УИД 22RS0013-01-2025-002673-06
Дело № 2-2674/2025
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
04 июля 2025 года <...>
Бийский городской суд Алтайского края в составе:
председательствующего: Данилиной Е.Б.,
при секретаре Ксенофонтове И.А.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ООО МКК «ДЗП-Единый» о признании договора займа недействительным,
УСТАНОВИЛ:
ФИО1 обратилась в суд с иском к ООО МКК «ДЗП-Единый» о признании договора займа недействительным.
В обоснование требований указано, что в апреле 2025 года истцу стало известно о том, что между ней и ООО МКК «ДЗП-Единый» был заключен договор потребительского займа № от 08 марта 2025 года, согласно которому ответчик предоставил истцу займ в размере 17 500 руб. под 292% годовых сроком до 05 сентября 2025 года. Заем должен быть возвращен по частям согласно графику платежей, прилагаемому к договору. Истец договор потребительского займа № от 08 марта 2025 года не подписывала, денежные средства по нему не получала. 04 апреля 2025 года истец обратилась в полицию с заявлением о совершении в отношении нее действий, имеющих признаки мошенничества.
На основании изложенного, истец просит суд признать недействительным договор потребительского займа № от 08 марта 2025 года, заключенный между ФИО1 и ООО МКК «ДЗП-Единый».
Истец ФИО1 и ее представитель по доверенности ФИО2 в судебном заседании исковые требования поддержали по обстоятельствам, изложенным в исковом заявлении.
Представитель ответчика ООО МКК «ДЗП-Единый» в судебное заседание не явился, о месте и времени судебного разбирательства извещен надлежащим образом, суд полагает возможным рассмотреть дело в его отсутствие.
В письменных возражениях на исковое заявление представитель ответчика ООО МКК «ДЗП-Единый» просит в удовлетворении исковых требований отказать, поскольку после получения копии искового заявления ответчиком была проведена внутренняя проверка, по результатам которой было установлено, что договор потребительского займа № от 08 марта 2025 года был заключен третьим лицом с использованием персональных данных истца. Данные были переданы в БКИ для удаления. Требования истца удовлетворены и исполнены, необходимости в судебной защите нет.
Выслушав пояснения истца и ее представителя, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.
В судебном заседании установлено, что 08 марта 2025 года между ООО МКК «ДЗП-Единый» (займодавец) и ФИО1 (заемщик) заключен договор потребительского займа № согласно которому сумма займа составляет 17 500 руб., микрозайм подлежит возврату 05.09.2025 года, процентная ставка – 292 % годовых, размер ежемесячного платежа 3500 руб.
Спорный договор был заключен в электронном виде, посредством использования функционала сайта заимодавца в сети интернет.
Договор подписан аналогом собственноручной подписи. В качестве АСП использовался телефонный номер заемщика, на который высылался код. Уникальный код для подписания договора высылался на номер +79609429317.
Истец ФИО1 в судебном заседании указала, то +79609429317 оформлен на мужа сестры, но фактически пользуется им она с 2005 года.
04 апреля 2025 года ФИО1 обратилась в дежурную часть ОП «Заречье» МУ МВД России «Бийское» по факту мошеннических действий.
14 апреля 2025 года по факту совершения мошеннических действий в МУ МВД России «Бийское» возбуждено уголовное дело №.
14 апреля 2025 года ООО МКК «ДЗП-Единый» признано потерпевшим по уголовному делу №, поскольку 08 марта 2025 года в неустановленное дознанием время, неизвестное лицо, в неустановленном месте, путем обмана и злоупотреблением доверием оформило займ в ООО МКК «ДЗП-Единый» на имя ФИО1, тем самым причинив ООО МКК «ДЗП-Единый» материальный ущерб на сумму 11 000 руб.
Согласно сообщению МУ МВД России «Бийское», предварительное следствие по уголовному делу № приостановлено 14 мая 2025 года в связи с не установлением лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого.
Из сообщения ООО МКК «ДЗП-Единый» установлено, что договор потребительского займа № от 08 марта 2025 года был заключен третьим лицом с использованием персональных данных истца.
В соответствии со статьей 420 Гражданского кодекса Российской Федерации договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей (пункт 1).
К договорам применяются правила о двух- и многосторонних сделках, предусмотренные главой 9 данного кодекса, если иное не установлено этим же кодексом (пункт 2).
Согласно статье 153 Гражданского кодекса Российской Федерации сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.
Указание в законе на цель действия свидетельствует о волевом характере действий участников сделки.
Так, в пункте 50 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (например, гражданско-правовой договор, выдача доверенности, признание долга, заявление о зачете, односторонний отказ от исполнения обязательства, согласие физического или юридического лица на совершение сделки).
При этом сделка может быть признана недействительной как в случае нарушения требований закона (статья 168 ГК РФ), так и по специальным основаниям в случае порока воли при ее совершении, в частности при совершении сделки под влиянием существенного заблуждения или обмана (статья 178, пункт 2 статьи 179 ГК РФ).
Кроме того, если сделка нарушает установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ запрет на недобросовестное осуществление гражданских прав, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной на основании положений статьи 10 и пункта 1 или 2 статьи 168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (пункты 7 и 8 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").
Законодательством о защите прав потребителей установлены специальные требования к заключению договоров, направленные на формирование у потребителя правильного и более полного представления о приобретаемых (заказываемых) товарах, работах, услугах, позволяющего потребителю сделать их осознанный выбор, а также на выявление действительного волеизъявления потребителя при заключении договоров, и особенно при заключении договоров на оказание финансовых услуг.
Так, статьей 8 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. N 2300-1 "О защите прав потребителей" предусмотрено право потребителя на информацию об изготовителе (исполнителе, продавце) и о товарах (работах, услугах).
При этом пунктом 2 данной статьи предписано, что названная выше информация доводится до сведения потребителя при заключении договоров купли-продажи и договоров о выполнении работ (оказании услуг) способами, принятыми в отдельных сферах обслуживания потребителей, на русском языке, а дополнительно, по усмотрению изготовителя (исполнителя, продавца), на государственных языках субъектов Российской Федерации и родных языках народов Российской Федерации.
Обязанность исполнителя своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию об услугах, обеспечивающую возможность их правильного выбора, предусмотрена также статьей 10 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. N 2300-1 "О защите прав потребителей".
В пункте 44 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" разъяснено, что суду следует исходить из предположения об отсутствии у потребителя специальных познаний о свойствах и характеристиках товара (работы, услуги), имея в виду, что в силу Закона о защите прав потребителей изготовитель (исполнитель, продавец) обязан своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию о товарах (работах, услугах), обеспечивающую возможность компетентного выбора (статья 12 Закона о защите прав потребителей). При этом необходимо учитывать, что по отдельным видам товаров (работ, услуг) перечень и способы доведения информации до потребителя устанавливаются Правительством Российской Федерации (пункт 1 статьи 10 Закона о защите прав потребителей). При дистанционных способах продажи товаров (работ, услуг) информация должна предоставляться потребителю продавцом (исполнителем) на таких же условиях с учетом технических особенностей определенных носителей.
Обязанность доказать надлежащее выполнение данных требований по общему правилу возлагается на исполнителя (продавца, изготовителя).
Специальные требования к предоставлению потребителю полной, достоверной и понятной информации, а также к выявлению действительного волеизъявления потребителя при заключении договора установлены Федеральным законом от 21 декабря 2013 г. N 353-ФЗ "О потребительском кредите (займе)", в соответствии с которым договор потребительского кредита состоит из общих условий, устанавливаемых кредитором в одностороннем порядке в целях многократного применения и размещаемых в том числе в информационно--телекоммуникационной сети "Интернет" (части 1, 3, 4 статьи 5), а также из индивидуальных условий, которые согласовываются кредитором и заемщиком индивидуально, включают в себя сумму кредита; порядок, способы и срок его возврата; процентную ставку; обязанность заемщика заключить иные договоры; услуги, оказываемые кредитором за отдельную плату, и т.д. (части 1 и 9 статьи 5).
Индивидуальные условия договора отражаются в виде таблицы, форма которой установлена нормативным актом Банка России, начиная с первой страницы договора потребительского кредита (займа) четким, хорошо читаемым шрифтом (часть 12 статьи 5). Условия об обязанности заемщика заключить другие договоры либо пользоваться услугами кредитора или третьих лиц за плату в целях заключения договора потребительского кредита (займа) или его исполнения включаются в индивидуальные условия договора потребительского кредита (займа) только при условии, что заемщик выразил в письменной форме свое согласие на заключение такого договора и (или) на оказание такой услуги в заявлении о предоставлении потребительского кредита (займа) (часть 18 статьи 5).
Согласно статье 7 Федерального закона от 21 декабря 2013 г. N 353-ФЗ "О потребительском кредите (займе)" договор потребительского кредита (займа) заключается в порядке, установленном законодательством Российской Федерации для кредитного договора, договора займа, с учетом особенностей, предусмотренных данным федеральным законом (часть 1).
Договор потребительского кредита считается заключенным, если между сторонами договора достигнуто согласие по всем индивидуальным условиям договора, указанным в части 9 статьи 5 данного федерального закона. Договор потребительского займа считается заключенным с момента передачи заемщику денежных средств (часть 6).
Документы, необходимые для заключения договора потребительского кредита (займа) в соответствии с данной статьей, включая индивидуальные условия договора потребительского кредита (займа) и заявление о предоставлении потребительского кредита (займа), могут быть подписаны сторонами с использованием аналога собственноручной подписи способом, подтверждающим ее принадлежность сторонам в соответствии с требованиями федеральных законов, и направлены с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в том числе сети "Интернет". При каждом ознакомлении в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет" с индивидуальными условиями договора потребительского кредита (займа) заемщик должен получать уведомление о сроке, в течение которого на таких условиях с заемщиком может быть заключен договор потребительского кредита (займа) и который определяется в соответствии с данным федеральным законом (часть 14).
Из приведенных положений закона следует, что заключение договора потребительского кредита предполагает последовательное совершение сторонами ряда действий, в частности, формирование кредитором общих условий потребительского кредита, размещение кредитором информации об этих условиях, в том числе в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет", согласование сторонами индивидуальных условий договора потребительского кредита, подачу потребителем в необходимых случаях заявления на предоставление кредита и на оказание дополнительных услуг кредитором или третьими лицами, составление письменного договора потребительского кредита по установленной форме, ознакомление с ним потребителя, подписание его сторонами, в том числе аналогом собственноручной подписи, с подтверждением потребителем получения им необходимой информации и согласия с условиями кредитования, а также предоставление кредитором денежных средств потребителю.
Распоряжение предоставленными и зачисленными на счет заемщика денежными средствами осуществляется в соответствии со статьями 847 и 854 ГК РФ на основании распоряжения клиента, в том числе с использованием аналога собственноручной подписи.
В ходе рассмотрения настоящего дела судом установлено, что все действия по заключению договора потребительского займа и переводу денежных средств на счет третьего лица были совершены путем введения цифровых кодов, направленных банком СМС- сообщениями, тогда как в силу приведенных положений закона, заключение договора потребительского кредита предполагает последовательное совершение сторонами ряда действий: формирование кредитором общих условий потребительского кредита, размещение информации об этих условиях, согласование сторонами индивидуальных условий договора потребительского кредита и т.д.
Такой упрощенный порядок предоставления потребительского займа и распоряжения заемными средствами путем введения цифровых кодов, направленных ответчиком СМС-сообщениями, противоречит порядку заключения договора потребительского кредита, подробно урегулированному приведенными выше положениями Закона о потребительском кредите, и фактически нивелирует все гарантии прав потребителя финансовых услуг, установленные как этим федеральным законом, так и Законом о защите прав потребителей.
В частности, составление договора в письменной форме с приведением индивидуальных условий в виде таблицы по установленной Банком России форме, с указанием полной стоимости кредита, с напечатанными отметками (V) напротив строк об ознакомлении и согласии с различными условиями договора и т.п. лишено всякого смысла, если фактически все действия по предоставлению потребительского кредита сводятся к направлению микрокредитной организацией потенциальному заемщику СМС-сообщения с краткой информацией о возможности получить определенную сумму займа путем однократного введения цифрового СМС-кода.
Подписание истцом договора путем однократного введения цифрового СМС-кода в условиях отсутствия достаточного времени для оценки его условий и особенностей не доказывает надлежащее информирование истца как потребителя о предоставляемой услуге.
Кроме того, в материалах дела отсутствуют доказательства того, каким способом и в какой форме потребитель был ознакомлен с индивидуальными условиями кредитного договора, составленными по установленной Банком России форме, каким образом между сторонами были согласованы индивидуальные условия договора, учитывая, что банком в адрес истца на номер телефона были направлены только сообщения о необходимости подтвердить согласие на обработку персональных данных, получение кредитного отчета и подачу заявки на кредит, а также сведения о перечислении денежных средств на счет истца.
Какие-либо либо сведения о направлении истцу индивидуальных условий договора потребительского займа, отчета, до предоставления займа, в материалах дела отсутствуют.
Действующим гражданским законодательством, основанным на принципе диспозитивности, предусмотрено, что гражданские права и обязанности возникают на основании соответствующего волеизъявления лица, которое должно быть выражено способом, не вызывающим сомнения в его наличии и в действительности его выражения надлежащим лицом.
Указанная хронология взаимодействия, в совокупности с последующими действиями истца по обращению в правоохранительные органы с заявлением по факту совершения мошеннических действий, а также доводы истца об отсутствии воли на оформление займа и распоряжение денежными средствами, свидетельствует о том, что истец не имел намерений и не выражал волеизъявления на заключение спорного договора, договор заключен вопреки его воли и интересам, и не повлек для него положительного правового эффекта.
При немедленном перечислении ответчиком денежных средств третьему лицу само по себе не означает, что денежные средства были предоставлены именно заемщику.
В то время как ответчик, исходил только из формального соблюдения порядка подписания договора, и не убедился, что намерение заключить договор исходит от надлежащего лица. В рассматриваемом случае риск последствий заключения договора, который подписан от имени заемщика неустановленным лицом, в том числе, электронной подписью путем введения неперсонифицированного пароля, несет ответчик, а не лицо, которое не выражало своей воли на заключение договора.
Указанное вытекает из предпринимательских рисков, связанных с деятельностью микрофинансовых организаций, и возлагает на них последствия таких рисков, который в своих интересах должен принять меры для предотвращения несанкционированного использования кодов, паролей в качестве аналога собственноручной подписи.
Таким образом, доказательств того, что именно истец обратился за получением займа и получил денежные средства не представлено, с учетом установленных фактических обстоятельств по оформлению займа и перевода денежных средств на счет третьего лица.
В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.
При должной степени осмотрительности и предосторожности со стороны ответчика, применительно к положениям статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации и частями 5 и 5.3 статьи 8 Федерального закона от 27 июня 2011 г. N 161-ФЗ "О национальной платежной системе" позволяли оператору по переводу денежных средств, с учетом интересов потребителя и обеспечения безопасности дистанционного предоставления услуг усомниться в наличии согласия клиента на распоряжение денежными средствами путем перевода денежных средств в короткий период времени после получения кредита на счета, держателем которых истец не являлась, и осуществить приостановление операции, с последующим запросом у клиента подтверждения возобновления исполнения распоряжения.
В Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации, N 1 (2019), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 24 апреля 2019 г., указано, что согласно статье 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности могут порождаться как правомерными, так и неправомерными действиями.
Заключение договора в результате мошеннических действий является неправомерным действием, посягающим на интересы лица, не подписывавшего соответствующий договор, и являющегося применительно к статье 168 (пункт 2) Гражданского кодекса Российской Федерации третьим лицом, права которого нарушены заключением такого договора.
Из письменных пояснений представителя ответчика следует, что после получения копии искового заявления ответчиком была проведена внутренняя проверка, по результатам которой было установлено, что договор потребительского займа № от 08 марта 2025 года был заключен третьим лицом с использованием персональных данных истца. Данные были переданы в БКИ для удаления. Требования истца удовлетворены и исполнены, необходимости в судебной защите нет.
Данные действия были совершены ответчиком после обращения истца в суд.
Оценив представленные по делу доказательства в их совокупности, суд исходит из того, что данный договор был оформлен третьим лицом с использованием персональных данных истца ФИО1, истцом не подписывался, ею не заключался, а также не соответствует действительной воле истца.
При этом суд учитывает, что аннулирование действия договор потребительского займа ответчиком ООО МКК «ДЗП-Единый» не является признанием обществом спорного договора недействительным.
С учетом изложенного, договор займа № от 08 марта 2025 года, заключенный между ООО МКК «ДЗП-Единый» и ФИО1, является недействительным.
Следовательно, исковые требования ФИО1 подлежат удовлетворению.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО1 удовлетворить.
Признать недействительным договор займа № от 08 марта 2025 года, заключенный между ООО МКК «ДЗП-Единый» и ФИО1.
На решение может быть подана апелляционная жалоба в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме в Алтайский краевой суд через Бийский городской суд Алтайского края.
Судья Е.Б. Данилина
Мотивированное решение составлено 11 июля 2025 года.