Судья Вергазов Н.Т. Дело 22-1388

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Иваново 09 августа 2023 года

Судебная коллегия по уголовным делам Ивановского областного суда в составе

председательствующего Волкова Е.В.,

судей Гусевой Л.В., Мадаминовой Ю.Б.,

при секретаре Суриковой Д.А.,

с участием

осужденного ФИО2 (посредством видеоконференц-связи),

адвоката Московкина А.В.,

прокурора Беляева А.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционные жалобы осужденного ФИО2 и в его интересах адвоката Московкина А.В., апелляционное представление государственного обвинителя Смирновой Т.Ю. на приговор Фрунзенского районного суда г.Иваново от 10 октября 2022 года, которым

ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес>, гражданин РФ, судимый,

- 14 ноября 2011 года приговором Красноперекопского районного суда г.Ярославля (с учетом изменений) по ч. 2 ст. 162 УК РФ к 8 годам 6 месяцам лишения свободы; освобожден ДД.ММ.ГГГГ по отбытии срока;

осужден:

- по ч. 3 ст. 162 УК РФ к 11 годам лишения свободы, с отбыванием основного наказания в исправительной колонии строгого режима, с ограничением свободы на срок 1 год, с установлением ограничений и обязанности.

Заслушав доклад судьи Гусевой Л.В., обсудив доводы апелляционных жалоб, апелляционного представления, выслушав мнение участников процесса,

УСТАНОВИЛА:

ФИО2 признан судом виновным в совершении разбоя, то есть нападения в целях хищения чужого имущества, совершенного с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья, группой лиц по предварительному сговору, с применением предмета, используемого в качестве оружия, с незаконным проникновением в иное хранилище, в крупном размере.

Обстоятельства совершения преступления подробно изложены в приговоре.

В апелляционной жалобе адвокат Московкин А.В. в интересах осужденного ФИО2 выражает несогласие с приговором суда, считая его незаконным и необоснованным.

Указывает, что судом нарушены сроки рассмотрения заявленных стороной защиты ходатайств, не исследованы и не оценены приводимые доводы; не установлен ущерб, причиненный потерпевшему, поскольку материалы дела не содержат сведений о закупочной цене ювелирных изделий, а также документы, свидетельствующие о приобретении потерпевшим данных изделий у завода изготовителя; нарушено право на защиту – они были лишены права знакомиться с вещественными доказательствами, которые незаконно были выданы следствием потерпевшему, а представленные потерпевшим в суде ювелирные изделия, которые были осмотрены, не соответствуют по виду и количеству, которые отражены в протоколе личного досмотра от ДД.ММ.ГГГГ; факт отсутствия у ФИО2 ювелирных изделий и вручение их ему сотрудниками полиции подтверждается двумя протоколами личного досмотра, составленными до протокола личного досмотра, в ходе которого у него изъяты ювелирные изделия; судом необоснованно отказано в допросе свидетелей - сотрудников полиции и понятых, участвовавших при проведении трех личных досмотров ФИО2; судом не разрешено ходатайство о назначении технической экспертизы и признании недопустимым доказательством диска с видеозаписью; представитель потерпевшего представила следователю видеозапись посредством мессенджера, при этом материалы дела не содержат об этом сведений, кроме того, данный способ изъятия не предусмотрен УПК РФ; согласно пояснениям представителя потерпевшего, просмотренная видеозапись не является той записью, которую она представляла следователю, а лишь является схожей; постановления о признании и приобщении к уголовному делу вещественных доказательств от ДД.ММ.ГГГГ,ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ являются недопустимыми доказательствами и подлежат исключению, поскольку сбор и фиксация вещественных доказательств проведены не в рамках УПК РФ; не установлено происхождение аттестата об окончании ФИО2 10 классов, на которое ссылается в своем постановлении начальник СО при отмене решения следователя о назначении переводчика, напротив, на судебный запрос пришел ответ об окончании ФИО2 8 классов.

Просит приговор суда отменить, направить дело на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО2 выражает несогласие с приговором суда, считая его незаконным, необоснованным и немотивированным.

Приводит доводы, аналогичные доводам жалобы адвоката, указывает, что судом не установлено событие преступного деяния, доказанность квалифицирующих признаков, его вина; нарушено его право на защиту, предусмотренное Конституцией РФ и УПК РФ, а именно право на осуществление защиты на родном языке, кроме того, материалы уголовного дела за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ подлежат исключению как недопустимые доказательства ввиду отсутствия по делу переводчика и перевода указанных и последующих материалов дела; судом по ходатайствам стороны защиты о признании недопустимыми доказательствами ввиду подлога и фальсификации материалов дела не принято мотивированных решений; при ознакомлении с материалами дела он и защитник были лишены права знакомится с вещественными доказательствами; следователем в документы занесена ложная информации об отказе в подписи, поскольку согласно ответу из СИЗО в период времени, указанный в протоколах о назначении экспертиз и заключения экспертов, с ним никаких следственных действий, в том числе с выездом не производилось, однако данное обстоятельство оставлено без внимания судом; заявление от ДД.ММ.ГГГГ получено в нарушение требований закона, без разъяснения прав и в отсутствии защитника и переводчика, аналогичные нарушения содержатся в протоколе его допроса от ДД.ММ.ГГГГ., кроме того отсутствуют его подписи и он не ознакомлен с протоколом в переводе; не разрешено ходатайство о назначении повторной судебно-медицинской экспертизы, почерковедческих экспертиз на подлинность его подписей и письменных заявлений в ряде документов; в ходе судебного заседания ввиду их отсутствия не осмотрены вещественные доказательства – молоток, медицинская маска и дверная ручка, вместе с тем в резолютивной части суд постановил об уничтожении данных вещественных доказательств, хранящихся при деле; показания свидетеля Свидетель №6 подлежат исключению из числа доказательств, поскольку он является заинтересованным лицом; судебное разбирательство проведено с обвинительным уклоном.

Полагает, что у суда при назначении наказания имелись основания для применения положений ч. 3 ст. 68 УК РФ.

Просит приговор суда отменить, возвратить дело прокурора или в суд на новое рассмотрение.

В апелляционном преставлении и дополнительном апелляционном представлении государственный обвинитель Смирнова Т.Ю. указывает, что судом неверно изложено отягчающее наказание обстоятельство, которое в соответствии с положениями п. «а» ч. 1 ст. 63 УК РФ должно быть изложено как рецидив преступлений, который является опасным.

Полагает, что ввиду фактического задержания ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ, указанный день подлежит зачету.

Просит приговор суда изменить, изложить отягчающее наказание обстоятельство - в соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 63 УК РФ рецидив преступлений, который является опасным; зачесть в срок отбытия наказания время задержания - ДД.ММ.ГГГГ.

В возражениях на апелляционные жалобы государственный обвинитель Смирнова Т.Ю. просит жалобы осужденного и адвоката оставить без удовлетворения.

В заседании суда апелляционной инстанции осужденный ФИО2, адвокат Московкин А.В. доводы апелляционных жалоб поддержали в полном объеме и просили их удовлетворить, возражали против удовлетворения апелляционного представления.

Прокурор Беляев А.В. доводы апелляционного представления поддержал в полном объеме и просил его удовлетворить, просил в удовлетворении апелляционных жалоб отказать.

Проверив материалы дела, выслушав участников процесса, обсудив доводы апелляционных жалоб и представления, судебная коллегия приходит к следующему.

Выводы суда о виновности осужденного ФИО2 в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 162 УК РФ подтверждены совокупностью приведенных в описательно-мотивировочной части приговора доказательств и никаких сомнений не вызывают.

Суд в соответствии с требованиями закона изложил в приговоре все доказательства, исследованные в ходе судебного разбирательства, как подтверждающие его выводы, так и противоречащие им, указав при этом, почему одни доказательства признаны им достоверными, а другие отвергнуты.

Данная судом оценка доказательств не противоречит материалам дела и оснований для признания этой оценки неправильной не имеется.

С приведенными в приговоре мотивами принятого решения судебная коллегия согласна. Фактические обстоятельства совершенного деяния установлены судом на основании совокупности исследованных доказательств, каких-либо нарушений уголовного и уголовно-процессуального закона, судом не допущено.

Позиция осужденного и стороны защиты в судебном заседании и доводы, приведенные в жалобах, аналогичные заявленным в суде первой инстанции, были предметом оценки суда первой инстанции, который, исходя из анализа совокупности представленных сторонами доказательств, пришел к правильному и обоснованному выводу о виновности ФИО2 в совершении инкриминированного ему преступления.

Виновность ФИО2 в совершении указанного преступления подтверждена совокупностью приведенных в приговоре доказательств, в том числе:

- показаниями ФИО2, данными им в качестве обвиняемого от ДД.ММ.ГГГГ в ходе предварительного расследования, согласно которым он зашел в магазин «585» со своим знакомым ФИО1, из сумки которого он взял молоток и разбил витрину, откуда достал несколько планшетов с золотыми изделиями, поскольку дверь оказалась заблокированной, он дернул дверь и убежал во двор дома, похищенное впоследствии он вернул сотруднику полиции;

- показаниями потерпевшей Потерпевший №1, согласно которым в магазин зашел мужчина в капюшоне и маске, наставил на нее предмет, который она восприняла как пистолет, данный мужчина общался знаками со вторым мужчиной, который в это время разбивал витрины молотком и собирал золотые изделия, причем первый мужчина периодически оглядывался на второго мужчину, Потерпевший №3 нажала на кнопку и сработала сигнализация, после чего дверь заблокировалась, но мужчины ее открыли и скрылись;

- показаниями потерпевшей Потерпевший №3, согласно которым в зал вошли двое мужчин, один наставил на Потерпевший №1 пистолет, второй разбил витрину молотком и собирал украшения, она нажала на кнопку и сработала сигнализация, после чего первый мужчина отошел от Потерпевший №1 и помог второму мужчине собрать ювелирные изделия в сумку, поскольку она находилась в ломбарде за стеклом, разговоров мужчин она не слышала, но по их жестам было ясно, что они переговариваются, пытаясь открыть дверь, они поранились, отчего ручка входной двери была испачкана кровью;

- показаниями представителя потерпевшей Потерпевший №2, согласно которым на магазин совершено нападение двумя мужчинами, один из которых наставил пистолет на директора, второй разбил витрину молотком и вынул планшеты с ювелирными изделиями, проведена ревизия и установлен ущерб, часть из похищенного возвращена, однако товарный вид утрачен, поскольку отсутствуют заводские пломбы и бирки, они частично деформированы, стоимость поступающих ювелирных изделий идет без учета НДС, в суд представлены документы, где указана закупочная стоимость ювелирных изделий, то есть цена, по которой они приобретались;

- показаниями представителя потерпевшей Потерпевший №4, которая пояснила, что возвращенные органами следствия ювелирные изделия были опечатаны в присутствии сотрудника фирмы, до их осмотра в суде упаковка не нарушалась;

- показаниями свидетеля Свидетель №6, являющегося сотрудником уголовного розыска, который пояснил, что во Фрунзенском ОМВД <адрес> ФИО2, будучи задержанным по подозрению в совершении разбойного нападения, выдал золотые изделия, о чем был составлен протокол;

- показаниями свидетеля ФИО8, который с поручения руководителя Свидетель №7 произвел личный досмотр ФИО2, в ходе которого в присутствии понятых ФИО2 добровольно выдал золотые изделия, которые были упакованы и опечатаны, и в дальнейшем переданы следователю;

- показаниями свидетелей Свидетель №5 и Свидетель №4, согласно которым они совместно проследовали по заданию оператора в магазин, где сработала тревожная кнопка и обнаружил разбитые витрины, две сотрудницы пояснили, что двое мужчин поникли в магазин, один наставил пистолет, второй разбил витрину и похитил ювелирные изделия, взломав заблокированную дверь скрылись, на входной двери с внутренней стороны на дверной ручке имелись следы вещества бурого цвета;

- показаниями свидетеля Свидетель №2, согласно которым на ювелирный салон совершено нападение, один из пострадавших порезался, по смывам установлена принадлежность ФИО2, который приобрел билеты, в аэропорту был задержан и доставлен в отдел, где он выдал золотые изделия, в ходе личного досмотра ФИО2 им изъята обувь.

Кроме того, вина ФИО2 также подтверждается письменными доказательствами, исследованными в судебном заседании:

- карточкой о происшествии и заявлением Потерпевший №1 о преступлении;

- протоколом осмотра места происшествия, которым был осмотрено помещение магазина, зафиксирована обстановка, обнаружены и изъяты следу подошв обуви, молоток, дверная ручка со следами красно-бурого цвета;

- протоколом осмотра места происшествия, которым с участием кинолога с собакой, был осмотрен участок местности, в ходе которого собака взяла след и привел к участку между домами № и № по <адрес>, где обнаружена и изъята медицинская маска синего цвета;

- изъятием, осмотром, признанием и приобщением в качестве вещественных доказательств обнаруженных и изъятых вещей в ходе осмотра места происшествия;

- протоколом личного досмотра ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ;

- протоколом доставления ФИО2 в дежурную часть ОМВД России по <адрес>;

- протоколом личного досмотра ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ в 06:50 часов;

- протоколом личного досмотра ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ в 11:00 часов, в ходе которого ФИО2 из правого кармана брюк добровольно выданы 32 цепочки золотого цвета, одна из которых имела металлическую бирку на нитке; ФИО2 пояснил, что данные цепочки им похищены из ювелирного магазина <адрес>;

- справкой и сличительной ведомостью, согласно которым в ходе инвентаризации установлен перечень и стоимость похищенного имущества;

- протоколом выемки у свидетеля ФИО8 протокола личного досмотра от ДД.ММ.ГГГГ. и выданных в его ходе 32 цепочек золотого цвета, которые впоследствии были осмотрены и приобщены в качестве вещественных доказательств, цепи золотого цвета выданы на ответственного хранение представителю потерпевшего Потерпевший №2;

- протоколом выемки у представителя потерпевшего Потерпевший №2 диска с видеозаписью от ДД.ММ.ГГГГ. и ее осмотром с участием потерпевшей Потерпевший №3, на которой зафиксировано, как один мужчина в капюшоне и медицинской маске достал предмет из правого кармана брюк и, вытянув руку вперед с данным предметом, похожим на пистолет, направил его на директора магазина, второй мужчина в капюшоне и медицинской маске зашел в магазин с молотком в правой руке и темной сумкой в левой руке, подошел к витрине и разбил ее молотком, достал три планшета и сложил их в сумку, первый мужчина немного отходит от директора в сторону второго мужчины, левой рукой достает что-то из витрины и кладет в сумку второго мужчины, затем оба мужчины подбегают к заблокированной двери, дергают ее за ручку, дверь открывается и они скрываются;

- заключением эксперта от ДД.ММ.ГГГГ., согласно которого установлена общая масса браслетов и их состав;

- заключением эксперта от ДД.ММ.ГГГГ., согласно которого на молотке и маске обнаружены эпителиальные клетки и пот, которые произошли от двух или более лиц, одно из которых, как минимум, мужского генетического пола; на планке дверной ручки обнаружена кровь, которая произошла от одного лица мужского генетического пола;

- заключением эксперта от ДД.ММ.ГГГГ., согласно которого на представленной планке дверной ручки обнаружена кровь, которая произошла от ФИО2, происхождение следов пота и эпителиальных клеток, обнаруженных на молотке и маске медицинской от ФИО2 исключается;

-другими доказательствами, подробно приведенными в приговоре.

Ссылки жалобы на недоказанность обстоятельств совершения ФИО2 преступления являются несостоятельными, поскольку, оценив совокупность доказательств с точки зрения относимости, допустимости, достоверности и достаточности, с учетом оценки представленных сторонами доказательств, суд верно установил обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК РФ, в том числе, форму вины, мотив совершения преступления, и пришел к обоснованному выводу о виновности ФИО2 в совершении преступления при изложенных в приговоре обстоятельствах, убедительно мотивировал свои выводы.

Противоречий в показаниях потерпевших, представителей потерпевших или свидетелей обвинения, которые бы могли поставить под сомнение достоверность сообщенных ими сведений об обстоятельствах совершения преступления, судебная коллегия не усматривает, поскольку данные показания относительно обстоятельств, имеющих значение для выводов суда о виновности осужденного, последовательны, в целом непротиворечивы, согласуются между собой и подтверждаются другими исследованными судом доказательствами, в том числе видеозаписью от ДД.ММ.ГГГГ. из помещения магазина и заключением эксперта от ДД.ММ.ГГГГ. о происхождении от ФИО2 крови на планке дверной ручки.

Кроме того, вышеуказанные показания потерпевших, представителей потерпевших и свидетелей, заключение эксперта, содержание видеозаписи, согласуются с показаниями ФИО2 в качестве обвиняемого от ДД.ММ.ГГГГ.

Каких-либо данных, свидетельствующих о заинтересованности потерпевших и свидетелей обвинения, в том числе свидетеля Свидетель №6, о чем имеются ссылки в жалобе, в исходе дела либо оговоре осужденного, не установлено.

Вместе с тем, суд в приговоре сослался на показания сотрудника полиции Свидетель №6, в том числе в части воспроизведения сведений, сообщенных ему ФИО2 об обстоятельствах совершенного преступления.

По смыслу закона сотрудники правоохранительных органов, принимавшие участие в проведении следственных и процессуальных действий, могут быть допрошены только по обстоятельствам проведения того или иного следственного или процессуального действия, при решении вопроса о допустимости доказательства, а не в целях выяснения показаний допрошенного лица. Поэтому показания данной категории свидетелей относительно сведений, о которых им стало известно из бесед с подозреваемым или обвиняемым, не могут быть использованы в качестве доказательства виновности осужденного.

В связи с изложенным, судебная коллегия исключает показания свидетеля Свидетель №6 в части воспроизведения сведений, сообщенных ему ФИО2 об обстоятельствах совершенного преступления. Однако указанное исключение не влияет на правильность выводов суда о виновности ФИО2, поскольку имеется достаточная совокупность иных доказательств, которые соответствуют требованиям ст. ст. 87, 88 УПК РФ и оценены в приговоре с точки зрения относимости, допустимости и достоверности.

Позиция осужденного проверена судом в полном объеме и опровергнута на основании приведенной выше совокупности доказательств, в том числе и оглашенными показаниями ФИО2, данными им в ходе предварительного следствия в качестве подозреваемого. Никаких новых доводов, которые могли бы поставить под сомнение виновность ФИО2 не приведено.

Отказ ФИО2 от показаний, данных им на стадии предварительного расследования, непризнание вины и отказ давать показания в суде, не может являться основанием для признания их недопустимыми, поскольку данные доказательства, как было верно установлено судом первой инстанции, получены в рамках уголовно-процессуального закона и отвечают предъявляемым УПК РФ требованиям.

Допрос ФИО2 в качестве обвиняемого ДД.ММ.ГГГГ осуществлялся в присутствии защитника и переводчика, перед началом допроса ему разъяснялись его права, в том числе предусмотренные ст. 51 Конституции РФ, в ходе проведения допроса ни одним из участвующих лиц, замечаний к порядку и ходу проведения следственного действия, заявлено не было, имеются записи и подписи обвиняемого. Отсутствие в протоколе данных переводчика не ставит под сомнение его участия при допросе ФИО2, поскольку постановлением следователя от ДД.ММ.ГГГГ назначено в качестве переводчика конкретное лицо, данные которого имеются в указанном постановлении, кроме того, впоследствии указанным переводчиком дана подписка об уголовной ответственности за заведомо неправильный перевод.

Оснований для проведения судебной почерковедческой экспертизы на подлинность подписей и письменных заявлений ФИО2, у суда первой инстанции обоснованно не имелось, не усматриваются таковых оснований и судебной коллегией. Все следственные действия с ФИО2, в которых имеются его подписи и записи, проводились в присутствии защитника, соответственно подписи защитника также содержатся в указанных документах, в связи с чем полагать, что подписи и записи оставлены не ФИО2 не имеется.

В обжалуемом приговоре отсутствуют ссылки на заявление ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ. как на доказательство его вины, в связи с чем доводы жалобы в части указанного заявления являются несостоятельными.

Оснований для признания недопустимыми доказательствами протоколы личного досмотра ФИО2 и исключения их из числа доказательств у суда первой инстанции верно не имелось, поскольку они проведены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона. Каких-либо замечаний по их проведению у участников не имелось. Не изъятие у ФИО2 золотых изделий при его личных досмотрах ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ в 06:50 часов, не свидетельствует об отсутствии при нем указанных золотых изделий вплоть до выдачи им в процессе личного досмотра ДД.ММ.ГГГГ в 11:00 часов.

Вопреки доводам жалобы, нарушений права на защиту не имеется, согласно протокола судебного заседания, судом не было отказано в допросе свидетелей – сотрудников полиции и понятых, участвовавших при проведении личных досмотров ФИО2, кроме того, суд оказал содействие в вызове указанных лиц путем предоставления стороне защиты судебных повесток для допроса их в качестве свидетелей.

Отсутствие переводчика при проведении следственных и процессуальных действий с участием ФИО2, равно как и отсутствие материалов уголовного дела в переводе на аварский язык после ДД.ММ.ГГГГ, не ставит под сомнение выводы суда о виновности ФИО2 и не нарушает его права на защиту, так как он является гражданином РФ, проживал в <адрес>, входящей в состав Российской Федерации и где русский язык являлся государственным, имеет аттестат об основном общем среднем образовании. В связи с чем, оснований для признания недопустимыми всех доказательств, содержащихся в уголовном деле, в том числе в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ судебная коллегия не усматривает. Привлечение следователем по ходатайству ФИО2 к участию в деле переводчика, до отмены постановления врио начальника следствия, не влечет признание этих доказательств недопустимыми.

Кроме того, ссылки на не ознакомление ФИО2 с протоколом допроса его в качестве обвиняемого от ДД.ММ.ГГГГ. в переводе, с учетом положений уголовно-процессуального закона об ознакомлении с материалами уголовного дела по окончании следственных действий, а также с учетом постановления, которым отменено постановление следователя об обеспечении участия переводчика, являются несостоятельными.

Оснований ставить под сомнение достоверность сведений, содержащихся в копии журнала учета выдачи аттестатов об основном общем образовании, полученного по запросу органов предварительного расследования наряду с иными характеризующими ФИО2 материалами, у суда первой инстанции обоснованно не имелось, не усматривается таковых и судебной коллегией.

Ссылки на наличие справки об окончании ФИО3 8 классов, а также на наличие вынесенных судебных решений в отношении ФИО2 с участием переводчика, с учетом вышеприведенных оснований подтверждения владения ФИО2 русским языком в достаточной степени, не свидетельствует о нарушении его права на защиту и не опровергает выводов суда об отсутствии оснований для обязательного участия переводчика.

Доводы осужденного об отсутствии квалифицирующего признака «группой лиц по предварительному сговору» судом правильно расценены как избранный способ защиты, поскольку они опровергаются совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств.

Так, вопреки доводам жалоб, фактические обстоятельства совершения преступления свидетельствуют о том, что преступление было совершено осужденным ФИО2 группой лиц по предварительному сговору. Действия были согласованы, охватывались единым преступным умыслом, согласно распределению ролей были взаимосвязаны, дополняли друг друга, облегчая достижение намеченной ими цели. То есть, действия ФИО2 и неустановленного в ходе предварительного следствия лица, находились в причинной связи и были направлены на достижение общего для них преступного умысла.

Совершенные осужденным ФИО2 и неустановленным в ходе предварительного следствия лицом действия также однозначно указывают на то, что они по предварительной согласованности на совершение разбоя, проникли в ювелирный магазин, совершили нападение на сотрудников магазина с целью хищения имущества, угрожая при этом применением насилия, опасного для жизни и здоровья, и, применяя предмет, используемый в качестве оружия, поскольку все их действия свидетельствуют о том, что их умысел был направлен именно на совершение разбоя, поскольку они согласованно и совместно выполняли действия, направленные на нападение на сотрудников ювелирного магазина, которые заключались в том, что они проникли в ювелирный магазин, использовали ранее приисканный предмет, используемый в качестве оружия, который неустановленное в ходе предварительного следствия лицо направлял в сторону Потерпевший №1, а ФИО2 ранее приисканным молотком разбил витрину, расположенную в магазине, являющуюся иным хранилищем, после чего изъял планшеты с ювелирными изделиями, которые сложил в находившуюся при нем сумку, после чего неустановленное в ходе предварительного следствия лицо из разбитой витрины открыто похитил ювелирные изделия и сложил их в сумку, находившуюся при ФИО2

В соответствии с абзацем 3 пункта 23 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 декабря 2012 г. N 29 "О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое", под применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия, при разбое следует понимать их умышленное использование лицом как для физического воздействия на потерпевшего, так и для психического воздействия на него в виде угрозы применения насилия, опасного для жизни или здоровья.

Из показаний потерпевших следует, что в момент нападения у неустановленного в ходе предварительного следствия лица при себе имелся предмет, похожий на пистолет, держа который в руках по направлению в сторону на Потерпевший №1, неустановленное в ходе предварительного следствия лицо приказало ей поднять руки вверх.

Таким образом, при разбойном нападении ФИО2 и неустановленное в ходе предварительного следствия лицо использовали предмет, похожий на пистолет, для психического воздействия на потерпевших в виде угрозы применения насилия, опасного для жизни и здоровья, в связи с чем доводы об отсутствии в действиях ФИО2 квалифицирующего признака "с применением предмета, используемого в качестве оружия", являются несостоятельными.

В соответствии с примечанием 3 к ст. 158 УК РФ, под хранилищем в статьях главы 21 УК РФ понимаются хозяйственные помещения, обособленные от жилых построек, участки территории, трубопроводы, иные сооружения независимо от форм собственности, которые предназначены для постоянного или временного хранения материальных ценностей.

Так, за стеклянной витриной были размещены ювелирные изделия, посетители не имели свободного доступа к ювелирным изделиям. ФИО2, находясь в магазине, произвел удар по стеклянной витрине, в результате чего в стекле образовалось отверстие, куда он просунул руку и извлек из витрины планшеты с ювелирными изделиями, тем самым незаконно проник в иное хранилище. С учетом изложенного, квалифицирующий признак «с незаконным проникновением в иное хранилище» нашел свое подтверждение.

Доводы о фальсификации такого доказательства, как диск с видеозаписью, не нашли своего подтверждения. Как верно установлено судом, содержание видеозаписи соответствует протоколу ее осмотру. Каких-либо нарушений при выемке данной видеозаписи судебная коллегия не усматривает. При этом ссылки на показания представителя потерпевшей Потерпевший №2, которая пояснила, что данная видеозапись ей была предоставлена посредством мессенджера «Вотсап», которую она впоследствии передала органам предварительного расследования на диске, не свидетельствует о нарушении уголовно-процессуального законодательства и недопустимости данного доказательства. При таких обстоятельствах у суда первой инстанции отсутствовали основания для назначения и проведения технической экспертизы диска с видеозаписью.

Судебная коллегия не усматривает оснований сомневаться в обоснованности проведенных по делу экспертиз, принимая во внимание квалификацию и стаж проводивших их экспертов, обоснование выводов в заключениях и отсутствии нарушений закона при назначении и производстве экспертиз. Из материалов дела следует, что заключения экспертов соответствуют требованиям ст. 204 УПК РФ, экспертные исследования проведены на основании постановлений следователя, в пределах поставленных вопросов, входящих в компетенцию экспертов, которым разъяснены положения ст. 57 УПК РФ, они были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, в соответствии со ст. 307 УК РФ. Данные экспертизы выполнены компетентными специалистами. Выводы экспертов обоснованно признаны судом полными, поскольку они ответили на поставленные вопросы.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, вещественные доказательства были обнаружены и изъяты в ходе следственных и процессуальных действий, так молоток, медицинская маска, планка дверной ручки – в ходе осмотров мест происшествий, золотые изделия в ходе личного досмотра ФИО2, диск с видеозаписью в ходе выемки, при этом изъятие, осмотр и признание в качестве вещественных доказательств произведены в соответствии с требования уголовно-процессуального закона. При таких обстоятельствах, оснований для признания их недопустимыми у суда первой инстанции не имелось, не усматривает таковых и судебная коллегия.

Каких-либо нарушений на защиту, выразившихся по мнению стороны защиты, в лишении права знакомиться с вещественными доказательствами, судебной коллегией не установлено. Согласно материалам дела, по окончании производства предварительного расследования, всем участникам уголовного судопроизводства была предоставлена возможность ознакомления, в том числе с вещественными доказательствами, вместе с тем, ФИО2 и его защитник отказались от ознакомления с ними. Впоследствии в ходе судебного следствия, по ходатайству стороны защиты, ювелирные изделия, переданные в ходе предварительного расследования в полном соответствии с положениями ст. 82 УПК РФ на ответственное хранение потерпевшему, были запрошены и осмотрены в судебном заседании, судом обоснованно установлено, что данные вещественные доказательства соответствуют протоколу их осмотра. Кроме того, представитель потерпевшей Потерпевший №4 подтвердила в суде, что упаковка возвращенных им органам следствия золотых изделий до осмотра в суде не нарушалась. Ссылки на их иную упаковку, чем они были изъяты у ФИО2 при личном досмотре, а также то, что один из золотых браслетов имел металлическую бирку на нитке, объяснимы проведением в отношении них экспертизы, согласно заключению эксперта, по окончании исследования, каждое ювелирное изделие было упаковано в отдельный пакет. Неточное указание при личном досмотре о добровольной выдаче 32 цепочек золотого цвета вместо 32 золотых браслетов не свидетельствует о том, что на экспертизу представлены другие золотые изделия, нежели изъятые при личном досмотре. Согласно протоколу судебного заседания иных ходатайств об осмотре в суде вещественных доказательств не заявлялось.

Оснований для направления запроса закупочной цены в организацию, у которой приобретались золотые изделия ООО «Голдиум», изъятые при личном досмотре у ФИО4, у суда первой инстанции верно не имелось, так и назначении экспертизы по ним. Размер похищенного установлен судом верно, с учетом показаний представителей потерпевших и представленных ими документов о закупочной стоимости похищенного имущества, которые обладают всеми необходимыми реквизитами, относящимися к официальным документам, а именно подпись и печать, оснований для признания данных документов недопустимыми доказательствами не имеется.

В соответствии с примечанием 4 к ст. 158 УК РФ, крупным размером в статьях главы 21 УК РФ, признается стоимость имущества, превышающая двести пятьдесят тысяч рублей. С учетом причинения ФИО2 материального ущерба в размере 827742 рубля, вопреки доводам жалоб, квалифицирующий признак «в крупном размере» нашел свое подтверждение.

Ссылки на не проведение, согласно справки из СИЗО с участием ФИО2 следственных действий в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, не ставят под сомнение выводы суда о виновности ФИО2 и об отсутствии оснований для признания следственных и процессуальных действий недопустимыми доказательствами.

Проведенные по делу следственные и процессуальные действия, в том числе ознакомление обвиняемого с постановлениями о назначении экспертиз и заключениями экспертов, производились до или позже указанного в справке периода времени.

Судебная коллегия отмечает, что все доводы апелляционных жалоб отражают позицию стороны защиты в ходе рассмотрения дела судом первой инстанции и им дана правильная оценка в приговоре. В целом они сводятся к необходимости переоценки исследованных судом доказательств, оснований для чего не имеется.

Судебное разбирательство по делу проведено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона при соблюдении принципов состязательности и равноправия сторон. Ходатайства в судебном заседании разрешены судом в соответствии с требованиями закона и по ним приняты законные и обоснованные решения. Ущемления прав осужденного в ходе уголовного судопроизводства, нарушений его конституционных прав, права на защиту, а также нарушений процедуры судопроизводства, не допущено.

Протокол судебного заседания полностью соответствует требованиям ст.259 УПК РФ, поданные осужденным замечания рассмотрены в соответствии с требованиями ст.260 УПК РФ.

Вопреки доводам жалоб, выводы суда, изложенные в приговоре, соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела и подтверждаются исследованными в суде и приведенными в приговоре доказательствами.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия считает правильной произведенную судом первой инстанции оценку всех имеющихся по делу доказательств, равно как и юридическую квалификацию содеянного ФИО2 по ч. 3 ст. 162 УК РФ, оснований для его оправдания, о чем имеются ссылки в апелляционных жалобах, не установлено.

Назначенное осужденному ФИО2 наказание отвечает требованиям ст.ст. 6, 43, 60 УК РФ и не является чрезмерно суровым.

С учетом характера и степени общественной опасности совершенного им умышленного преступления, данных о личности осужденного, который привлекался к административной ответственности, по месту регистрации и месту отбывания наказания характеризуется отрицательно, в целях восстановления социальной справедливости, исправления осужденного и предупреждения совершения новых преступлений, суд пришел к верному выводу о достижении целей наказания при назначении ФИО2 наказания только в виде реального лишения свободы. Судебная коллегия с данным выводом согласна, считает его надлежащим образом мотивированным в приговоре.

Все имеющиеся в деле смягчающие наказание обстоятельства, учтены судом при назначении ФИО2 наказания: в соответствии с п. «г, и» ч. 1 ст. 61 УК РФ – активное способствование раскрытию и расследованию преступления, изобличению и уголовному преследованию других соучастников преступления, что выразилось в оказании следствию активного содействия с момента его задержания путем добровольной выдачи похищенного имущества, признательных показаний в качестве обвиняемого, заявление ФИО2 о совершенном преступлении; наличие малолетних детей; с соответствие с ч. 2 ст. 61 УК РФ – состояние здоровья, оказание помощи своим родственникам и их детям, частичное возмещение имущественного ущерба, причинённого в результате преступления.

Иных обстоятельств для признания их в качестве смягчающих, судом не установлено, не усматривает таковых и судебная коллегия.

Судом обоснованно установлено в действиях ФИО2 отягчающее наказание обстоятельство. Вместе с тем, следует уточнить данный вывод суда вместо указанного опасного рецидива - о признании отягчающим наказание обстоятельством рецидива преступлений, который является опасным, в связи с чем, доводы представления заслуживают внимания.

При назначении наказания, суд обоснованно применил положения ч. 2 ст. 68 УК РФ, поскольку в действиях ФИО2 установлен рецидив преступлений, оснований для применения положений ч. 3 ст. 68 УК РФ судом обоснованно не усмотрено и свои выводы суд надлежащим образом мотивировал, с которым судебная коллегия соглашается.

С учетом наличия в действиях ФИО2 отягчающего наказание обстоятельства, у суда отсутствовали основания для применения положений ч.6 ст.15 УК РФ.

Каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступлений, других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенного деяния, что в свою очередь могло бы свидетельствовать о необходимости назначения осужденному наказания с учетом положений ст.64 УК РФ, судом первой инстанции не установлено, не усматривает таковых оснований и судебная коллегия.

Правовых оснований для применения ст.73 УК РФ, с учетом положений п. «в» ч. 1 ст. 73 УК РФ, у суда не имелось.

Назначение дополнительного наказания в виде ограничения свободы судом надлежащим образом мотивированно.

Вид исправительного учреждения осужденному определен судом верно, исходя из требований п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ – исправительная колония строгого режима.

Судом обоснованно в соответствии с п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ в срок отбывания наказания зачтено время содержания ФИО2 под стражей.

Вместе с тем, учитывая, что ФИО2 фактически был задержан ДД.ММ.ГГГГ, данное время суд апелляционной инстанции считает необходимым зачесть в срок отбытия наказания.

Все сведения о личности осужденного, в полной мере учтены судом при назначении наказания.

Вместе с тем, указание судом при назначении ФИО2 наказания о привлечении его к административной ответственности, подлежит уточнению в части исключения ссылки на неоднократность, также подлежит исключению ссылка, что ФИО2 совершил преступление, будучи ранее судимым за тяжкое корыстное аналогичное преступление.

Однако, судебная коллегия, приходит к выводу, что назначенное наказание за преступление, по своему виду и размеру отвечает закрепленным в уголовном законодательстве РФ целям исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений, справедливо и не является чрезмерно суровым, а потому оснований для его смягчения не усматривает.

В силу п. 12 ч. 1 ст. 299 УПК РФ при постановлении приговора суд в совещательной комнате разрешает в том числе вопрос о том, как поступить с вещественными доказательствами.

Так, вещественные доказательства – молоток, медицинская маска и дверная ручка, хранящиеся при уголовном деле, постановлено уничтожить. Согласно сопроводительному письму из <адрес>, уголовное дело в отношении ФИО2 поступило во Фрунзенский районный суд <адрес> с вещественными доказательствами согласно списка обвинительного заключения. В соответствии со списком к обвинительному заключению, указанные вещественные доказательства указаны. При таких обстоятельствах, ставить под сомнение наличие и сохранность данных вещественных доказательств на момент постановления приговора в отношении ФИО2 судебная коллегия не усматривает.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих безусловную отмену приговора, не имеется. Апелляционное представление подлежит удовлетворению, оснований для удовлетворения доводов апелляционных жалоб судебная коллегия не усматривает.

Руководствуясь ст.ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Приговор Фрунзенского районного суда г.Иваново от 10 октября 2022 года в отношении ФИО2 изменить.

Исключить из числа доказательств, подтверждающих виновность ФИО2, показания сотрудника уголовного розыска Свидетель №6 в части воспроизведения сведений, сообщенных ему ФИО2 об обстоятельствах совершенного преступления.

Уточнить вывод суда о признании отягчающим наказание обстоятельством рецидива преступлений, который является опасным.

Уточнить указание суда при назначении ФИО2 наказания о привлечении его к административной ответственности, исключив ссылку на неоднократность.

Исключить из описательно-мотивировочной части приговора при назначении ФИО2 наказания ссылку, что он совершил преступление, будучи ранее судимым за тяжкое корыстное аналогичное преступление.

В соответствии с п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ зачесть время содержания под стражей с ДД.ММ.ГГГГ до дня вступления приговора в законную силу, из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы апелляционные жалобы осужденного ФИО2 и в его интересах адвоката Московкина А.В. оставить без удовлетворения, апелляционное представление государственного обвинителя Смирновой Т.Ю. удовлетворить.

Апелляционное определение может быть обжаловано в суд кассационной инстанции в порядке главы 47.1 УПК РФ, в течение 6 месяцев со дня вступления приговора в законную силу, а осужденным, содержащимся под стражей, в тот же срок, со дня вручения ему копии такого судебного решения, вступившего в законную силу. В случае пропуска этого срока, кассационные жалоба и представление могут быть поданы непосредственно в суд кассационной инстанции и рассмотрены в порядке, предусмотренном ст.ст.401.10 - 401.12 УПК РФ.

В случае подачи кассационной жалобы осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий

Судьи