Апелляционное определение по делу № 22-2566/2023 от 20.07.2023

Судья Петрова К.А. № <...>

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

<адрес> ДД.ММ.ГГГГ

Волгоградский областной суд в составе:

председательствующего судьи Фоменко А.П.,

судей Даниловой О.В., Сологубова О.Н.,

при ведении протокола судебного заседания и аудиозаписи помощником судьи Тибиловой Э.А.,

с участием прокурора Банарь А.А.,

защитника осуждённого ФИО1 – адвоката Орехова А.А., представившего удостоверение № <...> и ордер № <...> от ДД.ММ.ГГГГ,

защитника осуждённого ФИО2 – адвоката Плеханова А.В., представившего удостоверение № <...> и ордер № <...> от ДД.ММ.ГГГГ,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционное представление государственного обвинителя Чернышова О.Ю., апелляционную жалобу (основную и дополнительную) защитника осуждённого ФИО2 – адвоката Мошнякова М.В., дополнительную апелляционную жалобу защитника осуждённого ФИО2 – адвоката Плеханова А.В. на приговор Ворошиловского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, в соответствии с которым

ФИО2, <.......>,

осуждён:

по пп. «а», «г» ч. 4 ст. 2281 УК РФ к лишению свободы на срок 11 лет 6 месяцев;

по ч. 3 ст. 30, пп. «а», «г» ч. 4 ст. 2281 УК РФ к лишению свободы на срок 9 лет;

по пп. «а», «г» ч. 4 ст. 2281 УК РФ к лишению свободы на срок 11 лет 6 месяцев;

по ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 4 ст. 2281 УК РФ к лишению свободы на срок 10 лет 6 месяцев.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путём частичного сложения назначенных наказаний назначено окончательное наказание в виде лишения свободы на срок 14 лет с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

ФИО1, <.......>

<.......>,

осуждён:

по пп. «а», «г» ч. 4 ст. 2281 УК РФ к лишению свободы на срок 11 лет;

по ч. 4 ст. 150 УК РФ к лишению свободы на срок 5 лет;

по ч. 3 ст. 30, пп. «а», «г» ч. 4 ст. 2281 УК РФ к лишению свободы на срок 10 лет;

по пп. «а», «г» ч. 4 ст. 2281 УК РФ к лишению свободы на срок 11 лет;

по ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 4 ст. 2281 УК РФ к лишению свободы на срок 10 лет.

В приговоре приняты решения о начале срока отбывания наказания, зачёте времени содержания под стражей в срок отбытия наказания, о мере пресечения и в отношении вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Фоменко А.П. по обстоятельствам дела, доводам апелляционного представления и апелляционной жалобы (основной и дополнительных), выслушав мнение прокурора Банарь А.А., поддержавшей апелляционное представление, защитников осуждённых ФИО2 и ФИО1 – адвокатов Плеханова А.В. и Орехова А.А., поддержавших доводы апелляционных жалоб, суд

установил:

по приговору суда ФИО2 и ФИО1 признаны виновными в незаконном производстве наркотических средств, совершённом организованной группой, в крупном размере; в покушении на незаконный сбыт наркотических средств, совершённый с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), организованной группой, в крупном размере, при этом преступление не было доведено до конца по не зависящим от них обстоятельствам; в незаконном сбыте психотропных веществ, совершённом с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), организованной группой, в крупном размере; в покушении на сбыт наркотических средств, совершённом с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), организованной группой, в значительном размере, при этом преступление не было доведено до конца по независящим от них обстоятельствам.

Кроме того, ФИО1 признан виновным в вовлечении несовершеннолетнего в совершение преступления путём обещаний, угроз и иным способом, совершённом лицом, достигшим восемнадцатилетнего возраста, связанном с вовлечением несовершеннолетнего в преступную группу и совершение особо тяжкого преступления.

Преступления совершены ими в период с ноября 2019 года по март 2020 года в <адрес> при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В судебном заседании суда первой инстанции ФИО2 и ФИО1 вину в совершении инкриминируемых им преступлениях признали в полном объёме, от дачи показаний отказались на основании ст. 51 Конституции РФ.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Чернышов О.Ю., не оспаривая выводы суда о доказанности виновности ФИО2 и ФИО1 в совершении преступлений, считает приговор суда подлежащим изменению в связи с неправильным применением уголовного закона. Указывает, что в нарушение требований ч. 3.1 ст. 72 УК РФ суд не засчитал в срок лишения свободы ФИО1 период со дня фактического задержания и применения к нему меры пресечения в виде заключения под стражу до дня вступления приговора в законную силу. Просит приговор суда в отношении ФИО1 изменить, засчитав в срок лишения свободы ФИО1 период применения в отношении него меры пресечения в виде заключения под стражу со дня его фактического задержания, то есть ДД.ММ.ГГГГ, до дня вступления приговора в законную силу, из расчёта один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

В апелляционной жалобе (основной и дополнительной) защитник осуждённого ФИО2 – адвокат Мошняков М.В., не оспаривая выводы суда о доказанности виновности своего подзащитного в совершении преступлений, выражает несогласие с назначенным ему наказанием. Считает, что суд первой инстанции не учёл должным образом все данные о личности ФИО2, состояние его здоровья, семейное положение, признание вины, раскаяние в содеянном, и назначил ему слишком суровое наказание. Указывает, что ФИО2 при задержании признал вину, написал явку с повинной, согласно которой чистосердечно признался в совершении им преступлений, изобличил иных соучастников его преступной деятельности, в ходе судебного разбирательства также признавал вину и раскаялся в содеянном, не возражал против оглашения показаний всех свидетелей, тем самым многократно сократив время рассмотрения уголовного дела.

Ссылаясь на положения постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22 декабря 2015 года № 58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания», считает, что судом первой инстанции должны были быть признаны в качестве смягчающих наказание ФИО2 обстоятельств - активное способствование раскрытию и расследованию преступлений, изобличению иных лиц, совершивших преступления, наличие у него на иждивении отца-пенсионера, матери-инвалида и несовершеннолетней сестры-инвалида с детства, наличие почётной грамоты за выполнение воинского долга, положительные характеристики. Полагает, что суд необоснованно отказался применять положения ст.15, 64 УК РФ при наличии совокупности смягчающих обстоятельств, которые, по мнению защитника, должны были быть признаны в качестве исключительных, и ФИО2 должно было быть назначено наказание ниже низшего предела.

Просит изменить приговор суда в отношении ФИО2, признать перечисленные обстоятельства в качестве смягчающих его наказание, применить положения ст. 64 УК РФ и назначить ФИО2 минимально возможное наказание ниже низшего предела.

В дополнительной апелляционной жалобе защитник осуждённого ФИО2 – адвокат Плеханов А.В. выражает несогласие с приговором ввиду неправильного применения уголовного закона.

Указывает, что приговор не содержит описания когда, где, каким образом и какие действия непосредственно совершил ФИО2, в том числе направленные на организацию сбыта наркотических средств, по каждому эпизоду отдельно; в приговоре не указано, каким образом ФИО2 принял на себя организационные и управленческие функции руководителя, кому он сообщил об этом, какие выполнил для этого действия, где и когда.

Отмечает, что в то время, когда все действия, непосредственно направленные на производство и сбыт наркотических средств, выполнены иными лицами (ФИО1 или Свидетель №1), ФИО2 вменяется организующая роль в их совершении. Считает, что в приговоре не указано, когда, каким образом и при помощи каких технических средств, какого программного обеспечения и т.д. ФИО2 создал и администрировал интернет-магазин наркотиков «<.......>», при том, что администрирование указанных магазинов, размещение там сведений о продаже наркотических средств выполнялось ФИО1

Отмечает, что в приговоре не указано, как, кем и когда в составе организованной группы были вовлечены ФИО1 и Свидетель №1, а также приговор не содержит сведений о том, что указанные действия выполнил лично ФИО2, а участники группы выполняли «соответствующие обязанности, возлагаемые ФИО2, судом лишь применены обезличенные формулировки без указания конкретных действий ФИО2 по найму участников организованной группы или делегирования указанных обязанностей иным лицам. Обращает внимание, что ФИО2 лишь предоставил Свидетель №1 информацию и оборудование для совершения преступления, в то время как сведений о том, сообщал ли ФИО2 ФИО1 указания о необходимости фасовки наркотических средств, их сокрытия в тайниках, размещения в разделе «витрина» интернет-магазина «<.......>» информации о тайниках и т.д. приговор не содержит.

Считает, что в силу положений ст. 33 УК РФ указанные действия ФИО2 являются не организацией, а пособничеством, при этом выводы суда об организационной роли ФИО2 во вменённом сбыте и в покушении на сбыт наркотических средств не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, а его причастность к третьему и четвёртому эпизодам (амфетамин, гашиш) не установлена.

Анализируя показания Свидетель №1 и отмечая имеющиеся в них пробелы и противоречия, считает, что она дала свои показания против ФИО2, действуя в рамках досудебного соглашения о сотрудничестве, объективных данных, которые подтвердили бы её показания, материалами уголовного дела не установлено, сами показания не содержат сведений об источнике осведомлённости (почему она считает, что Jakson21 - это ФИО2), не содержат сведений о том, что ФИО2 давал ей или кому-то ещё указания о фасовке, распределению в тайники наркотического вещества, цене продажи, и не соответствуют иным материалам дела, например, в части описания процесса изготовления наркотического вещества. Указывает, что ни одно из иных допрошенных лиц по делу не представило сведений о причастности ФИО2 к совершению инкриминируемых ему деяний.

Давая оценку доказательствам причастности ФИО2 к инкриминируемым деяниям, приведённым судом в приговоре, а именно сотовому телефону Iphone7 и планшету Samsung, изъятым в жилище ФИО2, считает, что сведения о принадлежности указанных предметов, вписанные от имени ФИО2 в протоколы, не могут являться доказательствами по делу, так как предоставлены в отсутствие адвоката и без разъяснения ФИО2 его прав, последствий дачи заявлений и объяснений, равно как и его права не свидетельствовать против себя самого.

Отмечает, что обнаруженные на указанном планшете данные о работе магазина по продаже наркотических средств находились не на самом планшете, а были загружены в момент проведения осмотра из сети интернет с сайта «<.......>» посредством введения логина и пароля, источник происхождения которых не известен, а реальная переписка с Свидетель №1, которая содержится в телефоне Iphon 7, не содержит сведений об организации производства, фасовки наркотических средств, оборудования тайников, рецепта приготовления наркотического средства и т.д. Указывает, что иных доказательств причастности ФИО2 к организации преступной деятельности приговор не содержит, а выводы суда об осуществлении организации ФИО2 деятельности сбыта по продаже обнаруженных и изъятых наркотических веществ не соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

Приводит доказательства непричастности ФИО2 к сбыту амфетамина и гашиша. Ссылаясь на положения Постановления Пленума ВС РФ «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с наркотическими средствами, психотропными, сильнодействующими ядовитыми веществами» от ДД.ММ.ГГГГ, считает, что действия ФИО2 и ФИО1 по производству <.......> массой 51,51 грамма при вменённом покушении на его сбыт, не требуют отдельной квалификации и должны квалифицироваться как единое преступление.

Полагает, что действия по сбыту наркотического вещества <.......> (третий эпизод) не могут считаться оконченными, так как информация о возможности приобретения наркотического вещества не была доведена до сведения конкретного покупателя.

Считает, что обжалуемый приговор подлежит отмене в связи с существенными нарушениями норм уголовно-процессуального законодательства, повлиявшими на вынесение итогового решения, а именно в связи с нарушением судом принципа непосредственности судебного разбирательства. Отмечает, что ни один свидетель не был допрошен судом непосредственно, при этом, согласие стороны защиты на оглашение показаний свидетелей не является основанием, позволяющим нарушить правило о непосредственном исследовании доказательств судом, а суд, получив такое согласие, в любом случае обязан был следовать правилам о непосредственном исследовании доказательств, приняв меры к непосредственному заслушиванию показаний ключевых свидетелей.

По мнению защитника, показания Свидетель №1 нуждаются в уточнении, конкретизации и проверке, а признание вины ФИО2 не даёт суду правовых оснований уклоняться от проверки и сопоставления доказательств, дачи правильной квалификации действий осуждённого в соответствии с требованиями УК РФ.

Просит приговор в отношении ФИО2, ФИО1 отменить, направить уголовное дело на новое рассмотрение в ином составе суда.

Выслушав участников процесса, проверив материалы дела, доводы апелляционного представления и апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

В соответствии с положением ст. 297 УПК РФ приговор признается законным, обоснованным и справедливым, если он постановлен в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и основан на правильном применении уголовного закона.

Обжалуемый приговор указанным требованиям закона не соответствует и подлежит изменению по следующим основаниям.

Выводы суда о виновности ФИО2 и ФИО1:

в покушении на незаконный сбыт вещества, являющегося смесью, содержащей наркотическое средство <.......> (<.......>), массой 51,51 грамма с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), организованной группой, в крупном размере;

в покушении на незаконный сбыт наркотического средства <.......>, массой 5,788 грамма, с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), организованной группой, в значительном размере;

в незаконном обороте с психотропным веществом <.......>, массой 14,036 грамм, с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), организованной группой, в крупном размере;

а ФИО1 также

в вовлечении несовершеннолетнего в совершение преступления путём обещаний, угроз и иным способом, совершенное лицом, достигшим восемнадцатилетнего возраста, связанное с вовлечением несовершеннолетнего в преступную группу и совершение особо тяжкого преступления

соответствуют фактическим обстоятельствам, установленным судом первой инстанции, и подтверждаются совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, подробно приведённых в приговоре.

Судом обоснованно в основу приговора положены следующие доказательства:

показания свидетеля Свидетель №1 об обстоятельствах совершения преступлений в составе организованной группы под руководством ФИО2, которым был создан интернет-магазин по продаже наркотиков. Работая оператором совместно с ФИО1, ФИО2 и другими людьми, она узнала, что интернет-магазин называется «<.......>». Первоначально в её обязанности входило отвечать на сообщения различным лицам, которые хотели узнать о вакансиях в интернет-магазине «<.......>» для трудоустройства. К марту 2020 года ФИО1 выполнял в магазине ФИО2 роли закладчика, «куратора», участвовал в производстве наркотика с ней, вербовал новых участников. ФИО1 также как и ей был открыт доступ к некоторым разделам интернет-магазина. ФИО1 руководил предоставленным ему ФИО2 направлением в интернет-магазине и наряду с ФИО2 вынашивал идею «открытия» собственного интернет-магазина по продаже наркотиков на сайте «<.......>». В ходе общения с ФИО2 тот пояснил ей, что для того, чтобы повысить рентабельность интернет-магазина нужно изготовить наркотическое средство, которым, как в последующем оказалось, является <.......>. Изготовить наркотик ФИО2 предложил ей и убедил её, что она научится, что он поможет ей и дистанционно подскажет в какой последовательности выполнять процесс изготовления наркотика, закажет и пришлёт ей ингредиенты, оборудование, посуду. В процессе общения ФИО1 сообщил ей, что это он по указанию ФИО2 в сети интернет выбирал оборудование и химические вещества, полученные ею в посылке. Со слов ФИО2 ей известно, что он рассчитывал с использованием оборудования, которое они использовали впервые для изготовления наркотика, наладить собственное масштабное производство мефедрона в больших количествах и систематически для того, чтобы повысить уровень прибыльности магазина и их дохода. Она не возражала неоднократно участвовать в изготовлении наркотика. Так же в их с ФИО2 общении речь шла о передаче ранее полученного ею оборудования другим людям, которые, участвуя в деятельности магазина по продаже наркотиков совместно с ними, будут систематически производить наркотик для обеспечения высокого уровня продаж магазина;

показаниями свидетеля Свидетель №2 и Свидетель №3 об обстоятельствах совершения преступлений совместно с ФИО1 в составе организованной группы;

показаниями свидетелей Свидетель №12, Свидетель №14, ФИО3, Свидетель №16, Свидетель №17, Свидетель №18, Свидетель №19, являющихся сотрудниками полиции, об организации и проведении мероприятий в ходе проверки оперативной информации в отношении организованной преступной группы, занимающейся незаконным сбытом наркотических средств синтетического происхождения, «бесконтактным способом», под видом интернет-магазина «<.......>», размещённого на интернет - площадке «<.......>» на территории <адрес>, об обстоятельствах задержания отдельных участников организованной группы и составления документов, содержащих сведения об их незаконной деятельности с запрещёнными к свободному обороту веществами;

показаниями свидетеля ФИО4, согласно которым им был составлен протокол явки с повинной, в котором ФИО2 добровольно, собственноручно изложил обстоятельства совершённых им преступлений. При составлении протокола другие сотрудники полиции не присутствовали. Явка с повинной была написана ФИО2 без какого-либо давления на него с чьей-либо стороны;

показания свидетеля Свидетель №11, согласно которым он в качестве понятого участвовал при проведении осмотра жилого <адрес>, в ходе которого Свидетель №1 пояснила, что обнаруженные колбы, магнитная мешалка и жидкость в канистре использовались ею для изготовления наркотического средства, а полимерные пакетики, изолента, магниты и пачки из-под сигарет использовались её мужем ФИО1 для упаковки изготовленного ею наркотического средства;

показания свидетеля Свидетель №10, согласно которым он в качестве понятого участвовал при проведении осмотра <адрес> по <адрес> и в личном досмотре ФИО2 Перед началом осмотра сотрудником полиции, проводившим осмотр, ему, второму понятому, а также участвующим лицам, были разъяснены права и обязанности, предупреждены о применении средств фотографирования. В ходе осмотра квартиры с участием ФИО2 были обнаружены и изъяты ноутбук, два сотовых телефона, планшетный компьютер, семь банковских карт. ФИО2 пояснил, что изъятые предметы и устройства принадлежат ему и, в частности, изъятым планшетным компьютером он пользовался при распространении наркотических средств;

показания свидетелей Свидетель №8 и Свидетель №9, согласно которым они участвовали в качестве понятых при проведении личного досмотра участвовавшей в оперативном мероприятии в качестве «Покупателя» наркотического средства Свидетель №2, личного досмотра Свидетель №1, у которой Свидетель №2 приобрела наркотическое средство, а также осмотра в жилище Свидетель №1;

показания свидетеля Свидетель №7, согласно которым она участвовала в качестве понятой при проведении личного досмотра Свидетель №2 и Свидетель №3, задержанных по подозрению в незаконном обороте наркотических средств. В результате досмотра у Свидетель №2 были обнаружены две банковские карты, ювелирные весы, а также свёрток, обернутый синей изолентой, с каким-то порошком песочного цвета. У Свидетель №3 было изъято три банковские карты, сотовый телефон «Самсунг А20», а также 2 мотка скотча (изоленты) красного и чёрного цветов и 2 свёртка с пакетиками «гриппер» по 100 штук в каждом;

показания свидетеля Свидетель №6, согласно которым он участвовал в качестве понятого при проведении личного досмотра ФИО1, задержанного по подозрению в незаконном обороте наркотических средств.

Не доверять этим показаниям свидетелей у суда первой инстанции оснований не имелось, поскольку они объективно подтверждаются другими доказательствами по делу, изложенными в приговоре, являются последовательными, согласуются между собой и соответствуют обстоятельствам дела. Оснований для оговора осуждённых у свидетелей не имелось.

Кроме того, виновность осуждённых подтверждается письменными доказательствами:

протоколом личного досмотра Свидетель №2 от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому у Свидетель №2 обнаружены и изъяты: сотовый телефон «Самсунг», весы электронные, свёрток из изоленты синего цвета;

протоколом личного досмотра Свидетель №3 от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому у Свидетель №3 обнаружены и изъяты: упаковочный материал чёрного цвета, скотч красного цвета, свёрток с пакетами гриппер 100 шт., сотовый телефон «Самсунг»;

протоколом личного досмотра ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому у ФИО5 обнаружены и изъяты: сотовый телефон «iPhone 6S» и карта «<.......>»;

протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ с приложением, согласно которому осмотрено жилище ФИО1 по адресу: <адрес>, обнаружены и изъяты: договор найма жилого помещения по указанному адресу на имя ФИО1, карты банка <.......>, рулоны изоленты и скотч зелёного цвета;

справкой об исследовании № <...>-н от ДД.ММ.ГГГГ и заключением эксперта № <...>-н от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которым вещество в виде порошка и комочков неправильной формы серо-коричневого цвета со специфическим запахом, находившееся в полимерном свёртке, обнаруженном и изъятом ДД.ММ.ГГГГ в ходе личного досмотра Свидетель №2, имеет массу 4,783 гр. и является смесью, содержащей наркотическое средство - <.......>);

актом о результатах проведения оперативно-розыскного мероприятия «Оперативный эксперимент» от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому с участием «Покупателя» Свидетель №2 проведено ОРМ «Оперативный эксперимент» в отношении Свидетель №1, осуществляющей незаконный сбыт наркотических средств, в результате которого пресечена деятельность Свидетель №1, которая при личной встрече с Свидетель №2 сбыла последней свёрток с веществом;

протоколом личного досмотра Свидетель №2 от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому у Свидетель №2 обнаружены и изъяты: сотовый телефон «Самсунг», планшетный компьютер «iPad», карты банков <.......> и <.......>, а также свёрток из глянцевой бумаги с веществом;

справкой об исследовании № <...>-н от ДД.ММ.ГГГГ и заключением эксперта № <...>-н от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которым вещество в виде порошка и комочков неправильной формы серо-коричневого цвета со специфическим запахом, находившееся в свёртке из глянцевой бумаги, обнаруженном и изъятом ДД.ММ.ГГГГ в ходе личного досмотра Свидетель №2, имеет массу 0,778 гр. и является смесью, содержащей наркотическое средство – <.......>;

протоколом личного досмотра Свидетель №1 от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому у Свидетель №1 обнаружены и изъяты: сотовый телефон «iPhone XR» и ключи от квартиры по месту жительства;

протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ с приложением, согласно которому осмотрено жилище Свидетель №1 по адресу: <адрес>, обнаружены и изъяты: два полимерных пакета с веществом бурого цвета, упаковочный материал в виде полимерных пакетов гриппер, электронные весы, фрагмент глянцевой бумаги, карты банка <.......>, карта банка <.......>, ноутбук Асер;

справкой об исследовании № <...>-н от ДД.ММ.ГГГГ и заключением эксперта № <...>-н от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которым вещество в виде порошка и комочков неправильной формы серо-коричневого цвета со специфическим запахом, находившееся в двух полимерных пакетах, обнаруженных и изъятых в ходе осмотра в жилище Свидетель №1, имеет массу 1,394 гр. и 2,851 гр. и является смесью, содержащей наркотическое средство – <.......>);

заключением эксперта № <...>-н от ДД.ММ.ГГГГ, согласно выводам которого на поверхности представленных на исследование электронных Свидетель №15, обнаруженных и изъятых в ходе осмотра жилища Свидетель №1, обнаружены следы наркотического средства <.......>);

протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ с приложением, согласно которому осмотрено жилище Свидетель №1 и ФИО1 по адресу: <адрес>, обнаружены и изъяты: картонная коробка со стеклянными колбами и мерным стаканом, картонная коробка с магнитной мешалкой и принадлежностями, полимерная канистра с жидкостью, полимерный пакет со следами вещества белого цвета, три листа бумаги с печатным текстом и рукописными записями, шесть окурков от сигарет, мужская футболка, лист бумаги с рукописными записями и графитовый карандаш, шесть свёртков изоленты жёлтого цвета с веществом в шести пачках из-под сигарет, полимерный пакет с веществом, пакеты гриппер, крышка из полимерного материала, перчатка из полимерного материала, фрагменты изоленты жёлтого и синего цветов, кассовый чек, рулон изоленты чёрного цвета, катушка из-под изоленты, магниты, две зубные щетки;

справкой об исследовании № <...>-н от ДД.ММ.ГГГГ и заключением эксперта № <...>-н от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которым вещество в виде спрессованного комка неправильной формы коричневого цвета с запахом, характерным для конопли, находившееся в шести свёртках из изоленты жёлтого цвета, обнаруженных и изъятых в ходе осмотра в жилище Свидетель №1 и ФИО1 имеет массу 0,92 гр., 0,98 гр., 0,95 гр., 0,92 гр., 0,95 гр. и 0,92 гр. и является наркотическим средством – <.......>);

справкой об исследовании № <...>-н от ДД.ММ.ГГГГ и заключением эксперта № <...>-н от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которым вещество в виде спрессованного комка неправильной формы коричневого цвета с запахом, характерным для конопли, находившееся в одном полимерном пакете, обнаруженном и изъятом в ходе осмотра в жилище Свидетель №1 и ФИО1, имеет массу 0,148 гр. и является наркотическим средством – <.......>);

заключением эксперта № <...> от ДД.ММ.ГГГГ, согласно выводам которого жидкость, находившаяся в одной полимерной ёмкости, обнаруженной и изъятой ДД.ММ.ГГГГ в ходе осмотра в <адрес>, имеет массу 8 217,22 гр. и содержит в своём составе этилацетат (этиловый эфир уксусной кислоты, ацетоксиэтан, этилэтаноат);

заключением эксперта № <...>-н от ДД.ММ.ГГГГ, согласно выводам которого на внутренней поверхности мерного стакана, пакетов с застёжками зип-лок, перчаток и пакета, обнаруженных и изъятых ДД.ММ.ГГГГ в ходе осмотра в <адрес>, обнаружены следы наркотического средства <.......>);

заключением эксперта № <...> от ДД.ММ.ГГГГ, согласно выводам которого на поверхности стеклянной колбы, обнаруженной и изъятой ДД.ММ.ГГГГ в ходе осмотра в <адрес>, обнаружены 2 следа пальца руки пригодные для идентификации личности. След пальца руки № <...> и след пальца руки № <...> оставлены средним пальцем левой руки Свидетель №1;

заключением эксперта № <...>э от ДД.ММ.ГГГГ, согласно выводам которого на 2 из 6 окурков и мужской футболке, обнаруженных и изъятых ДД.ММ.ГГГГ в ходе осмотра в <адрес>, выявлены следы слюны и пота, которые произошли от ФИО1;

протоколами осмотров мест происшествий от ДД.ММ.ГГГГ с приложением, в соответствии с которым осмотрены участки местности в <адрес>, обнаружены и изъяты свёртки из изоленты синего цвета твердые на ощупь;

справкой об исследовании № <...>-н от ДД.ММ.ГГГГ и заключением эксперта № <...>-н от ДД.ММ.ГГГГ, справками об исследовании № <...>-н, № <...>-н, № <...>, № <...> № <...> от ДД.ММ.ГГГГ и заключениями эксперта № <...>-н, № <...>-н, № <...>-н, № <...>-н, № <...>-н от ДД.ММ.ГГГГ, справкой об исследовании № <...>-н от ДД.ММ.ГГГГ и заключением эксперта № <...>-н от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которым вещество, находившееся в полимерных свёртках, обнаруженных и изъятых в ходе осмотра тайников, является смесью, содержащей наркотическое средство – <.......>);

актом о результатах проведения оперативно-розыскного мероприятия «Оперативный эксперимент» от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому в период с 15 по ДД.ММ.ГГГГ проведено оперативно-розыскное мероприятие «Оперативный эксперимент» в отношении мужчины, использовавшего в приложении обмена сообщениями «<.......>» и «<.......>» псевдонимы <.......>» и «<.......>», организовавшего преступную группу, осуществлявшую незаконные производство и сбыт наркотических средств и психотропных веществ в <адрес> и руководившего деятельностью Свидетель №1 при совершении преступлений. В результате оперативно-розыскного мероприятия установлена личность указанного мужчины, которым оказался ФИО2, деятельность последнего пресечена в <адрес>. 8 по <адрес>;

протоколом личного досмотра ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому у ФИО2 обнаружены и изъяты: карта банка «<.......>» (<.......>);

протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ с приложением, согласно которому с письменного согласия последнего осмотрено жилище ФИО2 по адресу: <адрес>, в результате чего обнаружены и изъяты: ноутбук Асус, сотовые телефоны D-Horse и iPhone7, планшетный компьютер Самсунг, карты банков <.......>, <.......>, <.......>, <.......>, <.......> и <.......>);

протоколами осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ с приложением, в соответствии с которыми на основании информации о тайниках с психотропным веществом, установленной с использованием компьютерной техники ФИО2, осмотрены участки местности в <адрес>, в результате чего обнаружены и изъяты свёртки из скотча зелёного цвета твёрдые на ощупь;

справкой об исследовании № <...>-н от ДД.ММ.ГГГГ и заключением эксперта № <...>-н от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которым вещество в виде порошка и комочков неправильной формы серо-бежевого цвета со специфическим запахом, находившееся в полимерных свёртках, обнаруженных и изъятых ДД.ММ.ГГГГ в ходе осмотра тайников является смесью, содержащей психотропное вещество – <.......>;

протоколом явки с повинной ФИО2, согласно которому последний чистосердечно признался в совершении им преступлений, а также изобличил иных соучастников его преступной деятельности;

иными исследованными и приведёнными в приговоре доказательствами.

Сомневаться в объективности положенных в основу приговора доказательств, в том числе показаний свидетелей, а также письменных материалов дела, у суда апелляционной инстанции оснований не имеется, поскольку каждое из них согласуется и подтверждается совокупностью других доказательств и получено с соблюдением требований закона.

Судом сделан верный вывод о том, что все указанные выше доказательства, исследованные в ходе судебного разбирательства, получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства, то есть являются относимыми и допустимыми для доказывания обстоятельств, предусмотренных ст.73 УПК РФ, имеют непосредственное отношение к предъявленному ФИО2 и ФИО1 обвинению и в своей совокупности являются достаточными для разрешения уголовного дела.

Допустимость положенных в основу приговора доказательств сомнений не вызывает, поскольку они собраны по делу с соблюдением требований ст. 74, 86 УПК РФ.

Полученные результаты оперативно-розыскных мероприятий отвечают требованиям, предъявляемым уголовно-процессуальным законом к доказательствам, приобщены к делу с соблюдением предписанной законом процедуры и в совокупности с другими доказательствами по делу свидетельствуют о наличии у виновных лиц умысла на совершение преступлений, сформировавшийся независимо от деятельности оперативных сотрудников полиции. Каких-либо нарушений при проведении оперативно-розыскных мероприятий, не допущено.

Выводы экспертов компетентны, научно обоснованны, объективно подтверждены исследованными в судебном заседании доказательствами, а потому суд правильно признал заключения экспертов допустимыми доказательствами по делу.

Вопреки доводам защитника Плеханова А.В. настоящее уголовное дело рассмотрено судом первой инстанции с соблюдением принципа непосредственности, предусмотренного ст. 240 УПК РФ, то есть путём непосредственного исследования в судебном разбирательстве всех доказательств. Показания свидетелей были оглашены судом в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ с согласия сторон и исследованы непосредственно в судебном заседании. При этом от участников судебного заседания каких-либо ходатайств о вызове и дополнительном допросе свидетелей не поступало.

Выводы суда основаны на исследованных доказательствах, полученных в строгом соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, поэтому оснований не согласиться с оценкой, данной судом первой инстанции представленным по делу доказательствам, у суда апелляционной инстанции не имеется, а несогласие защитника Плеханова А.В. с этой оценкой, так же как и его доводы, направленные на переоценку исследованных в ходе судебного разбирательства показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, не свидетельствуют о незаконности или необоснованности приговора суда.

Вопреки доводам защитника Плеханова А.В. выводы суда первой инстанции о виновности осуждённых в незаконном обороте наркотических средств являются мотивированными, соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Какие-либо не устранённые судом существенные противоречия в доказательствах, требующие истолкования в пользу осуждённых, по делу отсутствуют. Оснований для иной оценки доказательств, на которые сослался суд в приговоре, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Описательно-мотивировочная часть обжалуемого приговора соответствует требованиям п. 1 ст. 307 УПК РФ. Она содержит описание преступных деяний, признанных судом доказанными, с указанием места, времени, способа их совершения, формы вины, мотивов, целей преступлений.

Доводы защитника о том, что приговор не содержит доказательств причастности ФИО2 к организации преступной деятельности опровергаются совокупностью исследованных судом доказательств, согласно которым именно ФИО2 создал и возглавил организованную группу, в состав которой вошёл ФИО1, направленную на незаконный сбыт наркотических средств. Сам ФИО2 подтвердил свою причастность к преступлениям в написанной им явке с повинной и не отрицал в судебном заседании, полностью признав свою вину.

О совершении преступления в составе организованной группы свидетельствуют: наличие единого руководства, которое осуществлял ФИО2, наличие в группе более двух участников, устойчивость организованной группы, её стабильность, постоянство форм и методов незаконной деятельности, сплочённость состава, чёткое распределение функций между её участниками, взаимодействие их друг с другом, способность к взаимозаменяемости и совмещении преступных ролей, планировании и отлаженности механизма совместной преступной деятельности с применением мобильных средств сотовой связи, предоставляющей доступ в сеть «Интернет», в совокупности обеспечивавшими согласованность действий каждого участника группы в достижении единого результата преступной деятельности – извлечения максимальной прибыли от незаконного сбыта наркотических средств и психотропных веществ, наличие принятых среди участников организованной группы мер конспирации.

Доводы защитника об отсутствии доказательств о личном участии ФИО2 в незаконных действиях с наркотическими средствами не соответствуют действительности, поскольку все действия, непосредственно направленные на сбыт наркотических средств, были выполнены в составе организованной группы, которую организовал и руководил ФИО2

Судом с достоверностью было установлено, что ФИО2, ФИО1 и иные участники организованной ФИО2 группы действовали совместно по ранее достигнутой договорённости и согласно отведённым ролям, выполняли совместные и согласованные противоправные действия, конечной целью которых являлся незаконный сбыт наркотических средств, что свидетельствует о том, что ФИО2 и ФИО1 имели совместный преступный умысел, направленный на незаконный сбыт наркотических средств, в связи с чем, квалификация их действий по признаку совершения преступления организованной группой, является верной.

Утверждения защитника о том, что сведения о принадлежности изъятых в ходе осмотра жилища ФИО2 предметов, вписанные от имени ФИО2 в протоколы, не могут являться доказательствами по делу, так как предоставлены в отсутствие адвоката и без разъяснения ФИО2 его прав, также не соответствуют действительности и опровергаются исследованным судом материалами дела.

Доводы защитника осуждённого ФИО2 о том, что обнаруженные на изъятом у ФИО2 планшете данные о работе магазина по продаже наркотических средств находились не на самом планшете, а были загружены в момент проведения осмотра из сети интернет с сайта «<.......>», являются надуманными и не подтверждаются какими-либо доказательствами.

Юридическая квалификация действий ФИО2 и ФИО1, каждого,

по ч. 3 ст. 30, пп. «а», «г» ч. 4 ст. 2281 УК РФ в покушении на незаконный сбыт наркотических средств (смеси, содержащей наркотическое средство <.......>), массой 51,51 грамма) с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), организованной группой, в крупном размере;

по ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 4 ст. 2281 УК РФ в покушении на незаконный сбыт наркотических средств (<.......>), массой 5,788 грамма), с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), организованной группой, в значительном размере;

а ФИО1 также

по ч. 4 ст. 150 УК РФ в вовлечении несовершеннолетнего в совершение преступления путём обещаний, угроз и иным способом, совершенное лицом, достигшим восемнадцатилетнего возраста, связанное с вовлечением несовершеннолетнего в преступную группу и совершение особо тяжкого преступления

является правильной, соответствует описанию преступных деяний и не противоречит описательно-мотивировочной части приговора. В ходе судебного разбирательства ФИО2 и ФИО1 с правовой оценкой своих действий согласились, признав себя виновными.

При проведении судебного разбирательства принципы уголовного судопроизводства судом первой инстанции соблюдались, сторона обвинения и сторона защиты на основе равноправия участвовали в исследовании доказательств, обладая правом на представление доказательств в обоснование своей позиции. Нарушений положений ст. 252 УПК РФ о пределах судебного разбирательства не установлено.

Исходя из протокола судебного заседания, судебное следствие проведено в соответствии с требованиями Уголовно-процессуального кодекса РФ, судом были созданы необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав. Нарушений принципа состязательности сторон либо нарушений процессуальных прав участников, повлиявших или могущих повлиять на постановление законного и обоснованного приговора, по делу не выявлено.

Как видно из приговора, при назначении ФИО2 и ФИО1 наказания судом верно учитывались положения ст. 43, 60 УК РФ, в том числе характер и степень общественной опасности содеянного, фактические обстоятельства дела, данные о личности осуждённых, наличие смягчающих наказание обстоятельств, а также влияния назначенного наказания на их исправление и на условия их жизни, жизни их семей.

В соответствии с п. «и» ч. 1 и ч. 2 ст. 61 УК РФ обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО2, суд обоснованно признал явку с повинной по каждому из преступлений, признание вины и раскаяние в содеянном, а также наличие <.......>).

Кроме того, при назначении наказания судом принято во внимание, что ФИО2 <.......>.

На основании п. «г» ч. 1 и ч. 2 ст. 61 УК РФ обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО1, суд верно признал наличие на иждивении малолетнего ребёнка, <.......> года рождения, признание вины и раскаяние в содеянном, что выразилось в соответствующем поведении подсудимого.

Судом также учтено, что ФИО1 является <.......>.

Иных, обязательно учитываемых в качестве смягчающих наказание обстоятельств, в том числе активное способствование раскрытию и расследованию преступлению, изобличению и уголовному преследованию других соучастников преступления, судом верно у осуждённых не установлено, с чем соглашается и суд апелляционной инстанции.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 30 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22 декабря 2015 года № 58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания», активное способствование раскрытию и расследованию преступления следует учитывать в качестве смягчающего наказание обстоятельства, если лицо о совершённом с его участием преступлении либо о своей роли в преступлении представило органам дознания или следствия информацию, имеющую значение для раскрытия и расследования преступления (например, указало лиц, участвовавших в совершении преступления, сообщило их данные и место нахождения, сведения, подтверждающие их участие в совершении преступления, а также указало лиц, которые могут дать свидетельские показания, лиц, которые приобрели похищенное имущество; указало место сокрытия похищенного, место нахождения орудий преступления, иных предметов и документов, которые могут служить средствами обнаружения преступления и установления обстоятельств уголовного дела).

Из материалов дела усматривается, что обстоятельства, касающиеся незаконного оборота наркотических средств ФИО2 и ФИО1 стали известны правоохранительным органам в связи с проведением оперативно-розыскных мероприятий и расследованием уголовного дела. В связи с этим были задержаны ФИО1 и ФИО2, которые досмотрены, по месту их жительства проведены осмотры, изъятое в результате проведённых следственных действий и ОРМ было осмотрено, установлены тайники, из которых также были изъяты наркотические средства. Информация о совершённых преступлениях, которая имела бы значение для их раскрытия и расследования, органам следствия осуждёнными ФИО2 и ФИО1 предоставлена не была.

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО2 и ФИО1, судом не было установлено.

Принимая во внимание наличие смягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, и отсутствие отягчающих обстоятельств, суд назначил ФИО2 наказание по правилам ч. 1 ст. 62 УК РФ, а также верно применил положения ч. 3 ст. 66 УК РФ.

Поскольку подсудимые ФИО2 и ФИО1 совершили преступления в организованной группе, суд правильно назначил им наказание за преступления с учётом положений ст.67 УК РФ, учитывая роль каждого в совершении преступления.

Таким образом, все данные о личностях осуждённых, в том числе и те, на которые ссылается защитник осуждённого ФИО2 в апелляционной жалобе, тщательно исследовались судом и получили соответствующую оценку в приговоре.

С учётом фактических обстоятельств совершённых преступлений ФИО2 и ФИО1, степени их общественной опасности, суд обоснованно не нашёл оснований для применения ч. 6 ст. 15 УК РФ и изменения категории преступления на менее тяжкую.

Также суд обоснованно пришёл к выводу о наличии оснований для назначения ФИО2 и ФИО1 окончательного наказания в виде реального лишения свободы и не усмотрел обстоятельств для назначения наказания с применением ст. 73 УК РФ и назначения дополнительных наказаний. С мотивированными суждениями суда по данным вопросам суд апелляционной инстанции не находит оснований не согласиться.

Вопреки доводам жалобы защитника, суд апелляционной инстанции не усматривает каких-либо исключительных обстоятельств для назначения осуждённым наказания с применением положений ст.64 УК РФ.

Судом первой инстанции правильно определён вид исправительного учреждения, назначенного ФИО2 и ФИО1 в соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ.

Вместе с тем, приговор суда подлежит изменению на основании ст. 38915 УПК РФ в связи с неправильным применением уголовного закона.

Согласно ч. 3 ст. 66 УК РФ срок или размер наказания за покушение на преступление не может превышать трёх четвертей максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного соответствующей статьёй Особенной части за оконченное преступление.

В силу ч. 1 ст. 62 УК РФ при наличии смягчающих обстоятельств, предусмотренных п. «и» и (или) «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ, и отсутствии отягчающих обстоятельств срок или размер наказания не могут превышать две трети максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного соответствующей статьей Особенной части УК РФ за совершённое преступление.

При этом по смыслу уголовного закона при применении ст. 62 УК РФ в случае совершения неоконченного преступления, указанная в этой норме часть наказания исчисляется от срока или размера наказания, которое может быть назначено по правилам ст. 66 УК РФ.

Суд первой инстанции квалифицировал действия ФИО2 по ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 4 ст. 2281 УК РФ – как покушение на незаконный сбыт наркотических средств (<.......>), массой 5,788 грамма), с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), организованной группой, в значительном размере, и назначил наказание по данному преступлению в виде 10 лет 6 месяцев лишения свободы.

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО2 по делу не установлено.

На основании п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ в качестве смягчающего наказание обстоятельства, наряду с другими, судом признана явка с повинной, и применены при назначении наказания ФИО2 положения указанной нормы.

Поскольку санкция ч. 4 ст. 2281 УК РФ за оконченное преступление предусматривает наказание в виде лишения свободы на срок от 10 до 20 лет, то с учётом последовательного применения положений ч. 3 ст. 66 УК РФ и требований ч. 1 ст. 62 УК РФ наказание ФИО2 по ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 4 ст. 2281 УК РФ не может превышать 10 лет лишения свободы.

Вместе с тем, из материалов дела следует, что в качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО2 в силу ч. 2 ст. 61 УК РФ, приведены и учтены - признание подсудимым вины и раскаяние в содеянном, наличие <.......>).

Назначение виновному максимально возможного наказания свидетельствует о том, что данные о личности ФИО2 при определении ему вида и меры наказания не учитывались.

При таких обстоятельствах назначенное ФИО2 наказание по ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 4 ст. 2281 УК РФ подлежит смягчению.

Поскольку верхний предел вновь образованного наказания - 10 лет лишения свободы - совпадает с низшим пределом наказания, предусмотренного санкцией ч. 4 ст. 2281 УК РФ, то при его преодолении, с учётом наличия у осуждённого иных смягчающих наказание обстоятельств, ссылка на ст. 64 УК РФ не требуется.

Кроме того, суд первой инстанции, квалифицируя действия ФИО2 и ФИО1 по незаконному сбыту психотропного вещества - <.......> массой 14,036 грамма, как оконченного преступления, совершённого в составе организованной группы, с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), в крупном размере не приняли во внимание следующие фактические обстоятельства дела и положения уголовного закона.

Так, в п. 24 «Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1», утверждённого Президиумом Верховного Суда РФ 1 июня 2022 года указано, что не может квалифицироваться как оконченное преступление незаконный сбыт наркотических средств (психотропных веществ) в случае, когда информация о местах произведённых лицом закладок наркотических средств (психотропных веществ) по независящим от него обстоятельствам не была доведена до приобретателей этих средств (веществ).

По материалам уголовного дела сведений о том, что информация о местах произведённых осуждёнными закладок психотропных веществ была доведена до приобретателей этих веществ, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Более того, по обстоятельствам дела, указанным в приговоре, ДД.ММ.ГГГГ при производстве осмотра тайников, оборудованных осуждёнными на участках местности в Ворошиловском и <адрес>х <адрес>, сокрытое в них психотропное вещество <.......>, общей массой 14,036 грамма, было изъято сотрудниками полиции.

Таким образом, суд апелляционной инстанции полагает, что квалификация действий осуждённых по незаконному сбыту психотропного вещества <.......> как оконченного преступления, является неверной и противоречит установленным в судебном заседании фактическим обстоятельствам дела, не может быть признана обоснованной, а потому действия ФИО2 и ФИО1, каждого, с пп. «а», «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ подлежат переквалификации на ч. 3 ст. 30, пп. «а», «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ как покушение на незаконный сбыт психотропных веществ (<.......>, массой 14,036 гр), совершённый с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), организованной группой, в крупном размере.

Помимо этого, суд апелляционной инстанции полагает, что вывод суда первой инстанции о том, что в действиях осуждённых установлено незаконное производство наркотических средств является неправильным, не основанным на фактических обстоятельствах дела и разъяснениях Верховного Суда Российской Федерации.

Судом установлено, что, в период с середины января по середину февраля 2020 года Свидетель №1, осуждённая по приговору Краснооктябрьского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ и ФИО1, выполняя свою роль «химиков» в деятельности, созданной и возглавляемой ФИО2 организованной группы, следуя указаниям последнего, незаконно произвели в <адрес> вещество, являющееся смесью, содержащей наркотическое средство <.......>) массой 51,51 грамма, в крупном размере.

Далее, в середине февраля 2020 года Свидетель №1, осуждённая по приговору Краснооктябрьского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ и ФИО1, следуя указаниям ФИО2 разделили незаконно приобретённое путём производства наркотическое средство <.......>) на части массой 46,487 грамма и 5,023 грамма, из которых первая часть наркотического средства была передана ФИО1 для организации последующего сокрытия в тайники и незаконного сбыта в составе организованной группы, а вторая осталась у ФИО6 по месту её жительства, где она разделила на части массой 1,394 гр., 2,851 гр. и 0,778 гр. и незаконно хранила с целью последующего незаконного сбыта в составе организованной группы и самостоятельно до изъятия из незаконного оборота сотрудниками полиции.

ФИО1, в середине февраля 2020 года, выполняя принятые на себя обязательства участника организованной группы в роли «кладовщика», следуя указаниям ФИО2 полученное наркотическое средство по месту своего жительства расфасовал его часть массой 41,704 гр. в 16 индивидуальных упаковок, которые впоследствии сокрыл в тайники на территории <адрес>, а другую, массой 4,783 грамма, впоследствии передал в ходе личной встречи несовершеннолетним Свидетель №2 и Свидетель №3, осужденным по приговору Центрального районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ с целью обеспечения последними фасовки и сокрытия в тайники.

Однако ФИО2, ФИО1, Свидетель №1 и их соучастники не смогли довести до конца свой совместный преступный умысел по не зависящим от них обстоятельствам, поскольку в период с 14 по ДД.ММ.ГГГГ их преступная деятельность была пресечена, а незаконно хранимое в целях незаконного сбыта и оставшееся не сбытым наркотическое средство <.......>) общей массой 51,51 грамма изъято из незаконного оборота.

Указанные действия каждого из осуждённых были квалифицированы по пп. «а», «г» ч. 4 ст. 2281 УК РФ, как незаконное производство наркотических средств, совершённое организованной группой, в крупном размере, а также по ч. 3 ст. 30, пп. «а», «г» ч. 4 ст. 2281 УК РФ как покушение на незаконный сбыт наркотических средств с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), организованной группой, в крупном размере.

Согласно п. 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 июня 2006 года № 14 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с наркотическими средствами, психотропными, сильнодействующими и ядовитыми веществами» указано, что под незаконным производством наркотических средств, психотропных веществ или их аналогов (статья 2281 УК РФ) следует понимать совершённые в нарушение законодательства Российской Федерации умышленные действия, направленные на серийное получение таких средств или веществ из растений, химических и иных веществ.

В п. 25 «Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1» закреплено, что для квалификации действий лица как незаконного производства наркотических средств, психотропных веществ или их аналогов должно быть установлено, что совершённые в нарушение законодательства Российской Федерации умышленные действия направлены на серийное получение таких средств или веществ, что предполагает их изготовление периодически повторяющимися партиями.

Вместе с тем, по мнению суда апелляционной инстанции, из установленных судом фактических обстоятельств дела не усматривается, что в действиях осуждённых имело место незаконное производство наркотического средства.

Сама по себе сложность получения из различных ингредиентов наркотического средства, использование химических реактивов и соответствующего оборудования не могут являться элементом его производства при отсутствии признака серийности.

Таким образом, изготовление осуждёнными наркотических средств, как установлено судом, имело место с целью их дальнейшего сбыта.

При таких обстоятельствах, квалификация действий каждого из осуждённых наряду с ч. 3 ст. 30, п.п. «а», «г» ч. 4 ст. 2281 УК РФ, дополнительно по п.п. «а», «г» ч. 45 ст. 2281 УК РФ, является излишней и подлежит исключению из осуждения каждого из осуждённых.

Кроме того, суд апелляционной инстанции находит обоснованными доводы апелляционного представления о нарушении судом требований ст.72 УК РФ при зачёте времени содержания под стражей в срок отбытия наказания осуждённому ФИО1

Так, суд первой инстанции, правильно установил в описательно-мотивировочной части приговора, что ФИО1 был задержан сотрудниками полиции ДД.ММ.ГГГГ, а не с ДД.ММ.ГГГГ, как указано в протоколе задержания в качестве подозреваемого в порядке ст. 91 УПК РФ, однако в резолютивной части приговора при зачёте времени содержания под стражей в срок отбытия наказания ошибочно указал, что время содержания под стажей ФИО1 засчитывается с ДД.ММ.ГГГГ, т.е. также как и ФИО2

При таких обстоятельствах указание неверной даты при зачёте времени содержания под стражей в срок отбытия наказания ФИО1 суд апелляционной инстанции расценивает как явную техническую ошибку, не влекущую за собой снижения наказания осуждённому ФИО1

Иных оснований для изменения либо отмены приговора суд апелляционной инстанции не усматривает, как и не усматривает оснований для удовлетворения апелляционной жалобы защитника Мошнякова М.В., апелляционное представление и апелляционная жалоба защитника Плеханова А.В. подлежат удовлетворению частично.

Руководствуясь ст. 38913, 38915, 38920, 38928, 38933 УПК РФ, суд

определил:

приговор Ворошиловского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО2 и ФИО1 изменить:

исключить осуждение ФИО2 и ФИО1, каждого, по п.п. «а», «г» ч. 4 ст. 2281 УК РФ за незаконное производство наркотического средства, совершённое организованной группой, в крупном размере, в связи с излишней квалификацией деяния;

смягчить ФИО2 назначенное ему по ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 4 ст. 2281 УК РФ (по эпизоду покушения на незаконный сбыт наркотического средства <.......>), массой 5,788 грамма) наказание до 9 лет 10 месяцев лишения свободы;

переквалифицировать действия ФИО2 с пп. «а», «г» ч. 4 ст. 2281 УК РФ на ч. 3 ст. 30, пп. «а», «г» ч. 4 ст. 2281 УК РФ (по эпизоду покушения на сбыт психотропного вещества <.......>, массой 14,036 грамма), назначив наказание в виде лишения свободы на срок 9 лет 11 месяцев;

на основании ч. 2 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путём частичного сложения назначенных наказаний назначить ФИО2 окончательное наказание в виде лишения свободы на срок 12 лет 10 месяцев с отбыванием в исправительной колонии строгого режима;

переквалифицировать действия ФИО1 с пп. «а», «г» ч. 4 ст. 2281 УК РФ на ч. 3 ст. 30, пп. «а», «г» ч. 4 ст. 2281 УК РФ (по эпизоду покушения на сбыт психотропного вещества <.......>, массой 14,036 грамма), назначив наказание в виде лишения свободы на срок 10 лет 6 месяцев;

на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путём частичного сложения назначенных наказаний назначить ФИО1 окончательное наказание в виде лишения свободы на срок 12 лет 10 месяцев с отбыванием в исправительной колонии строгого режима;

на основании ч. 3.2 и ч. 4 ст.72 УК РФ время содержания под стражей ФИО2 и отбытия им наказания в период с ДД.ММ.ГГГГ до дня вступления приговора в законную силу зачесть в срок лишения свободы из расчёта один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима;

на основании ч. 3.2 и ч. 4 ст.72 УК РФ время содержания под стражей ФИО1 и отбытия им наказания в период с ДД.ММ.ГГГГ до дня вступления приговора в законную силу зачесть в срок лишения свободы из расчёта один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

В остальном этот же приговор Ворошиловского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО2 и ФИО1 оставить без изменения, апелляционное представление удовлетворить, апелляционную жалобу (основную и дополнительную) защитника осуждённого ФИО2 – адвоката Мошнякова М.В. оставить без удовлетворения, апелляционную жалобу защитника Плеханова А.В. удовлетворить частично.

Апелляционное определение может быть обжаловано в Четвертый кассационный суд общей юрисдикции в порядке сплошной кассации, предусмотренном статьями 4017 и 4018 УПК РФ, в течение шести месяцев со дня его вынесения, через суд первой инстанции, а осуждёнными, содержащимися под стражей, – в тот же срок со дня вручения им копии апелляционного определения.

В случае пропуска шестимесячного срока для обжалования судебного решения в порядке сплошной кассации, предусмотренном статьями 4017 и 4018 УПК РФ, или отказа в его восстановлении, кассационные жалоба, представление подаются непосредственно в Четвёртый кассационный суд общей юрисдикции и рассматриваются в порядке выборочной кассации, предусмотренном статьями 40110 – 40112 УПК РФ.

Осуждённые вправе ходатайствовать о своём участии при рассмотрении дела в суде кассационной инстанции.

Председательствующий

Судьи:

Справка: осуждённые ФИО1 и ФИО2 содержатся в ФКУ <адрес>.