Решение по делу № 2А-1290/2021 от 25.10.2022 - о взыскании компенсации за нарушение установленных законодательством условий содержания в исправительном учреждении.

УИД 11RS0008-01-2021-002844-66 Дело № 2а-220/2022

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Сосногорский городской суд Республики Коми в составе председательствующего судьи Судовской О.Н., при секретаре Волковой О.О., рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Сосногорске РК 25 октября 2022 года административное дело по административному исковому заявлению ФИО1 ФИО7 к ФКУЗ МСЧ-11 ФСИН России, ФСИН России, УФСИН России по Республике Коми, ФКУ СИЗО-2 о взыскании компенсации за нарушение установленных законодательством условий содержания в исправительном учреждении,

установил:

ФИО3 обратился в суд с указанным административным иском к УФСИН России по Республике Коми, ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Республике Коми, просив взыскать с ответчика 1 000 000 руб. в качестве компенсации за ненадлежащие условия содержания, а также неоказание истцу, являющемуся <данные изъяты>, медицинской помощи в связи с имеющимися у него хроническими заболеваниями в период нахождения его в ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Республике Коми с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

Определениями суда от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле привлечены в качестве соответчиков ФСИН России, ФКУЗ МСЧ-11 ФСИН России, в качестве заинтересованного лица - МЧ № ФКУЗ МСЧ-11 ФСИН России.

В обоснование административного иска истцом указано на несоблюдение жилой площади в камерах (с учетом в т.ч. отсутствия в камерах шкафов для вещей, размещение их на полу, влекущее ограничение свободного пространства), отсутствие горячего водоснабжения, антисанитарию в камерах и помещении душевой (грибок, плесень и т.п.), невыдачу средств для уборки, нарушения при организации питания, плохое качество питьевой воды, недостаточность площади обеденного стола, недостаточное освещение и духоту в камерах, совместное содержание курящих и некурящих лиц, громкую музыку в прогулочных дворах, ненадлежащее состояние постельных принадлежностей, отсутствие услуг прачечной. Указал, что при наступлении холодного времени года (август и сентябрь) отопление в камерах не работало, вследствие чего он заболел ОРВИ, стал задыхаться, обострились боли в области сердца. Медикаменты ему не были выданы, тест на COVID-19 не был взят, несмотря на повышенную температуру. При помещении его ДД.ММ.ГГГГ в карцер № ему была выдана спецодежда в ненадлежащем состоянии, в самом карцере действовало круглосуточное видеонаблюдение, унитаз был неисправен, из него текла вода.

Административный истец ФИО1, принимая участие в судебном заседании посредством видеоконференц-связи, на заявленных требованиях настаивал, не возражал против заключения судебной медицинской экспертизы, за исключением выводов об <данные изъяты>.

Административные ответчики ФСИН России, УФСИН России по Республике Коми, ФКУЗ МСЧ-11 ФСИН России, ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Республике Коми, заинтересованное лицо МЧ № 17 ФКУЗ МСЧ-11 ФСИН России, будучи извещены, явку представителей в судебное заседание не обеспечили.

В письменном отзыве представитель ФСИН России, УФСИН России по Республике Коми, ФКУ СИЗО-2 ФИО2 возражала против исковых требований в части ненадлежащих условий содержаний в ФКУ СИЗО-2.

При указанных обстоятельствах, руководствуясь ст.150 КАС РФ, суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся представителей ответчиков и заинтересованного лица.

Выслушав административного истца, исследовав материалы дела, оценив представленные в дело доказательства и установленные по делу обстоятельства в соответствии со ст. 84 Кодекса административного судопроизводства РФ, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст. 227.1 КАС РФ, лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

При рассмотрении административного искового заявления, поданного в соответствии с частью 1 настоящей статьи, суд устанавливает, имело ли место нарушение предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, а также характер и продолжительность нарушения, обстоятельства, при которых нарушение допущено, его последствия.

По доводам административного иска судом установлено следующее.

Общие положения и принципы исполнения наказаний устанавливаются Уголовно-исполнительным кодексом Российской Федерации, задачами которого являются регулирование порядка и условий исполнения и отбывания наказаний, определение средств исправления осужденных, охрана их прав, свобод и законных интересов (часть 2 статьи 1, часть 2 статьи 2 названного кодекса).

Порядок и условия содержания под стражей, гарантии прав и законных интересов лиц, которые в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации (далее - УПК) задержаны по подозрению в совершении преступления, а также лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, в отношении которых в соответствии с УПК избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, регулируются Федеральным законом N 103-ФЗ от 15.07.1995 года "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" (далее - Федеральный закон N 103-ФЗ).

При исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными законодательством Российской Федерации; порядок осуществления прав осужденных устанавливается поименованным кодексом, а также иными нормативными правовыми актами; при осуществлении прав осужденных не должны нарушаться порядок и условия отбывания наказаний, а также ущемляться права и законные интересы других лиц (части 2 статьи 10, частей 10 и 11 статьи 12 упомянутого кодекса).

В силу ст. 15 Федерального закона N 103-ФЗ от 15.07.1995 года, в местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных УПК.

Согласно ст. 23 Федерального закона N 103-ФЗ подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности. Норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров.

Согласно ч.1 ст. 99 УИК РФ, норма жилой площади в расчете на одного осужденного к лишению свободы в исправительных колониях не может быть менее двух квадратных метров, в тюрьмах - двух с половиной квадратных метров.

Приведенные нормы, будучи применены при рассмотрении настоящего административного дела, указывают на соблюдение нормы жилой площади в расчете на одного обвиняемого (осужденного к лишению свободы) при пребывании ФИО1 в ФКУ СИЗО-2.

Как установлено судом, административный истец ФИО1 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ содержался в ФКУ СИЗО-2 ФСИН России по Республике Коми (в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в качестве обвиняемого, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ - в качестве осужденного), периодически убывая в ИВС ОМВД России по <адрес>, а также в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ проходя лечение в ФКЛПУБ-18 <адрес>.

В период содержания в ФКУ СИЗО-2 ФИО1 находился под наблюдением ФКУЗ МСЧ-11 ФСИН России.

В указанный период пребывания в ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Республике Коми (далее - СИЗО-2) административный истец содержался в камерах:

1) № - с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ площадью 14,3 кв.м., площадь санузла – 1,8 кв.м., количество содержащихся лиц – 3, площадь на 1 – 4,17 кв.м.;

2) № - ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ площадью 13,4 кв.м., площадь санузла – 1,2 кв.м., количество содержащихся лиц – 3, площадь на 1 – 4,07 кв.м.;

3) № – с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ площадью 17,4 кв.м., площадь санузла – 1,2 кв.м., количество содержащихся лиц – 3-4, площадь на 1 при максимальном размещении – 4,05 кв.м.;

4) № – с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ площадью 33,1 кв.м., площадь санузла – 1 кв.м., количество содержащихся лиц – 8, площадь на 1 – 4,01 кв.м.;

5) № - с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ площадью 17,0 кв.м., площадь санузла – 1 кв.м., количество содержащихся лиц – 1, площадь на 1 – 16,0 кв.м.;

6) № – с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ площадью 33,1 кв.м., площадь санузла – 1 кв.м., количество содержащихся лиц – 6-7, площадь на 1 при максимальном размещении – 4,6 кв.м.;

7) № – с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ площадью 17,0 кв.м., площадь санузла – 1 кв.м., количество содержащихся лиц – 2-4, площадь на 1 при максимальном размещении – 4,0 кв.м.;

8) № – с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ площадью 33,1 кв.м., площадь санузла – 1 кв.м., количество содержащихся лиц – 6-7, площадь на 1 при максимальном размещении – 4,6 кв.м.;

9) карцер № – с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ площадью 7,1 кв.м., количество содержащихся лиц – 1, площадь на 1 – 7,1 кв.м.;

10) карцер № – с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ площадью 6,9 кв.м., количество содержащихся лиц – 1, площадь на 1 – 6,9 кв.м.;

11) № - с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ площадью 13,7 кв.м., площадь санузла – 1,6 кв.м., количество содержащихся лиц – 1, площадь на 1 – 12,1 кв.м.;

12) № – с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ площадью 14,1 кв.м., площадь санузла – 1,6 кв.м., количество содержащихся лиц – 1-3, площадь на 1 при максимальном размещении – 4,16 кв.м.;

13) № – с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ площадью 33,5 кв.м., площадь санузла – 1,1 кв.м., количество содержащихся лиц – 4, площадь на 1 при максимальном размещении –8,1 кв.м.

Таким образом, норма площади в камерах соблюдалась и составляла не менее 4,0 кв.м. при содержании административного истца в качестве обвиняемого, не менее 2 кв.м. – в качестве осужденного.

Согласно статье 33 Федеральный закон от 15.07.1995 N 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» размещение подозреваемых и обвиняемых в камерах производится с учетом их личности и психологической совместимости. Курящие по возможности помещаются отдельно от некурящих.

Как следует из комиссионного акта осмотра камер, все камеры оборудованы приточно-вытяжной вентиляцией, находящейся в исправном состоянии. Приток воздуха осуществляется через форточку окна. Удаление воздуха осуществляется через вытяжные отверстия.

В соответствии с п. 13.8 СП 247.1325800.2016 «Свод правил. Следственные изоляторы уголовно-исполнительной системы. Правила проектирования» приточные и вытяжные вентиляционные отверстия располагаются под потолком и ограждены металлическими решётками.

Пунктом 42 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов, утвержденных Приказом Минюста России от 14.10.2005 №189 (далее - ПВР СИЗО), установлено, что камеры оборудуются вентиляционным оборудованием при наличии возможности. При этом обязательное оборудование камер вентиляцией с механическим побуждением (принудительной вентиляцией) не предусмотрено.

Оконные проемы оборудованы отсекающими решетками, которые соответствуют Приказу Минюста России от 27.07.2007 № 407 «Об утверждении Каталога «Специальные (режимные) изделия для оборудования следственных изоляторов, тюрем, исправительных и специализированных учреждений ФСИН России». В отсекающей решетке предусмотрено отверстие для непосредственного доступа к форточке для открывания и закрывания, либо специальный механизм открывания/закрывания окна. Механизмы находятся в исправном состоянии, остекление не повреждено.

Таким образом, доказательств ненадлежащего микроклимата, духоты в помещениях камер в материалах дела не имеется. Довод административного истца о неприятном запахе является субъективным и допустимыми доказательствами не подтвержден.

Искусственная освещенность камер осуществляется в дневное время лампами ЛПО мощностью 36 Вт каждая, режим освещения - 16 часов, в ночное время - светильником, оборудованным лампой накаливания 60 Вт, режим освещения 8 часов. Обозначенное освещение соответствует требованиям СанПиН 1.2.3685-21 «Гигиенические нормативы и требования к обеспечению безопасности и (или) безвредности для человека факторов среды обитания». Камеры оборудованы одним или несколькими оконными проемами, размерами, позволяющими обеспечить достаточное естественное освещение и доступ свежего воздуха.

Отопление осуществляется посредством собственной автоматизированной газовой котельной. Температурный режим в камерах режимных корпусов поддерживался на уровне 19-22 градусов Цельсия, радиаторы системы центрального отопления работали исправно.

В соответствии с п. 42 ПВР СИЗО, все камеры в которых содержался ФИО1 оборудованы: двухъярусными кроватями, столом и скамейками с числом посадочных мест по количеству лиц, содержащихся в камере, полкой для продуктов, вешалкой для верхней одежды, полкой для туалетных принадлежностей, зеркалом, вмонтированным в стену, бачком для питьевой воды, подставкой под бачок для питьевой воды, радиодинамиком вещания общегосударственных программ, урной для мусора, тазами для гигиенических целей и стирки одежды, светильниками рабочего и дежурного освещения, вентиляционным оборудованием, унитазом, умывальником, нагревательными приборами (радиаторами) системы водяного отопления, штепсельными розетками для подключения приборов, вызывной сигнализацией. При этом оборудование камер шкафами для хранения, сушилками для вещей указанными Правилами не предусмотрено. Довод иска о несоответствии площади обеденного стола количеству содержащихся в камере лиц опровергается данными о соблюдении норм площади и оборудовании камер столом и скамейками с числом посадочных мест по количеству лиц, содержащихся в камере.

С учетом представленных доказательств, у суда не имеется оснований для вывода о нарушении прав административного истца в указанной части.

Согласно представленным административным ответчиком доказательствам, в период содержания в ФКУ СИЗО-2 ФИО1 обеспечивался горячим трехразовым питанием (завтрак, обед, ужин), организованным в соответствии с требованиями постановления Правительства РФ от 11.04.2005 №205 «О минимальных нормах питания..», приказа ФСИН России от ДД.ММ.ГГГГ № «Об утверждении порядка организации питания осужденных, подозреваемых и обвиняемых, содержащихся в учреждениях уголовно-исполнительной системы» и приказа Минюста России от ДД.ММ.ГГГГ № «Нормы замены одних продуктов питания другими при организации питания осужденных, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, находящихся в учреждениях ФСИН, на мирное время».

Довод административного иска о ненадлежащем качестве питьевой воды также не нашел своего подтверждения. Обеспечение холодной воды в ФКУ СИЗО-2 УФСИН России централизованное, осуществляется от собственной артезианской скважины. Согласно оценке соответствия результатов исследований проб питьевой воды, выполненных ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ ООО «Лабораторный центр «ИКОС» вода в учреждении соответствует требованиям СаНПиН 2.ДД.ММ.ГГГГ-01 «Питьевая вода». В материалы дела представлены протоколы №.506 от ДД.ММ.ГГГГ, №.722 от ДД.ММ.ГГГГ, количественного химического анализа воды, отобранных в скважине № по адресу: РК, г.Сосногорск, пст.Лыа-Ель, 13.

Кроме того, согласно направлениям Бактериологической лаборатории ФКУЗ МСЧ-11 ФСИН России на исследование проб воды № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, пробы воды по микробиологическим показателям соответствуют требованием СанПиН ДД.ММ.ГГГГ-21.

Согласно отзыву ответчика и представленным им доказательствам, в т.ч. фотоматериалам, акту комиссионного осмотра камер от ДД.ММ.ГГГГ, санитарное состояние камер, а также карцеров №№,7, соответствует санитарно-гигиеническим нормам, грибок и плесень на стенах камерных помещений отсутствует.

Санитарное состояние душевых соответствует нормам СанПиН. Не реже 3-х раз в день проводится санитарная обработка и дезинфекция помещений банно-прачечного комплекса и душевых с применением дезинфицирующих средств (Аминаз плюс) путем орошения и протирания поверхностей. Также обеспечивается применение ультрафиолетовых бактерицидных рециркуляторов. Душевые оборудованы приточно-вытяжной вентиляцией с механическим побуждением, перегородками (шторой) для соблюдения приватности при проведении гигиенических процедур. Слив в душевых функционирует исправно.

Санитарный узел в карцерах от жилой площади отделен перегородкой высотой 1,5 м. от пола, оборудован напольным унитазом, механизмом для слива. Все санитарно-технические приборы находятся в технически исправном состоянии.

Инвентарь для уборки (веники, совки, чистящие средства), согласно отзыву ответчика и представленным фотоматериалам, имеется в наличии и выдается в камеру по обращению к администрации. Уборка в камерах производится ежедневно согласно графику дежурства по камере. Ответчиками в материалы дела представлен государственный контракт № от ДД.ММ.ГГГГ на выполнение работ по дератизации в ФКУ СИЗО-2, что также опровергает доводы истца.

В соответствии с п. 40 Приказа № лица, содержащиеся в СИЗО-2 обеспечиваются для индивидуального пользования: спальным местом; постельными принадлежностями: матрацем, подушкой, простынями, наволочкой; полотенцем; столовой посудой и столовыми приборами: миской, одеялом; постельным бельем: (на время приема пищи), кружкой, ложкой. Указанное имущество выдается бесплатно во временное пользование на период содержания под стражей. В соответствии с п. 45 Приказа № смена постельного белья осуществляется еженедельно после помывки в душе. Стирка белья, выдаваемого во временное пользование подозреваемым, обвиняемым и осужденным осуществляется в прачечной учреждения с помощью стиральных машин с добавлением сертифицированных средств. Качество стирки и сушки белья проверяется медицинскими работниками, а также работниками отдела тылового обеспечения. В помещении банно-прачечного комплекса установлена дезинфекционная камера «Кочубей», в которой производится дезинфекция и дезинсекция матрасов, подушек и постельных принадлежностей. Периодически проводится инвентаризация и визуальный осмотр постельных принадлежностей, с целью выявления пришедших в негодность постельных принадлежностей, для дальнейшего осуществления их ремонта или списания. Согласно приказу Министерства Юстиции Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГг. № «Об утверждении норм вещевого довольствия осужденных к лишению свободы и лиц, содержащихся в следственных изоляторах», списание постельных принадлежностей проводится периодически, в связи с сильным износом и невозможностью дальнейшего использования, а также по срокам эксплуатации.

Доводы иска о выдаче ему одежды специального образца при помещении в карцер, судом отклоняются, нарушений условий содержания в этой части не установлено. При этом суд учитывает, что наличие оснований для применения к ФИО1 меры наказания в виде помещения в карцер административным истцом не оспаривается, предметом иска законность данной меры наказания не является.

Приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 03 ноября 2005 года N 204-дсп утверждена Инструкция об организации службы по обеспечению надзора за подозреваемыми, обвиняемыми и осужденными, содержащимися в следственных изоляторах и тюрьмах уголовно-исполнительной системы. Приказ зарегистрирован в Министерстве юстиции Российской Федерации 10 ноября 2005 года N 7150.

Согласно данной Инструкции, лицу, водворяемому в карцер, запрещается брать с собой имеющиеся у него продукты питания и личные вещи, за исключением предметов личной гигиены (кроме бритвенных принадлежностей). Наказанные водворением в карцер подвергаются полному обыску и переодеваются в одежду специального образца.

Доводы иска о том, что прогулочных двориках был нарушен уровень шума, очень громко играла музыка, допустимыми доказательствами не подтверждены.

В соответствии с частью 2 статьи 62 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации обязанность доказывания законности оспариваемых решений, действий (бездействия) органов, организаций и должностных лиц, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, возлагается на соответствующие орган, организацию и должностное лицо, которые обязаны также подтверждать факты, на которые они ссылаются как на основания своих возражений.

Конституция Российской Федерации презюмирует добросовестное выполнение органами государственной власти возлагаемых на них Конституцией и федеральными законами обязанностей и прямо закрепляет их самостоятельность в осуществлении своих функций и полномочий (статья 10).

Следовательно, на сотрудников уголовно-исполнительной системы, как государственных служащих, распространяются общие положения о презумпции добросовестности в деятельности государственных служащих.

Таким образом, у суда не имеется оснований не доверять представленным в соответствии с положениями приведенной статьи 62 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации доказательствам в описанной части.

По доводам административного иска о нарушении его прав видео-наблюдением в карцере суд полагает необходимым указать следующее.

В силу положений части 1 статьи 83 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации администрация исправительных учреждений вправе использовать аудиовизуальные, электронные и иные технические средства надзора и контроля для предупреждения побегов и других преступлений, нарушений установленного порядка отбывания наказания и в целях получения необходимой информации о поведении осужденных

Частью 1 статьи 34 Федерального закона № 103-ФЗ установлено, что в целях осуществления надзора за подозреваемыми и обвиняемыми может использоваться аудио- и видеотехника.

Частью 1 ст. 15 Федерального закона № 103-ФЗ, а также ч.1 ст. 82 УИК РФ установлено, что право администрации исправительных учреждений и следственных изоляторов использовать технические средства контроля и надзора является частью механизма, обеспечивающего личную безопасность подозреваемых, обвиняемых, осужденных и персонала соответствующего учреждения, режим содержания подозреваемых, обвиняемых и осужденных, соблюдение их прав и исполнение ими своих обязанностей.

Приказом Минюста России от 04 сентября 2006 года N 279 утверждены Наставления по оборудованию инженерно-техническими средствами охраны и надзора объектов уголовно-исполнительной системы.

Наставление по оборудованию инженерно-техническими средствами охраны и надзора объектов уголовно-исполнительной системы (далее - Наставление) в соответствии с законодательными и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, Европейскими пенитенциарными правилами, утвержденными Рекомендацией Rec (2006) 2 Комитета Министров Совета Европы, а также стандартами Европейского комитета по предупреждению пыток и бесчеловечного или унижающего достоинство обращения или наказания устанавливает требования по оборудованию объектов уголовно-исполнительной системы инженерно-технических средств охраны и надзора.

Положения указанного Наставления распространяются на следственные изоляторы (помещения, функционирующие в режиме следственных изоляторов) и тюрьмы (пункт 3).

В соответствии с пунктом 3 Наставления инженерно-технические средства охраны и надзора применяются с целью создания условий для предупреждения и пресечения побегов, других преступлений и нарушений установленного режима содержания осужденными и лицами, содержащимися под стражей, повышения эффективности надзора за ними и получения необходимой информации об их проведении, а также для обеспечения выполнения других служебных задач, возложенных на учреждения и органы УИС.

Согласно пункту 8 Наставления к техническим средствам охраны и надзора относятся технические средства (видеокамеры) и системы (подсистемы) охранного телевидения.

В соответствии с пункт 58 Наставления к инженерно-техническим средствам охраны запретной зоны следственных изоляторов (тюрем) относятся видеокамеры.

Для наблюдения за поведением осужденных и лиц, содержащихся под стражей, в камерах и коридорах режимных зданий и помещений устанавливаются видеокамеры.

Изображения от видеокамер выводятся на видеоконтрольные устройства в помещениях соответствующих операторов. Все камерные помещения оборудуются видеокамерами в антивандальном исполнении с выводом изображения на видеоконтрольные устройства соответствующих операторов. Видеокамеры устанавливаются в местах, обеспечивающих наиболее полный и качественный обзор камерного помещения (пункт 60 Наставления).

Следовательно, вышеуказанные нормы материального права с учетом фактических обстоятельств дела и исследованных доказательств, при разрешении требований ФИО1 свидетельствуют о том, что установленные камеры в следственном изоляторе соответствуют приведенным выше техническим нормам и не могут быть признаны нарушением конституционных прав и свобод заявителя.

Как следует из акта осмотра камер от ДД.ММ.ГГГГ, в карцерах №№ санитарный узел от жилой площади отделен перегородкой высотой 1,5 м. от пола, при обзоре камеры через дверной глазок, а также через камеру видеонаблюдения, санузел не просматривается.

Таким образом, нарушений прав истца по приведенным выше доводам не установлено.

В то же время судом усматриваются нарушения условий содержания в связи с отсутствием в камерах горячего водоснабжения, что не оспаривается ответчиком. Согласно отзыву, при отсутствии в камере водонагревательных приборов либо горячей водопроводной воды горячая вода для стирки и гигиенических целей и кипяченая вода для питья выдаются ежедневно с учетом потребностей.

Решением Сосногорского городского суда № от ДД.ММ.ГГГГ на ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Республике Коми возложена обязанность обеспечить горячим водоснабжением: камеры №№, карцеры №№ режимного корпуса №, камеры №№ режимного корпуса №, камеры №№, № режимного корпуса №, камеры №№, камеры специального блока №№ режимного корпуса №, в соответствии с требованиями Свода правил 247.1325800.2016 «Следственные изоляторы уголовно-исполнительной системы. Правила проектирования», утвержденного Приказом Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 245/<адрес> вступило в законную силу.

В период содержания истца в ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Республике Коми отсутствовало горячее водоснабжение в камерах режимных корпусов, что не оспаривалось стороной административного ответчика, подтверждается отзывом на иск.

В соответствии со статьей 101 Уголовно-исполнительного кодекса РФ администрация исправительных учреждений обязана выполнять установленные санитарно-гигиенические требования, обеспечивающие охрану здоровья осужденных.

Приказом Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства РФ от 15 апреля 2016 г. N 245/пр утвержден и введен в действие с 4 июля 2016 года Свод правил «Следственные изоляторы уголовно-исполнительной системы. Правила проектирования». Данный Свод правил зарегистрирован Росстандартом 24.05.2016, имеет номер СП 247.1325800.2016.

Согласно п.1.1 указанного Свода правил, он устанавливает нормы проектирования и распространяется на строительство, реконструкцию, расширение, техническое перевооружение и капитальный ремонт зданий, помещений и сооружений, предназначенных для размещения и функционирования следственных изоляторов (СИЗО).

Положения настоящего свода правил не распространяются на объекты капитального строительства, проектная документация которых до вступления в силу настоящего свода правил получила положительное заключение государственной экспертизы, а также на документы территориального планирования и документацию по планированию территории, утвержденные до вступления в силу настоящего свода правил (п.1.2).

Пунктом 19.1 СП 247.1325800.2016 предусмотрено, что здания СИЗО должны быть оборудованы хозяйственно-питьевым и противопожарным водопроводом, горячим водоснабжением, канализацией и водостоками согласно требованиям СП 30.13330 («Внутренний водопровод и канализация зданий»), СП 31.13330 («Водоснабжение. Наружные сети и сооружения»), СП 32.13330 («Канализация. Наружные сети и сооружения»), СП 118.13330 («Общественные здания и сооружения»).

Согласно п.19.5 указанного Свода правил СП 247.1325800.2016, подводку холодной и горячей воды следует предусматривать: 1) к умывальникам – в камерах, помещениях медицинской части, в помещениях для хранения уборочного инвентаря, в бытовых комнатах, в уборных для персонала СИЗО и уборных при блоке комнат свиданий, в помещениях фотодактилоскопии, в комнатах чистки оружия, в помещениях аккумуляторной, комнатах для хранения и мытья инвентаря, применяемого для проверки передач, в комнатах обыска сборного отделения, в постирочных; 2) к мойкам (ваннам) – в комнатах мытья и хранения посуды; 3) к душевым сеткам – в душевых и санпропускнике; 4) к поливочным кранам; 5) к зданиям – прачечной, пищеблока, столовой, кухни, городка для содержания служебных собак.

Из положений пунктов 19.2.1 и 19.2.5 Свода правил «Исправительные учреждения и центры уголовно-исполнительной системы. Правила проектирования», утвержденных приказом Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №/пр, следует, что здания исправительных учреждений должны быть оборудованы, в том числе горячим водоснабжением; подводку горячей воды следует предусматривать к санитарным приборам, требующим обеспечения горячей водой (умывальникам, раковинам, мойкам (ваннам), душевым сеткам и т.п.).

Пункт 8.1.1 СанПиН 2.ДД.ММ.ГГГГ-10 «Санитарно-эпидемиологические требования к условиям проживания в жилых зданиях и помещениях. Санитарно-эпидемиологические правила и нормативы», утвержденных постановлением Главного государственного врача РФ от ДД.ММ.ГГГГ №, предусматривает в жилых зданиях хозяйственно-питьевое и горячее водоснабжение, а также канализацию и водостоки.

Требования о подводке горячей воды к умывальникам и душевым установкам во всех зданиях были предусмотрены также Инструкцией по проектированию исправительных и специализированных учреждений уголовно-исполнительной системы Минюста РФ, утвержденной Приказом Минюста Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №-ДСП, которая впоследствии была признана утратившей силу приказом Минюста России от ДД.ММ.ГГГГ №-дсп. Согласно пункту 1.1 данной Инструкции ее положения должны были соблюдаться при разработке проектов на строительство, реконструкцию, расширение и техническое перевооружение зданий, помещений и сооружений исправительных и специализированных учреждений уголовно-исполнительной системы, за исключением тюрем.

Как неоднократно указывал в своих постановлениях Европейский Суд по правам человека, доступ к надлежащему санитарному оборудованию и поддержание удовлетворительных стандартов гигиены имеют первостепенное значение для поддержания у заключенных чувства собственного достоинства; гигиена и чистота не только являются неотъемлемой частью уважительного отношения к себе и своим соседям, с которыми лица делят помещения в течение долгого времени, но и создают условие и в то же время необходимость сохранения здоровья; действительно гуманная среда невозможна без легкого доступа к санитарному оборудованию или возможности поддерживать свое тело в чистоте; отсутствие доступа к надлежащему санитарному оборудованию, само по себе достаточно для установления нарушения статьи 3 Конвенции.

Доводы административного ответчика о том, что следственным изолятором в отношении ФИО1 нарушений действующего законодательства не допущено, так как пунктом 43 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов предусмотрено, что при отсутствии в камере водонагревательных приборов либо горячей водопроводной воды горячая вода для стирки и гигиенических целей и кипяченая вода для питья выдаются ежедневно в установленное время с учетом потребности, судом не принимаются во внимание, поскольку основаны на ошибочном толковании норм материального права, регулирующих спорные правоотношения.

Наличие горячего водоснабжение в камерах непосредственным образом касается обеспечения гуманных условий для содержания лиц, в отношении которых применена мера пресечения заключение под стражу, подозреваемых и осужденных и охраны здоровья людей с точки зрения соблюдения санитарно-эпидемиологических требований, создания благоприятных безопасных условий среды обитания, в связи с чем, эксплуатация объекта с нарушением указанных требований ведет к недопустимому риску для здоровья лиц, находящихся в зданиях ответчика.

Из содержания подпункта 6 пункта 3 Положения о Федеральной службе исполнения наказаний, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 13 октября 2004 года №1314, следует, что задачей ФСИН является создание осужденным и лицам, содержащимся под стражей, условий содержания, соответствующих нормам международного права, положениям международных договоров Российской Федерации и федеральных законов.

Поскольку обеспечение помещений СИЗО горячим водоснабжением, являлось и является обязательным, постольку неисполнение исправительным учреждением требований закона влечет нарушение прав административного истца на содержание в условиях надлежащего обеспечения её жизнедеятельности.

Факт отсутствия горячего водоснабжения и водонагревательных приборов в камерах ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Республике Коми, в которых содержался ФИО1, ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Республике Коми не оспаривался, доказательств обеспечения административного истца горячей водой в соответствии с требованиями пункта 43 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов, то есть ежедневно с учетом потребности, административным ответчиком суду не представлено.

При вынесении настоящего решения суд исходит из установленного факта нарушения прав истца, выразившегося в несоблюдении ответчиком требований о необходимости наличия горячего водоснабжения в умывальниках камер СИЗО, и как следствие создание бытовых условий, не отвечающих требованиям гигиены, санитарии, что, безусловно, нарушило права административного истца и является основанием для взыскания в его пользу денежной компенсации.

В рамках настоящего дела для оценки доводов и возражений сторон относительно оказания истцу медицинской помощи по имеющимся у него заболеваниям, судом назначалась судебно-медицинская экспертиза, проведение которой было поручено экспертам ГБУЗ РК «Бюро судебно-медицинской экспертизы».

Согласно выводам экспертного заключения № (п) от ДД.ММ.ГГГГ, по данным представленной медицинской документации по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ, а также в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ у истца зафиксированы хронические заболевания::

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ абсолютных показаний для стационарного обследования и лечения в экстренной и неотложной форме у ФИО1 не зафиксировано. Стационарное обследование и лечение было проведено в ДД.ММ.ГГГГ г., в данной клинической ситуации оценено экспертами как целесообразное, своевременное и достаточное.

При оказании медицинской помощи ФИО1 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ экспертами установлены следующие дефекты.

В соответствии с постановлениями Главного государственного санитарного врача РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «Об утверждении санитарно-эпидемиологических правил СП ДД.ММ.ГГГГ-13 «Профилактика вирусного гепатита С», от ДД.ММ.ГГГГ № «Об утверждении санитарных правил и норм СанПиН 3.3686-21 «Санитарно-эпидемиологические требования по профилактике инфекционных болезней», истец относится к контингентам лиц, подлежащих обязательному обследованию на вирусный гепатит «С» при поступлении в исправительное учреждение. Обследование истца на вирусный гепатит «С» проведено в марте 2021 года (поступил в СИЗО-2 ДД.ММ.ГГГГ).

Имеющиеся в представленных медицинских документах сведения по обследованию ФИО1 на <данные изъяты> противоречивы: по данным выписки из медицинской карты <данные изъяты>

Подтверждающее исследование методом ПЦР должно быть проведено в течение 14 дней с момента выявления положительного анализа на антитела к <данные изъяты> (п.3.10 СП ДД.ММ.ГГГГ-13, п.722 СанПиН 3.3686-21), фактически не проводилось.

Таким образом, диагноз <данные изъяты> у ФИО1 не подтвержден достаточными данными. Оценить объем необходимого обследования и лечения в связи с этим заболеванием экспертам не представилось возможным, при этом отмечено, что до 15-45% случаев заражения <данные изъяты> заканчивается полной элиминацией вируса из организма без развития хронической формы заболевания, при этом антитела сохраняются пожизненно. В связи с этим выявление только антител к <данные изъяты> не является достаточным критерием для подтверждения хронического <данные изъяты> (такой случай расценивается как подозрительный к <данные изъяты>), для подтверждения диагноза требуется выявление РНК вируса в крови пациента методом ПЦР.

К дефектам оказания медицинской помощи экспертами отнесено нарушение требований «Клинических рекомендаций «Артериальная гипертензия у взрослых» (утверждены Минздравом РФ, 2020), в части непроведения за весь период наблюдения исследования альбумина в моче, зафиксированы перерывы в предоставлении препаратов верошпирона и аторвастатина с пометками «этап» и «нет препарата».

В остальном медицинская помощь ФИО1 была оказана в полном объеме, в соответствии с требованиями Стандартов медицинской помощи взрослым <данные изъяты> утвержденных приказами Минздрава РФ от ДД.ММ.ГГГГ №н, от ДД.ММ.ГГГГ №н, от ДД.ММ.ГГГГ №н, от ДД.ММ.ГГГГ №н, а также Клинических рекомендаций «Стабильная ишемическая болезнь сердца», «Артериальная гипертензия у взрослых», «Хроническая сердечная недостаточность», утвержденных Минздравом РФ в 2020 году.

ФИО1 получал базисную терапию <данные изъяты>

Отвечая на вопрос о последствиях выявленных дефектов лечения, эксперты указали, что состояние пациента в динамике соответствует характеру и тяжести имеющихся хронических заболеваний, в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ у ФИО1 не выявлено признаков прогрессирования <данные изъяты>, которые могли бы явиться следствием выявленных дефектов оказания медицинской помощи. За указанный период в представленных медицинских документах не зафиксировано обращений пациента с жалобами на затруднение дыхания, не устанавливался диагноз «острое респираторное заболевание». Пациент был обследован на COVID-19 ДД.ММ.ГГГГ – отрицательно.

Ухудшения состояния здоровья в связи с прерыванием терапии <данные изъяты>

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 <данные изъяты>

При динамическом наблюдении у ФИО1 зафиксировано незначительное повышение <данные изъяты>

Ухудшения здоровья истца в связи с выявленными дефектами не зафиксировано, степень тяжести вреда здоровью не оценивается в связи с невозможностью установить сущность вреда здоровью.

У суда нет сомнений в достоверности выводов заключения экспертов ГБУЗ РК «Бюро судебно-медицинской экспертизы», поскольку экспертиза проведена лицами, обладающими специальными познаниями для разрешения поставленных перед ними вопросов, с достаточной квалификацией и большим стажем в этой области; исследованию подвергнута медицинская документация, свидетельствующая о состоянии здоровья административного истца; экспертное заключение не содержит каких-либо неясностей и противоречий. Эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Мотивированных возражений относительно выводов экспертного заключения сторонами не представлено. Возражения административного истца в части выводов об <данные изъяты> суд полагает несостоятельными, поскольку указанные экспертами размеры <данные изъяты> подтверждаются медицинской документацией и свидетельствуют об уменьшении <данные изъяты>

Установив фактические обстоятельства и оценив имеющиеся в деле доказательства, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии со статьей 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.

В силу положений статей 1, 3 и 13 Закона Российской Федерации от 21 июля 1993 года N 5473-1 "Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы" деятельность уголовно-исполнительной системы осуществляется на основе принципов законности, гуманизма, уважения прав человека, установлена обязанность учреждений, исполняющих наказания, обеспечивать исполнение уголовно-исполнительного законодательства Российской Федерации, охрану здоровья осужденных.

Положениями статьи 8 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации установлено, что уголовно-исполнительное законодательство основывается на принципах законности, гуманизма, демократизма, равенства осужденных перед законом, дифференциации и индивидуализации исполнения наказаний, рационального применения мер принуждения, средств исправления осужденных и стимулирования их правопослушного поведения, соединения наказания с исправительным воздействием.

Согласно статье 10 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации Российская Федерация уважает и охраняет права, свободы и законные интересы осужденных, обеспечивает законность применения средств их исправления, их правовую защиту и личную безопасность при исполнении наказаний. При исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными законодательством.

В соответствии с частью 6 статьи 12 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации осужденные имеют право на охрану здоровья, включая получение первичной медико-санитарной и специализированной медицинской помощи в амбулаторно-поликлинических или стационарных условиях в зависимости от медицинского заключения.

Согласно статье 101 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации лечебно-профилактическая и санитарно-профилактическая помощь осужденным к лишению свободы организуется и предоставляется в соответствии с Правилами внутреннего распорядка исправительных учреждений и законодательством Российской Федерации. В уголовно-исполнительной системе для медицинского обслуживания осужденных организуются лечебно-профилактические учреждения (больницы, специальные психиатрические и туберкулезные больницы) и медицинские части. Администрация исправительных учреждений несет ответственность за выполнение установленных санитарно - гигиенических и противоэпидемических требований, обеспечивающих охрану здоровья осужденных.

Пунктом 123 Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений, утвержденных приказом Минюста России от 16.12.2016 N 295, предусмотрено, что лечебно-профилактическая и санитарно-профилактическая помощь осужденным к лишению свободы организуется и предоставляется в соответствии с Федеральным законом от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" (далее - Федеральный закон от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ).

В соответствии со статьей 26 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ лица, задержанные, заключенные под стражу, отбывающие наказание в виде ограничения свободы, ареста, лишения свободы либо административного ареста, имеют право на оказание медицинской помощи, в том числе в необходимых случаях в медицинских организациях государственной системы здравоохранения и муниципальной системы здравоохранения, в соответствии с законодательством Российской Федерации.

При невозможности оказания медицинской помощи в учреждениях уголовно-исполнительной системы лица, заключенные под стражу или отбывающие наказание в виде лишения свободы, имеют право на оказание медицинской помощи в медицинских организациях государственной системы здравоохранения и муниципальной системы здравоохранения, а также на приглашение для проведения консультаций врачей-специалистов указанных медицинских организаций.

Согласно статье 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ под медицинской помощью понимается комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг.

На основании пунктов 2, 3 и 9 части 5 статьи 19 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ пациент имеет право на профилактику, диагностику, лечение, медицинскую реабилитацию в медицинских организация в условиях, соответствующих санитарно-гигиеническим требованиям, а также на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи.

Медицинская помощь организуется и оказывается в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями, а также на основе стандартов медицинской помощи.

В соответствии со статьями 10 и 11 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ качество медицинской помощи обеспечивается применением порядков оказания медицинской помощи и стандартов медицинской помощи, а отказ в оказании медицинской помощи в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи и взимание платы за ее оказание медицинской организацией, участвующей в реализации этой программы, и медицинскими работниками такой медицинской организации не допускаются.

Согласно статье 37 Федерального закона Российской Федерации от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ медицинская помощь организуется и оказывается в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями, а также на основе стандартов медицинской помощи, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации. Назначение и применение лекарственных препаратов, медицинских изделий и специализированных продуктов лечебного питания, не входящих в соответствующий стандарт медицинской помощи, допускаются в случае наличия медицинских показаний (индивидуальной непереносимости, по жизненным показаниям) по решению врачебной комиссии (части 1, 2, 5).

В соответствии с частью 2 статьи 70 указанного Федерального закона Российской Федерации от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ лечащий врач организует своевременное квалифицированное обследование и лечение пациента, предоставляет информацию о состоянии его здоровья, по требованию пациента или его законного представителя приглашает для консультаций врачей-специалистов, при необходимости созывает консилиум врачей для целей, установленных частью 4 статьи 47 настоящего Федерального закона. Рекомендации консультантов реализуются только по согласованию с лечащим врачом, за исключением случаев оказания экстренной медицинской помощи.

Согласно пункту 17 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» при рассмотрении административных дел, связанных с непредоставлением или ненадлежащим оказанием лишенному свободы лицу медицинской помощи, судам с учетом конституционного права на охрану здоровья и медицинскую помощь следует принимать во внимание законодательство об охране здоровья граждан, а также исходить из того, что качество необходимого медицинского обслуживания, предоставляемого в местах принудительного содержания, должно быть надлежащего уровня с учетом режима мест принудительного содержания и соответствовать порядкам оказания медицинской помощи, обязательным для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями, и стандартам медицинской помощи (статья 41 Конституции Российской Федерации, статья 4, части 2, 4 и 7 статьи 26, часть 1 статьи 37, часть 1 статьи 80 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Суд, оценивая соответствие медицинского обслуживания лишенных свободы лиц установленным требованиям, с учетом принципов охраны здоровья граждан может принимать во внимание, в частности, доступность такого обслуживания (обеспеченность лекарственными препаратами с надлежащими сроками годности), своевременность, правильность диагностики, тождественность оказания медицинской помощи состоянию здоровья, лечебную и профилактическую направленность, последовательность, регулярность и непрерывность лечения, конфиденциальность, информированность пациента, документированность, профессиональную компетентность медицинских работников, обеспечение лишенного свободы лица техническими средствами реабилитации и услугами, предусмотренными индивидуальной программой реабилитации или абилитации инвалида (статья 4 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации", часть 7 статьи 101 УИК РФ).

При этом необходимо учитывать, что само по себе состояние здоровья лишенного свободы лица не может свидетельствовать о качестве оказываемой ему медицинской помощи. Доказательствами надлежащей реализации права на медицинскую помощь, включая право на медицинское освидетельствование, в том числе в случаях, когда в отношении лишенного свободы лица в установленном порядке применялись меры физического воздействия, могут являться, например, акты медицинского освидетельствования и иная медицинская документация. Отсутствие сведений о проведении необходимых медицинских осмотров и (или) медицинских исследований может свидетельствовать о нарушении условий содержания лишенных свободы лиц (статья 24 Федерального закона от 15 июля 1995 года N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений", статья 84 КАС РФ).

Приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 28.12.2017 N 285 утвержден Порядок организации оказания медицинской помощи лицам, заключенным под стражу или отбывающим наказание в виде лишения свободы (далее - Порядок).

Согласно пункту 2 Порядка оказание медицинской помощи осужденным осуществляется структурными подразделениями (филиалами) медицинских организаций, подведомственных ФСИН России, и СИЗО УИС, подчиненных непосредственно ФСИН России, а при невозможности оказания медицинской помощи в медицинских организациях УИС - в иных медицинских организациях государственной и муниципальной системы здравоохранения.

Организация медицинской помощи осужденным, а также контроль качества ее оказания и безопасности медицинской деятельности в медицинских организациях уголовно-исполнительной системы осуществляется ФСИН России; ведомственный контроль установлен в зависимости от принадлежности лечебно-профилактического учреждения или медицинского подразделения (п. 3 указанного Порядка).

Внутренний контроль качества и безопасности медицинской деятельности осуществляется медицинскими организациями УИС в порядке, установленном руководителями данных организаций (п. 4 указанного Порядка).

В силу пункта 13 Порядка для оказания медицинской помощи осужденным в Учреждении организуется медицинская часть, которая является структурным подразделением Учреждения.

Структурным подразделением ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Республике Коми является Медицинская часть № 17, являющейся филиалом ФКУЗ МСЧ-11 ФСИН России.

Оценив установленные по делу обстоятельства применительно к приведенным нормам права, суд приходит к выводу о том, что в период отбывания истцом наказания в виде лишения свободы ФКУЗ МСЧ-11 ФСИН России не было проведено надлежащее обследование по заболеванию вирусного гепатита «С», не проведено за весь период наблюдения исследование альбумина в моче, допущены перерывы в предоставлении препаратов верошпирона и аторвастатина, при этом допущены нарушения действующих порядков и стандартов оказания медицинской помощи, что неизбежно причинило истцу нравственные страдания, связанные с переживаниями за жизнь и здоровье.

Принимая во внимание требования истца, обстоятельства дела, продолжительность нарушения его прав, определяемую судом относительно к предмету иска и периоду нахождения в ФКУ СИЗО-2 (около 9 месяцев), значимость последствий для административного истца, руководствуясь принципами разумности и справедливости, суд полагает необходимым определить сумму компенсации в размере 15 000 рублей.

При этом, исходя из положений ст. 1071, п. 3 ст. 125 Гражданского кодекса Российской Федерации, пп.1 п. 3 ст. 58 Бюджетного кодекса Российской Федерации, пп. 6 п. 7 «Положения о Федеральной службе исполнения наказаний», утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 13 октября 2004 года № 1314, компенсация подлежит взысканию с Российской Федерации в лице ФСИН России за счет казны Российской Федерации, поскольку ФСИН России является органом, осуществляющим функции главного распорядителя средств федерального бюджета, предусмотренных на содержание уголовно-исполнительной системы и реализацию возложенных на нее функций. УФСИН России по Республике Коми надлежащим ответчиком по делу не является.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 175-180 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд

РЕШИЛ :

Административное исковое заявление ФИО1 ФИО8 к ФКУЗ МСЧ-11 ФСИН России, ФКУ СИЗО-2, ФСИН России удовлетворить частично.

Признать незаконным бездействие ФКУЗ МСЧ-11 ФСИН России, выразившееся в неоказании ФИО1 ФИО9 надлежащей медицинской помощи и обследования в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

Признать незаконным бездействие ФКУ «СИЗО-2» УФСИН России по Республике Коми, выразившееся в ненадлежащих условиях содержания ФИО1 ФИО10.

Взыскать с Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказаний за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 ФИО11 компенсацию за нарушение условий содержания в ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Республики Коми в размере 15 000 руб.

В остальной части административные исковые требования ФИО1 ФИО12 к ФКУЗ МСЧ-11 ФСИН России, ФКУ СИЗО-2, ФСИН России оставить без удовлетворения. В удовлетворении исковых требований ФИО1 ФИО13 к УФСИН России по Республике Коми отказать.

Решение суда в части удовлетворения требования о присуждении компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении подлежит немедленному исполнению в порядке, установленном бюджетным законодательством Российской Федерации.

Решение может быть обжаловано в Верховный суд Республики Коми через Сосногорский городской суд Республики Коми в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Решение в окончательной форме изготовлено 08 ноября 2022 г.

Судья О.Н.Судовская