РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
30 ноября 2022 года город Шелехов
Шелеховский городской суд Иркутской области в составе председательствующего судьи Плындиной О.И., при секретаре Шаучунайте Е.Ю., с участием истца ФИО1, помощника прокурора города Шелехова Языковой С.Н., представителя ответчика АО «Объединенная компания РУСАЛ Уральский Алюминий», ФИО2, действующей на основании доверенности №*номер скрыт* от *дата скрыта*,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-1557/2022 по иску прокурора г.Шелехова в защиту интересов ФИО1 к акционерному обществу «Объединенная компания РУСАЛ Уральский алюминий», о взыскании компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием,
УСТАНОВИЛ:
В Шелеховский городской суд Иркутской области обратился прокурор г.Шелехова в интересах ФИО1 к АО «Объединенная компания РУСАЛ Уральский алюминий» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, указав в обоснование, что в период с *дата скрыта* по *дата скрыта* ФИО1 работал в ОАО «СУАЛ» филиал ИркАЗ в должности <данные изъяты>, с *дата скрыта* по *дата скрыта* в должности <данные изъяты> этой же дирекции.
*дата скрыта* уволен по инициативе работника в соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ на основании приказа *номер скрыт* от *дата скрыта*.
Стаж его работы в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов составляет <данные изъяты>.
Согласно медицинскому заключению *номер скрыт* от *дата скрыта* Клиники ФГБНУ «ВСИМЭИ» ФИО1 установлен основной диагноз: <данные изъяты> Указанный диагноз подтверждался последующими обследованиями, проведенными в *дата скрыта*.
В связи с указанным медицинским заключением работодателем проведено расследование случая профессионального заболевания, и *дата скрыта* утвержден Акт о случае профессионального заболевания в отношении ФИО1, которыми установлена причинно-следственная связь между возникновением профессионального заболевания и исполнением работником трудовых обязанностей - длительное воздействие локальной вибрации, тяжелый физический труд, вины работника не установлено.
ФИО3 органами медико-социальной экспертизы установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере <данные изъяты> в связи с профессиональным заболеванием бессрочно, что подтверждается справкой <данные изъяты> *номер скрыт*, *номер скрыт*.
Вследствие полученного профессионального заболевания ФИО1 испытывает моральные страдания и нравственные переживания, связанные с утратой здоровья, в связи с чем, не ощущает себя полноценным человеком в жизни, испытывает значительные неудобства в быту и дома, не способен поднимать тяжести, помогать супруге в быту. Свои моральные страдания и нравственные переживания ФИО4 оценивает в 500 000 рублей.
Соглашение сторон о добровольной компенсации морального вреда с ФИО1 работодателем не заключалось, компенсационные выплаты не производились.
Прокурор считает, что у АО «РУСАЛ УРАЛ» возникает обязанность компенсации в денежном выражении ФИО1 морального вреда в результате установленной утраты профессиональной трудоспособности в период его работы на данных предприятиях.
Ссылаясь на нормы права, прокурор г.Шелехова просит взыскать пропорционально с АО «Объединенная компания РУСАЛ Уральский алюминий» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, в размере 500 000 рублей.
В судебном заседании помощник прокурора г.Шелехова Языкова С.Н. исковые требования поддержал по доводам, изложенным в исковом заявлении, сославшись, что ФИО1 в силу приобретенных у ответчика профессионального заболевания не может жить прежней жизнью, испытывает физические и нравственные страдания, которые подлежат компенсации ответчиком.
Истец ФИО1 исковые требования поддержал, просил удовлетворить. Суду пояснил, что с *дата скрыта* по *дата скрыта* работал на Иркутском алюминиевом заводе, уволен по собственной инициативе в связи с выходом на пенсию. Ему было установлено профессиональное заболевание, в связи с которым он не может жить прежней жизнью. <данные изъяты> Полагал, что ответчик должен возместить ему причиненный вред здоровью.
Представитель ответчика АО «Объединенная компания РУСАЛ Уральский Алюминий», ФИО2, действующая на основании доверенности, исковые требования не признала и пояснила, что ФИО1 работал в период с *дата скрыта* по *дата скрыта* на Иркутском алюминиевом заводе в должности <данные изъяты>. Стаж его работы в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов составляет <данные изъяты>. Уволен по собственной инициативе *дата скрыта* на основании приказа *номер скрыт*к от *дата скрыта*.
В соответствии с актом *номер скрыт* от *дата скрыта* профессиональное заболевание возникло при обстоятельствах и условиях: ФИО1 вел процесс (электролиз) по электролитическому производству алюминия а электролизерах с верхним токоподводом. Подготавливал исходное сырье и материалы. Обслуживал электролизеры, пробивал корку электролита, загружал в электролизеры сырье, материалы и нетоварные отходы алюминия. Корректировал состав электролита. Замерял межполюсное расстояние. Обеспечивал нормальную форму рабочего пространства электролизера, уровень металл и электролита. Устранял и предупреждал анодный эффект. Снимал угольную пену и шлак с поверхности расплава. Выполнял работы по пуску и отключению электролизеров. Очищал рабочие площадки обслуживаемых производственных узлов от продуктов и отходов производства. Выявлял и устранял неисправности в работе обслуживаемого оборудования. Технологический процесс производства алюминия связан с выделением вредных газов и пыли токсического действия. Использовался тяжелый физический труд, применялся ручной пневмоинструмент. Работы производились в условиях постоянного воздействия производственного шума.
Длительность работы в любой профессии определяет каждый гражданин сам. Законодатель допускает работу во вредных условиях труда с определенными гарантиями, компенсациями и только длительный стаж работы в данных условиях приводит к установлению профессиональных заболеваний.
Работодатель на протяжении всего периода работы истца на заводе принимал все меры для уменьшения воздействий на работника вредных условий труда. Кроме мер, предусмотренных законодательством, ответчик: обеспечивал истца и других работников, которые работают во вредных условиях труда, усовершенствованными средствами индивидуальной защиты; ежегодно предоставлял бесплатное профилактическое санаторно-курортное лечение в профилактории завода; проводил внеплановые профессиональные осмотры врачей-профпатологов и т.д. Представлена справка о затратах на выполнение мероприятий, направленных на улучшение условий труда, снижение производственного травматизма, аварийности, профессиональной заболеваемости на Иркутском алюминиевом заводе за последние 20 лет на заводе истца, подтверждающей увеличение капитальных вложений в улучшение условий труда работников завода для снижения профессиональной заболеваемости.
При этом указала, что истцом не доказана связь между профессиональным заболеванием и моральными страданиями. Размер моральных страданий не подтвержден, считает его завышенным и необоснованным. По профессиональному заболеванию на момент обращения за компенсацией морального вреда в судебном порядке истцом указаны критерии определения размера компенсации – <данные изъяты> утраты профессиональной трудоспособности, <данные изъяты> по профессиональному заболеванию бессрочно, процент утраты профессиональной трудоспособности установлен в *дата скрыта* году, с момента установления их размер не изменился до настоящего времени. Полагала, оснований для взыскания компенсации морального вреда по указанным основаниям отсутствуют.
Выслушав пояснения сторон, исследовав материалы дела, оценив собранные доказательства в совокупности, суд приходит к следующему.
Частью 1 ст. 45 ГПК РФ предусмотрено, что прокурор вправе обратиться в суд с заявлением в защиту прав, свобод и законных интересов граждан, неопределенного круга лиц или интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований.
Статьей 9 ГК РФ предусмотрено, что граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.
Согласно ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
В соответствии со ст. 37 Конституции РФ труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию. Каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, на вознаграждение за труд без какой бы то ни было дискриминации и не ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда, а также право на защиту от безработицы.
В силу ст. 66 ТК РФ трудовая книжка является основным документом о трудовой деятельности и трудовом стаже работника. При этом дополнительного подтверждения периодов работы, подлежащих включению в специальный трудовой стаж, иными документами, в том числе первичными, не требуется.
Судом из трудовой книжки ФИО1, трудового договора и дополнительных соглашений к нему установлено, что ФИО1 работал в период с *дата скрыта* по *дата скрыта* на Иркутском алюминиевом заводе в <данные изъяты>. Стаж его работы в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов составляет <данные изъяты>. Уволен по собственной инициативе *дата скрыта* на основании приказа *номер скрыт*к от *дата скрыта*.
Стаж работы ФИО1 в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов составляет <данные изъяты>.
В соответствии со ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.
Согласно медицинскому заключению *номер скрыт* от *дата скрыта* Клиники ФГБНУ «ВСИМЭИ» ФИО1 установлен основной диагноз: <данные изъяты> Указанный диагноз подтверждался последующими обследованиями, проведенными в *дата скрыта*.
Актом о случае профессионального заболевания *номер скрыт* от *дата скрыта*, утвержденным главным государственным санитарным врачом по Иркутской области, <данные изъяты> ОАО «ИркАЗ-СУАЛ» ФИО1, *дата скрыта* года рождения, установлен диагноз: <данные изъяты>
Профессиональное заболевание возникло в результате длительного воздействия на организм человека массы поднимаемого и перемещаемого вручную груза при чередовании с другой работой – 140,2 кг. Региональное перемещение груза до 1 метра – 11073,8 кг/м, более 5 метров – 47952 кг/м.
В соответствии со справкой Серия <данные изъяты> *номер скрыт*, выданной Бюро *номер скрыт* – филиал ФКУ «ГБ МСЭ по Иркутской области» Минтруда России, следует, что ФИО1 установлена степень утраты профессиональной трудоспособности <данные изъяты>%, в связи с профессиональным заболеванием от *дата скрыта* бессрочно, в соответствии со справкой <данные изъяты> *номер скрыт*, выданной Бюро *номер скрыт* – филиал ФКУ «ГБ МСЭ по Иркутской области» Минтруда России, следует, что ФИО1 установлена степень утраты профессиональной трудоспособности <данные изъяты>%, в связи с профессиональным заболеванием от *дата скрыта* бессрочно
Бюро *номер скрыт* – филиал ФКУ «ГБ МСЭ по Иркутской области» Минтруда России ФИО1 выдана программа реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания.
Оценивая представленные доказательства, суд приходит к выводу о том, что заболевание, имеющееся у ФИО1, является профессиональным, возникло в результате несовершенства технологического процесса - подъем и перемещение тяжестей, применение ручного пневмоинструмента.
В соответствии со ст. 1084 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный жизни или здоровью гражданина при исполнении договорных обязательств возмещается по правилам, предусмотренным главой 59 ГК РФ, если законом или договором не предусмотрен более высокий размер ответственности.
Согласно ст. 151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.
Из положений ст. 22 ТК РФ следует, что работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в размере и условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.
В силу ст. 220 ТК РФ в случае причинения вреда жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей возмещение указанного вреда осуществляется в соответствии с федеральным законом.
Абзацем вторым пункта 3 статьи 8 Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» предусмотрено, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.
Как указано в Определении Конституционного Суда РФ от 26.01.2010 № 145-О-О, абзац 2 пункта 3 статьи 8 ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», предусматривающий право застрахованного требовать от причинителя компенсации морального вреда, то есть нравственных и физических страданий, перенесенных в результате травмы, увечья, профессионального заболевания, иного повреждения здоровья, направлен на установление дополнительных гарантий лицам, подлежащим обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, и не может рассматриваться как нарушающий конституционные права граждан.
Согласно п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные не имущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие не имущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.
В соответствии с п. 23 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические и нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. При этом суду следует иметь ввиду, что поскольку потерпевший в связи с причинением вреда здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания. Факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных и физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.
В п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что размер компенсации морального вреда определяется исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных и физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.
Из содержания вышеприведенных положений законы и разъяснений Пленума Верховного Суда РФ в их взаимосвязи следует, что в случае спора размер компенсации морального вреда определяется судом по указанным выше критериям вне зависимости от размера, установленного соглашением сторон, и вне зависимости от имущественного ущерба, которым в случае трудового увечья или профессионального заболевания является утраченный средний заработок работника.
Вопреки доводам представителя ответчика о том, что истцом не доказано подтверждение связи между профессиональным заболеванием и моральными страданиями, из исследованных в судебном заседании доказательств установлено, что профессиональные заболевания получены ФИО1 в связи с длительной работой у ответчиков, которые не обеспечили безопасные условия труда, что повлекло частичную утрату трудоспособности истца, ежегодное медицинское обследование и лечение приобретенных профессиональных заболеваний, что относится к нравственным и физическим страданиям. При этом вина работника в возникновении у него профессионального заболевания не установлена.
Ссылка представителя ответчика на то, что длительность работы в любой профессии определяет каждый гражданин сам, не может являться основанием для освобождения работодателя – причинителя вреда от ответственности, предусмотренной законодательством, равно как и принятие работодателем меры для уменьшения воздействий на работника вредных условий труда, в подтверждение которых суду представлены документы о затратах на выполнение мероприятий, направленных на улучшение условий труда, снижение производственного травматизма, аварийности, общей и профессиональной заболеваемости по Иркутскому алюминиевому заводу (ОАО СУАЛ филиал «ИркАЗ СУАЛ», АО «Объединенная компания РУСАЛ Уральский Алюминий»).
Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает, что между ответчиками и ФИО1 не заключалось соглашение о добровольной выплате компенсации морального вреда в связи с получением истцом профессиональных заболеваний.
Суд, исследовав материалы гражданского дела, оценив относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, оценив фактические обстоятельства дела, степень вреда, причиненного ответчиками здоровью истца, дальнейшее состояние здоровья ФИО1 и прохождение лечения, приходит к выводу, что исковые требования прокурора г.Шелехова в интересах ФИО1 подлежат удовлетворению частично – в размере 240 000 рублей.
На основании решения единственного акционера АО «СУАЛ» наименование АО «СУАЛ» изменено на АО «Объединенная компания РУСАЛ Уральский Алюминий».
В соответствии со ст. 333.18 Налогового кодекса РФ плательщики при обращении в суд уплачивают государственную пошлину до подачи искового заявления. Прокурор в силу ст. 333.36 НК РФ освобожден от уплаты государственной пошлины.
Учитывая указанные обстоятельства, с ответчика подлежит взысканию в доход бюджета Шелеховского муниципального района государственная пошлина на основании ст. 333.19 Налогового кодекса РФ в размере 300 рублей.
На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования прокурора г.Шелехова в защиту интересов ФИО1 к акционерному обществу «Объединенная компания РУСАЛ Уральский алюминий», о взыскании компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, удовлетворить.
Взыскать с акционерного общества «Объединенная компания РУСАЛ Уральский алюминий» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, в размере 240 000 рублей.
Взыскать с Акционерного общества «Объединенная компания РУСАЛ Уральский алюминий» в бюджет Шелеховского муниципального района государственную пошлину в размере 300 рублей.
Решение может быть обжаловано в Иркутский областной суд через Шелеховский городской суд Иркутской области в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме. Мотивированный текст решения будет изготовлен в 17 часов 30 минут 07 декабря 2022 года.
Судья О.И. Плындина