Дело №
УИД: №
РЕШЕНИЕ
ИФИО1
22 сентября 2025 года <адрес>
Долгопрудненский городской суд <адрес> в составе:
председательствующего судьи ФИО9
с участием прокурора ФИО4,
при секретаре ФИО5,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 (паспорт №) к ФИО11» (ОГРН №) о возмещении вреда здоровью, причиненного в результате ненадлежащего оказания медицинских (стоматологических) услуг,
УСТАНОВИЛ:
Истец ФИО2 обратился в суд к ответчику ФИО10 просит взыскать с ответчика в свою пользу стоимость некачественных услуг в размере 301 796 руб., возмещение вреда, причиненного здоровью в размере 3 130 037 руб., переплату по договору в размере 86 246 руб., компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб., проценты, начисленные на подлежащую возврату стоимость услуг за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ гг. включительно в размере 235 400,88 руб., штраф, в обоснование исковых требований, ссылаясь на то, что ДД.ММ.ГГГГ между был сторонами заключен договор возмездного оказания медицинских услуг №, в соответствии с которым истцу оказаны услуги: удаление зубов 17,38,48; лечение зубов 13,14,15,34, и 35 (два раза); имплантация зубов 25, при этом в акте ответчиком ошибочно указан зуб 26) и 36; установка и последующая коррекция брекет-системы на зубах 11, 12, 13, 14, 15, 16, 21, 22, 23, 24, 26, 31, 32, 33, 34, 35, 37, 41, 42, 43, 44, 45, 46; профилактические осмотры -22 осмотра; профессиональная гигиена полости рта и зубов – 4 раза. За данные услуги истцом оплачены денежные средства в размере 606 728 руб., из которых 86 246 руб. является переплатой. Истец полагает, что ответчиком до него не была доведена вся необходимая и достоверная информация относительно услуг, а также сами услуг оказаны некачественно, что привело к причинению вреда его (ФИО2) здоровью. Для устранения причиненного вреда здоровью, в результате оказания ему некачественных услуг, истец был вынужден обратится в ФИО13», стоимость лечения в данной организации составляет 3 130 037 руб. Также истцом произведена переплата по договору № в размере 86 246 руб., на данную сумму никакие услуги ответчиком оказаны не были, в связи с чем истцом заявлены требования о ее взыскании. В связи с причинением ответчиком вреда здоровью истца в результате некачественного оказания услуг, истец испытывает физические и нравственные страдания. В адрес ответчика истцом была направлена претензия, которая оставлена ответчиком без исполнения, в связи с чем истец вынужден обратиться в суд с настоящим иском (л.д. 5-11).
Истец ФИО2 в судебное заседание явился, на исковых требованиях настаивает, просит удовлетворить в полном объеме.
Представитель ответчика в судебное заседание явился, просит в удовлетворении исковых требований отказать, ранее представленные возражения поддержал (л.д. 73-81, 236-242).
Прокурором в ходе судебного разбирательства заявлено ходатайство о вынесении частного определения в адрес ФИО12», учитывая допущенные ответчиком нарушения ст. 20 ФЗ № 323-ФЗ от ДД.ММ.ГГГГ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации».
Выслушав стороны, допросив эксперта ФИО6, принимая во внимание заключение прокурора, полагавшего требования истца подлежащими удовлетворению в части компенсации морального вреда, исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему.
Статьей 41 Конституции Российской Федерации закреплено, что каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь.
Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулируются Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации».
В соответствии с ч. 4 ст. 2 ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», медицинская услуга - это медицинское вмешательство или комплекс медицинских вмешательств, направленных на профилактику, диагностику и лечение заболеваний, медицинскую реабилитацию и имеющих самостоятельное законченное значение.
Согласно ч. 21 ст.2 ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.
Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (ч.1 ст. 37 ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.
Согласно части 2 статьи 19 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе, в соответствии с договором добровольного медицинского страхования.
Пунктом 9 части 5 статьи 19 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан Российской Федерации» предусмотрено право пациента на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи.
Платные медицинские услуги могут оказываться в полном объеме стандарта медицинской помощи либо по просьбе пациента в виде осуществления отдельных консультаций или медицинских вмешательств, в том числе, в объеме, превышающем объем выполняемого стандарта медицинской помощи (часть 4 статьи 84 ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи (часть 2 статьи 98 ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
В соответствии с ч. 3 ст. 98 ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.
В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина» разъяснено, что по общему правилу, установленному статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
Таким образом, для привлечения к ответственности в виде возмещения ущерба и взыскания компенсации морального вреда юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с несением потерпевшим убытков, в связи с некачественным оказанием медицинской помощи, физических или нравственных страданий, в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага, при этом на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт причинения ущерба, наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред. Для взыскания убытков необходима совокупность следующих условий: факт наступления вреда, наличие причинно-следственной связи между противоправными действиями (бездействиями) причинителя вреда и наступившими последствиями, размер причиненного вреда и вина причинителя вреда.
В соответствии с абз.3 ч. 1 ст. 29 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей» потребитель при обнаружении недостатков выполненной работы (оказанной услуги) вправе потребовать соответствующего уменьшения цены выполненной работы (оказанной услуги).
В соответствии с частью 1 статьи 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Как установлено судом и усматривается из материалов дела, ДД.ММ.ГГГГ между истцом ФИО2 (потребитель) и ответчиком ФИО14» (исполнитель) был заключен договор возмездного оказания медицинских услуг № (л.д. 12-16).
В соответствии с п.1.1 договора, исполнитель обязался оказать потребителю на возмездной основе медицинские услуги (диагностические, леченые и иные), далее «услуги», в соответствии с имеющейся лицензией на осуществление медицинской деятельности № ЛО-77-01-020320, выданной заместителем руководителя Департамента здравоохранения <адрес>, действует бессрочно (на осуществление медицинской деятельности; при оказании первичной, в т.ч. доврачебной, врачебной и специализированной, медико-санитарной помощи организуются и выполняются следующие виды работы (услуги): при оказании первичной доврачебной медико-санитарной помощи в амбулаторных условиях по: рентгенологии, сестринскому делу, стоматологии профилактической; при оказании первичной специализированной медико-санитарной помощи в амбулаторных условиях: по организации здравоохранения и общественному здоровью, ортодонтии, стоматологии детской, стоматологии общей практики, стоматологии ортопедической, стоматологии терапевтической, стоматологии хирургической), а потребитель обязался их оплатить. Конкретный вид, объем, стоимость и сроки их оказания согласуются в приложении № к настоящему договору.
Как следует из акта об оказании услуг, всего ФИО15» оказано услуг на сумму 520 482 руб., истцом всего оплачено 606 728 руб. (л.д. 17-18).
Истец указывает на то, что ответчиком до него не была доведена вся необходимая и достоверная информация относительно услуг, а также сами услуг оказаны некачественно, что привело к причинению вреда его здоровья, а именно: ФИО16» некачественно проведено лечение зубов 13,14,15,34, и 35 (два раза), в настоящее время требуется срочное перелечивание данных зубов (лечение корневых каналов, удаление кисты медикаментозными препаратами, есть риск того, что указанные зубы нужно будет удалять); без какой-либо необходимости, по настоянию ответчика, истцу были удалены зубы 17,38,48; истцу не была доведена вся необходимая и достоверная информация в отношении установки брекет-системы (подходит ли брекет-система для истца, какая брекет-система будет безопасной для здоровья истца); после установки брекет-системы, на зубах истца появились меловидные пятна (кариес), которые, в результате неоднократных осмотров полости рта истца, проводимые врачами ответчика, не были диагностированы должным образом и не было проведено своевременное лечение, что впоследствии привело к появлению сильного кариеса на зубах 11, 12, 13, 14, 15, 16, 21, 22, 23, 24, 26, 31, 32, 33, 34, 35, 37, 41, 42, 43, 44, 45, 46 – при профилактических осмотрах меловидные пятна (кариес) были выявлены врачами ответчика, однако истцу было сказало, что лечение меловидных пятен (кариеса) будет проведено после снятия брекет-системы; установленная брекет-система не исправила прикус истца – в течение дня зубы разъезжаются и смещаются, что вынуждает истца каждый вечер использовать специальную капу, при этом о данных последствиях истца ответчик не предупреждал. Прикус не пришел в должную норму, многие зубы не соприкасаются; врачами ответчика проводилась некачественная профессиональная гигиена полости рта и зубов – после проведения профессиональной гигиены полости рта и зубов, зубы были шероховатые, что в свою очередь приводило к повреждению зубов. Указанные выше недостатки, являются существенными, так как причинили серьезный вред здоровью истца, устранение указанных недостатков требует больших временных и финансовых затрат.
Ответчик, возражая относительно исковых требований указал, что ФИО2 обратился к ответчику с жалобой на затрудненный прием пищи, неровные зубы, на эстетический дефект в виде промежутков между зубами, на неправильный прикус, на отсутствие некоторых зубов. Ортодонтическое лечение ранее не проводилось, ответчиком был установлен ФИО2 диагноз К07.2 аномалия соотношения зубных дуг, К07.03 аномалия положения зубов. Была проведена консультация, проведено ОПТГ и КЛКТ, составлен предварительный план лечения. После согласования плана лечения было проведено терапевтическое лечение (санация), хирургическое удаление (17,38,48 зубов). В октябре 2023 года установлены имплантанты в области 25,36; в области 25 и 36 зубов зафиксированы циркониевые коронки на зубы 25,36 на имплантанты. В связи с плохой гигиеной полости рта, истцу, неоднократно проводилась профгигиена. На основании жалоб и клинической картины, установленного диагноза было проведено ортодонтическое лечение с установкой брекет-системы на зубы 1.6-2.6, после установки проводился ретенционный период. В процессе лечения отмечена положительная динамика. В октябре 2024 года лечение на брекет-системах было завершено, брекет-системы сняты, при снятии брекет-системы на вестибулярной пришеечной поверхности зубов истца присутствовали меловидные пятна, образовавшиеся из-за неудовлетворительной гигиены во время ортодонтического лечения и присутствия мягкого налета длительное время вокруг бректов, что привело к деминерилазации эмали под налетом. Истец был направлен на профессиональную гигиену полости рта, осмотр терапевту-стоматологу, на рациональное протезирование к ортопеду. Рекомендовано наладить индивидуальную гигиену полости рта, наносить на зубы реминерализующий гель. Истец находился под наблюдением, проводилось ретенционное лечение. Со слов истца, он не всегда носил ночью ретенционную капу по рекомендации врачей, далее на прием не являлся.
Для установления юридически значимых по настоящему делу обстоятельств, определением Долгопрудненского городского суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ по ходатайству ответчика ФИО17» по делу назначена судебно-медицинская экспертиза (л.д. 152-153).
Согласно экспертного заключения №, проведенной экспертами <данные изъяты> эксперты отметили недостатки ведения медицинской документации, а именно, согласно пп. «в» п.17 Правил предоставления медицинскими организациями платных медицинских услуг, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации № от ДД.ММ.ГГГГ, договор должен содержать «перечень платных медицинских услуг, предоставляемых в соответствии с договором (в договоре от ДД.ММ.ГГГГ №) данное требование отражено в п.1.1 «конкретный вид, объем, стоимость, сроки их оказания согласуются в приложении №), вместе с этим договор не содержит конкретного перечня медицинских услуг, а приложение № к договору не представлено. При этом акты к договору подписаны без указания даты их составления, содержат услуги, которые оказаны до даты составления договора (например из акта: ДД.ММ.ГГГГ 104.01 Профессиональная гигиена полости рта и зубов), при этом запись об услуге, приведенной в акте с датой ДД.ММ.ГГГГ, отсутствует в медицинской документации ФИО2
В медицинской карте ортодонтического пациента в графе «План лечения» указано «подробно в приложении б/н к договору на оказание услуг», соответствующее приложение к которому, в материалах дела отсутствует, в нарушение требований пп. «а», пп. «д» п.2.1 Критериев оценки качества медицинской помощи, утвержденных приказом Минздрава России №н от ДД.ММ.ГГГГ.
Установлено, что в записях приемов (услуг) ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ отсутствуют указания на специальность врача, предоставившего медицинскую услугу, отсутствует подпись врача (медицинского работника), оказавшего услугу. Отсутствие описание объективной картины характерно и для приемов: ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ (в ходе приемов отражается наличие налета вокруг брекетов, вместе с этим, врачами не приведено описание объективной картины полости рта, зубов, на основании чего осуществляется корректировка плана лечения; ряд приемов имеет отличие только лишь в дате приема, повторяя друг друга).
Приемы ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ содержат описание локальной клинической картины (но только лишь в рамках одного-нескольких зубов), и терапии, направленной на устранение заболеваний отдельных зубов.
Представленные материалы не содержат информированных добровольных согласий в рамках дачи которых пациент детально информируется врачом о запланированном лечении, целях терапии и возможных осложнениях, таким образом, имеет место нарушение ст.20 ФЗ № 323-ФЗ от ДД.ММ.ГГГГ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации». Комиссия отмечает, что наличие (комплексного) плана лечения является основой информирования пациента, в том числе в рамках дачи информационного добровольного согласия.
На компьютерной томографии от ДД.ММ.ГГГГ, выполненной ФИО2 в рамках настоящей экспертизы, каких-либо дефектов каналов зубов, лечение которых осуществлялось в ФИО18», не визуализируется, в частности, каналы зубов запломбированы в полном объеме (до апексов).
На представленных в материалах дела снимках, в частности от ДД.ММ.ГГГГ, визуализируется утолщение слизистой оболочки верхнечелюстных пазух, что с высокой вероятностью указывает на перенесенный двусторонний верхнечелюстной синусит у пациента ФИО2 Клинические проявления могли включать отраженную боль в области верхних зубов. При возникновении подобной симптоматики и соответствующих рентгенологических изменений первоочередной задачей является исключение/подтверждение ЛОР-патологии путем консультации врача-оториноларинголога. Согласно литературным данным, в 60-74% случаев верхнечелюстной синусит имеет неоднтогенное (не связанное с патологией зубов) происхождение и, соответственно, не требует стоматологического лечения.
В части стоматологического осмотра от ДД.ММ.ГГГГ, выполненного ФИО2 в рамках настоящей экспертизы, наблюдается: наличие множественных очагов деминерализации эмали зубов. Ведущей причиной развития множественных очагов деминерализации эмали в области фиксации замков брекет-системы является хронически неудовлетворительная гигиена полости рта пациента в период ортодонтического лечения, что подтверждается регулярными соответствующими записями в медицинской документации. Характерная локализация поражений вокруг снятых замков соответствует зонам наибольшего скопления зубного налета под элементами брекет-системы и представляет собой часто встречающееся осложнение ортодонтического лечения фиксированными аппаратами на фоне недостаточной гигиены.
Утверждение истца о том, что использование капы является непредвиденным последствием неэффективного лечения, не соответствует стандартам ортодонтии. Ретенционная капа является обязательным, прогнозируемым и длительным (годы и более) этапом лечения после брекет-системы, необходимой для стабилизации прикуса и предотвращения постепенного рецедива (медленного возврата зубов к исходному положению). Утверждение о смещении зубов «в течение дня» не отражает реальный механизм ортодонтического рецидива, который является постепенным процессом, занимающим недели и месяцы и возникает при отсутствии соблюдения ретенционного периода (ношения капы).
Имеющая место у ФИО2 клиническая картина не свидетельствует о дефектах оказания медицинской помощи, подобные последствия проведенного лечения являются ожидаемыми, и должны доводиться пациенту в рамках дачи информированного добровольного согласия.
В соответствии с п.2 Правил определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека (утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации № от ДД.ММ.ГГГГ) под вредом, причиненным здоровью человека, понимается нарушение анатомической целостности и физиологической функции органов и тканей человека в результате воздействия физических, химических, биологических и психогенных факторов внешней среды.
Выявленные недостатки ведения медицинской документации оказания медицинской помощи ФИО2 указанные в ответе на вопрос № настоящего заключения, являются следствием действий (бездействий) медицинского персонала ООО «ИМПЛАНТЛАБ» по ведению медицинской документации, но они не привели к возникновению нарушения анатомической целостности и физиологической функции его органов и систем и не повлекли утраты трудоспособности.
Эксперты не усматривают дефектов оказания медицинской помощи в ФИО19», требующих повторного оказания медицинской помощи ФИО2(л.д. 177-211).
В ходе судебного заседания был опрошен эксперт ФИО6, которая пояснила, ДД.ММ.ГГГГ был проведен стоматологический осмотр, сделаны снимки, а также компьютерная томография, данные действия проводились сотрудником <данные изъяты> который не является стоматологом. Проведение осмотра ФИО2 экспертом не требовалось. При проведении экспертизы, экспертной комиссией оценивались комплексно действия ФИО20», при лечении ФИО7 Эксперты смотрели снимки всех зубов истца, сделали компьютерную томографию, объективно смотрели каждый зуб, как он запломбирован, как каналы запломбированы достигали ли они апексов, в каком состоянии находилась сама челюсть истца. В части удаления зубов 17,38,48 отдельно вопрос в определении суда не стоял, поэтому отражения в экспертном заключении не нашел, однако, эксперт пояснил, что удаление данных зубов это частая практика, нарушений в данной части не имеется. В случае обнаружения недостатков лечения ФИО2, экспертами были ли бы отражены данные недостатки. При подготовке экспертного заключения экспертами изучались материалы дела, представленная медицинская документация, снимки, также снимки и компьютерная томография сделанные в ходе проведения настоящей экспертизы. Каких-либо дефектов оказания медицинской помощи в ФИО21 ФИО8 эксперты не усмотрели, причинно-следственная связь экспертами не установлена. Однако, доводила ли клиника о последствиях запланированного лечения, установления брекет-системы ФИО7, эксперты не знают, поскольку отсутствует информирование добровольное согласие истца.
Суд, не имея оснований сомневаться в квалификации и объективности судебных экспертов, которые в своем заключении дали ответы на все поставленные перед ними вопросы, соглашается с выводами, сделанными ими. Судебные эксперты были предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ. Каких - либо доказательств, обосновывающих некомпетентность, ошибочность заключения судебных экспертов, а равно и их необъективности, суду не представлено, эксперт был допрошен в судебном заседании, где подтвердил представленное заключение и ответил на все интересующие вопросы сторон. Ходатайства о проведении по данному делу дополнительной, либо повторной экспертизы, сторонами по делу не заявлено.
При таких обстоятельствах, суд при разрешении исковых требований о взыскании с ответчика стоимости некачественных услуг, возмещение вреда, причиненного здоровью, процентов, оценив в совокупности представленные доказательства, в том числе заключение судебной экспертизы, исходит из того, что факт некачественного оказания истцу ответчиком медицинской услуги, как и факт причинения, ответчиком вреда здоровью истца, не нашли своего объективного подтверждения в ходе судебного разбирательства, поскольку нарушений при оказании медицинской помощи истцу при проведении стоматологического лечения в ФИО22 имелось, дефекты оказания медицинской помощи не выявлены.
Несмотря на то, что причинно-следственной связи между оказанными ФИО23» услугами и имеющимися у ФИО2 последствиями лечения экспертами не прослеживается, данные обстоятельства, по мнению суда, не могут являться основанием для освобождения ответчика от ответственности в виде компенсации морального вреда, поскольку нарушение установленных в соответствии с законом порядка и стандарта оказания медицинской помощи, в том числе оформления медицинской документации является нарушением требований к качеству медицинской услуги (помощи).
Необходимым предварительным условием медицинского вмешательства является дача информированного добровольного согласия гражданина или его законного представителя на медицинское вмешательство на основании предоставленной медицинским работником в доступной форме полной информации о целях, методах оказания медицинской помощи, связанном с ними риске, возможных вариантах медицинского вмешательства, о его последствиях, а также о предполагаемых результатах оказания медицинской помощи (часть 1 статьи 20 Федерального закона № 323-ФЗ).
В соответствии с частью 7 статьи 20 Федерального закона № 323-ФЗ информированное добровольное согласие на медицинское вмешательство или отказ от медицинского вмешательства содержится в медицинской документации гражданина и оформляется в том числе в виде документа на бумажном носителе, подписанного гражданином, одним из родителей или иным законным представителем, медицинским работником.
В перечень определенных видов медицинских вмешательств, на которые граждане дают информированное добровольное согласие при выборе врача и медицинской организации для получения первичной медико-санитарной помощи, утвержденный приказом Минздравсоцразвития России №н от ДД.ММ.ГГГГ, включены, в том числе, осмотр, рентгенологические методы обследования, которые были оказаны истцу исходя из представленных медицинских документов.
Таким образом, в рассматриваемой ситуации получение ответчиком от истца информированного добровольного согласия на медицинские вмешательства либо отказ являлось обязательным.
В случае невыполнения медицинской организацией названной обязанности нарушается основополагающее право пациента на охрану здоровья, гарантированное каждому Конституцией Российской Федерации.
Поскольку одним из критериев качества по условиям оказания медицинской помощи в амбулаторных условиях является ведение медицинской документации, в том числе, наличие информированного добровольного согласия на медицинское вмешательство, доказательств наличия которого в медицинской карте ФИО2, с учетом имеющихся в материалах дела доказательств, ответчиком, в нарушение ст. 56 ГПК РФ, не представлено, суд полагает установленным, что ФИО24» произведено оформление медицинской документации истца с дефектами.
Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона № 323-ФЗ).
В соответствии с ч. 1 ст. 150 ГК РФ, жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и <данные изъяты>, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, не отчуждаемы и непередаваемы иным способом.
Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 ГК РФ).
В силу пункта 1 статьи 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 ГК РФ) и статьей 151 ГК РФ.
Согласно статье 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред (пункт 1).
Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (пункт 2).
В соответствии с пунктом 1 статьи 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.
Пунктом 2 статьи 1101 ГК РФ предусмотрено, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.
Как разъяснено в пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», по общему правилу, установленному статьей 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
Из нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, в системной взаимосвязи с нормами Гражданского кодекса Российской Федерации, предусматривающими основания и условия ответственности за причинение вреда, следует, что медицинские организации несут ответственность за нарушение права граждан на охрану здоровья и обязаны возместить причиненный при оказании гражданам медицинской помощи вред, в том числе моральный вред.
Моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, к которым относится также право на охрану здоровья. Необходимыми условиями для возложения обязанности по возмещению вреда, а равно и по компенсации морального вреда, являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. При этом законом установлена презумпция вины причинителя вреда, которая предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред. Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага) означает, что противоправное поведение причинителя вреда влечет наступление негативных последствий в виде физических и нравственных страданий потерпевшего. При этом закон не содержит указания на характер причинной связи (прямая или косвенная (опосредованная) причинная связь) между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим моральным вредом и не предусматривает в качестве юридически значимой для возложения на причинителя вреда обязанности возместить моральный вред только прямую причинную связь.
В ходе рассмотрения дела установлено, что качество оказания истцу медицинской помощи в части ведения медицинской документации не соответствовало требованиям действующего законодательства.
В нарушение требований указанных норм права информированное добровольное согласие пациента на медицинское вмешательство ФИО2 не было получено в установленном законом порядке. Доказательств обратного не представлено.
Следует учитывать, что оказание медицинских услуг является особым видом предоставления услуг, должно учитывать установленные законодателем принципы охраны здоровья, при этом, предоставление медицинской помощи пациентам подлежит обязательному документированию, поскольку предполагает возможность использования пациентом данных документов при последующем лечении, в том числе в другой организации, а, следовательно, ненадлежащее ведение медицинской документации безусловно нарушает права пациента и в данном случае допущенный дефект нарушил права истца как потребителя, в связи с чем, он имеет право на взыскание компенсации морального вреда.
С учетом нарушения прав истца как потребителя, существа допущенных нарушений, выразившихся в ненадлежащем оформлении медицинской документации, принимая во внимание характер сложившихся между сторонами правоотношений, а также учитывая фактические обстоятельства данного дела: отсутствие причинения вреда здоровью истца ненадлежащим оформлением информированного добровольного согласия на медицинское вмешательство и в то же время наличие дефектов оказания медицинской помощи, выраженных в наличии дефектов ведения медицинской документации, характер и степень причиненного морального вреда, суд приходит к выводу о наличии оснований для взыскания компенсации морального вреда. С учетом характера допущенного ответчиком нарушения прав истца, суд полагает, что размер компенсации морального вреда должен быть определен в размере 80 000 руб. Именно такая сумма компенсации морального вреда будет способствовать восстановлению баланса нарушенных прав истца и меры ответственности, применяемой к ответчику.
При этом, суд учитывает, что выявленные дефекты оформления медицинской документации не оказали влияния на проведенное ФИО2 лечение.
В соответствии с позицией Конституционного Суда РФ, изложенной в определении №-О от ДД.ММ.ГГГГ, оснований для начисления штрафа не имеется.
Требования истца в части взыскания денежных средств в размере 86 246 руб. подлежат удовлетворению, поскольку в ходе рассмотрения дела по существу судом установлено наличие переплаты по договору возмездного оказания услуг № от ДД.ММ.ГГГГ, что ответчиком не оспаривалось.
В соответствии со ст. 103 ГПК РФ с ответчика в доход бюджета подлежит взысканию госпошлина в размере 4 000 руб.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 167, 194-198 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО2 (паспорт №) к ФИО25» (ОГРН №) о возмещении вреда здоровью, причиненного в результате ненадлежащего оказания медицинских (стоматологических) услуг - удовлетворить частично.
Взыскать с ФИО26» (ОГРН № в пользу ФИО2 (паспорт №) денежные средства в размере 86 246 руб., компенсацию морального вреда в размере 80 000 руб., а всего 166 246 руб.
В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО2 - отказать.
Взыскать с ФИО27» (ОГРН №) в доход бюджета госпошлину в размере 4 000 руб.
Решение может быть обжаловано в Московский областной суд через Долгопрудненский городской суд <адрес> в течение одного месяца со дня подготовки мотивированного решения.
Судья
Мотивированное решение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.