РЕШЕНИЕ
И М Е Н Е М Р О С С И Й С К О Й Ф Е Д ЕР А Ц И И
07 июня 2022 года город Братск
Братский городской суд Иркутской области в составе:
председательствующего судьи Вершининой О.В.,
при секретаре Забродской А.В.,
с участием истца ФИО1, представителя истца ФИО2, ответчиков ФИО3, ФИО4, представителя ответчиков Алекса А.В.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-217/2022 по иску ФИО1 к ФИО3, ФИО4 о признании завещания недействительным, удебных расходовьевны
установил:
истец ФИО1 обратился в Братский городской суд Иркутской области с исковым заявлением о признании завещания от ДД.ММ.ГГГГ от имени Л.В. в пользу ФИО3, ФИО4, удостоверенного нотариусом Братского нотариального округа ФИО5 реестр ***-н/38-2020-1-1086, недействительным.
В обоснование своего искового заявления истец указал на то, что ДД.ММ.ГГГГ умер его отец - Л.В. ДД.ММ.ГГГГ ныне покойный Л.В. составил завещание, удостоверенное нотариусом Братского нотариального округа ФИО5 Согласно указанному завещанию, Л.В., завещал: квартиру, расположенную по адресу: в пользу ФИО3; все принадлежащие права на денежные средства, внесенные в денежные вклады во всех банках, хранящиеся на всех принадлежащих покойному счетах, с причитающимися процентами и индексацией, а так же гараж, расположенный по адресу: , ДГО-2, «Галачинский», 3 улица, гараж ***, гараж, расположенный по адресу: , ГСК «Березка» гараж ***; гараж, расположенный по адресу: , ДГО-2 «Галачинсккий», 3 улица, гараж *** (17) в пользу ФИО4 В завещании имеется расшифровка с рядом поставленной подписью. У истца ФИО1 имеются основания полагать, что подписанию и составлению завещания со стороны его покойного отца Л.В. сопутствовало болезненное состояние, которое не позволяло ему осознавать характер совершаемых действий и руководить ими, в том числе самостоятельно. Данный вывод истец ФИО1 основывает на сведениях о состоянии здоровья покойного Л.В., который в 2013 году перенес инсульт, т.е. острое нарушение мозгового кровообращения. С указанного периода времени, у Л.В. наблюдались нарушения в двигательной, речевой функциях, периодически проявлялись проблемы с краткосрочной памятью. Считает, что в момент подписания завещания ДД.ММ.ГГГГ отец не был полностью дееспособным и не был способен понимать значения своих действий или руководить ими.
Истец, ФИО1, поддержал исковые требования, в судебном заседании пояснил, что на момент смерти Л.В. проживал один и был зарегистрирован по адресу: 136. Между ним и отцом не было конфликтов. Он попал в аварию и после этого весной 2020 года он отправился на лечение в , после этой поездки их отношения с отцом ухудшились. Про завещание отец ничего ему не говорил. Считает, что умерший мог подписать завещание, не осознавая. Полагает, что на отца оказывали психологическое влияние перед составлением завещания.
В судебном заседание представитель истца ФИО2, поддержал исковые требования и пояснил, что заключение комиссии судебно-психиатрических экспертов от ДД.ММ.ГГГГ *** не имеет доказательного значения, поскольку в заключении не приведен полный анализ материалов гражданского дела, а именно: экспертами не были исследованы показания свидетелей стороны истца М.О., Р.Ж., Л.Д., а так же самого истца ФИО1, заявлять ходатайств о назначении по делу дополнительной либо повторной судебно-психиатрической экспертизы истец не желает.
В судебном заседании ответчик ФИО3 исковые требования не признала, пояснила суду, что Л.В. приходится ей дедушкой, по собственной воле он составил завещание. После смерти своей супруги дедушка жил один. Они с мужем возили дедушку к нотариусу ДД.ММ.ГГГГ по его просьбе. Она и её муж остались ждать дедушку в коридоре нотариальной конторы, к нотариусу он заходил самостоятельно. В июне 2020 года, до составления завещания, дедушка самостоятельно ездил за рулем своего автомобиля на дачу. Дедушка владел рукой, мог писать.
В судебном заседании ответчик ФИО4 исковые требования не признала, пояснила суду, что истец ФИО1 по доверенности снял все деньги со счета своего отца Л.В., который является её дедушкой, и перевел их себе на счет, воспользовавшись его доверчивостью, после этого дедушка обиделся и написал завещание на неё и её сестру. Никаких проблем с памятью у Л.В. не было, он всех узнавал, двигался и обслуживал себя самостоятельно, сам мог писать, ходить, мыться, бриться, галлюцинаций не было, он был в сознании.
Представитель ответчиков по доверенности А.А. исковые требования не признал, суду пояснил, что эксперты при проведении судебно-психиатрической экспертизы комиссией экспертов были полностью проанализированы материалы гражданского дела, в том числе показания всех свидетелей.
Третье лицо нотариус ФИО5 в судебное заседание не явилась, о месте времени судебного заседания извещена надлежащим образом, представила материалы видеофиксации от ДД.ММ.ГГГГ, а так же материалы наследственного дела, ранее в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ, с исковым заявлением не согласилась, суду пояснила, что Л.В. обращался к ней, чтобы отменить доверенность на ФИО1, он ей указал на то, что его сын воспользовался доверенностью в своих интересах. При составлении завещания Л.В. был дееспособен, адекватен, ответил на все заданные ей вопросы.
Свидетель М.О. суду пояснила, что истец – её бывший муж. В последний раз она видела Л.В. на поминках, после смерти его жены, они с ним выпили киселя, поели блинов. Он её узнавал, разговаривал с ней связанно, понятно, но замедленно. Она его видела после того, как у него был инсульт. После инсульта у него начались провалы в памяти. Стабильно, раз в месяц, она его навещала, он ей сам звонил, и она приходила к нему. В июне 2020 г. она ему звонила, но он её не узнал по голосу, о помощи просил в основном внучку. Он поддерживал с ней беседу, но не помнил, что она приходила к нему, что было недавно, он забывал. Он не был агрессивным, плаксивым, про завещание он ей ничего не говорил. Жаловался на свою левую руку, что она была у него онемевшая, жаловался на плохой сон, на галлюцинации не жаловался. Алкоголем не злоупотреблял, выпивал немного только по праздникам. При ней врачи и медсестры к нему не приходили. После того как умерла его жена, у него было подавленное настроение. Л.В. был внушаем, его можно было убедить, он мог менять свое мнение относительно одного вопроса несколько раз. В феврале 2020 г. Л.В. ходил уже плохо, сначала жил с истцом (своим сыном ФИО1), затем стал жить один и после этого проживал со ФИО4.
Свидетель Р.Ж. суду пояснила, что Л.В. – её дедушка, истец - её отец. Мысли дедушки были спутаны, он постоянно менял мнение, на одно событие мог давать разные оценки. Она периодически приходила к нему в гости. Дедушка жил один по адресу: . Она его навещала, помогала ему в быту, выкидывала мусор. Сам ходить он не мог. Она не знает, какие лекарства он принимал, но её он узнавал всегда. Отец уехал на протезирование в Иркутск, и дедушка попросил её переехать к нему жить, но на следующий день он сказал ей, что не нужно. После инсульта у Л.В. речь была связанная, но некоторые слова он проглатывал и приходилось у него переспрашивать Во времени дедушка не всегда ориентировался, летом мог позвонить утром в 5-6 часов и сказать, что думал, что мы уже на работе, галлюцинаций у него не было, резкой смены настроения у него она не наблюдала. После того как умерла бабушка дедушка часто плакал, был очень подавленный. Автомобиль он водил в последний раз 2 года назад. К нотариусу свозить его он её не просил. У её отца и у дедушки было нормальное общение, у них был конфликт до смерти бабушки, это было в 2020 г. На проблемы с памятью дедушка ей не жаловался, проблем с памятью она у него не замечала. Разговаривали они с дедушкой недолго и в основном по телефону. Дедушка мог самостоятельно кушать, ходить. Ей неизвестно, что он ночью уходил из дома.
Свидетель С.В. суду пояснил, что Л.В. он знал с 1981 г., знал, что истец - является сыном Л.В., ответчиков периодически видел, но лично с ними не знаком. В октябре 2020 г. он видел Л.В. в последний раз, до этого видел его Л.В.. После смерти жены Л.В. выходил из дома очень редко. К нему часто приходили родственники. При встрече с Л.В. они разговаривали, речь у него была внятная, понятная. Был случай, что Л.В. вышел осенью на улицу в трико и майке. Л.В. выходил и гулял сам. Жаловался на тяжесть состояния здоровья в общем. Врачей и медсестер он не видел у Л.В. Неадекватного поведения за ним он не замечал. В его присутствии автомобилем в последний раз Л.В. управлял в 2019 г., алкоголь Л.В. не употреблял.
Свидетель Л.Д. суду пояснила, что она жена истца, ответчики -внучки Л.В. После смерти жены у отца мужа –Л.В. началась депрессия, её муж жил вместе с ним. В феврале 2020 г. она почти каждый день заходила навестить Л.В., у него было недержание, она приходила, убирала за ним и мыла его. В мае - июне её муж уехал на протезирование в , вернулся в июле. Отец перестал ему звонить, а она перестала осуществлять за ним уход. Она звонила Л.В., он на телефонные звонки не отвечал. В мае-июне 2020 она заезжала к Л.В., а он её не узнал. Она объяснила ему, кто она такая, но он не смог её вспомнить. Однажды ей позвонил сосед Л.В. и сообщил, что тот ночью уходил гулять раздетый. Л.В., в июне-июле, ей позвонил сосед Л.В. - К.Ю., и сообщил, что Л.В. пошел в подъезд, упал и разбил себе голову на ступеньках. Она приехала с работы, обработала Л.В. рану, вызвала скорую помощь. Л.В. двигался сам, но очень плохо, при ней за ним никто уход не осуществлял. Л.В. был внушаем и соглашался со всем, что ему говорили, он понимал речь, но беседу он не поддерживал, говорил предложениями, часто заговаривался, мог говорить не на тему беседы, при ней сам с собой Л.В. не говорил. В больницу ходил самостоятельно, а потом его начал сопровождать истец. Конфликта при ней у Л.В. и истца не было. В мае 2020 г. Л.В. был агрессивным, он мог припугнуть, резко выразиться.
Свидетель К.Ю. пояснил суду, что знал Л.В. с 2003 г., видел его сына Ивана, видел ответчиков. Л.В. умер в декабре 2020 г. Он поддерживал с ним приятельские отношения. Он работает врачом-ветеринаром и по-соседски наблюдал их собаку. После смерти жены Л.В. был в основном один, затем периодически появлялись внучки и другие родственники у него в гостях. На сон и память он ему не жаловался. Л.В. был активным, жизнерадостным человеком. Речь у него была связанная и понятная, физически он был слаб, но беседу он мог поддерживать, мог вызвать на беседу. Л.В. просил их с женой помочь ему перебрать книги для библиотеки. Л.В. говорил ему, что не ожидал, что его сын Иван так может поступить с ним. За месяц до смерти, когда они с Л.В. вместе перебирали книги для библиотеки, медсестер и врачей у Л.В. не было, какие он принимал лекарства, он не видел. Л.В. всегда был одет по сезону, ходил самостоятельно. За рулем в последний раз Л.В. был за год до смерти. После смерти жены Л.В. съёжился, был потерян, ему стало физически хуже, начал пользоваться тростью, у него не было плаксивости, он был просто угнетен. Л.В. перестал пользоваться лифтом по рекомендации врача, поднимался к себе в квартиру и спускался сам по лестнице. Однажды, осенью 2020 г., он услышал шум на лестничной площадке, вышел в подъезд и увидел, что Л.В. лежит на лестничной площадке в крови. Л.В. сказал, что ему не хватило сил. В 2020 г. он пару раз заходил к Л.В. в гости, также они периодически встречались на улице, в подъезде. Ему ничего неизвестно о конфликте между истцом и Л.В.
Свидетель П.А. суду пояснил, что знал Л.В. со своего детства, видел истца, знает ответчиков. ДД.ММ.ГГГГ они с Л.В. виделись в последний раз, тот был расстроен, его узнал. Л.В. сказал ему, что истец его обокрал. Л.В. был в домашней одежде, поддерживал разговор и все помнил, сознание у него было ясное. Они с ним часто общались на тему работы. Л.В. очень хорошо знал технику, он был прекрасным техническим специалистом. Последний раз он общался с Л.В. на его день рождения, до мая 2020 г. Он приходил поздравить Л.В. На тот момент Л.В. ходил самостоятельно, они с ним попили чай с тортом. В последний раз Л.В. садился за руль в 2019 г., Л.В. приезжал на работу на своем автомобиле. После смерти жены Л.В. поник. Л.В. не был внушаемым, он имел свое мнение. Л.В. был в здравом уме и памяти, ходил самостоятельно и свободно. После инсульта речь у него была немного заторможенная, но внятная. Указал, что при нем Л.В. алкоголь не употреблял.
Свидетель К.В. суду пояснил, что ФИО3 - его жена. Они состоят в браке с 2015 г., также он знаком с ФИО4. В 2020 г. после смерти жены Л.В. истец и его жена ухаживали за Л.В.. Он периодически приезжал домой к Л.В., но ни разу там не заставал ни истца, ни его жену. Л.В. ему звонил, просил привезти продукты, приготовить еду. Л.В. Был в твердой памяти и в здравом уме, всех помнил и узнавал, был активным, самостоятельно ходил в больницы. В 2020 г. Л.В. самостоятельно ездил за рулем, брал его с собой на дачу, просил ему помочь. Л.В. самостоятельно мог ему отправить смс-сообщение, звонил родственникам на Украину, пользовался компьютером, общался с родными через скайп. Л.В. мог самостоятельно себя обслуживать, готовил себе сам, алкоголем не злоупотреблял. Л.В. был активным и общительным мужчиной, рассказывал ему о том, что хочет написать завещание на своих внучек, он рассказывал ему о том, что истец присвоил себе его деньги и бросил его. В день подписания завещания он отвез Л.В. к нотариусу. Это был обычный день, Л.В. сам зашел к нотариусу, и они один на один составляли завещание, никто его не сопровождал. Он только проводил его к нотариусу.
Свидетель ФИО6 суду пояснил, что он является нотариусом, у которого Л.В. оформлял доверенность. У них есть база данных, где отображаются сведения о гражданине, в том числе и сведения о его дееспособности. Он всегда беседует с гражданином, он проверяет понял ли гражданин документ, совершенный у нотариуса. При оформлении доверенности у него не возникло никаких сомнений в дееспособности Л.В..
Свидетель П.А. суду пояснил, что с 1985 г. работает кардиологом. У него наблюдался Л.В., приходил к нему 1-2 раза в год по плану диспансеризации. Состояние пациента было удовлетворительное, нарушений не было, интеллект был в порядке. Весной 2020 г. Л.В. интересовался вакцинацией от ковида, передвигался самостоятельно, рассуждал здраво. На поставленные вопросы Л.В. отвечал адекватно и понятно, всегда был одет по погоде, выглядел опрятно и аккуратно, ориентировался в пространстве и времени. Направление к психиатру он Л.В. не выдавал и к этому никаких показаний не было.
Выслушав стороны, показания свидетелей, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.
В статье 1111 Гражданского кодекса Российской Федерации указанно, что наследование осуществляется по завещанию и по закону.
В соответствии с пунктом 1 статьи 1118 Гражданского кодекса Российской Федерации распорядиться имуществом на случай смерти можно только путем совершения завещания.
Согласно пунктам 1 и 2 статьи 1131 Гражданского кодекса Российской Федерации при нарушении положений данного Кодекса, влекущих за собой недействительность завещания, в зависимости от основания недействительности завещание является недействительным в силу признания его таковым судом (оспоримое завещание) или независимо от такого признания (ничтожное завещание). Завещание может быть признано судом недействительным по иску лица, права или законные интересы которого нарушены этим завещанием.
Как разъяснено в пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2012 N 9 "О судебной практике по делам о наследовании", сделки, направленные на установление, изменение или прекращение прав и обязанностей при наследовании (в частности, завещание, отказ от наследства, отказ от завещательного отказа), могут быть признаны судом недействительными в соответствии с общими положениями о недействительности сделок (§ 2 главы 9 Гражданского кодекса Российской Федерации) и специальными правилами раздела V Гражданского кодекса Российской Федерации.
Положениями пункта 1 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.
С учетом изложенного неспособность наследодателя в момент составления завещания понимать значение своих действий или руководить ими является основанием для признания завещания недействительным, поскольку соответствующее волеизъявление по распоряжению имуществом на случай смерти отсутствует.
Юридически значимыми обстоятельствами в таком случае являются наличие или отсутствие психического расстройства у наследодателя в момент составления завещания, степень его тяжести, степень имеющихся нарушений его интеллектуального и (или) волевого уровня.
Судом установлено, что Л.В., дата рождения ДД.ММ.ГГГГ, место рождения , умер ДД.ММ.ГГГГ, место смерти , запись акта о смерти *** место государственной регистрации 93800010 отдел по ) службы записи актов гражданского состояния .
ДД.ММ.ГГГГ Л.В. было совершено завещание, согласно которому Л.В. завещал: квартиру, расположенную по адресу: пользу ФИО3; все принадлежащие права на денежные средства, внесенные в денежные вклады во всех банках, хранящиеся на всех принадлежащих покойному счетах, с причитающимися процентами и индексацией, а так же гараж, расположенный по адресу: , ДГО-2, «Галачинский», 3 улица, гараж ***, гараж, расположенный по адресу: , ГСК «Березка» гараж ***; гараж, расположенный по адресу: , ДГО-2 «Галачинсккий», 3 улица, гараж *** (***) в пользу ФИО4
Истец ФИО1 является сыном умершего Л.В., который обратился к нотариусу с заявлением о принятии наследства ДД.ММ.ГГГГ.
Определением Братского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ по ходатайству истца назначена судебная посмертная психиатрическая экспертиза, проведение которой было поручено экспертам областного государственного бюджетного учреждения здравоохранения « психоневрологический диспансер».
Согласно заключению судебной экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ, у Л.В. при жизни к моменту подписания завещания от ДД.ММ.ГГГГ имелись признаки органического расстройства личности в связи с сосудистым заболеванием головного мозга с нерезко выраженными изменениями психики (F 07.81 по МКБ-10). Об этом свидетельствуют материалы гражданского дела и медицинской документации: много Л.В. страдал артериальной гипертензией, перенес в 1994 году инфаркт миокарда, после чего была определена 2 группа инвалидности бессрочно, в 1995 году перенес операцию - аорто-коронарное шунтирование, ДД.ММ.ГГГГ перенес ишемический инсульт, последствия которого были незначительными - речь не нарушилась, лишь замедлилась по темпу, парезов, параличей не было, возникла церебрастеническая симптоматика: стали беспокоить головные боли, головокружение, по поводу чего наблюдался у невролога и которым в 2014 году установлен диагноз: «Дисциркуляторная энцефалопатия 2 ст.»; наличие у подэкспертного в течение многих Л.В. церебрального атеросклероза, ИБС, по поводу чего наблюдался у кардиолога; на приемы специалистов ходил самостоятельно, последний прием кардиолога датирован ДД.ММ.ГГГГ Из показаний свидетелей также следует, что « после смерти жены жил один... двигался и обслуживал себя самостоятельно… был обижен на сына, который все деньги сиял по доверенности... вкабинет нотариуса он ходил один...никаких проблем с памятью не было, он всех узнавал...сам водил машину - ездил на дачу...у Л.В. былширокий кругозор...работал до глубокой старости...был одет но сезону, навопросы отвечал адекватно и понятно... хорошо разбирался в компьютере,самостоятельно мог отправить CMC, звонил родственникам на Украину.пользовался скайпом...наследователь был дееспособен, адекватен, отвечал на все вопросы… вид у него был ухоженный, опрятный… после составления завещания прочитала его вслух, затем он самостоятельно прочитал завещание еще раз и подписал его…понимал, где находится и зачем пришел.»Таким образом, как показывает анализ материалов гражданского дела имедицинской документации, в интересующий суд период ДД.ММ.ГГГГ психическое состояние ФИО7 характеризовалось нерезко выраженными органическими расстройствами без нарушения волевой регуляции своего поведения и критичности, позволяющих комиссии считать, что он находился в таком состоянии, которое не лишало его способности понимать значение своих действий, отдавать им отчет и руководить ими. Т.е по своему психическому состоянию в момент составления завещания от ДД.ММ.ГГГГ Л.В. мог понимать значение своих действий и руководить ими.
При оценке указанного заключения, судом принято во внимание, что данная экспертиза проведена в соответствии с требованиями Закона РФ "О государственной судебно-экспертной деятельности", экспертами, имеющими, соответствующее образование в области для разрешения поставленных перед ними вопросов, эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.
Заключение является мотивированным, выводы экспертов последовательны и непротиворечивы, даны в полном соответствии с поставленными в определении суда вопросами.
Таким образом, заключение судебной экспертизы является допустимым и достоверным доказательством. Ходатайств о назначении по делу дополнительной либо повторной судебной посмертной психиатрической экспертизы сторонами не заявлялось.
Истцом в силу ст. 56 ГПК РФ каких-либо доказательств, указывающих на недостоверность проведенной по делу экспертизы либо ставящих под сомнение ее выводы, не представлено, как и не представлено доказательств с достоверностью свидетельствующих о допущенных нарушениях при составлении завещания.
Кроме того, как усматривается из материалов наследственного дела ответчик ФИО3 не обращалась к нотариусу за принятием наследства после смерти Л.В.. Из пояснений ФИО3 следует и истцом не опровергнуто, что указанная в оспариваемом завещании квартира не входит в состав наследства. Истцом не представлены доказательства нарушения либо угрозы нарушения ФИО3 прав истца. Истец ФИО1 обращался с заявлением о принятии наследства и принял обязательную долю, составившую 1/3 доли в праве собственности на автомобиль марки ВАЗ 21041-40, идентификационный номер <***>, 2012 года выпуска, регистрационный знак <***>.
На основании изложенного, принимая во внимание результаты судебной экспертизы, в соответствии с которой суд установил, что в период, относящийся к оформлению завещания ДД.ММ.ГГГГ Л.В. мог понимать значение своих действий и руководить ими, в соответствии со своим волеизъявлением осуществил распорядительные действия по завещанию своего имущества, а также показания свидетелей, суд находит необходимым в удовлетворении исковых требований о признании недействительным завещания от ДД.ММ.ГГГГ от имени Л.В. в пользу ФИО3, ФИО4 отказать. В показаниях допрошенных по делу свидетелей, в том числе М.О., Р.Ж., Л.Д., не содержится сведений о том, что наследодатель Л.В. в момент совершения оспариваемого завещания не понимал значение своих действий и не мог руководить ими. Доводы истца о недееспособности его отца в момент совершения завещания не подтверждены доказательствами, поэтому отклоняются судом.
Довод представителя истца о необходимости допроса в судебном заседании экспертов областного государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Иркутский областной психоневрологический диспансер» является несостоятельным, поскольку им не указано на наличие юридически значимых обстоятельств, которые подлежат установлению по данному делу, не сформулированы вопросы экспертам.
При таких обстоятельствах суд соглашается с доводами ответчиков, третьего лица о необоснованности иска и приходит к выводу об отказе в удовлетворении иска.
Руководствуясь ст.ст.194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
отказать в удовлетворении иска ФИО1 к ФИО3, ФИО4 о признании недействительным завещания? выданного ДД.ММ.ГГГГ Л.В. на имя ФИО3, ФИО4, удостоверенного нотариусом Братского нотариального округа Иркутской области ФИО5.
Решение может быть обжаловано в Иркутский областной суд через Братский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.
Решение составлено в окончательной форме 15.06.2022 г.
Судья : О.В. Вершинина