Решение по делу № 2-156/2025 от 15.05.2025 - о признании недействительным завещания <ФИО>.

Копия. Дело № 2-156/2025

УИД: 66RS0022-01-2024-002384-56

Решение в окончательном виде изготовлено 15 мая 2025 года

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

дата <адрес>

Березовский городской суд <адрес> в составе председательствующего судьи Матвеевой М.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем Мироновой А.В., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № по иску ФИО1 к администрации Березовского муниципального округа <адрес> о признании недействительным завещания ФИО2,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к администрации Березовского муниципального округа <адрес> с иском о признании недействительным завещания ФИО2, дата года рождения, удостоверенного нотариусом нотариального округа <адрес> ФИО3 дата (номер в реестре нотариуса №).

В обоснование заявленных исковых требований в исковом заявлении истцом указано, что она является дочерью ФИО2, умершего дата. В начале марта 2024 года она узнала о смерти отца. Точную дату его смерти установил своим решением Кировский районный суд Екатеринбурга от дата - №. Для совершения действий по вопросам захоронения ФИО2 и принятии после него наследства, истец выдала своей матери – ФИО4 нотариальные доверенности. При обращении ФИО4 к нотариусу ФИО5 с заявлением о принятии наследства, было установлено наличие оспариваемого завещания от дата, которым умерший лишил истца наследства.

Истец полагает указанное завещание недействительным, поскольку на момент его составления ФИО2 не мог понимать значение своих действий и руководить ими в силу психического заболевания.

Кроме того, оспариваемое завещание было составлено в период бракоразводного процесса между родителями истца, при этом у ФИО2 на момент его составления какое-либо имущество отсутствовало.

На протяжении жизни, ФИО2 эпизодически проявлял агрессию к бывшей супруге и людям, которые находились рядом с ним в моменты агрессии (без разделения на знакомых либо незнакомых). После расторжения брака ФИО2 проживал один, с окружающими, родственниками, соседями общался редко, в тоже время поддерживал связь с истцом и бывшей супругой.

ФИО2 интересовался жизнью истца, своего внука – сына истца, никогда не высказывал намерений или угроз лишить истца наследства. Истец ФИО1 является единственным наследником первой очереди.

Истец, представители истца в судебное заседание не явились, извещены о дате судебного заседания надлежащим образом, о причинах неявки суд не уведомили.

Ранее, в судебном заседании дата ФИО1 суду пояснила, что с 1997 г. ФИО2 состоит на учете в ГАУЗ СО «Психиатрическая больница №» (<адрес>) с диагнозом: «шизофрения параноидная» (код по МКБ-10 – F20.02), находился на стационарном лечении в 1997 году и в 2007 году. Она является дочерью ФИО2 и ФИО4, брак между родителями зарегистрирован в 1987 г., она единственный ребенок в семье. Родилась в <адрес>, родители там проживали. Со слов мамы в 1994 году поведение отца изменилось, она пришла с работы, увидела, что он ходил по квартире, плакал, громко играла музыка, на шее висел крест, он что-то бессвязное говорил. В тот период с 1994 г. по 1997 г. ФИО2 злоупотреблял алкогольными напитками, стал заторможенным, прекратил общение с родственниками и друзьями, стал общаться с кем-то невидимым, вёл дневники. Родственниками со стороны отца были бабушка и дедушка, она их помнит, тетя ФИО6. Она общалась с ними, проводила у них каникулы летние. Тётя страдала каким-то заболеванием, была нарушена моторика, тряслись руки, нарушена походка. Мама уговорила отца обратиться в больницу. В 1997 году обратились в больницу к психиатру на ФИО7, 13, его сразу же госпитализировали в стационар, тогда же был установлен диагноз. Принимал препараты до 2004 <адрес> с родителями проживала до 2011 г. в <адрес>. В 2011 г. отец уехал жить отдельно в дом в <адрес> в <адрес>А, мама им истец остались проживать в <адрес> в квартире. С отцом отношения поддерживали, раз в месяц созванивались, ходили в кафе, списывались. С мамой отношения у отца были конфликтные.

В 2013 году ФИО1 вступила в брак, с мужем жили у мамы. Отца на свадьбе не было, так как у него было очередное состояние, было сложно с ним общаться, он выражал бредовые идеи, что её мама сожительствует с её мужем, что они живут все втроем. Истец не стала приглашать отца на свадьбу. До этого в 2012 году отец приехал к ним домой, мама открыла дверь, он зашел в комнату к ним, вытащил её будущего супруга из кровати, затащил в ванную и стал угрожать ему ножом, говорил, что тот сожительствует с её матерью. По этому факту в полицию не обращались. Когда через несколько дней отец позвонил по телефону, из разговора с ним стало ясно, что он об этом эпизоде не помнит. О рождении ребенка отцу сказала, внука он не видел, но спрашивал, как дела, она показывала ему фотографии. В августе 2023 г. переехала на постоянное место жительства в <адрес>. Истец перед Новым го<адрес>. пыталась позвонить отцу, до этого они созванивались в ноябре 2023 года, все было нормально. В январе 2024 г. сказала маме, что отец давно не выходит на связь, мама попросила знакомого сходить к отцу и посмотреть, что там. Он сходил и сказал, что тропинок нет к дому, все занесло снегом. Мама с ФИО11 (супруг мамы) приехали в дом, вскрыли дверь и обнаружили труп отца. Обстановка в доме была такая: вся печка была исписана фразами в стиле отца, в дверные косяки и оконные рамы были воткнуты ножи, камни были разложены по дому, висел стул, на стуле была корзинка, а там фотография её мамы. Отец работал бухгалтером у ИП, у отца неоконченное высшее образование, отучился 5 курсов, не сдал государственный экзамены. В 2013 г., когда отец приезжал к ним с ножами, угрожал маме, он был в состоянии опьянения.

На основании изложенного, истец на требованиях настаивала.

Представитель ответчика – администрации Березовского муниципального округа <адрес> в судебное заседание не явился, извещен судом надлежащим образом, о причинах неявки суд не уведомил, своей позиции по заявленным требованиям не высказал.

Третье лицо нотариус ФИО3 в судебное заседание не явилась, суду представлен отзыв, в котором содержится просьба о рассмотрении дела в отсутствие третьего лица (л.д. 47-49).

В отзыве на исковое заявление указано, что дата нотариус ФИО3 от лица ФИО2 было удостоверено завещание, зарегистрированное в реестре под номером 3155, с формулировкой «Мою дочь ФИО8, дата, наследства я лишаю». Подробную информацию по делу третье лицо предоставить не может, поскольку конкретных обстоятельств, связанных с удостоверением вышеуказанного завещания, она не помнит из-за длительного временного промежутка. Но сомнений в дееспособности завещателя у нотариуса не возникло, иначе она бы не удостоверила завещание. Не было никаких оснований полагать, что в момент совершения нотариальных действий ФИО2 обнаруживал какие-либо признаки неадекватного поведения.

При составлении каждого завещания нотариус устанавливает личность завещателя, проводит беседу. В ходе беседы у нотариуса не должно возникать никаких сомнений по поводу дееспособности заявителя, волеизъявление должно быть сформировано четко, логично изложены мотивы действий.

Полномочиями в области диагностирования заболеваний, а также выявления их последствий, нотариус не наделен, соответствующей квалификацией не обладает, и обладать не обязан. Нотариус не имеет и не обязан иметь познания в области медицины в целом и в психиатрии в частности.

В судебном заседании дата по ходатайству стороны истца были заслушаны свидетели ФИО4, ФИО9, ФИО10, ФИО11

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО4 суду показала, что она является бывшей супругой ФИО2 В браке состояли с 1987 г. по 2012 г. ФИО1 является их общей дочерью. У ФИО2 было неоконченное высшее образование, учился в СИНХе, не сдал государственные экзамены. Получал образование по специальности «финансы». ФИО2 работал сапожником и учился на вечернем отделении, потом он создал собственный торговый бизнес, покупал и продавал продукты, это было с 1989 г. по 1994 г. В 1994 г. муж в какой-то день был в измененном состоянии, она зашла дома, играет музыка, муж резко похудел за день, на шее крест висел, до этого креста не было, плачет, ничего не пояснял ей. До этого таких эпизодов не было. Неделю муж был в таком состоянии, муж не вернулся к прежнему образу жизни, говорил странные вещи. Не сказал, что явилось причиной такого состояния. После этого муж не работал, она содержала семью, муж был <адрес> года. Ходил в лес за грибами, был спокоен, вёл странные разговоры, что-то стал записывать. Мог перейти в состояние агрессии внезапно. Со знакомыми муж прекратил общение. В 1996 г. она сводила мужа к частному психотерапевту, он сказал, что нужно к психиатру. В 1997 г. она убедила мужа обратиться к психиатру на ФИО7, 13. В день приема мужа определили в стационар, там он находился 2,5 месяца, диагноз был установлен, но диагноз ей не назвали, муж ей не сообщил. Мужу назначили препараты медицинские, он был заторможен. Мужа поставили на учет, каждый месяц нужно было ходить к врачу и принимать препараты. Препараты принимал, на приемы ходил редко. Работал бухгалтером на дому. Это продолжалось до 2004 г. В 2004 г. они стали общаться с друзьями, в мае 2004 года была совместная поездка на берег реки. Там они танцевали, рыбачили, один друг надел на себя рыболовный костюм, муж спиртным не злоупотреблял. Муж стал кричать, высказывался, что друг одел презерватив на себя. Агрессивно вел себя, предъявлял претензии, что это фактически совокупление. После этого случая снова обратились на ФИО7, 13. Был госпитализирован сразу, находился на стационарном лечении 2 месяца. Состояние нормализовалось, был под препаратами, возвращения в обычный формат жизни не было. Вёл бессмысленные разговоры, вёл записи, связной мысли не было. Стал читать религиозные книги, про буддизм, про черную магию. О том, что говорил во время приступа, потом не помнил, лечиться отказывался. В 2010 – 2012 г.г. приняла решение о расторжении брака. Предложила ему расстаться, в 2011 г. муж уехал в <адрес>. Дом приобрели у родителей мужа в 2005 г., оформили на мужа. С иском о расторжении брака она обратилась, с иском о разделе имущества обратился ФИО2 Пришли к мировому соглашению, по которому супругу достался в собственность дом, а ей квартира, она ему выплатила денежную компенсацию. Каждый месяц она ему перечисляла по 10 000 рублей в течение 6 лет, он не работал. После 2011 года она продолжала общаться с мужем, он звонил ей по поводу своего содержания. Угрожал ей по телефону в октябре 2013 года, дочь собралась замуж, будущий муж переехал к ним, муж ревновал её к будущему мужу дочери, называл их «шведской семьей». В апреле 2013 года приезжал в <адрес> в 02:00 часов, стал звонить в дверь, угрожал убийством. ФИО2 всегда носил при себе ножи. Пытался ворваться в квартиру. После 2013 года общались, на свадьбе дочери ФИО2 не был. О рождении внука знал, дочь общалась с отцом. С дочерью были хорошие отношения. Про завещание никогда не говорил, про обиду на дочь также не говорил, общался с ней до самой смерти. С 2011 года ФИО2 общался только с соседями по улице. В 2013 году она продала квартиру, пригласила мужа приехать в банк и получить свою часть денежных средств. Был странно одет, пояснил, что ему надо оторваться от преследователей. Говорил, что его преследуют, следят. Муж унаследовал квартиру матери. Рукописи находились в доме умершего.

Свидетель ФИО9 суду показал, что является знакомым ФИО4 с 2004 г. В тот же день познакомились и с ФИО2, в 2004 г. поехали на отдых в Башкирию, несколько семей, среди них семья Н-вых. С И. после этого общались, с В. нет. В 2012 г. купил дом в <адрес>. В. ФИО12 жил по соседству в <адрес>. Раз в неделю встречались, общались. На отдыхе в 2004 году В. был замкнутый, не общительный. На отдыхе стали танцевать, он надел рыбацкий костюм, И. танцевала. В. стал орать на них, ему сказал, что они как будто совокупляются. Скандал чуть не дошел до драки. После 2012 года он как-то проезжал мимо В., поздоровался, Валера на него смотрел стеклянным взглядом, ничего не ответил. Примерно в 2015-2016 г.г. В. ему сказал, что за ним постоянно следит сосед, на шее у В. был нож. Говорил, что И. живет с мужем дочери. Когда он зашел в дом в марте 2024 года увидел, что в доме были камни, в комнате висел стул, ножи были везде воткнуты в косяках.

Свидетель ФИО11 суду показал, что в 1997 г. они стали работать вместе с ФИО4, коллектив был небольшой, они часто праздновали дни рождения. В. первый раз увидел в 1998 <адрес> раз В. видел в 2013 году. В конце июля 2013 года В. ему позвонил и попросил о встрече. В начале августа 2013 г. в кафе на Плотинке в <адрес>, В. ему рассказал, что развелся с женой, у дочери родился ребенок, его внук, у него проблема, что они делят имущество и ему нужна помощь, так как арендаторы в квартире его матери установили аппаратуру, которая позволяет им читать его мысли, узнавать о его планах. Арендаторы и жена И. хотят лишить его наследства. Сказал, что внук тоже может претендовать на наследство. Просил его найти эти устройства или их заглушить. После этого больше В. ему не звонил. Он позвонил И., рассказал о встрече, И. сказала ему, что В. болен, что у него мания преследования, что за ним все следят. В марте 2024 г. по просьбе И. поехал в <адрес> к В. в дом, так как В. не выходил на связь. Увидели, что в доме все окна занавешены, ФИО12 был повешен, она были занавешены одеялами, прибиты на гвозди, во все деревянные части были воткнуты ножи. Инсталляции из камней, железных прутьев, проволок. В маленькой комнате висел стул на проволоке, на стуле камни, внутри плетеная корзина железная и фотография И.Е.. Бумаги собрали, печь была исписана какими-то фразами, он это сфотографировал. Из дома они забрали папки с названиями «суд о разделе имущества», «суд о разводе».

Из показаний свидетеля ФИО10 следует, что она является знакомой семьи ФИО12 с 1996. Дружит с И. по настоящее время. С В. познакомилась позже на Дне рождения у общей знакомой. Это было примерно в 2003 году. В мае 2007 г. все вместе ездили отдыхать в Карловы Вары, жили в одном доме, завтракали вместе, В. видела ежедневно. В. шутил необычно, злобно, пошло, пытался кого-то зацепить. Сам смеялся над своими шутками, а никто вокруг не смеялся. Она спросила у Светы, чем занимается В., она сказала, что он работает дома. После 2007 года, может в 2009 году И. сказала, что Валера работает дома, у него есть психические проблемы и это не дает ему возможности работать в коллективе. В начале августа 2013 г. встретила на улице В., шел также мужчина с собакой, Валера остановился и спросил у собаки: «А ты что на меня смотришь? Прекрати на меня смотреть!». Потом спросил у хозяина собаки, почему собака на него смотрит. Сказал, что если они будут за ним следить, то он им покажет. Она спросила у В., куда он идет, Валера сказал: «А ты кто такая? А собака твоя где?». Агрессивно говорил. Через секунду сказал ей: «А у вас ничего не получится». Она спросила у И., что у В. с состоянием, И. сказала ей, что сейчас у В. постоянно такое состояние.

Суд, руководствуясь ч.ч. 3, 5 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, определил рассмотреть дело при установленной явке.

Выслушав пояснения истца ФИО1, допросив свидетелей ФИО4, ФИО9, ФИО10, ФИО11, оценив фактические обстоятельства, исследовав поступившее в суд заключение эксперта от дата №, а также представленные суду письменные доказательства в их совокупности и взаимосвязи, суд приходит к следующему.

В силу п. 1 ст. 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

В соответствии с этим гражданские права и обязанности возникают, в том числе: в результате приобретения имущества по основаниям, допускаемым законом; вследствие иных действий граждан и юридических лиц; вследствие событий, с которыми закон или иной правовой акт связывает наступление гражданско-правовых последствий.

Согласно п. 2 ст. 218 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества, в случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

В силу ст. 1113 Гражданского кодекса Российской Федерации наследство открывается со смертью гражданина.

В соответствии со ст. 1114 Гражданского кодекса Российской Федерации днем открытия наследства является день смерти гражданина.

Согласно ст. 1112 Гражданского кодекса Российской Федерации в состав наследства входят принадлежащие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

В соответствии со ст. 1112 Гражданского кодекса Российской Федерации в состав наследства входят принадлежащие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

В силу ст. 1111 Гражданского кодекса Российской Федерации наследование осуществляется по завещанию и по закону, наследование по закону имеет место, когда и поскольку оно не изменено завещанием, а также в иных случаях, установленных названным Кодексом.

Согласно п.п. 1, 2, 3 ст. 1118 Гражданского кодекса Российской Федерации распорядиться имуществом на случай смерти можно путем совершения завещания или заключения наследственного договора. К наследственному договору применяются правила настоящего Кодекса о завещании, если иное не вытекает из существа наследственного договора. Завещание может быть совершено гражданином, обладающим в момент его совершения дееспособностью в полном объеме. Завещание должно быть совершено лично. Совершение завещания и заключение наследственного договора через представителя не допускаются.

Статьей 1119 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что завещатель вправе по своему усмотрению завещать имущество любым лицам, любым образом определить доли наследников в наследстве, лишить наследства одного, нескольких или всех наследников по закону, не указывая причин такого лишения, а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, включить в завещание иные распоряжения. Завещатель вправе отменить или изменить совершенное завещание в соответствии с правилами статьи 1130 настоящего Кодекса. Завещатель не обязан сообщать кому-либо о содержании, совершении, об изменении или отмене завещания.

В силу ст. 1121 Гражданского кодекса Российской Федерации завещатель может совершить завещание в пользу одного или нескольких лиц (статья 1116), как входящих, так и не входящих в круг наследников по закону. Завещатель может указать в завещании другого наследника (подназначить наследника) на случай, если назначенный им в завещании наследник или наследник завещателя по закону умрет до открытия наследства, либо одновременно с завещателем, либо после открытия наследства, не успев его принять, либо не примет наследство по другим причинам или откажется от него, либо не будет иметь право наследовать или будет отстранен от наследования как недостойный.

В соответствии с п. 1 ст. 1141 Гражданского кодекса Российской Федерации наследники по закону призываются к наследованию в порядке очередности, предусмотренной статьями 1142 - 1145 и 1148 настоящего Кодекса.

Согласно п. 1 ст. 1142 Гражданского кодекса Российской Федерации наследниками первой очереди по закону являются дети, супруг и родители умершего.

В силу п. 1 ст. 1143 Гражданского кодекса Российской Федерации если нет наследников первой очереди, наследниками второй очереди по закону являются полнородные и неполнородные братья и сестры наследодателя, его дедушка и бабушка как со стороны отца, так и со стороны матери. Дети полнородных и неполнородных братьев и сестер наследодателя (племянники и племянницы наследодателя) наследуют по праву представления.

В соответствии с п. 1 ст. 1152 Гражданского кодекса Российской Федерации для приобретения наследства наследник должен его принять.

В силу п. 2 ст. 1152 Гражданского кодекса Российской Федерации принятие наследником части наследства означает принятие всего причитающегося ему наследства, в чем бы оно ни заключалось и где бы оно ни находилось.

Пунктом 4 статьи 1152 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что принятое наследство признается принадлежащим наследнику со дня открытия наследства независимо от времени его фактического принятия и момента государственной регистрации права наследника на наследственное имущество, если такое право подлежит государственной регистрации.

В силу п. 1 ст. 1153 Гражданского кодекса Российской Федерации принятие наследства осуществляется подачей по месту открытия наследства нотариусу или уполномоченному в соответствии с законом выдавать свидетельства о праве на наследство должностному лицу заявления наследника о принятии наследства либо заявления наследника о выдаче свидетельства о праве на наследство.

Из содержания п. 2 ст. 1153 Гражданского кодекса Российской Федерации признается, пока не доказано иное, что наследник принял наследство, если он совершил действия, свидетельствующие о фактическом принятии наследства, в частности, если наследник: вступил во владение или в управление наследственным имуществом; принял меры по сохранению наследственного имущества, защите его от посягательств или притязаний третьих лиц; произвел за свой счет расходы на содержание наследственного имущества; оплатил за свой счет долги наследодателя или получил от третьих лиц причитавшиеся наследодателю денежные средства.

Согласно п. 1 ст. 1154 Гражданского кодекса Российской Федерации наследство может быть принято в течение шести месяцев со дня открытия наследства.

Судом установлено, что истец ФИО1 родилась дата в <адрес>. Ее родителями являются ФИО2, дата года рождения и ФИО4, дата года рождения, о чем в материалы дела представлено свидетельство о рождении серии V-АИ № (л.д. 18).

В связи с замужеством, ФИО8 была присвоена фамилия ФИО1 (л.д. 160, оборотная сторона).

ФИО2, дата года рождения скончался дата, о чем выдано свидетельство о смерти серии V-АИ № от дата (л.д. 14).

По факту смерти ФИО2 нотариусом нотариального округа: <адрес> ФИО5 заведено наследственное дело № от дата.

С заявлением о принятии наследства после смерти ФИО2 дата обратилась дочь – ФИО1, в лице представителя по доверенности ФИО4 (л.д. 159).

В заявлении о принятии наследства указано, что наследственное имущество состоит из: квартиры по адресу: Екатеринбург, <адрес>; земельного участка и жилого дома по адресу: <адрес>А.

По запросу суда, в материалы дела представлены выписки из Единого государственного реестра недвижимости о том, что ФИО2 являлся собственником здания по адресу: <адрес>А (л.д. 57); квартиры по адресу: Екатеринбург, <адрес> (л.д. 59).

Наличие у ФИО2 какого-либо иного имущества, судом не установлено.

Также в материалы дела представлено оспариваемое завещание <адрес>2 от дата, зарегистрированное в реестре под номером 3155 (л.д. 190, оборотная сторона).

Согласно указанному документу, наследодатель ФИО2 свою дочь – ФИО8, дата г.р. лишает наследства.

Оспаривая завещание, истец ФИО1 ссылается на неспособность наследодателя ФИО2 понимать значение своих действий и руководить ими в момент составления завещания (ч. 1 ст. 177 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии со ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно п. 1 ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

На основании п. 1 ст. 177 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

В соответствии с ч. 1 ст. 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

В соответствии со ст. 59 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд принимает только те доказательства, которые имеют значение для рассмотрения и разрешения дела. Обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами (ст.60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

В силу ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Таким образом, заключение экспертизы не обязательно, но должно оцениваться не произвольно, а в совокупности и во взаимной связи с другими доказательствами.

Из имеющихся в материалах дела ответов на судебные запросы относительно медицинской документации на имя ФИО2 следует, что последний состоял на учете в ГБУЗ СО «Психиатрическая больница №», на него была заведена медицинская карта амбулаторного больного.

Согласно акту судебно-медицинского исследования трупа №, составленного дата, врачом судебно-медицинским экспертом ГАУЗ СО «БСМЭ» ФИО13, причину смерти ФИО2 достоверно установить не представляется возможным в виду резко выраженных гнилостных изменений трупа. При судебно-медицинском исследовании трупа ФИО2 обнаружена странгуляционная борозда на коже шеи. Достоверных признаков прижизненного причинения этого повреждения при судебно-медицинском исследовании трупа ФИО2 не обнаружено, однако, вероятно, это повреждение могло привести к смерти ФИО2 При судебно-химическом исследовании скелетной мышцы от трупа ФИО2 метиловый, этиловый, пропиловый спирты не обнаружены (л.д. 25-26).

По ходатайству стороны истца (л.д. 105) определением Березовского городского суда <адрес> от дата по делу была назначена судебная комплексная посмертная психолого-психиатрическая экспертиза, проведение которой поручено государственному автономному учреждению здравоохранения <адрес> «Свердловская областная клиническая психиатрическая больница» (л.д. 149-155).

Из поступившего в суд заключения № от дата, подготовленного комиссией экспертов ГАУЗ СО «СОКПБ», следует, что у ФИО2 в юридически значимый период времени, предшествующий составлению оспариваемого завещания (дата), имелось хроническое психическое расстройство – Параноидальная шизофрения, эпизодический тип течения с нарастающим дефектом, отсутствие ремиссии (код по МКБ-10: F20.016). Об этом свидетельствует выявление у подэкспертного, с наследственностью, отягощенной характерологическими особенностями отца, преморбидно замкнутого, обособленного, малообщительного, обидчивого, в 1992 г. перенесшего сотрясение головного мозга, в клинической картине заболевания слуховых псевдогаллюцинаций (оскорбляющего содержания), сенесто-ипохондрических переживаний, бредовых идей воздействия, отношения, преследования, ревности, особых способностей; ощущения открытости мыслей; ассоциативных нарушений в виде трудностей сосредоточения, снижения продуктивности мышления, резонерства, субъективного ощущения «путаницы мыслей», «пустоты в голове». Неконтролируемого потока мыслей; аффективных нарушений с депрессивным радикалом, суицидальными мыслями, раздражительностью, агрессией; стойких эмоционально-волевых изменений (астенический тип дефекта) с эмоциональной невыразительностью, гипомимичностью, замкнутостью, отгороженностью, снижением трудоспособности, вялостью, медлительностью, пассивностью; отсутствие критики к болезни с отказом от приема поддерживающей терапии, посещения психиатра.

На период исследуемой юридически значимой ситуации (дата) психическое расстройство находилось в стадии обострения, сопровождалось снижением продуктивности контакта, оппозиционностью, подозрительностью, актуальными, аффективно заряженными бредовыми идеями отношений, преследования, воздействия; и нарушало способность ФИО2 понимать значение своих действий и руководить ими на момент составления дата завещания.

Имеющиеся у ФИО2 изменения личностно-мотивационной сферы, оппозиционность, негативистичность, подозрительность, замкнутость, отгороженность, эгоистичность, сниженная эмпатия, фиксированность на субъективных аффективно-заряженных темах переживаний, с периодический неустойчивостью состояния с проявлением раздражительности, агрессивности, а также трудности сосредоченности и паралогичность, некритичность к своему состоянию нарушали его способность к осознанному принятию решения и его исполнению в юридически значимый период. Совместные выводы судебно-психиатрических экспертов и эксперта психолога, содержащие ответ на вопросы суда в рамках совместной компетенции: ФИО2 в момент составления дата завещания не мог понимать значение своих действий и руководить ими.

В силу пункта 1 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

С учетом изложенного, неспособность наследодателя в момент составления завещания понимать значение своих действий или руководить ими является основанием для признания завещания недействительным, поскольку соответствующее волеизъявление по распоряжению имуществом на случай смерти отсутствует.

Юридически значимыми обстоятельствами в таком случае являются наличие или отсутствие психического расстройства у наследодателя в момент составления завещания, степень его тяжести, степень имеющихся нарушений его интеллектуального и (или) волевого уровня.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от дата № «О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству», во всех случаях, когда по обстоятельствам дела необходимо выяснить психическое состояние лица в момент совершения им определенного действия, должна быть назначена судебно-психиатрическая экспертиза, например, при рассмотрении дел о признании недействительными сделок по мотиву совершения их гражданином, неспособным понимать значение своих действий или руководить ими (статья 177 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с частью 1 статьи 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу.

В силу части 3 статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в статье 67 названного кодекса. Несогласие суда с заключением должно быть мотивировано в решении или определении суда.

В пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от дата № «О судебном решении» разъяснено, что заключение эксперта, равно как и другие доказательства по делу, не являются исключительными средствами доказывания и должны оцениваться в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами (статья 67, часть 3 статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). Оценка судом заключения должна быть полно отражена в решении. При этом суду следует указывать, на чем основаны выводы эксперта, приняты ли им во внимание все материалы, представленные на экспертизу, и сделан ли им соответствующий анализ.

Для установления обстоятельств, имеющих значение для дела, исходя из оснований предъявленного иска, судом назначена судебная посмертная амбулаторная комплексная психолого-психиатрическая экспертиза в отношении ФИО2, умершего дата (л.д. 149-155).

Согласно совместного вывода врачей судебно-психиатрических экспертов и эксперта психолога в момент составления дата завещания ФИО2 не мог понимать значение своих действий и руководить ими. Данный вывод экспертов основан на том, что у ФИО2 имелось психическое расстройство, которое на дата находилось в стадии обострения (л.д. 198-208).

Оснований не доверять представленному заключению № от дата, подготовленному комиссией экспертов ГАУЗ СО «СОКПБ», у суда не имеется, заключение отвечает требованиям ст. 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, оно является полным и ясным, подробно, мотивировано, обоснованно, содержит описание проведенного исследования, сделанные в результате исследования выводы и научно обоснованные ответы на поставленные вопросы, основывается на исходных объективных данных, в обоснование сделанных выводов эксперты приводят соответствующие данные из имеющихся в распоряжении экспертов медицинских документов, объективно отражающих данные о состоянии здоровья ФИО2, сбор которых был произведен судом исходя из представленных стороной истца сведений о нахождении ФИО2 на учете у врача психиатра в медицинском учреждении, а также из имевшихся в распоряжении экспертов материалов гражданского дела, в том числе протоколов судебных заседаний, показания допрошенных в которых свидетелей полно отражены в заключении, таким образом, материалам, представленным на экспертизу, экспертами был дан полный анализ. Неясность, неполнота, предположительный вывод в заключении, вопреки доводам стороны ответчика, не имеют места быть. Экспертиза проведена судебными экспертами, не заинтересованными в исходе дела, имеющими специальные познания и длительный стаж работы в области психологии и психиатрии, а также стаж экспертной деятельности. При таких обстоятельствах суд полагает, что заключение отвечает принципам относимости, допустимости, достоверности и достаточности доказательств, оснований не доверять представленному заключению либо сомневаться в его правильности у суда не имеется, каких-либо доказательств в опровержение судебной экспертизы суду не представлено, в связи с чем, исследованное заключение может быть положено в основу решения суда.

Анализируя выводы комиссии врачей-экспертов, изложенные в заключении № от дата, суд обращается к показаниям истца ФИО1, свидетелей ФИО4, ФИО9, ФИО10, ФИО11, которые показали, что ФИО2 действительно имел психическое заболевание, лишавшее его способности понимать значение своих действий и руководить ими.

Оснований не доверять показаниям допрошенных в судебном заседании свидетелей ФИО4, ФИО9, ФИО10, ФИО11 у суда не имеется, показания всех свидетелей в указанной части последовательны, непротиворечивы, соответствуют друг другу и дополняют друг друга.

Разрешая спор по существу заявленных требований, оценив в совокупности, по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, все представленные сторонами доказательства: объяснения истца, показания свидетелей ФИО4, ФИО9, ФИО10, ФИО11, заключение экспертов № от дата, письменные доказательства, суд приходит к выводу о том, что в момент совершения оспариваемого завещания дата ФИО2 не был способен понимать значение своих действий и руководить ими, в связи с чем, имеются основания, указанные в ст. 177 Гражданского кодекса Российской Федерации, для признания завещания, составленного им, недействительным.

На основании изложенного суд приходит к выводу об удовлетворении исковых требований ФИО1 к администрации Березовского муниципального округа <адрес> о признании недействительным завещания ФИО2.

Согласно ч. 3 ст. 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд принимает решением по заявленным истцом исковым требованиям. Иных исковых требований в рамках настоящего гражданского дела истцом не заявлено.

Суд при вынесении решения оценивает исследованные доказательства в совокупности и учитывает, что у сторон не возникло дополнений к рассмотрению дела по существу, стороны согласились на окончание рассмотрения дела при исследованных судом доказательствах, сторонам также было разъяснено бремя доказывания в соответствии с положениями ст.ст. 12, 35, 56, 57 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

На основании выше изложенного, руководствуясь статьями 194 – 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО1, родившейся дата в <адрес> (паспорт №, выдан дата), к администрации Березовского муниципального округа <адрес> о признании недействительным завещания ФИО2 удовлетворить.

Признать недействительным завещание <адрес>2 ФИО2, дата года рождения, умершего дата, составленное дата, удостоверенное нотариусом нотариального округа: <адрес> ФИО3, зарегистрировано в реестре за №.

Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда в течение месяца со дня изготовления решения в окончательном виде путем подачи жалобы через Березовский городской суд <адрес>.

Судья п/п М.В. Матвеева

«КОПИЯ ВЕРНА»

Судья М.В. Матвеева

Секретарь с/з А.В. Миронова

_____________

Подлинник документа находится в материалах дела № ____________/2025

Березовского городского суда <адрес>

Судья М.В. Матвеева

Секретарь с/з А.В. Миронова

Решение (Определение) по состоянию на ________________не вступило в законную силу

Судья М.В. Матвеева

Секретарь с/з А.В. Миронова