КОПИЯ
УИД 62RS0001-01-2023-002119-11 № 2-137/2025
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
03 сентября 2025 года г. Рязань
Железнодорожный районный суд г. Рязани в составе судьи Буторина А.Е.,
при секретаре Воротниковой М.А.,
с участием представителя ответчика - <данные изъяты> А.Н., действующего на основании доверенности,
рассмотрев в открытом судебном заседании в здании суда дело по иску <данные изъяты> Натальи Михайловны к <данные изъяты> Николаю Александровичу о признании завещания недействительным,
установил:
<данные изъяты> Н.М. обратилась в суд с иском к <данные изъяты> Н.А. о признании завещания недействительным, в обоснование которого указано, что ДД.ММ.ГГГГ умерла <данные изъяты> Мария Александровна.
При жизни, ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты> Мария Александровна составила на имя истца – Петрову (в настоящее время – <данные изъяты>) Наталью Михайловну, завещание, где все принадлежащее ей на день смерти имущество завещала истцу.
После смерти <данные изъяты> М.А. истец обратилась к нотариусу <данные изъяты> Ю.В. с заявлением о принятии наследства, представив все необходимые документы.
В последующем, от брата <данные изъяты> М.А. - <данные изъяты> Н.А., ответчика по делу, истцу стало известно, что умершая <данные изъяты> М.А. составила завещание на принадлежавшую ей при жизни <адрес> 1 по <адрес> в 2016 году, что соответственно отменяет ранее составленное завещание. Дату составления указанного завещания <данные изъяты> Н.А. истцу не сообщил.
Однако, начиная с 2010 года <данные изъяты> М.А. начала страдать деменцией, плохо ориентировалась во времени и пространстве, неоднократно находилась на лечении в РОКПБ им. Баженова, в последующем была признана недееспособной и отправлена в Романцевский психоневрологический интернат, где находилась по день своей смерти.
В силу указанных обстоятельств, истец полагает, что <данные изъяты> М.А. в момент составления последнего завещания не могла понимать значение своих действий и смысл происходящего.
Поскольку последнее составленное завещание <данные изъяты> М.А. на имя ответчика нарушает права истца, кроме как в судебном порядке, она лишена возможности восстановить нарушенное право.
На основании изложенного, просит суд признать недействительным завещание <данные изъяты> Марии Александровны на имя <данные изъяты> Николая Александровича.
Истец, извещалась судом о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом. Почтовое извещение возвращено за истечением срока хранения, в связи с чем суд полагает ее извещённой надлежащим образом.
Представитель истца представила письменное ходатайство о рассмотрении дела в свое отсутствие.
Ответчик извещен надлежащим образом, в суд не явился, направил своего представителя.
Представитель ответчик в судебном заседании возражал против удовлетворения иска, полагая, что отсутствуют основания для признания завещания недействительным, поскольку на дату его составления <данные изъяты> М.А. понимала характер и последствия своих действий.
Третье лицо нотариус <адрес> <данные изъяты> Ю.В. извещалась надлежащим образом. Представила письменное заявление о рассмотрении дела в ее отсутствие.
В соответствии со ст. 167 ГПК РФ, с учетом мнения представителя ответчика, дело рассмотрено в отсутствие не явившихся лиц.
Суд, выслушав пояснения представителя ответчика, исследовав материалы дела, приходит к следующему.
Из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты> Мария Александровна, ДД.ММ.ГГГГ г.р. составила завещание, которым все принадлежащее ей на день смерти имущество завещала истцу – Петровой (в настоящее время – <данные изъяты>) <данные изъяты>. Завещание удостоверено нотариусом <адрес> <данные изъяты>
ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты> М.А. составила новое завещание, которым принадлежавшую ей <адрес> завещала в равных долях <данные изъяты> Н.А. и <данные изъяты> В.А. Завещание удостоверено нотариусом <адрес> <данные изъяты>
ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты> М.А. умерла.
Нотариусом <адрес> <данные изъяты> Ю.В. открыто наследственное дело №. С заявлением о принятии наследства к нотариусу обратился брат <данные изъяты> Н.А., сестра <данные изъяты> В.А. подала заявление об отказе от наследования по всем основаниям в пользу брата <данные изъяты> Н.А. Также с заявлением о принятии наследства на основании завещания от ДД.ММ.ГГГГ обратилась <данные изъяты> Н.М.
Оспаривая завещание, истец указывает, что начиная с 2010 года <данные изъяты> М.А. начала страдать деменцией, плохо ориентировалась во времени и пространстве, неоднократно находилась на лечении в РОКПБ им. Баженова, в последующем была признана недееспособной и отправлена в Романцевский психоневрологический интернат, где находилась по день своей смерти.
Согласно пунктам 1 и 2 статьи 1131 Гражданского кодекса Российской Федерации при нарушении положений данного кодекса, влекущих за собой недействительность завещания, в зависимости от основания недействительности завещание является недействительным в силу признания его таковым судом (оспоримое завещание) или независимо от такого признания (ничтожное завещание). Завещание может быть признано судом недействительным по иску лица, права или законные интересы которого нарушены этим завещанием.
Как разъяснено в пункте 21 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 29 мая 2012 г. № 9 «О судебной практике по делам о наследовании», сделки, направленные на установление, изменение или прекращение прав и обязанностей при наследовании (в частности, завещание, отказ от наследства, отказ от завещательного отказа), могут быть признаны судом недействительными в соответствии с общими положениями о недействительности сделок (§ 2 главы 9 Гражданского кодекса Российской Федерации) и специальными правилами раздела V Гражданского кодекса Российской Федерации.
Положениями пункта 1 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.
С учетом изложенного, неспособность наследодателя в момент составления завещания понимать значение своих действий или руководить ими является основанием для признания завещания недействительным, поскольку соответствующее волеизъявление по распоряжению имуществом на случай смерти отсутствует.
Юридически значимыми обстоятельствами в таком случае являются наличие или отсутствие психического расстройства у наследодателя в момент составления завещания, степень его тяжести, степень имеющихся нарушений его интеллектуального и (или) волевого уровня.
Из материалов дела следует, что <данные изъяты> М.А. находилась на лечении в стационарном отделении ГБУ РО «Областная клиническая психиатрическая больница им. Н.Н. Баженова» с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ
ДД.ММ.ГГГГ решением Октябрьского районного суда <адрес> по делу № по заявлению <данные изъяты> Н.А. его сестра <данные изъяты> М.А. признана недееспособной в связи с наличием у нее психического расстройства в форме <данные изъяты> (№).
С ДД.ММ.ГГГГ по день смерти <данные изъяты> М.А. на основании договора о предоставлении социальных услуг, заключенным с законным представителем <данные изъяты> Н.А., находилась в ГБУ РО «Романцевский психоневрологический интернат».
В соответствии с частью 1 статьи 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу.
В силу части 3 статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в статье 67 названного кодекса. Несогласие суда с заключением должно быть мотивировано в решении или определении суда.
В пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 г. № 23 «О судебном решении» разъяснено, что заключение эксперта, равно как и другие доказательства по делу, не являются исключительными средствами доказывания и должны оцениваться в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами (статья 67, часть 3 статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). Оценка судом заключения должна быть полно отражена в решении. При этом суду следует указывать, на чем основаны выводы эксперта, приняты ли им во внимание все материалы, представленные на экспертизу, и сделан ли им соответствующий анализ.
В соответствии с частью 3 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.
С учетом изложенных норм права заключение экспертизы не обязательно, но должно оцениваться не произвольно, а в совокупности и во взаимной связи с другими доказательствами.
Согласно заключению комиссии экспертов ГБУ РРО «ОКПБ им. Н.Н. Баженова» от ДД.ММ.ГГГГ № <данные изъяты> М.А. при жизни, начиная с апреля 2014 г., страдала психическим расстройством в форме <данные изъяты> (№), диагноз которого в дальнейшем, а именно ДД.ММ.ГГГГ был изменен на: <данные изъяты> (шифр №). /Уровень развития современной науки не позволяет точно установить «с какого времени» началось выявленное в 2014 году у <данные изъяты> М.А. психическое расстройство, однако ретроспективный психопатологический анализ материалов гражданского дела и медицинской документации позволяет категорично утверждать, что не ранее апреля 2014 года. При ретроспективном психопатологическом анализе в материалах гражданского дела и медицинской документации на <данные изъяты> Марию Александровну, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, сведений о наличии у нее на дату составления завещания ДД.ММ.ГГГГ, объективных признаков какого-либо психического расстройства, которое, лишало бы ее возможности понимать значение своих действий и руководить ими не выявлено.
В судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ врачом судебно-психиатрическим экспертом <данные изъяты> М.Л. даны необходимые пояснения по данному заключению. Эксперт подтвердил отсутствие объективных данных о возникновении у <данные изъяты> М.А. признаков психического расстройства на 2012 г. Наличие у <данные изъяты> М.А. сенсорных нарушений (врожденная тугоухость) в практике психиатрических экспертиз не может быть основанием для выводов о возможности понимать значение своих действий и руководить ими.
Оснований для критической оценки указанного заключения и пояснений эксперта у суда не имеется, экспертиза проведена в государственной экспертном учреждении, экспертам, квалификация которых сомнений не вызывает, эксперты были предупреждены об ответственности за дачу заведомо ложных показаний. Само заключение отвечает предъявляемым к нему требованиям. Врачом судебно-психиатрическим экспертом <данные изъяты> М.Л. даны пояснения о достаточности представленных материалов для ответов на поставленные вопросы.
Оснований для назначения по делу по ходатайству истца дополнительной экспертизы, предусмотренных ст. 87 ГПК РФ, суд не усматривает, поскольку допустимых доказательств, опровергающих выводы экспертов, не представлено.
Наличие у <данные изъяты> М.А. нарушений слуха суд не может расценивать в качестве оснований для признания завещания, сделанного ей в 2012 году недействительным. Из пояснений лиц, участвующих в деле следует, что тугоухость <данные изъяты> М.А. носила врожденный характер, что, в таком случае, ставит под сомнение и завещание, составленное <данные изъяты> М.А. в пользу истца в 1996 году. Допрошенная в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ в качестве свидетеля <данные изъяты> подтвердила, что она осуществляла в 2012 г. деятельность в качестве нотариуса и удостоверяла оспариваемое завещание. Пояснила, что в случае сомнений в способности лица понимать значение своих действий нотариальное действие не совершается. Наличие проблем со слухом препятствием не является, в ходе беседы выясняется понимает ли гражданин характер своих действий.
Истцом не было представлено дополнительных материалов, что могло бы послужить основанием для решения вопроса о назначении повторной или дополнительной экспертизы.
В ходе рассмотрения дела судом были заслушаны свидетели.
Так свидетель <данные изъяты>. в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ пояснила, что является родной сестрой <данные изъяты> М.А. В 2012 г. <данные изъяты> была с <данные изъяты> М.А. у нотариуса, поскольку сестра проявила желание составить завещание на брата <данные изъяты> Н.А. Проявления психического расстройства начались у <данные изъяты> М.А. не ранее 2014 года.
Показания свидетелей <данные изъяты> данные суду ДД.ММ.ГГГГ, не могут быть положены судом в основу выводов о совершении оспариваемого завещания <данные изъяты> М.А., хотя и дееспособной на тот момент, но находившейся в момент совершения сделки в таком состоянии, когда она не была способна понимать значение своих действий или руководить ими. Сами по себе показания данных свидетелей о наличии «странностей» в поведении в 2010-2012 гг. не свидетельствуют о пороке воли <данные изъяты> М.А. в отсутствие каких-либо объективных медицинских данных.
При таких обстоятельствах суд приходит к выводу об отказе истцу в удовлетворении требования о признании недействительным совершенного <данные изъяты> М.А. завещания от ДД.ММ.ГГГГ.
На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ,
РЕШИЛ:
В удовлетворении исковых требований <данные изъяты> Натальи Михайловны (СНИЛС №) к <данные изъяты> Николаю Александровичу (паспорт №) о признании завещания недействительным – отказать в полном объеме.
На решение может быть подана апелляционная жалоба в Рязанский областной суд через Железнодорожный районный суд г. Рязани в течение месяца с даты изготовления мотивированного решения, то есть с 17 сентября 2025 года.
Мотивированное решение изготовлено 17 сентября 2025 года.
Судья - подпись -
Копия верна. Судья А.Е. Буторин