РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
05 октября 2022 года Кузьминский районный суд г. Москвы в составе судьи Федоровой Я.Е., при секретаре Цыганковой П.Р., рассмотрев в судебном заседании гражданское дело № 2-38/22 по иску ФИО1, ФИО2, ФИО3 к ФИО4 о признании завещания недействительным
установил:
Истцы ФИО1, ФИО2, ФИО3 обратились в суд с иском к ФИО4 о признании завещания недействительным и признании права собственности на квартиру по адресу …… В обоснование заявленных требований указали, что являются племянниками и наследниками третьей очереди по закону наследодателя С.– З.Н.Р., умершей в г. Москве 10 апреля 2020 года. После смерти тети 7 октября 2020года истцы обратились к нотариусу г. Москвы ФИО5 за оформлением своих наследственных прав, где им стало известно о том, что 16 марта 2020 года наследодателем было составлено завещание, по которому все имущество умершей завещано ФИО4, который не является родственником. Истцы через справочную 68 ГКБ интересовались состоянием тети, как только узнали, что она умерла, сразу приехали в ее квартиру, где находился ответчик ФИО4 за документами наследодателя, ответчик отказался выдать им документы и личные вещи тети, после чего истцы вызвали полицию, но в возбуждении уголовного дела было отказано. Со слов соседей ФИО4 проживал в квартире тети, он же отвез тетю в 68 больницу, где она через некоторое время умерла. Нотариус г. Москвы ФИО5 отказала истцам в выдаче свидетельства, поскольку у истцов не имелось всех документов, подтверждающих родство с наследодателем, в связи с чем были поданы запросы, ответов на которые не получено. Полагают, что наследодатель была введена в заблуждение ответчиком и не понимала последствий написания завещания, поскольку в момент написания завещания находилась под действием психотропных средств, назначенных ею в связи с онкологией, в связи с чем не была полностью дееспособна или находилась в таком состоянии, когда не была способна понимать значения своих действия или руководить ими.
В судебном заседании истец ФИО1 заявленные требования поддержала, пояснив, что наследодатель С.– З.Н.Р. приходилась ей теткой, ФИО6 – супруга ответчика ФИО4о – соседка наследодателя в Баку, откуда родом ее тетя, и куда наследодатель ездила каждое лето, а ФИО4 не является родственником покойной. При жизни они навещали наследодателя, общались, хотели похоронить, обращались к ответчику, но он отказался, не отдал документы, похоронил самостоятельно, она присутствовала на поминах, которые устроил ответчик.
Истец ФИО3 поддержал исковые требования, пояснил, что является усыновленным сыном брата наследодателя Джихангира, при жизни они общались с тетей, о ее болезни узнал от матери и от ФИО4, который звонил ему, но он находился на карантине после поездки заграницу и не смог приехать. После того, как узнали о смерти тети, приехали в ее квартиру, там находился ответчик, который отказался отдать ее документы, удерживает ее ценные вещи до настоящего времени, хотя родственником ее не является. Они вызвали полицию, в возбуждении дело было отказано.
Истец ФИО2 в судебное заседание не явилась, обеспечив явку своих представителей адвоката Денисова А.А., и Кулаева Г.Е., являющихся также представителями истцов ФИО2 и ФИО7, в судебном заседании поддержавших заявленные требования, полагают, что при написании завещания наследодатель находилась под воздействием наркотических психотропных средств, и не могла давать отчет своим действиям.
Ответчик ФИО4 в судебном заседании исковые требования не признал, суду пояснил, что все наркотические средства по акту были сданы супругой ответчика совместно с социальным работником в медицинскую организацию, никаких наркотических средств наследодатель в период составления завещания не употребляла. Он и его супруга ФИО6 (А.) – троюродная племянница наследодателя - помогали Н. – З. последние годы жизни, а после операции на ноге в 2019 году его супруга постоянно жила с ней, весь уход лег на супругу ответчика. Супруга ответчика была наследодателю как дочь, т.к. своих детей у нее не было. Наследодатель и мать его супруги О.выросли в одном дворе в Азербайджане в Баку, были близкими подругами, вместе пережили эвакуацию в годы ВОВ, в Баку Наргиз заде каждый год уезжала на лето, О. выросла на ее глазах. Последние несколько лет перед смертью наследодателя они часто приезжали, близко общались, она была полностью адекватной, участвовала в самодеятельности, пела в хоре, играла на пианино, писала стихи, которые издавала в Баку, а потом дарила книги с дарственной надписью и посвящением его супруге О., у нее было множество наград и грамот за участие в самодеятельности. Наргиз – заде звонила им, пользовалась айфоном, писала в вацап, когда ей что- то требовалось, расплачивалась за покупки. После того, как Наргиз попала в больницу с заболеванием желчного пузыря, платный уход оплатил ответчик, рядом оставалась на ночь его супруга, которой он также оплатил палату, О. помогала, кормила ее, приносила домашнюю еду, т.к. у Н. –з. был повышенный сахар, они заботились о ней, считали ее своей семьей, чем и обусловлено оставление завещание на его имя. Истцы не навещали наследодателя, появились только после того, как ответчик сообщил им о смерти, приехали с нарядом полиции в квартиру в день смерти, всех увезли в ОВД для дачи объяснений. Похороны и поминальный обед оплатил ответчик, пришла ФИО1, остальные не пришли. Незадолго до смерти Н. – з. был выписан морфин, но она отказалась его колоть, т.к. сама была медик, весь полученный морфин по акту был сдан соцработником и супругой обратно в поликлинику, поэтому под действием психотропных препаратов наследодатель на находилась, до последнего была в здравом уме.
Представитель ответчика ФИО8 в судебном заседании просила отказать в удовлетворении исковых требований, поскольку истцами не доказаны основания заявленных требований и не доказано право на подачу иска, поскольку совокупностью представленных доказательств не подтверждено родство между истцами и наследодателем.
Третье лицо нотариус г. Москвы ФИО5 в судебное заседание не явилась, дело рассмотрено в ее отсутствие, просила рассмотреть дело в ее отсутствие, указывая, что сомнений в адекватности С. –З.Н.Р. при удостоверении завещания не возникло, дееспособность завещателя проверена при личном общении перед подготовкой документа, проверка была основана на оценочных понятиях, визуальном методе осмотра, вербальном – диалоге, проверки логичности изложения действий, на завещательном распоряжении стоит собственноручная подпись завещателя, собственноручно написаны фамилия, имя, отчество. При возникновении малейших сомнений в способности завещателя понимать значение своих действий или руководить ими, ни о каком удостоверении завещания не могло идти и речи. В данном случае сомнений в адекватности завещания не возникло.(Т2 л.д.406)
Выслушав явившихся участников процесса, свидетелей, исследовав материалы дела, суд считает, что исковые требования удовлетворению не подлежат.
Согласно ст. 1111 ГК РФ наследование осуществляется по завещанию и по закону.
В соответствии с пунктом 1 статьи 1118 Гражданского кодекса Российской Федерации распорядиться имуществом на случай смерти можно только путем совершения завещания.
Согласно пунктам 1 и 2 статьи 1131 Гражданского кодекса Российской Федерации при нарушении положений данного Кодекса, влекущих за собой недействительность завещания, в зависимости от основания недействительности завещание является недействительным в силу признания его таковым судом (оспоримое завещание) или независимо от такого признания (ничтожное завещание). Завещание может быть признано судом недействительным по иску лица, права или законные интересы которого нарушены этим завещанием.
Как разъяснено в пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 г. N 9 "О судебной практике по делам о наследовании", сделки, направленные на установление, изменение или прекращение прав и обязанностей при наследовании (в частности, завещание, отказ от наследства, отказ от завещательного отказа), могут быть признаны судом недействительными в соответствии с общими положениями о недействительности сделок (§ 2 главы 9 Гражданского кодекса Российской Федерации) и специальными правилами раздела V Гражданского кодекса Российской Федерации.
Положениями пункта 1 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.
С учетом изложенного неспособность наследодателя в момент составления завещания понимать значение своих действий или руководить ими является основанием для признания завещания недействительным, поскольку соответствующее волеизъявление по распоряжению имуществом на случай смерти отсутствует.
Юридически значимыми обстоятельствами в таком случае являются наличие или отсутствие психического расстройства у наследодателя в момент составления завещания, степень его тяжести, степень имеющихся нарушений его интеллектуального и (или) волевого уровня.
Как следует из материалов дела и установлено судом, 10 апреля 2020 года умерла С.– З.Н.Р., ДД.ММ.ГГГГ г.р., уроженка г Баку Азербайджан (Т 1 л.д.57)
Истцами в подтверждение родства с наследодателем представлены следующее документы: паспорт ФИО2(Т 1 л.д.27)
Согласно свидетельству о рождении ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ г.р., ее отцом является С. – З.Д.Р. (Т. 1 л.д.40)
Свидетельство о заключении брака (Т.1 л.д.28), согласно которому ФИО9, переменила в браке фамилию на Харламову 19.07.1990 г.
Согласно свидетельству об установлении отцовства ФИО10 Р.признан отцом ребенка ФИО9, родившейся ДД.ММ.ГГГГ года (Т.1 л.д.29)
Паспорт ФИО11 (Т.1 л.д.30)
Согласно свидетельству о заключении брака ФИО12 после регистрации брака 19.08.1977 г. Взяла фамилию ФИО1 (Т.1 л.д.32)
Согласно свидетельство о рождении ФИО12 ее родителями являются ФИО13 и ФИО14 (Т.1. л.д.31)
В деле имеется копия паспорта ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ г.р. (Т.1 л.д.д 33)
Согласно повторному свидетельству о рождении от 13.1.1995 г отцом ФИО3 записан ФИО10 Р. (Т1 л.д.34)
Согласно свидетельству о перемене имени Рожков С.Д. переменил отчество на Г. 13.01.1995 г. (Т.1 л.д. 35)
Согласно свидетельству о перемене имени Харламова Д.Д. 25.09.18871 г переменила фамилию на Тереник. (Т 1 л.д.36)
Согласно выписке из решения Исполнительного комитета Люберецкого совета народных депутатов от 7.06.1988 г. ФИО15 А.разрешено переменить фамилию ее н/л сына С.– З.Д. на фамилию «Рожков». (Т.1 л.д.37)
17 марта 2020 года С. – З.Н.Р было подписано завещание, удостоверенное нотариусом ФИО5, которым все имущество было завещано ФИО4о (Т1 л.д.312).
Согласно договорам и дополнительным соглашениям на оказание услуг социального обслуживания, с 30.11.2009 года С. – З.Н.Р. являлась получателем социальных услуг ГБУ ТЦСО «Южнопортовый» (Т 1 л.д. 264 - 277), ее обслуживала социальный работник ФИО16
Согласно записям в книге получения социальных услуг ГБУ ТЦСО «Южнопортовый» С. – З.Н.Р. собственноручно расписывалась за получение социальных услуг: покупку продуктов, лекарств, возврат сдачи от купленных лекарств, осуществление контроля за поступлением денежных средств на телефон, запись к терапевту 13.03.20 г. 31 марта 2020 года стоит собственноручная подпись в акте оказанных услуг о проведении беседы о мерах пожарной безопасности и в получении объема услуг за март 2020 года, последняя запись получения услуги датируется 2 апреля 2020 года – покупка продуктов. (Т 1 л.д .276)
Из представленных грамот и благодарственных писем префектуры г. Москвы усматриваются многочисленные благодарности за участие в жизни ГБУ ЦДС «Кругозор», активную многолетнюю деятельность в вокальном коллективе, датированные 2018 г. (Т.1 л.д. 218-220). Также имеются книги, изданные С. – З. «Исповедь. Откровение» (2009), «Свет и Тьма» (2012),, «Уроки жизни. Думы о былом» (2018) стихотворение «Благодарное сердце», датированное 12 февраля 2018 года (Т 1 л.д. 213)», посвященное Офелии (Офа! Тебе стихи я посвящаю…) (Т.1 л.д. 213-215).
Согласно ответу ГБУЗ «Психиатрическая клиническая больница № 13 ДЗМ» С. – З.Н.Р. не состояла на учете, консультативно - лечебную помощь не получала.
Согласно выписке из истории болезни сообщала о перенесенной в 1979 операции по поводу фибромиомы; 10.05.1010 г. Поступила в неврологическое отделение ГГБ № 13 в сознании, ориентирована, эмоционально лабильна, критична. 22.05.2010 выписана с диагнозом Инфаркт мозга на фоне артериальной гипертонии, атеросклероза сосудов, шейного остеохондроза, остеопороз, сахарный диабет второго типа. (Т.1 л.д.131-132)
16.11.2014 г поступила в хирургическое отделение ГКБ № 13с жалобами на боли в животе, выписана 29.11.2014 с диагнозом «острая странгуляционная кишечная непроходимость»(Т.1.л.д. 128)
С 08.06.2017 по 24.06.2017 находилась на стационарном реабилитационном лечении в ревматологическом отделении с диагнозом «остеоартроз, артроз кистей, ревматологический гонартроз, коскартроз, поперечное плоскостопие, гипертоническая болезнь, сахарный диабет 2 типа, ГИГМ, ЖКБ, варикозная болезнь». При описании состояния: ясное сознание, сохраненность ориентировки, жалоба на боли в суставах, онемение кистей. Выписана с улучшениями (Т 1 л.д.152)
27.06.2019 г. Была выполнена операция эндопротезирование левого коленного сустава. 3.07.201 по 18.07.2019 га находилась на реабилитации в ГАУЗ «МНПЦ МРВСМ ДЗМ». Психиатром не осматривалась.
01.12.2019 поступила в «ГКБ №29 им Баумана» с жалобами на боль в стопе, дискомфорт при ношении обуви. 03.12.2019 г выполнено пластическое хирургическое вмешательство на костях правой стопы с использованием аутотрансплантантов, металлоконструкций. Выписана с улучшением. (выписка из истории болезни № 6359-20 Т 1 л.д. 68-71)
С 24.02.2020 по 27.02.2020 находилась на лечении в ГБУЗ «ГКБ № 29 им. Баумана» с диагнозом «Новообразование печеночного протока. Механическая желтуха» при поступлении состояние средней степени тяжести, в ясном сознании. Выписана под наблюдение врачей по месту жительства. 28.02.2020 года самостоятельно вызвала бригаду СМП.
Согласно ответу НПМ им ФИО17 за период с 01.04.2018 по 12.04.2020 года к С.З. были зарегистрированы вызовы: 04.02.2020г доставлена из поликлиники в ГКБ № 29, 28.02.2020 года Садых Заде самостоятельно вызвала бригаду СМП, диагноз «злокачественное образование желчных путей», оставлена на месте под наблюдение врача поликлиники (Т 1 л.д. 159)
27.03.2020 г. Была осмотрена бригадой СМП с ноющими болями в подреберье справа, находилась в постели, положение активное, доступна контакту, речь внятная. После введения анальгетиков боль была купирована. Вызвавший бригаду по адресу …… представился родственником пациентки, указан телефон: ….
Согласно заявлению на открытие наследства ФИО4, имеющемуся в материалах наследственного дела, представленного нотариусом ФИО5, ФИО4 указан телефон в заявлении: …... (Т. 2 л.д.310)
Согласно ответу НПМ ГБУЗ им ФИО17 6.04.2020 года была вызвана бригада СМП по адресу наследодателя, звонивший представился племянником пациентки, указан телефон ……. Диагноз «внебольничная нижнедолевая двухстороння пневмония, острая дыхательная недостаточность». Пациентка доставлена в ГКБ им. Демихова (Т 1 л.д.160)
Согласно посмертному эпикризу 07.04.2020 С. – З. была доставлена бригадой СМП ГКБ им. Демихова, по тяжести состояния жалоб не предъявляла, несмотря на проводимое лечение, положительной динамики не отмечалось, 10 апреля 2020 года умерла. (посмертный эпикриз Т.1 л.д.262) в посмертном эпикризе указан основной диагноз: аденокарцинома внепеченочного желчного протока с механической желтухой. Дополнительные заболевания: Абсцесс правой доли печени. Функциональная холангостома. Раковая интоксикация. Двусторонняя нижнедолевая пневмония. Отек легких, отек мозга, хронический пиелонефрит.
Согласно листу выписанных наркотических средств ГБУ З г. Москвы Диагностический центр № 3 Департамента здравоохранения г. Москвы на С.– З.Н. р. 06.04.2020 года, было выдано 40 таблеток морфина и 40 уколов морфина по 10 мг, (Т.1 л.д. 178)
Согласно Акту ГБУЗ г. Москвы Департамента здравоохранения г. Москвы филиал № 6 о приеме наркотических лекарственных средств от 15.04.2020 года от родственника умершего больного С. – З.Н.Р. – А.О.М. все полученные наркотические препараты: 40 уколов морфина и 40 таблеток морфина были возвращены.(Т 1 л.д.179)
Как следует из постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 12.09.2020 года ст. УУП ОМВД России по Нижегородскому району г. Москвы по КУСП 8716 был зарегистрирован материал проверки по заявлению ФИО3, установлено, что «согласно показаниям соседей в квартире Садых ФИО18 при ее жизни проживала семья ФИО4, которые осуществляли уход за С.З. НР., при жизни С.З.Н.Р. оставила завещание на одного из проживавших с ней граждан …Родственники к С.З.приезжали крайне редко и проживание ФИО3 установлено не было. Все заботы взяли на себя о С.З. осуществляли проживающие с ней граждане, которые впоследствии взяли на себя расходы по захоронению…) (Т. 1 л.д. 25-26)
Допрошенная в судебном заседании свидетель со стороны истца Р.Л.А . – мать истца ФИО3 суду показала, что знакома с наследодателем с 1971 года, была замужем за ее братом, они были в хороших отношениях, после операции в 2019 году привозили лекарства, последний раз была в январе 2020 года, в квартире было чисто, наследодатель себя прекрасно чувствовала. В феврале по телефону говорила, что летом собирается поехать отдыхать а море. Поздравила ее 2 февраля 2020 года с днем рождения, просила не приезжать, опасалась , что заразная, предложила общаться по телефону. 8 марта она звонила поздравляла с праздником.
Свидетель С.А.М. – бывшая жена истца ФИО3-суду показала, что в 2019 г встречалась с С.– з., она была нормальная. 8 марта 2020 года она говорила с С. –з. по телефону, они были в Шри Ланке с ФИО3, звонили ей по ватсапу.
Свидетель Р.А.Н. – брат истца ФИО3 суду показал, что видел ее последний раз в 2019 году, наследодатель чувствовала себя хорошо, была адекватной.
Допрошенная в судебном заседании свидетель А.О.М. - супруга ответчика суду показала, что с детства знакома с наследодателем, является родственницей по отцу, ее мать и наследодатель росли в одном дворе в Баку, вместе пережили эвакуацию в годы ВОВ, были близкими подругами, они общались, каждое лето С. – З. приезжала в Баку. После операции на ноге в 2019 году свидетель приехала в Москву помогать С.– з., она была в ясном сознании, была активной, любила ухаживать за собой, красилась, делал укладку волос, у нее был поклонник, они ходили гулять. У нее было 3 телефона, она активно пользовалась интернетом, много общалась в месседжерах, пела, играла на пианино, участвовала в самодеятельности города, ездила на концерты со своим коллективом, писала и издавала сборники стихов, имела множество грамот и благодарностей. А.О.М. ухаживала за ней в больнице в феврале и марте 2020 года, ФИО4 оплачивал лекарства, платную палату, после выписки в марте 2020 года попросила отвезти ее к нотариусу, потом вернулась, отдала завещание на имя ФИО4, другие родственники не появлялись. До последнего была в ясном сознании, памяти, проверяла соцработника и сдачу от покупок считала, была требовательной, даже после операции просила сделать ей прическу, уложить волосы, красилась, модно одевалась.
Свидетель С.О.А. – социальный работник – суду показала, что с 2009года наследодатель была зачислена на социальное обслуживание в ГБУ ТЦСО «Южнопортовый», свидетель приходила к ней дважды в неделю последние 8 лет, оказывала помощь по дому, приносила продукты, получала лекарства, сопровождала. До самой смерти Н.З. была в ясном уме, отклонений у нее не замечала, они сама играла на пианино, пела, учувствовала в самодеятельности, пользовалась айфоном, ватсапом, у нее было несколько телефонов, она ими активно пользовалась, была целеустремленной, «крутого нрава», не жесткой, но требовательной, чтобы все поручения в срок исполнялись, смотрела все чеки на покупки, обязательно проверяла сдачу, проверяла и сравнивала цены, была принципиальной. Психических отклонений у нее свидетель не замечала. О родственниках не рассказывала. В последнее время у нее жила А.О.М., приезжал ее муж ФИО4, других родственников не видела. Вместе с А.О.М. свидетель получала в поликлинике морфин, который потом весь морфин сдали назад по акту.
Свидетель Х.Ю.А. – сосед С. – З. по дому, показал, что знаком с ней с 1995 года, они часто встречались, ходили в гости к друг другу. Наследодатель замечательный, веселый человек, не любила жаловаться, после смерти брата в 2010 году осталась одна, чтобы отвлечься, пела в хоре, показывала видео своих выступлений, играла на пианино. Писала стихи, издавала сборники. До момента смерти была в сознании, в здравом уме, в своей прекрасной форме. После операции ей было тяжело вставать на ногу, но она была веселая, понимала, шутила, за ней ухаживала А.О.М. и социальный работник, С.З. была рада, что рядом люди, ухаживали за ней. Последний раз видел Н.С.– З. за неделю до смерти, в конце марта 2020 года, заходил в гости. В тот день наследодатель сама позвонила ему по телефону, пригласила зайти, она была в сознании, в прекрасной форме, как всегда с макияжем, свидетель зашел, она заулыбалась, лежала на своем диванчике, т.к. перенесла операцию на ноге, но она спокойно лежала, не жаловалась, было видно, что тяжело вставать на ногу, а ФИО19 за ней ухаживала, ходила, приносила, подавала чай.
Оценивая свидетельские показания, суд кладет их в основу решения суда, поскольку показания свидетелей согласуются с материалами дела, все допрошенные свидетели подтвердили, что отклонений в психическом здоровье наследодателя и существенных странностей в ее поведении свидетелями не было отмечено.
Суд учитывает отзыв нотариуса ФИО5, которая указала, что на момент составления завещания сомнений в психическом состоянии и понимании своих действий наследодателем у нее не возникло, речь и действия были связные, была проведена беседа о намерениях составления завещания, наследодатель понимала, что делала.
Судом по делу по ходатайству истцов назначена и проведена судебная экспертиза, производство которой поручено ГБУЗ г. Москвы Психиатрической больницы №1 им ФИО20 ДЗМ. Согласно Заключению № 239-4 от 22.07.2022 года, комиссия пришла к заключению, что в связи с отсутствием в материалах дела и медицинской документации достаточного описания психического состояния С. – З.Н.Р. наряду с перенесенными заболеваниями, решить вопрос о наличии либо отсутствии у С.– З.Н.Р. какого – либо психического расстройства и ее способности понимать значение своих действий и руководить ими при составлении завещания 17 марта 2020 года не представляется возможным.
Оценивая заключение независимой судебной экспертизы, проведенной ГБУЗ г. Москвы Психиатрической больницы №1 им ФИО20 ДЗМ, суд приходит к выводу, что выводы эксперта подробно мотивированы и обоснованы, содержат полное описание произведенных исследований; компетентность экспертов, стаж работы, высокий уровень подготовки подтверждены соответствующими документами; эксперты предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, что указывает на соответствие представленного заключения требованиям ст. 86 ГПК РФ, а также требованиям, предъявляемым к экспертным заключениям, установленным ст.ст. 16, 25 ФЗ от 31.05.2001 г. № 73 «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации». Оснований не доверять представленному Заключению у суда не имеется, в связи с чем указанное заключение является достоверным доказательством и должно быть положено в основу судебного решения. Объективных доказательств, свидетельствующих о несоответствии выводов эксперта обстоятельствам дела, обоснования необходимости признания данного Заключения недопустимым доказательством, истцами не представлено.
Оценив собранные по делу доказательства, суд полагает, что истцами не доказано нахождение наследодателя в момент написания завещания в состоянии, когда она не могла отдавать отчет своим действиям и руководить ими.
Суд полагает, что с учетом полученного экспертного заключения комиссии психиатров № 239 – 4 от 22.07.2022 года, ГБУЗ г. Москвы Психиатрической больницы №1 им ФИО20 ДЗМ, что наличие хронических заболеваний, согласующихся с ее возрастом, не лишало ее способности правильно воспринимать окружающую действительность, не нарушало способность к осознанному принятию решения и его исполнению при совершении нотариального завещания в отношении квартиры и наследодатель понимала значение своих действий и руководила ими.
В соответствии со ст. 67 ГПК РФ, право оценки доказательств, принадлежит суду.
Согласно ч. 3 ст. 86 ГПК РФ заключение эксперта для суда не обязательно и оценивается судом по правилам, установленным в ст. 67 ГПК РФ. Однако, несогласие суда с заключением должно быть мотивировано в решении или определении суда.
Согласно ч. 3 и ч. 4 ст. 67 ГПК РФ суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.
Суд полагает, что заключению судебной экспертизы, выполненному экспертами ГБУЗ г. Москвы Психиатрической больницы №1 им ФИО20 ДЗМ, оснований не доверять не имеется, и данное заключение принимается судом в качестве относимого и допустимого доказательства и кладется в основу решения суда.
Таким образом, заключение судебной экспертизы является допустимым и достоверным доказательством, заключение не содержит выводов о наличии в момент составления завещания признаков психического расстройства и отсутствия способности понимать значение своих действий.
Приведенные доводы представителей истцов о том, что наследодатель в момент составления завещания находилась под действием психотропных средств, в связи с чем не отдавала отчет своим действиям, отклоняются судом, поскольку как усматривается акта ГБУЗ г. Москвы Департамента здравоохранения г. Москвы филиал № 6 о приеме наркотических лекарственных средств от 15.04.2020 года от родственника умершего больного С. – З.Н.Р. – А.О.М. все полученные наркотические препараты: 40 уколов морфина и 40 таблеток морфина были возвращены.(Т 1 л.д.179), ни один из наркотических средств не был применен.
Других сведений о том, что наследодателем принимались наркотические или психотропные средства, материалы дела не содержат, истцами не предоставлено.
Как следует из ст. 56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
При таких обстоятельствах суд полагает, что истцами не представлено достаточных оснований для удовлетворения заявленных ими требований о признании завещания недействительным. Истцы не доказали, что наследодатель не осознавала характер своих действий, что отсутствовала ее воля на составление оспариваемого завещания.
Учитывая вышеизложенное, суд не находит оснований для удовлетворения исковых требований в полном объеме.
Руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд
решил:
В иске ФИО1, ФИО2, ФИО3 к ФИО4 о признании завещания недействительным, - отказать.
Решение может быть обжаловано в Московский городской суд в течение месяца, путем подачи апелляционной жалобы через Кузьминский районный суд г. Москвы.
Судья: