61RS0047-01-2021-001171-2261RS0047-01-2021-001171-22 дело № 2-2/2022

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

08 июня 2022 года п.Каменоломни

Октябрьский районный суд Ростовской области

в составе судьи Дыбаль Н.О.,

при секретаре Скляровой Н.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО3 к МБУЗ ЦРБ Октябрьского района Ростовской области, третьи лица Министерство здравоохранения Ростовской области, СМК «Панацея» о компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратилась в суд с иском к МБУЗ ЦРБ Октябрьского района Ростовской области ссылаясь на то, что 23.05.2017 умерла ее мама ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. Согласно акта судебно-медицинского исследования трупа № 160 от 24.05.2017 смерть ФИО2 наступила в результате сердечно-сосудистого заболевания - тромбоэмболии легочной артерии. Смерть наступила в период нахождения ФИО2 на стационарном лечении в МБУЗ ЦРБ Октябрьского района пос. Каменоломни. ФИО2 находилась на лечении в указанном медицинском учреждении с 17.05.2017, госпитализирована экстренно, с признаками эпилептического синдрома. В течение нескольких дней нахождения ФИО2 на лечении истец неоднократно обращалась к врачам, лечившим маму, и к среднему медицинскому персоналу, просила рассказать о диагнозе и сути лечения, но не услышала внятного ответа. Напротив, никто из врачей и персонала не желал с ней общаться и как-то прояснить ситуацию, в связи с чем у истца возникли сомнения в правильности проведенного лечения. В ходе доследственной проверки была назначена судебно-медицинская экспертиза, которая не установила прямой причинно-следственной связи между проведенным лечением и наступившей смертью. Однако комиссия экспертов Отдела судебно-медицинских экспертиз по делам о профессиональных правонарушениях медицинских работников «Бюро судебно-медицинской экспертизы» министерства здравоохранения Краснодарского края выявила множество дефектов оказания медицинской помощи ФИО2, что отражено в заключении эксперта № 654/249/2020. Постановлением старшего следователя Новошахтинского отдела СК СУ по Ростовской области ФИО4 от 25.06.2021 в возбуждении уголовного дела отказано в связи с отсутствием состава преступления, предусмотренного ч.2 ст. 109 УК РФ. В связи со смертью матери истец переживала нравственнее страдания, вызванные смертью близкого человека, до сего времени не может смириться с утратой, переживает о невозможности помочь матери и облегчить ее страдания, полагает, что в случае оказания медицинской помощи матери в полном объеме, своевременно и квалифицировано, возможно, она бы не умерла. Полагает, что ответчик должен компенсировать истцу моральный вред за допущенные дефекты лечения, оказание медицинской помощи не в полном объеме и несвоевременно. За причиненный ей моральный вред истец полагает справедливой и разумной компенсацию в сумме 700 000 руб.

На основании изложенного, просит суд взыскать с ответчика МБУЗ ЦРБ Октябрьского района Ростовской области в ее пользу компенсацию морального вреда в сумме 700 000 рублей.

Впоследствии истец уточнила исковые требования, просила суд взыскать с ответчика МБУЗ ЦРБ Октябрьского района Ростовской области в ее пользу компенсацию морального вреда в сумме 1 000 000 рублей.

В судебном заседании истец ФИО3, ее представитель ФИО5 исковые требования поддержали в полном объеме, просили их удовлетворить.

Представитель ответчика ФИО6 возражал против удовлетворения исковых требований, просил в иске отказать.

Представитель третьего лица Министерства здравоохранения в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, представил письменные возражения. Просил рассмотреть дело в его отсутствие.

Представитель третьего лица СМК «Панацея» в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом.

Суд на основании ст. 167 ГПК РФ суд счел возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся надлежаще извещенных сторон.

Изучив материалы дела, выслушав стороны, суд приходит к следующим выводам.

Здоровье как неотъемлемое и неотчуждаемое благо, принадлежащее человеку от рождения и охраняемое государством, Конституция Российской Федерации относит к числу конституционно значимых ценностей, гарантируя каждому право на охрану здоровья, медицинскую и социальную помощь.

Охрана здоровья граждан - это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (п. 2 ст. 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

В силу статьи 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» к основным принципам охраны здоровья относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг (п.3 ст.2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (части 1, 2 ст.19 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

В п. 21 ст.2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть 1 статьи 37 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно ч.2 ст.64 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с ч.2 ст.76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 ст.98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Из материалов дела усматривается, что 17.05.2017 ФИО2 была госпитализирована в МБУЗ ЦРБ Октябрьского (с) района Ростовской области в хирургическое отделение, с 17.05.2017 по 23.05.2017 проходила лечение. 23.05.2017 ФИО2 умерла.

Согласно акта судебно-медицинского исследования трупа №160 от 24.05.2017 смерть ФИО2 наступила в результате сердечно-сосудистого заболевания - тромбоэмболии легочной артерии. Телесных повреждений при исследовании трупа не обнаружено.

25.07.2021 следователем СО по г. Новошахтинску СУ СК РФ по Ростовской области по материалу проверки №39 пр-19с по заявлению ФИО3 по факту смерти ФИО2 вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела по основаниям п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи с отсутствием в деяниях сотрудников МБУЗ ЦРБ п. Каменоломни состава преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ.

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО1, будучи предупрежденным об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, пояснил, что в 2017 году он работал врачом-неврологом в МБУЗ ЦРБ. ФИО2 походила у него лечение. У ФИО2 была тромбоэмболия легочной артерии, такой дефект в оказании медицинской помощи как отсутствие энцефалограммы не мог повлиять на ее лечение. Антикоагулянтная терапия не назначалась, поскольку при эпилепсии не показано лечение антикоагулянтной терапией. Он перевел ФИО2 в хирургическое отделение, там ей стало плохо и ее перевели в реанимацию.

Поскольку, проверка фактов, изложенных в исковом заявлении ФИО3, возражениях представителя МБУЗ ЦРБ Октябрьского района возможна лишь путем разрешения вопросов, требующих специальных познаний, судом по делу была назначена и проведена судебная медицинская экспертиза, проведение которой поручено экспертам отдела судебно-медицинских экспертиз по делам о профессиональных правонарушениях медицинских работников ГБУ «Бюро СМЭ» Министерства здравоохранения Краснодарского края.

В соответствии с выводами заключения комиссионной судебной медицинской экспертизы Министерства здравоохранения РФ ГБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы» отдела сложных судебно-медицинских экспертиз №50/23/2022 от 12.04.2022 анализом представленных материалов гражданского дела с медицинскими документами в виде светокопии медицинской карты № 3250/624 стационарного больного, комиссия экспертов установила следующее: « ФИО2 обратилась в МБУЗ «ЦРБ Октябрьского района Ростовской области» (далее МБУЗ «ЦРБ ОР РО») 17.05.2017 в 12:00 с диагнозом «Эпилептический синдром».Записи врача приемного Отделения в представленной медицинской карте отсутствуют. По тяжести состояния пациентка госпитализирована в APO c диагнозом: «эпилептический синдром с судорожным припадком». Осмотрена в отделении врачом-реаниматологом в 13:30. Общее состояние тяжелое, обусловлено неврологическим дефицитом. Уровень нарушения сознания - сопор. Вербальному контакту не доступна. Жалобы уточнить не удалось. Дыхание спонтанное, через ЕДП (естественные дыхательные пути), с вспомогательной мускулатуры. В лабораторных анализах отмечается лейкоцитоз 12,4х10 9/л, небольшое повышение уровня глюкозы 7,01 ммоль/л. Сформирован план обследования и лечения. B лечении: инфузионно трансфузионная терапия с целью коррекции водно-электролитного баланса NaCL 0,9% 600,0.; антибактериальная терапия - цефротоксим 1г/4раза.; метаболическая терапия - цитофлавин + NaCL 0,9% - 200,0 в/в капельно; вазодилататоры - MgSO4 25% - 10,0 + NaCL 0,9% - 200,0 капельно; ноотропная терапия церетон 4,0 + NaCL 0,9% - 200,0 капельно антиоксидантная терапия - мексидол 2,0/ 2 раза в сутки в/в струйно; диуретик - фуросемид - 2,0 в/в струйно. Гемодинамика: ЧДД 18, SpO2 - 97%, АД - 167/70, ЧСС – 78, Т - 36,5, Глюкоза - 6,1. Проведена катетеризация правой подключичной вены. В 20.00 больная в сознании, адекватна. Гемодинамические показатели в норме. 18.05.2017г. в 06:30 Общее состояние ближе к средней степени тяжести. В сознании, адекватна. Жалобы на момент осмотра отсутствуют. ЧДД 18. SpO2 - 98%. АД - 177/77. ЧСС - 90. Т - 36,6. Больная переводится в неврологическое отделение.

На данном этапе лечения в реанимационном отделении МБУЗ «ЦРБ ОР РО», комиссия экспертов отмечает следующие недостатки в оказании медицинской помощи ФИО2:

- при поступлении в отделении реанимации не собран анамнез, что было связано с сопорозным состоянием пациентки, однако, в дальнейшем анамнез так и не уточнен, а также не описан характер судорог. Выявлены дефекты оказания медицинской помощи с учетом диагноза при поступлении отделение реанимации: «эпилептический синдром с судорожным припадком», согласно Приказа Минздрава России от 10.05.2017 №203н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи» п. 3.6.7., и принципам интенсивной терапии судорожного синдрома согласно Национальному руководству по интенсивной терапии (ФИО7 Интенсивная терапия.)

- нет данных об осмотре врачом-неврологом не позднее 10 минут от момента поступления в стационар - п. 3.6.7. п.п. 1) Приказа Минздрава России от 10.05.2017 №203н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи»; - не выполнена электроэнцефалография - п.3.6.7. п.п. 3) Приказа Минздрава России от 10.05.2017 №203н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи»;

- не выполнена магнитно-резонансная томография головного мозга п 3.6.7. п.п. 4) Приказа Минздрава России от 10.05.2017 №203н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи»;

- не проведена терапия противоэпилептическими лекарственными препаратами (при отсутствии медицинских противопоказаний п 3.6.7. п.п. 5) Приказа Минздрава России от 10.05.2017 №203н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи». Комиссия экспертов отмечает, что терапия противоэпилептическими лекарственными препаратами могла не проводиться, возможно, ввиду отсутствия серии судорог в реанимационном отделении.

Однако, комиссия экспертов считает, что в отделении реанимации, даже с учетом выявленных дефектов, при оказании медицинской помощи 17-18.05.2017, обследование и лечение ФИО2 проведено в достаточном объеме: проведены лабораторные исследования, ЭКГ (электрокардиограмма), проводился контроль уровня гликемии, лабораторный контроль, установлен венозный катетер, сформирован план обследования и лечения, проводилась инфузионно-трансфузионная, антибактериальная, метаболическая терапия, вазодилататоры, ноотропная терапия, антиоксидантная терапия, диуретики, проводился контроль гемодинамических показателей. Проведенный комплекс лечения обусловил улучшение общего состояния пациентки, купировались судорожные припадки.

С 18.05.2017 с 9:30 ФИО2 находилась в неврологическом отделении. Жалобы: головную боль, головокружение, судорожные приступы с потерей сознания. В отделении уточнен анамнез заболевания: у пациентки эпилепсия, постоянно принимает карбамазепин 200 мг 3 раза в сутки, вчера в поликлинике случился эпиприпадок с потерей сознания, тонико-клоническими судорогами, упала на бетонный пол. Из анамнеза: Сахарный диабет 2 тип. Принимает биосулин Н 26 ед перед завтраком, 24 ед перед сном, биосулин Р по 8 ед п/к перед завтраком, обедом и ужином, метформин 1000 мг утром и вечером. Гипертоническая болезнь около 10 лет, принимает лизиноприл 20 мг 2 раза в день, нифекард 20 мг в 20:00, аторвастатин 20 мг в 20:00, тромбо Асс 100 мг в 20:00. Поясничный остеохондроз около 10 лет. Общее состояние на момент осмотра удовлетворительное. В ясном сознании. Одышки нет. ЧДД-18, ЧСС=80 в мин, АД 140/90 мм.рт.ст. Выставлен предварительный диагноз: «основное заболевание эпилепсия симптоматическая фокальная. Эписиндром в виде фокальных, вторично генерализованных приступов сопутствующее заболевание: гипертоническая болезнь 3 ст., риск 4. Сахарный диабет 2 тип». Назначен план обследования и лечения. В лечении: сосудистые - винпоцетин +раствор натрия хлорида, нейропротекторы - магния сульфат, антиоксиданты мексидол, противоэпилептические препараты карбамазепин, сахароснижающие биосулин, метформин, иАПФ – лизиноприл, БКК – нифекард, статины – аторовастатин, дезагреганты - ацекардол. С учетом жалоб больной на боли в области грудной клетки, поясничного отдела позвоночника проведены консультации хирурга и травматолога, острая хирургическая патология не Выявлена, к лечению добавлен диклофенак, омепразол. Проведена рентгенография органов грудной клетки и живота, патологии не выявлено. 22.05.2017 проведено УЗИ брюшной полости: УЗ признаки увеличения размеров, диффузных изменений паренхимы печени (по типу острого процесса), признаки портальной гипертензии; изменений структуры стенок желчного пузыря (по типу хронического холецистита); диффузных изменений паренхимы поджелудочной железы (по типу хронического панкреатита); подозрение на острый процесс селезенки?. 23.05.2017 консультирована эндокринологом. 23.05.2017, с учетом жалоб на боли в области грудной клетки и живота больная переведена в хирургическое отделение.

Комиссия отмечает следующие дефекты оказания медицинской помощи в неврологическом отделении с учетом установленного диагноза: «эпилепсия симптоматическая фокальная. Эписиндром в виде фокальных, вторично-генерализованных пристпов»;

- не выполнена электроэнцефалография - п.3.6.7. п.п. 3) Приказа Минздрава России 10.05.2017 №203н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи»;

- не выполнена магнитно-резонансная томография головного мозга п 3.6.7. п.п. 4) Приказа Минздрава России от 10.05.2017 №203н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи».

Комиссия экспертов считает, что в целом, даже с учетом выявленных дефектов в виде проведения диагностических мероприятий не в полном объеме, медицинская помощь ФИО2 в неврологическом отделении оказана квалифицированно, с учетом выставленного диагноза и сопутствующей патологии, своевременно проведены консультации смежных достаточном объеме, специалистов, проведено соответствующее лечение: инфузионно-трансфузионная терапия, метаболическая терапия вазодилатароы, ноотропная терапия, антиоксидантная терапия, диуретики, дезагреганты (ацекардол, ацетилсалициловая кислота).

23.05.2017 в 17.15 срочно вызван в палату дежурный хирург. Состояние больной ухудшилось. Больная в сопоре, на вопросы не отвечает. Дыхание агональное. Чдд 21 в мин. АД 90/60 мм рт.ст. По согласованию с дежурным реаниматологом переводится для дальнейшего лечения в АРО. В отделении осмотрена анестезиологом реаниматологом. Больная в сознании, не совсем адекватна, отмечается психомоторное возбуждение. Кожные покровы бледного цвета, теплые, сухие. Дыхание самостоятельное через ЕДП (естественные дыхательные пути), аускультативно везикулярное, ЧДД 20 в минуту. Тоны сердца приглушены, ритмичны. АД 140/80; PS 89 в минуту. Рекомендовано с целью седации в/м сибазон 2,0, однократно.

При осмотре реаниматологом в 18.30 в отделении реанимации: поступила в АРО с Ds: ИБС (ишемическая болезнь сердца), НРС (нарушение ритма сердца). Общее состояние крайне тяжелое, обусловлено ОССН (острой сердечно-сосудистой недостаточностью). Уровень нарушения сознания сопор. ЧДД 22, SpO2 90%, АД 100/70, ЧСС 75. Проводится лечение: внутривенное ведение презнизолона, кордарон, подача увлажненного кислорода, проводятся лабораторные исследования.

B 22:30 состояние пациента резко ухудшилось. Уровень нарушения сознания терминальная кома (3 балла по шкале Глазго). Тоны сердца не выслушиваются, АД не определяется, пульсации на магистральных артериях нет. Отмечаются дыхательные движения по типу Гаспинга с частотой примерно 5-6 в мин. Кожные покровы бледно цианотичные, «мраморным» рисунком, цианоз губ и ногтевых фаланг. Реанимационные мероприятия без эффекта, 23.05.2017 в 23.00 констатирована биологическая смерть.

Комиссия экспертов отмечает, что при интерпретации электрокардиограммы от 23.05.2017 (проведена в 20:11), в рамках настоящей экспертизы, выявлено нарушение ритма сердца в виде фибрилляции предсердий, что не указано в медицинской карте (кроме дневника реаниматолога от 23.05.2017 в 18.30 - поступила в APO с Ds: ИБС (ишемическая болезнь сердца), НРС (нарушение ритма сердца).

На данном этапе выявлены следующие дефекты оказания медицинской помощи в отделении реанимации с учетом диагноза: «нарушение ритма сердца» и ввиду наличия фибрилляции предсердий на электрокардиограмме:

- не выполнен осмотр врачом-кардиологом не позднее 10 минут от момента поступления в стационар - п.3.9.2. п.п. 1) Приказа Минздрава России от 10.05.2017 №203H «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи»;

- не проведена электроимпульсная терапия и/или временная/постоянная электрокардиостимуляция и/или проведення терапия антиаритмическими лекарственными препаратами внутривенно не позднее 30 минут от момента поступления в стационар (в зависимости от медицинских показаний и при отсутствии медицинских противопоказаний) - п 3.9.2. п.п. 4) Приказа Минздрава России от 10.05.2017 №203н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи». Также пациентке на данном этапе не проведена антикоагулянтная терапия, не выполнена Эхо-кардиография. Реанимационные мероприятия проведены в полном объеме, в соответствии с Порядком оказания медицинской помощи по профилю «Анестезиология и реаниматология» (приказ МЗ РФ № 919н от 15.11.2012).

На данном этапе, в отделении реанимации, медицинская помощь, кроме реанимационных мероприятий, оказана не в полном объеме.

Комиссия экспертов отмечает, что применение на данном этапе (с 23.05.2019) в условиях реанимационного отделения антикоагулянтов не привело бы к благоприятному исходу. Также комиссия экспертов отмечает, что согласно дневнику осмотра от 18.05.2019 пациента самостоятельно ежедневно принимает препарат Тромбо Acc (активное вещество ацетилсалициловая кислота), являющийся дезагрегантом. Также в условиях стационара с 18.05.2019 пациентке назначен препарат ацекардол (активное вещество ацетилсалициловая кислота).

Комиссия экспертов поясняет: Антиагреганты (дезагреганты)- группа препаратов, тромбообразованию. Действуют на препятствующих этапе свёртывания крови, Во время которого происходит слипание, или агрегация, тромбоцитов. Антиагреганты способны не только предупреждать агрегацию, но и вызывать дезагрегацию уже агрегированных кровяных пластинок. Применяют их для предупреждения образования послеоперационных тромбов, при тромбофлебитах, тромбозах сосудов сетчатки, нарушениях мозгового кровообращения и др., а также для предупреждения тромбоэмболических осложнений при ишемической болезни сердца и инфаркте миокарда. Выраженное антиагрегантное действие оказывают НПВС, из которых широкое применение в целях профилактики тромбообразования имеет ацетилсалициловая кислота.

Тромбоэмболия легочной артерии (ТЭЛА) - одно из наиболее распространенных и грозных осложнений многих заболеваний, неблагоприятно влияющее на их течение и исход. Приблизительно 10% пациентов погибают в первые часы и сутки после эпизода массивной ТЭЛА.

Комиссия экспертов отмечает, что ухудшение состояния больной ФИО2 23.05.2017 возникло внезапно на фоне полного благополучия, и пациентка своевременно, незамедлительно переведена в реанимационное отделение, где проводилась интенсивная терапия, оксигенотерапия. В полном объеме проведены реанимационные мероприятия, в соответствии с Порядком оказания медицинской помощи по профилю «Анестезиология и реаниматология» (приказ МЗ РФ №919н от 15.11.2012г.).

С учетом вышеизложенного, в виду внезапного развития ухудшения состояния на фоне полного благополучия, отсутствия клинической картины, характерной для тромбоэмболии легочной артерии, наличия сопутствующей патологии в виде хронической сердечной недостаточности, сахарного диабета, с учетом проведенного лечения в достаточном объеме в соответствии с установленной патологией, высокой смертностью при тромбоэмболии легочной артерии, ввиду применения в условиях стационара с 18.05.2019 антиагрегантов, комиссия экспертов считает, что выявленные дефекты оказания медицинской помощи не повлекли ухудшения состояния здоровья и не состоят в причинно-следственной связи с наступлением смерти ФИО2

Согласно ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

В соответствии с пунктом 2 ст. 86 ГПК РФ заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в ст.67 ГПК РФ.

При разрешении данного спора, суд считает необходимым положить в основу решения суда указанное заключение комиссионной судебной медицинской экспертизы №50/23/2022 от 12.04.2022, поскольку оно является полным, обоснованным и мотивированным. В нем указано, кем и на каком основании проводились исследования, их содержание, даны обоснованные и объективные ответы на поставленные перед экспертами вопросы и сделаны выводы. Выводы экспертов последовательны, не противоречат материалам дела и согласуются с другими доказательствами по делу, эксперты предупреждены об ответственности по ст. 307 УК РФ. Оснований для сомнения в компетентности экспертов не имеется, достоверность сведений, содержащихся в экспертном заключении, иными доказательствами по делу не опровергается.

Таким образом, суд принимает данное заключение как допустимое доказательство по делу, полученное в соответствии с требованиями закона, квалификация эксперта подтверждена соответствующими документами и сомнений не вызывает.

При принятии решения суд руководствуется вышеуказанным заключением, поскольку указанное заключение соответствует квалифицированной форме доказательств, предусмотренной ст. ст. 59, 60 ГПК РФ.

Анализ приведенных доказательств позволяет сделать вывод, что при оказании медицинской помощи ФИО2 были допущены нарушения стандартов медицинской помощи, которые не состоят в прямой причинно-следственной связи со смертью ФИО2

В силу п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» (статьи 1064 - 1101) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно п.п. 1, 2 ст. 1064 ГК РФ, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с п. 1 ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Статья 1101 ГК РФ предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Согласно аб.2 п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 N 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (абзац второй пункта 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда»).

В соответствии с п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина» по общему правилу, установленному ст. 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная ст. 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

При рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, суд учитывает обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. При определении размера компенсации морального вреда суд, с учетом требований разумности и справедливости, исходит из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела (абзацы третий и четвертый пункта 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина»).

По смыслу приведенных нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. Необходимыми условиями для возложения обязанности по компенсации морального вреда являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинная связь между наступившим вредом и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. Гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если не докажет, что вред причинен не по его вине. Исключения из этого правила установлены законом, в частности статьей 1100 ГК РФ. Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага) означает, что противоправное поведение причинителя вреда влечет наступление негативных последствий в виде физических и нравственных страданий потерпевшего. При этом закон не содержит указания на характер причинной связи (прямая или косвенная (опосредованная) причинная связь) между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим моральным вредом и не предусматривает в качестве юридически значимой для возложения на причинителя вреда обязанности возместить моральный вред только прямую причинную связь.

Следовательно, для привлечения к ответственности в виде компенсации морального вреда юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага (в настоящем случае - право на родственные и семейные связи), при этом на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины, то есть установленная законом презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Доводы представителя ответчика о том, что условием наступления ответственности за причинение морального вреда является наличие прямой причинной связи между противоправным поведением ответчика и наступившим вредом - смертью ФИО2, повлекшей причинение ее дочери ФИО3 моральных страданий, противоречит приведенному правовому регулированию спорных отношений, которым возможность взыскания компенсации морального вреда не поставлена в зависимость от наличия только прямой причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом.

В данном случае юридическое значение имеет и косвенная причинная связь, если дефекты оказания работниками МБУЗ ЦРБ Октябрьского района медицинской помощи ФИО3 могли способствовать ухудшению состояния ее здоровья и привести к неблагоприятному для него исходу, то есть к смерти. При этом ухудшение состояния здоровья человека вследствие ненадлежащего оказания ему медицинской помощи, в том числе по причине дефектов ее оказания (постановка неправильного диагноза и, как следствие, неправильное лечение пациента, не проведение пациенту всех необходимых диагностических и лечебных мероприятий, ненадлежащий уход за пациентом и т.п.) причиняет страдания, то есть причиняет вред, как самому пациенту, так и его родственникам, что является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

На основании изложенного, суд полагает, что поскольку имели место нарушения стандартов медицинской помощи ФИО2, которыми были причинены моральные и нравственные страдания ее дочери ФИО3 исковые требования о взыскании компенсации морального вреда подлежат удовлетворению, но в меньшем размере.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает характер причинённых потерпевшему физических и нравственных страданий, степень вины причинителя вреда, фактические обстоятельства дела, требования разумности и справедливости, и приходит к выводу, что исковые требования ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда подлежат удовлетворению частично, в сумме 200 000 рублей, которую суд признает отвечающей критерию обоснованности.

В соответствии со ст. 103 ГПК РФ, государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобождён, взыскивается с ответчика, не освобождённого от уплаты судебных расходов в доход бюджета субъекта Российской Федерации.

Таким образом, с ответчика подлежит взысканию в доход местного бюджета государственная пошлина в сумме 6 000 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ суд,

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО3 к МБУЗ ЦРБ Октябрьского района Ростовской области, третьи лица Министерство здравоохранения Ростовской области, СМК «Панацея» о компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с МБУЗ ЦРБ Октябрьского района Ростовской области ( ИНН <***> КПП 612501001) в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в сумме 200 000 (двести тысяч) рублей 00 копеек.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО3, отказать.

Взыскать с МБУЗ ЦРБ Октябрьского района Ростовской области ( ИНН <***> КПП 612501001) в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 6 000 (шесть тысяч) рублей 00 копеек.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ростовский областной суд через Октябрьский районный суд Ростовской области в течение месяца со дня изготовления мотивированного текста решения 17.06.2022.

Судья Н.О. Дыбаль