10RS0011-01-2022-011648-17 Дело № 2-6136/2022

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

08 ноября 2022 года г. Петрозаводск

Петрозаводский городской суд Республики Карелия в составе:

председательствующего судьи Давиденковой Л.А.,

при секретаре Тихонове С.А.,

с участием помощника прокурора Прионежского района Л.А.П. истца Л.К.В. представителя ответчика П.Г.В. рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску прокурора Прионежского района, действующего в интересах Л.К.В. к обществу с ограниченной ответственностью «КарелКам» о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

Прокурор Прионежского района Республики Карелия, действующий в порядке ч. 1 ст. 45 ГПК РФ в интересах Л.К.В. обратился в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «КарелКам» о взыскании компенсации морального вреда по тем основаниям, что прокуратурой района в ходе осуществления надзора за исполнением законодательства об охране труда установлено, что ДД.ММ.ГГГГ в период времени с 17 час. 30 мин. до 21 час. 10 мин. Л.К.В.., при осуществлении трудовой деятельности в ООО «КарелКам» на территории карьера «<данные изъяты>», расположенного в <адрес> причинен вред здоровью. В ходе расследования несчастного случая на производстве установлено, что ООО «КарелКам» нарушены требования ст. 212 Трудового кодекса РФ (отсутствие организации контроля за состоянием условий труда на рабочих местах, выразившееся в возможности проведения ремонта автосамосвала <данные изъяты> вне специально оборудованного пункта технического обслуживания (производственной площадки), отсутствие разработанной системы управления охраны труда в организации). В результате несчастного случая Л.К.В. находился на стационарном лечении в ГБУЗ «Больница скорой медицинской помощи» с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с диагнозом: множественная скелетная травма, вертикально нестабильное повреждение тазового кольца. Перелом верхней ветви правой лонной, перелом нижних ветвей лонных костей, краевой перелом переднего крася левой вертлужной впадины, вертикальный перелом крестца справа с удовлетворительным стоянием отломков, открытый перелом основания дистальной фаланги 2 пальца левой кисти со смещением отломков, множественные ссадины, ушибы туловища, конечностей. Из заключения эксперта от ДД.ММ.ГГГГ № следует, что у Л.К.В. установлены повреждения: травма левой кисти с переломом основания ногтевой фаланги, небольших размеров рана на тыльной головки малоберцовой кости голени, тупая травма таза- с переломами правой и левой лонных костей, переднего края левой вертлужной впадины, вертикальный перелом боковой массы крестца справа с повреждением тазового кольца (что потребовало оперативного вмешательства) – тяжкий вред здоровью по признаку опасного для жизни. Установленные повреждения возникли в результате воздействия твердых тупых предметов и могли образоваться в результате несчастного случая. Кроме того, у потерпевшего установлены множественные кровоподтеки и ссадины на грудной клетке, животе, конечностях; кровоподтек в правой пяточной области; раны в области правой голени. Эти повреждения квалифицированы как не причинившие вред здоровью. Указывает, что Л.К.В. после получения повреждений длительное время испытывал физическую боль, находился на лечении в стационаре в лежащем положении, в последующем был ограничен в движении, не мог самостоятельно передвигаться, жить привычным образом жизни, у пострадавшего появились страхи и переживания, данные повреждения привели к утрате трудоспособности на 30%. От имени работодателя извинения ему никто не принес, материальную помощь не оказывал. За время лечения Л.К.В. занимал денежные средства, чтобы расплачиваться по кредитным обязательствам и приобретать лекарства. Ссылаясь на положения ст. ст. 21, 22, 212, 237 Трудового кодекса, 151 Гражданского кодекса РФ, просит взыскать с ответчика в пользу Л.К.В. компенсацию морального вреда в размере 500 000 руб.

Определением судьи от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена Государственная инспекция труда в Республике Карелия.

Помощник прокурора Прионежского района Л.А.П., Л.К.В. в судебном заседании заявленные исковые требования поддержали, настаивали на их удовлетворении.

Представитель ответчика П.Г.В. действующий на основании доверенности, с исковыми требованиями не согласился, указал, что истцом в исковом заявлении указаны недостоверные сведения, ответчиком после происшествия была выплачена Л.К.В. компенсация морального вреда, каких-либо возражений относительно размера компенсации Л.К.В. руководству компании предъявлено не было. Обратил внимание суда на допущенные нарушения самим Л.К.В. требований по технике безопасности, данные обстоятельства истцом не оспаривались. Указанные в обоснование иска доводы о том, что истец во время лечения занимал денежные средства, чтобы оплатить лекарства и кредитные обязательства доказательствами не подтверждены.

Третье лицо в судебное заседание представителя не направило, о месте и времени рассмотрения дела извещено надлежащим образом.

В силу положений статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) суд считает возможным рассмотреть дело по существу в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле.

Суд, заслушав лиц, участвующих в деле, допросив свидетеля, исследовав материалы настоящего дела, обозрев материалы уголовно дела №, медицинскую карту стационарного больного №, приходит к следующим выводам.

В силу положений ст. ст. 20, 41 Конституции Российской Федерации, ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье являются нематериальными благами, принадлежащими гражданину от рождения, и являются неотчуждаемыми.

Работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами (абзацы четвертый и четырнадцатый ч. 1 ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ)).

Указанным правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзацы четвертый и шестнадцатый ч. 2 ст. 22 ТК РФ).

Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абзац второй ч. 1 ст. 210 ТК РФ).

Согласно ч. 1 ст. 212 ТК РФ обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов (абзац второй ч. 2 ст. 212 ТК РФ).

Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (абзацы второй и тринадцатый ч. 1 ст. 219 ТК РФ).

В случае причинения вреда жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей возмещение указанного вреда осуществляется в соответствии с федеральным законом (ч. 8 ст. 220 ТК РФ).

Таким законом, устанавливающим порядок возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении обязанностей по трудовому договору, является Федеральный закон от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний».

Возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, в силу абзаца второго пункта 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ осуществляется причинителем вреда.

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (ч. 1 ст. 237 ТК РФ).

Из приведенных нормативных положений в их системной взаимосвязи следует, что работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. При получении работником во время исполнения им трудовых обязанностей травмы или иного повреждения здоровья ему в установленном законодательством порядке возмещается материальный и моральный вред.

В силу положений п. п. 1, 2 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ истец был принят на неопределенный срок на работу в ООО «КарелКам» на должность слесаря-ремонтника на карьере, расположенном по адресу: <адрес> (основание приказ № от ДД.ММ.ГГГГ, трудовой договор от ДД.ММ.ГГГГ).

Приказом № от ДД.ММ.ГГГГ действие трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ прекращено, Л.К.В. уволен по п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ (по инициативе работника).

Судом также установлено, что ДД.ММ.ГГГГ в период времени с 17 час. 30 мин. до 21 час. 10 мин. Л.К.В. при осуществлении трудовой деятельности в ООО «КарелКам» на территории карьера <адрес> причинен вред здоровью.

По данным медицинской карты стационарного больного №, Л.К.В. поступил в лечебное учреждение с травмой области тазобедренного сустава и бедра (неуточненная).

Л.К.В. находился на стационарном лечении в ГБУЗ «Больница скорой медицинской помощи» с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с диагнозом: множественная скелетная травма, вертикально нестабильное повреждение тазового кольца. Перелом верхней ветви правой лонной, перелом нижних ветвей лонных костей, краевой перелом переднего крася левой вертлужной впадины, вертикальный перелом крестца справа с удовлетворительным стоянием отломков, открытый перелом основания дистальной фаланги 2 пальца левой кисти со смещением отломков, множественные ссадины, ушибы туловища, конечностей.

Из заключения эксперта от ДД.ММ.ГГГГ № следует, что у Л.К.В. установлены повреждения: травма левой кисти с переломом основания ногтевой фаланги, небольших размеров рана на тыльной головки малоберцовой кости голени, тупая травма таза- с переломами правой и левой лонных костей, переднего края левой вертлужной впадины, вертикальный перелом боковой массы крестца справа с повреждением тазового кольца (что потребовало оперативного вмешательства) – тяжкий вред здоровью по признаку опасного для жизни. Установленные повреждения возникли в результате воздействия твердых тупых предметов и могли образоваться в результате несчастного случая. Кроме того, у потерпевшего установлены множественные кровоподтеки и ссадины на грудной клетке, животе, конечностях; кровоподтек в правой пяточной области; раны в области правой голени. Эти повреждения квалифицированы как не причинившие вред здоровью.

Приказом № от ДД.ММ.ГГГГ работодателем образована комиссия по расследованию вышеуказанного несчастного случая на производстве.

ДД.ММ.ГГГГ комиссией составлен Акт о несчастном случае на производстве формы Н-1 (далее также – Акт формы Н-1).

Согласно п. 8 указанного акта обстоятельства несчастного случая установлены комиссией следующие: ДД.ММ.ГГГГ водитель З.М.П. на автосамосвале № был занят на перевозке горной массы. Работы проводились на территории арендованного ООО «КарелКам» участка для добычи блочного камня, на территории месторождения «<данные изъяты> на отметке +121 вне границы горного отвода. Примерно в 14 часов 00 мин., по свидетельству водителя З.М.П. на автосамосвале <данные изъяты> появилась неисправность, связанная с воздушной системой тормозов. В воздушную систему перестал поступать воздух, в результате чего «тормоза заклинило». О данной неисправности, согласно утверждениям Л.К.В. он узнал от начальника карьера, после чего Л.К.В. подъехал к автосамосвалу и стал горелкой греть фитинги и клапана воздушной системы, примерно в 15 час. 00 мин. слесарь-ремонтник Л.К.В. снял с автосамосвала клапан и уехал на автомобиле на производственную площадку его прочистить и продуть или взять другую деталь. Позже Л.К.В. вернулся обратно с клапаном и установил его на машину <данные изъяты> Воздух в тормозной системе не появился, автомашина оставалась неисправной. Со слов водителя З.М.П. все это время он говорил Л.К.В. о необходимости отбуксировать автосамосвал <данные изъяты> на производственную площадку и ремонтировать его там. Только когда стемнело и работы проводились при свете фонарика около 18 час. 15 мин. Л.К.В. согласился произвести процедуру «растормаживания» автосамосвала <данные изъяты> путем раскручивания болтов энергоаккумуляторов на колесах средней и задней оси (по одному болту у каждого колеса). При выполнении данной работы З.М.П. светил фонариком, а слесарь Л.К.В. раскручивал болты. Когда раскрутили все болты, З.М.П. отдал фонарик слесарю Л.К.В. и, с со слов З.М.П. он сел за руль, слесарь- ремонтник Л.К.В. оставался около средней оси автосамосвала <данные изъяты> с правой стороны и должен был пойти в автомобиль «<данные изъяты>», на котором он приехал. Когда З.М.П. запустил двигатель и попробовал еще раз накачать воздух в систему, что не дало результата. Водитель З.М.П., с его слов, посмотрел в зеркала заднего вида и решил начать движение. Когда автомобиль тронулся, то З.М.П. услышал крик и сразу остановился. Между средней и задней осью автосамосвала с левой стороны между колесами находился Л.К.В. Со слов Л.К.В., в том момент, когда он откручивал болт энергоаккумулятора средней ости слева, со стороны водителя, автомашина неожиданно начала движение, он не успел отбежать и попал под колесо средней оси, которое его переехало. Л.К.В. утверждал, что он с З.М.П. начало движения автомашины не согласовывал, двигатель автосамосвала работал и дверь со стороны водителя была открыта, благодаря чему водитель З.М.П. услышал его крик в момент наезда.

Пунктом 8.2 Акта формы Н-1 отмечается, что согласно медицинскому заключению ГБУЗ БСМП о характере полученных повреждений здоровья от ДД.ММ.ГГГГ № Л.К.В. диагностирована множественная скелетная травма. Вертикально нестабильное повреждение тазового кольца, перелом верхней ветви правой лонной, перелом нижних ветвей лонных костей, краевой перелом переднего крася левой вертлужной впадины, вертикальный перелом крестца справа с удовлетворительным стоянием отломков, открытый перелом основания дистальной фаланги 2 пальца левой кисти со смещением отломков, множественные ссадины, ушибы туловища, конечностей.

Согласно ч. 4 ст. 230 ТК РФ в акте о несчастном случае на производстве должны быть подробно изложены обстоятельства и причины несчастного случая, а также указаны лица, допустившие нарушения требований охраны труда.

В п. 9 Акта формы Н-1 отражено, что причинами, вызвавшими несчастный случай, явилось: неудовлетворительная организация производства работ, выразившееся в отсутствие должного контроля за состоянием условий труда, производства работ, нарушение ст. 212 Трудового кодекса РФ; нарушение требований охраны труда, выразившееся в проведении ремонта автосамосвала <данные изъяты> вне специально оборудованного пункта технического обслуживания (производственной площадке); нарушение ст. 214 Трудового кодекса РФ, п. 70 Приказа Минтруда от 06.02.2018 № 59н «Об утверждении Правил по охране труда на автомобильном транспорте», п. 3.3.2 Инструкции по охране труда для водителя автомобиля <данные изъяты>.

Как указано в п. 10 Акта формы Н-1 лицами, допустившими нарушения требований охраны труда явились: 1. ООО «КарелКам» - отсутствие организации контроля за состоянием условий труда на рабочих местах, выразившееся в возможности проведения ремонта автосамосвала <данные изъяты> вне специального оборудованного пункта технического обслуживания (нарушение требований ст. 212 ТК РФ); 2. Водитель автомобиля З.М.П. – производство ремонтных работ вне специально оборудованном пункте технического обслуживания (производственной площадке); - запустил двигатель т тронул транспортное средство с мета после регулировки тормозов не убедившись, что работники, проводившие регулировку тормозов, находятся в безопасной зоне (нарушение ст. 214 ТК РФ, п. 70 Приказа Минтруда России от 06.02.2018 № 59н «Об утверждении правил по охране труда для водителей автомобиля <данные изъяты>, нарушение п. 130 Приказа Минтруда России от 06.02.2018 № 59н «Об утверждении правил по охране труда на автомобильном транспорте»; 3. Слесарь-ремонтник Л.К.В. – производство ремонтных работ вне специально оборудованного пункта технического обслуживания (производственной площадке) и осуществление ремонтных работ при недостаточности освещения места производства работ и отсутствии на рулевом колесе или рычаге машины таблички «Двигатель не запускать – работаю люди!» (нарушение ст. 214 ТК РФ, п. 70 Приказа Минтруда России от 06.02.2018 № 59н «Об утверждении правил по охране труда на автомобильном транспорте», подп. «е» п. 2.3; подп. «а» п. 3.1 Инструкции по охране труда для слесаря-ремонтника <данные изъяты>

Как следует из справки № от ДД.ММ.ГГГГ в ООО «КарелКам» регламент выплаты материальной помощи, компенсации морального вреда не предусмотрен.

Согласно платежному поручению № от ДД.ММ.ГГГГ, Л.К.В. ответчиком произведена выплата компенсации морального вреда в размере 30 000 руб.

Как пояснил Л.К.В. в судебном заседании в настоящее время он неофициально трудоустроен.

Свидетель Д.Н.А. в судебном заседании показала, что после случившегося, Л.К.В. проходил лечение в БСМП, она осуществляла уход за племянником. Л.К.В. находился в шоковом состоянии, не хотел жить, у него в животе были установлены болты. После выписки в декабре ДД.ММ.ГГГГ года племянник находится дома в лежащем положении, передвигался на костылях, со стороны предприятия была выделена отдельная палата, в настоящее время Л.К.В. установлена 3 группа инвалидности. Пояснила, что о наличии расходов истца не осведомлена, помощь истцу оказывали родственники.

Согласно товарному чеку № от ДД.ММ.ГГГГ, представленному истцом в материалы дела, на покупку товара магазином «<данные изъяты>» Л.К.В. был предоставлен кредит на сумму 63 357 руб.

Из пояснений Л.К.В. следует (протокол судебного заседания от ДД.ММ.ГГГГ), что на момент несчастного случая ему по данному кредиту необходимо было погасить один платеж.

В обоснование иска прокурором Прионежского района указано, что за время лечения Л.К.В. им занимались денежные средства, чтобы оплачивать кредитные обязательства и лекарства.

Вместе с тем, доказательства об оплате данного кредита, наличие задолженности по данному кредиту по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ, а также по иным кредитным обязательствам, Л.К.В. в материалы дела не представлены.

Также не представлены доказательства, свидетельствующие о том, что Л.К.В. занимал денежные средства, чтобы расплатиться по кредитным обязательствам и приобретать лекарства.

Приговором мирового судьи судебного участка № г. Петрозаводска Республики Карелия от ДД.ММ.ГГГГ З.М.П. признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 118 УК РФ с назначением наказания в виде штрафа в размере 20 000 руб.

Апелляционным постановлением Петрозаводского городского суда Республики Карелия от ДД.ММ.ГГГГ в описательно-мотивировочную часть приговора мирового судьи судебного участка № г. Петрозаводска Республики Карелия от ДД.ММ.ГГГГ внесено указание на признание в качестве смягчающего наказание обстоятельства «оказание иной помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления». Назначено наказание по ч. 1 ст.118 УК РФ в виде штрафа в размере 15 000 руб.

Из сведений о результатах проведения медико-социальной экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ следует, что у Л.К.В. имеется нарушение нейромышечных, скелетных и связанных с движением (статодинамических) функций 30%.

Согласно справке бюро медико-социальной экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ инвалидность Л.К.В. не установлена.

Как пояснил Л.К.В. в судебном заседании к врачам в настоящее время он не обращался, в материалы дела представлена выписка, датированная ДД.ММ.ГГГГ, свидетельствующая об обращении истца к травматологу вследствие полученной им производственной травмы ДД.ММ.ГГГГ.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в п. 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», при рассмотрении требований о компенсации причиненного гражданину морального вреда необходимо учитывать, что размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального ущерба, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Как разъяснено в абзацах втором и четвертом п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Из изложенного следует, что, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 ГК РФ) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон.

Учитывая установленные по делу обстоятельства, принимая во внимание причинение истцу в результате несчастного случая на производстве вреда здоровью, при наличии которого в силу вышеприведенных разъяснений Пленума Верховного Суда РФ факт причинения пострадавшему морального вреда презюмируется, суд полагает, что требования истца по существу являются законными и обоснованными, Л.К.В. имеет право на получение за счет ответчика денежной компенсации морального вреда.

Из пояснений истца следует, что вследствие полученной травмы он испытывал сильную физическую боль, был подвергнут оперативному вмешательству, затем длительное время проходил лечение (сначала в условиях медицинского стационара, затем амбулаторно), испытывал и продолжает испытывать по сей день ограничения в двигательной активности.

Таким образом, учитывая допущенные нарушения как истцом так и ответчиком, не исполнившим надлежащим образом обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда истца, принимая во внимание степень тяжести причиненного вреда здоровью Л.К.В., длительность его лечения в связи с получением телесных повреждений, степень нравственных и физических страданий, нуждаемость в дальнейшем лечении, возраст истца, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав, суд находит подлежащей взысканию с ответчика в пользу истца в счет компенсации морального вреда 250 000 руб.

Оценивая заявленный истцом размер денежной компенсации морального вреда (500 000 руб.) и снижая его, суд исходит, как из вышеприведенных обстоятельств, так и из того, что утрата профессиональной трудоспособности установлены в отношении Л.К.В. на определенный срок, в настоящее время он трудоустроен, может выполнять работу по основной профессии с снижением объема профессиональной деятельности на 1/3 прежней нагрузки. Так же судом принимается во внимание, что ответчиком в добровольном порядке произведена выплата компенсации морального вреда в размере 30 000 руб.

Сведений относительно дальнейшей перспективы (прогноза) его лечения (реабилитации) и, как следствие, восстановления профессиональной трудоспособности материалы дела не содержат, как и не содержат сведения о несении Л.К.В. затрат на покупку медикаментов и оплату кредитных обязательств.

Таким образом, исковые требования Л.К.В. о взыскании компенсации морального вреда подлежат частичному удовлетворению на сумму 250 000 руб.

В силу ст. 103 ГПК РФ с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в доход бюджета Петрозаводского городского округа в размере 300 руб.

На основании вышеизложенного, руководствуясь статьями 98, 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования прокурора Прионежского района, действующего в интересах Л.К.В. о взыскании денежной компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «КарелКам», ИНН <***>, в пользу Л.К.В., паспорт гражданина РФ № денежную компенсацию морального вреда в размере 250 000 руб.

В удовлетворении иска в оставшейся части отказать.

Взыскать общества с ограниченной ответственностью «КарелКам», ИНН <***>, в бюджет Петрозаводского городского округа государственную пошлину в размере 300 руб.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Карелия в течение одного месяца со дня его принятия в окончательной форме через Петрозаводский городской суд Республики Карелия.

Судья Л.А. Давиденкова

Решение изготовлено в окончательной форме ДД.ММ.ГГГГ