24RS0002-01-2022-002305-43

№2-2028(2022)

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

09 июня 2022 года Ачинский городской суд Красноярского края

в составе:

председательствующего судьи Панченко Н.В.,

с участием прокурора Коняшкиной Л.А.,

истца ФИО1,

представителя истца ФИО2,

представителя ответчика ФИО3,

при секретаре Истоминой А.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Краевому государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Ачинская межрайонная больница» о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО4 обратился в суд с исковым заявлением к КГБУЗ «Ачинская МРБ» о взыскании компенсации морального вреда в сумме 1 000 000 рублей, требования мотивированы тем, что его отец ФИО5 работал сторожем-вахтером КГБУЗ «Ачинская МРБ» в терапевтическом отделении, в котором лежали больные пациенты с положительными результатами «Ковид-19», в связи, с чем оно было закрыто на карантин. 27 июня 2020 года отца попросили выйти на работу, т.к. сторож-вахтер заболел. ФИО5 в ночь вышел на смену. 30 июня 2020 г. у него был взят мазок на «короновирус», результат которого оказался положительным. Однако ФИО5 продолжал осуществлять трудовую деятельность. 06 июля 2020 года ФИО5 была проведена компьютерная томография органов грудной клетки, которая указала на признаки двухсторонней пневмонии, только 07.07.2020 г. в вечернее время его вывели с работы и направили домой на самоизоляцию. 08 июля 2020 г. у ФИО6 повторно подтвердился положительный анализ на «Ковид-19». 23 июля 2020 г. ФИО5 направили в инфекционное отделение Ковид-19 КГБУЗ «Ачинская МРБ», в котором он скончался 08.08.2020г. Протоколом патологоанатомического исследования от 11.08.2020 г. подтверждается, что причиной смерти является новая коронавирусная инфекция, вызванная вирусом Ковид-19, вирус идентифицирован, тяжелое течение. При проведении вскрытия и при дальнейшем морфологическом исследовании установлено, что основной причиной смерти больного ФИО6 послужила тотальная двусторонняя вирусная инфекция Ковид-19 с острой дыхательной недостаточностью. По обращению ФИО2 в ООО «СМК РЕСО-Мед» при проведении экспертизы качества медицинской помощи ФИО5 в КГБУЗ «Ачинская МРБ» актами экспертизы качества медицинской помощи от 11.12.2020 г., от 12.03.2020 г. выявлены нарушения при оказании медицинской помощи, невыполнение необходимых пациенту диагностических и лечебных мероприятий в соответствии с порядком оказания медицинской помощи на основе клинических рекомендаций и с учетом стандартов медицинской помощи, не оформление информированного добровольного согласия застрахованного лица на медицинское вмешательство, некорректное оформление истории болезни, отсутствие листов назначений. Заключением проведенной судебно-медицинской экспертизы установлено, что по сведениям медицинских документов, начало заболевания ФИО5 – 07.07.2020 г., наиболее вероятно, что его инфицирование Ковид-19 могло произойти после 27.06.2020 г. Исходя из ретроспективного анализа представленных медицинских документов, с 06.07.2020 г. по 08.08.2020 г. медицинская помощь ФИО5 в КГБУЗ «Ачинская МРБ» оказана не в полном объеме. В результате смерти отца ФИО1 ему причинен моральный вред, выразившийся в переживаниях и нравственных страданиях, его не покидают мысли, что при своевременном и качественном проведении лечения у отца имелся бы шанс на благоприятный исход для жизни, поэтому просит взыскать в его пользу компенсацию морального вреда в заявленном размере (л.д. 3-7).

В судебном заседании истец ФИО1 требования поддержал, дополнив, что отец с положительным результатом на Ковид-19 неделю продолжал работать в закрытом на карантин инфекционном отделении ответчика, затем в связи с ухудшением состояния здоровья его отправили на самоизоляцию, надлежащего лечения на дому и в стационаре не назначили. В этот момент он проживал вместе с родителями, близко общался с отцом. Когда отец заболел, чтобы не заразиться, они с матерью ушли в другую квартиру, но оказывали отцу помощь, приносили лекарства, продукты. В связи с утратой близкого человека он перенес нравственные страдания, просил возместить ему причиненный действиями ответчика моральный вред.

В судебном заседании представитель истца ФИО2 требования истца поддержала по аналогичным основаниям, указав, что ФИО5 умер из-за некачественного лечения.

Представитель ответчика КГБУЗ «Ачинская МРБ» ФИО3, действующая на основании доверенности от 25.01.2022 года (л.д.63) в судебном заседании возражала против исковых требований, по основаниям, изложенным в отзыве (л.д.62).

Выслушав истца, представителя истца, представителя ответчика, исследовав материалы дела, заслушав заключение прокурора, полагавшего исковые требования удовлетворить частично, суд считает исковые требования ФИО1 подлежащими частичному удовлетворению в следующем объеме и по следующим основаниям.

На основании Конституции Российской Федерации в Российской Федерации охраняется здоровье людей (часть 2 статьи 7); каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь, которая в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (часть 1 статьи 41).

В соответствии со ст. 4 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации", основными принципами охраны здоровья являются, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий (пункт 1); приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи (пункт 2); доступность и качество медицинской помощи (пункт 6); недопустимость отказа в оказании медицинской помощи (пункт 7).

Согласно ст. 10 Закона об охране здоровья граждан, доступность и качество медицинской помощи обеспечиваются, в том числе: наличием необходимого количества медицинских работников и уровнем их квалификации (пункт 2); применением порядков оказания медицинской помощи и стандартов медицинской помощи (пункт 4); предоставлением медицинской организацией гарантированного объема медицинской помощи в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи (пункт 5).

В силу ч. 1 и 2 ст. 19 Закона об охране здоровья граждан, каждый имеет право на медицинскую помощь и каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования. Пациент имеет право, в частности, на: профилактику, диагностику, лечение, медицинскую реабилитацию в медицинских организациях в условиях, соответствующих санитарно-гигиеническим требованиям (пункт 2); получение консультаций врачей-специалистов (пункт 3); облегчение боли, связанной с заболеванием и (или) медицинским вмешательством, доступными методами и лекарственными препаратами (пункт 4); получение информации о своих правах и обязанностях, состоянии своего здоровья, выбор лиц, которым в интересах пациента может быть передана информация о состоянии его здоровья (пункт 5); возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи (пункт 9).

Медицинская организация обязана организовывать и осуществлять медицинскую деятельность в соответствии с законодательными и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, в том числе порядками оказания медицинской помощи, и на основе стандартов медицинской помощи (ст. 79 Закона).

В соответствии с п. 3 ст. 98 указанного Закона, вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

Как предусмотрено ст. 150 ГК РФ, здоровье является нематериальным благом, которое принадлежит гражданину от рождения. Нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (ст. 151 ГК РФ).

В ст. 1064 ГК РФ определено, что вред, причиненный личности гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Согласно ст.ст. 1095, 1098 ГК РФ, вред, причиненный здоровью гражданина вследствие недостатков услуги, а также вследствие недостоверной или недостаточной информации об услуге, подлежит возмещению лицом, оказавшим услугу (исполнителем), независимо от его вины и от того, состоял потерпевший с ним в договорных отношениях или нет. Исполнитель услуги освобождается от ответственности в случае, если докажет, что вред возник вследствие непреодолимой силы или нарушения потребителем установленных правил пользования результатами услуги или их хранения.

В ст. 4 Закона РФ "О защите прав потребителей" предусмотрено, что исполнитель обязан оказать услугу, качество которой соответствует договору. При отсутствии в договоре условий о качестве услуги исполнитель обязан оказать услугу, соответствующую обычно предъявляемым требованиям и пригодную для целей, для которых услуга такого рода обычно используется. Если исполнитель при заключении договора был поставлен потребителем в известность о конкретных целях оказания услуги, исполнитель обязан оказать услугу, пригодную для использования в соответствии с этими целями. Если законами или в установленном ими порядке предусмотрены обязательные требования к услуге, исполнитель обязан оказать услугу, соответствующую этим требованиям.

Как установлено по делу, в свидетельстве о рождении ФИО1 указаны родители ФИО5 и ФИО2 (л.д.16).

ФИО5 умер 08 августа 2020 года, что подтверждается свидетельством о смерти III-БА № (л.д. 18).

В справке о смерти указана причина смерти ФИО5 - новая коронавирусная инфекция «COVID-19» (л.д.19).

Решением Ачинского городского суда от 21.06.2021 года исковые требования ФИО2 удовлетворены частично. С Краевого государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Ачинская межрайонная больница» в пользу ФИО2 взыскана компенсация морального вреда в сумме 250 000 (двести пятьдесят тысяч) рублей, в остальной части иска отказано (л.д. 20-24).

Из данного решения суда следует, что заключением проведенной по делу судебно-медицинской экспертизы установлено, что согласно сведениям медицинских документов, начало заболевания ФИО5 – 07.07.2020 г., наиболее вероятно, что его инфицирование COVID-19 могло произойти после 27.06.2020 г. Исходя из ретроспективного анализа представленных медицинских документов, с 06.07.2020 г. по 08.08.2020 г. медицинская помощь ФИО5 в КГБУЗ «Ачинская МРБ» оказана не в полном объеме: оказание медицинской помощи (положительные результаты ПЦР на COVID-19 получены 30.06.2020 г., 07.07.2020 г. 10.07.2020 г.). 06.07.2020 г. по данным КТ имелась двусторонняя пневмония, при этом оказание медицинской помощи (согласно первой записи данного эпизода в медицинской карте амбулаторного больного) начато 09.07.2020 г.; запись приема не отражает объективного статуса, нет назначений лечения, обследований, имеются сведения об открытии листа нетрудоспособности; дневниковые записи краткие, не отражают объективный статус, нет оценки степени тяжести, нет коррекции терапии; запись от 23.07.2020 г. – это рекомендация о направлении на стационарное лечение. Тактика амбулаторного ведения ФИО5 не соответствовала временным методическим рекомендациям по лечению новой коронавирусной инфекции: нет оценки степени тяжести, фактически не было назначено лечение в полном объеме, не проведены обследования в полном объеме, в том числе по сопутствующей сердечно-сосудистой патологии, имело место позднее направление на госпитализацию.

На этапе стационарного лечения: при госпитализации не оценена степень тяжести: при снижении сатурации до 70%, выраженной одышке ЧДД 30 в мин., явных признаках дыхательной недостаточности, оценена как средней степени тяжести; госпитализирован в боксированное инфекционное отделение, в то время как состояние соответствовало тяжелой степени тяжести, была показана госпитализация в отделение реанимации; больной находился в отделении с 23.07.2020 г. по 24.07.2020 г., при явной респираторной недостаточности (сатурация 70-77%), не был консультирован реаниматологом; имел место запоздалый перевод в ОРИТ (осуществлен только 25.07.2020 г.). Таким образом, не дооценена степень тяжести ФИО5 на всех этапах оказания медицинской помощи, имела место поздняя госпитализация в стационар; при поступлении, учитывая длительность заболевания (болеет с 07.07.2020 г., поступил на стационарное лечение 23.07.2020 г.) – 15 день болезни, имелись признаки дыхательной недостаточности с одышкой (ЧДД 30 в мин.), низкой сатурации – 85 %, тахикардией, интоксикационный синдром, на неблагоприятном преморбидном фоне – хронической патологии сердечно-сосудистой системы (ИБС. Стабильная стенокардия напряжения II ФК по NYHA. Постинфарктный кардиосклероз от 2014 г., стентирование КА (2014). ХНС 2А, III ФК по NYHA. Гипертоническая болезнь 3 риск 4), необходимо было состояние расценить как тяжелое, провести консультацию реаниматолога и решить вопрос о госпитализации пациента в ПИТ, ОРИТ.

Согласно сведениям из представленных медицинских документов (протокол патологоанатомического вскрытия №433 от 11.08.2020 г.) смерть ФИО5 наступила в результате заболевания –новая коронавирусная инфекция, вызванная вирусом COVID-19, тяжелое течение (вирус идентифицирован). Прямая причинно-следственная связь между недостатками (дефектами) оказания медицинской помощи ФИО5 в КГБУЗ «Ачинская МРБ» и наступившими у него осложнениями, повлекшими наступление смерти – отсутствует. У ФИО5 имелись хронические заболевания: ИБС, стабильная стенокардия напряжения II ФК по NYHA. Постинфарктный кардиосклероз от 2014 г., стентирование КА (2014). ХСН 2А, III ФК по NYHA. Гипертоническая болезнь 3 риск 4), эти заболевания относили ФИО5 к группе риска прогрессирования заболевания «новая коронавирусная инфекция, вызванная вирусом COVID-19» и повышали риск неблагоприятного исхода (л.д. 23-42).

В вышеуказанном решении судом сделан вывод о том, что медицинская помощь ФИО5 была оказана ненадлежащим образом, что повлекло ненадлежащее лечение ФИО5, приведшее к ухудшению состояния его здоровья.

Апелляционным определением Красноярского краевого суда от 06.09.2021 г. решение Ачинского городского суда от 21 июня 2021 года изменено в части размера компенсации морального вреда, определена ко взысканию с КГБУЗ «Ачинская межрайонная больница» в пользу ФИО2 компенсация морального вреда в сумме 300 000 рублей (л.д.25-29).

Решением Ачинского городского суда от 17.01.2022 года исковые требования ФИО7 удовлетворены частично. С Краевого государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Ачинская межрайонная больница» в пользу ФИО2 взыскана компенсация морального вреда в сумме 300 000 рублей, в остальной части иска отказано (л.д. 68-71).

Оценивая доводы истца о причинении ему морального вреда в результате смерти отца ФИО5, наступившей в связи некачественной медицинской помощью, суд исходит из следующего.

В пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.). Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др.

В соответствии с нормами Конституции РФ, Семейного кодекса РФ, положениями статей 150, 151 ГК РФ следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь и здоровье, охрана которых гарантируется государством в том числе путем оказания медицинской помощи. В случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому лицу.

При рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела (абзацы третий и четвертый пункта 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина").

Медицинская помощь ФИО5 была оказана, как указывал в исковом заявлении истец, ненадлежащим образом (не качественно и не в полном объеме), что подтверждено экспертными исследованиями и вступившим в законную силу решением суда от 21.06.2021 г.

Ответчиком не было представлено доказательств, подтверждающих отсутствие его вины в оказании ФИО5 ненадлежащей медицинской помощи, невозможности проведения своевременного и адекватного как амбулаторного, так и стационарного лечения, в том числе в условиях реанимации, что повлекло за собой ненадлежащее лечение ФИО5, приведшие к ухудшению состояния его здоровья.

ФИО1, заявляя данное требование, указывает на то, что в результате смерти отца ему причинен моральный вред, выразившийся в его переживаниях и нравственных страданиях, ссылаясь также на то, что медицинская помощь ФИО5 была оказана лечебным учреждением несвоевременно, некачественно и не в полном объеме, полагая, что при своевременном и качественном проведении лечения у его отца имелись бы шансы на благоприятный исход для жизни.

С данными доводами стороны истца суд соглашается, т.к. ненадлежащее выполнение врачами КГБУЗ «Ачинская МРБ» при лечении ФИО5 в амбулаторных, стационарных и реанимационных условиях своих профессиональных обязанностей, требований стандартов и временных методических рекомендаций по лечению новой коронавирусной инфекции, привело к ухудшению его состояния здоровья и повлияли на течение заболевания.

Таким образом, исходя из совокупности установленных по делу обстоятельств и требований закона, суд считает необходимым исковые требования ФИО1 удовлетворить частично, взыскать с КГБУЗ «Ачинская МРБ» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в сумме 300 000 руб., в остальной части иска отказать.

Согласно п. 1 ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, поэтому с КГБУЗ «Ачинская МРБ» в доход местного бюджета подлежит взысканию госпошлина в сумме 300 рублей.

Руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с Краевого государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Ачинская межрайонная больница» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в сумме 300 000 (триста тысяч) рублей, в остальной части иска отказать.

Взыскать с Краевого государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Ачинская межрайонная больница» в доход местного бюджета муниципального образования г. Ачинск государственную пошлину в сумме 300 (триста) рублей.

Решение суда может быть обжаловано сторонами в Красноярский краевой суд через Ачинский городской суд в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Н.В. Панченко