Дело № 2-1411/2025

УИД 75RS0025-01-2025-001923-04

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

21 октября 2025 года г. Чита

Читинский районный суд Забайкальского края в составе судьи Мигуновой С.Б., при секретаре Поповой И.П., с участием прокурора Ивановой Н.С., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1, действующей за себя и как законный представитель несовершеннолетней П., к ФИО2 чу, ООО «Ригель» о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Вступившим в законную силу приговором Читинского районного суда Забайкальского края от 9 тюля 2025 года ФИО2 и ФИО3 признаны виновными в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ. Согласно приговора 25 сентября 2023 года на 23 км. автомобильной дорогим А-350 ФИО2, управлявший автомашиной Ситрак С7Н и ФИО3, управлявший автомобилем ВАЗ 21074, нарушили требования Правил дорожного движения РФ, допустили столкновение указанных автомашин, в результате чего малолетний пассажир автомобиля ВАЗ 21074 под управлением ФИО3 – П., ДД.ММ.ГГГГ рождения получила телесные повреждения, квалифицированные как причинившие тяжкий вред здоровью. Указанным приговором ФИО2 и ФИО3 было назначено наказание. Тем же приговором исковые требования законного представителя малолетней потерпевшей П. – ФИО1 на сумму 800 000 рублей оставлены без рассмотрения с передачей рассмотрения гражданского иска в Читинский районный суд Забайкальского края в порядке гражданского судопроизводства.

Согласно принятому к производству суда в рамках уголовного дела исковому заявлению ФИО1, она указывала, что лишена возможности полноценно жить из-за переживаний за своего малолетнего ребенка, у которого в результате ЧМТ ухудшилось физическое здоровье, нарушен сон, наблюдается смена настроения, девочка находится под наблюдением врачей, нуждается в дальнейшем лечении в связи с последствиями ДТП. Ссылаясь на то, что произошедшее существенно влияет на морального состояние самого истца, в своем исковом заявлении ФИО1 просила взыскать в ее пользу с ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 800 000 рублей.

В ходе рассмотрения дела, возбужденного в рамках переданного для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства иска ФИО1, последняя свои исковые требовала уточнила, просила взыскать с ФИО2 в счет компенсации морального вреда, причиненного ее малолетней дочери 1 000 000 рублей, в счет компенсации морального вреда, причиненного ей самой как матери ребенка, - 1 000 000 рублей.

К участию в деле в качестве соответчика привлечено ООО «Ригель», в качестве третьих лиц – ФИО3 и ФИО4

В судебном заседании истец ФИО1 и ее представитель ФИО5 уточненные требования поддержали. Истец в обоснование иска просила учесть, что в связи с полученной травмой ее дочери проводилась операция, ребенок до настоящего времени наблюдается у невролога, в том числе периодически в стационарных условиях, где ей проводится исследование – компьютерная томография, для чего ребенок вводится в наркоз. Кроме того, ребенку делают уколы, что переносится им тяжело. Кроме того, в настоящее время ребенок начал ходить на цыпочках, у него выявлен нистагм, что, по мнению истца, также является следствием полученной травмы. Она как мать тяжело пережила произошедшее с ее ребенком, это причинило ей стресс. До сих пор она очень волнуется за своего ребенка, опасается последствий для здоровья ребенка от случившегося.

Ответчик ФИО2 и его представитель ФИО6 полагали заявленную ко взысканию сумму компенсации морального вреда завышенной и подлежащей снижению. ФИО2 пояснил, что при указанных в протоколе обстоятельствах управлял автомобилем Ситрак, выполняя свои трудовые обязанности водителя ООО «Ригель». Представитель ответчика в обоснование своих возражений на иск ссылался на нормы законодательства об ответственности работодателя за действия своего работника и нормы об ответственности владельца источника повышенной опасности. Также полагал необходимым учитывать, что ФИО2 является многодетным отцом. Усматривал грубую неосторожность в действия потерпевшего, ссылаясь на то, что люлька, в которой находился малолетний ребенок, в нарушение требований закона была размещена на заднем пассажирском сиденье посредине и не могла быть зафиксирована удерживающими устройствами в силу технических особенностей автомобиля ВАЗ.

Ответчик ООО «Ригель», надлежаще уведомленный о судебном заседании, явку в суд своего уполномоченного представителя не обеспечил, ходатайств и письменных возражений на иск не представил. После уведомления данного ответчика о судебном заседании в суд явился ФИО7, который по данным ЕГРЮЛ по состоянию на день рассмотрения дела является директором указанного общества. Вместе с тем последний представлять интересы ООО «Ригель» в суде отказался, ссылаясь на то, что 14 октября 2025 года уволен с ранее занимаемой должности директора. Учитывая, что юридическое лицо самостоятельно распоряжается своими процессуальными правами, будучи заблаговременно и надлежаще уведомленным о рассмотрении дела, имело возможность обеспечить явку в суд своего уполномоченного представителя или иным образом реализовать свои права, в соответствии со ст. 167 ГПК РФ дело рассмотрено в отсутствие представителя данного ответчика.

Принимавший участие в судебном заседании в качестве третьего лица ФИО3 полагал исковые требования ФИО1 обоснованными и подлежащими удовлетворению, возражений относительно заявленной ко взысканию суммы компенсации морального вреда не имел. По обстоятельствам дела пояснил, что при описанных в протоколе обстоятельствах управлял автомашиной ВАЗ 21074, которая зарегистрирована на его отца ФИО4, но находилась с согласия последнего в его пользовании. Доверенности на право управления автомобилем отец ему не выдавал, при этом автомобиль был застрахован в порядке ОСАГО без ограничения числа лиц, допущенных к управлению. В момент ДТП ФИО1 и ее малолетняя дочь П. являлись пассажирами его автомобиля, ребенок находился в специальной люльке на заднем сиденье посредине, люлька была пристегнута ремнями безопасности.

Заслушав вышеуказанных лиц, рассмотрев дело в отсутствие третьего лица ФИО4, исследовав письменные материалы дела, допросив ФИО7 в качестве свидетеля, с учетом заключения прокурора Ивановой Н.С., которая полагала заявленные требования обоснованными и подлежащими удовлетворению с определением размера компенсации морального вреда в разумном и справедливом размере, суд приходит к следующему.

Судом установлено, что 25 сентября 2025 года на 23 км. ФАД А-350 произошло дорожно-транспортное происшествие, в результате чего столкнулись два автомобиля: автомобиль Ситрак С7Н с государственным регистрационным знаком № под управлением ФИО2 и автомобиль ВАЗ 21074 с государственным регистрационным знаком № под управлением ФИО3 В результате ДТП малолетнему пассажиру автомобиля ВАЗ 21074 П., ДД.ММ.ГГГГ года рождения (дочери истца) были причинены повреждения, квалифицированные как тяжкий вред здоровью. По данным обстоятельствам было возбуждено уголовное дело, которое окончилось постановлением 9 июля 2025 года Читинским районный судом Забайкальского края приговора. Согласно такому приговору как ФИО2, так и ФИО3 были признаны виновными в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ, с назначением им уголовного наказания. Этим же приговором гражданский иск ФИО1 к ФИО2 о компенсации морального вреда был передан для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства.

При вынесении приговора суд пришел к выводу о том, что ФИО2, при выполнении маневра поворот налево не уступил дорогу автомобилю под управлением ФИО3, который двигался во встречном направлении по равнозначной дороге прямо, чем создал опасность для его движения и допустил столкновение с автомобилем под управлением ФИО3 В свою очередь ФИО3 при движении прямо и обнаружении опасности в виде выехавшего на его полосу движения автомобиля под управлением ФИО2, не принял мер к экстренному снижению скорости вплоть до полной остановки, чем также создал опасность для движения и допустил столкновение с автомобилем под управлением ФИО2

Как установлено в суде, владельцем автомобиля Ситрак в момент ДТП являлось ООО «Ригель». Ответчик ФИО2 в этот же период являлся работником ООО «Ригель», что подтверждается приказом о его приеме на работу в должности водителя от 25 сентября 2023 года, и выполнял свои трудовые обязанности. Автомобиль ВАЗ 21074 согласно данных ГИБДД был зарегистрирован на владельца ФИО4 При этом в ходе своего допроса в качестве свидетеля в рамках уголовного дела ФИО4 указывал, что автомобилем на постоянной основе управлял его сын ФИО3 Об этом же в суде указывал сам ФИО3

В рамках уголовного дела назначалась медицинская судебная экспертиза на предмет наличия у П. телесных повреждений, механизма и давности их образования, локализации и степени тяжести. Согласно заключению эксперта им учитывались данные медицинской карта стационарного больного ГУЗ «Краевая детская клиническая больница», куда пациент П. была доставлена бригадой Скорой медицинской помощи, с данным о проведенной ребенку 27 сентября 2023 года операции <данные изъяты> и нахождении в стационаре в течение 11 дней. По заключению эксперта у П. имелась закрытая черепно-мозговая травма, сопровождавшаяся ушибом головного мозга легкой степени, линейным переломом теменной кости справа, локальным импрессионным (вдавленным) переломом теменной кости слева, подапоневротической гематомой теменной области с обоих сторон и затылочной теменной области, которая носит характер тупой травмы и могла образоваться незадолго до обращения за медицинской помощью, в результате травматического воздействий тупого твердого предмета или при воздействий о таковые, не исключается одномоментное образование при ударе (ударах) о выступающие части салона движущегося автомобиля в момент столкновения. Травма являлась опасной для жизни, создающей непосредственную угрозу для жизни и по этому признаку квалифицирована экспертом как повреждение, причинившее тяжкий вред здоровью.

Согласно копии медицинской карты пациента П. после выписки из стационара 6 октября 2023 года ей было рекомендовано наблюдение у невролога, педиатра по месту жительства, контроль у нейрохирурга. После выписки ребенок в период с 9 по 14 ноября 2023 года, с 16 по 20 февраля 2024 года, с 1 по 16 августа 2024 года и с 18 августа по 1 сентября 2025 года находился на стационарном лечении в плановом порядке в нейрохирургическом отделении в связи с посттравматическим состоянием с диагнозом – <данные изъяты>. 15 октября 2025 года П. была на приеме врача-невролога, по результатам которого ей был установлен диагноз – последствия перенесенной ЧМТ, промежуточный период, синдром двигательных нарушений, посттравматическая энцефалопатия, состояние после этапного оперативного лечения, умеренный астено-невротический синдром, синдром пирамидной недостаточности, гипертензионный синдром?

Причинение П. телесных повреждений в результате дорожно-транспортного происшествия, связанные с этим физические и нравственные страдания явились основанием для заявления ФИО1 рассматриваемых требований о взыскании компенсации морального вреда, разрешая которые суд исходит из следующего.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса РФ) и статьей 151 Гражданского кодекса РФ.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса РФ).

В абзаце 3 пункта 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Согласно пункту 14 указанного постановления под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

В пункте 15 названного постановления закреплено, что причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда.

Привлечение лица, причинившего вред здоровью потерпевшего, к уголовной или административной ответственности не является обязательным условием для удовлетворения иска.

Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса РФ).

В случаях, предусмотренных законом, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, статьи 1095 и 1100 Гражданского кодекса РФ).

Моральный вред, причиненный правомерными действиями, компенсации не подлежит (пункт 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33).

Ответственность за вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих, регламентируется нормами статьи 1079 Гражданского кодекса РФ. В соответствии с п. 1 ст. 1079 Гражданского кодекса РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

В силу п. 2 ст. 1079 Гражданского кодекса РФ владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником. При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности.

Владельцы источников повышенной опасности солидарно несут ответственность за вред, причиненный в результате взаимодействия этих источников (столкновения транспортных средств и т.п.) третьим лицам по основаниям, предусмотренным пунктом 1 настоящей статьи. Вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064) (п. 3 ст. 1079 Гражданского кодекса РФ).

Статьей 1080 Гражданского кодекса РФ предусмотрено, что лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно. По заявлению потерпевшего и в его интересах суд вправе возложить на лиц, совместно причинивших вред, ответственность в долях, определив их применительно к правилам, предусмотренным п. 2 ст. 1081 данного кодекса.

Причинитель вреда, возместивший совместно причиненный вред, вправе требовать с каждого из других причинителей вреда долю выплаченного потерпевшему возмещения в размере, соответствующем степени вины этого причинителя вреда. При невозможности определить степень вины доли признаются равными (п. 2 ст. 1081 Гражданского кодекса РФ).

Пунктом 1 ст. 322 Гражданского кодекса РФ определено, что солидарная обязанность (ответственность) или солидарное требование возникает, если солидарность обязанности или требования предусмотрена договором или установлена законом, в частности при неделимости предмета обязательства.

При солидарной обязанности должников кредитор вправе требовать исполнения как от всех должников совместно, так и от любого из них в отдельности, притом как полностью, так и в части долга. Кредитор, не получивший полного удовлетворения от одного из солидарных должников, имеет право требовать недополученное от остальных солидарных должников. Солидарные должники остаются обязанными до тех пор, пока обязательство не исполнено полностью (п. п. 1 п. п. 1 и 2 ст. 323 Гражданского кодекса РФ).

В п. 50 постановления Пленума Верховного Суда от 11 ноября 2016 года № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении» разъясняется, что согласно п. 1 ст. 323 Гражданского кодекс РФ кредитор вправе предъявить иск о полном взыскании долга к любому из солидарных должников. Наличие решения суда, которым удовлетворены те же требования кредитора против одного из солидарных должников, не является основанием для отказа в иске о взыскании долга с другого солидарного должника, если кредитором не было получено исполнение в полном объеме. В этом случае в решении суда должно быть указано на солидарный характер ответственности и на известные суду судебные акты, которыми удовлетворены те же требования к другим солидарным должникам.

Из приведенных нормативных положений и разъяснений постановлений Пленума Верховного Суда по их применению следует, что в случае причинения вреда третьим лицам в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцы солидарно несут ответственность за такой вред. В данном правоотношении обязанность по возмещению вреда, в частности компенсации морального вреда, владельцами источников повышенной опасности исполняется солидарно. При этом солидарные должники остаются обязанными до полного возмещения вреда потерпевшему. Основанием для освобождения владельцев источников повышенной опасности от ответственности за возникший вред независимо от того, виновен владелец источника повышенной опасности в причинении вреда или нет, является умысел потерпевшего или непреодолимая сила. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным п. п. 2 и 3 ст. 1083 Гражданского кодекс РФ.

Надлежащее исполнение прекращает обязательство (п. 1 ст. 408 ГК РФ).

Пунктом 1 и подп. 1 п. 2 ст. 325 ГК РФ определено, что исполнение солидарной обязанности полностью одним из должников освобождает остальных должников от исполнения кредитору. Если иное не вытекает из отношений между солидарными должниками, должник, исполнивший солидарную обязанность, имеет право регрессного требования к остальным должникам в равных долях за вычетом доли, падающей на него самого.

По смыслу положений ст. 323 Гражданского кодекс РФ во взаимосвязи с п. 1 ст. 325 Гражданского кодекс РФ обязательство, в том числе и по возмещению морального вреда, прекращается лишь в случае его полного исполнения солидарными должниками перед потерпевшим. При неполном возмещении вреда одним из солидарных должников потерпевший в соответствии с приведенными выше положениями п. 2 ст. 323 Гражданского кодекса РФ вправе требовать недополученное от любого из остальных солидарных должников. Солидарный должник, исполнивший обязательство не в полном объеме, не выбывает из правоотношения до полного погашения требований кредитора. Вместе с тем обязательство солидарных должников перед кредитором прекращается исполнением солидарной обязанности полностью одним из должников. При этом распределение долей возмещения вреда между солидарными должниками производится по регрессному требованию должника, исполнившего солидарную обязанность, к другим должникам, а не по иску потерпевшего к солидарному должнику или солидарным должникам.

В пункте 25 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.

Согласно разъяснениям пункта 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33, тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни. При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага.

В данном случае суд находит установленным, что физические и нравственные страдания малолетней П. были причинены в результате взаимодействия двух источников повышенной опасности, пассажиром одного из которых она являлась. Владельцы таких источников повышенной опасности являются солидарными должниками, в связи с чем требования о возмещении причиненного морального вреда могут быть заявлены как к ним обоим, так и к одному из них. Умысла потерпевшего или непреодолимой силы как оснований для освобождения владельцев источников повышенной опасности от ответственности за причиненный вред по делу не усматривается, что указывает на наличие оснований для удовлетворения заявленных истцом требований.

При определении лица, в которого подлежит взысканию возмещение вреда, суд учитывает, что законным владельцем автомобиля Ситрак в момент ДТП являлось ООО «Ригель». ФИО2 управлял данным автомобилем в рамках своих трудовых обязанностей как работник ООО «Ригель». Данные обстоятельства установлены в суде из письменных материалов дела, в том числе из карточки учета транспортного средства, копии договора лизинга, копии трудового договора и показаний допрошенного в суде в качестве свидетеля ФИО7

Это с учетом положений ст. 1079 Гражданского кодекса РФ об ответственности за вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих, в совокупности с нормами ст. 1068 Гражданского кодекса РФ, согласно которым юридическое лицо возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей, свидетельствует о наличии оснований для взыскания компенсации морального вреда с ООО «Ригель», а не с ФИО2

При определении размера компенсации морального вреда, суд учитывает, что моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах. Степень соразмерности заявленной истцом компенсации морального вреда является оценочной категорией, в силу чего суд вправе дать оценку указанному критерию, исходя из обстоятельств конкретного дела и представленных сторонами доказательств. В данном деле, учитывая тяжесть причиненных П. телесных повреждений, в связи с которыми ей было проведено, в том числе, оперативное лечение, длительность такого лечения, которое ребенок получает до настоящего времени, малолетний возраст П., не оставляя без внимания близкое родство между малолетним и истцом ФИО1, которая как мать, безусловно, также претерпела сильные нравственные страдания, переживая за состояние здоровья ее ребенка, полагая разумным и справедливым определить размер компенсации морального вреда в пользу малолетней П. в размере 300 000 рублей, в пользу ее матери ФИО1 – в размере 100 000 рублей.

Обсуждая вопрос о наличии оснований, предусмотренных пунктами 2 и 3 ст. 1083 Гражданского кодекса РФ, суд учитывает, что в силу пункта 2 статьи 1083 Гражданского кодекса РФ если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.

По данному делу представитель ответчика ФИО2 ссылался на подобные обстоятельства, указывая на то, что ребенок, находясь в специальном удерживающем устройстве в автомашине ВАЗ, не был пристегнут, как то требуется по правилам. Обсуждая данные доводы, суд учитывает, что, во-первых, объективных доказательств, свидетельствующих об этом, по делу не установлено. Во-вторых, суд исходит из того, что потерпевшая П., являясь малолетней не обладает необходимой степенью психофизической зрелости, в связи с чем ее действия не могут быть квалифицированы как грубая неосторожность.

Пункт 3 чт. 1083 Гражданского кодекса РФ, предполагающий возможность уменьшения размера вреда с учетом имущественного положения причинившего его вред гражданина, не распространяется на юридических лиц, а, следовательно, в данном случае применен быть не может.

Поскольку в данном случае истец был освобожден от уплаты государственной пошлины, по правилам ст. 103 ГПК РФ такая государственная пошлина подлежит взысканию с ООО «Ригель» в доход местного бюджета.

Руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с ООО «Ригель» (ОГРН <***>) в пользу в пользу П. в лице ее законного представителя ФИО1 (паспорт №) в счет компенсации морального вреда 300 000 рублей, в пользу ФИО1 в счет компенсации причиненного ей морального вреда, - 100 000 рублей.

В остальной части в удовлетворении исковых требований, в требованиях к ФИО2 чу - отказать.

Взыскать с ООО «Ригель» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 3 000 рублей.

Решение суда может быть обжаловано в Забайкальский краевой суд в течение одного месяца со дня его вынесения в окончательной форме путем подачи жалобы через Читинский районный суд Забайкальского края.

Судья С.Б.Мигунова

Мотивированное решение изготовлено 27 октября 2025 года.