Дело № 2-1392/2022 78RS0012-01-2022-001227-39

Мотивированное решение изготовлено 24.10.2022

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

«5» октября 2022 года Санкт-Петербург

Ленинский районный суд г. Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Хворова Е.Д.,

при секретаре Сенчихине Е.П.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ФИО3 о признании утратившим право пользования жилым помещением и снятии его с регистрационного учета,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратился в суд с иском к ФИО3 о признании утратившим право пользования жилым помещением, расположенным по адресу<адрес> площадью 32,5 кв.м. со снятием с регистрационного учета по указанному адресу.

В обоснование заявленных требований истец ссылается на то, что на основании договора купли-продажи от 08.05.2020 года № является собственником жилого помещения, расположенного по адресу: <адрес> До настоящего времени в спорном жилом помещении зарегистрирован ответчик – сын бывшего собственника квартиры ФИО1 Ответчик от приватизации спорной квартиры отказался, в связи с чем сохраняет право пользования указанным жилым помещением. Вместе с тем, ответчик в жилом помещении более 10 лет не проживает, его личные вещи в квартире отсутствуют, ответчик не несет бремя содержания жилого помещения, не оплачивает коммунальные платежи, не производил ремонт спорной квартиры. В добровольном порядке ответчик с регистрационного учета не снимается, его регистрация в жилом помещении, принадлежащем истцу, нарушает права истца как собственника.

Истец ФИО2, надлежащим образом извещенный о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание не явился, просил рассмотреть дело в свое отсутствие, направил в суд своего представителя ФИО4, действующую на основании доверенности, которая в судебном заседании поддержала заявленные исковые требования, просила удовлетворить.

Ответчик ФИО3 в судебном заседании возражал против удовлетворения требований, ссылаясь на то, что о продаже жилого помещения узнал после получения судебной повестки, находится в конфликтных отношениях с бывшим собственником жилого помещения ФИО1 а также на то, что между ответчиком и бывшим собственником квартиры ФИО1 было заключено устное соглашение, на основании которого ответчик отказывается от приватизации спорного жилого помещения для дальнейшей приватизации иного жилого помещения, не оспаривал факт того, что длительное время в квартире не проживает, проживает по месту жительства своей супруги, по месту жительства оказываются ответчику медицинские и иные услуги, ответчик не несет бремя содержания жилого помещения, поскольку бывший собственник ФИО1 отказывал в передаче ключей от квартиры и квитанций на оплату жилья. Ответчик указал, что его выезд из жилого помещения носил вынужденный характер из-за конфликтных отношений с отцом.

Руководствуясь положениями ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд определил рассмотреть дело в отсутствие истца.

Выслушав представителя истца, ответчика, исследовав материалы дела, изучив представленные доказательства, оценив относимость, допустимость и достоверность каждого из них в отдельности, а также их взаимную связь и достаточность в совокупности по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к следующему.

В соответствии с положениями пунктов 1, 2 статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Статьей 304 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что на основании договора купли-продажи № от 08.05.2020 года, заключенного с ФИО5 истец ФИО2 является собственником жилого помещения (33/107 доли), по адресу: <адрес>

Переход права собственности на вышеуказанное помещение на ФИО2 произведен в Управлении Росреестра по Санкт-Петербургу 14.05.2020 за № №

Согласно справке о регистрации формы № 9 в вышеуказанном жилом помещении на момент совершения сделки купли-продажи от 08.05.2020 года зарегистрирован ФИО3

Как следует из материалов дела ФИО3, не является членом семьи собственника, в жилом помещении не проживает, не несет бремя содержания квартиры, при этом, сохраняет регистрацию в принадлежащем ФИО2 жилом помещении.

Часть 3 ст. 17 Конституции Российской Федерации устанавливает, что права и свободы должны осуществляться с таким расчетом, чтобы не нарушать права и свободы других лиц.

Пункт 1 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации устанавливает, что не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах. Таким образом, законодателем закреплен общий принцип ограничения усмотрения правообладателя при осуществлении своих гражданских прав – запрет злоупотребления правом.

В силу ч. 1 ст. 40 Конституции Российской Федерации никто не может быть произвольно лишен жилища.

В соответствии с ч. 1 ст. 1 Жилищного кодекса Российской Федерации жилищное законодательство основывается на недопустимости произвольного лишения жилища.

Согласно ч. 4 ст. 3 Жилищного кодекса Российской Федерации никто не может быть выселен из жилища или ограничен в праве пользования жилищем иначе как по основаниям и в порядке, которые предусмотрены положениями Жилищного кодекса Российской Федерации, другими федеральными законами.

Исходя из системного анализа положений ст. 288 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст. 30 Жилищного кодекса Российской Федерации, собственник жилого помещения осуществляет права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему на праве собственности жилым помещением в соответствии с его назначением и пределами его использования, которые установлены Жилищным кодексом Российской Федерации.

Право собственности прекращается в соответствии с п. 1 ст. 235 Гражданского кодекса Российской Федерации при отчуждении собственником своего имущества другим лицам, отказе собственника от права собственности, гибели или уничтожении имущества и при утрате права собственности на имущество в иных случаях, предусмотренных законом.

В силу положений ч. 2 ст. 292 Гражданского кодекса Российской Федерации переход права собственности на жилой дом или квартиру к другому лицу является основанием для прекращения права пользования жилым помещением членами семьи прежнего собственника.

Регистрация ответчика ФИО3 в квартире, принадлежащей ФИО2, при отсутствии его согласия, исходя из положений ст. 30 Жилищного кодекса Российской Федерации влечет нарушение прав собственника жилого помещения.

Из материалов дела следует, что какого-либо соглашения между собственником ФИО2 и ответчиком ФИО3 о сохранении за последним права пользования жилым помещением не имеется, оснований, предусмотренных ч. 4 ст. 31 Жилищного кодекса Российской Федерации, для сохранения за ответчиком права пользования спорной квартирой судом не установлено.

Доводы ответчика ФИО3, что в силу закона после отказа от приватизации, он сохраняет право пользования спорным жилым помещением, что подтверждено вступившим в законную силу решением Ленинского районного суда Санкт-Петербурга от 31.07.2018 года по гражданскому делу №, а его выезд из него носил вынужденный и временный характер, судом отклоняется исходя из следующего.

Из содержания мотивировочной части названного выше решения от 31.07.2018 года усматривается, что судом не установлены основания для удовлетворения требований ФИО1 о признании ФИО3 утратившим право пользования спорным жилым помещением как бывшего члена семьи, его выселении со снятием с регистрационного учета, поскольку ФИО3, будучи зарегистрированным в спорном жилом помещении на момент его приватизации, имел равное с членами своей семьи, право пользования спорным жилым помещением, иного соглашения между сторонами не имелось.

В соответствии со ст. 2 Закона Российской Федерации от 04.07.1991 года № 1541-1 «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации» (далее – Закон), граждане Российской Федерации, занимающие жилые помещения в государственном и муниципальном жилищном фонде, включая жилищный фонд, находящийся в хозяйственном ведении предприятий или оперативном управлении учреждений (ведомственный фонд), на условиях социального найма, вправе с согласия всех совместно проживающих совершеннолетних членов семьи, а также несовершеннолетних в возрасте от 14 до 18 лет приобрести эти помещения в собственность на условиях, предусмотренных настоящим Законом, иными нормативными актами Российской Федерации и субъектов Российской Федерации. Жилые помещения передаются в общую собственность либо в собственность одного из совместно проживающих лиц, в том числе несовершеннолетних.

Согласно п. 2 ст. 292 Гражданского кодекса Российской Федерации, переход права собственности на жилой дом или квартиру к другому лицу является основанием для прекращения права пользования жилым помещением членами семьи прежнего собственника, если иное не установлено законом.

В силу ч. 4 ст. 31 Жилищного кодекса Российской Федерации, в случае прекращения семейных отношений с собственником жилого помещения право пользования данным жилым помещением за бывшим членом семьи собственника этого жилого помещения не сохраняется, если иное не установлено соглашением между собственником и бывшим членом его семьи.

Вместе с тем, ст. 19 Федерального закона от 29.12.2004 № 189-ФЗ «О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации» предусматривает, что действие положений ч. 4 ст. 31 Жилищного кодекса Российской Федерации не распространяется на бывших членов семьи собственника приватизированного жилого помещения при условии, что в момент приватизации данного жилого помещения указанные лица имели равные права пользования этим помещением с лицом, его приватизировавшим, если иное не установлено законом или договором.

Из содержания указанных норм следует, что согласие всех лиц, проживающих в жилом помещении, является обязательным условием для его приватизации. При этом следует учитывать, что, дав согласие на приватизацию жилого помещения, лицо исходило из того, что право пользования данным жилым помещением для него будет носить бессрочный характер, следовательно, его права должны быть учтены при переходе права собственности на жилое помещение к другому лицу, поскольку иное толкование нарушало бы положения ст. 40 Конституции Российской Федерации.

В тоже время, в случае добровольного выезда в другое место жительства право пользования жилым помещением бывшего члена семьи собственника, в котором он проживал вместе с собственником жилого помещения, может быть прекращено независимо от того, что в момент приватизации спорного жилого помещения бывший член семьи собственника жилого помещения имел равное право пользования этим помещением с лицом, его приватизировавшим.

Таким образом, сам по себе факт наличия у ФИО3 права пользования жилым помещением на момент его приватизации при последующем его добровольном отказе от этого права не может служить безусловным основанием для вывода о сохранении за ним права пользования жилым помещением бессрочно.

Правовые последствия отсутствия бывших членов семьи собственника жилого помещения в жилом помещении по причине выезда из него Жилищный кодекс Российской Федерации не регламентирует.

Исходя из аналогии закона (ст. 7 Жилищного кодекса Российской Федерации) к ситуации, связанной с выездом из жилого помещения бывших членов семьи собственника, подлежат применению положения ст. 83 ЖК РФ, а также разъяснения, содержащиеся в п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 02.07.2009 № 14 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации».

При разрешении вопроса об утрате, прекращении права пользования жилым помещением гражданами, отказавшимися от участия в приватизации, подлежат выяснению обстоятельства фактического проживания этих граждан в жилом помещении, а в случае их непроживания - причины и период непроживания, характер выезда - вынужденный или добровольный, временный или постоянный, не чинились ли им препятствия со стороны других лиц в пользовании жилым помещением, приобрели ли они право пользования другим жилым помещением в новом месте жительства, исполняют ли обязанности по договору по оплате жилого помещения и коммунальных услуг. Отсутствие у гражданина, добровольно выехавшего из жилого помещения в другое место жительства, в новом месте жительства права пользования жилым помещением по договору социального найма или права собственности на жилое помещение само по себе не может являться основанием для признания отсутствия этого гражданина в спорном жилом помещении временным, поскольку согласно ч. 2 ст. 1 Жилищного кодекса Российской Федерации граждане по своему усмотрению и в своих интересах осуществляют принадлежащие им жилищные права.

Судом установлено и не оспаривалось ответчиком, что последний дал свое согласие на приватизацию жилья ФИО1 который стал единоличным собственником спорной квартиры, и впоследствии произвел отчуждение жилого помещения в пользу истца ФИО2

При этом суд принимает во внимание, что согласно пояснениям ответчика между ним и ФИО5 была достигнута договоренность о продаже доли в спорной квартире, что опровергает довод ответчика о том, что он нуждается в спорном жилом помещении.

Также суд принимает во внимание, то обстоятельство, что ФИО3 выехал на иное место жительства по адресу регистрации супруги, где он проживает более 10 лет, получает медицинские и иные услуги, что свидетельствует о явной утрате интереса в пользовании спорным жилым помещением, при этом указанные обстоятельства ответчиком не оспорены.

Само по себе отсутствие у ФИО3 в новом месте жительства права пользования жилым помещением по договору социального найма или права собственности на жилое помещение не является основанием для признания отсутствия ФИО3 в спорном жилом помещении временным.

Вопреки доводам ФИО3, в материалы дела не представлено доказательств, свидетельствующих о попытках вселения ФИО3 в спорное жилое помещение и создание ему препятствий для вселения со стороны истца.

Доводы ФИО3 об отсутствии задолженности по оплате за жилое помещение и коммунальные услуги, а также о том, что в 2018 году между ним и ФИО1 было достигнуто соглашение об оплате указанных расходов за счет средств, полученных ФИО5 от сдачи комнаты в наем, являются голословными, материалами дела не подтверждены.

Напротив, как усматривается из материалов дела, решением Ленинский районный суд г. Санкт-Петербурга от 19.02.2020 года с ФИО3 и ФИО1 взыскана задолженность по оплате коммунальных услуг за период с 01.12.2015 по 31.08.2019 года.

Кроме того, как следует из решения Ленинского районного суда города Санкт-Петербурга от 31.07.2018 года, между ФИО3 и ФИО1 сложился конфликт как раз по поводу невнесения ФИО3 оплаты за содержание жилого помещения.

Указанное с достоверностью свидетельствует о том, что по состоянию на 2018 год соглашение между ФИО3 и ФИО1 о порядке оплаты расходов по содержанию жилого помещения свое действие прекратило, новое соглашение достигнуто не было, доказательств обратного в материалы дела не представлено.

Довод ответчика о том, что оплата коммунальных услуг не производилась им за спорное жилое помещение ввиду отказа бывшего собственника ФИО1 предоставить квитанции на оплату, судом отклоняется как несостоятельный. Ответчик не был лишен право самостоятельно истребовать у управляющей компании квитанции на оплату жилого помещения или производить платежи в счет оплаты жилищно-коммунальных услуг.

Представленные стороной ответчика квитанции подтверждают оплату жилищно-коммунальных услуг до 2011 года.

Вопреки позиции ФИО3 о том, что он не может воспользоваться законным правом на использование жилого помещения, с 2013 года не имеет ключей от жилого помещения, наличие конфликтных отношений с ФИО1, что подтверждается фактом судебного разбирательства в 2018 году, указанные мотивы непроживания в жилом помещении не могут быть приняты во внимание.

Как указал ответчик ФИО3 в своих возражениях и пояснил в ходе судебного разбирательства, с 2018 года ему не известно место проживания ФИО1 который в жилом помещении, расположенном по адресу: <адрес>, в тот момент уже не проживал.

Доказательств того, что ФИО3, начиная с 2018 года, чинились препятствия в пользовании жилым помещением со стороны ФИО1 суду не представлено.

Вопреки доводам ответчика о нуждаемости в жилом помещении, сведений о том, что ФИО3 предпринимались попытки вселения в жилое помещение, начиная с 2018 года, не имеется.

Доводы ответчика ФИО3 о том, что он добровольно не отказывалась от прав на спорное жилое помещение, его непроживание носит временный характер, подлежат отклонению, поскольку при установлении факта длительного отсутствия в жилом помещении, отказа от исполнения обязанностей по содержанию жилого помещения и коммунальных услуг, отсутствии попыток вселиться в спорную квартиру и недоказанности препятствий в пользовании ею со стороны истца, указанные доводы объективно опровергаются последовательность поведения ответчика в части пользования спорной квартирой.

Фактически интерес ФИО3 к жилому помещению был обусловлен получением денежных средств от его продажи в соответствии с достигнутой между ним и ФИО1. договоренностью, и сохранением регистрационного учета ФИО3 по адресу жилого помещения до момента его продажи, о чем ответчик пояснил суду.

Вместе с тем, указанное обстоятельство, само по себе не свидетельствует о сохранении за ответчиком права пользования спорным жилым помещением.

При рассмотрении дела ответчик не представил суду доказательств того, что он пользуется жилым помещением, несет расходы по оплате за жилое помещение и коммунальные услуги, а его отсутствие в нем носит временный характер и обусловлено наличием уважительных причин либо носит вынужденный характер.

Совокупность установленных по делу обстоятельство позволяет прийти к выводу о том, что ответчик добровольно в отсутствие каких-либо препятствий с 2018 года в спорном жилом помещении не проживает, что свидетельствует о длительности его отсутствия, его имущества в комнате не имеется, оплату жилого помещения и коммунальных услуг не осуществляет.

Таким образом, принимая во внимание то, что ответчик собственником спорного жилого помещения не является, как не является членом семьи нового собственника в соответствии с положениями п. 1 ст. 31 Жилищного кодекса Российской Федерации, поскольку это право собственника определять, кто является членом его семьи, соглашение о праве пользования спорной квартирой между сторонами не заключалось, суд приходит к выводу, что исковые требования о признании ответчика утратившим право пользования жилым помещением подлежащими удовлетворению и не влекущим нарушение его прав.

Оснований, предусмотренных ч. 4 ст. 31 Жилищного кодекса Российской Федерации, для сохранения за ответчиком права пользования жилым помещением судом не установлено.

В соответствии с п. 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 02.07.2009 года № 14 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации», сама по себе регистрация в спорном жилом помещении правового значения не имеет, поскольку, будучи административным актом, не влечет приобретение права на жилую площадь, а является одним из доказательств, которое оценивается судом в совокупности со всеми обстоятельствами дела.

Согласно ст. 7 Федерального закона Российской Федерации от 25.06.1993 № 5242-1 «О праве граждан Российской Федерации на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства в пределах Российской Федерации», п. 31 «Правил регистрации и снятия граждан Российской Федерации с регистрационного учета по месту пребывания и месту жительства в пределах Российской Федерации», утвержденные Постановлением Правительства Российской Федерации от 17.07.1995 № 713, снятие с регистрационного учета без непосредственного участия гражданина производится органами регистрационного учета на основании решения суда о признании гражданина утратившим (не приобретшим) право пользования жилым помещением, вступившим в законную силу.

При таких обстоятельствах, решение суда о признании ответчика утратившим право пользования спорным жилым помещением является основанием для снятия последнего с регистрационного учета по адресу: <адрес>

На основании вышеизложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО2 к ФИО3 о признании утратившим право пользования жилым помещением и снятии его с регистрационного учета – удовлетворить.

Признать ФИО3 утратившим право пользования жилым помещением – комнатой площадью 32,50 кв.м. в квартире <адрес>

Снять ФИО3 с регистрационного учета по адресу: <адрес>

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд путем подачи апелляционной жалобы в течение одного месяца со дня изготовления мотивированного решения.

Судья Е.Д. Хворов