Решение по делу № 2-1505/2021 от 17.11.2022 - о признании случая профессионального заболевания страховым и назначении страховых выплат.

Дело №2-200/2022 (2-1505/2021)

(24RS0040-02-2021-001483-41)

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г.Норильск 17 ноября 2022 г.

Норильский городской суд (в районе Талнах) Красноярского края в составе председательствующего судьи Григорица С.Н.,

при помощнике судьи Алеевой Н.А.,

с участием прокурора Шовиковой Л.В.,

представителя ответчика (третьего лица) Управления Роспотребнадзора по Красноярскому краю ФИО1,

представителя третьего лица ПАО «ГМК «Норильский никель» ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело №2-200/2022 по иску Государственного учреждения – Красноярского регионального отделения Фонда социального страхования Российской Федерации в лице филиала №14 к Управлению Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Красноярскому краю, КГБУЗ «Норильская межрайонная поликлиника №», ФБУН «Северо-Западный научный центр гигиены и общественного здоровья» о признании недействительными извещений об установлении предварительного и заключительного диагнозов хронического профессионального заболевания, санитарно-гигиенической характеристики условий труда и акта о случае профессионального заболевания в отношении ФИО4,

объединенное с гражданским делом №2-1521/2021 по иску ФИО4 в лице представителя ФИО5 к Государственному учреждению – Красноярскому региональному отделению Фонда социального страхования Российской Федерации о признании случая профессионального заболевания страховым и назначении страховых выплат,

установил:

Государственное учреждение - Красноярское региональное отделение Фонда социального страхования РФ (далее также – ГУ-КРО ФСС РФ) в лице филиала №14 обратилось в суд с исковым заявлением к Управлению Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Красноярскому краю, КГБУЗ «Норильская городская поликлиника №2», ФБУН «Северо-Западный научный центр гигиены и общественного здоровья», в котором просит признать недействительными: извещения ФБУН «Северо-Западный научный центр гигиены и общественного здоровья» (далее также - ФБУН «СЗНЦ гигиены и общественного здоровья») от 12 сентября 2019 г. №50 об установлении предварительного диагноза хронического профессионального заболевания и от 04 марта 2020 г. № об установлении заключительного диагноза хронического профессионального заболевания ФИО6, акт о случае профессионального заболевания ФИО6 от 12 февраля 2021 г. и санитарно-гигиеническую характеристику условий труда работника № от 22 октября 2019 г., мотивируя следующим.

ФИО6 обратился в филиал № ГУ-КРО ФСС РФ за назначением и выплатой страхового обеспечения в связи с имеющимся профессиональным заболеванием. Одним из документов, являющемся основанием для назначения обеспечения по страхованию, является Акт о случае профессионального заболевания. Истец полагает, что представленный Акт, а также санитарно-гигиеническая характеристика условий труда содержат недостоверные сведения об условиях труда ФИО6 и подлежат признанию недействительными. В соответствии с п.17 акта о случае профессионального заболевания ФИО6 с 10 января 2008 г. по 26 сентября 2010 г. работал <данные изъяты> Согласно медицинским заключениям при прохождении периодических медицинских осмотров КГБУЗ «Краевая клиническая больница» в 2015 г., в КГБУЗ «Норильской городской поликлиникой №» с 2016-2019 г.г. противопоказания не выявлены, признавался годным в своей профессии. При самостоятельном обращении в ФБУН «СЗНЦ гигиены и общественного здоровья» извещением от 12 сентября 2019 г. № ФИО6 установлен предварительный диагноз хронического профессионального заболевания: «<данные изъяты> а извещением от 04 марта 2020 г. № вынесен заключительный диагноз: <данные изъяты> Вызывает сомнение тот факт, что за такой короткий период времени между датой периодического медицинского осмотра, по результатам которого не было выявлено противопоказаний (11 июня 2019 г.) и датами установления предварительного (12 сентября 2019 г.), а затем и заключительного диагноза (04 марта 2020 г.) профессионального заболевания возникло хроническое профессиональное заболевание, и ФИО6 стал нетрудоспособен в своей профессии. Ставится под сомнение обоснованность диагноза заболевания ФИО6, а также наличие связи заболевания с профессией. Необходимо отметить, что при установлении диагноза профессионального заболевания работнику были нарушены требования п.16 приказа Минздрава России от 13 ноября 2012 г. №н «Об утверждении порядка оказания медицинской помощи при острых и хронических профессиональных заболеваниях», поскольку в соответствии с п.1 приказа Минздрава Красноярского края от 12 мая 2015 г. №-орг при установлении в качестве предварительного диагноза наличия у пациента хронического профессионального заболевания медицинское учреждение здравоохранения обязано направить такого пациента на обследование в Краевой центр профпатологии КГБУЗ «Краевая клиническая больница». Кроме того, Акт о случае профзаболевания ФИО6 содержит недостоверные сведения об условиях труда работника, так как содержит отсылку к Картам АРМ, Картам СОУТ и протоколам измерений, не относящимся к рабочему месту работника, ввиду чего вывод п.18 Акта о причинах профессионального заболевания не может являться объективным, так как построен на данных, не имеющих отношения к рабочему месту ФИО6, что свидетельствует о недостоверности данных, изложенных в Акте, а выводы в нем являются необоснованными и не подтверждены документально. То есть в обжалуемом Акте содержатся недостоверные сведения, повлиявшие на вывод о том, что у работника имелись вредные производственные факторы, которые привели к возникновению профессионального заболевания. Поскольку между условиями труда работодателя и установленным работнику диагнозом профессионального заболевания отсутствует причинно-следственная связь, Акт не может считаться законным и как следствие являться основанием для получения ФИО6 страховых выплат от государства. В п.5 СГХ все протоколы замеров приведены общим списком, без конкретизации, в каких из указанных протоколов фактически были превышения ПДУ по локальной, общей вибрации, тяжести трудового процесса, а в каких данные превышения отсутствовали. Указание в СГХ на превышение ПДУ по указанным параметрам без уточнения периода является некорректным и делает невозможным установление достоверной продолжительности воздействия данных неблагоприятных факторов на работника. Указанное некорректное отражение сведений нарушает требование п.6 Инструкции по составлению СГХ работника при подозрении у него профессионального заболевания, утвержденной Приказом Роспотребнадзора от 31 марта 2008 г. № о том, что количественная характеристика вредного фактора производственной среды должна быть представлена в динамике за максимально возможный период работы в данной профессии. Данное нарушение является существенным, поскольку при экспертизе наличия/отсутствия связи заболевания с профессией оценивается как интенсивность, так и продолжительность воздействия каждого вредного фактора на работника. Считают, что выводы о том, что у ФИО6 имеется профессиональное заболевание, носят преждевременный характер, противоречат медицинским документам, а потому не могут являться убедительными и положенными в основу акта. В связи с установленными обстоятельствами, письмом ФИО6 разъяснено, что правовых оснований для назначения ему единовременной и ежемесячной страховых выплат не имеется (т.1 л.д.4-11).

ФИО6 в лице представителя ФИО5, действующей на основании доверенности № от 02 июня 2021 г. (т.1 л.д. 138-139, 235-236), обратился с исковым заявлением, в котором просит признать его право на обеспечение по социальному страхованию в связи с профессиональным заболеванием, повлекшим утрату 40% профессиональной трудоспособности, полученным в период работы в ЗФ ПАО «ГМК «Норильский никель»; обязать ГУ-КРО ФСС РФ филиал №14 назначить истцу ФИО6 единовременную и ежемесячные страховые выплаты с последующей индексацией в соответствии с действовавшим на дату наступления страхового случая законодательством, мотивируя следующим.

ФИО6 работал с <данные изъяты> В период работы истцом было приобретено профессиональное заболевание, появились признаки ухудшения здоровья, в связи с чем регулярно обращался за медицинской помощью, в том числе в 2019 г. проходил обследование в отделении профпатологии ФБУН «СЗНЦ гигиены и общественного здоровья», КДЦ ГБУЗ МО «МОНИКИ им ФИО13», где был установлен предварительный диагноз профессиональных заболеваний «<данные изъяты> При повторном обследовании установлен основной диагноз <данные изъяты> 12 февраля 2021 г. Главным государственным санитарным врачом по <адрес> ФИО14 утвержден акт о случае профессионального заболевания в отношении ФИО6 Данный акт подписали: начальник территориального отдела Роспотребнадзора по <адрес> в <адрес>, главный государственный санитарный врач по <адрес> и Таймырскому Долгано-Ненецкому муниципальному району, начальник отдела надзора за условиями труда Управления Роспотребнадзора по <адрес>, ведущий специалист – эксперт территориального отдела Роспотребнадзора по <адрес> в <адрес>, председатель первичной профсоюзной организации рудников «Комсомольский», «Скалистый», «Маяк» ЗФ ПАО «ГМК «Норильский ФИО8». И.о. главного врача КГБУЗ «Норильская ГП №» подписал данный акт с особым мнением. Начальник отдела страхования профессиональных рисков филиала № ГУ-КРО ФСС РФ, и.о. зам.директора – главного инженера рудника «Комсомольский» ЗФ ПАО «ГМК «Норильский никель», начальник отдела промышленной безопасности и охраны труда рудника «Комсомольский» Департамента промышленной безопасности и охраны труда ЗФ ПАО «ГМК «Норильский никель» от подписи акта отказались, предоставив письменное возражение. В мае 2021 г. обратился с в филиал № ГУ–КРО ФСС РФ с заявлением о назначении единовременной и ежемесячной выплат в связи с наступления страхового случая профессионального заболевания. Однако, получен отказ в назначении страховых выплат, в связи с чем в адрес ФСС РФ и ГУ-КРО ФСС РФ была направлена жалоба с требованием об отмене полученного отказа и назначении страховых выплат. Согласно полученному ответу в удовлетворении жалобы отказано в связи с тем, что вопрос о назначении страховых выплат может быть решен в судебном порядке с проведением дополнительных мероприятии (т.1 л.д. 101-111, 166).

Определением суда от 05 октября 2021 г. гражданские дела, возбужденные по вышеуказанным искам, объединены в одно производство (т.1 л.д.163-164).

В порядке ст.44 ГПК РФ в связи с реорганизацией КГБУЗ «Норильская городская поликлиника №» путем слияния в КГБУЗ «Норильская межрайонная поликлиника №» суд 31 октября 2022 г. заменил ответчика (третье лицо) КГБУЗ «Норильская межрайонная поликлиника №» на его правопреемника КГБУЗ «Норильская межрайонная поликлиника №» (т.4 л.д.197).

Представитель истца (ответчика) ГУ-КРО ФСС РФ ФИО7, действующая на основании доверенности № от 27 декабря 2021 г. (т.4 л.д.224), в судебное заседание не явилась, в письменном заявлении от 10 ноября 2022 г. просит провести судебное заседание без участия представителя истца (ответчика), на исковых требованиях ГУ-КРО ФСС РФ настаивает, в удовлетворении исковых требований ФИО6 просит отказать (т.4 л.д.223).

Представитель ответчика (третьего лица) Управления Роспотребнадзора по Красноярскому краю ФИО1, действующая на основании доверенности № от 11 октября 2022 г. (т.4 л.д.231), в судебном заседании просила в удовлетворении исковых требований ГУ-КРО ФСС РФ отказать, исковые требования ФИО6 удовлетворить по доводам, изложенным в письменных возражениях, приобщенных ранее к материалам дела. Считает, что СГХ и Акт о случае профессионального заболевания законны и обоснованны, были составлены в рамках законодательства.

Ранее 03 ноября 2021 г. от представителя ответчика (третьего лица) Управления Роспотребнадзора по Красноярскому краю ФИО1 поступили возражения на исковое заявление (т.1 л.д.189-195), в которых она указывает также на то, что в соответствии с лицензией на осуществление медицинской деятельности №, выданной 05 октября 2017 г., ФБУН «СЗНЦ гигиены и общественного здоровья» Роспотребнадзора, Центр профпатологии в Северо-Западном федеральном округе <адрес> является медицинской организацией, имеющей право на проведение экспертизы связи заболевания с профессией. Следовательно, заключительный диагноз профессионального заболевания ФИО6 установлен медицинской организацией, являющейся уполномоченным учреждением по решению вопросов формирования профессиональной патологии, профессиональной пригодности и связи заболеваний с профессией, по проведению обследования и лечения пациентов с профессиональными заболеваниями. Акт расследования подготовлен, оформлен и утвержден в полном соответствии с требованиями действующих в указанной сфере Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденного постановлением Правительства РФ от 15 декабря 2000 года № (далее также – Положение №), и Инструкции о порядке применения Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденной приказом Министерства здравоохранения РФ от 28 мая 2001 г. № (далее также – Инструкция №). В указанных нормативных документах отсутствуют какие-либо положения о запрете утверждения председателем комиссии акта расследования при наличии письменных возражений отдельных членов комиссии по расследованию. Уполномоченными должностными лицами Управления Роспотребнадзора по <адрес>, входящими в состав комиссии по расследованию случая профессионального заболевания работника ФИО6, были выполнены все возможные зависящие от них действия в рамках проведенного расследования, на основании имеющихся и представленных, в том числе и работодателем, документов и фактических сведений об условиях труда заболевшего работника. Основания, которые бы ставили под сомнение законность и обоснованность комиссионно установленного 04 марта 2020 г. в уполномоченном медицинском учреждении ФБУН «СЗНЦ гигиены и общественного здоровья» Роспотребнадзора заключительного диагноза профессионального заболевания у работника ФИО6, у Управления Роспотребнадзора по <адрес> отсутствовали. Не имеется таких оснований и в настоящее время. Наличие письменных возражений отдельных членов комиссии по вопросу о профессиональном заболевании не свидетельствовало о незавершенности расследования такого заболевания. Председателем комиссии, обоснованно посчитавшим, что цели и задачи расследования достигнуты, было принято 12 февраля 2021 г. решение об утверждении акта о случае профессионального заболевания работника ФИО6 Доводы, ставящие под сомнение предварительный диагноз профессионального заболевания, являются необоснованными, какими-либо доказательствами не подтверждены и к рассматриваемому делу отношения не имеют. Предварительный диагноз профзаболевания ФИО6 установлен ФБУН «СЗНЦ гигиены и общественного здоровья» Роспотребнадзора. Решение об установлении ФИО6 предварительного диагноза профессионального заболевания никем не отменено и заинтересованными лицами, в том числе работодателем и Учреждением, не обжаловалось. Стаж работы в условиях воздействия неблагоприятных производственных факторов, которые могли вызвать у ФИО6 профессиональное заболевание, составляет 11 лет 11 месяцев 08 дней, в том числе <данные изъяты> что свидетельствует о наличии условий для возникновения патологии профессионального характера на рабочем месте ФИО6 СГХ от 22 октября 2019 г. № кем-либо не обжаловалась, дополнений, изменений, возражений, иных уточнений к ней со стороны заинтересованных лиц представлено не было. Решение комиссии ФБУН «СЗНЦ гигиены и общественного здоровья» об установлении 03 марта 2020 г. заключительного диагноза хронического профессионального заболевания «<данные изъяты> (извещение №), работодателем, Учреждением, иными лицами не обжаловалось, никем не уточнялось, не изменялось и не отменялось, принято по результатам непосредственного обследования работника ФИО6, исследования и анализа представленной и полученной медицинской и иной документации, в том числе и об условиях его труда в ЗФ ПАО «ГМК « Норильский никель». Доказательств того, что ФИО6 получил профессиональное заболевание до приема на работу в ЗФ ПАО «ГМК «Норильский никель», <данные изъяты> истцом не представлено. Напротив, имеются неопровержимые доказательства того, что ФИО6 получил установленное ему уполномоченной и компетентной медицинской организацией профессиональное заболевание во время выполнения им трудовых обязанностей в должности <данные изъяты>» в ОАО «ГМК «Норильский никель», в должности <данные изъяты> при воздействии ряда вредных производственных факторов. Возникновение, развитие профзаболевания произошло у ФИО6 в течение его длительной трудовой деятельности ЗФ ПАО «ГМК «Норильский никель». Просят полностью отказать ГУ-КРО ФСС РФ в удовлетворении исковых требований.

Представитель ответчика (третьего лица) КГБУЗ «Норильская межрайонная поликлиника №1» ФИО10 в судебное заседание не явилась, в письменном ходатайстве от 17 ноября 2022 г. просит рассмотреть гражданское в отсутствие ответчика (т.4 л.д.225), отзыва или возражений на иски не представила.

Ответчик (третье лицо) ФБУН «Северо-Западный научный центр гигиены и общественного здоровья» (далее также - ФБУН «СЗНЦ гигиены и общественного здоровья») своего представителя в судебное заседание не направил, о дне, времени и месте рассмотрения дела был уведомлен судом надлежащим образом.

Врио директора ФБУН «СЗНЦ гигиены и общественного здоровья» ФИО11 20 сентября 2021 г., 05 октября 2021 г. представил письменный отзыв на исковое заявление (т.1 л.д. 87-88, 93-96), в котором просит отказать в удовлетворении искового заявления ГУ-КРО ФСС РФ в полном объеме, выражает несогласие с доводами искового заявления, мотивируя тем, что истец не привел конкретного обоснования того, какими действиями ответчика были нарушены требования п.16 Приказа Минздрава России от 13 ноября 2012 г. №. ФБУН «СЗНЦ гигиены и общественного здоровья» в соответствии с лицензией на медицинскую деятельность № от 05 октября 2017 г. имеет право оказывать медицинскую помощь по профилю «профпатология», а так же проводить экспертизу связи заболевания с профессией, является центром профессиональной патологии, уполномоченным на оказание медицинской помощи при острых и хронических профессиональных заболеваниях в соответствии с п.3 Приказа №. Ответчик наделен полномочиями на установление как предварительного, так и заключительного диагнозов профессионального заболевания и на выдачу соответствующих извещений. Нормативно-правовыми актами РФ в области расследования профессиональных заболеваний не установлен запрет на обращение в центры профессиональной патологии за установлением предварительного диагноза профессионального заболевания. Нормативно-правовыми актами Правительства РФ, министерств и ведомств федерального уровня не установлено никаких ограничений и запретов по территориальному принципу в части обращения за медицинской помощью в области профпатологии. То обстоятельство, что и предварительный, и заключительный диагнозы профессионального заболевания были поставлены ФИО6 во ФБУН «СЗНЦ гигиены и общественного здоровья», само по себе не противоречит ни п.16 Приказа №, ни требованиям Положения №, ни требованиям Приказа Минздрава РФ № от 28 мая 2001 г. Пациенты направляются в ФБУН «СЗНЦ гигиены и общественного здоровья» (центр профессиональной патологии) для обследования и проведения экспертизы связи заболевания с профессией различными медицинскими учреждениями. Работник Заполярного филиала ПАО «ГМК «Норильский никель» ФИО12 оглы при поступлении в центр предъявил направление из ГБУЗ <адрес> «<адрес> научно-исследовательский клинический институт им. ФИО13». На базе стационарного отделения профпатологии ФБУН «СЗНЦ гигиены и общественного здоровья» пациент проходил углубленное клинико-инструментальное обследование в соответствии с действующими в РФ протоколами и стандартами оказания медицинской помощи. Заключительный диагноз профессионального заболевания ФИО6 был установлен решением врачебной комиссии № от 03 марта 2020 г. на основании профессионального маршрута: <данные изъяты> - виброопасная профессия; длительного стажа работы в контакте с общей вибрацией, превышающей ПДУ - по данным СГХ условий труда № от 22 октября 2019 г.; анамнеза заболевания: <данные изъяты>, содержатся в представленных пациентом при обследовании амбулаторных картах; результатов углубленного клинико-инструментального обследования - все клинические проявления заболевания нашли свое подтверждение инструментальными методами диагностики; динамического наблюдения во ФБУН «СЗНЦ гигиены и общественного здоровья». Отсутствие медицинских противопоказаний по результатам медицинских осмотров не является аргументом в пользу непрофессионального генеза заболевания: это может быть результатом низкого качества проводимых осмотров или же обусловлено особенностями законодательства по определению профессиональной пригодности. Наличие клинических проявлений вибрационной болезни (полиневритического и периферического ангиодистонического синдромов) по нормативным актам на момент проведения указанного медосмотра не трактовалось как противопоказание для выполнения виброопасных работ. Поэтому заключение об отсутствии противопоказаний к продолжению работ в контакте с вибрацией не свидетельствует об отсутствии у работника признаков профессиональной патологии. Экспертиза связи заболевания с профессией и экспертиза профессиональной пригодности - принципиально разные процедуры как с клинической, так и с правовой точек зрения. Объем исследований и возможности выявления умеренно выраженных форм профессиональной патологии при обследовании больного в ФБУН «СЗНЦ гигиены и общественного здоровья» были существенно выше, чем на обычном периодическом медицинском осмотре с целью определения профессиональной пригодности. При обращении во ФБУН «СЗНЦ гигиены и общественного здоровья» больному были выполнены такие высокоинформативные диагностические исследования, как стимуляционная электронейромиография, исследование вибрационной чувствительности на всем спектре частот, тепловизионное исследование, расширенные рентгенологические исследования, которые не входили в программу обычных периодических медицинских осмотров. Дополнительно во время плановых обходов, а также на заседании врачебной комиссии врачами-специалистами проанализированы представленные результаты ранее выполненных лабораторных и инструментальных исследований, специализированных методов исследования, выполненные во время данной госпитализации, что не входит в программу обычных периодических медицинских осмотров, а в представленной СГХ № от 22 октября 2019 г., полученной установленным порядком от Управления Роспотребнадзора по <адрес>, также содержатся все необходимые и достаточные для установления заключительного диагноза профессионального заболевания данные, не доверять которым у врачей-специалистов (членов врачебной комиссии) отсутствовали какие-либо основания.

Третье лицо (истец) ФИО6 в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, доверил свои полномочия ФИО5 на основании доверенности (т.1 л.д.138-139).

Представитель третьего лица (истца) ФИО6 – ФИО5, действующая на основании доверенности № от 02 июня 2021 г. (т.1 л.д.138-139, 235-236), в судебном заседании не участвовала ввиду занятости в ином судебном заседании, назначенном ранее, извещена надлежащим образом; в письменном дополнении к возражениям на иск ГУ-КРО ФСС РФ (т.4 л.д.212-213) против рассмотрения дела в свое отсутствие и в отсутствие истца не возражает, просит исковые требования ФИО6 удовлетворить, в удовлетворении исковых требований ГУ-КРО ФСС РФ отказать в полном объеме, назначить по делу повторную экспертизу, выразив несогласие с проведенной по делу судебной экспертизой.

15 ноября 2021 г. представитель третьего лица (истца) ФИО6 – ФИО5 представила письменные возражения на исковое заявление иску ГУ–КРО ФСС РФ в лице филиала №14 (т.1 л.д.204-210), в которых указала, что процедура расследования профессионального заболевания в отношении ФИО6 проведена надлежащим образом, профессиональное заболевание установлено специальным органом в пределах предоставленной компетенции, ФБУН «Северо-Западный научный центр гигиены и общественного здоровья» Роспотребнадзора является научной медицинской организацией, одним из основных видов деятельности которой является дача заключений о профессиональном характере заболевания, возникшего от воздействия вредных факторов, составление медицинских заключений и направление извещений об установлении заключительного диагноза острого или хронического профессионального заболевания (отравления), его уточнении или отмене. Согласно п.5 Санитарно-гигиенической характеристики условий труда (далее также – СГХ) № от 22 октября 2019 г. уровни вредных производственных факторов приведены в соответствии с картами аттестации рабочих мест по условиям труда, с актами замеров вредных производственных вредностей. Ранее санитарно-гигиеническая характеристика условий ФИО6 не оспаривалась. Оценка условий труда ФИО6 дана Управлением Роспотребнадзора по Красноярскому краю при составлении СГХ, в которой указано на наличие более 12-летнего стажа его работы в условиях воздействия вредных производственных факторов, влияющих на возникновение профессиональных заболеваний. Факт повреждения здоровья ФИО6 подтвержден извещением об установлении заключительного диагноза профессионального заболевания, в котором установлено, что вредными производственными факторами и причиной, вызвавшей профессиональные заболевания, являются вибрация, тяжесть трудового процесса. Медицинские документы ФИО6 не содержат доказательств того, что при приеме его на работу в ОАО «ГМК «Норильский никель» он страдал <данные изъяты>, как и нет доказательств тому, что данное заболевание возникло у него по иным причинам, не связанным с его работой во вредных условиях труда. По своей правовой силе и предназначению акт о случае профессионального заболевания не устанавливает и не отменяет диагноза профессионального заболевания, а лишь устанавливает и подтверждает причинно-следственную связь этого заболевания с вредными условиями труда, длительностью и интенсивностью их воздействия по месту работы заболевшего лица, поэтому не может нарушать права и законные интересы ГУ-КРО ФСС РФ. Как следует из содержания СГХ ФИО6, работодателем предоставлялись соответствующие документы, в том числе результаты производственного контроля, аттестации рабочих мест, а также исследований вредных факторов производственной среды и трудового процесса. Длительный стаж работы в условиях перегрузки и вибрации безусловно приводит к накоплению соответствующего эффекта, что также подтверждается результатами медицинского освидетельствования в ФКУ «ГБ МСЭ по <адрес>» Бюро МСЭ № об установлении ФИО6 40% утраты профессиональной трудоспособности, которое не оспаривалось и не признавалось недействительным. Ни ФИО6, ни ПАО «ГМК «Норильский никель» не представляли возражений по утвержденной СГХ ФИО6 Право на подачу возражений предоставлено только работнику и работодателю, между тем такое право территориальным отделениям ФСС РФ не предоставлено, поскольку данное учреждение не является субъектом этих правоотношений. Права Фонда социального страхования РФ санитарно-гигиенической характеристикой условий труда работника не затрагиваются, а потому и не могут быть нарушенными.

Представитель третьего лица ПАО «ГМК «Норильский никель» ФИО3, действующая на основании доверенности № от 11 мая 2021 г. (т.4 л.д.230), в судебном заседании выразила согласие с исковыми требованиями ГУ-КРО ФСС РФ, просила их удовлетворить в полном объеме, обратив внимание суда на отсутствие у ФИО6 заключительного и предварительного диагноза профессионального заболевания, а также несоответствие СГХ Акту и документам, которые содержатся в Акте, на что обращают внимание эксперты в заключении; поддержала письменное дополнение от 17 ноября 2022 г. (т.4 л.д.226-229) к отзыву на иск, в котором выражает согласие с выводами проведенной по делу судебной экспертизы и указывает на то, что, поскольку Акт и СГХ содержат недостоверные сведения об обстоятельствах и причинах возникновения у ФИО6 профессионального заболевания, то данные документы должны быть признаны судом недействительными, а расследование случая профессионального заболевания работника должно быть возобновлено. Поскольку извещение явилось основанием для расследования диагноза профессионального заболевания ФИО6 и утверждения Акта, то его изменение или отмена влечет аннулирование результатов расследования и, как следствие, принятие решения о признании Акта недействительным. Указанные в п.25 Положения № от 15 декабря 2000 г. документы входят в единый перечень документов, необходимых для принятия решения по расследованию случая профессионального заболевания, и не должны противоречить друг другу, иначе исключается возможность надлежащим образом установить обстоятельства и причины профессионального заболевания работника.

13 января 2022 г. от представителя третьего лица ПАО «ГМК «Норильский никель» ФИО15 поступил письменный отзыв на исковое заявление ГУ-КРО ФСС РФ (т.2 л.д.28-33), в котором ПАО «ГМК «Норильский никель» (далее также - Компания, Работодатель) считает, что требования Истца являются обоснованными и подлежат удовлетворению в полном объеме, по следующим основаниям: СГХ включает в себя недостоверные сведения об условиях труда ФИО6, заболевание, указанное в извещении об установлении заключительного диагноза, не могло развиться в соответствии с фактическими условиями труда работника и не является профессиональным, Акт о случае профессионального заболевания является недостоверным, поскольку содержит некорректные и неполные данные об условиях труда, ввыводы о причинно-следственной связи заболевания с профессией, указанные в Акте, являются необоснованными и противоречат фактическим обстоятельствам. Общий стаж работы ФИО6 составляет 12 лет б месяцев 7 дней, в соответствии с СГХ стаж работника во вредных условиях труда, которые могли вызвать профзаболевание, составляет 11 лет 11 месяцев 8 дней. Однако документально подтвержденный стаж работы работника в Компании с превышением предельно допустимого уровня общей вибрации в Компании составляет всего 3 года. На рабочем месте ФИО6 <данные изъяты> (2008-2010 годы) превышения ПДУ по общей вибрации отсутствуют (имеют место быть превышения по локальной вибрации). С 2010 года за период работы <данные изъяты> превышения по общей вибрации встречаются только в 2012, 2016-2017 годах. В иные периоды - 2010-2011, 2013-2015, 2018-2020 годы - превышения по общей вибрации не выявлены. При наличии такого незначительного периода работы с минимальным превышением фактора общей вибрации, а также отсутствием противопоказаний вероятность развития профессионального заболевания «<данные изъяты>» является минимальной. Истец является лицом, имеющим право обжаловать СГХ, Акт и извещение об установлении диагноза профессионального заболевания. Оспаривание СГХ возможно при обжаловании Акта о случае профессионального заболевания после завершения расследования, поскольку содержание и выводы Акта, как правило, дублируют СГХ. Документы контроля вредных производственных факторов, указанные в п.5 СГХ и п.17 Акта, либо не относятся к условиям труда ФИО6, либо не подтверждают установленные превышения ПДУ и (или) период воздействия вредных производственных факторов. В п.5 СГХ и в п.17 Акта дублируются следующие документы: карта специальной оценки условий труда (далее - карта СОУТ) №18 за 2016 год, сборники протоколов № от 26 июня 2017 г., № от 06 декабря 2018 г. Кроме того, в п.5 СГХ указаны карты аттестации рабочего места (далее - карта АРМ) №, № за 2009 год; карты СОУТ №, № за 2016 год, протоколы № от 09 декабря 2008 г., за октябрь-ноябрь 2010 года, апрель-май 2011 года, март-апрель 2012 года, март-апрель 2013 года, сентябрь-октябрь 2016 года, сборники протоколов № от 09 июля 2014 г., № от 29 июля 2015 г., № от 03 ноября 2016 г., № от 22 декабря 2017 г. В п.17 Акта указываются карта АРМ №4 за 2009 год, сборник протоколов № от 06 мая 2019 г., протокол № от 07 февраля 2020 г. В СГХ допущена опечатка: вместо протокола № от 09 декабря 2008 г. указан протокол № № от 09 декабря 2008 г. Данный протокол не относится к работнику, поскольку составлен по тресту «Норильскшахтстрой» ЗСК, в котором работник не работал. Карты АРМ № за 2009 год, карты СОУТ № за 2016 год также не относятся к работнику, поскольку составлены по иным производственным подразделениям, в которых работник не работал: Карта АРМ №4 за 2009 год <данные изъяты>; Карта АРМ №2 за 2009 год - <данные изъяты> карта АРМ № за 2009 год - <данные изъяты> Карта СОУТ № за 2016 год - <данные изъяты> Карта СОУТ №11 за 2016 год - <данные изъяты> Применение карт СОУТ №, № за 2016 год к описанию условий труда работника некорректно, поскольку отсутствует СНИЛС работника, лист ознакомления. Картой СОУТ работника является карта №11 за 2016 год. Согласно протоколам за октябрь-ноябрь 2010 года, апрель-май 2011 года, март- апрель 2013 года, сборникам протоколов № от 09 июля 2014 г., № от 29 июля 2015 г., № от 06 декабря 2018 г., № от 06 мая 2019 г., протоколу № от 07 февраля 2020 г. по общей вибрации превышения на рабочем месте ФИО6 не выявлены. Таким образом, период воздействия вредных производственных факторов, указанный в п.3.3 СГХ и в п.9 Акта на рабочем месте ФИО6, не подтверждается. ТО РПН необоснованно проигнорировал относящиеся к руднику «Комсомольский» документы для оценки условий труда работника и не включил их в п.5 СГХ и п.17 Акта. Вышеуказанные документы контроля вредных производственных факторов не относятся к документам об условиях труда ФИО6 и (или) не свидетельствуют о длительном характере превышений на рабочем месте, следовательно, СГХ не может достоверно подтверждать условия труда работника. Отсутствие документального подтверждения обстоятельств, установленных в СГХ и, как следствие, в Актах о случае профессионального заболевания, свидетельствует об их незаконности и необоснованности. Поскольку Акт содержат недостоверные сведения об обстоятельствах и причинах возникновения у ФИО6 профессионального заболевания, документ должен быть признан судом недействительным, а расследование случая профессионального заболевания работника должно быть возобновлено. Акт не подписан всеми членами комиссии. К Акту приложены возражения, что свидетельствует об отсутствии единогласного мнения по поводу причинно-следственной связи между условиями труда и профессиональным заболеванием работника. Работодателем направлена в вышестоящее по подчиненности учреждение госсанэпидслужбы Главному государственному санитарному врачу РФ апелляция в рамках проводимого расследования профессионального заболевания работника. Возражения членов комиссии остались фактически не рассмотренными. В рамках расследования случая профессионального заболевания ФИО6 установлено, что на протяжении всей трудовой деятельности работник регулярно проходил периодические медицинские осмотры в соответствии с приказом Минздравсоцразвития РФ от 12 апреля 2011 г. №н и признавался годным к профессии, без медицинских противопоказаний. На основании заключения по результатам периодического медицинского осмотра (обследования) в Краевом центре профпатологии на базе КГБУЗ «Краевая клиническая больница» от 23 мая 2015 г. № признаки профзаболевания у работника и медицинские противопоказания для работы не выявлены. Согласно заключению по результатам периодического медицинского осмотра (обследования) КГБУЗ «Норильская городская поликлиника №» от 11 июня 2019 г. ФИО6 признан годным в своей профессии. На учете у врача-профпатолога в КГБУЗ «Норильская городская поликлиника №» не состоит. Учитывая, что между датой прохождения периодического медицинского осмотра, по результатам которого не было выявлено противопоказаний (11 июня 2019 г.) и датой установления предварительного диагноза профессионального заболевания (12 сентября 2019 г.) прошло 3 месяца, а также что работник не состоит на учете у врача-профпатолога, работодателем ставятся под сомнение обоснованность диагноза заболевания ФИО6, а также наличие связи заболевания с профессией. Кроме того, необходимо отметить, что при установлении диагноза профессионального заболевания работнику были нарушены требования п.16 приказа Минздрава России от 13 ноября 2012 г. №н «Об утверждении порядка оказания медицинской помощи при острых и хронических профессиональных заболеваниях», так как заключительный диагноз профессионального заболевания был установлен работнику не в Краевом центре профпатологии КГБУЗ «Краевая клиническая больница». В ПАО «ГМК «Норильский никель» поступил запрос Следственного отдела по городу Норильску ГСУ СК России по Красноярскому краю от 06 сентября 2019 г. № о предоставлении сведений об организации и проведении расследований профессионального заболеваний, в рамках уголовного дела, возбужденного 29 августа 2019 г. по п.«в» ч.5 ст.290 УК РФ в отношении врача-профпатолога ФИО20, получившей взятку в виде денег от ФИО22 за внесение недостоверных сведений в медицинскую карту бывшего работника ЗФ ПАО «ГМК «Норильский никель» ФИО21, о наличии у последнего предварительного диагноза - хроническое профессиональное заболевание. Из данного запроса следует, что указанный врач установил предварительный диагноз профессионального заболевания у большого количества работников/бывших работников ЗФ ПАО «ГМК «Норильский никель». 03 декабря 2019 г. в адрес ПАО «ГМК «Норильский никель» направлено представление Следственного отдела по городу Норильску ГСУ СК России по Красноярскому краю от 03 декабря 2019 г. № (далее – Представление), которым предложено принять меры по устранению выявленных причин и условий, способствующих совершению преступлений, и недопущению впредь путем инициирования вопроса о повторном проведении обследования работников, в отношении которых имеются сомнения. В ходе оперативно-розыскной деятельности установлено, что ФИО22 и ФИО23 оказали помощь за денежное вознаграждение в незаконном оформлении медицинской документации для установления предварительных диагнозов профзаболеваний 42 работникам ЗФ ПАО «ГМК «Норильский никель», что также подтверждает обоснованность сомнений Компании.

Представители третьих лиц ФКУ «ГБ МСЭ по Красноярскому краю» Минтруда России, ГБУЗ МО «МОНИКИ», Краевого центра профпатологии на базе КГБУЗ «Красноярская клиническая больница» в судебное заседание не явились, о дне, времени и месте рассмотрения дела были уведомлены судом надлежащим образом.

Руководитель – главный эксперт по МСЭ ФКУ «ГБ МСЭ по Красноярскому краю» Минтруда России ФИО16 15 октября 2021 г., 03 ноября 2021 г. представила возражении на исковое заявление ГУ-КРО ФСС РФ (т.1 л.д.170-172, 184-186), в котором считает, что акт о случае профессионального заболевания в отношении Истца, утвержденный 12 февраля 2021 г., оформлен и утвержден в соответствии с требованиями действующих Положения № и Инструкции № и подтверждает причинно-следственную связь профессионального заболевания Истца с вредными условиями труда, длительностью и интенсивностью их воздействия по месту работы. Полномочия главных государственных санитарных врачей и их заместителей закреплены в ст.51 Федерального закона РФ от 30 марта 1999 г. №52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения». В соответствии с указанной статьей главный санитарный врач не наделен правом отменять акты о случаях профессиональных заболеваний. Тот факт, что по результатам расследования случая профессионального заболевания и составления акта расследования члены комиссии имеют особое мнение, само по себе не влечет недействительность акта, в связи с чем акт, не подписанный членами комиссии, но утвержденный главным врачом центра государственного санитарно-эпидемиологического надзора, по существу не противоречит требованиям законодательства. 05 мая 2021 г. в бюро № - филиал Учреждения поступило направление на МСЭ от 14 апреля 2021 г., выданное КГБУЗ «Норильская ГП №», с основным диагнозом: <данные изъяты> Заболевание профессиональное, установлено впервые. ФБУН "СЗНЦ гигиены и общественного здоровья" <адрес>, ВК № от 03 марта 2020 г. Акт о случае профессионального заболевания от 12 февраля 2021 г. <данные изъяты> На МСЭ предоставлен акт о случае профессионального заболевания от 12 февраля 2021 г., утвержденный Главным государственным санитарным врачом по <адрес> с подписями членов комиссии и указанием особого мнения члена комиссии относительно диагноза заболевания. Решение ВК ФБУН «СЗНЦ гигиены и общественного здоровья» (протокол ВК № от 03 марта 2020 г.) незаконным в судебном порядке не признавалось, в связи с чем сомневаться в установленном специалистами врачебной комиссии диагнозе профессионального заболевания оснований не имеется. Документов, подтверждающих, что акт о случае профессионального заболевания, утвержденный 12 февраля 2021 г. в отношении истца обжаловался членами комиссии в вышестоящем по подчиненности учреждении госсанэпидслужбы в соответствии с п.4.6 Инструкции, у Учреждения не имеется. 05 мая 2021 г. в заочном порядке специалистами бюро № была проведена медико-социальная экспертиза истцу. На основании рассмотренных медико-экспертных документов выявленные <данные изъяты> вследствие профессионального заболевания от 03 марта 2020 г. (акт о случае профессионального заболевания от 12 февраля 2021 г.) препятствуют продолжению работы по своей основной профессии, приводят к ограничению жизнедеятельности по критериям: ограничение способности к трудовой деятельности - первой степени, к самообслуживанию - первой степени, к самостоятельному передвижению - первой степени, вместе с тем трудовой прогноз относительно благоприятный для продолжения работы в другой профессии, во вне противопоказанных условиях труда, пострадавший может выполнять работу с использованием профессиональных знаний, умений и навыков, но со снижением квалификации на два тарификационных разряда, что даёт основания для установления 40% утраты профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием от 03 марта 2020 г. сроком на 1 год Решение вынесено единогласно. По результатам МСЭ истцу установлено 40% утраты профессиональной трудоспособности и третья группа инвалидности с причиной «профессиональное заболевание» сроком на 1 год. По результатам проведенной МСЭ были оформлены протоколы проведения МСЭ и акты, которые подписаны руководителем бюро № и специалистами, принимавшими решение, а также заверены печатью соответствующего бюро. Истцу выдана справка о результатах установления степени утраты профессиональной трудоспособности. Решение бюро № от 05 мая 2021 г. вынесено в соответствии с действующим на момент освидетельствования законодательством по МСЭ, процедура проведения освидетельствования соблюдена. Ежемесячные страховые выплаты назначаются и выплачиваются застрахованному за весь период утраты им профессиональной трудоспособности с того дня, с которого учреждением МСЭ установлен факт утраты застрахованным профессиональной трудоспособности, исключая период, на который застрахованному было назначено пособие по временной нетрудоспособности.

И.о. главного врача КГБУЗ «Краевая клиническая больница» ФИО17 13 декабря 2021 г. сообщила суду, что ФИО6 в 2015 г. прошёл периодический медицинский осмотр в Краевом центре профпатологии, медицинских противопоказаний для допуска к работам не выявлено, подозрений на профессиональный характер заболевания не было выявлено, соответствующих жалоб не заявлял. Стационарное обследование ФИО6 в Краевом центре профпатологии не проходил (т.2 л.д. 7, 17).

Прокурор Шовикова Л.В. в судебном заседании полагала, что с учетом исследованных материалов и заключения судебно-медицинской экспертизы в отношении ФИО6 исковые требования ГУ-КРО ФСС РФ подлежат частичному удовлетворению, поскольку экспертная комиссия пришла к заключению о наличии достаточных оснований для установления предварительного диагноза профессионального заболевания и связи данного заболевания с профессией, однако достаточных оснований для постановки ФИО6 заключительного диагноза профессионального заболевания «вибрационная болезнь» не имеется, установленный диагноз «радикулопатия» на момент проведения экспертизы подтвердился, и данный диагноз экспертная комиссия связывает с фактическими условиями труда ФИО6 При указанных обстоятельствах исковые требования ФИО6 о признании заболевания профессиональным и назначении страховых выплат подлежат удовлетворению в части установленного диагноза «радикулопатия».

Заслушав представителя ответчика (третьего лица) Управления Роспотребнадзора по Красноярскому краю ФИО1, представителя третьего лица ПАО «ГМК «Норильский никель» ФИО3, заключение прокурора Шовиковой Л.В., изучив письменные отзывы и возражения участников процесса, исследовав и оценив по правилам ст.67 ГПК РФ собранные по делу доказательства в их совокупности, руководствуясь ст.ст. 55 - 56, 59 - 60 ГПК РФ, суд приходит к следующему.

Конституция РФ гарантирует в Российской Федерации охрану труда и здоровья людей. Каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (ст.37 Конституции РФ), подлежит охране труд и здоровье людей (ст.7), каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь (ст.41), каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца и в иных случаях, установленных законом (ст.39).

В силу ст.22 Трудового кодекса РФ работодатель обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом РФ, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами РФ.

Трудовой кодекс РФ закрепляет право работника на труд в условиях, отвечающих требованиям охраны труда, гарантируя его обязательным социальным страхованием от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний в соответствии с федеральным законом (ст.219 ТК РФ).

В случае причинения вреда жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей возмещение указанного вреда осуществляется в соответствии с федеральным законом (ч.8 ст.220 ТК РФ).

В соответствии со ст.1 ФЗ от 24 июля 1998 г. №125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» (далее также Федеральный закон №125-ФЗ или Закон) основной целью обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний является обеспечение социальной защиты застрахованных и возмещении вреда, причиненного жизни и здоровью застрахованного при исполнении им обязанностей по трудовому договору (контракту) и в иных установленных настоящимзакономслучаев, путем предоставления застрахованному в полном объеме всех необходимых видов обеспечения по страхованию.

Согласно ст.7 приведенного Закона право застрахованных на обеспечение по страхованию возникает со дня наступления страхового случая.

Федеральный закон №125-ФЗ относит к субъектам страхования застрахованного, которым является в том числе физическое лицо, получившее повреждение здоровья вследствие профессионального заболевания, подтвержденное в установленном порядке и повлекшее утрату профессиональной трудоспособности, и определяет страховой случай как подтвержденный в установленном порядке факт повреждения здоровья застрахованного вследствие профессионального заболевания, который влечет возникновение обязательства страховщика осуществлять обеспечение по страхованию (абз. 6 и 9 ст.3).

Профессиональным заболеванием признается острое или хроническое заболевание застрахованного, являющееся результатом воздействия вредного производственного фактора, повлекшее временную или стойкую утрату профессиональной трудоспособности.

На основании пп.2 п.1 ст.8 ФЗ №125-ФЗ обеспечение по страхованию осуществляется, в частности, в виде страховых выплат (единовременной страховой выплаты и ежемесячных страховых выплат).

Степень утраты застрахованным профессиональной трудоспособности устанавливается учреждением медико-социальной экспертизы. Порядок установления степени утраты профессиональной трудоспособности в результате несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний определяется Правительством РФ (п.3 ст.11).

В соответствии со ст.13 Федерального закона №125-ФЗ освидетельствование застрахованного учреждением медико-социальной экспертизы производится по обращению страховщика, страхователя или застрахованного либо по определению судьи (суда) при представлении акта о несчастном случае на производстве или акта о профессиональном заболевании.

В силу п.4 ст.15 указанного Федерального закона №125-ФЗ назначение обеспечения по страхованию осуществляется страховщиком на основании заявления застрахованного и иных документов, указанных в перечне, в числе которых указаны акт о несчастном случае на производстве или акт о профессиональном заболевании, гражданско-правовые договоры, предусматривающие уплату страховых взносов в пользу застрахованного, а также копии трудовой книжки или иного документа, подтверждающего нахождение пострадавшего в трудовых отношениях со страхователем.

В качестве субъектов обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний признаются: застрахованный, страхователь и страховщик.

Подпункт 5 п.2 ст.17 этого Федерального закона возлагает на страхователя - юридическое лицо любой организационно-правовой формы либо физическое лицо, нанимающее лиц, подлежащих обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний в соответствии с п.1 ст.5 данного Федерального закона, обязанность расследовать страховые случаи в порядке, установленном уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 15 декабря 2000 г. №967 утверждено Положение о расследовании и учете профессиональных заболеваний (далее также – Положение №967) (п.1) и Министерству здравоохранения Российской Федерации предписано давать разъяснения по применению Положения (п.2).

В соответствии с п.2 Постановления Минздрав России принял Инструкцию о порядке применения Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 15 декабря 2000 г. №967, утвержденную приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 28 мая 2001 г. №176 (далее также - Инструкция №176).

Указом Президента Российской Федерации от 9 марта 2004 г. №314 "О системе и структуре федеральных органов исполнительной власти" Федеральной службе по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека (Роспотребнадзор) переданы функции по контролю и надзору в сфере санитарно-эпидемиологического надзора (п.п. 12, 13).

Согласно Инструкции по составлению санитарно-гигиенической характеристики условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания, утвержденной приказом Роспотребнадзора от 31 марта 2008 г. №103 (далее также – Инструкция №103), санитарно-гигиеническая характеристика условий труда составляется управлением Роспотребнадзора по субъекту Российской Федерации или его структурными подразделениями, подписывается специалистами управления, утверждается главным государственным санитарным врачом субъекта Российской Федерации и заверяется печатью (п.п. 2 и 3).

В силу пунктов 10, 13 и 14 Положения №967 санитарно-гигиеническая характеристика условий труда работника (далее также – СГХ) является одним из документов, на основании которого учреждение здравоохранения и специализированное лечебно-профилактическое учреждение или его подразделение (центр профессиональной патологии, клиника или отдел профессиональных заболеваний медицинских научных организаций клинического профиля) устанавливают заключительный диагноз - острое или хроническое профессиональное заболевание (отравление) соответственно.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п.11 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10 марта 2011 г. №2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» при рассмотрении дел о возмещении вреда, причиненного здоровью в результате возникновения у застрахованного профессионального заболевания, необходимо иметь в виду, что в силу Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденного постановлением Правительства РФ от 15 декабря 2000 года №967, заключительный диагноз - профессиональное заболевание имеют право устанавливать впервые только специализированные лечебно-профилактические учреждения, клиники или отделы профессиональных заболеваний медицинских научных учреждений или их подразделения (центр профессиональной патологии). Установленный диагноз может быть отменен или изменен только центром профессиональной патологии.

Согласно Классификатору вредных и (или) опасных производственных факторов, утвержденному Приказом Минтруда России от 24 января 2014 г. №33н, шум, локальная и общая вибрация, тяжесть трудового процесса в виде физической динамической нагрузки, массы поднимаемого и перемещаемого груза в ручную, стереотипных рабочих движений, статической нагрузки, рабочей позы, наклонов корпуса, перемещений в пространстве, относятся к вредным и (или) опасным производственным факторам.

В судебном заседании установлено следующее.

Третье лицо (истец) ФИО12 оглы, ДД.ММ.ГГГГ г.р., осуществлял свою трудовую деятельность на следующих должностях: в <данные изъяты> и не оспаривается сторонами.

При прохождении периодических медицинских осмотров (обследований) в КГБУЗ «Норильская городская поликлиника №» (ранее МСЧ № Талнаха) в период с 2007 г. по 11 июня 2019 г. (т.1 л.д. 60-62, т.2 л.д.117-123, 124 (на обороте)), в КГБУЗ «Краевая клиническая больница» в 2015 г. (т.2 л.д. 7-11, 18-23) ФИО6 противопоказаний для работы по профессии не имел, признавался годным в профессии и продолжал работать во вредных условиях труда под землей.

Впервые ФИО6 поступил в Центр профпатологии в СЗФО ФБУН «СЗНЦ гигиены и общественного здоровья» по направлению врача-профпатолога ГБУЗ МО «МОНИКИ им. ФИО13» ФИО26 (т.3 л.д.246), где в период с 03 по 12 сентября 2019 г. ему были проведены лабораторные и функциональные исследования. По результатам обследования ему были установлены предварительные диагнозы профессиональных заболеваний: <данные изъяты> (заключение ВК № от 12 сентября 2019 г. (т.1 л.д.213)). Сопутствующие заболевания <данные изъяты> (т.1 л.д. 118-119, 211-212, медицинская карта №)

На основании извещения об установлении предварительного диагноза острого или хронического профессионального заболевания от 12 сентября 2019 г. № ФБУН «СЗНЦ гигиены и общественного здоровья» с диагнозом <данные изъяты> (т.3 л.д.247) 22 октября 2019 г. главным государственным санитарным врачом по <адрес> ФИО14 утверждена Санитарно-гигиеническая характеристика условий труда ФИО6 при подозрении у него профессионального заболевания № (далее также СГХ) (т.1 л.д. 49-59, 123-128, 217-227), согласно которой общий стаж работы – <данные изъяты>. Стаж работы в условиях воздействия опасных, вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов, которые могли вызвать профзаболевание – 11 лет 11 месяцев 8 дней (п.п. 3 - 3.3) (т.1 л.д. 50, 123, 218).

Из заключения о состоянии условий труда (п.24 СГХ) следует, что условия труда ФИО6 за период работы <данные изъяты> являются неблагоприятными, не соответствуют гигиеническим нормативам по воздействию эквивалентного корректированного уровня локальной вибрации с превышением ПДУ до 5 дБ; эквивалентного корректированного уровня технологической вибрации (по виброскорости) с превышением ПДУ до 9 дБ; тяжести трудового процесса вследствие пребывания в вынужденной позе (на коленях, на корточках и др.) до 25% времени смены; по тяжести трудового процесса вследствие нахождения в неудобной или фиксированной позе более 50% времени смены. Условия труда ФИО6о за период работы <данные изъяты> являются неблагоприятными, не соответствуют гигиеническим нормативам по воздействию эквивалентного корректированного уровня общей транспортно-технологической вибрации на рабочем месте с превышением ПДУ до 9 дБ; эквивалентного корректированного уровня (по виброускорению) общей транспортной вибрации с превышением ПДУ на 4 дБ (т.1 л.д. 58, 127, 226).

При динамическом наблюдении в Центре профпатологии в Северо-западном федеральном округе ФБУН «СЗНЦ гигиены и общественного здоровья» в период с 05 февраля 2020 г. по 19 февраля 2020 г. ФИО6 проведены лабораторные и функциональные исследования (т.1 л.д. 120-121, 215-216, медицинская карта №№ и медицинским заключением № от 03 марта 2020 г. установлено профессиональное заболевание (Т75.2) «<данные изъяты> (т.1 л.д. 47, 122, медицинская карта №№).

Согласно протоколу заседания врачебной комиссии по экспертизе связи заболевания с профессией № от 03 марта 2020 г. ФИО6 противопоказано продолжение работы, связанной с воздействием общей вибрации, функциональным перенапряжением мышц корпуса и нижних конечностей. Рекомендовано наблюдение и лечение у невролога, хирурга, ортопеда, гастроэнтеролога, кардиолога по месту жительства (т.1 л.д. 48, 214).

03 марта 2020 г. ФБУН «СЗНЦ гигиены и общественного здоровья» составлено извещение об установлении заключительного диагноза острого или хронического профессионального заболевания №: «<данные изъяты> ВК № от 03 марта 2020 г., в перечне вредных производственных факторов и причин, вызвавших профзаболевание указано: «Общая вибрация» (т.1 л.д.17).

Извещение об установлении заключительного диагноза профессионального заболевания № от 03 марта 2020 г. в соответствии с п.14 Положения № и п.3.3 Инструкции № ФБУН «СЗНЦ гигиены и общественного здоровья» 04 марта 2020 г. было направлено, в ЗФ ПАО «ГМК «Норильский никель», а также в Управление Роспотребнадзора по Красноярскому краю.

В соответствии с п.22 Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденного постановлением Правительства РФ от 15 декабря 2000 г. №967 (далее также – Положение №967), расследование обстоятельств и причин возникновения хронического профессионального заболевания у лиц, не имеющих на момент расследования контакта с вредным производственным фактором, вызвавшим это профессиональное заболевание, производится по месту прежней работы с вредным производственным фактором.

В силу п.26 Положения №967 на основании имеющихся и полученных документов комиссия устанавливает обстоятельства и причины профессионального заболевания работника, определяет лиц, допустивших нарушения государственных санитарно-эпидемиологических правил и иных нормативных актов, и меры по устранению причин возникновения и предупреждения профессиональных заболеваний.

По результатам расследования комиссия составляет акт о случае профессионального заболевания по прилагаемой форме (п.27 Положения).

На основании п.30 Положения №967 акт о случае профессионального заболевания является документом, устанавливающим профессиональный характер заболевания, возникшего у работника на данном производстве.

Согласно п.31 Положения №967 акт о случае профессионального заболевания составляется в трехдневный срок по истечении срока расследования в пяти экземплярах, предназначенных для работника, работодателя, центра государственного санитарно-эпидемиологического надзора, центра профессиональной патологии (учреждения здравоохранения) и страховщика. Акт подписывается членами комиссии, утверждается главным врачом центра государственного санитарно-эпидемиологического надзора и заверяется печатью центра.

В акте о случае профессионального заболевания подробно излагаются обстоятельства и причины профессионального заболевания, а также указываются лица, допустившие нарушения государственных санитарно-эпидемиологических правил, иных нормативных актов. В случае установления факта грубой неосторожности застрахованного, содействовавшей возникновению или увеличению вреда, причиненного его здоровью, указывается установленная комиссией степень его вины (в процентах) (п.32 Положения).

Обязанность по рассмотрению разногласий, возникших в связи с установлением диагноза профессионального заболевания, возложена наряду с другими органами на суд (п.35 Положения №967).

Пунктом 4.6 Инструкции о порядке применения названного Положения №967, утвержденной Приказом Министерства здравоохранения РФ от 28 мая 2001 г. №176, предусмотрено, что в случае несогласия работодателя (его представителя, пострадавшего работника) с содержанием акта о случае профессионального заболевания (отравления) и отказа от подписи он (они) вправе, письменно изложив свои возражения, приложить их к акту, а также направить апелляцию в вышестоящее по подчиненности учреждение госсанэпидслужбы.

В связи с установлением ФИО6 заключительного диагноза хронического профессионального заболевания, комиссией, созданной работодателем ПАО «ГМК «Норильский никель», было проведено расследование причин заболевания, по результатам которого 12 февраля 2021 г. составлен Акт о случае профессионального заболевания (т.1 л.д. 18-26, 129-134, 228-232), который утвержден председателем комиссии - Главным государственным санитарным врачом по <адрес> ФИО14, подписан членами комиссии: заместителем председателя комиссии начальником территориального отдела Роспотребнадзора по <адрес> в <адрес> – главным государственным санитарным врачом по <адрес> и Таймырскому Долгано-Ненецкому муниципальному районуФИО27, начальником отдела надзора за условиями труда Управления Роспотрбенадзора по <адрес> ФИО28, ведущим специалистом-экспертом территориального отдела Управления Роспотребнадзора по <адрес> в <адрес> ФИО29, и.о. главного врача КГБУЗ «Норильская городская поликлиника №» ФИО30 (с приложением особого мнения), и.о. председателя первичной профсоюзной организации рудников «Комсомольский» «Скалистый», «Маяк» вместо ФИО31 ФИО32

Акт не был подписан следующими членами комиссии, приложившими к акту письменные возражения: ФИО34 – начальником отдела страхования профессиональных рисков филиала № ГУ-КРО ФСС РФ; ФИО33 – и.о. заместителя директора рудника – главного инженера рудника «Комсомольский»; ФИО35 – начальником отдела промышленной безопасности и охраны труда рудника «Комсомольский» ЗФ Департамента промышленной безопасности и охраны труда.

В письменном возражении член комиссии от ГУ-КРО ФСС РФ ФИО34 выразила несогласие с тем, что у ФИО6 за такой короткий период времени между датой периодического медицинского осмотра, по результатам которого не было выявлено противопоказаний (11 июня 2019 г.), и датами установления предварительного (12 сентября 2019 г.), а затем и заключительного (04 марта 2020 г.) диагнозов профессионального заболевания возникло хроническое профессиональное заболевание, и ФИО6 стал нетрудоспособен в своей профессии. Ставится под сомнение обоснованность диагноза заболевания ФИО6о, а также наличие связи заболевания с профессией. Считает, что акт требует доработки, а случай профессионального заболевания - проверки компетентными органами (т.1 л.д.28-29).

ФИО33 и ФИО35 в письменных возражениях также выразили сомнения в обоснованности диагноза заболевания ФИО6, а также в наличии связи заболевания с профессией ввиду непродолжительного периода времени (9 месяцев) между датой прохождения работником периодического медицинского осмотра, по результатам которого не было выявлено противопоказаний (11 июня 2019 г.), и датой установления заключительного диагноза профессионального заболевания (03 марта 2020 г.), а также ввиду отсутствия превышения предельно-допустимых уровней общей вибрации, указанного в качестве непосредственной причины заболевания в п.20 Акта (т.1 л.д. 31-34, 39-42).

В п.20 указанного Акта изложено заключение: на основании результатов расследования установлено, что заболевание (отравление) является профессиональным и возникло в результате: интенсивного, длительного вредного воздействия производственного фактора - общей вибрации, тяжести трудового процесса, превышающей допустимый уровень, в условиях неблагоприятного воздействия сопутствующего фактора - производственного шума, превышающего предельно-допустимый уровень. Непосредственной причиной заболевания послужило воздействие общей вибрации с превышением ПДУ до 4,5 дБ, тяжести трудового процесса с превышением допустимых значений по рабочей позе - периодическое более 50% времени смены нахождение в неудобной и/или фиксированной позе при допустимом значении - периодическое до 25 % времени смены, нахождение в неудобной (работа с поворотом туловища, неудобным размещением конечностей и др.) и/или фиксированной позе (невозможность изменения взаимного положения различных частей тела относительно друг друга) (по данным карты специальной оценки условий труда № от 04 февраля 2016 г.), в условиях неблагоприятного воздействия сопутствующего фактора - производственного шума с превышением ПДУ до 23,2 дБА (т.1 л.д.23).

Лицом, допустившим нарушение государственных санитарно-эпидемиологических прав и иных нормативных актов, указано ПАО «ГМК «НОРИЛЬСКИЙ НИКЕЛЬ» (п.21).

Правовое назначение данного акта заключается в установлении и подтверждении причинно-следственной связи заболевания с вредными условиями труда, длительностью и интенсивностью их воздействия по месту работы заболевшего работника (застрахованного).

10 августа 2021 г. за исх. № ЗФ ПАО «ГМК «Норильский никель» в адрес руководителя Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека – Главному государственному санитарному врачу Российской Федерации в целях завершения расследования профессионального заболевания ФИО6 и в соответствии с п.4.6 Инструкции № направлена апелляция к Акту в отношении ФИО6 для рассмотрения вопроса о проведении повторной экспертизы наличия диагноза профессионального заболевания и связи заболевания с профессией, что следует из ответа Роспотребнадзора (т.2 л.д.134-135).

На данное обращение на электронный адрес ЗФ ПАО «ГМК «Норильский никель» поступил ответ заместителя руководителя РОСПОТРЕБНАДЗОРА ФИО9 И.В. (т.2 л.д.134-135), в котором указано, что сведения об условиях труда ФИО6 были приведены в СГХ от 22 октября 2019 г. №. Юридическим лицом указанный документ обжалован не был, также не были представлены возражения, уточнения, дополнения или иные сведения, которые по мнению работодателя следовало включить в информацию об условиях труда. В связи с изложенным, основания для внесения изменений и пересмотра акта о случае профессионального заболевания ФИО6 отсутствуют. Вопросы оспаривания установленного диагноза профессионального заболевания и связи заболевания с профессией не относятся к компетенции Роспотребнадзора.

03 декабря 2019 г. в адрес ЗФ ПАО «ГМК «Норильский никель» направлено представление Следственного отдела по городу Норильску ГСУ СК России по Красноярскому краю за исх. № (т.2 л.д.139-142), из которого следует, что в производстве данного следственного отдела в тот момент находилось уголовное дело №, возбужденное 29 августа 2019 г. по п.«в» ч.5 ст.290 УК РФ в отношении врача-профпатолога отделения медицинских осмотров и платных услуг КГБУЗ «Норильская ГП №» ФИО20, обвиняемой в получении взятки в виде денег от ФИО22 за внесение недостоверных сведений в медицинскую карту бывшего работника Механического завода ООО «Норильский обеспечивающий комплекс» ФИО21, о наличии у последнего предварительного диагноза хронического профессионального заболевания, изготовление выписки из медицинской карты, выдачу направления в центр профессиональной патологии с целью установления заключительного диагноза хронического профессионального заболевания, предоставляющего ФИО21 право на незаконное получение страховых выплат и компенсацию морального вреда. В ходе оперативно-розыскной деятельности оперативными сотрудниками отдела в г.Норильске УФСБ России по Красноярскому краю установлено, что ФИО22 и ФИО23, имея коррупционные связи с медицинским персоналом КГБУЗ «Норильская городская поликлиника №» и ФНЦГ им. ФИО36, за денежное вознаграждение оказали помощь в незаконном оформлении медицинской документации для установления предварительного и заключительного диагнозов хронического профессионального заболевания 42 работникам ЗФ ПАО «ГМК «Норильский никель». При проведении осмотра места происшествия в КГБУЗ «Норильская городская поликлиника №» в рамках расследуемого уголовного дела установлено, что медицинские карты указанных лиц в медицинском учреждении отсутствуют, находятся на руках у пациентов, что позволяет беспрепятственно вносить недостоверные сведения в медицинские карты пациентов. Компании предложено принять меры по устранению выявленных причин и условий, способствующих совершению преступления, и недопущению их впредь, предложено оспаривать извещения об установлении заключительных диагнозов в судебном порядке, инициировать вопрос о повторном проведении обследования работников, в отношении которых имеются сомнения.

Согласно справке МСЭ-2019 № от 05 мая 2021 г. ФКУ «ГБ МСЭ по Красноярскому краю» Минтруда России бюро МСЭ № третьему лицу (истцу) ФИО6 установлена третья группа инвалидности по профессиональному заболеванию на срок до 01 мая 2022 г. (дата очередного освидетельствования 01 апреля 2022 г.) (т.1 л.д. 135, 233).

Согласно справке МСЭ-2006 № от 05 мая 2021 г. ФКУ «ГБ МСЭ по Красноярскому краю» Минтруда России бюро МСЭ № третьему лицу (истцу) ФИО6 в связи с профессиональным заболеванием от 03 марта 2020 г. на основании Акта о случае профессионального заболевания от 12 февраля 2021 г. установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере 40% на срок с 15 апреля 2021 г. до 01 мая 2022 г. (дата очередного освидетельствования 01 апреля 2022 г.) (т.1 л.д. 136, 234).

В мае 2021 г. третье лицо (истец) ФИО6 обратился в филиал № ГУ-КРО ФСС с заявлением о назначении страховых выплат в связи с установленным профессиональным заболеванием. 18 мая 2021 г. истцу было отказано в назначении страховых выплат со ссылкой на то, что акт о случае профессионального заболевания подлежит оспариванию в судебном порядке (т.1 л.д.112).

04 июня 2021 г. третье лицо (истец) ФИО6 обратился в ГУ – КРО ФСС РФ и в ФСС РФ с жалобой о несогласии с вынесенным решением (т.1 л.д.113-115), в ответах на которую 24 июня 2021 г. ФСС РФ (т.1 л.д.116) и 15 июля 2021 г. ГУ-КРО ФСС РФ (т.1 л.д.117) в её удовлетворении было отказано со ссылкой на то, что вопрос о назначении страховых выплат может быть решен в судебном порядке с проведением дополнительных мероприятий по расследовании случая, подтверждению наличия заболевания и его связи с профессиональной деятельностью, что послужило поводом для обращения ФИО6 в суд с иском к ГУ-КРО ФСС РФ.

В силу пп.1 ч.1 ст.11 Федерального закона «Об основах обязательного социального страхования» от 16 июля 1999 г. №165-ФЗ при наступлении страхового случая страховщики имеют право при необходимости назначать и проводить экспертизу для проверки наступления страхового случая.

В соответствии с п.1.2 Методических рекомендаций о порядке назначения и проведения исполнительными органами Фонда социального страхования Российской Федерации экспертизы страхового случая (Письмо ФСС РФ от 3 июля 2001 г. №) (далее - Методические рекомендации) целью проведения экспертизы является подтверждение страховщиком факта повреждения здоровья застрахованного вследствие несчастного случая на производстве либо профессионального заболевания, что влечет возникновение обязательств страховщика по обязательному социальному страхованию в соответствии с Федеральным законом от 24 июля 1998 г. №125-ФЗ.

Экспертиза проводится по случаям повреждения здоровья вследствие несчастного случая на производстве либо профессионального заболевания, повлекшим: временную нетрудоспособность застрахованного; полную или частичную утрату застрахованным профессиональной трудоспособности; смерть застрахованного (п.1.3 Методических рекомендаций).

Согласно п.п. 2.1, 2.2 Методических рекомендаций экспертиза страхового случая проводится на основании комплекта документов, подтверждающих факт повреждения здоровья застрахованного вследствие несчастного случая на производстве либо профессионального заболевания и представленных в исполнительный орган Фонда:

а) сообщения о страховом случае, акта расследования несчастного случая на производстве по форме Н-1 или акта расследования профессионального заболевания, заключения центра профессиональной патологии и других материалов, характеризующих условия труда застрахованного, его должностные и функциональные обязанности и т.д.;

б) документов, подтверждающих, что пострадавший являлся застрахованным по данному виду страхования (наличие трудового договора, гражданско - правового договора при обязательной уплате страхователем страховых взносов);

в) документов, подтверждающих временную нетрудоспособность застрахованного с указанием диагноза (шифра);

г) документов, подтверждающих стойкую утрату профессиональной трудоспособности застрахованного либо его смерть, с указанием причины смерти;

д) других документов, необходимых, по мнению исполнительного органа Фонда, для квалификации повреждения здоровья как страхового случая.

Экспертиза проводится в сроки, установленные исполнительным органом Фонда, но не более чем в 10-дневный срок с момента получения полного комплекта необходимых документов для подтверждения либо исключения страхового характера случая.

Пунктом 2.3 Методических рекомендаций, установлено, что при проведении экспертизы страхового случая специалистам исполнительного органа Фонда необходимо установить:

- факт регистрации страхователя по обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний;

- является ли пострадавший застрахованным по обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (статьи 3 и 5 Федерального закона от 24 июля 1998 года №125-ФЗ);

- исполнял ли застрахованный трудовые обязанности в момент получения им повреждения здоровья;

- причинно-следственную связь полученного повреждения здоровья застрахованного с условиями его производственной деятельности, а также вредными и опасными производственными факторами;

- соответствие вида и тяжести повреждения здоровья застрахованного (установленного медицинским учреждением) срокам временной нетрудоспособности;

- обоснованность направления застрахованного в органы МСЭ для установления утраты стойкой профессиональной трудоспособности (на основании какого документа установлена утрата профессиональной трудоспособности);

- подтверждение права на назначение обеспечения по страхованию у лиц, приобретших это право в связи со смертью застрахованного.

В случае недостаточной ясности и полноты, а также недостоверности сведений, содержащихся в документах, указанных в п.2.1 настоящих Методических рекомендаций, исполнительные органы Фонда вправе проверять информацию по страховым случаям в организациях любой организационно - правовой формы собственности, а также взаимодействовать с государственной инспекцией труда, органами исполнительной власти по труду, учреждениями медико-социальной экспертизы, учреждениями здравоохранения и другими органами и организациями для выяснения этих вопросов (п.2.4 Методических рекомендаций).

Согласно п.3 Методических рекомендаций специалисты исполнительного органа Фонда на основании проведенной экспертизы составляют заключение по квалификации повреждения здоровья вследствие несчастного случая на производстве либо профессионального заболевания как страхового случая.

Руководитель исполнительного органа Фонда принимает решение о назначении и выплате обеспечения по страхованию в связи со стойкой утратой профессиональной трудоспособности только при наличии заключения о квалификации случая как страхового.

Таким образом, ГУ - Красноярское региональное отделение Фонда социального страхования РФ имеет право при наступлении страхового случая назначать и проводить экспертизу для проверки наступления страхового случая, обращаться в суд с исками о защите своих прав. При этом Фонд не наделен полномочиями по установлению связи заболевания с профессией и правом на признание случая профессионального заболевания страховым или нестраховым по указанным основаниям.

Обратившись с рассматриваемым иском в суд истец ГУ-КРО ФСС РФ полагает, что представленный Акт, а также СГХ, с которой Акт неразрывно связан, содержат недостоверные сведения об условиях труда ФИО6, так как содержат отсылку к картам АРМ, картам СОУТ и протоколам измерений, не относящимся к рабочему месту ФИО6, выводы о профессиональном заболевании противоречат медицинским документам, в связи с чем извещения ФБУН «СЗНЦ гигиены и общественного здоровья» об установлении ФИО6 предварительного и заключительного диагнозов профессионального заболевания, санитарно-гигиеническая характеристика условий его труда, Акт о случае профессионального заболевания от 12 февраля 2021 г. подлежат признанию недействительными.

В ст.209 ТК РФ даны основные понятия: условия труда - это совокупность факторов производственной среды и трудового процесса, оказывающих влияние на работоспособность и здоровье человека (ч.2); безопасными условиями труда признаются условия труда, при которых воздействие на работающих вредных и (или) опасных производственных факторов исключено либо уровни их воздействия не превышают установленных нормативов (ч.5).

Разрешая требования истцов, суд учитывает также, что ст.14 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. №426-ФЗ «О специальной оценке условий труда» (далее также – Федеральный закон о специальной оценке условий труда) условия труда в зависимости от выявленных производственных факторов классифицирует на оптимальные (класс 1), допустимые (класс 2), вредные (класс 3 с подклассами 3.1, 3.2, 3.3, 3.4), опасные (класс 4).

Вредные условия труда (3 класс) характеризуются наличием вредных факторов, уровни которых превышают гигиенические нормативы и оказывают неблагоприятное действие на организм работника и/или его потомство. Вредные условия труда по степени превышения гигиенических нормативов и выраженности изменений в организме работников условно разделяют на 4 степени вредности.

Приказом Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 27 апреля 2012 г. №н "Об утверждении перечня профессиональных заболеваний" утвержден перечень профессиональных заболеваний согласно приложению.

Глава 11 Перечня содержит заболевания, связанные с воздействием производственных физических факторов. В п.2.6 главы 11 Перечня указано заболевание вибрационная болезнь, связанная с воздействием производственной вибрации (общей и локальной).

В соответствии с п.2 ч.4 ст.14 Федерального закона о специальной оценке условий труда для появления начальных форм профессиональных заболеваний или профессиональных заболеваний легкой степени тяжести требуется воздействие на работника вредных условий труда 2 степени в течение не менее 15 лет, то есть необходима работа по классу вредности условий труда - 3.2 не менее 15 лет, с учетом того вредного производственного фактора, который определен в качестве основания возникновения такого заболевания согласно вышеуказанному Перечню.

С целью проверки доводов истца (ответчика) ГУ–КРО ФСС РФ, третьего лица ПАО «ГМК «Норильский никель» относительно недостоверности установленного ФИО6 хронического профессионального заболевания определением суда от 13 января 2022 г. ходатайство представителя истца ГУ – КРО ФСС РФ ФИО7 и заявленное в рамках его обсуждения ходатайство представителя третьего лица ПАО «ГМК «Норильский никель» ФИО15 удовлетворены, по делу назначена комплексная судебная экспертиза связи заболевания с профессией, состоящая из судебно-медицинской экспертизы и экспертизы условий труда, производство которой поручено экспертам Федерального бюджетного учреждения «Центральная клиническая больница гражданской авиации» (ЦКБ ГА) (т.4 л.д.6-11).

Согласно заключению комплексной судебной экспертизы от 22 сентября 2022 г. (т.4 л.д.134-179) экспертами проанализированы условия труда на рабочем месте ФИО6 Ими установлено, что в период работы ФИО6 горнорабочим подземным условия труда могут быть с достаточной степенью достоверности оценены по данным Карты АРМ № и протоколов к ней от 06 февраля 2009 г. № на рабочем месте <данные изъяты> Согласно указанным данным, на рабочем месте <данные изъяты> на работника воздействуют АПФД (Аэрозоли преимущественно фиброгенного действия) на уровне подкласса условий труда 3.1; шум - подкласс 3.2; вибрация локальная - класс 2 (фактические уровни воздействия по виброускорению по осям Хл, Ул, Zn - 97, 102 и 100 дБ при ПДУ 126 дБ); Вибрация общая - фактические уровни воздействия по виброускорению по осям Хо, Yo, Zo - 107 (ПДУ 112), 105 (ПДУ 112) и 113 (ПДУ 115); тяжесть трудового процесса - 3.2.

Условия труда в период работы ФИО6 <данные изъяты> оцениваются в соответствии с Картой АРМ № и Протоколами к ней №№ 06 февраля 2009 г. <данные изъяты> Согласно указанным документам на рабочем месте <данные изъяты> на работника воздействуют АПФД на уровне подкласса условий труда 3.1; шум - 3.2; вибрация общая - 2 (фактические уровни воздействия по виброускорению по осям Хо, Yo, Zo - 105 (ПДУ 112), 103 (ПДУ 112) и 106 (ПДУ 115) дБ; вибрация локальная - класс 2 (фактические уровни воздействия по виброускорению по осям Хо, Yo, Zo - 117, 124 и 120 дБ при ПДУ 126 дБ); тяжесть труда - подкласс 3.1.

Таким образом, в период работы ФИО6 <данные изъяты> (с 22 августа 2007 г. по 26 сентября 2010 г., в совокупности три года и один месяц) он подвергался низкому профессиональному риску от воздействия аэрозолей преимущественно фиброгенного действия, шума и тяжести трудового процесса. Однако не только уровень воздействия указанных факторов был относительно низким, но и длительность периода работы в данных профессиях была небольшой, вследствие чего названные профессиональные риски не реализовались.

Условия труда в период работы ФИО6 <данные изъяты> с 27 сентября 2010 вплоть до установления предварительного и заключительного диагнозов профессионального заболевания (12 сентября 2019 г. – 03 марта 2020 г.) могут быть оценены по материалам Карты СОУТ № за декабрь 2018 г. (<данные изъяты>»), с которой ФИО6 был ознакомлен 14 мая 2019 г., а также Протоколам измерений вредных производственных факторов к этой карте №№ от 27 декабря 2018 г. (вибрация общая), 3-185621 от 27 декабря 2018 г. (вибрация локальная) и № от 27 декабря 2018 г. (тяжесть трудового процесса). Согласно указанным документам, на рабочем месте <данные изъяты> на работника воздействуют высокие уровни шума (подкласс условий труда 3.3) и тяжесть трудового процесса вследствие длительного пребывания в позе «сидя» (подкласс условий труда 3.1). Фактические эквивалентные корректированные уровни как локальной, так и общей вибрации в пересчете на 8-часовой рабочий день не превышают соответствующих ПДУ: по общей вибрации по осям Хо (ПДУ 112 дБ), Yo (ПДУ 112 дБ), Zo (ПДУ 115 дБ) фактические уровни составляют 107, 106 и 107 дБ соответственно, что укладывается в параметры допустимого, второго, класса условий труда; по локальной вибрации по осям Хл, Ул и ZJI фактические уровни составляют 113, 115 и 116 дБ соответственно, что также соответствует классу условий труда 2, т.е. допустимому.

Таким образом, в период работы <данные изъяты> ФИО6 подвергался высокому профессиональному риску потери слуха вследствие воздействия шума, однако указанный риск не реализовался, что подтверждает отсутствие жалоб и клинических признаков нарушения слуха (т.4 л.д.176).

Как указано выше, в соответствии со ст.14 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. №426-ФЗ «О специальной оценке условий труда»:

- 2 класс (в данном случае по локальной и общей вибрации на всех рабочих местах ФИО6 как <данные изъяты> относится к допустимым условиям труда;

- подкласс 3.1 условий труда (в данном случае только по АПФД на рабочем месте ФИО6 как <данные изъяты>) - это условия труда, при которых на работника воздействуют вредные и (или) опасные производственные факторы, после воздействия которых измененное функциональное состояние организма работника восстанавливается, как правило, при более длительном, чем до начала следующего рабочего дня (смены), прекращении воздействия данных факторов, и увеличивается риск повреждения здоровья;

- подкласс 3.2 условий труда (в данном случае только по уровню шума и тяжести трудового процесса на рабочем месте ФИО6 как <данные изъяты>) – это условия труда, при которых на работника воздействуют вредные и (или) опасные производственные факторы, уровни воздействия которых способны вызвать стойкие функциональные изменения в организме работника, приводящие к появлению и развитию начальных форм профессиональных заболеваний или профессиональных заболеваний легкой степени тяжести (без потери профессиональной трудоспособности), возникающих после продолжительной экспозиции (пятнадцать и более лет);

- подкласс 3.3 (в данном случае только по уровню шума на рабочем месте ФИО6 как <данные изъяты>) – это условия труда, при которых на работника воздействуют вредные и (или) опасные производственные факторы, уровни воздействия которых способны вызвать стойкие функциональные изменения в организме работника, приводящие к появлению и развитию профессиональных заболеваний легкой и средней степени тяжести (с потерей профессиональной трудоспособности) в период трудовой деятельности.

Как установлено экспертами, из перечисленных в СГХ № от 22 октября 2019 г. документов к условиям труда на рабочем месте ФИО6 могут быть отнесены Карта СОУТ № за 2016 г., Карта СОУТ № за 2016 г.; Протоколы КАУ № от 09 декабря 2008 г., за октябрь - ноябрь 2010 г., апрель - май 2011 г., март - апрель 2012 г., март - апрель 2013 г., сентябрь - октябрь 2016 г., Сборник протоколов № от 09 июля 2014 г., Сборник протоколов № от 29 июля 2015 г., Сборник протоколов № от 26 июня 2017 г., Сборник протоколов № от 22 декабря 2017 г. Однако утверждать, что они применены в СГХ надлежащим образом, не представляется возможным по следующей причине: согласно всем приведенным в настоящем ответе на вопрос документам, эквивалентные корректированные уровни общей вибрации в пересчете на 8-часовой рабочий день на рабочем месте <данные изъяты> (в кабинах самоходных буровых установок различных марок, включая («AXERA 7-260», «Boomer L2D», «Boomer M2D», «Minimatik», «SANDVIK-DL-421», «SANDVIK-DL-430- 7», «SIMBA-254H; М6С», «SIMBA-Junior», «SOLO 71 OF») не превышают гигиенические нормативы, в то время как в п.24 СГХ указано, что условия труда ФИО6 за период работы <данные изъяты> не соответствуют гигиеническим требованиям по эквивалентному уровню общей транспортно-технологической вибрации с превышением ПДУ на 9 дБ; эквивалентному уровню общей транспортной вибрации с превышением ПДУ на 4 дБ. Следовательно, содержащееся в п.24 СГХ утверждение о наличии на рабочем месте ФИО6, работающего <данные изъяты> повышенных уровней общей вибрации, не обоснованы данными перечисленных в СГХ исходных документов, а фактические данные, содержащиеся в указанных документах не использованы при составлении СГХ (т.4 л.д.175).

Выводы, изложенные территориальным отделом Управления Роспотребнадзора по Красноярскому краю в г.Норильске в п.24 СГХ, не соответствуют действительному содержанию вышеуказанных документов, относящихся к условиям труда ФИО6, фактически указанные документы не использованы, а просто перечислены в СГХ без какого-либо анализа их содержимого (т.4 л.д.175-176).

Согласно выводам экспертов, на дату установления предварительного диагноза профессионального заболевания 12 сентября 2019 г. у ФИО6 имелся следующий диагноз: <данные изъяты> ВК № от 12 сентября 2019 г.». На дату установления заключительного диагноза профессионального заболевания 03 марта 2020 г. у ФИО6 имелся диагноз «<данные изъяты> Значимых расхождений в диагнозе, а именно, синдромокомплексе установленных диагнозов у ФИО6 на 12 сентября 2019 г. и 03 марта 2020 г. с результатами обследования в ЦКБ ГА от апреля 2022 г. не выявлено (т.4 л.д.176-177).

Однако, на указанные даты у ФИО6 не было заболеваний, находящихся в причинно-следственно связи с его профессиями. Исходя из фактических условий труда, риск воздействия повышенных уровней общей вибрации на ФИО6 отсутствовал, что исключает возможность связи указанных заболеваний с профессией. В представленных на экспертизу картах СОУТ №, №, №, № от 2016 г. и др. материалах гражданского дела имеются четкие данные об отсутствии на рабочем месте <данные изъяты> общей вибрации на уровнях, превышающих действующие в стране нормативы условий труда, согласно федеральному закону № 426-ФЗ, что является важными основаниями для отказа в признании даже возможности формирования у ФИО6 такого профессионального заболевания, как <данные изъяты>, поскольку единственный фактор, указанный в качестве причины профессионального заболевания - общая вибрация, на всех рабочих местах ФИО6, т.е. <данные изъяты> согласно указанным картам СОУТ, отсутствует.

Других заболеваний, которые находились бы в причинно-следственной связи с профессией у ФИО6 в данный период не выявлено (т.4 л.д.177).

Для установления заключительного диагноза профессионального заболевания ФИО6 извещением от 03 марта 2020 г. №: <данные изъяты> (т.1 л.д.17) у ФБУН «СЗНЦ гигиены и общественного здоровья», с одной стороны, имелись следующие основания: 1) выявленный по результатам медицинского обследования синдромокомплекс, который мог быть проявлением <данные изъяты> от воздействия общей вибрации, не противоречащий п.2.6.2 Приказа Минздравсоцразвития России №н; 2) представленная Роспотребнадзором СГХ № от 22 октября 2019 г., в заключении которой имелись указания на наличие вредного фактора «общая вибрация», превышающего ПДУ. Однако, с другой стороны, специалисты ФБУН «СЗНЦ гигиены и общественного здоровья» были ознакомлены с картами СОУТ №, №, №, № от 2016 г., что подтверждается ссылкой на указанные карты в Медицинском заключении о наличии профессионального заболевания от 03 марта 2020 г. №, данные из которых в действительности свидетельствовали об отсутствии на рабочем месте ФИО6 общей вибрации на уровнях, превышающих ПДУ общей вибрации, согласно федеральному закону № причем данные указанных карт СОУТ не были учтены при составлении СГХ и также были проигнорированы специалистами ФБУН «СЗНЦ гигиены и общественного здоровья». Перечисленные карты СОУТ не только не могли быть основанием для положительного решения по результатам экспертизы связи заболевания с профессией, но все вместе являются важным основанием для отказа в признании даже возможности формирования у ФИО6 такого профессионального заболевания, как <данные изъяты> от воздействия общей вибрации, поскольку единственный фактор, указанный в качестве причины профессионального заболевания - общая вибрация, на всех рабочих местах ФИО6, т.е. <данные изъяты> согласно указанным картам СОУТ, отсутствует. Следовательно, у ФБУН «СЗНЦ гигиены и общественного здоровья» не было достаточных оснований для постановки ФИО6 заключительного диагноза профессионального заболевания «Вибрационная болезнь от воздействия общей вибрации».

На установление заключительного диагноза профессионального заболевания ФИО6 сведения, содержащиеся в СГХ № от 22 октября 2019 г., оказали существенное влияние, т.к. в качестве гигиенического обоснования профессионального заболевания были приняты указанные СГХ параметры общей вибрации, противоречащие результатам Карт СОУТ №, №, №, № от 2016 г., которые являются важным основанием для отказа в признании возможности формирования у ФИО6 <данные изъяты> от воздействия общей вибрации, поскольку единственный фактор, указанный в качестве причины профессионального заболевания. - общая вибрация, на всех рабочих местах ФИО6, т.е. <данные изъяты>, согласно указанным картам СОУТ, отсутствует (т.4 л.д.179).

В рамках проведенной по настоящему делу судебной экспертизы проведено стационарное обследование ФИО2 Мухтар оглы в условиях неврологического отделения ЦКБ ГА с 25 апреля 2022 г. по 29 апреля 2022 г. Выписан с заключительным диагнозами: <данные изъяты> Сопутствующий: <данные изъяты>

Ведущим в структуре заболеваний ФИО6 и определяющим степень выраженности патологических нарушений является «<данные изъяты>

Истинные сроки возникновения дорсопатии и полинейропатии у ФИО6о неизвестны, т.к. впервые достоверная регистрация диагнозов «<данные изъяты> была отмечена в период с 02 августа 2017 г. по 15 августа 2017 г. Внесенные в амбулаторную карту ФИО6 записи, касающиеся его обращений за медицинской помощью по поводу <данные изъяты> в период с 15 июля 2013 г. и <данные изъяты> с 12 апреля 2016 г. считать достоверными не представляется возможным, поскольку информация об этих обращениях отсутствует в выписке из электронной базы данных ЗСПО, а листы приема с указанными выше записями вклеены в амбулаторную карту.

Что касается ограничения и/или снижения трудоспособности ФИО6, то на период с 02 августа 2017 г. по 03 марта 2020 г. у него можно было бы установить ограничение трудоспособности к работе с тяжестью трудового процесса и общей вибрацией, поскольку наличие <данные изъяты> тяжесть труда Приказ Минздравсоцразвития России от 12 апреля 2011 г. №н) и «<данные изъяты> а они, судя по представленным медицинским документам на период настоящей экспертизы имелись у него с 2017 г. Окончательно данный вопрос необходимо было решить посредством экспертизы профессиональной пригодности с оформлением соответствующего медицинского заключения (Приказ Минздрава РФ от 05 мая 2016 г. №н «Об утверждении порядка проведения экспертизы профессиональной пригодности и формы медицинского заключения о пригодности или непригодности к выполнению отдельных видов работ»), которой в отношении ФИО6 проведено не было. Сравнительный анализ установленного синдромокомплекса выявленной патологии у ФИО6 от 22 октября 2019 г., 03 марта 2020 г. и апрель 2022 г. (обследование в ЦКБ ГА), клинически значимой отрицательной динамики не выявил, т.е. прогрессирования имеющегося заболевания не наблюдается.

Суд, оценивая данное экспертное заключение Федерального бюджетного учреждения «Центральная клиническая больница гражданской авиации» (ЦКБ ГА), принимает его в качестве надлежащего доказательства, позволяющего разрешить спорные правоотношения, поскольку заключение отвечает положениям Федерального закона от 31 мая 2001 г. №73-ФЗ «О государственнойсудебно-экспертнойдеятельности РФ», подготовлено специалистами научного учреждения, имеющего соответствующую лицензию на проведение экспертизы связи заболевания с профессией, оказание услуг по профпатологии, в составе комиссии при проведении комплексной экспертизы в отношении ФИО6 участвовали эксперты, имеющие необходимый стаж работы, квалификацию, которые были предупреждены об уголовной ответственности по ст.307 УК РФ. Заключение содержит подробное описание проведенных исследований, ответы на поставленные судом вопросы; выводы комиссии научно обоснованы, согласуются с фактическими данными, содержащимися в представленных для исследования документах и материалах дела.

С учетом выводов экспертов, а также представленных по делу доказательств и установленных обстоятельств о том, что в период трудовой деятельности ФИО6 присутствовали вредные производственные факторы по шуму (подкласс условий труда 3.2, 3.3), по воздействию АПФД (подкласс 3.1), по тяжести трудового процесса (подкласс 3.1, 3.2.) с превышением предельно допустимых уровней, при стаже работы менее 15 лет в каждой профессии, однако они не привели к тем заболеваниям, которые указаны в извещениях об установлении предварительного и заключительного диагнозов, суд признает, что у ФИО6 отсутствует профессиональное заболевание, установленное извещением № от 03 марта 2020 г. об установлении заключительного диагноза острого или хронического профессионального заболевания - <данные изъяты>

Несогласие с заключением экспертов, в отсутствие подтверждающих доказательств, не опровергает его, поскольку вывод суда об отсутствии у ФИО6 профессионального заболевания в виде <данные изъяты> основан на совокупности всех исследованных по делу доказательств, сведениях об условиях его труда, стаже работы, состоянии здоровья.

Само по себе несогласие с заключением судебной экспертизы не является безусловным основанием для назначения повторной экспертизы, о которой ходатайствует представитель третьего лица (истца) ФИО6 – ФИО5 (т.4 л.д.212-213), в назначении которой судом отказано, поскольку в силу ст.87 ГПК РФ должны быть сомнения в правильности и обоснованности ранее данного заключения. Между тем, судом не установлено таких сомнений, а также противоречий между выводами проведенной по делу судебной экспертизы с учетом дополнительной судебной экспертизы и иными представленными доказательствами по делу и установленными судом фактическими обстоятельствами.

При установленных в судебном заседании обстоятельствах извещение ФБУН «СЗНЦ гигиены и общественного здоровья» об установлении ФИО6 заключительного диагноза профессионального заболевания подлежит признанию недействительным с целью исполнения требований действующего законодательства, поскольку содержит недостоверные сведения.

С учетом представленных в материалы дела доказательств, установленных судом обстоятельств и выводов экспертов, суд убежден, что неиспользование Роспотребнадзором сведений об условиях труда ФИО6, в том числе содержащихся в указанных в СГХ картах СОУТ, повлекло недостоверность выводов о степени воздействия вредных производственных факторов, что указывает на недостоверность Акта о случае профессионального заболевания в отношении него.

Следовательно, суд приходит к выводу, что в Акте от 12 февраля 2021 г. о случае профессионального заболевания ФИО6 необоснованно сделан вывод об установлении профессионального заболевания.

Поскольку оспариваемый истцом Акт от 12 февраля 2021 г. составлен по отсутствующему у ФИО6 профессиональному заболеванию, содержит недостоверные сведения и выводы об обстоятельствах и причинах возникновения у ФИО6 профессионального заболевания, то он подлежит признанию недействительным.

Принимая во внимание, что заключительный диагноз профессионального заболевания у ФИО6, изложенный в извещении от 03 марта 2020 г. №, не подтвержден, суд полагает, что выводы, изложенные в Акте о случае профессионального заболевания от 12 февраля 2021 г., являются неверными.

Применяя указанные выше нормы законодательства, суд приходит к выводу, что ответчиком ГУ-КРО ФСС РФ было обоснованно отказано истцу ФИО6 в назначении единовременной и ежемесячных страховых выплат в связи с утратой профессиональной трудоспособности на 40% в результате профессионального заболевания в связи с тем, что Акт о случае профессионального заболевания от 12 февраля 2021 г. ФИО6 оформлен с нарушением действующего законодательства.

Таким образом, в связи с признанием незаконными составленных Управлением Роспотребнадзора по Красноярскому краю, ФБУН «СЗНЦ гигиены и общественного здоровья» документов, явившихся основанием для обращения третьего лица (истца) ФИО6 за назначением страховых выплат к истцу (ответчику) ГУ-КРО ФСС РФ, требования ФИО6 о признании за ним права на обеспечение по социальному страхованию в связи с профессиональным заболеванием, повлекшим 40% профессиональной трудоспособности, возложении обязанности на ГУ–КРО ФСС РФ назначить ему единовременную и ежемесячные страховые выплаты суд признает необоснованными и не подлежащими удовлетворению.

Ссылку третьего лица ПАО «ГМК «Норильский никель» на представление от 03 декабря 2019 г. следственного отдела по городу Норильску ГСУ СК России по Красноярскому краю по уголовному делу № в отношении врача-профпатолога ФИО20, получившего взятку за внесение недостоверных сведений в медицинскую карту бывшего работника ЗФ ПАО «ГМК «Норильский ФИО8» ФИО21, в обоснование сомнений в предварительном и заключительном диагнозе профессионального заболевания ФИО6, суд находит несостоятельной, поскольку из содержания указанного документа следственного отдела, поступившего в адрес Заполярного филиала ПАО «ГМК «Норильский никель», следует, что в ходе предварительного следствия установлены данные работников филиала, обращавшихся за оказанием помощи в незаконном установлении заключительного диагноза – хронического профессионального заболевания, среди которых ФИО6 не значится.

Рассматривая требования истца ГУ-КРО ФСС РФ о признании недействительными извещения об установлении предварительного диагноза профессионального заболевания и СГХ в отношении ФИО6, суд приходит к следующему.

Как указано выше, 12 сентября 2019 г. ФБУН «СЗНЦ гигиены и общественного здоровья» ФИО6 был установлен предварительный диагноз острого или хронического профессионального заболевания (отравления) <данные изъяты> о чем было указано в извещении об установлении предварительного диагноза острого или хронического профессионального заболевания (отравления) № от 12 сентября 2019 г. (т.3 л.д.247).

В заключении экспертов указано, что для установления предварительного диагноза профессионального заболевания извещением от 12 сентября 2019 г. <данные изъяты>) ФИО6 у ФБУН «Северо-Западный научный центр гигиены и общественного здоровья» имелись основания, поскольку по результатам медицинского обследования были выявлены заболевания (синдромокомплексы) которые имелись в перечне профессиональных заболеваний РФ (приказ Минздравсоцразвития России № 417н) и соответствовали воздействию на работника общей вибрации, а наименование профессии, описание выполняемой работы ФИО6 не позволяло до составления СГХ исключить наличие вредных факторов на рабочем месте, включая общую вибрацию. Следовательно, извещение об установлении предварительного диагноза профессионального заболевания от 12 сентября 2019 г. № оформлено обосновано и в соответствии с нормативными правовыми документами.

Таким образом, у суда отсутствуют основания для признания недействительным указанного извещения об установлении предварительного диагноза профессионального заболевания, явившегося основанием в соответствии с п.2 Инструкции для оформления санитарно-гигиенической характеристики условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания от 22 октября 2019 г. №.

Согласно п.9 Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний, в случае несогласия работодателя (его представителя) с содержанием санитарно-гигиенической характеристики условий труда работника он вправе, письменно изложив свои возражения, приложить их к характеристике.

Пунктом 1.7 Инструкции предусмотрено, что при несогласии работодателя (его представителя, работника) с санитарно-гигиенической характеристикой условий труда работника (далее санитарно-гигиеническая характеристика) он вправе, письменно изложив свои возражения, приложить их к санитарно-гигиенической характеристике, а также направить апелляцию в вышестоящее по подчиненности учреждение госсанэпиднадзора в срок не позднее 1 месяца со дня ее получения. Таким образом, определены органы, в компетенцию которых входит рассмотрение разногласий по вопросам санитарно-гигиенической характеристики.

Как указано в решении Верховного Суда РФ от 05 февраля 2014 г. № «Об отказе в удовлетворении заявления о признании частично недействующим п.1.7 Инструкции о порядке применения Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от 15 декабря 2000 г. №, утв. Приказом Минздрава РФ от 28 мая 2001 г. №», правило, изложенное в п.1.7 Инструкции, о направлении апелляции в вышестоящее по подчиненности учреждение государственного санитарно-эпидемиологического надзора фактически является разъяснением п.35 Положения в той части, в которой данный пункт наряду с судебным порядком предусматривает возможность рассмотрения разногласий по вопросам установления диагноза профессионального заболевания в административном порядке.

По результатам сбора информации Управлением Роспотребнадзора по Красноярскому краю 22 октября 2019 г. была оформлена санитарно-гигиеническая характеристика условий труда ФИО6 №. Как видно из дела, вышеуказанным порядком оспаривания СГХ ни работник, ни работодатель не воспользовались, каких-либо замечаний своевременно не представили.

Составленная Управлением Роспотребнадзора санитарно-гигиеническая характеристика условий труда соответствует по форме и содержанию требованиям, изложенным в Инструкции от 31 марта 2008 г. №.

То обстоятельство, что при составлении СГХ Управлением Роспотребнадзора использовались данные не с места работы ФИО6, не может свидетельствовать о нарушении порядка составления СГХ и не может явиться основанием для признания ее недействительной.

В соответствии с п.5 указанной Инструкции в случае установления предварительного диагноза профессионального заболевания (отравления) у работника после прекращения контакта с вредными факторами производственной среды (поздний силикоз, туберкулез, злокачественные образования и др.) и невозможности представления данных об условиях труда (ликвидация цеха, участка, организации, реконструкция, отсутствие документов о количественной характеристике вредных факторов) используют другие документы (выписка из трудовой книжки, журналов инструктажа, ссылки на литературные справочные материалы по количественной характеристике факторов производственной среды и трудового процесса для аналогичных производств, профессий и др.), подтверждающие наличие вредных производственных факторов и их количественные характеристики. При ликвидации рабочего места, цеха, участка, организации возможно моделирование условий труда работника, ссылки на литературные справочные материалы по количественной характеристике факторов производственной среды и трудового процесса для аналогичных производств и другие сведения.

Описание условий труда работника (п.4 характеристики) оформляется на основании должностных обязанностей и санитарно-эпидемиологической характеристики условий труда (санитарно-эпидемиологического заключения на производство) непосредственно на рабочем месте, учитываются сведения, полученные от работодателя (или его представителя) и самого работника. Санитарно-гигиеническая характеристика составляется с учетом предварительного диагноза профессионального заболевания (отравления) (п.6 Инструкции).

Материалами дела подтверждено, что СГХ составлена на основании извещения об установлении предварительного диагноза, направленного уполномоченным органом, в соответствии с Инструкцией по составлению санитарно-гигиенической характеристики условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания, утвержденной приказом Роспотребнадзора от 31 марта 2008 г. №103, и соответствует Положению о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденному постановлением Правительства РФ от 15 декабря 2000г. №967, в связи с чем оснований для признания как её, так и извещения об установлении предварительного диагноза, недействительными не имеется.

Таким образом, исковые требования ГУ–КРО ФСС РФ к Управлению Роспотребнадзора по Красноярскому краю, ФБУН «СЗНЦ гигиены и общественного здоровья» подлежат частичному удовлетворению, а исковые требования ФИО6 удовлетворению не подлежат.

К заявленному истцом ГУ-КРО ФСС РФ ответчику КГБУЗ «Норильская межрайонная поликлиника №» какие-либо требования сформулированы не были, каких-либо противоправных действий с его стороны не установлено, в связи с чем в удовлетворении иска ГУ-КРО ФСС к данному юридическому лицу суд считает необходимым отказать.

Разрешая вопрос о взыскании судебных расходов по проведению судебных экспертиз, суд исходит из следующего.

Согласно ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам.

Согласно ст.95 ГПК РФ эксперты, специалисты и переводчики получают вознаграждение за выполненную ими по поручению суда работу, если эта работа не входит в круг их служебных обязанностей в качестве работников государственного учреждения. Размер вознаграждения экспертам, специалистам определяется судом по согласованию со сторонами и по соглашению с экспертами, специалистами.

В соответствии со ст.103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

Федеральное бюджетное учреждение «Центральная клиническая больница гражданской авиации» (ЦКБ ГА) обратилось в суд с заявлениями о возмещении расходов на проведение комплексной судебно-медицинской экспертизы в размере 254310 рублей (т.4 л.д.218-219), в обоснование чего представило перечень оказанных медицинских услуг, акт сдачи-приемки работ и счет № от 30 апреля 2022 г. на сумму 72810 рублей (т.4 л.д. 180-182, 220), перечень оказанных медицинских услуг, акт сдачи-приемки и счет № от 31 мая 2022 г. на сумму 181500 рублей (т.4 л.д. 184-187, 221).

Вышеперечисленные расходы с учетом разъяснений, содержащихся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 №1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела", подлежат взысканию с Управления Роспотребнадзора по Красноярскому краю, ФБУН «СЗНЦ гигиены и общественного здоровья», против которых вынесено решение, в равных долях, по 127155 рублей (72810 + 181500 = 254310 руб. : 2= 127155 руб.) с каждого.

Оснований для возложения данных расходов на ФИО6 и КГБУЗ «Норильская межрайонная поликлиника №» суд не усматривает на основании следующего.

Согласно п.1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. № «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» принципом распределения судебных расходов выступает возмещение судебных расходов лицу, которое их понесло, за счет лица, не в пользу которого принят итоговый судебный акт по делу.

В п.5 указанного постановления Пленума разъяснено, что при предъявлении иска совместно несколькими истцами или к нескольким ответчикам (процессуальное соучастие) распределение судебных издержек производится с учетом особенностей материального правоотношения, из которого возник спор, и фактического процессуального поведения каждого из них.

Как указано в п.19 этого же постановления Пленума, не подлежат распределению между лицами, участвующими в деле, издержки, понесенные в связи с рассмотрением требований, удовлетворение которых не обусловлено установлением фактов нарушения или оспаривания прав истца ответчиком, административным ответчиком.

По настоящему делу в удовлетворении требований ФИО6 к ГУ-КРО ФСС РФ в лице филиала № 14 было отказано в связи с признанием незаконными составленных Управления Роспотребнадзора по Красноярскому краю, ФБУН «СЗНЦ гигиены и общественного здоровья» документов, явившихся основанием для обращения истца за назначением страховых выплат к ответчику. Таким образом, поведение ФИО6 и предъявленные им требования к ГУ-КРО ФСС РФ в лице филиала №14 фактически являлись производными от установления в судебном порядке наличия или отсутствия у него профессионального заболевания.

Учитывая данные обстоятельства, а также тот факт, что ФИО6 предъявлял исковые требования в возмещения вреда здоровью работника, суд полагает, что законных оснований для взыскания с него судебных расходов не имеется.

В рамках настоящего дела было установлено, что обращение ФСС в суд вызвано было не непосредственно действиями медицинского учреждения КГБУЗ «Норильская межрайонная поликлиника №», а действиями Управления Роспотребнадзора по составлению и утверждению оспариваемых СГХ, Акта о случае профессионального заболевания и ФБУН «СЗНЦ гигиены и общественного здоровья» по направлению извещений со спорными предварительным и заключительным диагнозами.

При изложенных обстоятельствах, исходя из правоотношений и специфики рассмотренного спора, процессуального поведения ответчиков, суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для возложения обязанности по возмещению судебных издержек на ответчика КГБУЗ «Норильская межрайонная поликлиника №».

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования государственного учреждения - Красноярского регионального отделения Фонда социального страхования Российской Федерации к Управлению Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Красноярскому краю, ФБУН «Северо-Западный научный центр гигиены и общественного здоровья» удовлетворить частично.

Признать извещение № от 03 марта 2020 г. ФБУН «СЗНЦ гигиены и общественного здоровья» об установлении заключительного диагноза острого или хронического профессионального заболевания ФИО4 - <данные изъяты> недействительным и подлежащим отмене с даты составления.

Признать недействительным и подлежащим отмене с даты утверждения Акт о случае профессионального заболевания ФИО4 от 12 февраля 2021 г.

В удовлетворении исковых требований государственного учреждения - Красноярского регионального отделения Фонда социального страхования Российской Федерации к Управлению Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Красноярскому краю, ФБУН «Северо-Западный научный центр гигиены и общественного здоровья» о признании недействительными извещения ФБУН «СЗНЦ гигиены и общественного здоровья» № от 12 сентября 2019 г. об установлении предварительного диагноза острого или хронического профессионального заболевания ФИО4 и санитарно-гигиенической характеристики условий труда от 22 октября 2019 г. № в отношении ФИО4 - отказать.

В удовлетворении исковых требований Государственного учреждения - Красноярского регионального отделения Фонда социального страхования РФ к КГБУЗ «Норильская межрайонная поликлиника №1» отказать в полном объеме.

В удовлетворении исковых требований ФИО4 к государственному учреждению - Красноярскому региональному отделению Фонда социального страхования Российской Федерации в лице филиала №14 о признании случая профессионального заболевания страховым, назначении страховых выплат отказать.

Взыскать с Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Красноярскому краю, Федерального бюджетного учреждения науки «Северо-западный научный центр гигиены и общественного здоровья» Роспотребнадзора в равных долях в пользу Федерального бюджетного учреждения «Центральная клиническая больница гражданской авиации» (ЦКБ ГА) в счет возмещения расходов по проведению комплексной судебной экспертизы связи заболевания с профессией по 127155 (сто двадцать семь тысяч сто пятьдесят пять) рублей с каждого по следующим реквизитам:

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Красноярского краевого суда через Норильский городской суд в течение месяца со дня составления мотивированного решения.

Председательствующий: С.Н.Григорица

Мотивированное решение составлено 30 ноября 2022 г.