Решение по делу № 2-1611/2023 от 04.08.2023 - об устранении препятствий в пользовании жилым помещением, определении порядка пользования жилым помещением, по исковому заявлению <ФИО> к <ФИО>, <ФИО>, третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, нотариус <ФИО>, нотариус <ФИО>, <ФИО> о восстановлении срока на подачу заявления о признании недействительным договора дарения доли, признании недействительным договора дарения доли квартиры, договора купли-продажи квартиры, по исковому заявлению <ФИО> к <ФИО>, третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, Управление государственной регистрации права и кадастра Севастополя о переводе прав и обязанностей по договору купли-продажи.

Дело № 2-968/2023

(2-1225/2023, 2-1611/2023)

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

04 августа 2023 года город Севастополь

Ленинский районный суд города Севастополя в составе:

председательствующего судьи Эрзихановой С.Ф. с участием

представителя истца (ответчика) ФИО1 – ФИО2, действующей на основании ордера,

ответчика (истца) ФИО3,

третьего лица (истца) ФИО4,

представителя третьего лица (истца) ФИО4 – ФИО5, действующего на основании доверенности,

представителя ответчика ФИО6 - ФИО2, действующей на основании доверенности,

представителя третьего лица ФИО7 – ФИО8, действующего на основании доверенности,

третьего лица ФИО9,

при помощнике судьи Курганской М.Ю.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО10, ФИО3, третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО4 об устранении препятствий в пользовании жилым помещением, определении порядка пользования жилым помещением, по исковому заявлению ФИО4 к ФИО6, ФИО1, третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, нотариус ФИО7, нотариус ФИО11, ФИО9 о восстановлении срока на подачу заявления о признании недействительным договора дарения доли, признании недействительным договора дарения доли квартиры, договора купли-продажи квартиры, по исковому заявлению ФИО3 к ФИО1, третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, Управление государственной регистрации права и кадастра Севастополя о переводе прав и обязанностей по договору купли-продажи,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО10, ФИО3 об устранении препятствий в пользовании жилым помещением, определении порядка пользования жилым помещением, ссылаясь на то, что является собственником ? доли в праве на жилое помещение, расположенное по адресу: <адрес> на основании договора купли-продажи доли квартиры от 10.11.2022. Сособственниками указанного жилого помещениями являются ФИО10, ФИО3 по ? доли у каждого. Спорное жилое помещение состоит из коридора № площадью 8,0 кв.м., жилой комнаты № площадью 14,1 кв.м., кухни № площадью 5,8 кв.м., санузла № площадью 5,0 кв.м., жилой комнаты № площадью 16,1 кв.м. Общая площадь составляет 48,8 кв.м., в том числе жилая - 30,2 кв.м. Стороны не достигли соглашения в отношении порядка пользования общим имуществом в соответствии с долями в праве собственности, в связи с чем, ФИО1 просила суд определить порядок пользования квартирой, выделив в ее пользование жилую комнату № площадью 14,1 кв.м., выделив в пользование ФИО10, ФИО3 жилую комнату № площадью 16,1 кв.м., оставив в общем пользовании остальные помещения; обязать ответчиков не чинить истцу препятствий в пользовании жилым помещением, передать ключи от входной двери квартиры, освободить жилую комнату № от личных вещей и вещей иных лиц, в случае неисполнения взыскать солидарно судебную неустойку в размере 1 000 руб. за каждый день просрочки исполнения решения суда до даты фактического исполнения.

Определением Ленинского районного суда города Севастополя от 20.03.2023 в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена ФИО4

ФИО4 обратилась в суд с иском к ФИО6, ФИО1 о признании притворной сделки, применении последствий признания притворной сделки, ссылаясь на то, что она являлась собственником ? доли в праве на жилое помещение, расположенное по адресу: <адрес>. 27.12.2018 ФИО6 передал в долг денежные средства в размере 1 000 000 руб. ФИО4, о чем последняя написала расписку с указанием залога доли в квартире. Кроме того, 27.12.2018 нотариусом удостоверен договор дарения ? доли в праве на спорную квартиру между ФИО4 и ФИО6, при этом даритель полагала, что оформляет договор залога. Истцом была частично возвращена сумма займа, что подтверждается расписками, при этом остаток задолженности составил 728 500 руб. 02.01.2023 истцу стало известно о реализации ответчиком доли в спорной квартире. Ссылаясь на то, что договор дарения доли квартиры является притворной сделкой, а прикрываемой сделкой является договор залога доли квартиры, фактически сделка не осуществлена, ФИО6 в квартиру не вселялся, ключи ему не передавалась, не нес бремя ее содержания, ФИО4 просила суд признать недействительным договор дарения доли квартиры в силу притворности, признать договор дарения доли квартиры договором залога, признать недействительным договора купли-продажи квартиры от 10.11.2022, применить последствия недействительной (притворной) сделки, прекратив право общедолевой собственности ФИО1, восстановить право собственности ФИО4 на ? долю спорной квартиры.

Определением Ленинского районного суда города Севастополя от 13.04.2023 производства по гражданским делам по искам ФИО1 и ФИО4, объединены, в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена нотариус ФИО7

Определением Ленинского районного суда города Севастополя от 27.04.2023 в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена временно исполнявшая обязанности нотариуса ФИО13 - ФИО9

Определением Ленинского районного суда города Севастополя от 08.06.2023 в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена нотариус ФИО11

ФИО3 обратилась в суд с иском к ФИО1 о переводе прав и обязанностей по договору купли-продажи, ссылаясь на то, что она является собственником ? доли в праве на жилое помещение по адресу: <адрес>. В 2018 году ее мать ФИО4, являвшаяся сособственником ? доли на указанное жилое помещение, при займе у ФИО6 1 000 000 руб., в качестве залога передала ему в собственность, на основании договора дарения принадлежащую ей долю квартиры, которую ФИО6 обязывался переоформить назад после погашения долга. 09.01.2023 при получении выписки из ЕГРН ФИО3 стало известно о состоявшейся продаже доли, поскольку отчуждение спорной доли произведено с нарушением права преимущественной покупки, ФИО3 просила суд перевести на нее права и обязанности по договору купли-продажи от 10.11.2022.

Протокольным определением Ленинского районного суда города Севастополя от 30.05.2023 в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено Управление государственной регистрации права и кадастра Севастополя.

Определением Ленинского районного суда города Севастополя от 10.07.2023 производство по гражданскому делу по иску ФИО3 объединено с гражданским делом по искам ФИО1 и ФИО4

Истец (ответчик) ФИО1 в судебное заседание не явилась, извещалась судом о дате и времени судебного разбирательства. Доказательств уважительности причин неявки не представила, ходатайств об отложении не заявляла. При таком положении, суд полагает возможным рассматривать дело в отсутствие ФИО1 в порядке ч. 3 ст. 167 ГПК РФ. Как следует из содержания отзыва на исковое заявление, против удовлетворения требований ФИО4 возражала, поскольку заявителем пропущен срок исковой давности по требованию о признании недействительным договора дарения от 27.12.2018, сделка нотариально удостоверена, воля сторон нотариусом установлена, переход права собственности зарегистрирован в установленном законом порядке. ФИО1, указала на то, что она добросовестно приобрела право собственности ? долю в квартире у ФИО6, сделка оформлена нотариально, право собственности зарегистрировано. Цель приобретения - для личного проживания. Стороне спора было предложено преимущественное право выкупить отторгаемую долю, которым сособственник не воспользовалась.

Ответчик ФИО6 в судебное заседание не явился, извещался судом о дате и времени судебного разбирательства по месту регистрации, однако почтовая корреспонденция возвращена в суд с отметкой об истечении срока хранения. Доказательств уважительности причин неявки не представил, ходатайств об отложении не заявлял. При таком положении, суд полагает возможным рассматривать дело в отсутствие ФИО6 в порядке ч. 3 ст. 167 ГПК РФ.

Ответчик ФИО10 в судебное заседание не явился, извещался судом о дате и времени судебного разбирательства по месту регистрации, однако почтовая корреспонденция возвращена в суд с отметкой об истечении срока хранения. Доказательств уважительности причин неявки не представил, ходатайств об отложении не заявлял. При таком положении, суд полагает возможным рассматривать дело в отсутствие ФИО10 в порядке ч. 3 ст. 167 ГПК РФ.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, нотариус ФИО7 в судебное заседание не явилась, извещалась судом о дате и времени судебного разбирательства. Доказательств уважительности причин неявки не представила, ходатайств об отложении не заявляла. При таком положении, суд полагает возможным рассматривать дело в отсутствие третьего лица ФИО7 в порядке ч. 3 ст. 167 ГПК РФ.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, нотариус ФИО11 в судебное заседание не явилась. извещена судом о дате и времени судебного разбирательства. Согласно содержащемуся в возражениях заявлению, просила суд рассматривать дело в ее отсутствие. При таком положении, суд полагает возможным рассматривать дело в отсутствие третьего лица ФИО11 в порядке ч. 5 ст. 167 ГПК РФ. Как следует из содержания письменных возражений третьего лица, против удовлетворения требований нотариус ФИО11 возражала, ссылаясь на то, что при совершении нотариального действия о передаче заявления совладельцу, ею были выяснены все обстоятельства причин продажи доли квартиры, разъяснены все последствия неполучения совладельцами данного заявления. ФИО6 сообщил, что совладельцы в этой квартире не живут и что ему нужно вернуть деньги, которые он занимал, а по факту оформили договор дарения вместо договора займа (залога доли квартиры). Все документы были оформлены на адрес совладельцев. Конверт для отправки заполнял помощник и ошибочно (совершил техническую ошибку) указал номер квартиры регистрации продавца. Конверт с документами отправлял по почте совладелец, в связи с тем, что согласно законодательству, расходы по оплате услуг организаций почтовой связи, связанные с передачей документов, оплачивает лицо, обратившееся за совершением нотариального действия. Нотариус указала, что ею было отказано в оформлении сделки по купле-продажи доли в квартире, ввиду истечения непродолжительного времени после направления предложения, однако выдано свидетельство о направлении документов. Доводы заявителя о намеренном неверном указании адреса на почтовом конверте не соответствует действительности, поскольку была допущена техническая ошибка.

В судебном заседании представитель истца (ответчика) ФИО1, ответчика ФИО6 – ФИО2, действующая на основании ордера, доверенности, заявленные требования об устранении препятствий в пользовании жилым помещением, определении порядка пользования жилым помещением поддержала, указала, что факт чинения препятствий со стороны ФИО3 подтверждается свидетельскими показаниями, ФИО1 оплачиваются коммунальные платежи, она имеет намерение вселиться в жилое помещение в спорной квартире. Сделка по продаже доли в квартире совершена сторонами с соблюдением требований законодательства, ФИО6, желая получить денежные средства в счет доли заключил договор купли-продажи с ФИО1, предоставив медицинские документы, свидетельствующие о его дееспособности, договор удостоверен нотариально, в установленном законом порядке зарегистрирован переход права. Заявила ходатайство о применении последствий пропуска срока исковой давности как по требованию о признании недействительным договора дарения, так и по требованию о переводе прав и обязанностей по договору купли-продажи, поскольку ФИО3 пропущен трехмесячный срок для обращения в суд с соответствующим заявлением, кроме того, не выполнено требование об обеспечении денежными средствами при обращении с соответствующим иском.

Ответчик (истец) ФИО3 в судебном заседании против удовлетворения требований ФИО1 об устранении препятствий в пользовании жилым помещением, определении порядка пользования жилым помещением, возражала, поскольку истец стала правообладателем спорной доли с нарушением требований закона. ФИО3 и члены ее семьи проживают в квартире с 1994 года, намерения отчуждать долю не имели, заключение договора дарения в 2018 году, фактически прикрывавшего собой договор залога в виду займа денежных средств, было обусловлено затруднительным финансовым положением, в связи с чем с матерью ФИО6 был заключен указанный договор, составлена расписка и велся учет возврата заемных денежных средств. О состоявшейся сделке купли-продажи доли в квартире, ФИО3 стало известно 09.01.2023 из выписки ЕГРН, полученной ею после сообщения 02.01.2023 в телефонном разговоре невесткой ФИО6 об отчуждении доли. В настоящее время в спорной двухкомнатной квартире фактически проживает ФИО3 и ее гражданский супруг, мать ФИО4 и тетя, брат ФИО10 находится за пределами Российской Федерации, однако намерен вернуться для проживания с супругой и двумя детьми. ФИО3 в судебном заседании указано об отсутствии финансовой возможности обеспечить требования о переводе прав и обязанностей по договору купли-продажи, однако в случае удовлетворения заявленного ею требования готова ежемесячно выплачивать по 70 000 руб.

Представитель третьего лица (истца) ФИО4 – ФИО5, действующий на основании доверенности, по требованиям об устранении препятствий в пользовании жилым помещением, определении порядка пользования жилым помещением, возражал, поскольку истцом не доказан факт чинения препятствий во вселение, ФИО1 намерения проживать в жилом помещении не имеет, является недобросовестным покупателем, сделка оформлена с помощью агентства, в котором работает она и ее сестра ФИО12 Требования о признании недействительным договора дарения доли поддержал, заявил ходатайство о восстановлении срока на подачу заявления признании недействительным договора дарения доли квартиры, поскольку до 2023 года ФИО14 не знала о нарушении своего права, при оформлении договора дарения 27.12.2018 полагала, что заключает договор залога доли, в связи с чем в условия договора были включены пункты предусматривающие отмену дарения, а также о стоимости спорной доли. В подтверждение притворности сделки представил расписку, составленную в день оформления договора залога, содержащую обязательство ФИО6 о переоформлении доли после возврата долга, сведения о частичном погашении задолженности. Кроме того, указал на недействительность договора купли-продажи доли в квартире, поскольку при его оформлении было нарушено право преимущественной покупки сособственников долей в жилом помещении, фактически предложение о покупке доли было направлено по иному адресу. Против удовлетворения требований ФИО3 возражал, поскольку полагал, что вследствие удовлетворения требований его доверителя, право собственности ФИО4 должно быть восстановлено.

Третье лицо (истец) ФИО4 поддержала позицию своего представителя, указав, что в силу отсутствия достаточного уровня образования не понимала суть происходящего. Между ней и матерью ФИО6 – ФИО17 была устная договоренность относительно предоставления на неопределенный срок денежных средств, необходимых для прохождения лечения ее дочери ФИО3 На вопрос суда пояснила, что заемные денежные средства ФИО6 в полном объеме не возвращены.

В судебном заседании представитель третьего лица ФИО7 – ФИО8, действующий на основании доверенности, против удовлетворения требований ФИО4 возражал, поскольку ФИО4 не предоставлено доказательств того, что сделка дарения была направлена на достижение других правовых последствий и прикрывала иную волю участников сделки. Стороны сделки своими подписями в договоре от 27.12.2018 подтверждали свою волю на заключение договора дарения. Представитель возражал относительно утверждения ФИО4 и ФИО3 о том, что после сделки они спрашивали у нотариуса как оформить расписку о получении займа, поскольку указанное утверждением не подтверждено иными доказательствами, направлено на легализацию представленной истцом расписки. Кроме того, указал на пропуск срока исковой давности по требованию о признании недействительным договора дарения от 27.12.2018, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении иска.

Третье лицо ФИО9 в судебном заседании против удовлетворения требований ФИО4 возражала, поскольку ею была удостоверена сделка купли-продажи доли в спорном жилом помещении с соблюдением требований законодательства, основания для признания договора недействительным отсутствуют.

Суд, выслушав явившихся лиц, исследовав материалы дела, приходит к следующему.

В соответствии с ч.2 ст.170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учётом существа сделки, применяются относящиеся к ней правила.

Исходя из содержания и смысла приведенной нормы права, притворные сделки – это сделки, совершаемые лишь для вида, при которых стороны не совершают действий, предусматривающихся данной сделкой.

По смыслу действующего законодательства притворная сделка ничтожна потому, что не отражает действительных намерений сторон. Общим правилом является применение закона, относящегося к прикрытой сделке, при этом она представляет собой произвольную комбинацию условий, прав и обязанностей, не образующих известного Кодексу состава сделки, и также может выходить за рамки гражданских сделок. Применение закона, относящегося к прикрытой сделке, состоит в оценке именно тех ее условий, которые указаны в законах, на которые ссылается истец.

Для признания сделки недействительной по мотиву ее притворности необходимо установить, что воля обеих сторон была направлена на совершение сделки, отличной от заключенной, а также, что сторонами в рамках исполнения притворной сделки выполнены все существенные условия прикрываемой сделки.

В соответствии с п. 1 ст. 807 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору займа одна сторона (заимодавец) передает или обязуется передать в собственность другой стороне (заемщику) деньги, вещи, определенные родовыми признаками, или ценные бумаги, а заемщик обязуется возвратить заимодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество полученных им вещей того же рода и качества либо таких же ценных бумаг.

Согласно п. 1 ст. 334 Гражданского кодекса Российской Федерации в силу залога кредитор по обеспеченному залогом обязательству (залогодержатель) имеет право в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения должником этого обязательства получить удовлетворение из стоимости заложенного имущества (предмета залога) преимущественно перед другими кредиторами лица, которому принадлежит заложенное имущество (залогодателя).

Заложенное имущество остается у залогодателя, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другим законом или договором (п. 1 ст. 338 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как следует из материалов дела, 27.12.2018 между ФИО19 (даритель) и ФИО6 (одаряемый) был заключен договор дарения доли квартиры, в соответствии с которым даритель подарила одаряемому, принадлежащую ей по праву общей долевой собственности ? долю в праве собственности на квартиру, находящуюся по адресу: <адрес>, с кадастровым номером №, общей площадью 48,8 кв.м. (л.д. 97-99 т. 1).

В соответствии с пп. 2.3 договора, стороны оценивают указанную долю квартиры в 1 500 000 руб. ФИО6 принимает в дар указанную долю квартиры от ФИО19

10.11.2022 между ФИО6 (продавец) и ФИО1 (покупатель) был заключен договор купли-продажи доли квартиры, в соответствии с которым продавец продал, а покупатель купил за 1 300 000 руб. ? долю в праве общей долевой собственности на квартиру, находящуюся по адресу: <адрес>, с кадастровым номером №, общей площадью 48,8 кв.м. (л.д. 50-52 т. 1), право собственности ФИО1 на указанный объект недвижимости зарегистрировано в установленном законом порядке 15.11.2022 (л.д. 22-24 т.1).

В соответствии со ст.ст.56, 57 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, при этом обязанность представить в суд соответствующие доказательства законом возложена на стороны и лиц, участвующих в деле.

Из материалов дела усматривается, что ФИО4, заявляя о притворности указанного договора дарения, представила расписку от 27.12.2018, согласно которой ФИО19 27.12.2018 получила в долг сумму в размере 1 000 000 руб. от ФИО6 В качестве обеспечения возврата долга указано о передаче ФИО6, принадлежащей ФИО19 доли в праве на жилое помещение по адресу: <адрес> (договор дарения). После возврата долга предусмотрена обязанность ФИО6 по возврату доли (л.д. 165, 172 т. 1).

Кроме того, суду представлены расписки, согласно которым ФИО19 переданы ФИО6 следующие суммы: 02.01.2019 в размере 100 000 руб., 01.12.2021 в размере 19 500 руб., 02.02.2022 в размере 60 000 руб., 12.04.2022 в размере 48 000 руб., 07.05.2022 в размере 24 00 руб., 14.05.2022 в размере 20 000 руб. (л.д. 172-173 т. 1).

Отклоняя доводы ФИО4 о необходимости квалификации договора дарения, как сделку, прикрывающую договор залога недвижимости, суд исходит из того, что по договору залога право собственности на заложенное имущество до момента предъявления кредитором требования об обращении на него взыскания принадлежит заемщику, а не передается полностью кредитору с государственной регистрацией права собственности на него.

В рассматриваемом случае, 27.12.2018 сторонами заключен договор дарения доли с последующей регистрацией, возникшего у ФИО6 права.

В соответствии со ст. 195 Гражданского кодекса Российской Федерации, исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

В силу ст. 199 Гражданского кодекса Российской Федерации, требование о защите нарушенного права принимается к рассмотрению судом независимо от истечения срока исковой давности. Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со ст. 200 настоящего Кодекса (п. 1 ст. 196 ГК РФ).

В пункте 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 г. N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" разъяснено, что в соответствии с пунктом 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется только по заявлению стороны в споре, которая в силу положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации несет бремя доказывания обстоятельств, свидетельствующих об истечении срока исковой давности.

Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год, срок исковой давности по исковым требованиям об истребовании имущества из чужого незаконного владения составляет три года.

Нарушенное право согласно положениям ст. 199 п. 2 Гражданского кодекса Российской Федерации подлежит защите в установленный законом срок. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В ходе рассмотрения дела, о применении последствий пропуска срока заявлено представителем истца (ответчика) ФИО1, ответчика ФИО6 – ФИО2, действующей на основании ордера, доверенности, а также представителем третьего лица ФИО7 – ФИО8, действующим на основании доверенности.

Установлено, что 27.12.2018 между ФИО19 и ФИО6 заключен договор дарения доли в жилом помещении.

Поскольку с требованием о признании договора дарения недействительным ФИО4 обратилась 21.02.2023, указанный срок исковой давности для обращения с иском об оспаривании сделки истец пропустила.

Согласно статье 205 Гражданского кодекса Российской Федерации в исключительных случаях, когда суд признает уважительной причину пропуска срока исковой давности по обстоятельствам, связанным с личностью истца (тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п.), нарушенное право гражданина подлежит защите.

При рассмотрении настоящего спора представителем ФИО4 было заявлено ходатайство о восстановлении срока исковой давности со ссылкой на то, что о нарушенном праве ей стало известно лишь с момента получения сведений об осуществлении государственной регистрации права нового собственника, кроме того, указал на наличие у его доверителя среднего образования.

Отказывая ФИО4 в восстановлении пропущенного срока для обращения с иском об оспаривании сделки, ссылавшейся на то, что о нарушенном праве ей стало известно лишь с момента получения сведений об осуществлении государственной регистрации права нового собственника, суд исходит из того, что о правовом статусе спорного объекта недвижимости было истцу доподлинно известно при оформлении договора дарения, удостоверенного нотариусом, кроме того, по смыслу статьи 131 Гражданского кодекса Российской Федерации государственная регистрация права носит не правоустанавливающий, а правоподтверждающий характер, поэтому придавать решающее значение дате регистрационной записи перехода права собственности на спорное имущество при определении статуса такого имущества, безосновательно. Что касается ссылки представителя ФИО4 на наличие у нее среднего образования и как следствие ее неграмотность, судом данное обстоятельность не может быть признано в качестве уважительной причины пропуска срока для защиты своего права, поскольку как следует из пояснений как ФИО4, так и ее дочери ФИО3, составлением долговой расписки занималась последняя, при этом при посещении ФИО4 нотариуса в ходе оформления договора дарения, ей были разъяснены последствия заключения сделки, о чем она расписалась в договоре.

Принимая во внимание изложенное, основания для удовлетворения требований ФИО4 о восстановлении срока на подачу заявления о признании недействительным договора дарения доли, признании недействительным договора дарения доли квартиры, договора купли-продажи квартиры, отсутствуют.

Разрешая требования ФИО3 о переводе на нее прав и обязанностей по договору купли-продажи доли квартиры, суд исходит из следующего.

Как следует из материалов дела, правообладателями жилого помещения по адресу: <адрес>, являются ФИО3 (1/4 доли), ФИО10 (1/4 доли), ФИО1 (1/2 доли).

Как предусмотрено п. 2 ст. 246 Гражданского кодекса Российской Федерации, участник долевой собственности вправе по своему усмотрению продать, подарить, завещать, отдать в залог свою долю либо распорядиться ею иным образом с соблюдением при ее возмездном отчуждении правил, предусмотренных ст. 250 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с п. 1 ст. 250 Гражданского кодекса Российской Федерации при продаже доли в праве общей собственности постороннему лицу остальные участники долевой собственности имеют преимущественное право покупки продаваемой доли по цене, за которую она продается, и на прочих равных условиях, кроме случая продажи с публичных торгов.

10.11.2022 между ФИО6 и ФИО1 заключен договор купли-продажи доли квартиры по адресу: <адрес>, удостоверенный нотариусом (л.д. 50-52 т. 1).

Как следует из содержания п. 9 договора, ФИО10, ФИО3, сособственники квартиры, ? доли которой отчуждается, надлежащим образом уведомлены о продаже доли квартиры почтовым отправлением РПО №№ 29901170361562, 29901170361586, которые после истечения срока хранения 27.06.2022 возвращены отправителю - Т.3. ФИО11, нотариусу города Севастополя, что подтверждается свидетельствами о направлении документов №№ 92/46-н/92-2022-1-1227, 92/46-н/92-2022-1-1226.

Согласно свидетельствам о направлении документов 92 АА 1114148, 92 АА 1114148, удостоверенным нотариусом ФИО11, 27.05.2022 по просьбе ФИО6, направлены почтовым отправлением РПО № 29901170361562 ФИО10, зарегистрированному по адресу: <адрес>, почтовым отправлением РПО № 29901170361586 ФИО3, зарегистрированной по адресу: <адрес>, с сообщением о передаче заявления о продаже доли в жилом помещении, указанные свидетельства зарегистрированы в реестре №№ 92/46-н/92-2022-1-1227, 92/46-н/92-2022-1-1226.

Между тем, из приложенных копий конвертов, вернувшихся с отметками об истечении срока хранения, следует, что корреспонденция направлена по адресу: <адрес>.

Согласно п. 3 ст. 250 Гражданского кодекса Российской Федерации при продаже доли с нарушением преимущественного права покупки любой другой участник долевой собственности имеет право в течение трех месяцев требовать в судебном порядке перевода на него прав и обязанностей покупателя.

Отклоняя ссылки представителя истца (ответчика) ФИО1, ответчика ФИО6 – ФИО2, действующей на основании ордера, доверенности, о пропуске заявителем трехмесячного срока для обращения с требованием о переводе прав, суд исходит из того обстоятельства, что ФИО3 стало известно о переходе прав на спорную долю в жилом помещении 09.01.2023, что подтверждается представленной справкой ГУПС «ЕИРЦ», содержащей сведения о собственнике ? доли ФИО1 (л.д. 188 т. 1). При этом с иском в суд ФИО3 обратилась 10.04.2023. Представленный протокол осмотра доказательств от 13.07.2023, содержащий сведения о переписке, состоявшейся 06.01.2023 между ФИО12 и ФИО3, а также переписка от 02.01.2023 между невесткой ФИО6 и ФИО3, из которых последней стало известно о состоявшейся сделке, учитываться при исчислении начала течения срока на обращение с иском в суд не могут, поскольку не являются достоверными источниками, подтверждающими указанные обстоятельства.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 1.2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10 июня 1980 года N 4 (в редакции от 6 февраля 2007 года) "О некоторых вопросах практики рассмотрения судами споров, возникающих между участниками общей собственности на жилой дом" при предъявлении иска перевода на него прав и обязанностей покупателя истец обязан внести по аналогии с ч. 1 ст. 96 ГПК РФ на банковский счет управления (отдела) Судебного департамента в соответствующем субъекте Российской Федерации уплаченную покупателем за дом сумму, сборы и пошлины, а также другие суммы, подлежащие выплате покупателю в возмещение понесенных им при покупке дома необходимых расходов.

Таким образом, предъявление иска в порядке, предусмотренном п. 3 ст. 250 ГК РФ, означает возникновение у истца обязанности оплатить стоимость, по которой имущество было приобретено по сделке, совершенной с нарушением права преимущественной покупки.

Из договора купли-продажи доли квартиры следует, что сторонами определена стоимость передаваемого имущества, а, следовательно - цена договора, в 1 300 000 руб.

В ходе рассмотрения дела, судом ФИО3 неоднократно предлагалось внести сумму 1 300 000 руб. за покупку доли в праве общей долевой собственности, необходимую для обеспечения прав приобретателя по договору купли-продажи, однако она от исполнения указанной обязанности уклонилась, указав на отсутствие возможности единовременного внесения заявленной суммы, указав на возможность ежемесячной выплаты в размере 70 000 руб.

Положением п. 3 ст. 250 ГК РФ предусмотрен перевод права и обязанностей приобретателя на условиях определенных в договоре, на основании которого возмездно отчуждено имущество, поэтому на ФИО3 лежала обязанность по представлению доказательств наличия денежных средств в указанной выше сумме в полном объеме. В то же время в нарушение положений ст. 56 ГПК РФ истец таких доказательств не представила, денежную сумму не внесла.

Указанное обстоятельство исключает возможность удовлетворения иска ФИО3 о переводе на нее прав и обязанностей приобретателя по договору купли-продажи.

Разрешая требования ФИО1 об устранении препятствий в пользовании жилым помещением, определении порядка пользования жилым помещением, суд исходит из следующего.

В соответствии со статьей 209 Гражданского кодекса Российской Федерации и частью 1 статьи 30 Жилищного кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

На основании пункта 1 статьи 288 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник осуществляет права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему жилым помещением в соответствии с его назначением.

Согласно статье 304 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

Как следует из технического паспорта на спорное жилое помещение, составленного по состоянию на 03.05.2007, квартира <адрес> состоит из следующих помещений: № коридора площадью 8,0 кв.м., № жилой комнаты площадью 14,1 кв.м., № кухни площадью 5,8 кв.м., № санузла площадью 5,0 кв.м., № жилой комнаты площадью 16,1 кв.м. Общей площадью с учетом балкона 49,6 кв.м., в том числе жилой 30,2 кв.м. (л.д. 29 т. 1).

ФИО1, в обоснование несения бремени содержания спорного жилого помещения, представлены квитанции об оплате коммунальных услуг от 08.12.2022 на сумму 2 040 руб., от 09.01.2023 на сумму 2 040 руб., от 18.02.2023 на сумму 1 530 руб., от 16.03.2023 на сумму 2 040 руб. (л.д. 100-103 т. 2).

Кроме того, в подтверждение наличия со стороны ФИО1 намерения посетить жилое помещение, были допрошены в качестве свидетелей супруг ФИО1 – ФИО15, а также супруг ФИО12 - ФИО16, которые пояснили суду, что декабре 2022 года, придя по адресу нахождения квартиры, постучались в дверь, однако на стук никто не открыл и они были вынуждены покинуть дом.

ФИО20 проживает и зарегистрирована в спорном жилом помещении, совместно с ней проживают и зарегистрированы ФИО19, ФИО18, ФИО10 с членами своей семьи (л.д. 188 т. 1).

ФИО1 просит определить такой порядок пользования, при котором ей необходимо предоставить жилую комнату № 2 площадью 14,1 кв.м., а помещения кухни, коридора, санузла оставить в общем пользовании.

Как указано в абз.2 п.37 Постановления Пленума Верховного Суда РФ №6 и Пленума ВАС РФ №8 от 01.07.1996 года «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», разрешая требование участника общей долевой собственности об определении порядка пользования, суд учитывает фактически сложившийся порядок пользования имуществом, который может точно не соответствовать долям в праве общей собственности, нуждаемость каждого из сособственников в этом имуществе и реальную возможность совместного пользования.

Из смысла данного пункта постановления Пленума ВС РФ и ВАС РФ следует, что основополагающим критерием при рассмотрении таких требований является фактически уже сложившийся между сособственниками порядок пользования общим имуществом. Кроме того, необходимо учитывать нуждаемость каждого из сособственников в этом имуществе и возможность совместного пользования.

Как следует из материалов дела, спорное жилое помещение ФИО1 никогда не использовалось, до приобретения в собственность доступа в жилое помещение она не имела, что подтверждается пояснения сторон.

Из пояснений ФИО3 следует, что в их семье уже сложился определенный порядок пользования жилыми помещениями в квартире, при котором ФИО3 и ее гражданский супруг занимают одну жилую комнату, мать ФИО4 другую, при этом по возвращении брата ФИО10 с членами его семьи супругой и двумя детьми, им необходимо также предоставить часть помещения для проживания.

Из материалов дела усматривается, что в спорной квартире имеется две жилые комнаты площадью 14,1 кв.м., 16,1 кв.м., имеющие выход в общий коридор, при этом при наличии троих сособственников долей, выделение в пользование каждому части помещения, с учетом наличия у каждого семей, невозможно. Определение порядка пользования в данном случае невозможно, поэтому выделить в пользование каждому изолированные жилые помещения не представляется возможным из-за их отсутствия, а выделение в пользование смежных жилых помещений будет нарушать права и интересы ответчиков, для которых данный дом является единственным местом их проживания.

Таким образом, из представленных ФИО1 доказательств суд не усматривает обоснованности заявленных требований об определении порядка пользования спорным жилым помещением.

Кроме того, суд обращает внимание, что в данном случае отсутствует совокупность обязательных условий для определения порядка пользования – 1) фактически уже сложившийся между сособственниками порядок пользования общим имуществом; 2) нуждаемость каждого из сособственников в этом имуществе и 3) возможность совместного пользования. Так, во-первых, ФИО1 никогда не проживала в данной квартире, между ней и ответчиками нет сложившегося порядка пользования; во-вторых, в квартире фактически много лет проживают ответчики; в-третьих, для ответчиков данная квартира – единственное жилье, ФИО1, как она пояснила ранее проживала в г. Санкт-Петербурге, п. Шушары, имеет долю в праве на жилое помещение.

Учитывая предоставленные сторонами доказательства суд приходит к выводу, что в рамках настоящего дела не имеется возможности совместно использовать спорную квартиру и обеспечить проживание в нем сособственников с членами их семей, в связи с чем исковые требования ФИО1 не подлежат удовлетворению.

На основании изложенного, и руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования ФИО1 к ФИО10, ФИО3, третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО4 об устранении препятствий в пользовании жилым помещением, определении порядка пользования жилым помещением, исковые требования ФИО4 к ФИО6, ФИО1, третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, нотариус ФИО7, нотариус ФИО11, ФИО9 о восстановлении срока на подачу заявления о признании недействительным договора дарения доли, признании недействительным договора дарения доли квартиры, договора купли-продажи квартиры, исковые требования ФИО3 к ФИО1, третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, Управление государственной регистрации права и кадастра Севастополя о переводе прав и обязанностей по договору купли-продажи, оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в месячный срок с момента изготовления в окончательной форме в Севастопольский городской суд через Ленинский районный суд города Севастополя.

В окончательной форме решение изготовлено 10 августа 2023 года.

Судья: С.Ф. Эрзиханова