Дело № 2-4791/2023
УИД: 59RS0004-01-2022-002617-66
РЕШЕНИЕ
именем Российской Федерации
4 декабря 2023 года город Пермь
Ленинский районный суд города Перми в составе:
председательствующего судьи Шпигарь Ю.Н.,
при секретаре судебного заседания Томиловой Е.Д.,
с участием представителя истца ФИО3,
представителя ответчика ФИО4,
прокурора Глазковой Н.И.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданcкое дело по иску ФИО5 ФИО20 к обществу с ограниченной ответственностью «Центр Стоматологии «32 Практика» о взыскании денежных средств,
установил:
ФИО6 обратился в суд с иском к ООО «Центр Стоматологии «32 Практика» с требованиями о взыскании компенсацию морального вреда в размере 500 000 руб., расходов на лечение в размере 15 359 руб., штрафа в размере 50% от присужденной судом суммы.
Требования мотивированы тем, что летом 2021 года ФИО6 обратился в ООО «Центр Стоматологии «32 Практика» с целью получения консультации для улучшения эстетики улыбки. После осмотра ортопедом ФИО10 и ортодонтом ФИО11 было предложено удалить, так называемые, «зубы мудрости», которые на момент обращения истца не беспокоили. Далее ФИО6 был направлен на консультацию к хирургу ФИО12, который после проведения компьютерной томографии, предложил удалить все 4 зуба в одно посещение с применением медикаментозной седации. Подобного опыта удаления зубов у истца не было, он всерьез относился к данной процедуре, поэтому рассматривал варианты удаления в других клиниках. Однако, учитывая положительную репутацию клиники и предыдущий опыт обслуживания в ней членов его семьи, доверился в этом вопросе врачам именно этой клиники. Дата удаления была назначена на ДД.ММ.ГГГГ. Предварительно было сделано ЭКГ и сданы все требуемые клиникой анализы. Все результаты обследований были заблаговременно направлены на электронную почту клиники. ДД.ММ.ГГГГ был заключен договор возмездного оказания медицинских услуг №, заполнена анкета, в которой были указаны все имеющиеся заболевания (в том числе, наличие гипертонии). Далее истца проводили в операционную, установили катетер в левую руку и ввели седативный препарат. После удаления 2-х зубов, которое длилось около 2-х часов, истец пришел в сознание, были сделаны снимки, врач сказал, что зубы были «сложные», но удаление прошло нормально, и предложил продолжить удаление оставшихся 2-х зубов. Не совсем понимая и осознавая в полной мере возможные риски второй операции, повторной анестезии и седации (не имея для этого специального образования), доверившись в этом вопросе профессионалам, истец согласился. В сознание истец пришел примерно в девять часов вечера ДД.ММ.ГГГГ в реанимации ФГБОУ ВО ПГМУ им. академика ФИО13 Минздрава России Клинической стоматологической больницы, расположенной по адресу: <Адрес>. Как впоследствии истец выяснил, после повторного введения седативного препарата, анестезии в клинике у него подскочило артериальное давление и началось кровотечение, которое врачи клиники не смогли остановить своими силами, в связи с чем была вызвана реанимационная помощь. При поступлении в стоматологическую больницу врачами стоматологической больницы была проведена <данные изъяты> Согласно выписке из истории болезни был установлен диагноз: <данные изъяты> Сопутствующий диагноз: <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ. В стационаре истец находился с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Самочувствие все эти дни было тяжелое, он с трудом приходил в себя, беспокоили раны после удаления, гематома, которая разошлась на большую область горла, шеи, сильная слабость, он не мог принимать пищу, передвигался с трудом, из-за болевых ощущений в венах не мог разогнуть руки. Все эти пять дней делали капельницы, уколы, другие болезненные манипуляции. Выписали в удовлетворительном состоянии, был выдан открытый больничный с рекомендацией продолжить лечение амбулаторно у хирурга-стоматолога по месту жительства. На листе нетрудоспособности истец находился с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. После процедуры удаления и возникших в связи с этим осложнений и дополнительных вмешательств общее состояние здоровья значительно ухудшилось, истец похудел на 6 кг, длительно беспокоила сильная слабость, головная боль, головокружение, был сильный отек в местах удаления, лицо было ассиметрично, в месте установления катетера возник флебит латеральной подкожной вены левой руки. Кроме того, в связи со случившимся истец перенес ощутимый стресс и серьезные эмоциональные переживания. Он пришел в клинику, чувствуя себя здоровым человеком, полным сил, он много работал, регулярно занимался спортом, вел активный образ жизни, у истца трое детей, младшему ребенку еще нет и года, в связи с чем истец старается поддерживать здоровье в порядке, так как от него зависит его семья, его пожилые родители. Поэтому для него и для всей его семьи сложившаяся ситуация была огромным стрессом. Считает, что медицинская услуга, за которой он обратился в клинику, была оказана некачественно, что привело к значительному ухудшению здоровья, а повышение артериального давления до 207/111 и обильное кровотечение создали реальную угрозу жизни. Врачи клиники действовали неосторожно, не учли особенности его здоровья (наличие гипертонии, о которой он неоднократно предупреждал и указывал в анкетных данных). В его ситуации допущенное врачами двукратное введение анестезии и седации было неоправданно рискованно и даже опасно. Вследствие некачественно оказанной ему медицинской услуги в клинике он вынужден был обращаться в другие платные медицинские клиники для последующего лечения и восстановления после перенесенных медицинских вмешательств. В связи с чем им понесены расходы (без учета добровольно компенсированной клиникой суммы) по состоянию на дату подачи искового заявления на сумму 15 359 руб. Некачественно оказанная медицинская услуга в клинике неблагоприятно отразилась на здоровье, он продолжает лечение и обследование и по настоящее время. <данные изъяты> руки слева наблюдается до сих пор, несмотря на проводимое лечение, причиняет неудобства (боли в левой руке, отечность). Также стала беспокоить нестабильность артериального давления, даже на фоне постоянного приема гипертензивных средств. Ранее, до лечения в клинике, артериальное давление было более-менее стабильным, за медицинской помощью к терапевту обращался редко, обычно с профилактической целью. После случившегося истец вынужден постоянно наблюдаться у различных специалистов, проходить довольно дорогостоящие обследования, приобретать лекарства. Таким образом, вследствие некачественного оказания стоматологических услуг клиникой были нарушены его права как потребителя медицинских услуг. ДД.ММ.ГГГГ в адрес клиники была направлена претензия с требованиями о расторжении договора оказания услуг, возмещения убытков, связанных с последующим восстановлением здоровья, в размере 36 197 руб. и компенсации морального вреда в размере 500 000 руб. В ответе на претензию от ДД.ММ.ГГГГ ООО «Центр Стоматологии «32 Практика» принято решение о расторжении договора об оказании услуг № и отказе клиники от требования оплаты за оказанные стоматологические услуги, а также на указанные реквизиты были перечислены затраченные на восстановление здоровья денежные средства в размере 36 197,39 руб. В удовлетворении требований о компенсации морального вреда в заявленной сумме клиникой было отказано. Вместе с тем, истец считает, что в результате действий клиники по оказанию некачественной медицинской помощи с развитием серьезных осложнений, он испытал физические и нравственные страдания, связанные со страхом за собственную жизнь, с ощущением собственной физической неполноценности и с длительным восстановлением здоровья, а также с утратой доверия к медицинским работникам, появлению страха перед любым оперативным вмешательством и оказанием стоматологической помощи. Качество жизни было существенно снижено. Период восстановления здоровья продолжается до настоящего времени. Размер компенсации морального вреда истец оценивает в 500 000 руб.
Истец в судебное заседание при надлежащем извещении не явился.
Представитель истца на удовлетворении исковых требований настаивала, указав, что ответчиком медицинская помощь оказана некачественно, что выразилось в недооценке состояния пациента, привело к развитию осложнений, большой кровопотере, жизнеугрожающему состоянию истца. Запланированный результат лечения достигнут не был. Операцию необходимо было проводить в два этапа. Истец длительное время находился на больничном листе, был напуган подобным состоянием, испытал стресс. У истца возник тромбофлебит<данные изъяты> истец похудел на 6 кг. В обоснование требований о возмещении расходов на лечение указала, что консультацию терапевта истец мог получить бесплатно, однако он постоянно наблюдается у одного и того же терапевта в платной клинике.
Представитель ответчика ООО «Центр Стоматологии «32 Практика» в судебном заседании просила в удовлетворении исковых требований отказать по доводам, изложенным в письменных возражениях, указала, что выявленные экспертами дефекты не привели к осложнениям. Истцом не доказана невозможность получения медицинской помощи бесплатно.
Суд, выслушав представителей сторон, прокурора, указавшего на наличие оснований для удовлетворения заявленных исковых требований, исследовав материалы гражданского дела, приходит к следующим выводам.
В судебном заседании установлено, что ДД.ММ.ГГГГ между ФИО6 и ООО «Центр Стоматологии «32 Практика» был заключен договор возмездного оказания услуг (т. 1 л.д. 159-160), предметом которого явилось оказание исполнителем заказчику платных медицинских услуг – планового удаления ретенированных зубов в условиях медикаментозной седации. Одновременно с заключением договора были отобраны информированные добровольные согласия пациента на первичный осмотр (т. 1 л.д. 162), на проведение местной анестезии (т. 1 л.д. 164-165), на медицинское вмешательство (т. 1 л.д. 166-167), на медицинское вмешательство «медикаментозная седация» (т. 1 л.д. 172), заполнена анкета о здоровье (т. 1 л.д. 163), в которой ФИО6 указывалось на наличие, в том числе, гипертонической болезни.
Как следует из имеющихся в материалах дела медицинских документов, удаление зубов проводилось под местной анестезией в условиях медикаментозной седации. После удаления 2.8, 3.8 зубов продолжена операция с целью удаления 1.8, 4.8 зубов. Через несколько минут после анестезии и медикаментозной седации возникло осложнение – кровотечение из лунки удаленного 3.8 зуба, устранить которое в ООО «Центр Стоматологии «32 Практика» не удалось. Была вызвана скорая медицинская помощь, которая доставила ФИО6 в стоматологическую больницу ФГБОУ ВО «ПГМУ им. ак. ФИО7» Минздрава России в тяжелом состоянии. Проведена операция – ревизия лунки 3.8 зуба, в ходе которой кровотечение из лунки было остановлено. В течение 7 дней ФИО8 получал лечение в стационаре, после чего в удовлетворительном состоянии был выписан на амбулаторное лечение.
ФИО6 обратился к ответчику с претензией, в которой просил возместить причиненный моральный вред (т. 1 л.д. 11).
В ответе на претензию ООО «Центр Стоматологии «32 Практика» выразило готовность оплатить затраченные ФИО6 на лечение денежные средства в размере 36 197,39 руб. (т. 1 л.д. 12-13).
С целью проверки качества оказанной ООО «Центр Стоматологии «32 Практика» медицинской помощи, ФИО6 обращался в Территориальный орган Росздравнадзора Пермского края, который в период с 25.04.2022 по 12.05.2022 проводил документарную проверку ООО «Центр Стоматологии «32 Практика». Из акта документарной проверки следует, что решение о проведении объемного оперативного вмешательства (удаление одновременно четырех зубов) принято лечащим врачом с учетом имеющейся информации о наличии у пациента сопутствующей патологии в виде гипертонической болезни на фоне отказа от приема в день операции гипотензивных препаратов. Между тем, в данной ситуации, учитывая наличие у пациента гипертонической болезни, было предпочтительно разделение вмешательства на два этапа и поочередное удаление зубов с одной и через определенное время с другой стороны, применяя метод анестезии местными анестетиками с потенцированием седативными препаратами, и давая пациенту время на реабилитацию между оперативными вмешательствами. Кроме того, местное обезболивание проводилось препаратом, который должен с осторожностью применяться пациентами, страдающими артериальной гипертензией. Оперативное вмешательство проводилось ФИО1 в амбулаторных условиях, однако, препарат, вводимый ФИО1 в качестве анестезии, может применяться только в условиях стационара (т. 1 л.д. 196-203).
Из экспертного заключения по результатам экспертизы качества медицинской помощи следует, что медицинским учреждением допущены дефекты заполнения медицинской карты пациента, в частности, медицинская карта не содержит указание на причины обращения пациента, содержание локального статуса не отражает выявленный диагноз, результаты предшествующего рентгенологического исследования в карте располагаются не в локальном статусе, а после описания проведенного лечения. При этом, само построение записи в медицинской карте нарушает правила оформления, но не имеет негативных последствий. Нарушений в порядке и качестве оказания медицинской помощи не выявлено. О возможных рисках и осложнениях во время планируемого оперативного вмешательства ФИО6 был осведомлен и собственноручно подписал информированные добровольные согласия на проведение оперативного вмешательства и обезболивания. К оказанию неотложной и экстренной медицинской помощи при возникших осложнениях врачи, участвующие в операции, были готовы, своевременно прибегли к госпитализации пациента, что позволило надежно остановить нарастание гематомы и избежать серьезных последствий гипертонического криза.
Статьей 41 Конституции Российской Федерации закреплено, что каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь.
Согласно пункту 1 статьи 2 Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.
Медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг (пункт 3 статьи 2 ФЗ от 21.11.2011 № 323-ФЗ).
Медицинская услуга - медицинское вмешательство или комплекс медицинских вмешательств, направленных на профилактику, диагностику и лечение заболеваний, медицинскую реабилитацию и имеющих самостоятельное законченное значение (пункт 4 статьи 2 ФЗ от 21.11.2011 № 323-ФЗ).
Качество медицинской помощи - совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата (пункт 21 статьи 2 ФЗ от 21.11.2011 № 323-ФЗ).
В статье 4 Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ закреплены такие принципы охраны здоровья граждан, как соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи;
Пунктом 9 части 5 статьи 19 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ предусмотрено право пациента на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи.
Согласно пункту 2 статьи 64 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ следует, что критерии оценки качества медицинской помощи формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 данного Федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.
На основании части 2 статьи 98 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ следует, что медицинские организации, медицинские работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации не только за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи, но и за нарушение прав в сфере охраны здоровья.
В силу п. 27 Правил предоставления медицинскими организациями платных медицинских услуг постановления, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 04.10.2012 №1006 (далее Правила), действующих в период оказания истцу медицинских услуг ответчиком, исполнитель предоставляет платные медицинские услуги, качество которых должно соответствовать условиям договора, а при отсутствии в договоре условий об их качестве - требованиям, предъявляемым к услугам соответствующего вида. В случае если федеральным законом, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации предусмотрены обязательные требования к качеству медицинских услуг, качество предоставляемых платных медицинских услуг должно соответствовать этим требованиям
В соответствии с п. 32 Правил вред, причиненный жизни или здоровью пациента в результате предоставления некачественной платной медицинской услуги, подлежит возмещению исполнителем в соответствии с законодательством Российской Федерации.
В соответствии со ст.ст.1064, 1068 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом причинившим вред. Юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.
В соответствии со ст.1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса.
На основании п.2 ст.1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.
При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.
Согласно разъяснениям, приведенным в п.1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
В п.14 указанного Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 разъяснено, что под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).
Согласно разъяснениям, приведенным в п.48 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33, медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").
Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.
При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.
На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.
Статьей 4 Закона РФ от 07.02.1992 N 2300-1 "О защите прав потребителей" (далее Закон "О защите прав потребителей") предусмотрена обязанность продавца (исполнителя) передать потребителю товар, качество которого соответствует договору, пригодный для целей, для которых такого рода обычно используется. При отсутствии в договоре условий о качестве товара (работы, услуги) продавец (исполнитель) обязан передать потребителю товар (выполнить работу, оказать услугу), соответствующий обычно предъявляемым требованиям и пригодный для целей, для которых товар (работа, услуга) такого рода обычно используется.
Согласно ч.1 ст.13 Закона "О защите прав потребителей" за нарушение прав потребителей изготовитель (исполнитель, продавец, уполномоченная организация или уполномоченный индивидуальный предприниматель, импортер) несет ответственность, предусмотренную законом или договором.
Пунктом 1 ст. 14 Закона "О защите прав потребителей" предусмотрено, что вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу потребителя вследствие конструктивных, производственных, рецептурных или иных недостатков товара (работы, услуги), подлежит возмещению в полном объеме.
Право требовать возмещения вреда, причиненного вследствие недостатков товара (работы, услуги), признается за любым потерпевшим независимо от того, состоял он в договорных отношениях с продавцом (исполнителем) или нет (п. 2).
Вред, причиненный вследствие недостатков работы или услуги, подлежит возмещению исполнителем (п. 3).
Изготовитель (исполнитель, продавец) освобождается от ответственности, если докажет, что вред причинен вследствие непреодолимой силы или нарушения потребителем установленных правил использования, хранения или транспортировки товара (работы, услуги) (п. 5).
В силу статьи 15 Закона "О защите прав потребителей" моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.
Компенсация морального вреда осуществляется независимо от возмещения имущественного вреда и понесенных потребителем убытков.
В пункте 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" разъяснено, что при разрешении требований потребителей необходимо учитывать, что бремя доказывания обстоятельств, освобождающих от ответственности за неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательства, в том числе и за причинение вреда, лежит на продавце (изготовителе, исполнителе, уполномоченной организации или уполномоченном индивидуальном предпринимателе, импортере) (пункт 4 статьи 13, пункт 5 статьи 14, пункт 5 ст. 23.1, пункт 6 статьи 28 Закона о защите прав потребителей, статья 1098 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В пункте 45 названного Постановления разъяснено, что при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя. Размер компенсации морального вреда определяется судом независимо от размера возмещения имущественного вреда, в связи с чем размер денежной компенсации, взыскиваемой в возмещение морального вреда, не может быть поставлен в зависимость от стоимости товара (работы, услуги) или суммы подлежащей взысканию неустойки. Размер присуждаемой потребителю компенсации морального вреда в каждом конкретном случае должен определяться судом с учетом характера причиненных потребителю нравственных и физических страданий исходя из принципа разумности и справедливости.
Определением Ленинского районного суда от 27.06.2022 по делу назначена комиссионная судебно-медицинская экспертиза, производство которой поручено экспертам ГКУЗ особого типа Пермского края «Пермское краевое бюро судебно-медицинской экспертизы». На разрешение экспертов поставлены следующие вопросы: 1) соответствуют ли действия медицинских сотрудников ООО «Центр Стоматологии «32 Практика» в период оказания медицинской помощи пациенту ФИО6 стандартам и порядкам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям? 2) имеются ли в действиях медицинских работников ООО «Центр Стоматологии «32 Практика» нарушения стандартов и порядков оказания медицинской помощи, клинических рекомендаций? 3) если в действиях медицинских работников ООО «Центр Стоматологии «32 Практика» имеются нарушения стандартов и порядков оказания медицинской помощи, клинических рекомендаций, находятся ли они в причинно-следственной связи с наступившими для ФИО6 последствиями в виде постэкстракционного кровотечения из лунки 3.8 зуба, гематомы крыловидно-нижнечелюстного пространства слева, гипертонического криза, тромбофлебита боковой поверхностной вены слева, а также необходимостью прохождения дополнительного лечения для восстановления здоровья? 4) причинен ли здоровью ФИО6 вред в результате оказания медицинской помощи в ООО «Центр Стоматологии «32 Практика»? Если да, то какой степени тяжести он соответствует? 5) правильно ли выбрана тактика одновременного удаления 4-х зубов у ФИО6 с учетом имеющегося у него заболевания и особенностей строения зубов? (т. 1 л.д. 238-240).
Согласно выводам, изложенным в заключении экспертов №337 от 16.12.2022, на титульном листе медицинской карты стоматологического больного № 25971 от 18.08.2021 ООО «Центр Стоматологии «32 Практика» указан диагноз: «<данные изъяты>
Изучена ортопантомограмма (ОПТГ) на имя ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 181): 1.8 - <данные изъяты>.
При таких изменениях на ОПТГ имелись показания для удаления зубов в плановом порядке с санационно-протетической целью (устранение очага воспаления и деструкции; улучшение прикуса).
Удаление зубов проводилось под местной анестезией в условиях медикаментозной седации. После удаления 2.8, 3.8 продолжена операция с целью удаления 1.8, 4.8. Через несколько минут после анестезии и медикаментозной седации возникло кровотечение из лунки удаленного 3.8 зуба, устранить которое в ООО «ФИО2 «32 ФИО2» не удалось. Была вызвана скорая медицинская помощь, которая доставила ФИО1 в стоматологическую больницу ФГБОУ ВО «ПГМУ им. ак. ФИО13» Минздрава России в тяжелом состоянии. Проведена операция - ревизия лунки 3.8, в ходе которой кровотечение из лунки было остановлено. В течение 7 дней ФИО1 получал лечение в стационаре, после чего в удовлетворительном состоянии был выписан на амбулаторное лечение.
Удаление зуба - хирургическая операция, в ходе которой путем последовательного проведения приемов механического воздействия на зубоальвеолярный сегмент с помощью специальных инструментов производится расслойка, рассечение, растяжение и разрыв мягкотканных структур, упругая и неупругая деформация костной ткани пародонта, в результате чего осуществляется извлечение зуба из альвеолы. Удаление зуба может быть типичным и атипичным. В конкретном случае имело место атипичное удаление зубов с использованием специального стоматологического аппарата - физиодиспенсера для выпиливания зуба, бормашины для фрагментации зуба. По результатам ОПТГ сложность удаления прогнозировалась. Однако, противопоказаний к выполнению операции по удалению зубов не было.
Нарушений при выполнении операции по удалению зубов у ФИО1 не установлено, а потому возникшее в ходе проведения операции кровотечение из лунки удаленного 3.8 зуба является осложнением операции, а не дефектом оказания медицинской помощи.
Медицинская помощь ФИО6 в ООО «Центр Стоматологии «32 Практика» оказывалась в соответствии с Порядком оказания медицинской помощи взрослому населению при стоматологических заболеваниях, утвержденном приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 31.07.2020 № 786н, стандартом медицинской помощи, клиническими рекомендациями.
Нарушений Порядка оказания медицинской помощи, стандарта медицинской помощи и клинических рекомендаций не выявлено.
В процессе ОУЗ (операция удаления зуба) возможны осложнения, в том числе, развитие кровотечения. Кровотечение может быть: внутреннее (в ткани) с развитием гематомы (в конкретном случае - гематомы крыловидно-нижнечелюстного пространства слева); наружное - первичные (сразу, спустя 1-4 часа - адреналиновые); вторичные (через 3 и более суток) - связано с расплавлением тромба. По характеру кровотечения подразделяются на капиллярное, артериальное, венозное. Могут быть кровотечения из лунки зуба, межкорневой перегородки и прилежащих мягких тканей. Факторы, способствующие развитию кровотечения, могут быть: местные - в конкретной ситуации интимная связь дистального (дальнего) корня с нижнечелюстным каналом и общие - повышение артериальное давления у ФИО6 в ходе проведения операции. Поскольку каких-либо нарушений в действиях медицинских работников ООО «Центр Стоматологии «32 Практика» не установлено, оснований для решения третьего вопроса не имеется.
При плановой санации полости рта в поликлинике в условиях медикаментозной седации типичное удаление проводят и более 4-х зубов. Однако в конкретном случае проводилось атипичное удаление зубов. В такой ситуации одновременное удаление 4-х импактных восьмых зубов целесообразно осуществлять в стационаре при адекватном анестезиологическом обеспечении, тем более у лиц с сопутствующей патологией. Целесообразно разделение вмешательства на два этапа и поочередное удаление зубов с одной и через определенное время с другой стороны, давая пациенту время на реабилитацию между оперативными вмешательствами. Однако нормативных документов и инструкций на этот счет нет, а специализированные стационары отказывают в плановом удалении импактных зубов (эксперт ФИО15).
Нарушений Порядка оказания медицинской помощи взрослому населению по профилю "анестезиология и реаниматология", утвержденного Приказом Министерства здравоохранения РФ от ДД.ММ.ГГГГ №н, при оказании медицинской помощи ФИО1 в ООО «ФИО2 «32 ФИО2» не выявлено. При возникшей необходимости искусственной вентиляции легких действия персонала ООО «ФИО2 «32 ФИО2» соответствовали Практическим рекомендациям «Трудная интубация трахеи», утвержденным 11-ым Съездом Федерации анестезиологов и реаниматологов России, 23-26 сентября 2008 года, Санкт-Петербург.
Медицинских стандартов и утвержденных клинических рекомендаций по анестезиологии и реаниматологии в амбулаторных условиях, которые могли быть использованы для оценки деятельности ООО «Центр Стоматологии «32 Практика», в рассматриваемом случае не существует.
Несмотря на отсутствие нарушений Порядка оказания медицинской помощи взрослому населению по профилю "анестезиология и реаниматология", утвержденного Приказом Министерства здравоохранения РФ от 15.11.2012 №919н, при анализе медицинской карты стоматологического больного выявлены следующие дефекты оказания медицинской помощи: не использована классификация Маллампати и какие-либо прогностические шкалы для прогнозирования трудной интубации; с 15.48 до 16.40 искусственная вентиляция осуществлялась мешком Амбу вручную без подключения к аппарату ИВЛ.
Вид анестезиологического пособия в ООО «Центр Стоматологии «32 Практика» при оказании медицинской помощи ФИО6 был выбран верно и соответствовал объему и риску оперативного вмешательства. Противопоказаний для использования препарата пропофол в амбулаторных условиях не существует. Дозы препаратов для анестезии адекватны. Оказание помощи во время транспортировки и в отделении реанимации своевременное и адекватное. Указанные выше дефекты выполнения анестезиологического пособия в ООО «ФИО2 «32 ФИО2» не могли спровоцировать либо усугубить осложнение вмешательства, а потому не находятся в причинно-следственной связи с развитием «<данные изъяты>
Оснований для определения степени тяжести вреда здоровью при оказании медицинской помощи ФИО6 не имеется, поскольку в соответствии с пунктом 25 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных приказом Минздравсоцразвития России от 24.04.2008 № 194н, и Порядком проведения судебно-медицинской экспертизы и установления причинно- следственных связей по факту неоказания или ненадлежащего оказания медицинской помощи: Методические рекомендации, 2017, при отсутствии прямой причинно- следственной связи между дефектами оказания медицинской помощи и ухудшением состояния здоровья степень тяжести вреда здоровью не определяется (эксперт ФИО17).
Согласно пояснениям эксперта ФИО15, занесенным в протокол судебного заседания от ДД.ММ.ГГГГ (т.2, л.д.128-131), поскольку удаление зубов у ФИО6 было вызвано ортодонтическими показаниями, то целесообразно было удаление сразу всех 4-х зубов, поскольку после удаления зубов кость подвижна, что способствует движению зубов в полости рта. Однако, учитывая, что ФИО6 страдает <данные изъяты> в данном случае возможно было разделить этапы удаления на несколько. Но каких-либо нормативных актов, отражающих порядок удаления импактных зубов, нет. Осложнение в виде кровотечения возникло в связи с тем, что дистальный корень на ортопантомограмме интимно связан с нижнечелюстным каналом. Когда зуб <данные изъяты> Избежать наступления таких последствий невозможно, у любого оперативного вмешательства есть риски, прогнозировать их сложно. Конкретную причину повышения <данные изъяты> у ФИО6 назвать трудно, артериальное давление может подняться в любой момент, от хирургического вмешательства это не зависит. В ситуации с ФИО6 сказать, что имеет место дефект оказания медицинской помощи в связи с недостижением результата нельзя, поскольку ФИО6 обратился в стоматологическую клинику в целях проведения ортодонтического лечения, которое начато не было, ортопедический эффект не достигнут. Прерывание лечения было обусловлено возникшим в период вмешательства осложнением.
Эксперт ФИО16 пояснил, что классификация <данные изъяты>. Это регламентировано в протоколах от 2008 года, в международных рекомендациях. Доктор должен предполагать, насколько это будет сложно, чтобы себя обезопасить. Что касается осуществления вентиляции легких мешком Амбу, то в данном случае целесообразно было осуществлять ее посредством аппарата ИВЛ, поскольку мешок Амбу используется в течение короткого промежутка времени, например, перекладывание пациента с каталки на постель. Из медицинских документов следовало, что мешок Амбу использовался в районе часа, следовательно, при таком длительном периоде осуществления искусственной вентиляции легких необходимо использовать аппарат ИВЛ, следовательно, данное обстоятельство экспертом было отмечено как дефект оказания медицинской помощи. Наличие или отсутствие гипертонической болезни не является препятствием для медикаментозного сна. Имеются лекарственные препараты, направленные на коррекцию артериального давления. Необходимость применения данных препаратов решается доктором у постели больного.
В соответствии с частями 3 и 4 статьи 67 ГПК РФ суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими.
Таким образом, заключение судебной экспертизы оценивается судом по его внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании каждого отдельно взятого доказательства, собранного по делу, и их совокупности с характерными причинно-следственными связями между ними и их системными свойствами.
Суд оценивает экспертное заключение с точки зрения соблюдения процессуального порядка назначения экспертизы, соблюдения процессуальных прав лиц, участвующих в деле, соответствия заключения поставленным вопросам, его полноты, обоснованности и достоверности в сопоставлении с другими доказательствами по делу.
Учитывая, что право определения достаточности и допустимости доказательств, необходимых для правильного разрешения дела, принадлежит исключительно суду, оснований не доверять заключению судебной экспертизы у суда не имеется, поскольку оно является допустимым по делу доказательством, эксперты были предупреждены об уголовной ответственности по ст.307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения, обладают необходимой квалификацией. Экспертное заключение содержит подробное описание проведенного исследования. Заключение экспертов соответствует требованиям ст. 86 ГПК РФ, ст. 25 Федерального закона «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации». Оценивая заключение судебной экспертизы, суд не усматривает в нем недостатков, вызванных необъективностью или неполнотой исследования, сомнений в правильности или обоснованности данного заключения экспертизы не имеется. Доказательств несостоятельности выводов экспертов или некомпетентности экспертов, ее проводивших, суду не представлено, как и доказательств, опровергающих заключение экспертизы, или позволяющих усомниться в правильности или обоснованности заключения.
Разрешая заявленные требования, суд приходит к выводу о наличии оснований для их удовлетворения, поскольку установлены дефекты оказания ФИО6 медицинской помощи. Указанные дефекты выражены в том, что предоперационный осмотр анестизиолога не содержал определения класса Маллампати для прогнозирования трудной интубации. Для осуществления искусственной вентиляции легких использовался мешок Амбу, тогда как необходимо было применение аппарата ИВЛ. Кроме того, согласно выводам эксперта ФИО15 в данном случае целесообразней было разделить оперативное вмешательство в два этапа и произвести поочередное удаление зубов с одной стороны, а через некоторое время – с другой, давая время пациенту на реабилитацию между оперативными вмешательствами. Экспертом указано также на целесообразность проведения операции в условиях стационара при адекватном анестезиологическом обеспечении, тем более у лиц с сопутствующей паталогией. Согласно акту документарной проверки от ДД.ММ.ГГГГ, который также исследовался экспертами, интубация на фоне седации имеет высокий риск развития вегетативных реакций, величина которых связана с продолжительной ларингоскопией и трудной интубацией, и может быть очень вредной для пациентов с гипертонической болезнью. Установлено также, что запланированный результат лечения, а именно удаление четырех зубов, достигнут не был.
Таким образом, доводы ФИО1 о том, что специалистами ответчика не учтены при оказании медицинской помощи особенности его здоровья, наличие в анамнезе такого заболевания, как гипертоническая болезнь, не проведена оценка рисков и возможных осложнений при повторном использовании медикаментозной седации, нашли свое подтверждение в судебном заседании.
С учетом изложенного, суд полагает, что выявленные дефекты оказанной ФИО6 медицинской помощи нарушают его права как потребителя медицинской услуги, а потому требования о компенсации морального вреда в денежном выражении подлежат удовлетворению.
При определении размера компенсации морального вреда, суд принимает во внимание фактические обстоятельства дела, установленный факт нарушения прав ФИО6 как потребителя медицинской услуги, <данные изъяты>.
С учетом изложенного, принимая во внимание доводы истца о перенесенных им переживаниях и физических страданиях, суд определяет размер компенсации морального вреда в сумме 100 000 руб. При этом снований для взыскания компенсации в большем размере, с учетом отсутствия иных дефектов оказания медицинской помощи, отсутствия прямой причинно-следственной связи между выявленными дефектами и ухудшением состояния здоровья истца, судом не усматривается.
Разрешая требования ФИО6 о взыскании с ответчика денежных средств, связанных с оплатой лечения, суд приходит к выводу о том, что необходимость последующего обращения за медицинской помощью обусловлена причинением истцу физических и нравственных страданий в результате действий ответчика.
Установлено, что ДД.ММ.ГГГГ истцом получена консультация врача-терапевта ФИО18, за оказанные услуги истцом на счет <данные изъяты> внесена оплата в размере 2500 руб. (т.1, л.д.20). Врачом в заключении указан диагноз: эссенциальная <данные изъяты> Даны рекомендации, в том числе, по применению таких лекарственных препаратов, как детралекс, эликвис, вобэнзим. Согласно чеку от ДД.ММ.ГГГГ истцом приобретены указанные препараты на общую сумму 8446 руб. (т.1, л.д.20, оборот).
Кроме того, истцом ДД.ММ.ГГГГ оплачены услуги <данные изъяты> <данные изъяты> стоимостью 1650 руб. (т.1. л.д.18), а также услуги <данные изъяты> по исследованию крови стоимостью 2763 руб. (т.1, л.д.19).
В соответствии со статьей 19 Федерального закона от 21.11.2011 №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования.
Разрешая требования истца о взыскании с ответчика расходов по оплате медицинских услуг ООО «Медицина персонифицированного контроля» и ООО «Медлабэкспресс», суд не находит оснований для их удовлетворения, поскольку доказательств невозможности получения такой помощи бесплатно истцом не представлено. Доводы о том, что истец постоянно наблюдается в платной клинике, к таким доказательствам отнесены быть не могут.
Вместе с тем, суд признает необходимыми расходы истца на приобретение вышеуказанных лекарственных препаратов на сумму 8446 руб., назначение которых подтверждается медицинской документацией, а также платежными документами, поскольку независимо от обращения в частное или государственное медицинское учреждение при выдаче рекомендаций по приобретению медицинских препаратов и рецептов на лекарства, их покупка осуществляется за счет средств пациента.
Таким образом, с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы на лечение в размере 8446 руб., в удовлетворении указанных требований в оставшейся части следует отказать.
В соответствии с пунктом 6 статьи 13 Закона Российской Федерации от 07.02.1992 года № 2300-I "О защите прав потребителей" при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятидесяти процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.
Таким образом, с ответчика подлежит взысканию штраф в размере 50% от присужденной судом суммы, то есть в размере 54 223 руб. ((100 000 + 8446) х 50%). Оснований для снижении размера штрафа не установлено.
Согласно части 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов. Таким образом, с ООО «»Центр Стоматологии 32 Практика» в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 руб.
Установлено, что на основании решения <Адрес> уда <Адрес> от ДД.ММ.ГГГГ (т.2, л.д.133-139), отмененного кассационным определением судебной коллегии по гражданским делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции от ДД.ММ.ГГГГ (т.3, л.д.101-120), ответчиком произведено возмещение истцу компенсации морального вреда в размере 15 000 руб., штрафа в размере 7500 руб., а также произведена оплата государственной пошлины в доход местного бюджета в размере 300 руб. (т.2, л.д.147-149). Вопрос о повороте исполнения решения суда от ДД.ММ.ГГГГ не разрешался.
Таким образом, решение суда в части взыскания с общества с ограниченной ответственностью «Центр Стоматологии 32 Практика» в пользу ФИО6 компенсации морального вреда в размере 15 000 руб., штрафа в размере 7500 руб., а также о взыскании с ответчика в доход местного бюджета государственной пошлины в размере 300 руб. в исполнение приводить не следует.
На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
решил:
взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Центр Стоматологии 32 Практика» (ИНН <***>) в пользу ФИО5 ФИО21 (<данные изъяты>) компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб., расходы на лечение в размере 8446 руб., штраф в размере 54 223 руб.
В удовлетворении оставшейся части исковых требований отказать.
Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Центр Стоматологии 32 Практика» (ИНН <***>) в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 300 руб.
Решение суда в части взыскания с общества с ограниченной ответственностью «Центр Стоматологии 32 Практика» (ИНН <***>) в пользу ФИО5 ФИО22 компенсации морального вреда в размере 15 000 руб., штрафа в размере 7500 руб., а также о взыскании с общества с ограниченной ответственностью «Центр Стоматологии 32 Практика» в доход местного бюджета государственной пошлины в размере 300 руб. в исполнение не приводить.
Решение может быть обжаловано в Пермский краевой суд через Ленинский районный суд города Перми в течение месяца со дня изготовления решения суда в окончательной форме.
Копия верна
Председательствующий Ю.Н.Шпигарь
Мотивированное решение изготовлено 11.12.2023