Дело № 2-1605/2025 2 декабря 2025 г. г. Котлас
29RS0008-01-2025-002648-74
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
Котласский городской суд Архангельской области в составе
председательствующего судьи Дружининой Ю.В.,
при секретаре Паутовой К.Н.,
с участием прокурора Жубрева Д.В.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов,
установил:
ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов.
В обоснование требований указал, что __.__.__ в __.__.__ у .... .... Архангельской области произошло дорожно-транспортное происшествие (далее – ДТП) с участием автомобиля , государственный регистрационный знак №, принадлежащего ФИО2 и под его управлением, и велосипедиста ФИО1, в результате чего истцу причинены телесные повреждения, расценивающиеся как . В связи с полученной травмой ФИО1 пережил сильную физическую боль, нервные и моральные переживания за свое здоровье и будущее, после происшествия не мог жить полноценной жизнью, волнение близких за его здоровье также передавалось истцу. Полагает, что виновником ДТП является ответчик, в связи с чем, просит суд взыскать с ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 500 000 руб., судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 20 000 руб., государственную пошлину.
В судебное заседание истец ФИО1 не явился, извещен своевременно и надлежащим образом, направил представителя.
Представитель истца ФИО3 в судебном заседании требования поддержала по доводам искового заявления. Указала, что согласно проведенной по делу судебной экспертизы установлена обоюдная вина участников ДТП, в связи с чем полагает подлежащей взысканию сумму компенсации морального вреда в размере 250 000 руб.
Ответчик ФИО2 в судебном заседании с исковыми требованиями не согласился, свою вину в произошедшем ДТП отрицал.
Руководствуясь ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), суд определил рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.
Рассмотрев исковое заявление, заслушав представителя истца и ответчика, заключение прокурора, исследовав материалы дела, административный материал, суд приходит к следующему выводу.
К числу общепризнанных, основных, неотчуждаемых прав и свобод человека, подлежащих государственной защите, относятся, прежде всего, право на жизнь (ч. 1 ст. 20 Конституции Российской Федерации) как основа человеческого существования, источник всех других основных прав и свобод, и право на охрану здоровья (ч. 1 ст. 41 Конституции Российской Федерации), которое также является высшим для человека благом, без которого могут утратить значение многие другие блага.
Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (ст. 18 Конституции Российской Федерации).
Из изложенного следует, что государство должно защищать право граждан на жизнь и здоровье, обеспечивать его реализацию, уделяя надлежащее внимание вопросам предупреждения произвольного лишения жизни и здоровья, а также обязано принимать все разумные меры по борьбе с обстоятельствами, которые могут создать прямую угрозу жизни и здоровью граждан.
В силу п. 1 ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) в гражданском законодательстве жизнь и здоровье рассматриваются как неотчуждаемые и непередаваемые иным способом нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения.
В соответствии со ст.ст. 151, 1101 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.
Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
Согласно п.п. 1, 2 ст. 1064 ГК РФ, устанавливающей общие основания ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.
Ответственность за вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих, регламентируется нормами ст. 1079 ГК РФ.
Юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т. п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.
Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным п.п. 2 и 3 ст. 1083 ГК РФ (абз. 1 п. 1 ст. 1079 ГК РФ).
Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т. п.) (абз. 2 п. 1 ст. 1079 ГК РФ).
Статьей 1100 ГК РФ и абз. 1 п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина» (далее - Пленум ВС РФ № 1) установлено, что независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности.
Как следует из разъяснений в п. 25 постановления Пленум ВС РФ № 1, судам для правильного разрешения дел по спорам, связанным с причинением вреда жизни или здоровью в результате взаимодействия источников повышенной опасности, следует различать случаи, когда вред причинен третьим лицам (например, пассажирам, пешеходам), и случаи причинения вреда владельцам этих источников. При причинении вреда жизни или здоровью владельцев источников повышенной опасности в результате их взаимодействия вред возмещается на общих основаниях (ст. 1064 ГК РФ), то есть по принципу ответственности за вину. При этом необходимо иметь в виду следующее:
а) вред, причиненный одному из владельцев по вине другого, возмещается виновным;
б) при наличии вины лишь владельца, которому причинен вред, он ему не возмещается;
в) при наличии вины обоих владельцев размер возмещения определяется соразмерно степени вины каждого;
г) при отсутствии вины владельцев во взаимном причинении вреда (независимо от его размера) ни один из них не имеет права на возмещение вреда друг от друга.
Абзацем 2 п. 32 Пленума ВС РФ № 1 разъяснено, что поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.
При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела (абз. 4 п. 32 Пленума ВС РФ № 1).
В силу разъяснений, изложенных в п. 21 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» (далее - Пленум ВС РФ № 33) моральный вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих, подлежит компенсации владельцем источника повышенной опасности (статья 1079 ГК РФ).
Моральный вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, подлежит компенсации на общих основаниях, предусмотренных статьей 1064 ГК РФ. Владелец источника повышенной опасности, виновный в этом взаимодействии, а также члены его семьи, в том числе в случае его смерти, не вправе требовать компенсации морального вреда от других владельцев источников повышенной опасности, участвовавших во взаимодействии (статьи 1064, 1079 и 1100 ГК РФ).
Согласно разъяснениям, данным в п. 1 Пленума ВС РФ № 33 под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
В соответствии с абз. 1 п. 27 постановления Пленума ВС РФ № 33 тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.
Из приведенных норм материального права и разъяснений Пленумов Верховного Суда Российской Федерации следует, что моральный вред – это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен.
Судом установлено, что __.__.__ в __.__.__ в г. .... у .... произошло ДТП, с участием транспортного средства , государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО2 и принадлежащего ему на праве собственности, а также велосипеда №, под управлением ФИО1
В результате ДТП водителю велосипеда причинены телесные повреждения.
Постановлением ст. инспектора по ИАЗ отдела Госавтоинспекции МО МВД России «Котласский» от __.__.__ производство по делу об административном правонарушении по ст. 12.24 Кодекса об административных правонарушениях Российской Федерации (далее – КоАП РФ) прекращено по основаниям п. 2 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ в виду отсутствия в действиях ФИО2 состава административного правонарушения.
Постановлением ст. следователя СО МВД России «Котласский» от __.__.__ в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО2 по факту ДТП отказано на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с отсутствием состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 Уголовного кодекса Российской Федерации.
В связи со спором относительно наличия в действиях истца и ответчика вины в ДТП судом по ходатайству стороны ответчика назначена экспертиза, производство которой поручено обществу с ограниченной ответственностью «КримЭксперт» (далее - ООО «КримЭксперт»).
Согласно заключению эксперта ООО «КримЭксперт» № от __.__.__ в рассматриваемой ситуации водитель транспортного средства для обеспечения безопасности дорожного движения, с технической точки зрения должен был действовать, руководствуясь требованиям п. 8.3 Правил дорожного движения Российской Федерации (далее – ПДД РФ), согласно которому:
- при выезде на дорогу с прилегающей территории водитель должен уступить дорогу транспортным средствам, лицам, использующим для передвижения средства индивидуальной мобильности, и пешеходам, движущимся по ней….
Термин «Уступить дорогу» означает – уступить дорогу (не создавать помех) – требование, означающее, что участник дорожного движения не должен начинать, возобновлять или продолжать движение, осуществлять какой-либо маневр, если это может вынудить других участников движения, имеющих по отношению к нему преимущество, изменить направление движения или скорость.
С технической точки зрения это означает, что водитель автомобиля перед тем как осуществить выезд с прилегающей территории на главную дорогу и непосредственно перед выездом на неё, должен был просмотреть данную дорогу в обе стороны, чтобы убедиться в отсутствии на ней других участников движения. При этом, не убедившись в отсутствии, в частности, с правой стороны других транспортных средств на полосе главной дороги, на которую водитель намерен был выехать, он вообще не должен был выезжать на главную дорогу.
Как усматривается из представленных на исследование материалов, водитель автомобиля фактически действовал таким образом, что перед выездом с прилегающей территории не убедился в отсутствии приближающемуся к нему справа, по главной дороге, велосипеда («приближаясь к главной дороге я включил указатель правого поворота, все внимание уделил в левую сторону на право я не смотрел …»), продолжил движение, выехал на данную дорогу и оказался в полосе движения велосипедиста. В результате чего произошло столкновение между указанными транспортными средствами.
Сопоставляя фактические действия водителя на момент ДТП, с теми, которые ему необходимо и достаточно было выполнить в изучаемой ситуации для обеспечения безопасности дорожного движения, с технической точки зрения эксперт сделал вывод о несоответствии его действий требованию п. 8.3 ПДД РФ.
В рассматриваемой ситуации предотвращение данного ДТП со стороны водителя автомобиля зависело не от наличия или отсутствия у него технической возможности, а целиком и полностью зависело от его действий, не противоречащих приведённому выше требованию ПДД РФ. С технической точки зрения, в случае полного и своевременного его выполнения водитель автомобиля мог (имел возможность) не допустить рассматриваемое происшествие, воздержавшись от выезда с прилегающей территории в сложившейся ситуации и уступив, таким образом, дорогу велосипедисту.
В изучаемой ДТП водитель велосипеда для обеспечения безопасности дорожного движения с технической точки зрения должен был действовать, руководствуясь требованиями п.п. 1.5 (абз. 1), 8.1 (абз. 1), 8.2 (абз. 2), 8.5 (абз. 1), 8.6 (абз. 1) и 8.7 ПДД РФ, согласно которым, соответственно:
- участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда;
- перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны – рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения»;
- подача сигнала не дает водителю преимущества и не освобождает его от принятия мер предосторожности;
- перед поворотом направо, налево или разворотом водитель обязан заблаговременно занять соответствующее крайнее положение на проезжей части, предназначенной для движения в данном направлении …;
- поворот должен осуществляться таким образом, чтобы при выезде с пересечения проезжих частей транспортное средство не оказалось на стороне встречного движения»;
- если транспортное средство из-за своих габаритов или по другим причинам не может выполнить поворот с соблюдением требований п. 8.5 ПДД РФ, допускается отступать от них при условии обеспечения безопасности движения и если это не создаст помех другим транспортным средствам.
Здесь с технической и экспертной точки зрения эксперт указал на следующее обстоятельство, что в любом случае, помимо предшествующих манёвру действий водителя (то есть подача необходимого сигнала поворота, занятие соответствующего положения на проезжей части) смысл указанных требований ПДД РФ сводится к одному – чтобы в процессе осуществления любого манёвра водитель транспортного средства должен обеспечить безопасность движения.
Поэтому независимо от того, подал сигнал о повороте налево велосипедист (экспертным путём в данном случае это не установить), занял ли он перед совершением поворота крайнее левое положение (тем более водителю требованиями п. 8.7 ПДД РФ разрешалось не занимать этого положения при определённых обстоятельствах (причём данные причины не конкретизированы в ПДД РФ)), водитель велосипеда в общем случае должен был руководствоваться в своих действиях требованиями п. 1.5 (абз. 1) и п. 8.1 (абз. 1) ПДД РФ, где сказано, соответственно, что участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда; … при выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения.
ПДД РФ не регламентируют траекторию движения транспортного средства, выполняющего поворот налево в переделах перекрёстка, а равно при съезде на прилегающую территорию и выезде с неё. Вместе с тем, при повороте налево наиболее предпочтительным и с экспертной точки зрения безопасным и соответствующим т.н. водительской этике, является траектория движения связанная с объездом центра перекрёстка (участка пересекаемых проезжих частей), если, конечно, дорожные знаки или дорожная разметка (например, дорожная разметка 1.7) не предписывают какую-либо другую траекторию движения. Указанная траектория движения (с объездом центра) с экспертной точки зрения гарантирует то, что транспортное средство, при выезде с пересечения проезжих частей не окажется на стороне встречного движения. Очевидно, что при выполнении указанных действий, со стороны велосипедиста, исследуемое ДТП с технической и экспертной точки зрения было бы исключено, поскольку фактическое место столкновения находилось значительно ближе (относительно направления движения велосипедиста) центра пересечения проезжих частей.
Экспертом было установлено при изучении представленных на исследование материалов, что водитель велосипеда Стелс в изучаемой ситуации перед поворотом налево на прилегающую территорию, не убедился в том, что у выезда с прилегающей территории находится автомобиль Форд Фокус, при этом в процессе поворота выбрал траекторию своего движения по кратчайшему расстоянию (без объезда центра пересечения проезжих частей) с частичным движением по полосе встречного движения проезжей части ул. ..... То есть с экспертной точки зрения велосипедист в данной дорожно-транспортной ситуации перед выполнением поворота налево не убедился в безопасности своего манёвра, а в процессе его выполнения действовал небезопасно. Впоследствии чего произошло столкновение указанных транспортных средств.
Анализируя такие действия водителя велосипеда , сопоставляя их с требованиями п.п. 1.5 (абз. 1) и 8.1 (абз. 1) ПДД РФ, следует сделать вывод о том, что непосредственно перед началом (в момент) выполнения поворота налево велосипедист не убедился в безопасности своего манёвра, а равно в отсутствии возможности причинения вреда. Поэтому его действия с технической и экспертной точки зрения не соответствовали требованиям п. 8.1 (абз. 1) ПДД РФ в части … при выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения; п. 1.5 (абз. 1) ПДД РФ – участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.
В рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации недопущение исследуемого происшествия со стороны водителя велосипеда зависело не от наличия или отсутствия у него технической возможности, а целиком и полностью зависело от его действий, не противоречащих требованиям п.п. 1.5 (абз. 1) и 8.1 (абз. 1) ПДД РФ. С технической и экспертной точки зрения в случае полного и своевременного их выполнения он мог (имел возможность) не допустить изучаемое происшествия, выполнив поворот налево в данной ситуации по т.н. безопасной траектории движения, то есть по траектории, связанной с объездом центра перекрёстка (участка пересекаемых проезжих частей).
В соответствии с ч. 1 ст. 79 ГПК РФ при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу.
Положениями ч. 1 ст. 85 ГПК РФ установлено, что эксперт обязан дать обоснованное и объективное заключение по поставленным перед ним вопросам и направить его в суд, назначивший экспертизу.
На основании ст. 8 Федерального закона от 31 мая 2001 г. № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» эксперт проводит исследования объективно, на строго научной и практической основе, в пределах соответствующей специальности, всесторонне и в полном объеме. Заключение эксперта должно основываться на положениях, дающих возможность проверить обоснованность и достоверность сделанных выводов на базе общепринятых научных и практических данных. По смыслу ст. 16 указанного закона эксперт обязан провести полное исследование представленных ему объектов и материалов дела, дать обоснованное и объективное заключение по поставленным перед ним вопросам.
При этом результаты экспертизы не имеют для суда заранее установленной силы и оцениваются им по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании всех имеющихся в деле доказательств; результаты такой оценки суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими (ст. 67 ГПК РФ).
Оценив заключение судебной экспертизы по правилам ст. 67 ГПК РФ, суд данное экспертное заключение принимает в качестве надлежащего доказательства по делу, поскольку оно выполнено при строгом соответствии требованиям закона, предъявляемым к такого рода заключениям, соответствует требованиям ст. 86 ГПК РФ и не противоречит совокупности собранных по делу доказательств. Судебный эксперт имеет соответствующую квалификацию, значительный стаж работы, выводы экспертизы мотивированы, содержат описание исследованных объектов, заключение обосновано ссылками на специальную литературу, приведена фототаблица, подтверждающая выводы эксперта, эксперт предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения в соответствии со ст. 307 УК РФ.
В соответствии с п.п. 1.3, 1.5 ПДД РФ, участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним Правила дорожного движения и действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.
Следовательно, обязанность знать и соблюдать требования ПДД РФ в равной степени распространяется как на водителя автомобиля , так и на водителя велосипеда Стелс.
Правовые основы обеспечения безопасности дорожного движения на территории Российской Федерации определяются Федеральным законом от 10 декабря 1995 г. № 196-ФЗ «О безопасности дорожного движения» и ПДД РФ. Данные ПДД РФ, принятые в целях обеспечения безопасности дорожного движения, являются составной частью правового регулирования отношений, возникающих в сфере дорожного движения, задачами которого являются охрана жизни, здоровья и имущества граждан, защита их прав и законных интересов, а также защита интересов общества и государства путем предупреждения дорожно-транспортных происшествий, снижения тяжести их последствий (ст. 1 указанного Федерального закона).
Согласно п. 8.3 ПДД РФ при выезде на дорогу с прилегающей территории водитель должен уступить дорогу транспортным средствам, лицам, использующим для передвижения средства индивидуальной мобильности, и пешеходам, движущимся по ней, а при съезде с дороги - пешеходам, велосипедистам и лицам, использующим для передвижения средства индивидуальной мобильности, путь движения которых он пересекает.
Перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны - рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения (абз. 1 п. 8.1 ПДД РФ).
Участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда (п. 1.5 ПДД РФ).
Как усматривается из материалов дела, экспертного заключения, с технической точки зрения предотвращение данного ДТП со стороны, как и водителя автомобиля , так и водителя велосипеда Стелс в рассматриваемой ситуации зависело не от наличия или отсутствия у них технической возможности, а целиком и полностью зависело от их действий в соответствии с ПДД РФ.
Таким образом, у суда имеются основания для установления обоюдной вины водителя ФИО2 (№ %) и водителя ФИО1 (№ %).
Как следует из заключения эксперта Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Архангельской области «Бюро судебно-медицинской экспертизы» № от __.__.__, к ФИО1 __.__.__ был обслужен вызов скорой медицинской помощи. Диагноз: . .
Из представленной медицинской карты пациента, получающего медицинскую помощь в стационарных условиях Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Архангельской области «Котласская центральная городская больница имени святителя Луки (ФИО4)» (далее - ГБУЗ АО «КЦГБ») __.__.__ в __.__.__ минут истец осмотрен дежурным хирургом. На КТ грудной клетки . На КТ грудной клетки от __.__.__ . . На КТ грудной клетки от __.__.__: заключение: КТ-признаки . __.__.__ выписан на амбулаторное лечение в удовлетворительном состоянии. Проведено 13 койко-дней. Клинический диагноз, установленный в стационаре: основное заболевание: . . .
Согласно выводам эксперта у ФИО1 имеются повреждения характера .
Указанные обстоятельства также подтверждаются предоставленной в суд медицинской документацией.
Из искового заявления и пояснений представителя истца следует, что ФИО1 причинены физические и нравственные страдания, связанные с сильными болями, после ДТП истец не мог жить полноценной жизнью, переживал за свое здоровье.
Следовательно, судом установлен факт причинения ФИО1 морального вреда, выразившегося в нравственных и физических страданиях в связи с травмой, полученной в ДТП.
При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает степень и характер физических и нравственных страданий истца, связанных с причинением вреда здоровью, степень тяжести вреда здоровью, период лечения, восстановительный период, утрату возможности ведения прежнего образа жизни, фактические обстоятельства, при которых был причинен вред (в результате ДТП), степень вины обоих участников в ДТП, отсутствие умысла на причинение вреда, индивидуальные особенности потерпевшего (возраст истца), требования разумности и справедливости и на основании ст.ст. 151, 1101 ГК РФ считает необходимым взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 150 000 руб.
Указанный размер компенсации морального вреда согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (ст.ст. 21 и 53 Конституции Российской Федерации), а также с принципами разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевшего.
Уменьшения компенсации морального вреда в соответствии с п. 3 ст. 1083 ГК РФ суд не усматривает, полагая соразмерной взысканную сумму.
Размер компенсации морального вреда не может ставиться в зависимость от возможностей причинителя вреда с учетом его заработка и других обстоятельств выплатить ту или иную сумму. Такое условие, по сути, означает освобождение причинителя вреда от обязанности компенсировать моральный вред в части не покрытой обеспечением его дохода, что противоречит компенсационной природе морального вреда, который, прежде всего, должен быть соотносим со степенью причиненных нравственных страданий.
При распределении судебных расходов суд исходит из следующего.
В соответствии с ч. 1 ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела, к которым в силу ст. 94 ГПК РФ отнесены, в том числе, расходы на оплату услуг представителей.
Согласно ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.
Судом установлено и подтверждено материалами дела, что __.__.__ ФИО1 заключил с ИП ФИО5 договор на оказание юридических услуг.
На основании данного договора работник ИП ФИО5 – ФИО3 оказала истцу юридические услуги по составлению искового заявления и представительству в судебных заседаниях 12 августа и __.__.__
Стоимость данных услуг составила 20 000 руб., которые оплачены истцом в полном объеме, что подтверждается материалами дела.
Стороной ответчика не заявлено о чрезмерности заявленных судебных расходов.
С учетом требований разумности и справедливости, фактических обстоятельств дела, объема и значимости права, получившего защиту, а также объема и качества услуг, принимая во внимание характер спорного правоотношения, сложность дела, участие представителя в судебных заседаниях, подготовку искового заявления, содержание материалов дела к моменту вынесения судом решения, квалификацию представителя, сложившуюся в регионе стоимость оплаты услуг представителей по аналогичным делам, отсутствие доказательств чрезмерности взыскиваемых судебных расходов, суд признает необходимыми и разумными, понесенные истцом и подтвержденные документально судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 20 000 руб.
Расходы на проведение экспертизы ООО «КримЭксперт» составили 35 000 руб., 20 000 руб. предварительно внесены ответчиком на депозитный счет Управления Судебного департамента в Архангельской области и .....
Учитывая, что ходатайство о проведении экспертизы было заявлено ответчиком, на него же возложена предварительная оплата, цель, для достижения которой указанный ответчик просил суд назначить экспертизу (опровержение его вины в ДТП), не достигнута, экспертиза полностью не оплачена, суд приходит к выводу о наличии правовых оснований для взыскания расходов на проведение судебной экспертизы с ответчика в размере 15 000 руб., которым заявлено соответствующее ходатайство.
На основании ст.ст. 98, 103 ГПК РФ с ответчика подлежит взысканию в доход бюджета городского округа Архангельской области «Котлас» государственная пошлина в размере 3 000 руб.
Учитывая, что требование истца о компенсации морального вреда основаны на причинении вреда здоровью, то ФИО1 освобожден от уплаты государственной пошлины при подаче иска, следовательно, сумма в размере 3 000 руб. подлежит возврату истцу из бюджета.
Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд
решил :
исковые требования ФИО1 (№) к ФИО2 (№) о взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов удовлетворить.
Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 150 000 руб., расходы на оплату услуг представителя в размере 20 000 руб.
Взыскать с ФИО2 в пользу общества с ограниченной ответственностью «КримЭксперт» (№) расходы за проведение экспертизы в размере 15 000 руб.
Взыскать с ФИО2 в доход бюджета городского округа Архангельской области «Котлас» государственную пошлину в размере 3 000 руб.
Возвратить ФИО1 уплаченную государственную пошлину, перечисленную согласно чеку-ордеру от __.__.__, а именно 3 000 руб.
Решение может быть обжаловано в Архангельском областном суде в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Котласский городской суд Архангельской области.
Председательствующий Ю.В. Дружинина
Мотивированное решение суда составлено 16 декабря 2025 г.