Решение по делу № 2А-1023/2023 от 28.03.2023 - о признании незаконными действий (бездействия), связанных с нарушением условий содержания лишенных свободы лиц, присуждении компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении.

Дело № 2а-1023/2023

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Ухтинский городской суд Республики Коми

в составе председательствующего судьи Логинова С.С.,

при секретаре Филипповой Н.М.,

с участием представителя административных ответчиков и заинтересованного лица ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Ухте

28 марта 2023 года административное дело № 2а-1023/2023 по административному исковому заявлению ФИО2 к федеральному казенному учреждению «Исправительная колония .... Управления Федеральной службы исполнения наказаний по ....», Федеральной службе исполнения наказаний о признании незаконными действий (бездействия), связанных с нарушением условий содержания лишенных свободы лиц, присуждении компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении,

установил:

ФИО2 обратился в суд с административным исковым заявлением к федеральному казенному учреждению «Исправительная колония .... Управления Федеральной службы исполнения наказаний по ....» (далее по тексту - ФКУ ИК-2) о признании незаконными действий (бездействия), выраженные в не обеспечении надлежащих условий содержания в камерах блока ШИЗО, присуждении компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении в размере .... рублей. В обоснование административного иска указав, что отбывает наказание в ФКУ ИК-24. В период с 2013 по 2020 годы неоднократно водворялся в камеры блока ШИЗО, где материально-бытовые условия в камерах не соответствовали стандартам и отклонялись от действующих норм, а именно: отсутствовало горячее водоснабжение и приточно-вытяжная вентиляция, камера не оснащена изолированной кабинкой с унитазом, отсутствовал бак для питьевой воды, плохое освещение, холодная вода из крана ненадлежащего качества, не соответствие столов и лавок для сиденья, прогулочных двориков нормативным требованиям, наличие грибка в помещении, круглосуточное ведение видеонаблюдения и т.д. Кроме того, полагал, что водворение его в одиночную камеру вместо камеры ШИЗО являлось незаконным, поскольку нахождение в одиночной камере считается более строгим наказанием по сравнению с нахождением в камере ШИЗО.

Определениями суда от <...> г. и <...> г. к участию в деле в качестве административного соответчика привлечена Федеральная служба исполнения наказаний (далее по тексту - ФСИН России), в качестве заинтересованного лица привлечено Управление Федеральной службы исполнения наказаний по .... (далее по тексту – УФСИН России по РК).

Административный истец ФИО2 участия в судебном заседании не принимал, о времени и месте рассмотрения дела извещался надлежащим образом по месту отбывания наказания в ФКУ ИК-24. В предыдущем судебном заседании ФИО2, выступая в суде посредством использования системы видеоконференц-связи, на требованиях настаивал, доводы, изложенные в административном иске, поддержал, просил дальнейшее рассмотрение дела осуществлять в его отсутствие.

Представитель административный ответчиков ФКУ ИК-24 и ФСИН России, а также заинтересованного лица УФСИН России по РК ФИО1 в судебном заседании требования административного истца не признала по изложенным в отзыве основаниям.

По правилам ч. 2 ст. 150, ч. 6 ст. 226 КАС РФ суд рассмотрел дело в отсутствие административного истца.

Выслушав представителя административных ответчиков и заинтересованного лица, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно положениям ст. 17 и ст. 21 Конституции РФ признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией РФ. Достоинство личности охраняется государством. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию.

Частью 3 ст. 55 Конституции РФ определено, что права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Такие ограничения, могут быть связаны, в частности, с применением в качестве меры государственного принуждения к лицам, совершившим преступления и осужденным за это по приговору суда, уголовного наказания в виде лишения свободы, особенность которого состоит в том, что при его исполнении на осужденного осуществляется специфическое воздействие, выражающееся в лишении или ограничении его прав и свобод и возложении на него определенных обязанностей.

В силу ч. 2 ст. 10 УИК РФ, при исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации.

Статьей 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод от <...> г. (ратифицированной Россией в соответствии с федеральным законом от <...> г. № 54-ФЗ) определено, что никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.

Из пункта 15 постановления Пленума Верховного Суда РФ от <...> г. .... «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров РФ» следует, что в практике применения Конвенции о защите прав человека и основных свобод Европейским Судом по правам человека к «бесчеловечному обращению» относятся случаи, когда такое обращение, как правило, носит преднамеренный характер, имеет место на протяжении нескольких часов или когда в результате такого обращения человеку были причинены реальный физический вред либо глубокие физические или психические страдания. Унижающим достоинство обращением признается, в частности, такое обращение, которое вызывает у лица чувство страха, тревоги и собственной неполноценности.

При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания.

В соответствии с положениями ст. 12.1 УИК РФ, лицо, осужденное к лишению свободы и отбывающее наказание в исправительном учреждении, в случае нарушения условий его содержания в исправительном учреждении, предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации, имеет право обратиться в суд в порядке, установленном КАС РФ, с административным исковым заявлением к Российской Федерации о присуждении за счет казны Российской Федерации компенсации за такое нарушение (ч. 1).

Компенсация за нарушение условий содержания осужденного в исправительном учреждении присуждается исходя из требований заявителя с учетом фактических обстоятельств допущенных нарушений, их продолжительности и последствий и не зависит от наличия либо отсутствия вины органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих (ч. 2).

Присуждение компенсации за нарушение условий содержания осужденного в исправительном учреждении не препятствует возмещению вреда в соответствии со ст. 1069 и ст. 1070 Гражданского кодекса РФ. Присуждение компенсации за нарушение условий содержания осужденного в исправительном учреждении лишает заинтересованное лицо права на компенсацию морального вреда за нарушение условий содержания в исправительном учреждении (ч. 3).

Из указанной нормы следует, что денежная компенсация, взыскиваемая в порядке КАС РФ в случае нарушений условий содержания осужденного в исправительном учреждении, является своего рода, компенсацией за понесенные нравственные и физические страдания, так как в случае удовлетворения требований о взыскании указанной компенсации, в последующем осужденный теряет право на обращение в суд с требованием о взыскании компенсации морального вреда. Из указанных положений так же следует, что нарушением условий содержания в исправительном учреждении осужденному причиняются нравственные и/или физические страдания.

Соответственно юридически значимым и подлежащим доказыванию обстоятельством по делу о такой компенсации является факт причинения осужденному физических и нравственных страданий.

Механизм содержания под стражей или отбывания наказания урегулирован законодательно, реализуется на основании нормативно-правовых актов и соответствующих актов Министерства юстиции Российской Федерации, которыми регламентированы условия содержания, права и обязанности лиц, содержащихся под стражей или отбывающих наказание, и лиц, ответственных за их содержание.

С учетом изложенного и в силу общего признания допустимости государственного ограничения прав и свобод человека и гражданина при реализации в отношении него принудительных мероприятий по его исправлению и защите от него общества в силу совершения им общественно опасных деяний, содержание на законных основаниях лица под стражей или отбывание им наказания в местах, соответствующих установленным государством нормативам, заведомо не может причинить физические и нравственные страдания, поскольку такие нормативы создавались именно с целью не только содержания в местах лишения свободы или под стражей, но и обеспечить при этом ограничение прав лиц, оказавшихся в них вследствие реализации механизма государственного принуждения, при соблюдении установленного законом объема предоставления ограниченных прав.

В соответствии с положениями ст. 227.1 КАС РФ, лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении (ч. 1).

Требование о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении рассматривается судом одновременно с требованием об оспаривании решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих по правилам, установленным настоящей главой, с учетом особенностей, предусмотренных настоящей статьей (ч. 3).

При рассмотрении административного искового заявления, поданного в соответствии с ч. 1 ст. 227.1 КАС РФ, суд устанавливает, имело ли место нарушение предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, а также характер и продолжительность нарушения, обстоятельства, при которых нарушение допущено, его последствия (ч. 5).

В соответствии с ч. 1 ст. 218, ч. 2 ст. 227 КАС РФ необходимым условием для удовлетворения административного иска, рассматриваемого в порядке главы 22 КАС РФ, является наличие совокупности обстоятельств, свидетельствующих о несоответствии оспариваемых решения, действий (бездействия) административного ответчика требованиям действующего законодательства и нарушении прав административного истца. При этом на административного истца процессуальным законом возложена обязанность доказать обстоятельства, свидетельствующие о нарушении его прав, а также соблюдении срока обращения в суд за защитой нарушенного права. Административный ответчик обязан доказать, что принятое им решение, действия (бездействие) соответствуют закону (ч. 9 и ч. 11 ст. 226, ст. 62 КАС РФ).

Из материалов административного дела следует, что ФИО2 осужден к лишению свободы приговором суда, отбывает уголовное наказание в ФКУ ИК-24 с <...> г. по настоящее время.

В период отбывания наказания в исправительном учреждении ФКУ ИК-24 ФИО2 неоднократно водворялся в штрафной изолятор (далее – ШИЗО) за нарушение установленного порядка отбывания наказания, что подтверждается справкой о поощрениях и взысканиях.

Как следует из представленных административным ответчиком камерных карточек, ФИО2 содержался в следующих камерах блока ШИЗО: камера .... – с <...> г. (5 суток), с <...> г. (5 суток), с <...> г. (10 суток), с <...> г. (10 суток), с <...> г. (10 суток), с <...> г. (10 суток); камера .... – с <...> г. (10 суток), с <...> г. (7 суток); камера .... - <...> г. (15 суток); одиночная камера .... - с <...> г. (15 суток).

В административном иске ФИО2 просит признать ненадлежащие условия содержания в вышеуказанных камерах блока ШИЗО ФКУ ИК-24.

Административный истец ссылается на то обстоятельство, что в камерах ШИЗО и одиночной камеры (далее – ОК) спальные места, столы, стулья не соответствуют нормам.

По смыслу ч. 3 ст. 99 УИК РФ минимальные нормы материально-бытового обеспечения осужденных устанавливаются Правительством Российской Федерации.

В соответствии с Приказом ФСИН России от <...> г. .... «Об утверждении номенклатуры, норм обеспечения и сроков эксплуатации мебели, инвентаря, оборудования и предметов хозяйственного обихода (имущества) для учреждений, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы, и следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы в помещении камерного типа обеспечивается наличие, в том числе откидной металлической кровати, стола для приема пищи, скамейки по длине стола.

Гл. 4 п. 32 пп. 10 приказа Минюста РФ от <...> г. .... «Об утверждении наставления по оборудованию инженерно-техническими средствами охраны и надзора объектов уголовно-исполнительной системы» предусматривает, что в ПКТ и ШИЗО/ЕПКТ, одиночные камеры в исправительных колониях особого режима оборудуются откидными койками, закрываемыми в дневное время на замок, тумбами или скамейками для сидения (по числу содержащихся лиц) и столом, наглухо прикрепленными к полу.

В силу пп. 12.3 приказа Минюста РФ от <...> г. .... «Об утверждении Каталога «Специальные (режимные) изделия для оборудования следственных изоляторов, тюрем, исправительных и специализированных учреждений ФСИН России» (далее – Каталог), койка откидная КОД-2 устанавливается в ИУ и СУ в помещениях камерного типа. Подп. 12.4 Каталога не предусматривает оборудование полотна койки КОД-2 столиком или табуретом.

Койка КОД-1 состоит из верхней и нижней койки. Запирание каждой из этих коек в поднятом (вертикальном) положении и отпирание для откидывания их в горизонтальное положение осуществляется с помощью механизмов запора, которые монтируются в стену и управляются со стороны коридора. Расстояние между верхней и нижней койками 760 мм. Полотна верхней и нижней коек имеют каркасы из стального уголка сечением 45х45х4 мм. с решетчатым заполнением из стальных плос сечением 50х4 мм. Габаринтые размеры полотен 700х1900 мм.

П. 13.1 каталога предусмотрено, что камеры ПКТ также оборудуются столом камерным СТ-1 скамьей камерной СК-1, которые крепятся к полу, табуретом камерным ТБ-3 и тумбочкой прикроватной.

Суд учитывает, что по обращениям осужденных прокурором неоднократно проводились проверки соблюдения законодательства в ФКУ ИК-24, по выявленным нарушениям закона внесены соответствующие представления в адрес начальника ФКУ ИК-24.

В представлении прокурора на имя начальника ИК-24 от <...> г. отражено, что оборудование камер ШИЗО ФКУ ИК-24 не соответствует требованиям приказа Минюста РФ от <...> г. .....

Тем самым, доводы административного истца о ненадлежащем оборудовании камер ШИЗО нашли свое подтверждение.

Вместе с тем, сами по себе эти обстоятельства о нарушении права административного истца не свидетельствуют, поскольку из представленной в материалы дела справки по вопросу коммунально-бытового обеспечения камер ШИЗО следует, что камеры ШИЗО оборудованы в соответствии с приказом Министерства юстиции Российской Федерации от <...> г. .... «Об утверждении номенклатуры норм обеспечения и сроков эксплуатации мебели, инвентаря, оборудования и предметов хозяйственного обихода (имущества) для учреждений, исполняющих уголовное наказание в виде лишения свободы, и следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы» следующими предметами мебели: откидная металлическая кровать с деревянным покрытием, табуретом для сидения (по количеству осужденных), стол для приема пищи (один на двух осужденных).

Таким образом, администрацией учреждения созданы условия для приема пищи и сна осужденному, содержащемуся в камере блока ШИЗО.

Указание истца на непригодность к использованию, имеющихся в камере стола для приема пищи, лавки для сиденья не могут рассматриваться как отклонение от стандартов условий содержания.

Приказом Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства Российской Федерации от <...> г. ..../пр утвержден и введен в действие Свод правил «308.1325800.2017. Свод правил. Исправительные учреждения и центры уголовно-исполнительной системы. Правила проектирования (в двух частях)».

Как следует из п. 14.4.8 СП 308.1325800.2017 и приложения А к нему, в камерах ШИЗО следует предусматривать, в том числе: откидные (одноярусные или двухъярусные) металлические койки, закрывающиеся на замок или фиксирующиеся в закрытом положении устройством, расположенным со стороны коридора; раковину (умывальник); изолированную кабину с унитазом. Наличие вешалок и полок в камере не предусмотрено.

Из пояснений письменного отзыва административного ответчика, справки начальника ОКБИ и ХО и фотоматериалов следует, что в ФКУ ИК-24 предусмотрено 4 камеры штрафного изолятора (ШИЗО), площадь камер составляет: камера .... – 16,1 кв.м., камера .... – 10,8 кв.м., камера .... – 10,9 кв.м., камера .... – 10,4 кв.м. Одиночные камеры располагаются в здании «ПКТ с ШИЗО», площади одиночных камер составляет от 5,1 до 5,6 кв.м. В каждой камере штрафного изолятора имеется санузел, оборудованный чашей «генуя» и умывальной раковиной из нержавеющей стали с подводом воды через однобарашковый кран с отводом воды через гофрированный сифон и далее в систему отвода воды. Санузел отгорожен от основной площади камеры перегородкой. Одиночные камеры оборудованы умывальной раковиной, санитарным узлом. Полы камер деревянные, стены выкрашены краской, имеется приточно-вытяжная вентиляция с естественным побуждением, вентиляция осуществляется через форточку. В камерах имеется искусственное и естественное освещение.

Согласно приказу ФСИН России от <...> г. .... «Об утверждении номенклатуры, норм обеспечения и сроков эксплуатации мебели, инвентаря, оборудования и предметов хозяйственного обихода (имущества) для учреждений, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы, и следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы» камеры штрафного (дисциплинарного) изолятора, помещений камерного типа, следственного изолятора и тюрьмы оборудуются санитарным узлом (унитаз, отделенный от остального помещения экраном высотой 1 м, и умывальник), окно - форточкой.

В соответствии с приложением А Свода правил в камерах ШИЗО, одиночных камерах, камерах ШИЗО следует предусматривать изолированную кабину с унитазом.

Довод административного истца об установлении чаши «генуя» вместо унитаза в нарушение положений Свода правил, нашел свое подтверждение, поскольку данным Сводом не предусмотрено размещение чаши «генуя». Однако само по себе оборудование санитарных узлов чашами «генуя» не свидетельствует о нарушении прав осужденного, а также о наличии неудобств при её использовании, равно как и размещение в одном помещении умывальника, что в целом не позволяет возложить обязанность компенсировать административному истцу испытываемый дискомфорт. Санитарный узел в камерах ШИЗО изолирован от основного помещения камеры, имеется дверь или шторка, в данном случае нормы приватности соблюдены.

В свою очередь санитарный узел одиночной камеры не оборудован изолированной кабиной, что подтверждается представленными фотографиями. Однако данное обстоятельство не может свидетельствовать о нарушении прав административного истца, поскольку в указанный камере он содержался один.

Доказательств того, что административный истец в силу физиологических возможностей не может пользоваться санитарным узлом, а также о ненадлежащем микроклимате в санитарных узлах камер, материалы дела не содержат.

В приложении А Свода правил «Исправительные учреждения и центры уголовно-исполнительной системы. Правила проектирования», утвержденного Приказом Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства РФ от 20.10.2017 ..../пр, указано, что наличие бака с питьевой водой следует предусмотреть в ПКТ, необходимость размещения таких баков в ШИЗО Сводом правил и действующим законодательством не предусмотрено.

Из справки инспектора отдела безопасности ИУ следует, что осужденным, водворенным в ШИЗО, предоставляется возможность получения по их обращениям к администрации учреждения холодной питьевой воды или горячей кипяченой воды. Кроме того, питьевая вода администрацией исправительного учреждения доставляется в камеры для осужденных три раза в день. Фактов не предоставления питьевой воды не установлено, в материалы дела доказательств обратного не представлено.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу, что указанные административным истцом недостатки о ненадлежащем материально-бытовом оборудовании камеры ШИЗО и ОК нельзя признать значительным. Они не свидетельствуют о содержании административного истца в условиях несовместимых с уважением человеческого достоинства, при которых ему причинялись бы расстройства и неудобства, степень которых превышала неизбежный уровень страдания, неотъемлемый от содержания в исправительном учреждении с учетом режима места принудительного содержания.

Поэтому, основания для компенсации ФИО2 в связи с ненадлежащим материально-бытовом оборудованием камер ШИЗО и ОК отсутствуют.

Рассматривая требования в части отсутствия принудительной вентиляции в камерах ШИЗО и ОК, суд исходит из следующего.

В соответствии с п. 19.3.6 Свода правил во всех спальных комнатах и спальных помещениях, одноместных помещениях безопасного места, камерах, палатах зданий медицинского назначения следует предусматривать:

- приточную вентиляцию с механическим или естественным побуждением, при этом естественный приток воздуха обеспечивается через регулируемые оконные створки, фрамуги, форточки, клапаны или другие устройства, в том числе автономные стеновые воздушные клапаны с регулируемым открыванием;

- вытяжную вентиляцию с механическим или естественным побуждением.

Естественная вентиляция жилых помещений должна осуществляться путем проветривания камеры через окна, что соответствует положениям пункта 4.7 СанПиН 2.<...> г.-10 «Санитарно-эпидемиологические требования к условиям проживания в жилых зданиях и помещениях», которым закреплено положение о естественной вентиляции жилых помещений путем притока воздуха через форточки, фрамуги, либо через специальные отверстия в оконных створках и вентиляционные каналы.

Материалы дела не содержат данных о том, что корпуса колонии по проекту предполагали вентиляцию с механическим побуждением (искусственная), и она не была построена либо пришла в негодность.

Согласно сведениям, представленным административным ответчиком, вентиляция в блоке ШИЗО естественная. Воздухообмен во всех камерах ШИЗО осуществляется посредством форточек, оборудованных в оконных проемах и вентиляционных каналов над дверью, что не противоречит действующим нормативным правилам.

Форточки открываются свободно, доступ к свежему воздуху имеется, о чем указано в актах проверки МСЧ-11 ФСИН от <...> г., <...> г.. Доказательств обратного, суду не представлено.

Наличие решеток на окнах обусловлено особенностями содержания осужденных на условиях штрафного изолятора.

По мнению суда, отсутствие принудительной вентиляции при наличии естественной вентиляции само по себе не может свидетельствовать о нарушении прав административного истца, поскольку доказательств ненадлежащего микроклимата в помещении либо ненадлежащей работы естественной вентиляции в материалах дела не имеется.

Ссылка заявителя о недостаточности освещения в камерах ШИЗО и ОК в период его пребывания в них также не нашло своего подтверждения в суде, органами прокуратуры в указанной части нарушения не выявлялись.

По сведениям ФКУ ИК-24 в каждой камере предусмотрено естественное и искусственное освещение. Искусственное освещение в камерах осуществляется посредством осветительных приборов. Доказательств того, что имелся недостаток искусственного освещения в спорный период, в материалах дела не имеется.

Напротив, как следует из прокурорской проверки, проведенной в июле 2021 года, лампы в камерах блока ШИЗО находятся в рабочем состоянии, освещение нормальное.

Довод административного истца о наличие забора в двух метрах от окон камер ШИЗО также не свидетельствует об отсутствие достаточного естественного освещения в камере, поскольку ни чем не подтверждается.

Относительно доводов ФИО2 о не качественной воде в камерах блока ШИЗО суд приходит к следующему выводу.

Согласно материалам административного дела ФКУ ИК-24 ежегодно заключает государственные контракты по обеспечению холодным водоснабжением и водоотведением с МУП «Ухтаводоканал», по которым поставщик обязан не допускать ухудшения качества питьевой воды ниже показателей, установленных законодательством РФ в области обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия пользователей.

Из представленных ФКУ ИК-24 сведений следует, что питьевая вода в помещениях исправительного учреждения ежеквартально проходит исследование бактериологической лаборатории ФКУЗ МСЧ-11 ФСИН России и производственный контроль в МУП «Ухтаводоканал».

В актах проверок МСЧ-11 ФСИН от <...> г. и <...> г. указано, что по результатам лабораторных исследований проб питьевой воды, отобранных из скважины .... на соответствие требованиям СанПиН <...> г.-21 «Санитарно-эпидемиологические требования к содержанию территорий городских и сельских поселений, к водным объектам, питьевой воде и питьевому водоснабжению, атмосферному воздуху, почвам, жилым помещениям, эксплуатации производственных, общественных помещений, организации и проведению санитарно-противоэпидемических (профилактических) мероприятий» установлено, что качество воды не соответствует установленным требованиям санитарного законодательства по санитарно-химическим показателям, а именно: общее железо (0,75; 0,85 мг/дм3 – норма 0,3 мг/дм3); бор (0,86; 1,02 мг/дм3 - норма 0,5 мг/дм3); кальций (72; 62 мг/дм3 - норма-отсутствие); магний (81,46; 38,02 мг/дм3 – норма отсутствие).

Между тем, установленные в актах проверок несоответствия качества воды по санитарно-химическим показателям, не свидетельствует о нарушении прав и законных интересов осужденного ФИО2 в той мере, которая позволяет взыскать в его пользу компенсацию за ненадлежащие условия содержания, поскольку незначительные отклонения показаний нарушений качества воды постоянно исправляются.

Так, питьевая вода в ФКУ ИК-24 ежеквартально проходит исследование в бактериологической лаборатории ФКУЗ МСЧ-11 ФСИН России и производственный контроль в МУП «Ухтаводоканал».

В компенсационном порядке осужденным, водворенным в ШИЗО, предоставляется возможность получения по их обращениям к администрации учреждения холодной питьевой воды или горячей кипяченой воды. Кроме того, питьевая вода администрацией исправительного учреждения доставляется в камеры для осужденных, отбывающих в строгих условиях содержания, в достаточном количестве (три раза в день), а в столовой исправительной колонии имеется система для очистки воды. Согласно представленным результатам микробиологического анализа за период с 2017 по 2021 году, вода в водопроводе в столовой (пищеблоке) соответствовала требованиям СанПиН 2.<...> г.-01, СанПиН <...> г.-21.

Фактов не предоставления питьевой воды не установлено, в материалы дела доказательств обратного не представлено, в этой связи отсутствует необходимость употребления воды из крана. Сведений о том, что ФИО2 обращался с жалобами по вопросу качества воды, материалы дела не содержат.

Доказательств того, что употребление воды из системы централизованного водоснабжения или её использование для гигиенических процедур причинило ему какой-либо вред здоровью суду не представлено.

Кроме того, как следует из материалов дела, лицом, ответственным за обеспечение ФКУ ИК-24 холодной водой надлежащего качества является МУП «Ухтаводоканал».

Довод административного истца о ненадлежащем состоянии стен камер ШИЗО, наличие грибка в камерах, суд полагает не подтвержденным, поскольку из имеющихся в материалах дела доказательств (фотографий, представления прокурора от <...> г. ...., актов проверки МСЧ-11 от <...> г. и от <...> г. и пр.) ненадлежащего состояния камер не следует.

Согласно справке врио начальника ОКБИиХО ФКУ ИК-24 во всех четырех камерах штрафного изолятора пол имеет деревянное окрашенное покрытие, стены покрашены краской, потолок побелен.

Суд также учитывает, что длительное необращение административного истца за защитой своих прав в части нарушений в камерах ШИЗО и ОК (начиная с октября 2013 года) лишает административных ответчиков возможности предоставить суду опровергающие доводы административного истца доказательства, а суду проверить обоснованность доводов в части ненадлежащего освещения и состояния стен камер ШИЗО, наличие грибка в камерах и несоответствия качества воды с указанного времени.

В соответствие с п. п. 165, 166 Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений, утвержденных приказом Министерства юстиции России от <...> г. .... (действующих в спорный период времени), уборка в камерах в камерах ШИЗО, ПКТ, ЕПКТ возлагается поочередно на каждого осужденного согласно графику, утвержденному заместителем начальника ИУ, курирующим вопросы безопасности и оперативной работы, и доведенному до осужденного под роспись. Осужденный, ответственный за уборку, получает и сдает инвентарь для уборки камеры, следит за чистотой в камере; производит уборку камерного санузла, а по окончании прогулки - прогулочного двора.

Из указанных норм следует, что чистота в камерах ОСУОН, ШИЗО и ОК обеспечивается силами осужденных, находящихся в указанных камерах. Таким образом, административный истец мог и должен был самостоятельно производить уборку в камере, в том числе санитарных узлов, в период своего нахождения в них.

Для уборки помещений выделяется специальный инвентарь (тряпки, щетки, веники), который маркируется и хранится в определенном месте. Обязанности размещения такого инвентаря в камерах ШИЗО Сводом правил и Правилами внутреннего распорядка исправительных учреждений не предусмотрено.

Из материалов дела не следует, что в спорный период времени администрация учреждения чинила препятствия в уборке помещений, либо что административный истец обращался к администрации учреждения с просьбой выдать ему инвентарь для уборки, и ему было отказано.

В соответствии с ч. 1 ст. 83 УИК РФ администрация исправительных учреждений вправе использовать аудиовизуальные, электронные и иные технические средства надзора и контроля для предупреждения побегов и других преступлений, нарушений установленного порядка отбывания наказания и в целях получения необходимой информации о поведении осужденных.

Согласно п. 60 наставления Министерства юстиции Российской Федерации от <...> г. .... «Об утверждении Наставления по оборудованию инженерно-техническими средствами охраны и надзора объектов уголовно-исполнительной системы» для наблюдения за поведением осужденных и лиц, содержащихся под стражей, устанавливаются видеокамеры, в том числе в камерах и коридорах режимных зданий и помещений.

В этой связи доводы ФИО2 о ведении видеонаблюдения сотрудниками исправительного учреждения, включая сотрудников женского пола, само по себе не свидетельствуют о нарушении прав административного истца, поскольку действия администрации исправительного учреждения по использованию технических средств контроля и надзора в помещениях отряда СУОН и ШИЗО направлены на обеспечение личной безопасности осужденных и персонала исправительного учреждения. Ссылка заявителя о том, что административным ответчиком осуществляется видеонаблюдение осужденных при посещении санитарного узла, является не состоятельной, поскольку опровергается материалами дела. Как следует из материалов дела и представленных фотографии и видеоматериалов, камера ШИЗО оборудованы изолированным санитарным блоком и умывальником, что позволяет обеспечить достаточную степень изолированности и приватности. При этом камеры видеонаблюдения установлены таким образом, чтобы максимально охватить помещение камеры, за исключением санитарного узла. Сведений о том, что имело место несоблюдения правил приватности, в административном исковом заявлении не приведено, судом таких обстоятельств не установлено.

Ссылка административного истца о том, что он в период содержания в ШИЗО был лишен возможности свободно выходить на улицу, является не обоснованной.

Осужденные к лишению свободы, водворенные в штрафной изолятор, имеют право пользоваться ежедневной прогулкой продолжительностью 1 час (ч. 1 ст. 118 УИК РФ).

Вывод на прогулку для лиц находящихся в штрафном изоляторе осуществлялся в соответствии с распорядком дня, утвержденным приказом начальника исправительного учреждения.

Таким образом, нахождение в штрафном изоляторе лишает возможности осужденных свободно выходить на прогулку в не предусмотренное распорядком дня время. Доказательств, того что право ФИО2 на прогулку, гарантированное уголовно-исполнительным законодательством, было нарушено не представлено и судом не установлено.

Вопреки доводам ФИО2 нахождение в одиночной камере не свидетельствовало о его содержании в более строгих условиях наказания. Как следует из материалов дела, условия содержание в одиночной камере полностью соответствовали условиям содержания в камере штрафного изолятора. Доказательств обратному суду не представлено. Как следует из отзыва административного ответчика и представленной справки, помещение административного истца в одиночную камеру для отбытия дисциплинарного наказания в виде водворения в ШИЗО было обусловлено отсутствием в то время свободных камер ШИЗО, что не противоречит уголовно-исполнительному законодательству.

По делу административным ответчиком не оспаривается отсутствие горячего водоснабжения в камерах блока ШИЗО до <...> г..

Из положений пунктов 19.2.1 и 19.2.5 Свода правил «Исправительные учреждения и центры уголовно-исполнительной системы. Правила проектирования», утвержденных приказом Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства Российской Федерации от <...> г. ..../пр, следует, что здания исправительных учреждений должны быть оборудованы, в том числе горячим водоснабжением; подводку горячей воды следует предусматривать к санитарным приборам, требующим обеспечения горячей водой (умывальникам, раковинам, мойкам (ваннам), душевым сеткам и т.п.).

Пункт 8.1.1 СанПиН 2.<...> г.-10 «Санитарно-эпидемиологические требования к условиям проживания в жилых зданиях и помещениях. Санитарно-эпидемиологические правила и нормативы», утвержденных постановлением Главного государственного врача РФ от <...> г. ...., предусматривает в жилых зданиях хозяйственно-питьевое и горячее водоснабжение.

Требования о подводке горячей воды к умывальникам и душевым установкам во всех зданиях были предусмотрены также Инструкцией по проектированию исправительных и специализированных учреждений уголовно-исполнительной системы Минюста РФ, утвержденной Приказом Минюста РФ от <...> г. ....-ДСП, которая впоследствии была признана утратившей силу приказом Минюста России от <...> г. ....-дсп. Согласно п. 1.1 данной Инструкции ее положения должны были соблюдаться при разработке проектов на строительство, реконструкцию, расширение и техническое перевооружение зданий, помещений и сооружений исправительных и специализированных учреждений уголовно-исполнительной системы, за исключением тюрем.

Обеспечение горячим водоснабжением являлось и является обязательным.

Иное применение закона ставит в неравное положение осужденных, отбывающих наказание в исправительных учреждениях, построенных до принятия Свода правил, по сравнению с теми, кто отбывает наказание в исправительных учреждениях, введенных в эксплуатацию после 2003 года.

Вступившим в законную силу решением Ухтинского городского суда Республики Коми по делу .... от <...> г. на ФКУ ИК-24 УФСИН России по .... с учетом апелляционного определения Верховного Суда Республики Коми от <...> г. возложена обязанность обеспечить горячим водоснабжением помещения всех общежитий для проживания осужденных, карантинов, ПКТ ОСУОН, всех камер ШИЗО, ОК исправительного учреждения, где установлены санитарные приборы (умывальники, раковины, мойки, ванны, душевые, сетки) горячим водоснабжением. Определением суда от <...> г. на исполнение решения суда предоставлена отсрочка до <...> г.. Решение суда исполнено <...> г..

Доказательств того, что подводку горячей воды невозможно было осуществить до <...> г. по обстоятельствам, не зависящим от исправительной колонии, не представлено.

Таким образом, довод административного истца о нарушении его прав со ссылкой на отсутствие горячего водоснабжении в камерах ШИЗО и ОК, нашел свое подтверждение.

В то же время суд принимает во внимание обстоятельства, соразмерно восполняющие допущенное нарушение и улучшающие положение лишенных свобод лиц.

Как следует из пояснений административного ответчика ФКУ ИК-24, отсутствие горячего водоснабжения компенсируется наличием горячего водоснабжения в банно-прачечном комплексе учреждения, и помывкой осужденных в БПК учреждения 2 раза в неделю. Ограничения по помывке в бане отсутствуют, доказательств обратного административным истцом не представлено.

В целом суд исходит из добросовестного выполнения органами государственной власти возлагаемых на них Конституцией и федеральными законами обязанностей и прямо закрепляет их самостоятельность в осуществлении своих функций и полномочий. Европейский Суд по правам человека в своих актах также исходил из того, что вся структура Конвенции основана на общем предположении о том, что публичные власти в государствах-участниках действуют добросовестно. Следовательно, на сотрудников уголовно-исполнительной системы, как государственных служащих, распространяются общие положения о презумпции добросовестности в деятельности государственных служащих. В этой связи, суд не усматривает оснований не доверять представленным в соответствии с положениями ст. 62 КАС РФ доказательствам.

Доводы административного истца о том, что ранее уже состоялись судебные решения по изложенным в административных исках обстоятельствам, подлежат отклонению, поскольку данные решения не имеют преюдициального характера для настоящего спора.

Таким образом, не смотря на принимаемые со стороны исправительного учреждения компенсационные меры по отношению к лицам, отбывающим наказание, доводы административного истца о ненадлежащих условиях содержания в исправительном учреждении подтвердились в части отсутствия горячей воды в период его нахождения в камерах блока ШИЗО.

Подобное нарушение является отклонением от действующих санитарных норм и материально-бытовых правил. Данное нарушение подлежит денежной компенсации, поскольку права административного истца были ограничены в большей степени, чем предусмотрено действующим законодательством.

Разрешая вопрос о размере компенсации, суд в соответствии с положениями ст. 227.1 КАС РФ, разъяснениями, изложенными в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <...> г. .... «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания», принимает во внимание объем и характер причиненных административному истцу страданий, длительность периода, в течение которого в отношении административного истца допускались нарушения, требования разумности и справедливости.

Учитывая период содержания ФИО2 в камерах блока ШИЗО ФКУ ИК-24 в ненадлежащих условиях в спорный период, т.е. 97 дней, характер нарушений, обстоятельства, при которых они допущены, их последствия для административного истца, который претерпевал неудобства, данные о личности административного истца. Судом также принимается во внимание и то обстоятельство, что обращение в суд административного истца последовало спустя 9 лет с начала нарушения его прав, что не свидетельствует о том, что административному истцу были причинены нравственные страдания в достаточной степени, что позволило бы делать вывод в ряде случаев о достижении минимального уровня суровости. Следовательно, вышеперечисленные в административном иске условия содержания не достигли той степени «суровости» и не причиняли административному истцу таких нравственных страданий, которые позволили бы вести речь о взыскании компенсации в полном объеме.

В этой связи, с учетом требований разумности и справедливости, суд считает необходимым взыскать в пользу ФИО2 денежную компенсацию за ненадлежащие условия содержания в размере .... руб.

При этом ссылка административного ответчика о пропуске административным истцом срока на обращение в суд является не состоятельной.

Производство по административным делам об оспаривании решений, действий (бездействия) органов государственной власти, органов местного самоуправления, иных органов, организаций, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностных лиц, государственных и муниципальных служащих регламентировано главой 22 КАС РФ, положениями ч. 1 ст. 218 которого гражданину предоставлено право обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) организации, наделенной отдельными государственными или иными публичными полномочиями, если полагает, что нарушены или оспорены его права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению его прав, свобод и реализации законных интересов или на него незаконно возложены какие-либо обязанности.

Согласно ч. 1 ст. 219 КАС РФ, если настоящим Кодексом не установлены иные сроки обращения с административным исковым заявлением в суд, административное исковое заявление может быть подано в суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации, иному лицу стало известно о нарушении их прав, свобод и законных интересов.

В то же время, в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <...> г. .... «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» разъяснено, что проверяя соблюдение предусмотренного ч. 1 ст. 219 КАС РФ трехмесячного срока для обращения в суд, судам необходимо исходить из того, что нарушение условий содержания лишенных свободы лиц может носить длящийся характер, следовательно, административное исковое заявление о признании незаконными бездействия органа или учреждения, должностного лица, связанного с нарушением условий содержания лишенных свободы лиц, может быть подано в течение всего срока, в рамках которого у органа или учреждения, должностного лица сохраняется обязанность совершить определенное действие, а также в течение трех месяцев после прекращения такой обязанности.

Исключение из указанного правила предусмотрел федеральный законодатель в Федеральном законе от <...> г. № 494-ФЗ для лиц, подавших в Европейский Суд по правам человека жалобу на предполагаемое нарушение условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, в отношении которой не вынесено решение по вопросу ее приемлемости или по существу дела либо по которой вынесено решение о неприемлемости ввиду неисчерпания национальных средств правовой защиты в связи, с вступлением в силу настоящего - Федерального закона (180 дней со дня вступления в силу настоящего Федерального закона).

В Обзоре практики межгосударственных органов по защите прав и основных свобод человека .... (2020), Верховным Судом РФ приведен анализ Европейским Судом по правам человека Федерального закона от <...> г. № 494-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», из которого также следует, что новый Закон о компенсации, вступивший в силу <...> г., предусматривает, что любой заключенный, утверждающий, что его или ее условия содержания под стражей нарушают национальное законодательство или международные договоры Российской Федерации, вправе обратиться в суд. Новизна Закона заключается в том, что заключенный может одновременно требовать установления соответствующего нарушения и финансовой компенсации за данное нарушение. Производство ведется в соответствии с Кодексом административного судопроизводства Российской Федерации. При этом подача иска напрямую доступна заключенному. Имеются два формальных требования: иск должен соответствовать общим процессуальным нормам, сопровождаться судебным сбором; быть поданным во время содержания под стражей или в течение трех месяцев после его прекращения, за исключением лиц, чьи жалобы находились на рассмотрении в настоящем суде в день вступления в силу Закона о компенсации, или чьи жалобы были отклонены по причине неисчерпания средств правовой защиты.

Изложенное свидетельствует о том, что за компенсацией, установленной Федеральным законом от <...> г. № 494-ФЗ в порядке, предусмотренном ст. 227.1 КАС РФ, вправе обратиться любое лицо, оспаривающее условия содержания и находящееся на момент вступления в силу указанного Закона в местах лишения свободы, в которых совершены оспариваемые действия (бездействие), выразившиеся в ненадлежащих условиях содержания, а также в течение трех месяцев после прекращения нахождения в указанных местах (но не ранее <...> г.), либо независимо от указанных обстоятельств в течение 180 дней, начиная с <...> г., в случае подачи в Европейский Суд по правам человека жалоб на нарушение условий содержания, по которым не принято решение.

В случаях, когда имело место нарушение условий содержания лишенных свободы лиц, не подпадающих под действие Федерального закона от <...> г. № 494-ФЗ, возможно применение общих положений (в том числе закрепленных ст. ст. 151, 1069, 1070 и 1071 Гражданского кодекса РФ) об ответственности государства за вред, причиненный незаконными действиями (бездействием) государственных органов, должностных лиц, иных публичных образований, что не исключает возможности взыскания вреда в общем порядке за допущенные виновные действия (бездействие).

В этой связи, доводы административного ответчика об отсутствии у административного истца права на присуждение компенсации за ненадлежащие условия содержания в порядке, установленном ст. 227.1 КАС РФ, по мотиву пропуска срока, являются ошибочными.

Требования о взыскании денежной компенсации за ненадлежащие условия содержания в соответствии с п. 3 ст. 158 Бюджетного кодекса РФ подлежат удовлетворению за счет казны Российской Федерации, от имени которой выступает главный распорядитель по ведомственной принадлежности – Федеральная служба исполнения наказаний России.

По правилам ч. 7 ст. 227.1 КАС РФ решение суда в части удовлетворения требования о присуждении компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении подлежит немедленному исполнению в порядке, установленном бюджетным законодательством Российской Федерации.

Руководствуясь ст. ст. 175, 177, 227, 227.1 КАС РФ, суд

решил:

Административное исковое заявление ФИО2 удовлетворить частично.

Признать незаконными действия (бездействие) федерального казенного учреждения «Исправительная колония .... Управления Федеральной службы исполнения наказаний по ....», выразившиеся в ненадлежащих условиях содержания ФИО2 в камерах штрафного изолятора.

Взыскать с Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказаний за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО2 денежную компенсацию за нарушение условий содержания в исправительном учреждении в размере .... рублей.

В удовлетворении остальной части административных исковых требований ФИО2 к федеральному казенному учреждению «Исправительная колония .... Управления Федеральной службы исполнения наказаний по ....», Федеральной службе исполнения наказаний, отказать.

Решение в части взыскания денежной компенсации подлежит немедленному исполнению.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Коми через Ухтинский городской суд Республики Коми в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Решение в окончательной форме составлено 05.04.2023.

Судья С.С. Логинов

УИД: 11RS0005-01-2022-007745-88