Судья Гилева С.М. Дело № 22-5062

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Пермь 22 августа 2023 года

Судебная коллегия по уголовным делам Пермского краевого суда в составе:

председательствующего Галяры В.В.,

судей Лоскутова С.М., Погадаевой Н.И.,

при секретаре Удовенко Е.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании с применением системы видеоконференцсвязи уголовное дело в отношении ФИО1 по апелляционному представлению государственного обвинителя Кузнецовой С.А., апелляционным жалобам осужденного ФИО1 и адвоката Богомолова Г.И. в защиту осужденного на приговор Краснокамского городского суда Пермского края от 27 сентября 2022 года, которым

ФИО1, дата года рождения, уроженец ****, ранее судимый:

- 22 декабря 2017 года Краснокамским городским судом Пермского края по ч. 3 ст. 260, ч. 3 ст. 30, ч. 3 ст. 191.1 УК РФ с применением ч. 3 ст. 69 УК РФ к трем годам шести месяцам лишения свободы условно с испытательным сроком два года, со штрафом в размере 300 000 рублей;

-16 февраля 2022 года Орджоникидзевским районным судом г. Перми по пп. «а», «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ с применением ст. 70 УК РФ к штрафу в размере 20000 рублей и со штрафом в размере 288000 рублей; в соответствии с ч. 5 ст. 72 УК РФ освобожден от отбывания основного наказания;

осужден по п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ к пяти годам лишения свободы, ч. 1 ст. 119 УК РФ к одному году лишения свободы; в соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения назначенных наказаний, - к пяти голам шести месяцам лишения свободы; в силу ст. 70 УК РФ путем полного присоединения к назначенному наказанию неотбытой части дополнительного наказания в виде штрафа по приговору Краснокамского городского суда Пермского края от 22 декабря 2017 года, - к пяти годам шести месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима со штрафом в размере 266 758 рублей 37 копеек; постановлено срок наказания исчислять со дня вступления приговора суда в законную силу, в срок наказания зачесть время содержания под стражей в период с 21 февраля 2022 года и до вступления приговора суда в законную силу из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительного колонии общего режима;

по приговору разрешен иск потерпевшего АК. о компенсации морального вреда: с осужденного ФИО1 в его пользу взыскано 500000 рублей.

Заслушав доклад судьи Лоскутова С.М., изложившего обстоятельства дела, выступление прокурора Телешовой Т.В. по доводам апелляционного представления, выступление осужденного ФИО1 и адвоката Богомолова Г.И. по доводам апелляционных жалоб, мнение представителя потерпевшего АК. - адвоката Корляковой М.В. об оставлении приговора без изменения, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 осужден за умышленное причинение тяжкого вреда здоровью АК., опасного для его жизни, с применением предмета, используемого в качестве оружия, и за угрозу убийством в отношении ДС.

Преступления совершены 20 февраля 2022 года в г. Краснокамске Пермского края при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Кузнецова С.А. ставит вопрос об изменении приговора, указывая на то, что суд в нарушение п. 5 ст. 304 УПК РФ не указал в его вводной части пункт, часть, статью УК РФ, предусматривающие ответственность за преступление, в совершении которого обвиняется подсудимый. Просит приговор в этой части привести в соответствие с требованиями закона.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1, выражая несогласие с приговором, находит его незаконным и необоснованным, утверждая, что он действовал в условиях необходимой обороны, защищая беременную супругу и малолетнего ребенка от агрессивного поведения потерпевших, находившихся в состоянии алкогольного опьянения. Обращает внимание, что потерпевшие АК. и ДС., а также свидетель ВС. неоднократно меняли свои показания, на очных ставках с ними вопросы стороны защиты следователь незаконно снимал. Кроме того, считает, что сумма компенсации морального вреда, взысканная с него в пользу потерпевшего АК., является завышенной и не основана на требованиях разумности и справедливости, она определена без учета его семейного положения и нахождения на его иждивении супруги и двоих малолетних детей. Просит приговор отменить, а его оправдать.

В апелляционной жалобе адвокат Богомолов Г.И., подробно анализируя показания осужденного, потерпевших, свидетелей и материалы дела, указывая на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, существенные нарушения уголовно-процессуального закона, неправильное применение уголовного закона, приводя свою версию событий, ставит вопрос об отмене приговора. Доводы адвоката сводятся к тому, что вина ФИО1 в совершении инкриминируемых преступлений не доказана, версия осужденного о нахождении в состоянии необходимой обороны, надлежащим образом не проверена, судом не учтены предшествующие посягательству события, а именно время, место, обстановка и противоправное поведение потерпевших, искажены фактические обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения уголовного дела, приговор постановлен на противоречивых и недопустимых доказательствах. Обращает внимание, что АК. и ДС. в тот вечер находились в состоянии опьянения, вели себя дерзко и агрессивно, пытались проникнуть в жилище И-вых, ударили самого ФИО1 и его беременную супругу, оскорбляли его, разбудили ребенка. Именно эти обстоятельства и привели к ответным действиям со стороны ФИО1, поскольку имела место реальная угроза посягательства на жизнь и здоровье его, а также членов его семьи. Кроме того, при разрешении дела суд не учел, что при первоначальных допросах потерпевшие АК. и ДС. сообщали о нанесении ФИО1 трех ударов ножом одномоментно. Однако в последующем показания в этой части они изменили, указывая, что осужденный нанес АК. сначала два удара ножом, а третий - через некоторое время. Также ДС. в первоначальных показаниях указывал, что ФИО1 никаких противоправных действий в отношении него не совершал, а в последующем стал утверждать, что тот угрожал ему ножом. Выяснить причины изменения потерпевшими в этой части показаний им не позволил следователь, снимая на очных ставках с ними вопросы стороны защиты. Кроме того, следователь в нарушение ст.ст. 73, 192 УПК РФ при проведении очных ставок не предлагал потерпевшим дать показания по обстоятельствам преступлений, а задавал наводящие вопросы. Проверку показаний на месте с участием потерпевших АК. и ДС. также считает недопустимыми доказательствами, поскольку данное следственное действие происходило в жилище, при этом не было получено письменного согласия лиц, проживающих в данном жилом помещении. Кроме того, стороной защиты были представлены медицинские документы в отношении малолетней дочери осужденного, согласно которым у ее было диагностировано нарушение сна, связанное с испугом. Однако суд этим документам никакой оценки не дал. Отмечает, что заключение эксперта № 219 от 12 мая 2022 года в отношении ДС. не подтверждает наличие у него каких-либо телесных повреждений на правой боковой поверхности живота. Полагает, что размер компенсации морального вреда в размере 500000 рублей необоснованно завышен судом, так как длительность лечения и восстановление здоровья были связаны не только с полученной травмой, но и наличием у АК. хронического заболевания. Кроме того, у ФИО1 на иждивении находится супруга и двое малолетних детей. Просит приговор суда отменить, ФИО1 - оправдать.

В возражениях государственный обвинитель Кузнецова С.А., представитель потерпевшего АК. – адвокат Корлякова М.В. считают приговор суда законным и обоснованным, назначенное ФИО1 наказание справедливым, сумму компенсации морального вреда разумной и справедливой, просят оставить судебный акт без изменения, а апелляционные жалобы стороны защиты – без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционного представления, апелляционных жалоб и поступивших возражений, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Приговор соответствует положениям ст. 297 УПК РФ и постановлен в соответствии с требованиями ст. ст. 302, 307 и 308 УПК РФ.

Осужденный ФИО1 в судебном заседании вину в совершении преступления не признал, утверждая, что насилие к потерпевшему АК. он применил в условиях необходимой обороны. Из его показаний следует, что в ту ночь в комнату его коммунальной квартиры, где он проживал с беременной женой и малолетним ребенком, пришли разбираться АК. и ДС., которым он перед этим сделал замечание за громкую музыку, доносящуюся из их комнаты. Они стучали по стенам и в дверь, оскорбляли его по национальному признаку, требовали, чтобы он вышел в коридор. Когда он с женой вышел из комнаты, АК. ударил его по лицу, затем ударил его жену в живот, порвал ей халат. Одновременно ДС. пытался проникнуть к ним в комнату. В ответ он захлопнул перед ним двери и прищемил ему руку. От шума проснулась и заплакала дочь. Защищая себя, свою семью и жилище, он взял в руки нож, но это не остановило нападавших. Продолжая свои противоправные действия, АК. схватил его за руку, в которой был нож и сам порезался, затем АК. прыгнул на него и в ответ он, защищаясь, два раза ударил его ножом. В это время подбежала его супруга и забрала у него нож. ДС. ножом он не угрожал.

Несмотря на занятую подсудимым позицию, судом первой инстанции сделан правильный вывод о виновности ФИО1 в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью АК., опасного для его жизни, с применением предмета, используемого в качестве оружия, а также в угрозе убийством в отношении ДС., который подтверждается достаточной совокупностью допустимых и достоверных доказательств, собранных на предварительном следствии, исследованных в судебном заседании с участием сторон и подробно изложенных в приговоре, а именно:

- показаниями потерпевшего АК., которые он подтвердил в ходе проверки показаний на месте и на очной ставке с осужденным, согласно которым 20 февраля 2022 года он находился в гостях у ДС., с которым они употребляли спиртное и смотрели футбол; вечером к ним заходил ФИО1, попросил сделать потише телевизор, угрожая возможными проблемами; около 21 часа он ушел от ДС., но через некоторое время вернулся, стал набирать в домофон ДС., однако тот не ответил, но кто-то все же открыл ему дверь в подъезд; поскольку ДС. уже спал, и разбудить его он не смог, он решил пойти домой; чтобы за ним кто-нибудь закрыл общую дверь квартиры, он тихонечко постучал в комнату И-вых; сразу же открылась дверь, за ней стоял осужденный с ножом в руке, ничего не говоря, ФИО1 сразу же ударил его ножом, первый удар пришелся по руке, второй в подмышечную область; после этого он зашел в комнату ДС., разбудил его, рассказал о случившемся, и они вместе пошли разбираться с ФИО1; первой вышла ИЕ., сказала, чтобы они успокоились, и ушла в туалет; следом вышел ФИО1, опять с ножом, которым ударил его, в этот раз уже в область поясницы; ему стало плохо, он стал заваливаться назад, при этом видел, как ФИО1 угрожал тем же ножом ДС.; к ФИО1 и ИЕ. ни он, ни ДС. насилия не применяли, в комнату к ним не пытались зайти, именно ИЕ. вырвала нож из рук осужденного и увела его в комнату;

- показаниями потерпевшего ДС., согласно которым после ухода АК. он лег спать; через некоторое время АК. вернулся, разбудил его и рассказал, что его порезал ФИО1; они вместе подошли к комнате И-вых, постучали в дверь, потребовали, чтобы ФИО1 вышел на разговор; первой из комнаты вышла ИЕ., попросила их успокоиться и ушла в туалет, следом вышел ФИО1 и сразу же ударил АК. ножом в область поясницы, отчего тот завалился и осел на пол; после этого ФИО1 переключился на него, стал размахивать перед ним ножом, порезал ему живот, при этом угрожал убийством, угрозу он воспринимал реально; от расправы его спасла ИЕ., вернувшаяся из туалета, которая вырвала у осужденного нож из руки и увела его в комнату; не отрицает, что он мог во время конфликта оскорблять осужденного, вместе с тем ударов ему, а также его жене ИЕ. ни он, ни АК. не наносили; пальцы ему прищемил ФИО1 дверью, когда того супруга уводила в комнату, а он хотел этому воспрепятствовать; очевидцем всех указанных событий был сосед ВС., который на шум вышел из своей комнаты и все видел;

- показаниями свидетеля ВС., из которых следует, что начало конфликта, в ходе которого ФИО1 нанес АК. два удара ножом, он не видел, поскольку спал; проснулся и вышел в коридор он, когда уже ДС. вместе с АК. пришли к ФИО1 разбираться, при этом громко кричали, требовали, чтобы тот вышел в коридор, высказывали оскорбления в его адрес; он видел, что сначала из комнаты вышла ИЕ., попросила АК. и ДС. успокоиться, и прошла в туалет, вслед за ней из комнаты вышел ФИО1 с ножом в руке, которым он сразу же нанес один удар АК. в бок, отчего тот осел на пол; после этого ФИО1 сразу же переключился на ДС., пошел в его сторону с ножом в руках, размахивал им; все прекратила ИЕ., которая вернулась из туалета, она вырвала нож из руки мужа и втолкнула его в комнату, при этом сама порезалась об нож;

- показаниями свидетеля ИЕ., согласно которым когда она вернулась из туалета, АК. уже лежал на полу, при этом в руках у ИЕ. был нож;

- показаниями свидетеля ШЛ., подтвержденными ею на очной ставке с ИЕ., согласно которым ночью 20-21 февраля 2022 года ей позвонил сын ВС. и сообщил, что порезали соседа АК.; на следующий день ДС. ей рассказал, что у них с ФИО1 возник конфликт из-за громко включенного телевизора при просмотре футбола вместе с АК.; конфликт был исчерпан путем убавления звука; потом АК. ушел, но через некоторое время вернулся и сообщил, что его порезал ФИО1; когда они пошли разбираться, ФИО1 снова кинулся на АК. с ножом; в последующем ИЕ. рассказывала, что именно она отобрала нож у ФИО1, при этом последний случайно ударил ее в живот, также она порезалась об нож; кроме того, она была очевидцем разговора ЧВ. и ИЕ., в ходе которого последняя сообщила, что она намеревается дать показания следователю о том, что ФИО1 порезал соседа ножом в комнате, а не в общем коридоре;

- показаниями свидетеля ЧВ., согласно которым 8 марта 2022 года ИЕ. находилась у нее в гостях, рассказывала, что хочет дать показания следователю о том, что ее муж порезал АК. ножом не в общем коридоре, а в комнате, то есть защищая свое жилище; но она ИЕ. сказала, что ей не поверят, так как следы крови в комнате не были обнаружены;

- показаниями свидетеля ИЮ. – фельдшера скорой помощи, согласно которым 20 февраля 2022 года в 23:30 он прибыл в составе бригады скорой помощи в квартиру по адресу: ****26; их встретил мужчина не русский по национальности, сказал, что пострадавший оскорблял его и его семью по национальному признаку, поэтому он ударил его ножом; сам пострадавший АК. сидел в кресле, был весь в крови, при визуальном осмотре у него было обнаружено три ранения: в руку, грудную клетку и поясницу;

а также письменными доказательствами, исследованными в суде первой инстанции, в том числе протоколом осмотра места происшествия, в ходе которого в комнате И-вых был обнаружен и изъят нож, на клинке которого экспертом были обнаружены следы крови человека, на рукоятке - биологические следы ИЕ., в комнате ДС. обнаружена одежда АК. с порезами и следами крови, на мебели и на полу обнаружены следы вещества бурого цвета; заключениями эксперта № 188 от 27 апреля 2022 года, № 188-доп от 8 июня 2022 года, № 188-доп от 20 июля 2022 года, согласно которым у АК. имелись повреждения в виде проникающего колото-резаного торако-абдоминального ранения слева (ранение груди и живота) с повреждением купола диафрагмы слева, колото-резаной раны поясничной области слева, проникающей в забрюшинное пространство, без повреждения внутренних органов, резаная рана на ладонной поверхности левой кисти, которые, судя по характеру и клиническим проявлениям, образовалось от воздействия предмета, обладающего колюще-режущими свойствами, например ножом, при этом колото-резаное торако-абдоминальное ранение квалифицируется как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, колото-резаная рана поясничной области и резаная рана ладони квалифицируются как легкий вред здоровью, по признаку длительности расстройства его на срок не свыше 21 дня, характер и объем повреждений у АК. не исключал возможности совершения пострадавшим активных действий после их получения; заключением эксперта № 219 от 12 мая 2022 года, согласно которому у ДС. обнаружен участок изменения цвета кожи на правой боковой поверхности живота; заключением эксперта № 92 от 21 февраля 2022 года, согласно которому у ФИО1 каких-либо телесных повреждений не обнаружено; и другими доказательствами, приведенными в приговоре.

Суд оценил и проанализировал все исследованные в суде доказательства, представленные стороной обвинения и стороной защиты, в их совокупности. Все изложенные в приговоре доказательства суд, в соответствии с требованиями ст.ст. 87, 88 УПК РФ проверил, сопоставив их между собой, и каждому из них дал оценку с точки зрения относимости, допустимости и достоверности.

Нарушений уголовно-процессуального закона, свидетельствующих о неполноте и необъективности исследования обстоятельств дела, либо нарушающих права осужденного, ни органами предварительного расследования, ни судом допущено не было.

Обстоятельств, свидетельствующих о заинтересованности потерпевших и допрошенных по делу свидетелей обвинения в оговоре осужденного, как и об искусственном создании доказательств по настоящему делу, судом не установлено.

Оснований не доверять показаниям потерпевших АК. и ДС. у суда первой инстанции не имелось, их показания об обстоятельствах, при которых АК. был причинен тяжкий вред здоровью, а ДС. высказаны угрозы убийством, были конкретны и последовательны, они согласуются с другими доказательствами, в том числе с показаниями непосредственного очевидца ВС., показания которого, вопреки доводам адвоката были всегда последовательными, а также с показаниями свидетелей ШЛ., ЧВ., заключениями экспертов.

Причины имеющихся в первоначальных показаниях потерпевших АК. и ДС. противоречий в части последовательности событий были выяснены, а сами противоречия устранены путем проведения очных ставок, в том числе со свидетелем ВС. Объясняются эти противоречия скоротечностью событий, алкогольным опьянением и эмоциональным состоянием потерпевших.

Оглашение и исследование в судебном заседании содержания протоколов следственных действий и иных документов, положенных судом в основу приговора, проведено строго в соответствии с положениями ст. 285 УПК РФ.

Существенных нарушений норм УПК РФ при проведении очных ставок между обвиняемым ФИО1 и потерпевшими АК., ДС. не допущено, о чем в апелляционной жалобе указывает адвокат, поскольку указанные очные ставки были проведены в полном соответствии с требованиями ст. 192 УПК РФ, с участием защитника ФИО1 Вопреки доводам адвоката, какие-либо наводящие вопросы допрашиваемым следователем не задавались, ФИО1 и его защитник также активно задавали вопросы потерпевшим, провокационные вопросы и вопросы, не имеющие отношения к делу, следователем обоснованно отводились. Кроме того, в ходе судебного следствия сторона защиты не была ограничена в праве задавать любые вопросы потерпевшим, выяснять у них любые обстоятельства.

Законным и обоснованным является и решение суда о признании допустимыми доказательствами протоколов проверки показаний на месте потерпевших АК. и ДС., которые проведены отдельно с каждым потерпевшим в разное время с соблюдением требований ст. 194 УПК РФ, протоколы подписаны участниками следственных действий без каких-либо замечаний. В судебном заседании потерпевшие подтвердили показания, данные ими в ходе проверки их показаний на месте преступления. Право на неприкосновенность жилища И-вых при проведении проверки показаний на месте, вопреки доводам жалобы адвоката, нарушено не было, данные следственные действия проводились в общем коридоре коммунальной квартиры с согласия других собственников квартиры.

Оснований сомневаться в достоверности выводов судебно-медицинских экспертиз не имеется, поскольку они научно обоснованы, в них изложены все необходимые данные и обстоятельства, исследованы необходимые документы и материалы дела, даны ответы на все поставленные вопросы, которые являются типичными для производства подобного рода экспертиз. В сделанных выводах не содержится противоречий, требующих устранения путем проведения повторной или дополнительной судебно-медицинских экспертиз, привлечения к участию в деле иных специалистов. При производстве экспертиз нарушений уголовно-процессуального закона, а также иных правил производства экспертиз по уголовным делам, не допущено.

Каких-либо не устраненных судом существенных противоречий в доказательствах, требующих их истолкования в пользу осужденного, судебная коллегия не усматривает.

Все обстоятельства, имеющие значение для дела, в том числе доводы защиты, приведенные в обоснование своей позиции по делу, были судом всесторонне исследованы и проанализированы, им в приговоре дана надлежащая оценка.

В том числе судом тщательно проверена и обоснованно отвергнута как несостоятельная со ссылкой на имеющиеся доказательства версия ФИО1, выдвинутая в судебном заседании, о том, что его действия представляли необходимую оборону либо превышение ее пределов, с приведением мотивов принятого решения, не согласиться с которым у судебной коллегии нет оснований.

Оснований сомневаться в этих выводах суда не имеется, поскольку каких-либо данных о том, что на осужденного либо членов его семьи в момент совершения им преступления было совершено общественно-опасное посягательство, что потерпевшие АК. и ДС. в момент совершения преступления представляли какую-либо опасность для ФИО1 в судебном заседании не установлено, не усматривается таковых и из материалов дела.

На основании ч. 1 ст. 37 УК РФ под необходимой обороной понимается защита личности и прав обороняющегося или других лиц охраняемых законом интересов общества и государства от общественно опасного посягательства, если это посягательство было совершено с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия.

Как установлено судом, описываемым криминальным событиям предшествовала обычная бытовая ссора между соседями коммунальной квартиры.

Вопреки доводам жалоб, собранные по делу доказательства бесспорно свидетельствуют о том, что ФИО1 не находился в состоянии необходимой обороны, поскольку первые два удара ножом АК. он нанес после того как последний обратился к нему с просьбой закрыть за ним общую дверь квартиры, то есть в тот момент АК. не совершал и не намеревался совершать никаких активных действий, создающих опасность для его жизни и здоровья. ФИО1 же, не разобравшись и не оценив обстановку, на почве личной неприязни и обиды за ранее нанесенные оскорбления, умышленно ударил АК. два раза ножом, чем причинил ему тяжкий вред здоровью.

Третий удар ножом ФИО1 нанес потерпевшему через некоторое время, когда АК. и ДС. пришли к нему разбираться из-за предшествующих событий.

Доводы осужденного о том, что АК. и ДС. угрожали и применяли к нему и его близким насилие, которое создавало опасность для жизни и здоровья, в результате которого ФИО1 имел право применить насилие, опасное для жизни и здоровья, либо заблуждался относительно опасности для своей жизни от действий потерпевших, в судебном заседании не нашли своего объективного подтверждения.

Постановлением мирового судьи судебного участка № 2 Краснокамского судебного района Пермского края от 15 августа 2022 года АК. был привлечен по ст. 6.1.1 КоАП РФ к административной ответственности за совершение в отношении ИЕ. иных насильственных действий, причинивших физическую боль, а именно за умышленное нанесение ей удара в живот. Данное постановление вступило в законную силу, поэтому должно учитываться по настоящему делу.

Вместе с тем, судебная коллегия не находит оснований для вывода о том, что АК. применил к супруге осужденного насилие, которое создавало бы опасность для ее жизни и здоровья, в результате которого ФИО1 имел право применить к АК. насилие, отвечающего критериям, предусмотренным ст. 37 УК РФ.

Более того, из первоначальных показаний осужденного ФИО1, которые суд взял за основу приговора, следует, что ФИО1 в период, предшествующий им нанесению удара потерпевшему ножом, вообще не был осведомлен о том факте, что в ходе конфликта его жена получила травму. Кроме того, к тому моменту, когда ИЕ. причинен был кровоподтек на животе, объективная сторона преступления, предусмотренного п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ, ФИО1 уже была выполнена, и тяжкий вред здоровью АК. им уже был причинен.

Несмотря на то, что в ходе выяснения отношений АК. и ДС. вели себя агрессивно и оскорбляли осужденного, суд сделал обоснованный вывод об отсутствии общественно опасного посягательства на жизнь ФИО1, поскольку все эти действия не являлись опасными для его жизни или здоровья либо жизни и здоровью иных лиц и не создавали непосредственной угрозы применения такого насилия.

Так же суд правильно учел, что действия АК. и ДС. не являлись для осужденного внезапными и, следовательно, не лишали его возможности объективно оценить характер их действий.

Поэтому доводы адвоката о восприятии ФИО1 действий потерпевших как общественно опасного посягательства на него, отвечающего критериям, предусмотренным ст. 37 УК РФ, обоснованно судом отвергнуты по мотивам отсутствия объективных данных, которые бы подтверждали вышеуказанную оценку осужденного.

Представленная стороной защиты выписка из медицинского учреждения (т. 5 л.д. 17), согласно которой ИК. (2 года) обращалась к врачу с проблемами со сном в связи с нападением на квартиру, выводов суда о виновности ФИО1 в инкриминируемых деяниях не опровергает, поскольку этот диагноз был установлен со слов родителей и никакими иными объективными данными не подтвержден.

Таким образом, все существенно значимые по делу обстоятельства судом первой инстанции учтены при вынесении приговора, мотивы, по которым суд отверг доказательства, представленные стороной защиты, в том числе показания свидетелей защиты, в описательно-мотивировочной части приговора подробно изложены, а потому никаких законных оснований считать неверной оценку доказательств и выводов суда, судебная коллегия не усматривает.

Правильно и с достаточной полнотой установив фактические обстоятельства по делу, оценив собранные доказательства, суд первой инстанции пришел к справедливому выводу о доказанности вины ФИО1 и дал верную юридическую оценку его действиям, квалифицировав их по п. «з» ч. 2 ст. 111, ч. 1 ст. 119 УК РФ.

Оснований для иной квалификации действий осужденного, в том числе по ч. 1 ст. 114 УК РФ не имеется.

Наказание осужденному назначено в соответствии с требованиями ст.ст. 6, 60 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, наличия смягчающих и отсутствия отягчающих наказание обстоятельств, всех обстоятельств дела и данных, характеризующих его личность, соразмерно содеянному, а также влияния назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Необходимость назначения ФИО1 по ч. 1 ст. 119 УК РФ наказания в виде лишения свободы, то есть более строгого вида наказания из числа, предусмотренных за данное преступление, судом надлежащим образом мотивирована.

В соответствии с п. «з» ч. 1 ст. 61 УК РФ суд признал в качестве смягчающего обстоятельства по каждому из преступлений аморальное поведение потерпевших, явившееся поводом для преступлений.

По смыслу закона противоправное поведение потерпевшего может быть признано в качестве смягчающего наказание обстоятельства только в том случае, если оно явилось поводом для совершения преступления. По настоящему делу травма живота ИЕ. была причинена уже после того, как ФИО1 умышленно причинил АК. тяжкий вред здоровью, поводом для которого послужило аморальное поведение последнего. В связи с чем оснований для признания смягчающим обстоятельством противоправность поведения потерпевшего не имеется.

Новых данных о смягчающих обстоятельствах, которые бы не были известны суду первой инстанции, либо которые, в силу требований закона могли бы являться безусловным основанием к снижению назначенного осужденному наказания, в материалах дела не имеется и в суд апелляционной инстанции не представлено.

Суд правильно не усмотрел возможности применения к осужденному ФИО1 положений ст.ст. 64, 73, ч. 6 ст. 15 УК РФ, посчитав, что более мягкое наказание, условное осуждение, снижение категории преступления не сможет обеспечить достижение целей наказания. С учетом фактических обстоятельств совершения преступлений, степени их общественной опасности, личности осужденного, не находит таких оснований и суд второй инстанции.

Вид исправительного учреждения определен судом верно, в соответствии с п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ, как исправительная колония общего режима.

Разрешая гражданский спор по существу, оценив в совокупности собранные по делу доказательства, суд первой инстанции пришел к выводу об удовлетворении исковых требований потерпевшего АК., поскольку исходил из того, что в результате действий осужденного ему причинен моральный вред.

Размер возмещения, причиненного потерпевшему АК. морального вреда в размере 500 000 рублей, определен судом на основании ст.ст. 151, 1100 ГК РФ и в соответствии с положениями ст. 1101 ГК РФ является разумным и справедливым.

При определении размера денежной компенсации причиненного потерпевшему суд учитывал субъективные особенности лица, обратившегося за компенсацией морального вреда, степень физических и нравственных страданий, степень вины осужденного, фактические обстоятельства совершенного преступления, требования разумности и справедливости. Вывод суда в данной части подробно мотивирован, при этом все обстоятельства имеющие значение для разрешения этого вопроса были учтены.

С учетом изложенного, доводы осужденного ФИО1 и адвоката Богомолова Г.И. о несоразмерности суммы, взысканной в счет компенсации морального вреда, являются несостоятельными, поскольку направлены на переоценку выводов суда, для чего суд апелляционной инстанции не находит оснований.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, судом первой инстанции допущено не было.

Вместе с тем приговор суда подлежит изменению по следующим основаниям.

Как обоснованно отмечено в апелляционном представлении, действительно, суд во вводной части приговора в нарушении ч. 5 ст. 304 УПК РФ не указал, в чем обвинялся ФИО1 органом следствия.

Кроме того, в нарушение ч. 4 ст. 304 УПК РФ и положений п. 3 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2016 N 55 «О судебном приговоре», во вводной части приговора не указано об осуждении ФИО1 приговором Орджоникидзевского районного суда г. Перми от 16 февраля 2022 года.

Судебная коллегия считает необходимым внести в приговор соответствующие уточнения.

Кроме того, мотивируя выводы об отсутствии в действиях ФИО1 признаков необходимой обороны, суд установил, что удар в живот ИЕ. нанесен не АК., а ФИО1 При этом суд не принял во внимание постановление мирового судьи от 15 августа 2022 года, которым АК. был привлечен по ст. 6.1.1 КоАП РФ к административной ответственности за нанесение удара в живот ИЕ., мотивируя свое решение тем, что данное судебное решение в силу ст. 90 УПК РФ по настоящему делу преюдициального значения не имеет. Вместе с тем суд первой инстанции не учел, что данное судебное решение, которым установлена виновность АК. в совершении административного правонарушения, предусмотренного ст. 6.1.1 КоАП РФ, вступило в законную силу, оно исполняется, поэтому суд первой инстанции не мог подвергать сомнению выводы мирового судьи в отношении виновности или невиновности АК. в совершении указанного административного правонарушения.

При таких обстоятельствах из обжалуемого приговора подлежат исключению выводы суда о том, что удар в живот ИЕ. нанесен не АК., а ФИО1

Кроме того, как следует из приговора, суд первой инстанции, назначая ФИО1 итоговое наказание по совокупности приговоров на основании ст. 70 УК РФ, к вновь назначенному наказанию присоединил неотбытую часть дополнительного наказания в виде штрафа, назначенного по приговору Краснокамского городского суда Пермского края от 22 декабря 2017 года.

Вместе с тем суд первой инстанции не учел, что ФИО1 в последующем был еще раз осужден приговором Орджоникидзевского районного суда г. Перми от 16 февраля 2022 года, по которому окончательное наказание назначено с применением ст. 70 УК РФ путем присоединения к назначенному наказанию неотбытой части наказания по приговору от 22 декабря 2017 года.

При таких обстоятельствах при отсутствии апелляционного представления в части неправильного применения уголовного закона при назначении окончательного наказания по совокупности преступлений судебная коллегия считает необходимым исключить из приговора указание на применение ст. 70 УК РФ.

В остальной части приговор суда является законным и обоснованным.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

приговор Краснокамского городского суда Пермского края от 27 сентября 2022 года в отношении ФИО1 изменить:

указать в его вводной части судимость ФИО1 по приговору Орджоникидзевского районного суда г. Перми от 16 февраля 2022 года, которым он осужден по пп. «а», «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ с применением ст. 70 УК РФ к штрафу в размере 20000 рублей, со штрафом в размере 288000 рублей, а также указать, что ФИО1 обвинялся в совершении преступлений, предусмотренных п. «з» ч. 2 ст. 111, ч. 1 ст. 119 УК РФ.

Исключить из приговора выводы суда о том, что удар в живот ИЕ. нанесен не АК., а ФИО1

Исключить из приговора указание на назначение ФИО1 наказания с применением ст. 70 УК РФ. Приговор Орджоникидзевского районного суда г. Перми от 16 февраля 2022 года исполнять самостоятельно.

Зачесть в срок лишения свободы время содержания ФИО1 под стражей в периоды с 21 февраля 2022 года по 13 декабря 2022 года и с 4 июля 2023 года по 21 августа 2023 года из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима, а также время отбывания наказания в виде лишения свободы в период с 14 декабря 2022 года по 3 июля 2023 года из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

В остальной части этот же приговор оставить без изменения, а апелляционные жалобы осужденного ФИО1 и адвоката Богомолова Г.И. в его защиту - без удовлетворения.

Определение может быть обжаловано в кассационном порядке в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции (г. Челябинск) через Краснокамский районный суд Пермского края в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу приговора, а осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии приговора, вступившего в законную силу. Осужденный вправе ходатайствовать о своем участии при рассмотрении дела в суде кассационной инстанции.

Председательствующий: подпись

Судьи: подписи