Дело №2-623/2025

УИД 04RS0020-01-2025-000675-65

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

15 июля 2025 года г. Северобайкальск

Северобайкальский городской суд Республики Бурятия в составе председательствующего судьи Дроздовой Ю.А., при секретаре Черных В.М., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Северобайкальской межрайонной прокуратуре Республики Бурятия, прокуратуре Республики Бурятия, Министерству финансов Российской Федерации в лице Федерального казначейства Республики Бурятия о взыскании денежной компенсации морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к Северобайкальской межрайонной прокуратуре Республики Бурятия, прокуратуре Республики Бурятия, Министерству финансов Российской Федерации в лице Федерального казначейства Республики Бурятия о взыскании денежной компенсации морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием, мотивируя заявленные требования тем, что 15.03.2001 г. следователем вынесено постановление о прекращении уголовного преследования по обвинению истца в совершении разбоя в отношении денег А. 20.08.1999 г. по реабилитирующему основанию. О принятом решении он – истец не был надлежащим образом уведомлен, чем лишен права своевременно обжаловать принятое процессуальное решение, а равно реализовать право на реабилитацию.

Не смотря на наличие вышеуказанного постановления фактически уголовное преследование по обвинению в разбойном отъеме денежных средств у потерпевшего А. продолжалось до вынесения приговора Верховного суда Республики Бурятия от 30.11.2001 г., которым оно прекращено поскольку не нашло подтверждения.

Процессуальных решений о возбуждении в отношении истца уголовного дела по п. «з» ч.2 ст.105 УК РФ и ст.162 УК РФ, о соединении указанных уголовных дел с уголовным делом №, принятии к производству следователя не имеется.

Таким образом, незаконное уголовное преследование в отношении истца продолжалось в период с 20.08.1999 г. по 30.11.2001 г., в связи с чем, он остро и болезненно переживал предъявление обвинения, осознавая свою полную непричастность к инкриминируемому преступлению, что усугубилось полным непониманием причин и оснований прекращения действий по уголовному преследованию по данному особо тяжкому обвинению, незнанием своих прав и порядка возмещения причиненного морального вреда.

Просил взыскать компенсацию морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием за период с 20.08.1999 г. по 30.11.2001 г. в сумме 260 000 руб.

В судебном заседании ФИО1 заявленные требования поддержал по доводам, изложенным в иске. Пояснил, что в связи с незаконным уголовным преследованием за совершение разбоя в отношении денежных средств потерпевшего А. испытывал моральные страдания, переживания. С постановлением о прекращении уголовного дела в части совершения разбоя в отношении денег А. ввиду недоказанности от 15.03.2000 г. ознакомлен не был. Узнал о наличии такого постановления из материалов гражданского дела. При этом постановления о возбуждении уголовного дела по этому факту не имеется, что исключает возможность уголовного преследования. Вопреки требованиям закона, несмотря на наличие постановления о прекращении уголовного дела в части, незаконное уголовное преследование в отношении него продолжалось длительный срок с 20.08.1999 г. по 30.11.2001 г. (дата вынесения приговора). Следовательно, в соответствии с положениями законодательства, учитывая прекращение уголовного преследования по данному факту по реабилитирующему основанию, он имеет право на реабилитацию. Просил взыскать денежную компенсацию морального вреда в сумме 260 000 руб., из расчета 10 000 руб. за каждый месяц незаконного уголовного преследования.

Представители прокуратуры Республики Бурятия заместитель Северобайкальского межрайонного прокурора Жамбалов Б.Б., помощник Северобайкальского межрайонного прокурора Ильязова С.Д. возражали относительно заявленных требований. Пояснили, что уголовное дело в отношении ФИО1 по ст. 162 УК РФ по факту разбойного нападения на А. не возбуждалось. Обвинение ФИО1 в его совершении не предъявлялось, мера пресечения в связи с указанным деянием не избиралась. Согласно постановлениям о привлечении истца в качестве обвиняемого от 14.03.2001 г., 01.06.2001 г., обвинительному заключению действия ФИО1 по лишению жизни А. квалифицированы по пунктам «а», «в», «ж», «з», «к», «н» ч.2 ст. 105 УК РФ. Верховным судом Республики Бурятия 30.11.2001 г. с учетом изменений, внесенных кассационным определением Верховного суда Российской Федерации от 27.03.2003 г., постановлением Соль-Илецкого районного суда Оренбургской области от 16.11.2004 г. и постановление Президиума Оренбургского областного суда от 25.12.2006 г. ФИО1 осужден по п.п. «а», «б», «ж», «к» ч.2 ст. 105, п.п. «а», «в» ч.2 ст. 166, ч.3 ст.30, ч.4 ст.166, ч.4 ст.166, ч.3 ст.166, ст.317, п «а» ч.3 ст.158, ч.1 ст.222, ч.2 ст.222, п. «б» ч.4 ст.226 УК РФ к пожизненному лишению свободы в исправительной колонии особого режима. Квалифицирующий признак, предусмотренный пунктом «з» ч.2 ст.105 УК РФ, в том числе по убийству ФИО2 судом исключен из объема обвинения. Ссылаясь на положения ч.2 ст.133 УПК РФ, просили в удовлетворении исковых требований отказать, поскольку к лицам, имеющим право на реабилитацию, не относятся осужденные, из обвинения которых исключены квалифицирующие признаки, ошибочно вмененные статьи при отсутствии идеальной совокупности преступлений либо в отношении которых приняты иные решения, уменьшающие объем обвинения, но не исключающие его. Доводы истца об отсутствии в материалах дела постановлений о возбуждении уголовных дел по факту разбоя в отношении ФИО2 полагали необоснованными, поскольку при вынесении приговора судами всех инстанций проверялась законность, обоснованность уголовного преследования в отношении ФИО1, соблюдение требований уголовно-процессуального законодательства.

Представитель Министерства финансов РФ в лице Управления Федерального казначейства по Республике Бурятия в судебном заседании отсутствовал, будучи надлежаще извещенным о времени и месте рассмотрения дела. Согласно направленному возражению просил в удовлетворении исковых требований отказать.

С учетом надлежащего извещения участников процесса, на основании ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, ст. 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся участников процесса.

Выслушав участников процесса, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Статьей 53 Конституции Российской Федерации к числу гарантированных Конституцией прав граждан отнесено право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации действия (или бездействие) органов государственной власти, причинившие вред любому лицу, влекут возникновение у государства обязанности этот вред возместить, а каждый пострадавший от незаконных действий (бездействия) органов государственной власти наделяется правом требовать от государства справедливого возмещения вреда (Определение от 4 июня 2009 г. №1005-0-О).

В силу статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно статье 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Ответственность государства за действия государственных органов и должностных лиц, предусмотренная статьей 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации, наступает при совокупности таких условий как противоправность действий (бездействия), наличие морального вреда, причинно-следственная связь между действиями причинителя вреда и причиненными физическими или нравственными страданиями. Недоказанность одного из названных условий влечет за собой отказ в удовлетворении требования о взыскании убытков.

В силу статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная <данные изъяты> и т.п.).

В силу п. 1 ст. 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

В соответствии с пунктом 34 статьи 5 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации под реабилитацией в уголовном судопроизводстве понимается порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию.

Частью 4 статьи 11 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что вред, причиненный лицу в результате нарушения его прав и свобод судом, а также должностными лицами, осуществляющими уголовное преследование, подлежит возмещению по основаниям и в порядке, которые установлены Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации.

Согласно ч. 2 ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют: подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор; подсудимый, уголовное преследование в отношении которого прекращено в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения; подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части первой статьи 24 и пунктами 1 и 4 - 6 части первой статьи 27 настоящего Кодекса; осужденный - в случаях полной или частичной отмены вступившего в законную силу обвинительного приговора суда и прекращения уголовного дела по основаниям, предусмотренным пунктами 1 и 2 части первой статьи 27 настоящего Кодекса; лицо, к которому были применены принудительные меры медицинского характера, - в случае отмены незаконного или необоснованного постановления суда о применении данной меры.

Как следует из разъяснений, изложенных в п. 1 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 г. №17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно - процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» под реабилитацией в уголовном судопроизводстве понимается порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию, и возмещения причиненного ему вреда (пункт 34 статьи 5 УПК РФ).

Согласно пункту 13 вышеназванного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 г. №17, с учетом положений статей 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации и 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину в результате незаконного или необоснованного уголовного преследования, например, незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного задержания, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу и иных мер процессуального принуждения, незаконного применения принудительных мер медицинского характера, возмещается государством в полном объеме (в том числе с учетом требований статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации) независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда за счет казны Российской Федерации.

При этом, внимание судов обращено на то, что к лицам, имеющим право на реабилитацию, указанным в части 2 статьи 133 УПК РФ, не относятся, в частности, подозреваемый, обвиняемый, осужденный, преступные действия которых переквалифицированы или из обвинения которых исключены квалифицирующие признаки, ошибочно вмененные статьи при отсутствии идеальной совокупности преступлений либо в отношении которых приняты иные решения, уменьшающие объем обвинения, но не исключающие его (например, осужденный при переквалификации содеянного со статьи 105 УК РФ на часть 4 статьи 111 УК РФ; осужденный за совершенные преступления в составе организованной группы, который этим же приговором оправдан по статье 210 УК РФ), а также осужденные, мера наказания которым снижена вышестоящим судом до предела ниже отбытого (пункт 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 г. №17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве»).

Как следует из материалов дела и установлено судом, 20 августа 1999 г. следователем Северобайкальской межрайонной прокуратуры возбуждено уголовное дело №44-99-472 по признакам совершения преступления, предусмотренного ст.317 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Постановлением от 20.08.1999 г. ФИО1 привлечен в качестве обвиняемого, ему предъявлено обвинение в совершении преступлений. Предусмотренных ст.317 УК РФ, ч.1 ст.105 УК РФ.

Постановлением от 20.04.2000 г. возбуждено уголовное дело № по п. «в» ч.2 ст.158 УК РФ; от 24.04.2000 г. - № по п.п. «в, г» ч.2 ст.158 УК РФ; от 27.05.2000 г. - № по ч.1 ст.105 УК РФ; от 23.06.2000 г. - № по п.п. «в, г» ч.2 ст.158 УК РФ; от 27.06.2000 г. - № по п. «а» ч.2 ст. 105 УК РФ; от 28.06.2000 г. – по п. «а» ч.2 ст.105 УК РФ; от 10.12.2000 - № по п. «в, г» ч.2 ст.158 УК РФ.

Возбужденные уголовные дела соединены в одно производство с присвоением номера уголовного дела №

Постановлением следователя Северобайкальской межрайонной прокуратуры от 15.03.2000 г. уголовное дело № прекращено в части в отношении денег А. ввиду недоказанности. Из содержания данного постановления следует, что 20.08.1999 г. по адресу <адрес> Б. на почве неприязненных отношений совершил покушение на убийство А. – наносил удары топором по голове. После этого ФИО3 с братом ФИО1 и неустановленным следствием лицом по имени «Эдик» совершили разбой в отношении Б., забрав у него автомобиль марки <данные изъяты>. При этом ФИО4, ФИО1 и «Эдик» совершили похищение А., силой заставив его сесть с ними в машину Б.. Согласно показаниям потерпевшего С.А. заявил ФИО3, что у него есть деньги, и А. водили по двору его балка. Допрошенные Б-вы показали, что денег у А. не забирали. Сам А. 20 августа убит Б-выми. «Эдик» следствием не установлен, не допрошен. Таким образом, нет достаточных данных для предъявления обвинения ФИО3 в совершении разбоя в отношении денег А..

Постановлением от 14.03.2001 г. ФИО1 привлечен в качестве обвиняемого по уголовному делу №, ему предъявлено обвинение в совершении преступлений, предусмотренных ст.213 ч.3, ст. 162 ч.3 п. «б», ст.162 ч.3 п. «в», ст.126 ч.2 п. «а, в, г», ст.222 ч.1, ст. 209 ч.1, ст. 317, ст. 105 ч.2 п. «в, ж, з, н», ст. 222 ч.2, ст. 162 ч.3 п. «б», ст. 162 ч.3 п. «б», ст.158 ч.2 п. «а, б, в, г», ст. 167 ч.1, ст. 158 ч.2 п. «а, б, в, г», ст.158 ч.3 п. «б», ст.105 ч.2 п. «б, ж, з, к, н», ст. 226 ч.4 п. «б», ст. 158 ч.3 п. «б», ст. 105 ч.2 п. «а, ж, з, к, н», ст. 162 ч.3 п. «б, в», ст.222 ч.2, ст.209 ч.2 Уголовного кодекса Российской Федерации.

При этом, из содержания постановления следует, что ФИО1 привлечен в качестве обвиняемого, ему предъявлено обвинение в совершении преступлений, предусмотренных ст. 213 ч.3, ст. 162 ч.3 п «б» (эпизод в отношении Б. ст.126 ч.2 п. «а, в, г» (в отношении А.), ст.209 ч.1, ст.317, ст.105 ч.2 п. «а, в, ж, з, к, н» (в отношении А. ст. 162 ч.3 п «а, б» (в отношении ФИО5), ст.162 ч.3 п. «а, б» (в отношении С. ст.158 ч.3 п «а» (в отношении К. ст.167 ч.1, ст.158 ч.3 п. «а» (по факту кражи в магазине «Волна»), ст. 158 ч.3 п. «а, б» (в отношении имущества М. ст. 105 ч.2 п. «б, ж, з, к, н» (в отношении М.), ст. 158 ч.3 п. «а, б» (по факту кражи имущества С., ст.105 ч.2 п. «а, ж, з, к, н» и ст.162 ч.3 п. «а, б, в» (в отношении Т.., Т. ст.209 ч.2 УК РФ.

30 марта 2001 г. заместителем прокурора Республики Бурятия утверждено обвинительное заключение по уголовному делу № по обвинению в том числе ФИО1 по ст.213 ч.3, ст. 162 ч.3 п. «б», ст.162 ч.3 п. «в», ст.126 ч.2 п. «а, в, г», ст.222 ч.1, ст. 209 ч.1, ст. 317, ст. 105 ч.2 п. «в, ж, з, н», ст. 222 ч.2, ст. 162 ч.3 п. «б», ст. 162 ч.3 п. «б», ст.158 ч.2 п. «а, б, в, г», ст. 167 ч.1, ст. 158 ч.2 п. «а, б, в, г», ст.158 ч.3 п. «б», ст.105 ч.2 п. «б, ж, з, к, н», ст. 226 ч.4 п. «б», ст. 158 ч.3 п. «б», ст. 105 ч.2 п. «а, ж, з, к, н», ст. 162 ч.3 п. «б, в», ст.222 ч.2, ст.209 ч.2 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Постановлением от 01.06.2001 г. ФИО1 привлечен в качестве обвиняемого по уголовному делу №, ему предъявлено обвинение в совершении преступлений, предусмотренных ст.213 ч.1, ст. 162 ч.3 п. «б», ст.126 ч.2 п. «а, в, г», ст.222 ч.1, ст. 209 ч.1, ст. 317, ст. 105 ч.2 п. «а, в, ж, з, к, н», ст. 222 ч.3, ст. 162 ч.3 п. «а, б», ст. 162 ч.3 п. «а, б», ст.158 ч.3 п. «а», ст. 167 ч.1, ст. 158 ч.3 п. «а», ст.158 ч.3 п. «а, б», ст. 222 ч.3, ст.105 ч.2 п. «б, ж, з, к, н», ст. 226 ч.4 п. «б», ст. 158 ч.3 п. «а, б», ст. 105 ч.2 п. «а, ж, з, к, н», ст. 162 ч.3 п. «а, б, в», ст.209 ч.2 Уголовного кодекса Российской Федерации.

27 июня 2001 г. заместителем прокурора Республики Бурятия утверждено обвинительное заключение по уголовному делу № по обвинению в том числе ФИО1 по ст.213 ч.1, ст. 162 ч.3 п. «б», ст.126 ч.2 п. «а, в, г», ст.222 ч.1, ст. 209 ч.1, ст. 317, ст. 105 ч.2 п. «а, в, ж, з, к, н», ст. 222 ч.3, ст. 162 ч.3 п. «а, б», ст. 162 ч.3 п. «а, б», ст.158 ч.3 п. «а», ст. 167 ч.1, ст. 158 ч.3 п. «а», ст.158 ч.3 п. «а, б», ст. 222 ч.3, ст.105 ч.2 п. «б, ж, з, к, н», ст. 226 ч.4 п. «б», ст. 158 ч.3 п. «а, б», ст. 105 ч.2 п. «а, ж, з, к, н», ст. 162 ч.3 п. «а, б, в», ст.209 ч.2 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Как усматривается из материалов дела уголовное дело по ст. 162 Уголовного кодекса Российской Федерации по факту совершения разбоя в отношении А. не возбуждалось, обвинение в совершении данного преступления ФИО1 не предъявлялось, соответственно мера пресечения не избиралась.

Вместе с тем, предъявленное ФИО1 обвинение в совершении в отношении А. преступления, предусмотренного ст. 105 ч.2 п. «а, в, ж, з, к, н» Уголовного кодекса Российской Федерации (в редакции, действовавшей на дату предъявления обвинения) содержало квалифицирующий признак - из корыстных побуждений или по найму, а равно сопряженное с разбоем, вымогательством или бандитизмом (п. «з» ч.2 ст.105 УК РФ).

Приговором Верховного Суда Республики Бурятия от 30.11.2001 г., с учетом принятого определения судебной коллегии по уголовным делам Верховного суда РФ от 27.03.2003 г., ФИО1 осужден по п. п. «а», «б», «ж», «к», «н» ч. 2 ст. 105 УК РФ к пожизненному лишению свободы, по п. п. «а», «в» ч. 2 ст. 166 УК РФ к 5 годам лишения свободы, по ч. 3 ст. 30, п. 4 ст. 166 УК РФ к 7 годам лишения свободы, по ч. 4 ст. 166 УК РФ к 9 годам лишения свободы, по ч. 3 ст. 166 УК РФ к 8 годам лишения свободы, по ст. 317 УК РФ к 15 годам лишения свободы, по ч. 1 ст. 222 УК РФ к 4 годам лишения свободы, по п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ к 9 годам лишения свободы, по ч. 2 ст. 222 УК РФ к 6 годам лишения свободы, по п. «б» ч. 4 ст. 226 УК РФ к 15 годам лишения свободы с конфискацией имущества. На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений назначено пожизненное лишение свободы с конфискацией имущества в исправительной колонии особого режима.

При этом, из содержания приговора следует, что вмененные следователем при раздельной квалификации убийства квалифицирующие признаки, предусмотренные п «в» по убийству А. п. «з» по всем убийствам, включая убийство А. из объема обвинения Бишаевых судом исключены, поскольку не нашли подтверждения в судебном заседании.

Из установленных по делу обстоятельств следует, что фактически приговором суда из объема обвинения ФИО1 исключен лишь квалифицирующий признак – убийство А. из корыстных побуждений или по найму, а равно сопряженное с разбоем, вымогательством или бандитизмом (п. «з» ч.2 ст.105 УК РФ).

Однако с учетом вышеприведенных норм права и их разъяснений, исключение из обвинения части эпизодов или квалифицирующих признаков судом, постановившим обвинительный приговор, само по себе не является реабилитирующим обстоятельством. Уменьшение объема обвинения в данном случае не дает право на реабилитацию. В установленном уголовно-процессуальным законом порядке право на реабилитацию за истцом не признавалось.

Иных оснований для взыскания компенсации морального вреда суд не усматривает.

Доводы об отсутствии процессуальных решений о возбуждении в отношении истца уголовного дела по п. «з» ч.2 ст.105 УК РФ и ст.162 УК РФ, о соединении указанных уголовных дел с уголовным делом №, принятии их к производству следователя суд отклоняет как несостоятельные. Оценка законности привлечения ФИО1 к уголовной ответственности дана Верховным судом Республики Бурятия в приговоре от 30.11.2001 г., в определении судебной коллегии по уголовным делам Верховного суда РФ от 27.03.2003 г.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о недоказанности истцом обстоятельств, с которыми законодатель связывает возникновение права на компенсацию морального вреда в соответствии с положениями статей 151, 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Северобайкальской межрайонной прокуратуре Республики Бурятия, прокуратуре Республики Бурятия, Министерству финансов Российской Федерации в лице Федерального казначейства Республики Бурятия о взыскании денежной компенсации морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием отказать.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Бурятия в апелляционном порядке в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме через Северобайкальский городской суд Республики Бурятия.

Судья Ю.А. Дроздова

Решение принято в мотивированной форме 29 июля 2025 года.