№
УИД 22RS0№-93
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
р.п. Тальменка 23 июля 2025 года
Тальменский районный суд Алтайского края в составе:
председательствующего судьи Третьяковой Е.Ю.,
при помощнике судьи Берстеневой В.В.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Федеральной налоговой службы России в лице Управления Федеральной налоговой службы России по <адрес> к ФИО2 о взыскании убытков,
УСТАНОВИЛ:
Федеральная налоговая служба России в лице Управления Федеральной налоговой службы России по <адрес> обратилась в Тальменский районный суд <адрес> с иском к ФИО2 о взыскании убытков в размере <данные изъяты> руб.
В обоснование исковых требований истец ссылается на следующие обстоятельства. Федеральная налоговая служба России (далее по тексту - ФНС РФ) в соответствии с Постановлениями Правительства РФ от 29.05.2004 года №257 и от 30.09.2004 года №506 является уполномоченным органом по представлению в делах о банкротстве и в процедурах, применяемых в делах о банкротстве требований об уплате обязательных платежей и требований Российской Федерации по денежным обязательствам.
ДД.ММ.ГГГГ ФНС РФ обратилась в арбитражный суд с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) Потребительского общества «<данные изъяты>» (ИНН <данные изъяты>). На момент обращения с заявлением в арбитражный суд задолженность ПО «<данные изъяты>» по налогам составляла <данные изъяты> руб., в том числе: недоимка по налогам – <данные изъяты> руб., <данные изъяты> руб. – пени, <данные изъяты> руб. – штрафы. Определением Арбитражного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ возбуждено дело о банкротстве ПО «<данные изъяты>» №№.
На момент обращения в арбитражный суд у ПО «<данные изъяты>» уполномоченным органом установлено наличие следующих активов: в соответствии с данными бухгалтерской отчетности, общая сумма активов на последнюю отчетную дату (ДД.ММ.ГГГГ) составила <данные изъяты> руб.; согласно сведениям Филиала ФГБУ «Федеральная кадастровая палата Федеральной службы регистрации, кадастра и картографии» по <адрес>» от ДД.ММ.ГГГГ должнику принадлежали 5 объектов недвижимости, 3 земельный участка, находящиеся по арестом; по данным налогового органа в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ должником были совершены сделки по отчуждению 2 объектов недвижимости, 2 земельных участков, 7 транспортных средств.
Определением Арбитражного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ (резолютивная часть объявлена ДД.ММ.ГГГГ) по делу №№ в отношении ПО «<данные изъяты>» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО10, ИНН №, являющийся членом Ассоциации «<данные изъяты> межрегиональная саморегулируемая организация арбитражных управляющих «<данные изъяты>».
Решением Арбитражного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ (резолютивная часть объявлена ДД.ММ.ГГГГ) ПО «<данные изъяты>» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утверждён ФИО11
Сумма задолженности по обязательным платежам и по денежным обязательствам перед Российской Федерацией, включенная в реестр требования кредиторов должника, составила <данные изъяты> руб. B конкурсную массу должника включено имущество (основные средства) рыночной стоимостью <данные изъяты> руб. По результатам реализации имущества на расчетный счет должника поступи денежные средства в сумме <данные изъяты> руб., которые были распределены на цели погашения текущих требований в соответствии c ст. 138 Закона o банкротстве.
Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ (резолютивная часть от ДД.ММ.ГГГГ) производство по делу o несостоятельности (банкротстве) ПО «<данные изъяты>» прекращено по основаниям, предусмотренным абзацем 8 пункта 1 статьи 57 Федерального Закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «O несостоятельности (банкротстве)» (далее — Закон o банкротстве). Суд указал, что по состоянию на дату подачи ходатайства о прекращении производства по делу размер текущих расходов составил <данные изъяты> pуб., из них оплачено <данные изъяты> руб. за счет имущества должника, остальная сумма расходов, в том числе, вознаграждение конкурсного управляющего, не возмещены.
Определением Арбитражного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ по делу №, оставленным без изменения Постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от ДД.ММ.ГГГГ, Постановлением Арбитражного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, удовлетворено заявление арбитражного управляющего ФИО12 o взыскании вознаграждения и судебных расходов в деле o несостоятельности (банкротстве) ПО «<данные изъяты>», с Управления Федеральной налоговой службы по <адрес> взыскано <данные изъяты> pуб. вознаграждения конкурсного управляющего, <данные изъяты> руб. возмещения понесенных судебных расходов.
Платежными поручениями от ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ № взысканная сумма в размере <данные изъяты> руб. перечислена ФНС России на счет ФИО13 (правопреемника ФИО9 A.C. по судебному акту от ДД.ММ.ГГГГ).
Взыскание c ФНС России в пользу ФИО14 денежных средств в указанной сумме следует расценивать как убытки, причиненные лицами, не исполнившими обязанность по обращению в арбитражный суд c заявлением o признании ПО «<данные изъяты>» несостоятельным (банкротом). Лицом, которое должно было обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом, является ФИО2, которая, в соответствии со сведениями ЕГРЮЛ, в период возникновения обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом являлась председателем совета ПО «<данные изъяты>» и лицом, имеющим право действовать без доверенности в отношении ПО «<данные изъяты>».
Протокольным определением суда от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве третьего лица привлечен конкурсный управляющий ФИО9, сведения о котором отражены в ЕГРЮЛ в отношении ПО «<данные изъяты>».
В судебном заседании представитель истца Федеральной налоговой службы России в лице Управления Федеральной налоговой службы России по <адрес> – ФИО4 поддержала исковые требования по основаниям, изложенным в исковом заявлении. В дополнительных письменных пояснениях отразила, что согласно сведениям, внесенным в информационные ресурсы ФНС России, а также материалам, включенным в регистрационное дело юридического лица ПО «<данные изъяты>», сведения о возложении полномочий руководителя постоянно действующего исполнительного органа на ФИО2 внесены в ЕГРЮЛ ДД.ММ.ГГГГ на основании заявления по форме Р14001, поступившего в регистрирующий орган ДД.ММ.ГГГГ, заявителем выступала ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ посредством почтовой связи из <данные изъяты> филиала МФЦ поступил пакет документов: заявление о недостоверности сведений в отношении руководителя ПО «<данные изъяты>» ФИО2 по форме Р34001 «Заявление физического лица о недостоверности сведений о нем в Едином государственном реестре юридических лиц», заявителем выступала ФИО2, ее личная подпись удостоверена руководителем <данные изъяты> филиала МФЦ; постановление совета ПО «<данные изъяты>» от ДД.ММ.ГГГГ об удовлетворении заявления ФИО2 об увольнении с ДД.ММ.ГГГГ; копия паспорта ФИО2 На основании указанных документов, в соответствии с п.5 ст.11 Федерального закона №129-ФЗ ДД.ММ.ГГГГ в ЕГРЮЛ в отношении ПО «<данные изъяты>» внесена запись о недостоверности сведений о лице, имеющем право без доверенности действовать от имени юридического лица ФИО2 Иные сведения, необходимые в силу закона для исключения ФИО2 из числа ответственных лиц ПО «<данные изъяты>» в налоговый орган не представлены. В силу положений действующего законодательства, никакая иная информация по вышеуказанному пакету документов в ЕГРЮЛ не вносится, в том числе сведения о прекращении полномочий лица, в отношении которого внесена запись о недостоверности сведений. Учитывая отсутствие заявления по форме Р13014, утвержденной Приказом ФНС России от 31.08.2020 №ЕД-7-14/617@, в котором указаны сведения о прекращении полномочий единоличного исполнительного органа ПО «<данные изъяты>» ФИО2 и сведения о возложении указанных полномочий на иное лицо, до ДД.ММ.ГГГГ в ЕГРЮЛ руководителем ПО «<данные изъяты>» правомерно значится ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ в ЕРЦ конкурсным управляющим ФИО9 представлен пакет документов, в том числе заявление, по форме Р13014, в котором указаны сведения о прекращении полномочий единоличного исполнительного органа ПО «<данные изъяты>» ФИО2 и возложении указанных полномочий на ФИО9 На основании указанного заявления в ЕГРЮЛ ДД.ММ.ГГГГ внесены сведения о прекращении полномочий ФИО2 Таким образом, по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 правомерно числилась в ЕГРЮЛ лицом, имеющим без права подписи действовать от имени предприятия ПО «<данные изъяты>» (руководитель юридического лица), следовательно, несет ответственность за негативные последствия, причиненные лицу и его кредиторам посредством неправомерных действий (бездействий).
Ответчик ФИО2 в судебном заседании возражала против удовлетворения исковых требований. Пояснила, что в ДД.ММ.ГГГГ года с должности руководителя ПО «<данные изъяты>» была уволена, а процедура банкротства в отношении ПО «<данные изъяты>» была введена позже, соответственно на момент рассмотрения дела в Арбитражном суде <адрес> руководителем не являлась, в трудовых отношениях не состояла. Таким образом, не могла знать о том, что должна была обратиться в Арбитражный суд <адрес> с соответствующим заявлением о признании ПО «<данные изъяты>» банкротом. Подтвердила, что на момент ее увольнения у ПО «<данные изъяты>» имелась задолженность по отчислениям в пенсионный фонд, которая была незначительной, у предприятия имелось достаточно имущества, чтобы покрыть долги и не выходить на процедуру банкротства. При этом задолженность по уплате налогов за ДД.ММ.ГГГГ год образовалась по результатам проверки налогового органа и выставлена к уплате по окончанию первого квартала ДД.ММ.ГГГГ года. Кроме того завила о пропуске срока исковой давности к заявленным требованиям.
Третье лицо конкурсный управляющий ФИО9 в судебное заседание не явился, суд извещен надлежащим образом, возражений относительно заявленных исковых требований не представил.
Учитывая положения ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), суд полагает возможным провести судебное заседание и рассмотреть дело при данной явке.
Заслушав пояснения представителя истца, ответчика, исследовав материалы дела, оценив собранные по делу доказательства по своему внутреннему убеждению в их совокупности, как того требует ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к следующим выводам.
В обоснование своей правовой позиции истец ссылается на ч.1 ст.10 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», предусматривающую ответственность должника и иных лиц в деле о банкротстве, согласно которой, в случае нарушения руководителем должника или учредителем (участником) должника, собственником имущества должника - унитарного предприятия, членами органов управления должника, членами ликвидационной комиссии (ликвидатором), гражданином-должником положений настоящего Федерального закона указанные лица обязаны возместить убытки, причиненные в результате такого нарушения.
Однако ст.10 указанного закона утратила силу с 30.07.2017.
Пунктом 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 №266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» предусмотрено, что рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам Федерального закона от 26 октября 2002 года №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции настоящего Федерального закона).
На основании изложенного, при рассмотрении данного искового заявления следует руководствоваться ст.61.13 Закона «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции Федерального закона от 29.07.2017 №266-ФЗ).
В соответствии с ч.1 ст.61.13 Федерального закона от 26 октября 2002 года №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» в случае нарушения руководителем должника или учредителем (участником) должника, собственником имущества должника - унитарного предприятия, членами органов управления должника, членами ликвидационной комиссии (ликвидатором) или иными контролирующими должника лицами, гражданином-должником положений настоящего Федерального закона указанные лица обязаны возместить убытки, причиненные в результате такого нарушения.
В обоснование причиненных убытков истец ссылается на то, что определением Арбитражного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ по делу №, оставленным без изменения Постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от ДД.ММ.ГГГГ, Постановлением Арбитражного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, удовлетворено заявление арбитражного управляющего ФИО9 A.C. o взыскании вознаграждения и судебных расходов в деле o несостоятельности (банкротстве) ПО «<данные изъяты>», с Управления Федеральной налоговой службы по <адрес> взыскано <данные изъяты> pуб. вознаграждения конкурсного управляющего, <данные изъяты> руб. возмещения понесенных судебных расходов.
Платежными поручениями от ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ № взысканная сумма в размере <данные изъяты> руб. перечислена ФНС России на счет ФИО15 (правопреемника ФИО9 A.C. по судебному акту от ДД.ММ.ГГГГ).
Выплаченная сумма является убытками, причиненными по вине ФИО2, осуществлявшая полномочия председателя совета (руководителя) ПО «<данные изъяты>».
Гражданский кодекс Российской Федерации в статье 15 предусматривает возможность требовать полного возмещения убытков, причиненных лицу, чье право нарушено, в статье 1064 определяет общие основания ответственности за вред, причиненный личности или имуществу гражданина, имуществу юридического лица.
Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).
В соответствии со ст.307 ГК РФ в силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, как то: передать имущество, выполнить работу, оказать услугу, внести вклад в совместную деятельность, уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности.
Обязательства возникают из договоров и других сделок, вследствие причинения вреда, вследствие неосновательного обогащения, а также из иных оснований, указанных в настоящем Кодексе.
В соответствии со ст.1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.
Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.
Под вредом следует понимать имущественный (материальный) ущерб потерпевшего (то есть реальное уменьшение наличного имущества потерпевшего или ухудшение состояния указанного имущества, а также необходимость для потерпевшего произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества).
Установленная ст.1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить ответчик.
Лицо, которому причинен вред, представляет доказательства, подтверждающие факт причинения вреда в результате действий ответчика, размер причиненного вреда, а также того, что ответчик является причинителем вреда.
Ответственность наступает при совокупности условий, включающей в себя наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, а также причинно-следственную связь между противоправными действиями и наступившими неблагоприятными последствиями.
Отсутствие одного из перечисленных условий является основанием для отказа в удовлетворении исковых требований о возмещении ущерба.
В п.11, 12, 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» указано, что, применяя статью 15 ГК РФ, следует учитывать, что по общему правилу лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков. Возмещение убытков в меньшем размере возможно в случаях, предусмотренных законом или договором в пределах, установленных гражданским законодательством.
Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности.
В Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 05.03.2019 №14-П указано, что вопрос о наличии у налоговых органов права обращаться в суд с требованием о возмещении вреда, причиненного государству гражданами, уже рассматривался Конституционным Судом Российской Федерации. Давая в Постановлении от 08.12.2017 №39-П конституционно-правовое истолкование положений статьи 31 Налогового кодекса Российской Федерации, статей 15 и 1064 ГК Российской Федерации, Конституционный Суд Российской Федерации отметил, что, хотя они и не содержат прямого указания на право налоговых органов обращаться в суд с иском о возмещении вреда на основании статьи 1064 ГК Российской Федерации, отношения между публично-правовым образованием и физическим лицом, чьи действия (бездействие) повлекли причинение ущерба этому образованию, являются не налоговыми, а гражданско-правовыми. При предъявлении такого рода исков налоговые органы выступают, по сути, в качестве представителя интересов публично-правового образования, лишившегося имущества в результате неправомерных действий (бездействия) физического лица. Они в данном случае не привлекают граждан к ответственности с использованием властных полномочий, а лишь выражают волю потерпевшего - публично-правового образования, обращаясь от его имени с соответствующими требованиями в суд, который, реализуя функции судебной власти, принимает решение, оценив все обстоятельства конкретного дела.
Также Конституционный Суд Российской Федерации обратил внимание на то, что положения утратившей силу статьи 10 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», по существу, воспроизведены в статье 61.13 данного Федерального закона в редакции Федерального закона от 29 июля 2017 года №266-ФЗ. Поэтому Конституционный Суд Российской Федерации не исключает пункт 1 статьи 10 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» из предмета рассмотрения во взаимосвязи с положениями статей 15 и 1064 ГК Российской Федерации, абзаца второго пункта 1 статьи 9, пункта 1 статьи 10 и пункта 3 статьи 59 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» в той мере, в какой они служат нормативным основанием для взыскания с руководителя организации-должника, своевременно не обратившегося в указанных законом случаях в арбитражный суд с заявлением должника о признании банкротом возглавляемой им организации, убытков в размере понесенных налоговым органом, инициировавшим дело о банкротстве, судебных расходов и расходов на выплату вознаграждения арбитражному управляющему.
Гражданский кодекс Российской Федерации, называя в пункте 1 статьи 1 в числе основных начал гражданского законодательства равенство участников регулируемых им отношений, неприкосновенность собственности, свободу договора, недопустимость произвольного вмешательства кого-либо в частные дела, необходимость беспрепятственного осуществления гражданских прав, обеспечения восстановления нарушенных прав, их судебной защиты, конкретизирует тем самым положения статей 8 и 34 (часть 1) Конституции Российской Федерации, провозглашающие свободу экономической деятельности в качестве одной из основ конституционного строя и гарантирующие каждому равную защиту всех форм собственности и право на свободное использование своих способностей и имущества для предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности. Таким образом, публично-правовой субъект не должен быть необоснованно ограничен в возможности воспользоваться способами защиты гражданских прав, включая право на возмещение вреда.
Однако применяемые меры соответствующей деликтной ответственности, во всяком случае, должны отвечать критериям справедливости и соразмерности.
Как указал Конституционный Суд Российской Федерации, одна из целей Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» - обеспечение прав реальных и потенциальных кредиторов. Законодатель вправе принять меры, направленные на минимизацию негативных последствий неплатежеспособности субъектов предпринимательской деятельности. Такие меры, предусмотренные данным Федеральным законом и Гражданским кодексом Российской Федерации, призваны предотвратить банкротство и восстановить платежеспособность должника, а при признании должника банкротом - создать условия для справедливого обеспечения экономических и юридических интересов всех кредиторов, включая лиц, нуждающихся в дополнительных гарантиях социальной защиты. Специальный режим предъявления в арбитражном суде имущественных требований к должнику в рамках процедуры банкротства, не допуская их удовлетворения в индивидуальном порядке, позволяет сохранять определенность объема имущества должника в течение всей процедуры банкротства, создает необходимые условия как для принятия мер к преодолению неплатежеспособности должника, так и для возможно более полного удовлетворения требований кредиторов (постановления от 12 марта 2001 года №4-П, от 31 января 2011 года №1-П, от 18 мая 2015 года №10-П и др.).
Кроме того, в Постановлении от 19 декабря 2005 года №12-П Конституционный Суд Российской Федерации отметил, что в силу различных, зачастую диаметрально противоположных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, законодатель должен гарантировать баланс их прав и законных интересов, что, собственно, и служит публично-правовой целью института банкротства. В целом правовое регулирование отношений в области банкротства основывается, помимо прочего, на положениях статей 8, 17, 19, 34 и 35 Конституции Российской Федерации, а сам этот институт выступает рыночным механизмом оздоровления российской экономики.
Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)», закрепляя обязанность подать заявление должника в арбитражный суд, устанавливает, что она должна быть исполнена руководителем должника, в частности, если удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных либо иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами (абзац второй пункта 1 статьи 9).
Как уже отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, сами по себе положения статьи 9 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» об обязанности руководителя должника в случае наличия установленных законом оснований обратиться с заявлением должника в арбитражный суд направлены на защиту интересов кредиторов в деле о банкротстве, и не могут рассматриваться как нарушающие конституционные права граждан (Определение от 23 марта 2010 года №380-О-О). В частности, момент подачи заявления о банкротстве должника имеет существенное значение не только для привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности, но и для разрешения вопроса об очередности удовлетворения требований кредиторов. Так, при должном поведении руководителя, своевременно обратившегося с заявлением о банкротстве возглавляемой им организации, вновь возникшие фискальные обязательства погашаются приоритетно в режиме текущих платежей, а при неправомерном бездействии руководителя те же самые обязательства погашаются в общем режиме удовлетворения реестровых требований (пункт 1 статьи 5 и статья 134 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).
Условия, при которых возникает обязанность руководителя должника обратиться с заявлением должника в арбитражный суд, могут быть связаны с необходимостью уплаты обязательных платежей, что предполагает наличие законного интереса уполномоченного органа в реализации процедур банкротства как средства получения причитающихся бюджету платежей.
Расходы на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, и на выплату арбитражному управляющему вознаграждения относятся по общему правилу на имущество должника и возмещаются за счет этого имущества вне очереди (пункт 2 статьи 20.6, пункт 1 статьи 20.7, пункт 1 статьи 59 и статья 134 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»). В случае же отсутствия у должника средств, достаточных для погашения расходов, предусмотренных пунктом 1 статьи 59 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», эти расходы, согласно ее пункту 3, обязан погасить в части, не погашенной за счет имущества должника (за исключением расходов на выплату суммы процентов по вознаграждению арбитражного управляющего), заявитель по делу о банкротстве, которым может быть и уполномоченный орган.
С учетом того, что обязанность по обращению в арбитражный суд с заявлением должника возлагается, прежде всего, на руководителя должника, ситуация, когда такой руководитель вопреки установленным требованиям не обратился с заявлением должника в арбитражный суд, инициируя процедуру банкротства, вследствие чего для реализации закрепленных законодательством о банкротстве целей с заявлением был вынужден обратиться уполномоченный орган, а на бюджет были возложены расходы на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, и на выплату арбитражному управляющему вознаграждения, по крайней мере, может создавать формальные предпосылки для привлечения к гражданско-правовой ответственности руководителя должника.
Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно указывал, что обязанность возместить причиненный вред - мера гражданско-правовой ответственности, которая применяется к причинителю вреда при наличии состава правонарушения, включающего, как правило, наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между этим поведением и наступлением вреда, а также его вину (постановления от 15 июля 2009 года №13-П, от 7 апреля 2015 года №7-П и от 8 декабря 2017 года №39-П; определения от 4 октября 2012 года №1833-О, от 15 января 2016 года №4-О и др.). Строгое соблюдение условий привлечения к ответственности необходимо и в сфере банкротства юридических лиц. Таким образом, установление состава гражданского правонарушения требуется при привлечении к гражданско-правовой ответственности, даже если бездействие, повлекшее возникновение убытков, вызвано нарушением специальных норм Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».
Сам же по себе факт замещения должности руководителя организации-должника не может расцениваться как безусловно подтверждающий противоправность и виновность поведения соответствующего лица, а возникновение у уполномоченного органа расходов, связанных с делом о банкротстве, не может автоматически признаваться следствием противоправного поведения руководителя должника. В частности, неподача руководителем должника заявления о банкротстве возглавляемой им организации может быть обусловлена конкретными обстоятельствами ее деятельности. То, что вся ответственность за неподачу заявления должника не может в любом случае возлагаться исключительно на его руководителя, фактически признал и законодатель, дополнив Федеральным законом от 29 июля 2017 года №266-ФЗ статью 9 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» пунктом 3.1 об обязанности иных контролирующих должника лиц подать заявление о признании его банкротом в случае, если такое заявление не было подано руководителем должника.
Порядок предъявления требований по уплате обязательных платежей в бюджеты всех уровней, а также в государственные внебюджетные фонды и требований по денежным обязательствам перед Российской Федерацией в деле о банкротстве и в процедурах, применяемых в деле о банкротстве, определен Постановлением Правительства Российской Федерации от 29 мая 2004 года №257 «Об обеспечении интересов Российской Федерации как кредитора в деле о банкротстве и в процедурах, применяемых в деле о банкротстве»: при неисполнении должником требований Российской Федерации в размере, достаточном для возбуждения производства по делу о банкротстве в соответствии с Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», уполномоченный орган принимает решение о направлении в арбитражный суд заявления о признании должника банкротом.
Вместе с тем указанное Постановление не может расцениваться как обязывающее уполномоченный орган обращаться с таким заявлением в любом случае, т.е. даже когда очевидно, что имущества должника недостаточно для погашения судебных расходов и расходов на выплату вознаграждения арбитражному управляющему.
Процедура банкротства, осуществляемая в специальном судебном порядке, не должна возбуждаться лишь для формальной реализации функции уполномоченного органа по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом. Подобное понимание компетенции уполномоченного органа приводило бы к необоснованному, заведомо неэффективному использованию судебных механизмов, к бесперспективному расходованию значительных временных, трудовых и материальных ресурсов без реальной цели достичь экономических результатов, оправдывающих такие затраты, к бесполезному задействованию столь сложного инструмента, как банкротство. Тем более недопустимо, когда расходы по делу о банкротстве возмещаются за счет бюджетных средств. При этом возможность последующего безусловного взыскания затраченных на процедуру банкротства средств с руководителей организаций, признанных банкротом, в правовом социальном государстве не должна существовать в правовой системе в качестве фактора, позволяющего уполномоченному органу инициировать эту процедуру при недостаточности имущества должника для погашения судебных расходов и расходов на выплату вознаграждения арбитражному управляющему.
Публично-правовой интерес, состоящий в выявлении фактически не действующих юридических лиц, в актуализации единого государственного реестра юридических лиц путем исключения из него соответствующих сведений, может быть удовлетворен при помощи иных механизмов. Гражданский кодекс Российской Федерации, законодательство о регистрации юридических лиц дают возможность признать юридическое лицо недействующим и исключить его из единого государственного реестра юридических лиц в административном порядке, по решению регистрирующего органа, при наличии совокупности признаков, позволяющих установить, что юридическое лицо фактически прекратило свою деятельность, а именно при непредставлении им в течение двенадцати месяцев, предшествующих его исключению из реестра, документов отчетности, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, и неосуществлении им операций хотя бы по одному банковскому счету (пункт 1 статьи 64.2 данного Кодекса и статья 21.1 Федерального закона от 8 августа 2001 года №129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей»). Исключение недействующего юридического лица из реестра влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации и другими законами применительно к ликвидированным юридическим лицам (пункт 2 статьи 64.2 данного Кодекса).
Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 6 декабря 2011 года №26-П, а также в определениях от 17 января 2012 года №143-О-О и от 17 июня 2013 года №994-О, такое правовое регулирование направлено на обеспечение достоверности сведений, содержащихся в едином государственном реестре юридических лиц (в том числе о прекращении деятельности юридического лица), поддержание доверия к этим сведениям со стороны третьих лиц, предотвращение недобросовестного использования фактически не действующих юридических лиц и тем самым - на достижение стабильности гражданского оборота.
Возбуждение дела о банкротстве кредитором (в том числе и уполномоченным органом) должника, исходя из общего смысла и предназначения этого правового инструмента, может быть признано обоснованным при наличии у кредитора достаточных причин полагать, что возбуждение дела приведет к положительному экономическому эффекту для него. Учитывая необходимость несения заявителем по делу о банкротстве расходов, если средств должника не хватает на их погашение, заявитель, действующий разумно и осмотрительно, объективно заинтересован в недопущении возникновения у него новых расходов, взыскание которых с должника будет невозможно. Предоставленное уполномоченному органу право принять то или иное решение допускает - по итогам оценки всех существенных обстоятельств с учетом критериев обоснованности и целесообразности - вынесение не только положительного, но и отрицательного решения. В связи с этим действующее правовое регулирование не исключает отказа уполномоченного органа от обращения в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом, если такое обращение не ведет к должному экономическому эффекту и лишь вызовет напрасные расходы.
Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 12 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17 декабря 2009 года №91, если должник обращается с заявлением о признании его банкротом, он обязан, с учетом статьи 38 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», приложить к заявлению доказательства наличия у него имущества, достаточного для погашения расходов по делу о банкротстве, а при непредставлении этих доказательств заявление должника подлежит оставлению без движения на основании статьи 44 данного Федерального закона с последующим возвращением при непредставлении их в установленный срок. Уполномоченный орган, подавая заявление о признании должника банкротом после истечения срока, отведенного статьей 9 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» для подачи заявления руководителем должника, обязан, принимая во внимание пункт 13 названного постановления, представить доказательства, обосновывающие вероятность обнаружения у должника в достаточном объеме имущества, за счет которого могут быть покрыты расходы по делу о банкротстве, а при непредставлении этих доказательств заявление уполномоченного органа также подлежит оставлению без движения с последующим возвращением при непредставлении их в установленный срок.
Тем не менее, если при обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом уполномоченный орган представил сведения об имуществе должника, подтверждающие возможность покрытия расходов по делу о банкротстве за его счет, что дало основания для начала процедуры банкротства, но в дальнейшем ввиду нехватки имущества должника расходы взысканы с данного органа как заявителя по делу, суд, рассматривающий требования данного органа о взыскании соответствующих средств в качестве убытков Российской Федерации с руководителя организации, признанной банкротом, не подавшего согласно статье 9 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» заявление должника, не может ограничиваться при оценке разумности и добросовестности действий уполномоченного органа лишь установлением факта представления таких сведений и признания их арбитражным судом достаточными для начала процедуры банкротства. При этом в случае, когда доводы самого уполномоченного органа, выступающего заявителем по делу о банкротстве, о наличии у должника имущества, достаточного для погашения расходов по делу, не нашли своего подтверждения, суд, рассматривая соответствующие обстоятельства в рамках определения состава гражданского правонарушения, должен учитывать факты несоответствия инициирования уполномоченным органом процедуры банкротства требованиям разумности и осмотрительности.
Как отметил Конституционный Суд Российской Федерации, пункты 1 и 3 статьи 59 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» действуют в системной связи с иными его положениями, в частности с абзацем восьмым пункта 1 статьи 57, согласно которому арбитражный суд прекращает производство по делу о банкротстве в случае отсутствия средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, расходов на выплату вознаграждения арбитражному управляющему (определения от 1 ноября 2012 года №2047-О и от 29 сентября 2016 года №1975-О).
Тем самым Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)», предусматривающий как возврат уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом, так и - в соответствии с разъяснениями, данными в пунктах 14 и 15 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17 декабря 2009 года №91, - прекращение производства по делу о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения необходимых расходов, содержит правовые механизмы для предотвращения излишней траты бюджетных средств, когда заявителем по делу выступает уполномоченный орган.
Таким образом, неисполнение руководителем должника в предусмотренных законом случаях обязанности подать заявление о признании должника банкротом в арбитражный суд само по себе еще не влечет неизбежных расходов уполномоченного органа. Возникновение таких расходов, поскольку уполномоченный орган не обязан во всех случаях обращаться с указанным заявлением при наличии соответствующей задолженности, связано как с инициативным поведением самого этого органа, адекватностью оценки им финансового состояния должника, так и с действиями и решениями иных лиц, в том числе арбитражного управляющего, который в силу пункта 4 статьи 20.3 данного Федерального закона при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.
Как следует из пункта 28 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 июля 2009 года №60 «О некоторых вопросах, связанных с принятием Федерального закона от 30.12.2008 №296-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)», а также пунктов 14 и 15 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17 декабря 2009 года №91, оценка достаточности имущества должника для покрытия расходов по делу о банкротстве - как на стадии проверки обоснованности заявления о признании должника банкротом, так и в ходе рассмотрения дела (и прежде всего в процедуре наблюдения) - должна осуществляться не только заявителем по делу, но и арбитражным судом и арбитражным управляющим. Это можно расценивать как меру, призванную не допустить возникновения убытков, в том числе при обращении уполномоченного органа - у Российской Федерации, в связи с процедурой банкротства. Соответственно, возложение таких убытков в полном объеме на руководителя организации-должника, если они возникли (увеличились) из-за ненадлежащих действий (бездействия) других лиц, не отвечало бы критериям справедливости и соразмерности.
Без исследования обстоятельств, подтверждающих или опровергающих разумность и осмотрительность действий (бездействия) всех лиц, которые повлияли на возникновение и размер расходов по делу о банкротстве (самого руководителя должника, иных контролирующих должника лиц, уполномоченного органа, арбитражного управляющего и других), невозможно однозначно установить, что возникновение убытков у уполномоченного органа связано исключительно с противоправным поведением руководителя должника, которое выразилось в неподаче заявления о признании должника банкротом. Взыскание же с руководителя должника в полном объеме соответствующих расходов, возникших, в том числе из-за неверной оценки уполномоченным органом и иными лицами возможности их погашения за счет средств должника, не отвечало бы общим принципам юридической ответственности, приводило бы к нарушению прав руководителя должника, и тем самым, противоречило бы статьям 19 (части 1 и 2), 34 (часть 1), 35 (части 1 и 3) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации.
Судом установлено, материалами дела подтверждается, что ПО «<данные изъяты>» было зарегистрировано в ЕГРЮЛ ДД.ММ.ГГГГ, основным видом деятельности предприятия розничная торговля незамороженными продуктами, включая напитки и табачные изделия, в неспециализированных магазинах. Учредителями предприятия по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ являлись: ФИО5, ФИО6, ФИО7; председателем совета (руководитель) с ДД.ММ.ГГГГ являлась ответчик ФИО2
Как следует из выписки из постановления общего собрания пайщиков ПО «<данные изъяты>» от ДД.ММ.ГГГГ, председателем ПО «<данные изъяты>» избрана ФИО2 с ДД.ММ.ГГГГ на срок полномочий до ДД.ММ.ГГГГ.
Постановлением совета ПО «<данные изъяты>» от ДД.ММ.ГГГГ заявление ФИО2 об увольнении по собственному желанию в связи с выходом на пенсию удовлетворено, последняя уволена с ДД.ММ.ГГГГ, что также подтверждается приказом о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) № от ДД.ММ.ГГГГ.
В соответствии с п.5 ст.11 Федерального закона №129-ФЗ 13.02.2017 в ЕГРЮЛ в отношении ПО «<данные изъяты>» внесена запись о недостоверности сведений о лице, имеющем право без доверенности действовать от имени юридического лица ФИО2 Иные сведения, необходимые в силу закона для исключения ФИО2 из числа ответственных лиц ПО «<данные изъяты>» в налоговый орган не предоставлялись.
Указанные обстоятельства подтверждаются представленной информацией налогового органа, отраженной в информационных ресурсах ФНС России, а также материалам, включенным в регистрационное дело юридического лица ПО «<данные изъяты>».
Как следует из выписки из ЕГРЮЛ по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ в качестве конкурсного управляющего ПО «<данные изъяты>» указан ФИО9, сведения об учредителях и председателе совета ФИО2 – отсутствуют.
ФНС РФ обратилась в арбитражный суд с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) ПО «<данные изъяты>» ДД.ММ.ГГГГ, то есть спустя более 9 месяцев после прекращения у ФИО2 полномочий председателя совета, указав, в заявлении, что задолженность ПО «<данные изъяты>» по налогам составила <данные изъяты> руб., из которых: недоимка по налогам – <данные изъяты> руб., пени – <данные изъяты> руб., штрафы – <данные изъяты> руб.
Указанная задолженность образовалась на основании декларации по НДФЛ за 1-3 квартал 2016 года, декларации по земельному налогу за 2015 год и 2016 год, декларации по ЕНВД за 4 квартал 2015 года, 1-4 квартал 2016 года, транспортному налогу за 2016 год, расчетам по начисленным и уплаченным страховым взносам на обязательное пенсионное и обязательное медицинское страхование, а также страховым взносам в фонд социального страхования.
Определением Арбитражного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ (резолютивная часть объявлена ДД.ММ.ГГГГ) по делу № в отношении ПО «<данные изъяты>» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО9 A.C., ИНН №, являющийся членом Ассоциации «Краснодарская межрегиональная саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Единство».
Решением Арбитражного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ (резолютивная часть объявлена ДД.ММ.ГГГГ) ПО «<данные изъяты>» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утверждён ФИО9 A.C.
Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ (резолютивная часть от ДД.ММ.ГГГГ) производство по делу o несостоятельности (банкротстве) ПО «<данные изъяты>» прекращено по основаниям, предусмотренным абзацем 8 пункта 1 статьи 57 Федерального Закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «O несостоятельности (банкротстве)» (далее — Закон o банкротстве). Суд указал, что по состоянию на дату подачи ходатайства о прекращении производства по делу размер текущих расходов составил <данные изъяты> pуб., из них оплачено <данные изъяты> руб. за счет имущества должника, остальная сумма расходов, в том числе, вознаграждение конкурсного управляющего, не возмещены.
Определением Арбитражного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ с ПО «<данные изъяты>» в пользу арбитражного управляющего ФИО9 взыскано <данные изъяты> руб., сложившихся из суммы вознаграждения – <данные изъяты> руб. и понесенных расходов – <данные изъяты> руб.
ДД.ММ.ГГГГ взыскателю был выдан исполнительный лист на принудительное исполнение определение суда от ДД.ММ.ГГГГ.
Постановлением судебного пристава-исполнителя ОСП <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ было возбуждено исполнительное производство №-ИП, однако, мероприятия исполнительного производства не привели к погашению задолженности перед ФИО9
Судебный пристав-исполнитель направил в адрес ФИО9 предложение от ДД.ММ.ГГГГ об оставлении нереализованного в принудительном порядке имущества должника за собой на сумму <данные изъяты> руб. и <данные изъяты> руб.
ФИО9 отказался, по причине не ликвидности имущества, а также высокой разницы в цене предложенного имущества и подлежащего выплате ФИО9 по исполнительному документу, возместить разницу в цене ФИО9 не имеет финансовой возможности.
ДД.ММ.ГГГГ судебным приставом-исполнителем вынесено постановление об окончании и возвращении исполнительного документа взыскателю.
Определением Арбитражного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ по делу №, оставленным без изменения Постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от ДД.ММ.ГГГГ, Постановлением Арбитражного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, удовлетворено заявление арбитражного управляющего ФИО9 A.C. o взыскании вознаграждения и судебных расходов в деле o несостоятельности (банкротстве) ПО «<данные изъяты>», с Управления Федеральной налоговой службы по <адрес> взыскано <данные изъяты> pуб. вознаграждения конкурсного управляющего, <данные изъяты> руб. возмещения понесенных судебных расходов.
Платежными поручениями от ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ № взысканная сумма в размере <данные изъяты> руб. перечислена ФНС России на счет ФИО16 (правопреемника ФИО9 A.C. по судебному акту от ДД.ММ.ГГГГ).
При рассмотрении дела в Арбитражном суде <адрес> о признании ПО «<данные изъяты>» банкротом, ФИО2 не участвовала, поскольку участие в качестве представителя должника, соответственно, неявившегося в судебное заседание, мог являться только руководитель предприятия или его учредители.
На основании изложенного, суд приходит к выводу о том, что решение об обращении в Арбитражный суд <адрес> с заявлением о признании ПО «<данные изъяты>» руководителем предприятия не могло приниматься самостоятельно, данный вопрос подлежал согласованию с учредителями.
Выписка из ЕГРЮЛ, которая по доводам истца, доказывает факт того, что ФИО2 по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ еще являлась председателем совета (руководителем) ПО «<данные изъяты>», по нормам трудового законодательства, не является документом, подтверждающим наличие трудовых отношений. Доводы в указанной части подлежат отклонению как не соответствующие нормам трудового законодательства. Так, по правилам ст.68 Трудового кодекса РФ прием на работу оформляется приказом (распоряжением) работодателя, изданным на основании заключенного трудового договора. Содержание приказа (распоряжения) работодателя должно соответствовать условиям заключенного трудового договора. В силу ст.84.1 ТК РФ прекращение трудового договора оформляется приказом (распоряжением) работодателя.
Таким образом, закон не связывает вопрос об определении периода трудовой деятельности работника с данными, имеющимися в выписки из ЕГРЮЛ, данные обстоятельства должны были устанавливаться в ходе рассмотрения заявления налогового органа, поданного в арбитражный суд.
Кроме того, принимая во внимание сроки уплаты вышеуказанных налогов (сборов) установленные Налоговым Кодексом Российской Федерации в редакции 2016 года и 2017 года, задолженность свыше <данные изъяты> руб., предъявленная впоследствии для включения в реестр требований кредиторов в деле о банкротстве №А03-20277/2017 образовалась у ПО «<данные изъяты>» по результатам ДД.ММ.ГГГГ, о чем прямо указано в тесте искового заявления.
В связи с неисполнением обязанности по погашению задолженности по налогам и сборам, в соответствии с требованиями статьи 9 Закона о банкротстве, налоговый орган указывает на то, что руководитель ПО «<данные изъяты>» обязан был не позднее чем через месяц с даты возникновения признаков банкротства (по истечении трех месяцев с даты установленной законом для уплаты налога), то есть в период не позднее ДД.ММ.ГГГГ направить в арбитражный суд <адрес> заявление о признании должника несостоятельным (банкротом).
Однако, неисполнение руководителем должника в предусмотренных законом случаях обязанности подать заявление о признании должника банкротом в арбитражный суд само по себе еще не влечет неизбежных расходов уполномоченного органа. Возникновение таких расходов связано как с инициативным поведением самого этого органа, адекватностью оценки им финансового состояния должника, так и с действиями и решениями иных лиц, в том числе самого арбитражного управляющего, который в силу п. 4 ст. 20.3 Закона о банкротстве при проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.
В связи с установленными обстоятельствами, с учетом прекращения ДД.ММ.ГГГГ трудовой деятельности ФИО2, обязанность последней в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ по обращению с заявлением о признании ПО «<данные изъяты>» несостоятельным (банкротом) в Арбитражный суд алтайского края – отсутствовала.
Анализируя представленные акты Арбитражного суда <адрес> по делу о банкротстве ПО «<данные изъяты>», деятельность конкурсного управляющего в рамках процедуры банкротства соответствовала Закону о банкротстве, иного материалы дела не содержат.
Напротив, действия налогового органа по подаче заявления о признании должника несостоятельным (банкротом) не привела к положительному экономическому эффекту для заявителя, так как задолженность по налоговым и иным обязательным платежам не была погашена в связи с недостаточностью имущества должника для погашения расходов по делу о банкротстве, более того, подача заявления привела к возникновению напрасных расходов, что, как отметил Конституционный Суд Российской Федерации, не соответствует смыслу и задачам, положенным в основу Закона о банкротстве.
Ссылка истца на данные бухгалтерской отчетности, представленной ПО «<данные изъяты>» и сведения Филиала ФГБУ «Федеральная кадастровая палата Федеральной службы регистрации, кадастра и картографии» по <адрес> о принадлежности должнику движимого и недвижимого имущества не свидетельствует о наличии оснований для удовлетворения иска по настоящему гражданскому делу.
Доводы о том, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ должником были совершены сделки по отчуждению объектов движимого и недвижимого имущества, возможность оспаривания которых предполагается, не нашли своего подтверждения, что в свою очередь свидетельствует о необоснованности указаний истца о наличии такого имущества у должника, необходимого для покрытия задолженности в рамках дела о банкротстве, учитывая и тот факт, что сделки не оспорены.
На основании изложенного, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для привлечения ФИО2, к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков, так как судом не установлена противоправность поведения ФИО2, поскольку положение ст.9 Закона о банкротстве об обязанности обращения в арбитражный суд с заявлением о признании банкротом не было нарушено ФИО2, так как признакам банкротства предприятие стало отвечать с ДД.ММ.ГГГГ, то есть после прекращения ее трудовой деятельности. В данном случае отсутствует совокупность условий, установленных законом, для наступления ответственности ответчика, включающей в себя наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, а также причинно-следственную связь между противоправными действиями и наступившими неблагоприятными последствиями. Отсутствие одного из перечисленных условий является основанием для отказа в удовлетворении исковых требований о возмещении ущерба.
На основании изложенного, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований в полном объеме.
Разрешая заявленное ходатайство ответчика о применении срока исковой давности к заявленным требованиям, суд приходит к следующим выводам.
В соответствии с п. 2 ст. 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.
В силу п.1 ст. 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со ст. 200 названного Кодекса.
Согласно п. 1 ст. 200 ГК, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права. По обязательствам с определенным сроком исполнения течение срока исковой давности начинается по окончании срока исполнения.
Исходя из разъяснений, указанных в пункте 40 постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 30 июня 2011 года №51, срок исковой давности по требованию к должнику о возвращении суммы убытков, которые понес заявитель в результате погашения расходов на проведение процедуры банкротства, составляет по общему правилу три года с момента возмещения заявителем соответствующих расходов.
Поскольку из имеющихся в материалах дела платежных поручений следует, что оплата налоговым органом денежных средств в счет вознаграждения конкурсного управляющего по делу о несостоятельности (банкротстве) ООО «<данные изъяты>» произведена платежными поручениями от ДД.ММ.ГГГГ № и от ДД.ММ.ГГГГ №, то с этой даты надлежит исчислять срок исковой давности. Исковое заявление направлено в суд ДД.ММ.ГГГГ посредством электронного взаимодействия, то есть в пределах установленного законом трехлетнего срока исковой давности, в связи с чем заявление ответчика о применении последствий пропуска срока исковой давности не может послужить основанием для отказа в иске.
Руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
исковые требования Федеральной налоговой службы России в лице Управления Федеральной налоговой службы России по <адрес> к ФИО2 о взыскании убытков оставить без удовлетворения.
На решение может быть подана апелляционная жалоба в <адрес>вой суд через Тальменский районный суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.
Судья Е.Ю. Третьякова
Решение в окончательной форме изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.