№

РЕШЕНИЕ

<данные изъяты>

11 августа 2022 года г. Назарово

Назаровский городской суд Красноярского края в составе:

председательствующего судьи Гуртовенко Т.Е.,

с участием:

ст. помощника Назаровского межрайонного прокурора Бочаровой А.В.,

истца ФИО1,

представителя истца ФИО2, представившей ордер,

представителей ответчика ФИО3, действующего на основании доверенности,

при секретаре К,

рассматривая в открытом судебном заседании гражданское дело № по иску ФИО1 к КГБУЗ «Назаровская районная больница» о возмещении вреда, причиненного некачественным оказанием медицинской помощи и заявлений о взыскании судебных расходов, по заявлениям КГБУЗ «Красноярское краевое бюро судебно-медицинской экспертизы», Экспертно-правового центра Красноярского государственного медицинского университета о возмещении затрат по производству судебно-медицинских экспертиз, по заявлению ФИО1 о взыскании судебных расходов,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с учетом уточнения требований к КГБУЗ «Назаровская районная больница» о возмещении вреда, причиненного некачественным оказанием медицинской помощи, мотивируя требования тем, что 18 февраля 2017 г. с закрытым переломом мыщелков левого бедра со смещением, был доставлен в травматологическое отделение КГБУЗ «Назаровская районная больница», где ему была оказана первая медицинская помощь, проведена операция, установлена металлоконструкция – произведен остеосинтез пластиной. После операции его состояние ухудшилось, появилось нагноение послеоперационной раны, поднялась температура тела, появилась опухоль ноги. 27 февраля 2017 г. в тяжелом состоянии он был доставлен в КГБУЗ «Краевая клиническая больница», где ему был поставлен диагноз «<данные изъяты>». В КГБУЗ ККБ истец находился с 27 февраля 2017 г. по 25 марта 2017 г., ему 02 марта 2017 г. была проведена операция – ревизия места перелома левого бедра и коленного сустава, удаление инородных тел, промывное дренирование левого бедра и коленного сустава, после выписки он был направлен на амбулаторное лечение по месту жительства, однако, у него вновь поднялась температура тела, воспалились послеоперационные швы, увеличилась опухоль ноги. 01 апреля 2017 г. истец вновь был госпитализирован в КГБУЗ «Назаровская районная больница», откуда 06 апреля 2017 г. в тяжелом состоянии был доставлен в КГБУЗ ККБ, где находился на стационарном лечении до 21 апреля 2017 г. с диагнозом «<данные изъяты>. 07 апреля 2017 г. истец был прооперирован, ему проведена артротомия левого коленного сустава, ревизия левого бедра, полости сустава, демонтаж, удаление металлоконструкции, секвестрнекрэктомия, санация, дренирование левого бедра. С 06 июня 2017 г. по 23 июня 2017 г. истец находился на стационарном лечении в гнойном травматолого-ортопедическом отделении № 2 ФГБУ РНЦ «ВТО» имени академика Г.А. Илизарова и ему выставлен диагноз <данные изъяты> и проведена операция корригирующая остеотомия левого бедра в н\3, остеосинтез левого бедра апп. Илизарова, который был снят по истечении пяти месяцев. В настоящее время продолжает лечение по поводу хронического остеомиелита. Истец полагает, что в КГБУЗ «Назаровская районная больница» ему была оказана некачественная и неквалифицированная медицинская помощь, допущено инфицирование послеоперационных ран, не удалены инородные тела, в связи с этим истец обратился с заявлением в АО МСО «Надежда» о проведении экспертизы качества оказания медицинской помощи. По результатам ЭКМП, оказанной в КГБУЗ «Назаровская районная больница» были выявлены замечания: ненадлежащее выполнение необходимых лечебно-диагностических мероприятий, приведшее к ухудшению состояния здоровья, либо создавшее риск, возникновения нового заболевания (лечение протекало с ятрогенным осложнением – инфицирование послеоперационной раны). В течение почти двух лет, истец испытывает постоянные физические и нравственные страдания, длительное время был прикован к постели, затем передвигался с костылями, с тростью, в настоящее время у него функция сустава утрачена полностью, левая нога не сгибается, он хромает, частично утрачена функция самообслуживания. Полностью изменился стиль и образ жизни – он не может заниматься спортом, туризмом, охотой, просто вести активный образ жизни, проживая в частном доме, не может выполнять физическую работу по дому, обрабатывать земельный участок, не может управлять механическими транспортными средствами. Все это время истец испытывает материальные трудности, связанные с невозможностью полноценной работы и длительной нетрудоспособностью, при этом он понимает, что при качественной медицинской помощи на первоначальном этапе, его здоровье могло быть полностью восстановлено. Вследствие некачественно оказанной медицинской услуги у истца возникла выраженная контрактура левого коленного сустава, повлекшая стойкую утрату трудоспособности 30 %. Истец просит взыскать с КГБУЗ «Назаровская районная больница» компенсацию морального вреда в размере 1000000 руб. Утраченный заработок в связи с утратой общей трудоспособности в размере 30 % ежемесячно по 11795 рублей с последующей индексацией сумы, взыскать единовременно утраченный заработок с ДД.ММ.ГГГГ по день вынесения решения суда.

Кроме того, ФИО1 подал заявление о взыскании с КГБУЗ «Назаровская районная больница» судебных расходов по оплате юридических услуг в сумме 30000 рублей.

Так же, заявление о взыскании с КГБУЗ «Назаровская районная больница» судебных расходов подано КГБУЗ «Красноярское краевое бюро судебно-медицинской экспертизы» о взыскании расходов по проведению комиссионной судебно-медицинской экспертизы № в размере 32590 рублей и по проведению повторной комиссионной судебно-медицинской экспертизы № в размере 36460 рублей.

Кроме этого выставлен счет на оплату экспертизы проведенной экспертами Экспертно-правового центра Красноярского государственного медицинского университета, на сумму 121500 рублей и по проведению дополнительной экспертизы на сумму 18900 рублей.

В судебном заседании истец ФИО1 и его представитель ФИО2 на удовлетворении исковых требований настаивали в полном объеме с учетом их уточнений по доводам, изложенным в исковом заявлении и уточнениях к нему. На взыскании судебных расходов по оплате юридических услуг настаивали в полном объеме.

Представитель ответчика ФИО3 исковые требования не признал в полном объеме, указав, что истцу была оказана качественная и квалифицированная медицинская помощь, просил в удовлетворении исковых требований отказать. Считает неподтвержденным оказание медицинских услуг ненадлежащего качества. Представленная экспертиза № является ненадлежащим доказательством, поскольку проведена по адресу <адрес>, что не соответствует адресу учреждения указанному в лицензии <адрес>. Кроме того, экспертами не мог быть решен вопрос о степени утраты трудоспособности истца, так как экспертно-правовой центр Красноярского государственного медицинского учреждения не является учреждением медико-социальной экспертизы. Вопрос об утрате профессиональной трудоспособности не решался экспертами. Истец профессиональную трудоспособность не утратил, продолжает осуществлять трудовые функции. Кроме того ранее в судебных заседаниях, представитель ответчика указывал на то, что с момента получения травмы и до поступления в травматологическое отделение КГБУЗ «Назаровская РБ» прошло около 5 часов, доставка осуществлялась попутным транспортом, без наложения асептической повязки, что, с учетом сопутствующего повреждения кожных покровов и подлежащих мягких тканей в месте удара, с высокой долей вероятности должно было привести к их инфицированию до момента госпитализации. Считает заявленный моральный вред и судебные расходы по оплате юридических услуг завышенными.

Представитель третьего лица АО МСО «Надежда», третьи лица ФИО4, ФИО5, представитель Фонда социального страхования РФ, извещенные о дне рассмотрения дела, в суд не явились, представитель АО МСО «Надежда» направил ходатайство о рассмотрении дела в их отсутствие.

Выслушав стороны, заключение прокурора, полагавшего исковые требования обоснованными и подлежащими удовлетворению, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст. 12 ГК РФ, защита гражданских прав осуществляется путем возмещения убытков, компенсации морального вреда, иными способами, предусмотренными законом. В силу ст. 307 ГК РФ, обязательства возникают из договора, вследствие причинения вреда, и из иных оснований.

Согласно ст. 1064 ГК РФ, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В силу ч. 1 ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. Работником признается гражданин, выполняющий работу на основании трудового договора (контракта).

Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Как следует из ч. 1 ст. 150 ГК РФ, к нематериальным благам относятся, в том числе, жизнь и здоровье, иные личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона.

В соответствии со ст. 1101 ГК РФ, компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулируются Федеральным законом от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации", который определяет, в том числе, права и обязанности человека и гражданина, отдельных групп населения в сфере охраны здоровья, гарантии реализации этих прав (ч. 2), а также права и обязанности медицинских организаций, иных организаций, индивидуальных предпринимателей при осуществлении деятельности в сфере охраны здоровья (ч. 4), права и обязанности медицинских и фармацевтических работников (ч. 5).

Данным Законом определено (ст. 2), что под лечением понимается комплекс медицинских вмешательств, выполняемых по назначению медицинского работника, целью которых является устранение или облегчение проявлений заболевания или заболеваний либо состояний пациента, восстановление или улучшение его здоровья, трудоспособности и качества жизни (ч. 8); качеством медицинской помощи - совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата (ч. 21).

В силу ч. 2 и ч. 3 статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

Как установлено в судебном заседании и следует из медицинской карты стационарного больного № из КГБУЗ «Назаровская РБ», ФИО1 поступил 18.02.2017 г. в 17 час. 30 мин., осмотрен хирургом - жалобы на острую боль, искривление, патологическую подвижность в н\3 левого бедра. Анамнез заболевания: травма бытовая 6 часов назад. СМП доставлен в травматологическое отделение. Объективно: состояние средней тяжести. Локально: больной лежит на каталке, левая н/конечность ротирована кнаружи, короче левой на 5 см. Активные и пассивные движения отсутствуют, из-за резкой болезненности. Видимая деформация н/3 левого бедра. На рентгенограмме левого бедра: оскольчатый перелом н\3 со смещением. Диагноз: закрытый перелом мыщелков левого бедра со смещением. 18 февраля 2017 произведено наложение скелетного вытяжения.

20.02.2017 ФИО1 проведена операция - остеосинтез, репозиция, под общей анестезией произведена открытая репозиция перелома. Остеосинтез мыщелков пластиной. Раны ушиты, дренаж по Редону. Асептическая повязка.

25.02.2017 состояние ФИО1 ближе к тяжелому, жалобы на слабость, боли в послеоперационной ране. НВ 87г/л. В легких дыхание везикулярное, хрипов нет, сердечные тоны приглушены, ритмичные, АД 130/80 мм.рт.ст. пульс 78 ударов в минуту.

27.02.2017 выписной эпикриз – ФИО1 находился на лечении в ТО с 18.02.2017 по 27.02.2017 с диагнозом: <данные изъяты>, по договорённости с зав. отделением ККБ переведён для дальнейшего лечения в травматологическое отделение ККБ № 1.

Из медицинской карты стационарного больного № из ККБ усматривается, что ФИО1 поступил 27.02.2017 18:13 в ККБ. 27.02.2017 18:43 проведен первичный осмотр врача-травматолога: жалобы на боли, в области коленного сустава слева, усиливающиеся при движениях и осевой нагрузке. Анамнез жизни: гемотрансфузионный анамнез переливания крови и препаратов крови проводились без осложнений. Анамнез заболевания: травма получена 18.02.2017, характер травмы – бытовая, доставлен в Назаровскую ЦРБ, где кратно выполнялся остеосинтез. На R-граммах состояние после остеосинтеза дистального отдела левого бедра с неудовлетворительным состоянием отломков. Диагноз: S72/8 Переломы других частей бедренной кости. Состояние после синтеза в порочном положении дистального отдела левого бедра. Рекомендовано: рентгенография левого бедра в 2х проекциях, обзорная рентгенография грудной клетки. ЭКГ. Консультация терапевта. Анализы по схеме.

Согласно Протоколу УЗИ мягких тканей левого бедра от 27.02.2017 – при сканировании мягких тканей левого бедра (в проекции п/о швов) определяется отек и инфильтрация тканей, в проекции верхнего заворота левого коленного сустава визуализируется неоднородная жидкостная структура размером около 4,6х2,4 см.

Как следует из рентгенографии от 27.02.2017 грудной клетки – патологии не выявлено, левого коленного сустава – определяется неконсолидированный синтезированный металлической пластиной и винтами перелом н/3 бедренной кости, латеральный мещелок бедренной кости значительно смещен кзади.

01.03.2017 предоперационный эпикриз – предоперационный диагноз: <данные изъяты>. Показания к операции: смещение отломков, воспалительный процесс, нестабильность металлоконструкции. Планируется операция: демонтаж, удаление металлоконструкции, ревизия места перелома и коленного сустава, стабилизация отломков левого бедра АВФ на конечность, промывное дендрирование места перелома и коленного сустава.

Согласно протоколу операции (травматология) от 02.03.2017 (09.20-11.20) – ревизия места перелома, коленного сустава, удаление инородных тел, промывное дренирование левого бедра и коленного сустава. Срочность: плановая. Дренажи удалены. Послеоперационные швы сняты. Края раны бедра разведены. При ревизии: в мягких тканях левого бедра множество инородных тел: лигатур, ослизнённых участков, в т.ч. мышечных тканей белёсого цвета. Все доступные инородные тела, не имеющие отношения к металлоконструкции, удалены. Установленная металлоконструкция ослизнена, винты в дистальном отломке нестабильны, шляпки выступают и свободно проворачиваются; внутренний мыщелок смещён кзади не менее на 5 мм. Подвижности отломков и полости кзади от диафиза бедренной кости нет, по линии перелома отломки стабильны. В связи с чем принято решение металлоконструкцию не удалять, отломки не разобщать во избежание риска генерализации воспалительного процесса. Винты в дистальном отломке стабилизированы, явно нежизнеспособные ослизнённые м/ткани иссечены. Старые дренажные раны и проколы обработаны растворами антисептиков, ушиты через все слои отдельными узловыми швами. Жгут снят. Через контрапертурные проколы - разрезы через коленный сустав и место перелома проведены перфорированные трубки, подшиты. Контроль на гемостаз по ходу операции, санация раны растворами антисептиков. Рана ушита через все слои отдельными узловыми швами. Ас. повязка. Задняя гипсовая шина.

Дренажи удалены 20.03.2017, раны в местах удалённых дренажных трубок заживают под струпами. Швы сняты 22.03.2017. Пальпаторно зон напряжения или размягчения нет, верхний заворот сухой. Обработка, перевязка. Задняя гипсовая шина в порядке, фиксация коленного сустава достаточная. Стопа тёплая, чувствительность удовлетворительная.

Согласно Выписке из истории болезни от 25.03.2017 больной ФИО1 находился на лечении в ККБ с ДД.ММ.ГГГГ по 25.03.2017, с диагнозом: <данные изъяты> Диагноз подтверждён клинически, R-логически. Проведена операция 02.03.2017 - ревизия места перелома левого бедра и коленного сустава, удаление инородных тел, промывное дренирование левого бедра и коленного сустава. Послеоперационный период без осложнений. Рекомендовано наблюдение травматолога амбулаторно по месту жительства в динамике; лечение и профилактика остеопороза; перевязки; эластическое бинтование обеих ног или ношение противоотёчного чулка выше колена, гипсовую шину и тутор снимать только для перевязок, ходить на костылях исключительно для самообслуживания, на левую ногу не наступать, исключить какие-либо движения в коленном суставе.

Как следует из медицинской карты стационарного больного №, ФИО6 поступил в хирургическое отделение КГБУЗ «Назаровская РБ» 01.04.2017 с жалобами на боли в левом коленом суставе, подъемы температуры тела. Согласно переводному эпикризу от ДД.ММ.ГГГГ о состоянии и отсутствии эффекта от проводимой терапии доложено хирургу ККБ № 1, на ДД.ММ.ГГГГ согласован перевод в ГСУ ККБ № 1.

В период времени с 06.04.2017 по 21.04.2017 ФИО1 находился на лечении в гнойном отделении хирургии ККБ № 1, куда поступил с диагнозом периимплантная инфекция синтезированного несросшегося перелома дистального отдела левой бедренной кости, хронический посттравматический остеомиелит левой бедренной кости, свищевая форма, обострение, гнойный левосторонний гонит. 07.04.2017 ФИО1 проведена операция – артротомия левого коленного сустава, ревизия левого бедра и полости сустава, демонтаж, удаление металлоконструкции, секвестрнекрэктомия, санация, дренирование левого бедра. Выписан под наблюдение хирурга, травматолога-ортопеда по месту жительства.

С 06.06.2017 по 23.06.2017 ФИО1 находился на стационарном лечении в гнойном травматолого-ортопедическом отделении № 2 ФГБУ РНЦ «ВТО» с диагнозом – дефект-укорочение левого бедра <данные изъяты>. 14.06.2017 ФИО1 проведена операция – корригирующая остеотомия левого бедра в н/3, остеосинтез левого бедра апп. Илизирова. Выписан в удовлетворительном состоянии на амбулаторное лечение в аппарате Илизарова на левом бедре на фиксации.

Кроме того, как следует из копии медицинской карты пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях № из ФГБУ «РНЦ «ВТО» им. акад. Г.А. Илизарова на дату заполнения 19.02.2019 от ФИО1 поступили жалобы: на ограничение движений в левом к/с. Оперативное лечение остеомиелита, н/3 левого бедра в 2017 г., сращение достигнуто, гн. процесс купирован. Объективно: ходит без ДСО, укорочение левой нижней конечности 3 см. Движение в левом коленом суставе резко ограничены 180/170°. Мягкие ткани левого бедра рубцово изменены. Ран, свищей нет. Диагноз: хронический остеомиелит левого бедра, ремиссия 1,5 года. Контрактура левого голеностопного сустава, укорочение левой нижней конечности 3 см. Рекомендовано: консультация з.о. ТОО № 7.

Как следует из ответов КГБУЗ «Ачинская МРБ», и медицинской карты на имя ФИО1, ФИО1 обращался за медицинской помощью в травматологический пункт КГБУЗ «Ачинская МРБ» 09.11.2018, 22.11.2018, 17.12.2018, 26.11.2020, 27.01.2021, 08.04.2021, 14.04.2021 к терапевту и неврологу с диагнозом хронический остеомиелит левого бедра, гонартроз деформирующий левого коленного сустава. Указано на жалобы в левом коленном суставе, колено не разгибается. На боли в левом бедре, в поясничной области.

Согласно Экспертному заключению (протоколу оценки качества медицинской помощи), Акту экспертизы качества медицинской помощи № от 03.12.2018 АО МСО «Надежда» в период лечения ФИО1 в КГБУЗ «Назаровская РБ» с 18.02.2017 по 27.02.2017 выявлены дефекты медицинской помощи: протокол операции описан крайне коротко, малоинформативно. Длительность операции, интраоперационная кровопотеря не указаны. 25.02.2017 есть запись анестезиолога о том, что пациент нуждается в общем обезболивании, указано время обезболивания – 20 мин., однако, в медицинской документации упоминаний о какой-либо манипуляции травматолога нет, вместе с тем, при поступлении в КГБУЗ «ККБ» описано 5 дренажей из перчаточной резины, расположенных в области послеоперационного рубца и по передненижней поверхности бедра. Лечение пациента протекало с ятрогенным осложнением – инфицированием послеоперационной раны.

Кроме того, как следует из экспертного заключения (протокола оценки качества медицинской помощи), Акта экспертизы качества медицинской помощи № от 03.12.2018 АО МСО «Надежда» в период оказания медицинской помощи ФИО1 в КГБУЗ «Назаровская РБ» 24.04.2017, 05.05.2017, 19.05.2017, 30.05.2017, 08.06.2017 выявлены нарушения, связанные с ненадлежащим оформлением медицинский документации.

На других этапах оказания ФИО1 медицинской помощи страховая организация АО МСО «Надежда» нарушений не выявила.

Согласно протоколу проведения медико-социальной экспертизы № от 05 августа 2019 г., группа инвалидности в связи с имеющимся заболеванием ФИО1 комиссией не установлена, при этом дана суммарная оценка степени нарушения функции организма человека, обусловленные заболеваниями, последствиями травм или дефектов – 30%.

Как следует из сведений о результатах проведённой медико-социальной экспертизы от 13.08.2021 инвалидность ФИО1 не установлена.

Определением суда от 10.07.2019 по делу была назначена и проведена комиссионная судебно-медицинская экспертиза КГБУЗ «Красноярское краевое бюро судебно медицинской экспертизы», как следует из заключения комиссионной экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ ответить на вопрос о качестве медицинской помощи и соблюдении стандартов оказания медицинской помощи не представилось возможным из-за отсутствия аттестованных экспертов на проведение экспертизы качества оказания медицинской помощи. При этом эксперты выявили дефекты оказания помощи истцу в период 18.02.2017 по 27.02.2017:

Медицинская документация оформленная не по стандарту (не расписан локальный статус, нет описания рентгенограмм с чётким пониманием о характере повреждения, нет согласия пациента на оперативное лечение, не расписаны в предоперационном эпикризе возможные осложнения, пациент не был предупреждён о возможности развития осложнений, не выбран метод оперативного лечения, способ фиксации перелома. В протоколе операции не расписан ход, этапы операции, способ фиксации перелома, времени проведения операции. Нет чёткого описания послеоперационного снимка. В послеоперационных дневниках не расписана динамика и вид осложнения. В выписном эпикризе не понятна причина, не указано осложнение явившейся причиной перевода в ККБ№ 1);

Не проводилась рекомендуемая предоперационная антибактериальная терапия: раствор цефалоспорина 1-2 поколения 1,0 в\в струйно на 0,9% раствора новокаина 20,0 мл за 30 минут до операции после пробы;

Не указаны сроки удаления дренажа;

Не расписана цель проведения общей анестезии от 25.02.2017 с 08.00 по 08.40;

Не взят посев раневого отделяемого или пунктата левого коленного сустава при подозрении на гнойное осложнения;

Не проводилась антикоагуляционная терапия, не учитывается риск осложнений в виде тромбоза вен нижних конечностей (состояние поверхностных вен, отёки нижних конечностей).

Кроме того, в экспертизе отражено, что в истории болезни описания первичного осмотра, дневников, предоперационного эпикриза, протокола операции, выписного эпикриза шаблонные, не содержится необходимой информации в полном объеме, что не позволило достоверно заключиться о наличии всех дефектов в оказании медицинской помощи.

В связи с чем, представителем истца было заявлено ходатайство о проведении повторной экспертизы, определением суда от 02.12.2019 по делу назначена комиссионная судебно-медицинская экспертиза, производство которой поручено КГБУЗ «Красноярское краевое бюро судебно-медицинской экспертизы».

Результаты повторной экспертизы оформлены экспертным заключением комиссионной экспертизы № от 30.01.2020, однако данное экспертное заключение было признано определением Восьмого кассационного суда от ДД.ММ.ГГГГ недопустимым доказательством, поскольку к проведению повторной экспертизы экспертной организацией был привлечен ФИО7 – ведущий специалист эксперт АО МСО «Надежда», находящийся в служебной зависимости от АО МСО «Надежда», ранее указанная страховая организация проводила по обращению ФИО1 экспертизу качества медицинской помощи и АО МСО «Надежда привлечены в качестве третьего лица по делу. В силу этого, выводы данного экспертного учреждения не оцениваются судом.

Представителем ответчика было заявлено ходатайство о проведении повторной экспертизы по делу, определением суда от 20.05.2021 по делу назначена комплексная судебно-медицинская экспертиза, производство которой поручено Экспертно-правовому центру Красноярского государственного медицинского университета.

Согласно заключению экспертизы № комиссия пришла к следующим выводам:

Оказанная Краевым государственным бюджетным учреждением здравоохранения «Назаровская районная больница» медицинская помощь ФИО1 в период с 18.02.2017 по 27.02.2017 установленным порядкам и стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям частично не соответствует.

Краевым государственным бюджетным учреждением здравоохранения «Назаровская районная больница» допущены следующие дефекты (нарушения):

Медицинская документация оформленная не по стандарту (не расписан локальный статус, нет описания рентгенограмм с чётким пониманием о характере повреждения, нет согласия пациента на оперативное лечение, не расписаны в предоперационном эпикризе возможные осложнения, пациент не был предупреждён о возможности развития осложнений, не выбран метод оперативного лечения, способ фиксации перелома. В протоколе операции не расписан ход, этапы операции, способ фиксации перелома, времени проведения операции. Нет чёткого описания послеоперационного снимка. В послеоперационных дневниках не расписана динамика и вид осложнения. В выписном эпикризе не понятна причина, не указано осложнение явившейся причиной перевода в ККБ№ 1);

Не проводилась рекомендуемая предоперационная антибактериальная терапия: раствор цефалоспорина 1-2 поколения 1,0 в\в струйно на 0,9% раствора новокаина 20,0 мл за 30 минут до операции после пробы;

Не указаны сроки удаления дренажа;

Не расписана цель проведения общей анестезии от 25.02.2017 с 08.00 по 08.40;

Не взят посев раневого отделяемого или пунктата левого коленного сустава при подозрении на гнойное осложнения;

Не проводилась антикоагуляционная терапия, не учитывается риск осложнений в виде тромбоза вен нижних конечностей (состояние поверхностных вен, отёки нижних конечностей);

При поступлении в стационар дежурным врачом, принимавшим больного, не проведена новокаиновая блокада места перелома;

Отсутствует подробное описание в истории болезни локального статуса на предмет наличия гемартроза, который всегда имеет место при внутрисуставных переломах, как в данном случае, и излившаяся кровь при этом подлежит эвакуации, т.е. показано сделать пункцию коленного сустава;

При оценке состояния пациента как средняя степень тяжести отсутствовало наблюдения дежурного врача, 20.02.17 больной осмотрен только терапевтом т.к. шла подготовка к плановой операции;

Перед операцией не проведена экстренная антибиотико профилактика возможных ранних послеоперационных осложнений:

20.02.2017 больному выполнена операция открытая репозиция отломков левого бедра, накостный остеосинтез. Протокол операции очень краткий, и в нем нет информации о величине кровопотери во время операции. В последующем больному потребовалось проведение серии заместительной гемотрансфузии в связи с интраоперационной кровопотерей и падением уровня гемоглобина

После операции не выполнен рентген контроль, последний был сделан при переводе больного на дальнейшее лечение в ККБ №1. По данным рентген контроля стояние отломков бедра неудовлетворительное, отломки бедра не сопоставлены, что создавало нестабильность в месте перелома и дополнительную травматизацию коленного сустава;

После операции не назначены гемостатики, что создавало риск формирования послеоперационной гематомы в месте операции и в последующем ее нагноении;

В раннем послеоперационном периоде у больного имело место подъема температуры тела до высоких цифр и ухудшение общего состояния, что не насторожило лечащего врача на поиск и эвакуацию послеоперационной гематомы;

25.02.2017г. в истории болезни отсутствуют данные, по какой причине пациенту давался общий наркоз.

27.02.2017г. при прогрессирующем ухудшении общего состояния (осмотр терапевта с оценкой тяжести как тяжелое) больной был переведен для дальнейшего лечения в ККБ №1.

Указанные дефекты оказания медицинской помощи явились причиной развития у ФИО1 посттравматического остеомиелита правого бедра, левостороннего гонартроза и разгибательной контрактуры левого коленного сустава.

ФИО1 правильно установлен диагноз: хронический посттравматический остеомиелит левого бедра, левосторонний гонартроз и разгибательная контрактура левого коленного сустава.

Между дефектами оказания медицинской помощи в КГБУЗ «Назаровская районная больница» и последствиями в виде развития хронического посттравматического остеомиелита левого бедра, левостороннего гонартроза и разгибательной контрактуры левого коленного сустава у ФИО1 имеется прямая причинно-следственная связь.

Степень стойкой утраты общей трудоспособности у ФИО1 в связи с резко выраженной контрактурой левого коленного сустава составляет 30 % в соответствии с пунктом 118 Таблицы процентов стойкой утраты общей трудоспособности в результате различных травм, отравлений и других последствий внешних причин, являющейся приложением к Медицинским критериям определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденным Приказом Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 24.04.2008 года № 194н.

Согласно дополнительного заключения экспертизы №, экспертами были уточнены каким именно порядкам и стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям не соответствует оказанная Краевым государственным бюджетным учреждением здравоохранения «Назаровская районная больница» медицинская помощь ФИО1 в период с 18.02.2017 по 27.02.2017. Указано на несоответствие: - Порядку оказания медицинской помощи взрослому населению по профилю «анестезиология и реаниматология» (утв. Приказом М3 РФ от 15.11.2012 № 919н).

- Порядку оказания медицинской помощи населению по профилю «травматология и ортопедия» (утв. Приказом М3 РФ от 12.11.2012 № 901 н)

- Клиническим рекомендациям: «Гоноартроз», Год утверждения 2016 (пересмотр каждые 3 года), Общероссийская общественная организация Ассоциация травматологов-ортопедов России (ATOP).

При этом указано, что сведения, отраженные в медицинских документах о лечении ФИО1 в КГБУЗ «Ачинская МРБ», на выводы о допущенных нарушениях Краевым государственным бюджетным учреждением здравоохранения «Назаровская районная больница», а так же на степень утраты трудоспособности ФИО1 не влияют.

Оснований ставить под сомнение заключение экспертизы № и дополнительной экспертизы №, у суда не имеется, поскольку экспертные заключения содержат подробную исследовательскую часть. Выводы являются конкретными, не допускают неоднозначного толкования, основаны на исследовании медицинской документации. Эксперты предупреждены об уголовной ответственности.

Возражения представителя ответчика относительно невозможности проведения экспертным учреждением экспертизы в части утраты общей трудоспособности несостоятельны, вопрос о степени утраты профессиональной трудоспособности судом не ставился.

Довод представителя ответчика о том, что экспертизы проведены по адресу <адрес>, что не соответствует адресу учреждения указанному в лицензии <адрес>, не может служить основанием для признания проведенных экспертиз недопустимыми доказательствами, поскольку очевидно, что указан один и тот же адрес. Указание адреса с маленькой буквы расценивается судом как опечатка.

Документов опровергающих выводы экспертов ответчиком не предоставлено. Представителем ответчика не оспаривалось, что ФИО1 после операции не был выполнен рентген контроль. Экспертным заключением было установлено, что отломки бедра не сопоставлены, что создавало нестабильность в месте перелома и дополнительную травматизацию коленного сустава.

Довод о том, что инфицирование раны было возможно до операции ФИО1 не имеет значения для рассматриваемого дела, поскольку характер травмы и состояние пациента не освобождает медицинское учреждение от оказания пациенту помощи надлежащего качества. Экспертным заключением было установлено, в том числе, что перед операцией ФИО1 не была проведена экстренная антибиотико профилактика возможных ранних послеоперационных осложнений.

Анализ вышеприведенных доказательств в совокупности позволяет суду прийти к выводу, что врачами КГБУЗ «Назаровская районная больница» пациенту ФИО1 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ медицинская помощь была оказана не качественно, с дефектами, установленными при проведении судебно-медицинской экспертизы, в том числе перед операцией ФИО1 не была проведена экстренная антибиотико профилактика возможных ранних послеоперационных осложнений, а после операции не выполнен рентген контроль, что в совокупности с иными нарушениями явилось причиной ранних и поздних послеоперационных осложнений, непосредственно приведших к развитию у истца заболевания хронического посттравматического остеомиелита левого бедра, левостороннему гонартрозу и разгибательной контрактуры левого коленного сустава, в результате чего ФИО1 бесспорно причинены физические и нравственные страдания.

При определении размера компенсации морального вреда, суд учитывает фактические обстоятельства дела, характер и значимость нематериальных благ, нарушение конституционного права истца на охрану здоровья и качественную медицинскую помощь и наступившие в результате этого для истца последствия, степень вины причинителя вреда, характер и степень перенесенных ФИО1 физических и нравственных страданий, в частности: перенесенные им физическая боль и нервный стресс, сильные душевные переживания, длительное стационарное лечение в медицинских учреждениях, неоднократные хирургические операции, неспособность продолжать вести активный образ жизни и выполнять тяжелую физическую работу, дискомфорт в передвижении из-за укорочения ноги и несгибаемости, до настоящего времени истец испытывает боль в ноге, иногда ходит с тростью, при этом суд учитывает, что ФИО1 инвалидность не установлена, при таких обстоятельствах суд полагает возможным определить ко взысканию с КГБУЗ «Назаровская районная больница» в пользу ФИО1 в счет компенсации морального вреда - 350 000 руб.

В соответствии с п. 1 ст. 1085 ГК РФ при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежит утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь, а также дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение.

При определении утраченного заработка (дохода) пенсия по инвалидности, назначенная потерпевшему в связи с увечьем или иным повреждением здоровья, а равно другие пенсии, пособия и иные подобные выплаты, назначенные как до, так и после причинения вреда здоровью, не принимаются во внимание и не влекут уменьшения размера возмещения вреда (не засчитываются в счет возмещения вреда). В счет возмещения вреда не засчитывается также заработок (доход), получаемый потерпевшим после повреждения здоровья.

В подп. "а" п. 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" разъяснено, что под утраченным потерпевшим заработком (доходом) следует понимать средства, получаемые потерпевшим по трудовым и (или) гражданско-правовым договорам, а также от предпринимательской и иной деятельности (например, интеллектуальной) до причинения увечья или иного повреждения здоровья. При этом надлежит учитывать, что в счет возмещения вреда не засчитываются пенсии, пособия и иные социальные выплаты, назначенные потерпевшему как до, так и после причинения вреда, а также заработок (доход), получаемый потерпевшим после повреждения здоровья.

Из приведенных нормативных положений и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что лицо, причинившее вред здоровью гражданина (увечье или иное повреждение здоровья), обязано возместить потерпевшему утраченный заработок, то есть заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь. Поскольку в результате причинения вреда здоровью потерпевшего он лишается возможности трудиться как прежде, а именно осуществлять прежнюю трудовую деятельность или заниматься иными видами деятельности, между утратой потерпевшим заработка (дохода) и повреждением здоровья должна быть причинно-следственная связь. Под заработком (доходом), который потерпевший имел, следует понимать тот заработок (доход), который был у потерпевшего на момент причинения вреда и который он утратил в результате причинения вреда его здоровью. Под заработком, который потерпевший определенно мог иметь, следует понимать те доходы потерпевшего, которые при прочих обстоятельствах совершенно точно могли бы быть им получены, но не были получены в результате причинения вреда его здоровью. При этом доказательства, подтверждающие размер причиненного вреда, в данном случае доказательства утраты заработка (дохода), должен представить потерпевший.

Статьей 1086 ГК РФ установлен порядок исчисления заработка (дохода), утраченного в результате повреждения здоровья.

Размер подлежащего возмещению утраченного потерпевшим заработка (дохода) определяется в процентах к его среднему месячному заработку (доходу) до увечья или иного повреждения здоровья либо до утраты им трудоспособности, соответствующих степени утраты потерпевшим профессиональной трудоспособности, а при отсутствии профессиональной трудоспособности - степени утраты общей трудоспособности (п. 1 ст. 1086 ГК РФ).

В состав утраченного заработка (дохода) потерпевшего включаются все виды оплаты его труда по трудовым и гражданско-правовым договорам как по месту основной работы, так и по совместительству, облагаемые подоходным налогом. Не учитываются выплаты единовременного характера, в частности компенсация за неиспользованный отпуск и выходное пособие при увольнении. За период временной нетрудоспособности или отпуска по беременности и родам учитывается выплаченное пособие. Доходы от предпринимательской деятельности, а также авторский гонорар включаются в состав утраченного заработка, при этом доходы от предпринимательской деятельности включаются на основании данных налоговой инспекции. Все виды заработка (дохода) учитываются в суммах, начисленных до удержания налогов (п. 2 ст. 1086 ГК РФ).

Среднемесячный заработок (доход) потерпевшего подсчитывается путем деления общей суммы его заработка (дохода) за двенадцать месяцев работы, предшествовавших повреждению здоровья, на двенадцать. В случае, когда потерпевший ко времени причинения вреда работал менее двенадцати месяцев, среднемесячный заработок (доход) подсчитывается путем деления общей суммы заработка (дохода) за фактически проработанное число месяцев, предшествовавших повреждению здоровья, на число этих месяцев (п. 3 ст. 1086 ГК РФ).

Как следует из представленных сведений работодателя ФИО1 находился на больничном в период с 18.02.2017 по 29.06.2017 и с 10.09.2018 по 07.08.2019 был полностью нетрудоспособен, оплата больничных листов производилась исходя из среднемесячного заработка в размере 100 %, что подтверждается представленными листками нетрудоспособности и расчетами выплаты заработной платы.

Таким образом, с учетом выплаченного пособия по временной нетрудоспособности, утраченного заработка у истца в период нахождения на больничном не имеется, поскольку в силу п. 2 ст. 1086 ГК РФ, ФЗ от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», ФЗ от 29.12.2006 г. № 255-ФЗ «Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством» выплаченное пособие по временной нетрудоспособности входит в объем возмещения вреда причиненного здоровью и подлежит зачету при расчете утрачено заработка (что следует из судебной практики определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда РФ от 29.03.2021 № 5-КГ21-4-К2, апелляционного определения Красноярского краевого суда дело № 33-10786/2021).

Утраченный заработок, в связи со стойкой утратой трудоспособности в размере 30 % следует рассчитывать за период с 30.06.2017 по 09.08.2018 и с 07.08.2019 по день вынесения решения суда единовременно всего за 49 месяцев 15 дней, а с 12.08.2022 сумма утраченного заработка подлежит взысканию ежемесячно, присужденная сумма подлежит индексации в порядке ст. 1091 ГК РФ.

Согласно справки работодателя средний заработок ФИО1 составляет 40550,83 руб. (том 4 л.д. 15), ежемесячно доплата за утраченный заработок с учетом утраты трудоспособности на 30 % будет составлять 12165,25 руб.

Таким образом, единовременному взысканию подлежит сумма 602179,87 руб. (12165,25 Х 49 месяцев) + 6082,62 за 15 дней).

Согласно ст. 94 ГПК РФ, к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся в том числе: суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

В силу ст. 100 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Истцом оплачено за юридические услуги представителя 5000 рублей за составление искового заявления и 25000 рублей за участие представителя в судебных заеданиях. Указанная сумма 30000 рублей подлежит взысканию с ответчика, заявленную сумму суд считает разумной и соразмерной, исходя из категории рассматриваемого дела, из того, что представителем составлялось исковое заявление и уточнения к нему, в уточненном исковом заявлении приводились расчеты. Дело состоит из четырех томов, представитель истца принял участие при подготовке дела, участвовала в предварительных судебных заседаниях и судебных заседаниях всего в 12 заседаниях.

Учитывая, что по делу было проведены экспертизы, расходы по оплате экспертизы возлагались на ответчика, неоплаченные расходы по экспертизе № от 22.08.2019 проведенной КГБУЗ «Красноярское краевое бюро судебно-медицинской экспертизы» стоимость экспертизы 32590 рублей. Расходы по экспертизам проведенным ФГБОУ ВО «Красноярский государственный медицинский университет имени профессора В.Ф. Войно-Ясенецкого» в сумме 140400 рублей (121500 + 18900), на основании заявления экспертных организаций подлежат взысканию с ответчика в пользу экспертных учреждений.

В части взыскания расходов на проведение экспертизы № от 30 января 2020 года в размере 36460 рублей заявление КГБУЗ «Красноярское краевое бюро судебно-медицинской экспертизы» удовлетворению не подлежит, поскольку указанная экспертиза была признана определением Восьмого кассационного суда от ДД.ММ.ГГГГ недопустимым доказательством.

В силу ч. 1 ст. 103 ГПК РФ с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, подлежит взысканию государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, исходя из положений п. 1 ст. 333.19 НК РФ, в размере 9521 рубль 80 копеек (с учетом удовлетворенных требований имущественного и неимущественного характера).

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Взыскать с Краевого государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Назаровская районная больница» (<данные изъяты>) в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 350000 рублей, компенсацию утраченного заработка единовременно в размере 602179 рублей 87 копеек, судебные расходы по оплате за услуги представителя по составлению искового заявления и за участие представителя в суде в сумме 30 000 рублей.

Взыскать с Краевого государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Назаровская районная больница» в пользу ФИО1 компенсацию утраченного заработка ежемесячно с 12 августа 2022 года в размере 12165 рублей 25 копеек, с последующей индексацией в установленном законом порядке

Взыскать с Краевого государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Назаровская районная больница» государственную пошлину в размере 9521 рубль 80 копеек в доход местного бюджета.

Взыскать с Краевого государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Назаровская районная больница» в пользу КГБУЗ «Красноярское краевое бюро судебно-медицинской экспертизы» (<данные изъяты>) стоимость экспертизы 32590 рублей. В части взыскания расходов на проведение экспертизы № от 30 января 2020 года в размере 36460 рублей отказать

Взыскать с Краевого государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Назаровская районная больница» в пользу ФГБОУ ВО «Красноярский государственный медицинский университет имени профессора В.Ф. Войно-Ясенецкого» (<данные изъяты>) стоимость экспертиз в сумме 140400 рублей.

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>