Судья Окладников С.В. Дело № 22-5526/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Красноярск 20 июля 2023 года

Судебная коллегия по уголовным делам Красноярского краевого суда в составе председательствующего судьи Левченко Л.В.,

судей Курлович Т.Н., Бондаренко Е.А.,

при секретаре Таптуне И.О.,

с участием прокурора Уголовно-судебного управления прокуратуры Красноярского края Анисимовой И.А., адвоката Тубольцевой О.А., осужденного ФИО1 посредством видео-конференц-связи,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе с дополнениями адвоката Тубольцевой О.А. в интересах осужденного ФИО1 на приговор Иланского районного суда Красноярского края от 04 мая 2023 года, которым

ФИО1, <данные изъяты> не судимый,

осужден за каждое из шести преступлений, предусмотренных ч.3 ст.260 УК РФ, к наказанию в виде 3 лет лишения свободы.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ, по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний, назначено ФИО1 окончательное наказание в виде 3 лет 10 месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Заслушав доклад судьи Красноярского краевого суда Левченко Л.В., объяснения осужденного ФИО1, выступление адвоката Тубольцевой О.А., поддержавших доводы апелляционной жалобы и дополнений, мнение прокурора Анисимовой И.А., полагавшей приговор подлежащим оставлению без изменения, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

Понкратов осужден за шесть незаконных рубок лесных насаждений, совершенных в особо крупном размере на территории Иланского района Красноярского края, при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В судебном заседании ФИО1 вину в совершении инкриминируемых преступлений не признал, показал, что он не оспаривает фактические обстоятельства инкриминированного ему деяния, однако не согласен с правовой оценкой его действий. Воспользовавшись правом, предусмотренным ст. 51 Конституции РФ от дачи показаний отказался.

В апелляционной жалобе адвокат Тубольцева О.А. в интересах осужденного ФИО1 выражает несогласие с приговором, полагая его подлежащим отмене, так как выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

Указывает, что, если государство выделило лесные насаждения для их вырубки, соответственно оно отказывается от них, как от объекта экологии, и рассматривает их уже как предмет товарных, экономических отношений. Эта позиция отражена в п.15 постановления Пленума ВС РФ от 18.10.2012 года № 21.

Обращает внимание, что лесные насаждения, рубка которых инкриминирована, были определены для рубки в соответствии с договором купли-продажи лесных насаждений; при осуществлении рубки ФИО1 были соблюдены условия договоров купли-продажи лесных насаждений в части породного или возрастного состава, рубка осуществлена в пределах отведенных лесосек, с соблюдением установленного срока начала работ; ФИО1 не было и не могло быть известно, что документы, представленные непосредственно самими гражданами в КГБУ «Иланское лесничество» для оформления договоров купли-продажи лесных насаждений, содержат недостоверные сведения (являются подложными).

Также установлено в судебном заседании и подтверждается показаниями свидетелей ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, что все договоры купли-продажи лесных насаждений, на основании которых Понкратов осуществил рубку, были оформлены с учетом всех имеющихся и представленных документов о законном выделении древесины заявителям (гражданам).

ФИО1 не совершил каких-то действий тайно, не скрывался от сотрудников лесничества, им были соблюдены все условия договоров, включая очистку лесосек.

При таких обстоятельствах рубка незаконной быть не может.

Полагает, что фактические обстоятельства совершения преступления, в частности механизм совершения преступления, не соответствуют выводу суда в части направленности умысла, как следствие судом неверно квалифицированы действия ФИО1.

Считает, что умысел ФИО1 был направлен не на незаконную рубку, а на незаконное приобретение древесины, на завладение полученной древесиной и реализации в личных целях, для извлечения материальной выгоды и преимуществ для себя. Поэтому его действия должны быть квалифицированы по ч.3 ст.191.1 УК РФ, поскольку сделка по приобретению договора купли-продажи лесных насаждений является незаконной в силу прямого указания п.4.1 ст.30 ЛК РФ, соответственно древесина будет приобретена незаконно и становится предметом преступления, ответственность за которое предусмотрена ст.191.1 УК РФ.

Суд вправе был изменить обвинение и квалифицировать действия ФИО1 по ч.3 ст.191.1 УК РФ.

Полагает, что по делу не установлены умысел, форма вины и мотивы, относящиеся к предмету доказывания виновности ФИО1 по ч.3 ст.260 УК РФ, как следствие основания для наступления уголовной ответственности по ч.3 ст.260 УК РФ.

Просит приговор отменить.

В дополнениях адвокат Тубольцева О.А. вновь выражает несогласие с приговором.

Полагает, что квалификация действий ФИО1 по совокупности преступлений является ошибочной, так как из обвинения следует, что инкриминируемые преступления объединены единым умыслом, единым мотивом, совершены единым способом при абсолютно идентичных обстоятельствах.

Ссылаясь на судебную практику, считает, что действия ФИО1, квалифицированные судом как совокупность шести преступлений, предусмотренных ч.3 ст.260 УК РФ, исходя из описания, изложенного в описательно-мотивировочной части приговора, есть единое продолжаемое преступление.

В последующих дополнениях адвокат Тубольцева О.А. полагает, что ФИО1 назначено чрезмерно суровое наказание, так как не было учтено: состояние здоровья ФИО1, не в полной мере учтены сведения о личности, по месту работы он характеризуется положительно, в 2022 году поощрен благодарственным письмом руководства лесничества за качественное выполнение должностных обязанностей водителя.

Считает, что суд, делая выводы об отсутствии оснований для применения ст.73, ч.6 ст.15, ст.64 УК РФ, сослался на общие формулировки. Тогда как в материалах дела имеется письмо врио заместителя начальника – начальника полиции ГУ МВД России по <адрес> ФИО8, подтверждающее, что в результате содействия правоохранительным органам со стороны ФИО1 был изобличен бывший руководитель КГБУ «Иланское лесничество» ФИО14, в отношении которого расследуется уголовное дело по ч.5 ст.290 УК РФ.

Указывает также, что ФИО1 ведет социально положительный образ жизни, что позволяет утверждать, что он встал на путь исправления и сделал должные выводы,

Считает, что, исходя из принципа справедливости наказания, целей уголовного наказания, личности ФИО1, обстоятельств, смягчающих наказание, в том числе оснований для применения ст.64 УК РФ, у суда имелись все оснований для назначения наказания с применением ст.73 УК РФ, либо назначения более мягкого наказания, чем реальное лишение свободы.

В очередных дополнениях адвокат указывает на нарушение прав потерпевшего на участие в судебном заседании, поскольку представитель потерпевшего участвовала только 19.12.2022 года, от дальнейшего участия не отказалась, в том числе от участия в прениях, однако право на дальнейшее участие потерпевшему не разъяснялось, как и последствия отказа от использования этого права. В уведомлении об отложении дела на 03.05.2023 года в адрес потерпевшего не содержится сведений о том, что в данном судебном заседании будут проходить судебные прения, а также разъяснений права участвовать в прениях сторон.

Полагает, что судом, таким образом, существенно нарушены нормы процессуального права, что повлекло вынесение заведомо неправосудного судебного акта, потерпевший был лишен довести до сведения суда свою позицию в части размера ущерба, причиненного преступлениями, в связи с изменившимся в этой части объемом предъявленного Понкратову обвинения.

В возражениях прокурор просит приговор оставить без изменения, а представитель потерпевшего не усматривает нарушения своих прав на участие в прениях.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и дополнений, возражений, выслушав объяснения сторон, судебная коллегия приходит к следующему.

Судебная коллегия считает, что выводы суда первой инстанции о виновности ФИО1 в инкриминируемых ему преступлениях соответствуют фактическим обстоятельствам, установленным судом первой инстанции, и подтверждаются совокупностью исследованных судом доказательств, обоснованно признанных судом допустимыми, оцененными в соответствии со ст. 88 УПК РФ, анализ которых приведен в приговоре и им дана надлежащая оценка.

Обстоятельства, при которых ФИО1 совершил инкриминируемые ему преступления, по настоящему делу установлены правильно, фактически не оспариваются.

Так, судом установлено, что в августе 2019 года у ФИО1, будучи осведомленным о наличии законодательно предусмотренной возможности у граждан воспользоваться правом заготовки древесины для собственных нужд, в том числе о том, что право физических лиц на заготовку древесины для собственных нужд не может отчуждаться или переходить от одного лица к другому, возник умысел на незаконную рубку лесных насаждений в целях заготовки древесины на территории Иланского района Красноярского края из корыстных побуждений, и получения материальной выгоды.

В целях реализации задуманного ФИО1 из корыстных побуждений, предвидя возможность и неизбежность наступления общественно-опасных последствий в виде причинения материального ущерба лесному фонду Российской Федерации в особо крупном размере и желая наступления таких последствий, достоверно зная о правилах порубки деревьев, действуя в нарушение Правил заготовки древесины, утвержденных приказом Минприроды России от 13.09.2016 № 474 «Об утверждении правил заготовки древесины», и требований ч. 4, 4.1., 5 ст. 30, ч. 1, 2, 3, 4 ст. 75, ч. 4 ст. 77 Лесного кодекса РФ, согласно которым граждане осуществляют заготовку древесины для собственных нужд на основании договоров купли-продажи лесных насаждений, при этом заготовленная древесина не может ими отчуждаться или переходить от одного лица к другому иными способами, а также, что заготовка древесины осуществляется в соответствии с количественными и качественными характеристиками древесины указанными в договоре купли-продажи лесных насаждений, в августе 2019 года в дневное время, находясь около здания КГБУ «Иланское лесничество» по адресу: г. Иланский, <адрес>» за денежное вознаграждение приобрел у третьего лица документы на имя ФИО15, ФИО16 и ФИО17, а именно договоры купли-продажи лесных насаждений.

Кроме того, ФИО1 за денежное вознаграждение у третьего лица были приобретены договоры купли-продажи лесных насаждений еще пять раз, а именно: в августе 2019 года на имя 10 человек, в октябре 2019 года на имя 11 человек, в декабре 2019 года на имя 6 человек, в феврале 2020 года на имя 16 человек, в августе 2020 года на имя 11 человек.

Каждый раз после приобретения указанных документов ФИО1, не имеющий в собственности технику для заготовки и вывоза древесины, обращался к третьим лицам для оказания услуг, связанных с вырубкой и вывозом древесины с целью ее дальнейшей реализации, не осведомленных об его (ФИО1) истинных намерениях, введя последних в заблуждение относительно законности своих действий, после чего эти лица организовывали работу по заготовке и вывозке древесины на указанных в договорах участках леса. При этом ФИО1 понимал, что заготовленные им по указанным договорам лесные насаждения не будут использованы гражданами по целевому назначению, а будут заготовлены и реализованы им в личных целях, для извлечения материальной выгоды и преимуществ для себя.

В результате своих умышленных действий ФИО1 каждый раз причинил Российской Федерации ущерб в особо крупном размере, а именно: по 1 эпизоду - на сумму 1 390 890 рублей, по второму эпизоду – на сумму 4 433 698 рублей, по третьему эпизоду – на сумму 3 518 515 рублей, по четвертому эпизоду – на сумму 6 847 961 рубль, по пятому эпизоду – на сумму 4 664 590 рублей, по шестому эпизоду – на сумму 15 812 309 рублей.

Изложенные в апелляционных жалобах доводы о неправильной квалификации действий осужденного ФИО1 были предметом проверки суда первой инстанции, но обоснованно отвергнуты.

Как правильно указал суд, квалификация действий ФИО1 по ч.3 ст.260 УК РФ обусловлена тем, что граждане вправе заготавливать древесину для целей отопления, строительства жилого дома, хозяйственных построек и иных собственных нужд на основании договоров купли-продажи лесных насаждений, которые они могут заключить с определенной периодичностью и на определенный объем леса, в зависимости от целей использования такой древесины. В то же время древесина, заготовленная гражданами для собственных нужд, в частности для постройки жилого дома, как и право соответствующего гражданина на осуществление заготовки этой древесины для постройки дома, не могут быть переданы от одного лица другому каким-либо способом.

Осуществление деятельности по заготовке древесины с целью ее последующей реализации представляет собой предпринимательскую деятельность, связанную с оформлением разрешительных документов (оформление права собственности) на подлежащие рубке лесные насаждения с последующим вывозом древесины из леса и реализации с целью извлечения прибыли.

Договор аренды лесного участка, находящегося в государственной или муниципальной собственности, заключается по результатам торгов на право заключения такого договора, которые проводятся в форме открытого аукциона или открытого конкурса.

В данном случае судом с учетом механизма совершения преступления, связанного с использованием документов от имени физических лиц на заготовку древесины для собственных нужд именно этими физическими лицами, дальнейшего осуществления заготовки древесины в коммерческих целях, сделан обоснованный вывод, что, несмотря на формальное наличие указанных договоров купли-продажи, ФИО1 изначально не намеревался заготавливать древесину для этих физических лиц, чем нарушил положения нормативных актов, указанных при описании преступного деяния. В связи с чем суд, вопреки доводам апелляционной жалобы адвоката, пришел к правильному выводу о наличии у ФИО1 умысла именно на незаконную рубку лесных насаждений, сформировавшегося перед покупкой договоров купли-продажи на имя этих физических лиц.

Дана судом оценка и доводам защиты о неосведомленности Понкратова об использовании поддельных документов при оформлении договоров купли-продажи лесных насаждений на имя физических лиц, которые также обоснованно отвергнуты, поскольку ФИО1 достоверно знал, что приведенная в соответствующих договорах древесина имеет конкретное целевое назначение и которую нельзя использовать на какие-либо иные цели, что следует из полученных им на руки договоров.

В связи с чем доводы адвоката в жалобе о том, что при осуществлении рубки ФИО1 были соблюдены условия договоров купли-продажи лесных насаждений в части породного или возрастного состава, рубка осуществлена в пределах отведенных лесосек, с соблюдением установленного срока начала работ, что ФИО1 не совершил каких-то действий тайно, не скрывался от сотрудников лесничества, им были соблюдены все условия договоров, включая очистку лесосек, не имеют правового значения и не свидетельствуют о невиновности осужденного.

Из показаний самого осужденного, данных в ходе предварительного следствия, исследованных судом в порядке п.3 ч.1 ст.276 УПК РФ, следует, что договоры купли-продажи лесных насаждений приобретались им у третьего лица по 50 000 рублей за пакет с целью заготовки и дальнейшем реализации древесины, что с людьми, от имени которых были заключены договоры купли-продажи лесных насаждений, он не разговаривал.

Допрошенные в качестве свидетелей лица, от имени которых были заключены договоры купли-продажи лесных насаждений, пояснили, что заключали договоры с целью заработать деньги от их заключения, без намерения использовать древесину для строительства жилья, поскольку не имели ни разрешения на строительство, ни земельных участков в собственности или аренде для строительства жилого помещения.

Доводы жалобы о том, что все договоры купли-продажи лесных насаждений, на основании которых Понкратов осуществил рубку, были оформлены с учетом всех имеющихся и представленных документов о законном выделении древесины заявителям (гражданам), являются несостоятельными, материалами дела не подтверждаются.

Доводы адвоката в жалобе о том, что, если государство выделило лесные насаждения для их вырубки, соответственно оно отказывается от них, как от объекта экологии, и рассматривает их уже как предмет товарных, экономических отношений, не могут быть приняты во внимание, не ставят под сомнение законность осуждения ФИО1.В соответствии с ч.1 ст.77 Лесного кодекса РФ за исключением случаев, предусмотренных ст. ст. 19 и 30 настоящего Кодекса (то есть за исключением мероприятий по сохранению лесов и заготовки гражданами древесины для собственных нужд), договор купли-продажи лесных насаждений заключается по результатам торгов на право заключения такого договора, которые проводятся в форме открытого аукциона.

Как пояснила в суде директор КГБУ «Иланское лесничество» Семионенко, есть разница в цене, стоимости, когда предоставляются лесосеки гражданам и предпринимателям. Граждане получают по минимальной стоимости, а когда выставляется лесосека на торги, там другие критерии по оплате даже на начальную стоимость.

Таким образом, в отсутствие у ФИО1 не только договора подряда или договора возмездного оказания услуг гражданам по заготовке им древесины именно для личных нужд, но и фактической договоренности с гражданами об оказании такой услуги, тогда как рубка лесных насаждений производилась с целью их последующей реализации и при этом не гражданам, указанным в договорах купли-продажи лесных насаждений, в отсутствие у ФИО1 договора купли-продажи лесных насаждений по результатам торгов на право заключения такого договора, проведенного в форме открытого аукциона, свидетельствует о том, что рубка лесных насаждении произведена с нарушением закона.

Судебная коллегия полагает, что в данном случае ФИО1 не был лишен возможности действовать в рамках правового поля, не нарушая действующее законодательство.

Выводы суда о том, что, поскольку ФИО1 не имел законных оснований для рубки лесных насаждений, не приобрел право собственности на вышеприведенную древесину, не являлся арендатором лесных участков, его действия не подлежат квалификации по статье 8.25 КоАП РФ, являются обоснованными.

Доводы апелляционной жалобы адвоката о том, что умысел ФИО1 был направлен не на незаконную рубку, а на незаконное приобретение древесины, на завладение полученной древесиной и реализации в личных целях, для извлечения материальной выгоды и преимуществ для себя, поэтому его действия должны быть квалифицированы по ч.3 ст.191.1 УК РФ, являются несостоятельными, основаны на неправильном понимании норм права.

Юридическая оценка действий осужденного по ч.3 ст.260 УК РФ соответствует разъяснениям, содержащимся в п. 20 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 18.10.2012 N 21 "О применении судами законодательства об ответственности за нарушения в области охраны окружающей среды и природопользования", согласно которым если лицо совершило незаконную рубку лесных насаждений посредством использования другого лица, не подлежащего уголовной ответственности в силу возраста, невменяемости или других обстоятельств (в том числе в связи с прекращением в отношении этого лица уголовного дела за отсутствием в деянии состава преступления), его надлежит привлекать к ответственности как исполнителя преступления, предусмотренного статьей 260 УК РФ.

При этом, как установлено судом и подтверждается совокупностью исследованных по уголовному делу доказательств, лица, которые непосредственно осуществляли вырубку леса, не были осведомлены о преступных намерениях ФИО1 и поэтому не могут быть привлечены к уголовной ответственности наряду с осужденным, выступавшим при данных обстоятельствах в роли "посредственного исполнителя" преступления.

В данном случае перевозка, хранение в целях сбыта, сбыт незаконно заготовленной древесины в особо крупном размере являлись формой распоряжения незаконно срубленными лесными насаждениями, охватывались единым умыслом ФИО1 на незаконную рубку лесных насаждений и не могут быть ни самостоятельно, ни дополнительно квалифицированы по ст.191.1 УК РФ.

По мнению судебной коллегии, суд первой инстанции, оценив совокупность доказательств, представленных сторонами, правильно установил фактические обстоятельства дела, объективно и обоснованно пришел к выводу о доказанности вины ФИО1 в совершении шести преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 260 УК РФ, с приведением мотивов, руководствуясь которыми пришел к выводу об обоснованности такой квалификации. Оснований не согласиться с выводами суда, как и оснований для переквалификации действий осужденного, не имеется.

Доводы апелляционной жалобы адвоката о том, что действия ФИО1, квалифицированные судом как совокупность шести преступлений, предусмотренных ч.3 ст.260 УК РФ, исходя из описания, изложенного в описательно-мотивировочной части приговора, есть единое продолжаемое преступление, являются несостоятельными, были предметом оценки суда первой инстанции и обоснованно признаны несостоятельными, поскольку ФИО1, завершив рубку в соответствующем лесном массиве, вновь реализуя умысел на совершение незаконной рубки лесных насаждений, вновь приобретал документы на имя третьих лиц на другую лесосеку, после чего вновь договаривался с лицами на оказание услуг, связанных с вырубкой и вывозом древесины, которую он после этого реализовывал.

При этом, вопреки доводам адвоката в суде апелляционной инстанции, действия ФИО1 по незаконной рубке лесных насаждений в квартале 1 выделов 11, 19 ОАО «Южный-2» Южного участкового лесничества КГБУ «Иланское лесничество» (два первых эпизода) квалифицированы как единое продолжаемое преступление по ч.3 ст.260 УК РФ, исходя не из места совершения преступления, а потому, что весь объем незаконно заготовленной древесины в указанном квартале ФИО1 совершил ввиду единовременного приобретения договоров на имя ФИО15, ФИО16 и ФИО17 с целью единовременной рубки лесных насаждений, предусмотренных соответствующими договорами.

Тогда как действия ФИО1 по дальнейшей незаконной рубке лесных насаждений суд установил, что не были объединены единым умыслом по указанным выше основаниям, с чем соглашается суд апелляционной инстанции.

Доводы адвоката в суде апелляционной инстанции об искусственной совокупности преступлений являются несостоятельными.

Доказательства судом полно и объективно исследованы в судебном заседании, их анализ, а равно оценка подробно изложены в приговоре. Все изложенные в приговоре доказательства суд, в соответствии с требованиями ст. ст. 87, 88 УПК РФ, проверил, сопоставив их между собой, и каждому из них дал оценку с точки зрения относимости, допустимости и достоверности.

Обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК РФ, вопреки доводам апелляционной жалобы адвоката, судом установлены правильно. Выводы суда не содержат предположений, противоречий и основаны на достаточной совокупности исследованных при рассмотрении дела доказательств, которым суд дал надлежащую оценку.

В силу ч. 1 ст. 17 УПК РФ, судья оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на совокупности имеющихся в уголовном деле доказательств, руководствуясь при этом законом и совестью, а не мнением осужденного. По настоящему уголовному делу оценка собранным по делу доказательствам судом первой инстанции дана в полном соответствии с указанными требованиями закона.

Иной взгляд защиты на оценку доказательств не является основанием для отмены или изменения приговора, поскольку правильные по существу выводы суда первой инстанции оспариваются исключительно путем субъективной трактовки стороной защиты положенных в основу приговора доказательств и их переоценки в выгодную для защиты сторону.

Оснований для иной уголовно-правовой оценки действий ФИО1, в том числе для его оправдания, вопреки доводам жалоб, судебной коллегией не установлено.

Размер вреда, причиненный незаконной рубкой лесных насаждений, установлен на основании исследованных судом доказательств, приведенных в приговоре. Обоснование расчета было проверено судом. Поскольку в ходе судебного следствия установлено, что при установлении размера ущерба в период предварительного следствия допущены просчеты ввиду неверного применения стоимости 1 кб.м древесины из-за неверного применения разряда такс соответствующих ведомостей материально-денежной оценки лесосеки, при установлении ущерба в квартале 1 выделов 11, 19 ОАО «Южный-2» Южного участкового лесничества КГБУ «Иланское лесничество», суд обоснованно признал достоверными расчеты, произведенные в ходе судебного следствия от 14.04.2023 года, при выполнении которых снижена сумма причиненного ущерба, в связи с чем судом изменено обвинение и снижен размер ущерба от незаконной рубки лесных насаждений, инкриминированный ФИО1 в указанных лесных участках.

Кроме этого, в ходе судебного следствия установлено, что по этой же причине также допущены просчеты при определении ущерба от незаконной рубки лесных насаждений в квартале 45 выделах 2,3,4 Иланского участкового лесничества КГБУ «Иланское лесничество» и фактически размер ущерба составляет 5 718 521 рубль, что подтверждается расчетом от 14.04.2023 года, когда ФИО1 по данному преступлению инкриминирован ущерб в сумме 4 433 698 рублей. Поскольку полученный в ходе судебного следствия расчет ухудшает положение подсудимого, так как увеличивает размер материального ущерба, инкриминированного ФИО1, суд правильно в соответствии с ч.2 ст.252 УПК РФ оставил обвинение ФИО1 по данному преступлению в неизменном виде.

Нарушений принципа состязательности сторон, нарушений процессуальных прав участников процесса, в том числе прав потерпевшего, на что указывает адвокат осужденного в жалобе, повлиявших или которые могли повлиять на постановление законного, обоснованного приговора, по делу не допущено. Суд не ограничивал прав участников процесса по исследованию материалов дела. В судебном заседании проверены все существенные для установления истины по делу доказательства. Каких-либо данных, свидетельствующих об одностороннем или неполном судебном следствии, не имеется.

Какие-либо не устраненные судом существенные противоречия в доказательствах, требующие их истолкования в пользу осужденного, по делу отсутствуют.

Как следует из материалов дела, вопреки доводам апелляционной жалобы адвоката о несправедливости приговора, при назначении ФИО1 наказания судом первой инстанции в полной мере учтены характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, обстоятельства их совершения, данные о личности подсудимого, его состояние здоровья, то, что по месту жительства он характеризуется удовлетворительно, по месту работы – положительно. Учтено судом и влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО1 по каждому преступлению судом признаны: в силу п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ наличие малолетнего ребенка у виновного; явка с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступления; в силу ч. 2 ст. 61 УК РФ фактическое признание вины, что выразилось в показаниях подсудимого в период предварительного следствия, оказание содействия правоохранительным органам в изобличении и уголовном преследовании иных лиц в совершении преступления.

Обстоятельств, отягчающих наказание, судом не установлено, поэтому наказание обоснованно назначено с применением правил ч.1 ст.62 УК РФ.

Назначенное ФИО1 наказание в виде реального лишения свободы по своему виду и размеру отвечает закрепленным в уголовном законодательстве Российской Федерации целям наказания и принципу справедливости, представляется судебной коллегии правильным с учетом повышенной общественной опасности совершенных ФИО1 преступлений, обусловленных грубым нарушением установленного лесным законодательством порядка заготовки древесины, повлекшего причинение лесному фонду Российской Федерации особо крупного экологического ущерба.

Оснований для применения положений ч.6 ст.15, ст.64, ст.73 УК РФ судом верно не установлено, что судом мотивировано.

Нарушений норм уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора в целом, из материалов дела не усматривается. Не являются таковыми доводы жалобы адвоката о нарушении прав потерпевшего на участие в судебных прениях, поскольку такое право представителю потерпевшего судом разъяснялось в судебном заседании, уведомления об отложении рассмотрения дела в адрес потерпевшего судом направлялись, стороны не возражали против рассмотрения дела, в том числе проведения прений сторон, в отсутствие представителя потерпевшего, который также не усматривает какого-либо нарушения своих прав, приговор не обжаловал.

Вместе с тем, судебная коллегия полагает, что суд, разрешая исковые требования потерпевшего, и принимая решение о взыскании с осужденного ФИО1 в пользу Российской Федерации в лице Министерства лесного хозяйства Красноярского края 36667963 рубля, оставил без внимания следующее.

В соответствии с ч.2 ст.4 Лесного кодекса РФ от имени Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований в лесных отношениях участвуют соответственно органы государственной власти Российской Федерации, органы государственной власти субъектов Российской Федерации, органы местного самоуправления в пределах своих полномочий, установленных нормативными правовыми актами.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п.16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30 ноября 2017 г. N 49 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении вреда, причиненного окружающей среде", присужденные судом суммы компенсации по искам о возмещении вреда, причиненного окружающей среде, подлежат зачислению в бюджеты муниципальных районов, городских округов, городских округов с внутригородским делением, городов федерального значения Москвы, Санкт-Петербурга и Севастополя по месту причинения вреда окружающей среде по нормативу 100 процентов (абзац второй пункта 6 статьи 46 Бюджетного кодекса Российской Федерации).

Также согласно п. 22 ст. 46 Бюджетного Кодекса РФ вред, причиненный окружающей среде, подлежит возмещению в бюджет муниципального района по месту причинения вреда окружающей среде.

В рамках разрешаемого спора, ущерб, причиненный окружающей среде, мог быть взыскан только в пользу муниципального образования, тогда как истцом в исковом заявлении указана Российская Федерация в лице Министерства лесного хозяйства Красноярского края (т.3 л.д.31-33), в чью пользу и взысканы денежные средства.

Исходя из изложенного, приговор подлежит отмене в части разрешения гражданского иска и передаче дела в части гражданского иска на новое рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства.

Соответственно арест в отношении банковских счетов на имя ФИО1, на земельный участок, нежилое здание складского назначения, ж/д пути суммарной протяженностью 882 м, тип рельс – Р65, следует сохранить до рассмотрения судом гражданского иска.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.15, 389.20, 389.28 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Приговор Иланского районного суда Красноярского края от 04 мая 2023 года в отношении ФИО1 в части гражданского иска отменить, уголовное дело в указанной части передать на новое судебное рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства в Иланский районный суд Красноярского края иным составом суда.

Арест в отношении банковских счетов на имя ФИО1, на земельный участок, местоположение: <адрес>, <адрес>, кадастровый №, стоимостью 18626000 рублей; нежилое здание складского назначения, адрес (местоположение): <адрес>, <адрес>, кадастровый №, стоимостью 617000 рублей; ж/д пути суммарной протяженностью 882 м, тип рельс – Р65, стоимость 3618000 рублей – сохранить до рассмотрения судом гражданского иска.

В остальной части приговор Иланского районного суда Красноярского края от 04 мая 2023 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционную жалобу с дополнениями адвоката Тубольцевой О.А. в интересах осужденного ФИО1 - без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции по правилам главы 47.1 УПК РФ в течение 6 месяцев со дня вступления приговора в законную силу, а осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии судебного решения, вступившего в законную силу. Осужденный имеет право ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий

Судьи