Дело № 2-474/2022
УИД 56RS0027-01-2021-004398-62
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
02 сентября 2022 года г. Оренбург
Оренбургский районный суд Оренбургской области, в составе:
председательствующего судьи Чирковой В.В.,
при секретаре Великородновой Е.В.,
с участием истца ФИО1,
представителя истца по ордеру ФИО2,
представителя ответчика по ордеру ФИО3,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО4, ФИО5 о возложении обязанности по совершению определенных действий, взыскании компенсации морального вреда,
установил:
истец ФИО1 обратилась в Оренбургский районный суд Оренбургской области с иском к ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7 (после регистрации брака ФИО12) М.В. о возложении обязанности по совершению определенных действий, взыскании компенсации морального вреда.
В обоснование заявленных требований указала, истец ФИО1 является собственником квартиры, расположенной по адресу: <адрес> проживают ответчики. На придворовой территории в 2019 году ответчики установили камеры видеонаблюдения, что было установлено в ходе проводимой сотрудниками полиции 27 августа 2021 года проверке две камеры видеонаблюдения фиксируют происходящее во дворе дома истца.
Истец ФИО1 считает, что действиями ответчиков нарушаются права истца, причиняются истцу и ее семье нравственные страдания, поскольку они лишены возможности осуществлять нормальную жизнедеятельность на территории своего двора, опасаясь, что видео заснятые соседями, могут быть каким – либо образом распространены.
Просит суд обязать ответчиков ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО8 демонтировать камеры видеонаблюдения, направленные на земельный участок, принадлежащий истцу ФИО1, в количестве трех штук.
Взыскать с ответчиков ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО8 в пользу истца компенсацию морального вреда.
Определением суда, оформленного протокольно, к участию в деле в качестве в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований привлечен ФИО9
Протокольным определением суда произведена замена ФИО8 на ФИО12
Истец ФИО1 и ее представитель ФИО2, действующая на основании ордера от 11 января 2022 года в судебном заседании исковые требования поддержали по доводам и основаниям, изложенным в нем в части обязания ответчиков демонтировать камеру № наружного наблюдения. Исковые требования к ответчикам ФИО6 и ФИО12 не поддержали, поскольку они в доме не проживают, камеры видеонаблюдения не устанавливали. В материалы дела были представлены доказательства подтверждающие, что камера была направлена на участок истца, что нарушило право истца на личную жизнь. В период с декабря 2021 года по сентябрь 2022 года камера наружного наблюдения направлена в сторону земельного участка истца. Из-за видеонаблюдения за истцом и ее семьей, ФИО1 нервничает, чем причинен моральный вред.
Ответчики ФИО4, ФИО5 в судебное заседание не явились, о времени и месте слушания извещены надлежащим образом, ходатайств об отложении не представил.
Представитель ответчиков ФИО4 и ФИО5 ФИО3, действующая на основании ордера от 11 января 2022 года, в судебном заседании возражала против заявленных исковых требований. Пояснила, что камеры не направлены в сторону земельного участка истца. Угол обзора камеры был изменен до подачи искового заявления. Видеокамеры были установлены для безопасности жизни и имущества ответчиков.
Ответчики ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО12, третьи лица ФИО13 и ФИО9 в судебное заседание не явились, извещены о времени и месте слушания по делу надлежащим образом, ходатайств об отложении дела не заявлено.
В силу статьи 35 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна добросовестно пользоваться своими процессуальными правами. Лица, участвующие в деле, несут процессуальные обязанности, установленные настоящим Кодексом, другими федеральными законами. При неисполнении процессуальных обязанностей наступают последствия, предусмотренные законодательством о гражданском судопроизводстве.
Сведения о времени и месте судебного заседания были размещены на официальном сайте Оренбургского районного суда: http://orensud.orb.sudrf.ru посредством информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».
При указанных обстоятельствах, учитывая принцип диспозитивности, в соответствии с которым личное присутствие гражданина в судебном заседании является его субъективным правом, судом принято решение о рассмотрении дела по существу в отсутствие неявившихся лиц, в порядке статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.
Суд, заслушав пояснения участвующих в деле лиц, исследовав письменные материалы гражданского дела, приходит к следующему:
Статьей 45 Конституции Российской Федерации закреплены государственные гарантии защиты прав и свобод (ч.1) и право каждого защищать свои права всеми не запрещенными законом способами (ч. 2).
В соответствии с частью 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.
Конституция Российской Федерации гарантирует каждому человеку право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну (статья 23). При этом сбор, хранение, использование и распространение информации о частной жизни лица без его согласия не допускаются (часть 1 статьи 24). К информации, защищаемой на конституционном уровне, относятся сведения о национальной принадлежности, политических, религиозных и иных убеждениях работника, его частной, в том числе и семейной, жизни.
В силу части 1 статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.
Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.
В соответствии с частью 1 статьи 247 Гражданского кодекса Российской Федерации владение и пользование имуществом, находящимся в долевой собственности, осуществляются по соглашению всех ее участников, а при недостижении согласия - в порядке, устанавливаемом судом.
На основании статьи 304 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник вправе требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения не были соединены с лишением владения.
Согласно разъяснениям, данным в пункте 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 10/22 от 29 апреля 2010 г. «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» в силу статей 304, 305 Гражданского кодекса Российской Федерации иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, подлежит удовлетворению в случае, если истец докажет, что он является собственником или лицом, владеющим имуществом по основанию, предусмотренному законом или договором, и что действиями ответчика, не связанными с лишением владения, нарушается его право собственности или законное владение. Такой иск подлежит удовлетворению и в том случае, когда истец докажет, что имеется реальная угроза нарушения его права собственности или законного владения со стороны ответчика.
Из материалов дела следует, собственниками жилого помещения и земельного участка, расположенных по адресу: <адрес> на праве общей долевой собственности являются ФИО9, ФИО1, ФИО13 доля в праве у каждого 1/4, что подтверждается выписками из ЕГРН.
Из выписки ЕГРН, а также свидетельств о государственной регистрации права от 10 апреля 2001 года собственниками жилого помещения и земельного участка, расположенных по адресу: <адрес> на праве общей долевой собственности являются ФИО4, ФИО5, ФИО6 ФИО14, доля в праве у каждого 1/4.
Согласно ответу МУ МВД России «Оренбургское», ФИО1 обратилась с заявлением в отношении соседей П-вых по факту установления камер видеонаблюдения. Согласно сопроводительному письму из Оренбургского межрайонного следственного отдела СУ СК России по Оренбургской области, в данном обстоятельстве отсутствуют сведения о наличии признаков состава преступления, предусмотренного статьей 137 Уголовного кодекса Российской Федерации, наличия признаков административного правонарушения также не установлено. С П-выми проведена профилактическая беседа о недопущении совершения правонарушений в быту, разъяснена ответственность.
Решением Оренбургского районного суда Оренбургской области от 23 августа 2021 года, вступившим в законную силу, исковые требования ФИО4 и ФИО5 к ФИО15 о запрете осуществлять деятельность по ремонту и мойке автотранспортных средств во дворе жилого дома, удовлетворены частично. Запрещено ФИО15 производить ремонт транспортных средств на земельном участке, расположенном по адресу: <адрес>. С ответчика в пользу истца взысканы расходы по оплате государственной пошлины в размере 300 рублей, расходы по оплате услуг представителя в размере 14000 рублей. В удовлетворении остальной части исковых требований отказано.
Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Оренбургского областного суда Оренбургской области от 02 ноября 2021 года решение Оренбургского районного суда Оренбургской области от 16 декабря 2020 года отменено, в части отказа истцам в удовлетворении исковых требований о запрете ответчику осуществления деятельности по мойке автотранспортных средств во дворе жилого дома. Принято по делу новое решение, которым требования ФИО4, ФИО5 к ФИО15 о запрете осуществлять деятельность по мойке автотранспортных средств во дворе жилого дома удовлетворены.
В судебном заседании установлено, на фасаде дома ответчиков установлены камеры видеонаблюдения. Данный факт стороной ответчиков не оспаривается.
По ходатайству стороны истца, определением суда от 27 января 2022 года по гражданскому делу, с целью определения обзора камер, установленных на фасаде квартиры ответчиков, судом назначалась судебная техническая экспертиза.
Согласно заключению эксперта № от 21 марта 2022 года, составленного экспертом ООО «ЭКСПЕРТ» ФИО10, в результате анализа технических характеристик, представленных на сайте официального представителя, согласно марке и моделям объектов исследования, а также по результатам проведенного осмотра, камеры наружного видеонаблюдения, установленные на фасаде квартиры по адресу: <адрес> являются поворотными.
На дату осмотра 03 марта 2022 года направление съемки и угол обзора трех камер наружного видеонаблюдения, установленных на фасаде квартиры по адресу: <адрес>, является земельный участок этой квартиры. Земельный участок <адрес> по данному адресу, в обзор камер на дату осмотра не попадает. Однако учитывая технические характеристики видеокамер, заключающиеся в изменении направления обзора с применением поворотной функции, земельный участок <адрес> попадает в обзор камер при изменении направления обзора, за исключением видимости «слепых» зон.
В судебном заседании эксперт ФИО10 суду пояснил, имеет высшее экономическое образование, квалификацию экономист – менеджер. Проводилось исследование видеокамер как непродовольственный товар, на оценку которого эксперт имеет квалификацию. Также указал, к мнению о поворотности видеокамер пришел при исследовании инструкции.
Определением суда от 21 апреля 2022 года по ходатайству ответчика, в связи с возникшими сомнениями в правильности и обоснованности заключения эксперта ФИО10, была назначена повторная судебная техническая экспертиза эксперту АНО «Судебная экспертиза» ФИО11
Согласно выводам технической экспертизы № от 10 августа 2022 года, выполненной экспертом АНО «Судебная экспертиза» ФИО11 исходя из заявленных производителем характеристик, камеры satvision № и камеры satvision № обладают только UTC управлением, что означает - изменения угла наклона и поворота возможно только вручную непосредственно на самой камере. Возможность изменения угла наклона или поворота камеры удаленно (с видеорегистратора, компьютера и т.д.) у данных моделей камер отсутствует.
В процессе проведения обследования ДД.ММ.ГГГГ экспертом установлено, что камера №1 satvision № наружного наблюдения и камера №2 satvision № установленные на фасаде квартиры №1 <адрес>, расположенного по адресу: <адрес>, направлены на земельный участок, находящийся перед квартирой №1 <адрес>, расположенного по адресу: <адрес>.
Камера №3 №, установленная на фасаде <адрес>, расположенного по адресу: <адрес>, направлена на земельный участок, находящийся сзади <адрес>, расположенного по адресу: <адрес>.
Угол обзора 3-х камер, согласно техническим характеристикам, составляет: ширина – 98 градусов, высота - 30 градусов.
В обзор 3-х камер наружного видеонаблюдения земельный участок <адрес> по адресу: <адрес>, на момент проведения экспертизы не попадает.
Изменение угла обзора и поворота камер видеонаблюдения № и satvisionSVC№ возможно в любое время непосредственно регулировкой самих камер вручную. Удаленное управление поворотом и углом обзора у данных камер отсутствует.
В силу статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта должно содержать подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате его выводы и ответы на вопросы, поставленные судом.
Суд принимает во внимание экспертное заключение АНО «Судебная экспертиза», которое является обоснованным и соответствующим вышеуказанным требованиям. Эксперт был предупрежден об уголовной ответственности, заключение является полным, не содержит противоречий, согласуется с исследованными в судебном заседании доказательствами.
В судебном заседании обозревались видеозаписи, предоставленные ответчиками ранее, при разрешении иного спора.
Видеозапись № с флеш-карты № «Aparec» от 01 июля 2020года в 16:00 час., на видеозаписи видны участки ответчиков и истца. Все видеозаписи сделаны с камеры №. Видеозапись с флеш-карты № «goodram». На данной флеш-карте отсутствуют файлы. Видеозапись № с флеш-карты № «goodram» от 09 декабря 2020 года в 21:01 час., на видеозаписи видны участки ответчиков и истца. Все видеозаписи сделаны с камеры №.
В судебном заседании представитель истца указала, основанием для обращения в суд послужил тот факт, что ответчики, при рассмотрении гражданского дела по их иску к ФИО15 о запрете осуществлять деятельность по ремонту и мойке автотранспортных средств во дворе жилого дома, не отрицали факт того, что камера направлена во двор истца, не скрывали факт наблюдения за участком истца. Полагает данный факт нарушает ее права.
Суд не может согласиться с доводами представителя ответчиков ФИО3 о том, что видеокамеры установлены ответчиками с целью наблюдения за придворовой территорией, поскольку обзор камер к домовладениям истца и ответчика, а также обзор части земельного участка, находящегося в пользовании истца ФИО16 не позволяют ответчикам ФИО4, ФИО5 наблюдать за происходящим вблизи двора истца в обзор камеры № направлены на земельный участок, находящийся перед квартирой №.
Судом достоверно установлено, и подтверждается пояснениями участников процесса, что в нарушение изложенной правовой нормы ответчики ФИО4, ФИО5 не спрашивали согласия истца ФИО1 на установку и использование видеокамер на территории земельного участка и придворовой территории, принадлежащих истцу.
Суд принимает во внимание доводы стороны истца о том, что установка камер видеонаблюдения, в том числе, с обзором смежного участка, без согласования смежного сособственника, является существенным нарушением его прав, предусмотренных частью 3 статьи 23, статьей 24 Конституции Российской Федерации, статьи 150, части 1 статьи 152.2 Гражданского кодекса Российской Федерации и приходит к выводу о том, что частная жизнь истца ФИО1 членов ее семьи, находящаяся перед объективами видеокамер без их согласия, ущемляет их права на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную жизнь. Технические возможности камер видеонаблюдения позволяют копировать, хранить и распространять данные полученные в ходе съемки камеры.
Исследовав и оценив в совокупности по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, имеющиеся в деле доказательства, принимая во внимание, что ответчик произвел установку видеокамеры направленной во двор жилого дома истца, в отсутствие согласия собственников помещений на использование для размещения видеокамеры, суд приходит к выводу о наличии оснований для удовлетворения требований об обязании ответчика демонтировать видеокамеру наружного наблюдения №1 в течение десяти дней со дня вступления решения суда в законную силу.
При этом, учитывая, что истец ФИО1 требования к ответчикам ФИО6 и ФИО12 не поддерживает, поскольку указанные лица, являясь собственниками объектов недвижимости, фактически не проживают по адресу. В порядке статей 39, 173 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, это право истца. В связи с чем, суд полагает удовлетворить исковые требования к ФИО4 и ФИО5
Разрешая требования истца о взыскании компенсации морального вреда с ответчиков, суд приходит к следующему.
Согласно части 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
Под нематериальными благами, в частности, понимаются жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом (часть 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В соответствии с частью 1 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.
Пунктом 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 «О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда» предусмотрено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.
Положения статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации относят неприкосновенность частной жизни, личную и семейную жизнь к нематериальным благам.
Согласно части 1 статьи 152.2 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются без согласия гражданина сбор, хранение, распространение и использование любой информации о его частной жизни, в частности сведений о его происхождении, о месте его пребывания или жительства, о личной и семейной жизни.
Персональными данными согласно части 1 статьи 3 Федерального закона от 27 июля 2006 года № 152-ФЗ «О персональных данных» является любая информация, относящаяся к прямо или косвенно определенному или определяемому физическому лицу (субъекту персональных данных).
Положения статьи 2 Федерального закона «О персональных данных» предусматривают, что целью настоящего ФЗ является обеспечение защиты прав и свобод человека и гражданина при обработке его персональных данных, в том числе прав на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную жизнь. Обработка персональных данных осуществляется с согласия на это субъекта персональных данных (пункт 1 части 1 статьи 6, часть 4 статьи 9).
Поскольку судом при разрешении спора установлено нарушение ответчиками ФИО4, ФИО5 личных неимущественных прав ФИО1 – права на неприкосновенность частной жизни, подлежит удовлетворению и требование истца о взыскании с ответчика компенсации морального вреда.
Заявленный истцом ко взысканию размер компенсации морального вреда в сумме 100 000 рублей суд находит завышенным и с учетом всех перечисленных в законе требований, степени и характера нравственных страданий истца, степени вины ответчиков, фактических обстоятельств дела, принципов разумности и справедливости, считает возможным взыскать с ответчиков ФИО4, ФИО5 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей, отказав в удовлетворении в остальной части.
На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
решил:
исковое заявление ФИО1 к ФИО4, ФИО5 о возложении обязанности по совершению определенных действий, взыскании компенсации морального вреда, удовлетворить частично.
Обязать ФИО4 и ФИО5 демонтировать камеру № satvision № наружного наблюдения в течение десяти дней со дня вступления решения суд в законную силу.
Взыскать с ФИО4 и ФИО5 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей по 5000 рублей с каждого.
Решение суда может быть обжаловано, в апелляционном порядке, в Оренбургский областной суд через Оренбургский районный суд Оренбургской области в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.
Судья: В.В Чиркова
Справка. Мотивированное решение суда изготовлено 09 сентября 2022 года
Судья: