Решение по делу № 2-3651/2023 от 28.11.2023 - о взыскании материального ущерба.

№

№

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

28 ноября 2023 года город Омск

Октябрьский районный суд г. Омска

в составе председательствующего судьи Дорошкевич А.Н.,

при секретаре судебного заседания ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Бюджетного учреждения здравоохранения Омской области «Клинический диагностический центр» к ФИО1 о взыскании материального ущерба,

УСТАНОВИЛ:

Бюджетное учреждение здравоохранения Омской области «Клинический диагностический центр» (далее – БУЗОО «КДЦ») обратилось в суд с вышеуказанным исковым заявлением. В обоснование требований указало, что решением Куйбышевского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ удовлетворены исковые требования ФИО4 к БУЗОО «КДЦ» о возмещении материального ущерба и компенсации морального вреда, причиненных вследствие нарушения условий оказания медицинской помощи. Судом постановлено взыскать с БУЗОО «КДЦ» компенсацию морального вреда 100 000 рублей в пользу ФИО4, расходы на проведение судебной экспертизы в размере 41 964,64 руб. в пользу БУЗОО «БСМЭ», государственную пошлину в доход местного бюджета 150 руб. В результате проведенной по делу судебной экспертизы были выявлены дефекты оказания медицинской помощи со стороны врача эндоскописта ФИО1, что послужило основанием для удовлетворения исковых требований. Решение Куйбышевского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ исполнено. ДД.ММ.ГГГГ БУЗОО «КДЦ» издан приказ № «О проведении служебного расследования», от ответчика истребованы письменные объяснения для выяснения причин возникновения ущерба. ДД.ММ.ГГГГ комиссией составлен акт по результатам служебного расследования. Комиссией было установлено, что врачом-эндоскопистом эндоскопического отделения ФИО1 и заведующим эндоскопического отделения ФИО6 совершены виновные действия, выраженные в неисполнении должностных обязанностей, оказании медицинской помощи ФИО4 с дефектами, что повлекло причинение прямого действительного ущерба в размере 142 114,64 руб. После исполнения судебного решения было проведено повторное заседание комиссии и составлен акт от ДД.ММ.ГГГГ. Письмом от ДД.ММ.ГГГГ ответчику было предложено добровольно возместить ущерб. Письмом от ДД.ММ.ГГГГ ФИО6 также предложено возместить ущерб в добровольном порядке. ДД.ММ.ГГГГ между БУЗОО «КДЦ» и ФИО6 заключено соглашение о возмещении ущерба, причиненного работником работодателю в размере среднемесячного заработка в размере 63 542 руб. 64 коп. Средний заработок ФИО1 составляет 44 156,35 руб. Трудовой договор с ФИО1 расторгнут ДД.ММ.ГГГГ. На основании изложенного истец просил взыскать с ответчика материальный ущерб в размере 44 156,35 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 1 525 руб.

Представитель истца БУЗОО «КДЦ» по доверенности ФИО7 в судебном заседании исковые требования поддержала в полном объеме по основаниям, изложенным в иске.

Ответчик ФИО1 в судебном заседании возражал против удовлетворения исковых требований. Полагал, что истцом пропущен срок исковой давности, который необходимо исчислять со дня вступления в законную силу решения Куйбышевского районного суда <адрес>. Дополнительно пояснил, что, по его мнению, отсутствуют основания для взыскания с него заявленного ущерба, учитывая, что подлежащий взысканию с работника ущерб в таких случаях должен был быть действенным и прямым, в его же случае болезнь у пациентки уже была и своими действиями он ее не ухудшил. В диагностическом центре в спорный период действовал приказ, согласно которому в сложных диагностических случаях он, как врач-эндоскопист, обязан вызывать заведующую эндоскопическим отделом, что им и было сделано в ситуации с пациенткой ФИО4 По приходу заведующей, ей также ситуация была непонятна. На момент происшествия его стаж врачебной деятельности составлял 21 год, врача по специальности эндоскопист 17 лет. Случай с ФИО4 явился первым в его практике. Перед исследованием у пациента ФИО4 противопоказаний установлено не было, оснований для обнаружения у нее дивертикула сигмовидной ободочной кишки с истонченными стенками также не было, об этом стало известно лишь в ходе исследования. Считает, что прямая причинно-следственная связь между его действиями и перфорацией дивертикула у пациентки отсутствует. Он не мог предвидеть этот процесс. Кроме того указал, что судебной экспертизой установлено, что к протоколу исследования были приложены черно-белые фотографии дивертикула и сигмовидной кишки плохого качества, однако пациентке был выдан протокол с цветными фотографиями. Отсутствие в данном протоколе подписи заведующей не его вина. Просил отказать в удовлетворении требований истца в полном объеме.

Привлеченная к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО6 в судебное заседание не явилась, о времени и месте судебного разбирательства надлежащим образом.

В соответствии со ст. 167 ГПК РФ, суд счел возможным рассмотреть дело при данной явке.

Выслушав пояснения лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, и оценив доказательства с учетом требований закона об их допустимости, относимости и достоверности, как в отдельности, так и их взаимной связи в совокупности, установленные судом обстоятельства, суд приходит к следующему.

Согласно статье 12 Гражданского процессуального кодекса РФ, правосудие осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями пункта 3 статьи 123 Конституции РФ и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса РФ, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Из материалов дела следует, что ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ являлся работником БУЗОО «КДЦ», осуществлял трудовую деятельность в должности врача-эндоскописта на основании трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ (в редакции дополнительных соглашений от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ), приказа о приеме работника на работу №-лс от ДД.ММ.ГГГГ.

Кроме того, на основании трудового договора № ДД.ММ.ГГГГ 95/2018 от ДД.ММ.ГГГГ ответчик осуществлял по внутреннему совместительству трудовую деятельность в БУЗОО «КДЦ» в должности врача-эндоскописта эндоскопического отдела до 0,25 ставки, с оплатой за счет средств от платных услуг и иной приносящей доход деятельности.

На основании заявления ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ указанные трудовые договоры расторгнуты по инициативе работника ДД.ММ.ГГГГ.

В соответствии с трудовым договором № от ДД.ММ.ГГГГ, размер должностного оклада ответчика составлял 5 280 рублей. Вместе с тем договором предусмотрены выплаты компенсационного характера в виде районного коэффициента 15 %, выплаты за выполнение работ с вредными и(или) опасными и иными особыми условиями труда – 15 %, а также выплаты стимулирующего характера: за интенсивность и напряженность труда – 100 % оклада, за стаж непрерывной работы – 30 % от оклада.

Согласно дополнительному соглашению от ДД.ММ.ГГГГ, работнику установлен оклад 14 400 рублей в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и 18 700 рублей с ДД.ММ.ГГГГ, персональный повышающий коэффициент с ДД.ММ.ГГГГ в размере 10 % от оклада, районный коэффициент. Согласно дополнительному соглашению от ДД.ММ.ГГГГ, работнику установлен оклад 3 600 рублей в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и 4 675 рублей с ДД.ММ.ГГГГ, персональный повышающий коэффициент с ДД.ММ.ГГГГ в размере 10 % от оклада, районный коэффициент. Согласно дополнительному соглашению от ДД.ММ.ГГГГ, работнику установлен оклад 20 600 рублей, выплаты компенсационного (15 % от оклада) и стимулирующего характера (надбавка за показатели и эффективность, 10 % за наличие второй квалификационной категории до ДД.ММ.ГГГГ).

В соответствии с трудовым договором № ДД.ММ.ГГГГ 95/2018 от ДД.ММ.ГГГГ, размер должностного оклада ответчика составлял 4 675 рублей, предусмотрены выплаты компенсационного характера в виде районного коэффициента 15 %.

Согласно справкам о доходах и суммах налога физического лица за 2021 год, доход ответчика в БУЗОО «Клинический диагностический центр» за 2018 год составил 1 172 371,98 руб., за 2019 год – 1 234 568,60 руб., за 2020 год – 799 206,51 руб., за 2021 год – 1 036 782,47 руб., за 2022 год – 329 587,64 руб.

Вступившим в законную силу ДД.ММ.ГГГГ решением Куйбышевского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ по делу № постановлено исковые требования ФИО4 удовлетворить частично; взыскать с Бюджетного учреждения здравоохранения <адрес> «Клинический диагностический центр» в пользу ФИО4 компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб.; взыскать с Бюджетного учреждения здравоохранения <адрес> «Городская поликлиника №» в пользу ФИО4 компенсацию морального вреда в размере 20 000 руб.; в удовлетворении остальной части исковых требований отказать; взыскать с Бюджетного учреждения здравоохранения <адрес> «Клинический диагностический центр» в пользу Бюджетного учреждения здравоохранения <адрес> «Бюро судебно-медицинской экспертизы» стоимость услуг по проведению судебной медицинской экспертизы 41 964,64 руб.; взыскать с Бюджетного учреждения здравоохранения <адрес> «Клинический диагностический центр» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 150 руб.; взыскать с Бюджетного учреждения здравоохранения <адрес> «Городская поликлиника №» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 150 руб.

Согласно части 2 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом.

В ходе рассмотрения указанного гражданского дела Куйбышевским районным судом <адрес> установлен факт оказания БУЗОО «КДЦ» пациентке ФИО4 некачественной медицинской помощи, причинившей ей нравственные страдания. Разрешая спор, суд пришел к выводу о наличии оснований для возложения на БУЗОО «КДЦ» обязанности по возмещению ФИО4 вреда, причиненного в результате некачественно оказанной медицинской помощи. Данные выводы основаны на принятом в качестве надлежащего доказательства заключении экспертов БУЗ <адрес> «Бюро судебной медицинской экспертизы» № от ДД.ММ.ГГГГ, подготовленном в результате проведения судебной экспертизы. Данным заключением установлено, что БУЗОО «КДЦ» допущены следующие дефекты оказания медицинской помощи ФИО4: недостатки техники исследования: при обнаружении дивертикула сигмовидной ободочной кишки с истонченными стенками врачу эндоскописту БУЗОО «КДЦ» ФИО1 следовало прекратить исследование и вызвать бригаду скорой медицинской помощи для транспортировки ФИО4 в дежурный многопрофильный стационар, а не продолжать инсуфляцию воздуха на стенку дивертикула и/или в просвет кишки в течении неустановленного времени; отсутствие обратной аспирации воздуха в ходе процедуры, что в ходе фиброколоноскопии в БУЗОО «КДЦ» сделано не было, на что указывает выраженная подкожная эмфизема у пациентки при поступлении в БУЗОО «ГКБ № им. ФИО5». Также выявлены недостатки диагностики: к протоколу фиброколоноскопии от ДД.ММ.ГГГГ прилагается 4 черно-белые фотографии плохого качества (3 из которых - дивертикула, 1- сигмовидной кишки), в то время как требуется четкая идентификация и фотографии основных анатомических ориентиров (в т.ч.-изображения нижней части прямой кишки на 2 см выше анальной линии при данной неполной колоноскопии); в протоколе фиброколоноскопии ФИО4 указано, что была осмотрена только прямая и сигмовидная ободочная кишка, дальнейшее продвижение колоноскопа было затруднено. При этом причина в протоколе не указана; после подозрении на перфорацию дивертикула пациентка должна быть осмотрена врачом реаниматологом БУЗОО «КДЦ». Перед исследованием врач эндоскопист ознакомился с медицинской документацией, но с какой именно - не указано. Время начала процедуры в протоколе не отсутствует (направление было выдано на 12.10 часов). На 4 черно-белых фотографиях-дивертикула и сигмовидной кишки плохого качества, которые прилагаются к протоколу фиброколоноскопии, время осмотра соответствующих отделов кишки плохо различимо (дивертикул в 11.48, 11.55, 12.08 часов, сигмовидная кишка в 12.05 часов). Европейское общество гастроинтестинальной эндоскопии (ESGE) также рекомендует также фиксировать время выведения колоноскопа (CWT), которое должно составлять 6 мин (при полном обследовании) в не менее чем 90% случаев, чего в протоколе исследования не указано. В протоколе исследования немазана степень очистки кишечника по Бостонской шкале (BBPS) или шкале Оттава (OBPS). В протоколе исследования не указаны положение оси эндоскопа (при правильной технике требуется удержание собственной оси эндоскопа) и длина введенного аппарата эндоскопа. Осмотр дивертикула осуществлялся совместно с заведующим отделения и к.м.н., однако их подписи в протоколе отсутствуют. Исходя из протокола исследования установить, когда произошла перфорация патологически измененной воспалительным процессом стенки дивертикула - во время инсуфляции воздуха в сигмовидную ободочную кишку или при инсуфляции воздуха непосредственно на стенку дивертикула, не представляется возможным. Выставленный после фиброколоноскопии предварительный диагноз «Дивертикул сигмовидной кишки. Нельзя исключить прикрытую перфорацию дивертикула» не полный (отсутствует формулировка «Дивертикулярная болезнь толстой кишки с прободением или абсцессом» и не отражены сопутствующие заболевания пациентки).

Указанное решение явилось основанием проведения БУЗОО «КДЦ» служебной проверки для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения, в связи с чем, ДД.ММ.ГГГГ главным врачом БУЗОО «КДЦ» издан приказ № о проведении служебного расследования.

Как следует из представленных доказательств, ДД.ММ.ГГГГ ответчику со стороны БУЗОО «КДЦ» предлагалось дать объяснения по факту причин возникновения ущерба. ДД.ММ.ГГГГ комиссией БУЗОО «КДЦ» составлен акт по результатам служебного расследования, согласно которому комиссия пришла к выводу о том, что заведующим эндоскопическим отделом ФИО6 и врачом-эндоскопистом ФИО1 совершены виновные действия, выраженные в неисполнении должностных обязанностей, оказании медицинской помощи ФИО4 с дефектами, что повлекло причинение прямого действительного ущерба БУЗОО «КДЦ» в размере 142 114,64 руб.

Согласно представленными в материалы дела платежному поручению № от ДД.ММ.ГГГГ, мемориальному ордеру №Р от ДД.ММ.ГГГГ, во исполнение вышеуказанного вступившего в законную силу решения суда по гражданскому делу № БУЗОО «КДЦ» произведена выплата денежных средств на общую сумму в размере 141 964,64 руб.

В данной связи, БУЗОО «КДЦ» проведено повторное заседание комиссии, в результате которого составлен акт от ДД.ММ.ГГГГ. Согласно акту комиссия пришла к выводу о том, что взысканию с виновных лиц, а именно с ФИО1, ФИО6 подлежат денежные средства в размере среднего месячного заработка с каждого.

Письмом от ДД.ММ.ГГГГ ответчику предложено добровольно возместить ущерб в размере 44 156,35 руб. ДД.ММ.ГГГГ ответчику повторно предложено добровольно возместить причиненный ущерб.

При этом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ между ФИО6 и БУЗОО «КДЦ» заключено соглашение о возмещении ущерба, причиненного работником работодателю в размере среднего заработка данного работника – 63 542,64 руб.

Согласно доводам представителя истца, ФИО6 до настоящего времени осуществляет в БУЗОО «КДЦ» трудовую деятельность, с ее заработной платы удерживается ежемесячно 12 700 рублей в счет возмещения причиненного данным работником материального ущерба.

Однако поскольку ФИО1 требуемая сумма ущерба выплачена не была, данное обстоятельство послужило основанием для обращения БУЗОО «КДЦ» в суд с иском о взыскании с него указанного материального ущерба в размере среднего заработка ответчика – 44 156,35 рублей.

Согласно статье 1064 Гражданского кодекса РФ, устанавливающей общие основания ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред (абзац первый пункта 1 статьи 1064). Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда (абзац второй пункта 1 статьи 1064).

Юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей (пункт 1 статьи 1068 Гражданского кодекса РФ).

В силу пункта 1 статьи 1081 Гражданского кодекса РФ лицо, возместившее вред, причиненный другим лицом (работником при исполнении им служебных, должностных или иных трудовых обязанностей, лицом, управляющим транспортным средством, и т.п.), имеет право обратного требования (регресса) к этому лицу в размере выплаченного возмещения, если иной размер не установлен законом.

Исходя из приведенных норм работодатель несет обязанность по возмещению третьим лицам вреда, причиненного его работником при исполнении им служебных, должностных или иных трудовых обязанностей. В случае возмещения такого вреда работодатель имеет право регрессного требования к своему работнику в размере выплаченного возмещения, если иной размер не установлен законом. Под вредом (ущербом), причиненным работником третьим лицам, понимаются все суммы, выплаченные работодателем третьим лицам в счет возмещения ущерба.

Сторона трудового договора (работодатель или работник), причинившая ущерб другой стороне, возмещает этот ущерб в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации и иными федеральными законами (часть 1 статьи 232 Трудового кодекса РФ).

Как разъяснено в пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 г. N 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» ответственность юридического лица или гражданина, предусмотренная пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации, наступает за вред, причиненный его работником при исполнении им своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании заключенного трудового договора (служебного контракта).

Статьей 233 Трудового кодекса РФ определены условия, при наличии которых возникает материальная ответственность стороны трудового договора, причинившей ущерб другой стороне этого договора. В соответствии с этой нормой материальная ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате ее виновного противоправного поведения (действий или бездействия), если иное не предусмотрено данным кодексом или иными федеральными законами. Каждая из сторон трудового договора обязана доказать размер причиненного ей ущерба.

Главой 39 Трудового кодекса РФ «Материальная ответственность работника» урегулированы отношения, связанные с возложением на работника, причинившего работодателю имущественный ущерб, материальной ответственности, в том числе установлены пределы такой ответственности.

Статьей 238 Трудового кодекса РФ установлено, что работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат. Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам.

Согласно пункту 4 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16 ноября 2006 года N 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю» к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности, относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действия или бездействие) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 15 указанного постановления Пленума Верховного Суда РФ, при определении суммы, подлежащей взысканию, судам следует учитывать, что в силу статьи 238 Трудового кодекса Российской Федерации работник обязан возместить лишь прямой действительный ущерб, причиненный работодателю, под которым понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе находящегося у работодателя имущества третьих лиц, если он несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение или восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам.

Статьей 241 Трудового кодекса РФ определено, что за причиненный ущерб работник несет материальную ответственность в пределах своего среднего месячного заработка, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом или иными федеральными законами.

Полная материальная ответственность работника состоит в его обязанности возмещать причиненный работодателю прямой действительный ущерб в полном размере. Материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба может возлагаться на работника лишь в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом или иными федеральными законами. Работники в возрасте до восемнадцати лет несут полную материальную ответственность лишь за умышленное причинение ущерба, за ущерб, причиненный в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения, а также за ущерб, причиненный в результате совершения преступления или административного правонарушения (статья 242 Трудового кодекса РФ).

Из приведенных нормативных положений следует, что основным видом материальной ответственности работника за ущерб, причиненный работодателю, является ограниченная материальная ответственность. Она заключается в обязанности работника возместить причиненный работодателю прямой действительный ущерб, но не свыше установленного законом максимального предела, определяемого в соотношении с размером получаемой им заработной платы. Таким максимальным пределом является средний месячный заработок работника. Применение ограниченной материальной ответственности работника в пределах его среднего месячного заработка означает, что, если размер ущерба превышает среднемесячный заработок работника, он обязан возместить только ту его часть, которая равна его среднему месячному заработку. Правило об ограниченной материальной ответственности работника в пределах его среднего месячного заработка применяется во всех случаях, кроме тех, в отношении которых Трудовым кодексом Российской Федерации или иным федеральным законом прямо установлена более высокая материальная ответственность работника, в частности полная материальная ответственность.

Согласно статье 243 Трудового кодекса РФ материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба возлагается на работника в следующих случаях: 1) когда в соответствии с данным кодексом или иными федеральными законами на работника возложена материальная ответственность в полном размере за ущерб, причиненный работодателю при исполнении работником трудовых обязанностей; 2) недостачи ценностей, вверенных ему на основании специального письменного договора или полученных им по разовому документу; 3) умышленного причинения ущерба; 4) причинения ущерба в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения; 5) причинения ущерба в результате преступных действий работника, установленных приговором суда; 6) причинения ущерба в результате административного правонарушения, если таковое установлено соответствующим государственным органом; 7) разглашения сведений, составляющих охраняемую законом тайну (государственную, служебную, коммерческую или иную), в случаях, предусмотренных федеральными законами; 8) причинения ущерба не при исполнении работником трудовых обязанностей.

В пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16 ноября 2006 года N 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю» разъяснено, что при рассмотрении дела о возмещении причиненного работодателю прямого действительного ущерба в полном размере работодатель обязан представить доказательства, свидетельствующие о том, что в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации либо иными федеральными законами работник может быть привлечен к ответственности в полном размере причиненного ущерба и на время его причинения достиг восемнадцатилетнего возраста, за исключением случаев умышленного причинения ущерба либо причинения ущерба в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения, либо если ущерб причинен в результате совершения преступления или административного проступка, когда работник может быть привлечен к полной материальной ответственности до достижения восемнадцатилетнего возраста (статья 242 Трудового кодекса РФ).

Оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимосвязи, суд принимает во внимание, что факт оказания БУЗОО «КДЦ» некачественной медицинской услуги ФИО4 установлен вступившим в законную силу решением Куйбышевского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ. При этом дефекты оказания медицинской помощи имели место со стороны врача-эндоскописта ФИО1, которому при обнаружении дивертикула сигмовидной ободочной кишки с истонченными стенками следовало прекратить исследование в отношении пациента и вызывать бригаду скорой медицинской помощи, а не продолжать инсуфляцию воздуха на стенку дивертикула и/или в просвет кишки в течение неустановленного времени.

Доводы ответчика об отсутствии его вины в наступлении неблагоприятных для пациента ФИО4 последствий опровергаются заключением судебной экспертизы и вступившим в законную силу поименованным выше решением суда. Так, решение содержит выводы о том, что допущенные врачом эндоскопистом дефекты (недостатки) оказания медицинской помощи, хотя и косвенно, но все же способствовали причинению вреда здоровью ФИО4

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении N 30-П от ДД.ММ.ГГГГ, признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела; тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности.

Решением Куйбышевского районного суда <адрес> установлено наличие косвенной причинно-следственной связи недостатков оказания медицинской помощи БУЗОО «КДЦ» и ухудшением состояния здоровья ФИО4, причинения ей нравственных и физических страданий, однако именно ненадлежащее исполнение ответчиком ФИО1 своих должностных обязанностей послужило причиной некачественно оказанной медицинской помощи, что впоследствии повлекло обязанность работодателя по возмещению причиненного работником ущерба. Данные обстоятельства, безусловно, свидетельствуют о наличии прямого действительного ущерба, причиненного работодателю.

Анализируя изложенное, учитывая приведенные нормы материального права, а также содержащиеся в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 52 разъяснения, принимая во внимание, что БУЗОО «КДЦ» возместило ФИО4 вред, причиненный ей работниками диагностического центра, суд считает, что работодатель приобрел право регресса к ответчику, который в силу статьи 241 Трудового кодекса РФ должен нести ограниченную материальную ответственность, так как его действия по нарушению диагностики и техники эндоскопического исследования повлекли в дальнейшем причинение работодателю материального ущерба. При этом суд учитывает, что БУЗОО «КДЦ» с ФИО6 ДД.ММ.ГГГГ заключено соглашение о возмещении ущерба в пределах ее среднего заработка (63 542,64 руб.), в рамках которого из заработной платы последней с июля 2023 года производятся соответствующие удержания в размере 12 700 рублей, остаток долга составляет 12 742,64 рублей, дата его выплаты до ДД.ММ.ГГГГ. ФИО1 до настоящего времени ущерб не возмещен.

Таким образом, суд приходит к выводу о взыскании с ответчика в пользу истца в порядке регресса денежных средств, выплаченных истцом на основании решения суда в счет компенсации морального вреда и оплаты расходов на проведение судебной экспертизы, в пределах среднего месячного заработка.

Определяя размер подлежащей взысканию суммы материального ущерба, суд исходит из положений статьи 139 Трудового кодекса РФ, согласно которой для всех случаев определения размера средней заработной платы (среднего заработка), предусмотренных настоящим Кодексом, устанавливается единый порядок ее исчисления.

Такой порядок регламентирован Положением об особенностях порядка исчисления средней заработной платы, утвержденным постановлением Правительства РФ от ДД.ММ.ГГГГ № (далее – Положение).

Для расчета средней заработной платы учитываются все предусмотренные системой оплаты труда виды выплат, применяемые у соответствующего работодателя независимо от источников этих выплат (абзац 2 статьи 139 Трудового кодекса РФ).

При любом режиме работы расчет средней заработной платы работника производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата. При этом календарным месяцем считается период с 1-го по 30-е (31-е) число соответствующего месяца включительно (в феврале - по 28-е (29-е) число включительно) (абзац 3 статьи 139 Трудового кодекса РФ).

Согласно пункту 3 Положения, для расчета среднего заработка не учитываются выплаты социального характера и иные выплаты, не относящиеся к оплате труда (материальная помощь, оплата стоимости питания, проезда, обучения, коммунальных услуг, отдыха и другие).

В силу положений пункта 5 Положения, при исчислении среднего заработка из расчетного периода исключается время, а также начисленные за это время суммы, если: а) за работником сохранялся средний заработок в соответствии с законодательством Российской Федерации, за исключением перерывов для кормления ребенка, предусмотренных трудовым законодательством Российской Федерации; б) работник получал пособие по временной нетрудоспособности или пособие по беременности и родам; в) работник не работал в связи с простоем по вине работодателя или по причинам, не зависящим от работодателя и работника; г) работник не участвовал в забастовке, но в связи с этой забастовкой не имел возможности выполнять свою работу; д) работнику предоставлялись дополнительные оплачиваемые выходные дни для ухода за детьми-инвалидами и инвалидами с детства; е) работник в других случаях освобождался от работы с полным или частичным сохранением заработной платы или без оплаты в соответствии с законодательством Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 6 Положения, в случае если работник не имел фактически начисленной заработной платы или фактически отработанных дней за расчетный период или за период, превышающий расчетный период, либо этот период состоял из времени, исключаемого из расчетного периода в соответствии с пунктом 5 настоящего Положения, средний заработок определяется исходя из суммы заработной платы, фактически начисленной за предшествующий период, равный расчетному.

Как следует из материалов дела, действительный ущерб работодателю был причинен ДД.ММ.ГГГГ в размере 100 000 руб., ДД.ММ.ГГГГ – в размере 41 964,64 руб. Между тем, поскольку вопрос о возмещении работодателю материального ущерба возник уже после увольнения, расчет среднего заработка надлежит исчислять за 12 месяцев, предшествовавших увольнению ответчика, то есть за период с апреля 2021 года по март 2022 года.

Таким образом, при определении размера среднего месячного заработка суд руководствуется статьей 139 Трудового кодекса РФ, Положением об особенностях порядка исчисления средней заработной платы, утвержденным Постановлением Правительства РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 922, исходит из общей суммы заработной платы работника за 12 месяцев перед увольнением, поскольку вопрос о возмещении ущерба встал после увольнения ответчика.

Согласно записке-расчету об исчислении среднего заработка от ДД.ММ.ГГГГ, размер среднего месячного заработка ФИО1 за период с апреля 2021 года по март 2022 года составляет 44 156,35 руб.

Таким образом, суд определяет ко взысканию с ФИО1 в пользу БУЗОО «КДЦ» сумму ущерба в размере 44 156,35 руб., вместе с тем уматывает, что данная сумма не превышает размер ущерба с учетом выплаченных ФИО6 63 542,64 руб. (141 964,64 руб. – 63 542,64 руб. = 78 422 руб.).

Доводы ответчика о том, что при определении пределов возмещения ущерба использован завышенный размер его дохода, опровергаются материалами дела. Доказательств того, что фактически ответчику заработная плата выплачивалась в меньшем размере, в материалы дела не представлено.

Несостоятельны также доводы ответчика о том, что при определении пределов материальной ответственности следует исходить из размера заработка по состоянию на 2019 год, то есть на момент причинения ФИО4 вреда здоровью.

Работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат (часть 1 статьи 238 Трудового кодекса РФ).

Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам (часть 2 статьи 238 Трудового кодекса РФ).

В пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю» даны разъяснения, согласно которым при определении суммы, подлежащей взысканию, судам следует учитывать, что в силу статьи 238 Трудового кодекса РФ работник обязан возместить лишь прямой действительный ущерб, причиненный работодателю, под которым понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе находящегося у работодателя имущества третьих лиц, если он несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение или восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам. Под ущербом, причиненным работником третьим лицам, следует понимать все суммы, которые выплачены работодателем третьим лицам в счет возмещения ущерба. При этом необходимо иметь в виду, что работник может нести ответственность лишь в пределах этих сумм и при условии наличия причинно-следственной связи между виновными действиями (бездействием) работника и причинением ущерба третьим лицам.

На момент причинения вреда здоровью ФИО4 фактически материальный ущерб работодателю не был причинен. Само по себе причинение вреда здоровью ФИО4 не свидетельствует о причинении ущерба работодателю ответчика. Прямой ущерб для работодателя наступил в момент перечисления денежных средств в счет исполнения судебного решения. То обстоятельство, что средний месячный заработок работника должен быть взыскан именно в сумме, которую работник получал в период совершения им противоправного работодателю деяния, действующим законодательством не предусмотрено.

Статья 250 Трудового кодекса РФ предусматривает, что орган по рассмотрению трудовых споров может с учетом степени и формы вины, материального положения работника и других обстоятельств снизить размер ущерба, подлежащий взысканию с работника. Снижение размера ущерба, подлежащего взысканию с работника, не производится, если ущерб причинен преступлением, совершенным в корыстных целях.

Как разъяснено в пункте 16 названного выше постановления Пленума Верховного Суда РФ, если в ходе судебного разбирательства будет установлено, что работник обязан возместить причиненный ущерб, суд в соответствии с частью первой статьи 250 Трудового кодекса Российской Федерации может с учетом степени и формы вины, материального положения работника, а также других конкретных обстоятельств снизить размер сумм, подлежащих взысканию, но не вправе полностью освободить работника от такой обязанности. При этом следует иметь в виду, что в соответствии с частью 2 статьи 250 Трудового кодекса Российской Федерации снижение размера ущерба, подлежащего взысканию с работника, не может быть произведено, если ущерб причинен преступлением, совершенным в корыстных целях. Снижение размера ущерба допустимо в случаях как полной, так и ограниченной материальной ответственности. Оценивая материальное положение работника, следует принимать во внимание его имущественное положение (размер заработка, иных основных и дополнительных доходов), его семейное положение (количество членов семьи, наличие иждивенцев, удержания по исполнительным документам) и т.п.

По смыслу статьи 250 Трудового кодекса РФ и разъяснений Пленума Верховного Суда РФ по ее применению, правила этой нормы о снижении размера ущерба, подлежащего взысканию с работника, могут применяться как в случаях полной, так и ограниченной материальной ответственности. Для решения вопроса о снижении размера ущерба, причиненного работником, суд должен оценить обстоятельства, касающиеся материального и семейного положения такого работника, учесть степень и форму вины этого работника в причинении ущерба работодателю.

Положения статьи 250 Трудового кодекса РФ о снижении размера ущерба, подлежащего взысканию с работника, могут применяться судом при рассмотрении требований о взыскании с работника причиненного работодателю ущерба не только по заявлению работника, но и по инициативе суда. Суду при рассмотрении дела с учетом части 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса РФ необходимо вынести на обсуждение сторон вопрос о снижении размера ущерба, подлежащего взысканию с работника, и для решения этого вопроса оценить обстоятельства, касающиеся материального и семейного положения работника.

Ответчиком доказательства сложного материального положения, семейного положения, об имеющихся денежных обязательствах или исполнительных листах в отношении него, документы о принадлежащем на праве собственности имуществе, а также иные доказательства, подтверждающие материальное положение, не представлены. На данные обстоятельства ответчик в судебном заседании не ссылался.

Таким образом, вопреки доводам ответчика, оснований для снижения размера ущерба судом не установлено.

В соответствии с абзацем 2 пункта 5 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16.11.2006 года N 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю» к нормальному хозяйственному риску могут быть отнесены действия работника, соответствующие современным знаниям и опыту, когда поставленная цель не могла быть достигнута иначе, работник надлежащим образом выполнил возложенные на него должностные обязанности, проявил определенную степень заботливости и осмотрительности, принял меры для предотвращения ущерба, и объектом риска являлись материальные ценности, а не жизнь и здоровье людей.

Вышеуказанных обстоятельств в ходе судебного разбирательства не установлено.

Ответчиком в ходе судебного разбирательства заявлялось ходатайство о применении к требованиям истца последствий пропуска срока исковой давности.

Согласно части 3 статьи 392 Трудового кодекса РФ работодатель имеет право обратиться в суд по спорам о возмещении работником ущерба, причиненного работодателю, в течение одного года со дня обнаружения причиненного ущерба.

В данном случае прямым действительным ущербом является выплата работодателем из собственных средств путем перечисления, взысканных с него судом денежных средств в связи с некачественным оказанием ФИО4 ответчиком как работником истца медицинских услуг, в связи с чем, истец понес убытки, подлежащие возмещению.

В абзаце третьем пункта 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 года N 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю» разъяснено, что работодатель вправе предъявить иск к работнику о взыскании сумм, выплаченных в счет возмещения ущерба третьим лицам, в течение одного года с момента выплаты работодателем данных сумм.

Из приведенных положений статьи 392 Трудового кодекса РФ и разъяснений Пленума Верховного Суда РФ по их применению следует, что срок на обращение в суд работодателя за разрешением спора о возмещении работником ущерба, причиненного работодателю, составляет один год. Начало течения этого срока начинается с момента, когда работодателем осуществлены выплаты третьим лицам сумм в счет возмещения причиненного работником ущерба.

Денежные средства в счет возмещения причиненного работником ущерба перечислены 08 и ДД.ММ.ГГГГ, тогда как в суд иск направлен ДД.ММ.ГГГГ, в связи с чем истцом не пропущен установленный законом срок обращения в суд.

По правилам части 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

Согласно положениям статьи 393 Трудового кодекса РФ, при обращении в суд с иском по требованиям, вытекающим из трудовых отношений, в том числе по поводу невыполнения либо ненадлежащего выполнения условий трудового договора, носящих гражданско-правовой характер, работники освобождаются от оплаты пошлин и судебных расходов.

Исходя из положений указанной нормы, работник освобождается от всех судебных расходов независимо от результатов рассмотрения судом его иска, в том числе в случае частичного или полного отказа в удовлетворении требований работника, что связано с необходимостью обеспечения надлежащей защиты прав работника, находящегося в организационной зависимости от работодателя.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении N 1320-О-О от ДД.ММ.ГГГГ, правило об освобождении работника от судебных расходов при рассмотрении трудового спора направлено на обеспечение его права на судебную защиту с целью предоставления ему равного с работодателем доступа к правосудию и не противоречит принципу равенства, закрепленному в статье 19 (часть 1) Конституции Российской Федерации.

Таким образом, в целях предоставления дополнительных гарантий по обеспечению судебной защиты работниками своих трудовых прав, трудовое законодательство предусматривает освобождение работников от судебных расходов, что является исключением из общего правила, установленного частью 1 статьи 98 и частью 1 статьи 100 Гражданского процессуального кодекса РФ.

В связи с этим, оснований для удовлетворения требований о взыскании с ответчика судебных расходов не имеется.

Кроме того, поскольку исковые требования БУЗОО «КДЦ» удовлетворены, правовых оснований для взыскания в пользу ответчика расходов, понесенных им на оплату услуг адвоката, в соответствии со статьей 98 Гражданского процессуального кодекса РФ не имеется.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования Бюджетного учреждения здравоохранения <адрес> «Клинический диагностический центр» удовлетворить.

Взыскать с ФИО1 (№) в пользу Бюджетного учреждения здравоохранения Омской области «Клинический диагностический центр» (ИНН №) сумму причиненного материального ущерба в размере 44 156 рублей 35 копеек.

В удовлетворении требований ФИО1 о взыскании судебных расходов отказать.

Решение может быть обжаловано в Омский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Октябрьский районный суд г. Омска в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Судья Дорошкевич А.Н.

Решение в окончательной форме изготовлено «05» декабря 2023 года.