые могли тем либо иным образом повлиять на правильность этих выводов.
Сведения о фальсификации протоколов следственных и процессуальных действий судебной коллегией при изучении дела не установлены.
Приведенные в приговоре доказательства, на основании которых суд пришел к выводу о виновности осужденного, согласуются между собой и дополняют друг друга.
Исследовав представленные доказательства, суд правильно оценил их по правилам ст. 88 УПК РФ с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все собранные доказательства в совокупности - достаточности для вынесения обвинительного приговора и в соответствии с положениями ст.307 УПК РФ указал мотивы, по которым в основу своих выводов он положил одни доказательства и отверг другие.
В связи с этим судебная коллегия не находит оснований не согласиться с оценкой доказательств, а также с выводами суда первой инстанции, надлежащим образом мотивированными и не вызывающими сомнений в правильности.
Каких-либо существенных противоречий в доказательствах, которые могли бы повлиять на решение вопроса о виновности осужденного в содеянном, судебная коллегия не усматривает, а утверждение стороны защиты об обратном расценивает как несостоятельное.
Нарушения уголовного и (или) уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход данного дела, отсутствуют.
Позиция стороны защиты о невиновности осужденного, о недопустимости доказательств, положенных в основу приговора, и неправильной их оценке, о неверной квалификации действий являлась предметом рассмотрения суда первой инстанций и как не нашедшая своего подтверждения обоснованно признана судом несостоятельной, в связи, с чем отвергнута.
Доводы апелляционной жалобы осужденного с изложением собственной оценки доказательств по делу, представляющейся ему правильной и являющейся его процессуальной позицией, по сути, являются несостоятельными.
По своей сути изложенные в апелляционной жалобе доводы сводятся к переоценке доказательств, которые оценены судом по внутреннему убеждению, основанному на совокупности имеющихся доказательств, как это предусмотрено ст. 17 УПК РФ. То обстоятельство, что оценка доказательств, данная судом первой инстанции, не совпадает с позицией стороны защиты, не свидетельствует о нарушении судом требований уголовно-процессуального закона и не ставит под сомнение выводы суда.
Суждения стороны защиты о незаконности приговора, изложенные в апелляционной жалобе, направлены на переоценку доказательств, исследованных в суде первой инстанции.
Приведенный в приговоре анализ и оценка доказательств соответствует требованиям закона. Приговор по своему содержанию отвечает требованиям уголовно-процессуального закона, предъявляемым к нему; обвинительный уклон и односторонность, противоречивость в выводах суд не допустил.
По смыслу закона в описательно-мотивировочной части приговора, исходя из положений п.3, 4 ч.1 ст.305, п.2 ст. 307 УПК РФ, надлежит дать оценку всем исследованным в судебном заседании доказательствам как уличающим, так и оправдывающим подсудимого. При этом излагаются доказательства, на которых основаны выводы суда по вопросам, разрешаемым при постановлении приговора, и приводятся мотивы, по которым те или иные доказательства отвергнуты судом.
Указанные положения закона судом при рассмотрении уголовного дела и вынесении обвинительного приговора в отношении ФИО5 полностью соблюдены.
Обстоятельства, при которых ФИО5 совершил преступление, и которые в силу ст. 73 УПК РФ подлежали доказыванию по настоящему делу, в том числе наличие умысла, судом установлены правильно, выводы суда о его виновности с достаточной убедительностью подтверждается совокупностью допустимых и достоверных доказательств, собранных на предварительном следствии, надлежащим образом исследованных в судебном заседании с участием сторон и подробно изложенных в приговоре, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным в судебном заседании.
Из протокола судебного заседания следует, что нарушений принципа состязательности и равноправия сторон, вопреки утверждениям в жалобах, в судебном заседании не допущено.
Все представленные стороной обвинения доказательства суд первой инстанции оценил отличным от защитников образом, но в полном соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, по своему внутреннему убеждению, основанному на совокупности имеющихся в уголовном деле доказательств, руководствуясь при этом законом и совестью. Оценка данных доказательств иным образом не основана на законе, а ее обоснование носит не вытекающий из материалов дела и требований действующего закона субъективный характер.
Как следует из уголовного дела, предварительное расследование и судебное разбирательство проведено в рамках уголовно-процессуального закона, что подтверждается материалами дела и протоколом судебного разбирательства.
Приговор постановлен на основании доказательств, свидетельствующих о виновности осужденного ФИО5
Все протоколы следственных действий составлены в соответствии с требованиями УПК РФ, то есть уполномоченными должностными лицами, в них имеются подписи участников. Каких-либо замечаний и дополнений в ходе проведения указанных следственных действий, от участников не поступило, что свидетельствует о том, что указанные следственные действия были проведены в соответствии с нормами уголовно-процессуального закона.
Из протокола судебного заседания видно, что судебное следствие проведено в соответствии с требованиями ст. ст. 273 - 291 УПК РФ. Все представленные суду доказательства были исследованы, заявленные ходатайства были рассмотрены, по ним судом приняты решения в установленном законом порядке. Несогласие осужденного и защитника с решениями суда по ходатайствам не свидетельствует о нарушении уголовно-процессуального закона, влекущем отмену приговора. Обоснованность принятых судом решений подтверждается уголовно-процессуальными основаниями, которые усматриваются в материалах дела.
Оснований считать, что в деле отсутствуют достаточные доказательства виновности осужденного ФИО5, у судебной коллегии не имеется.
Психическое состояние осужденного ФИО5 проверено, и он обоснованно признан вменяемым.
При определении вида и размера наказания осужденному ФИО5, суд принял во внимание требования ст. 6, 43, 60, 61 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности содеянного, обстоятельств преступления, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи, данных о его личности, состояние его здоровья, наличие обстоятельств, смягчающих и отсутствие обстоятельств отягчающих наказание, пришел к обоснованному выводу, что оснований для назначения ему наказания с применением ст. 64, 73 УК РФ, не имеется и иное наказание, не связанное с лишением свободы, не будет способствовать его исправлению.
Также суд обосновал отсутствие оснований для назначения ФИО5 дополнительного наказания и применения в отношении него положений, предусмотренных ч. 6 ст. 15 УК РФ.
Оснований для признания назначенного ФИО5 наказания явно несправедливым, вследствие чрезмерной суровости судебной коллегией не установлено, поскольку оно отвечает принципу справедливости и соразмерно содеянного им.
Не находит судебная коллегия оснований для признания в качестве обстоятельства смягчающего наказание ФИО5 - оказание иной помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления, которое предусмотрено п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ, ввиду отсутствия в материалах дела объективных данных, подтверждающих такое поведение осужденного.
Вид исправительного учреждения ФИО5 определен правильно в соответствии с п. «в» ч.1 ст. 58 УК РФ.
Вопросы о мере пресечения, исчислении срока отбывания наказания и зачете в срок отбывания времени содержания под стражей, вещественных доказательствах, разрешены судом верно.
Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену или изменение приговора в отношении ФИО5, органами предварительного следствия и судом допущено не было.
На основании изложенного и руководствуясь ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия
определил а :
приговор Киреевского районного суда Тульской области от 14 июня 2023 года в отношении ФИО5 - оставить без изменения, а апелляционную жалобу осужденного ФИО5 – без удовлетворения.
Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ.
Кассационные жалобы, представление на указанное определение могут быть поданы в Первый кассационный суд общей юрисдикции в течение шести месяцев со дня вынесения настоящего апелляционного определения, а осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии приговора, вступившего в законную силу.
Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.
Председательствующий
Судьи