51RS0003-01-2022-003393-28

Решение в окончательной форме изготовлено 30 сентября 2022 года

(с учетом части 2 статьи 92, части 2 статьи 177 КАС РФ)

Дело 2а-2631/2022

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

21 сентября 2022 года город Мурманск

Ленинский районный суд города Мурманска в составе председательствующего - судьи Лобановой О.Р.

при ведении протокола помощником судьи Маракулиной Н.В.

с участием:

административного истца ФИО1,

представителей ответчика УМВД России по <адрес> ФИО3,

представителя ответчиков УМВД России по <адрес>,

МВД России ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании, с применением системы видеоконференцсвязи, административное дело по административному исковому заявлению ФИО1 к Управлению Министерства внутренних дел России по <адрес>, Управлению Министерства внутренних дел России по <адрес>, Министерству внутренних дел России, Министерству финансов Российской Федерации о признании незаконными действий по нарушению условий содержания, взыскании компенсации,

установил:

ФИО1 обратился в суд с административным иском к Управлению Министерства внутренних дел России по <адрес>, Управлению Министерства внутренних дел России по <адрес>, Министерству внутренних дел России, Министерству финансов Российской Федерации о признании незаконными действий по нарушению условий содержания, взыскании компенсации.

В обоснование своих требований указал, что в 1999, 2000 и 2007 годах содержался в ИВС ОП №. По каждому уголовному делу во время предварительного следствия истец содержался под стражей. После предъявления обвинения истца помещали в изолятор временного содержания, где он находился не мене 3 суток до избрания меры пресечения. Во время содержания в ИВС <адрес> в 1999, 2000 и 2007 году истец содержался в неприемлемых условиях, которые приравнивались к пыткам. Так камеры не были пригодны для содержания обвиняемых и подозреваемых, отсутствовал санузел, вместо этого стояли ведра, сотрудники ИВС в места общего пользования выводили только не более 2-х раз. В камере отсутствовали умывальники, вода находилась в бидонах объемом 3 литра на 4 -х человек, пользоваться можно было не более 2-х раз в сутки и только при посещении мест общего пользования (туалета). Кроме того, отсутствовал стол для приема пищи, в связи с чем пища принималась на спальных местах; отсутствовали окна для проветривания помещения (камер), в связи с чем стоял удушающий запах. Лицам, находящимся в ИВС не выдавались спальные принадлежности – матрас, подушка, одеяло, также отсутствовала радиоточка.

Указанные обстоятельства доставили истцу нравственные страдания, в связи с чем причинили моральный вред. Просит взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 300 000 рублей.

В судебном заседании ФИО1 поддержал заявленные исковые требования в полном объеме по доводам и основаниям, изложенным в административном иске, просил удовлетворить. Указал, что ввиду давности событий плохо помнит даты и периоды его содержания в ИВС. Каждый раз он помещался в изолятор временного содержания по подозрению в совершении преступлений и находился там не менее трех суток.

Представители административных ответчиков Управления Министерства внутренних дел России по <адрес>, Управления Министерства внутренних дел России по <адрес>, Министерства внутренних дел России, с исковыми требованиями не согласились. Считали, что нарушений условий содержания истца в ИВС допущено не было. Более того, полагали, что административным истцом пропущен срок давности по заявленным требованиям. Просили отказать в удовлетворении исковых требований в полном объеме.

Представитель административного ответчика Министерства финансов Российской Федерации в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом.

Заслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы административного дела, материалы уголовных дел №, №, № в отношении ФИО1, суд приходит к следующему.

Статьей 21 Конституции Российской Федерации установлено, что достоинство личности охраняется государством. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию.

Частью 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации определено, что права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

В соответствии со статьей 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.

В силу требований, содержащихся в постановлениях Европейского Суда по правам человека, условия содержания должны быть совместимы с уважением к человеческому достоинству. Унижающим достоинство обращением признается, в частности, такое обращение, которое вызывает у лица чувство страха, тревоги и собственной неполноценности. При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны гарантироваться с учетом практических требований режима содержания. Оценка указанного уровня осуществляется в зависимости от конкретных обстоятельств, в частности от продолжительности неправомерного обращения с человеком, характера физических и психических последствий такого обращения.

Аналогичные положения закреплены и в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации».

Минимальные стандартные правила обращения с заключенными, принятые проведенным в Женеве в 1955 году первым Конгрессом ООН по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями, одобренные Экономическим и социальным советом ООН в резолюциях ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ (далее по тексту - Правила) предусматривают, что все помещения, которыми пользуются заключенные, особенно все спальные помещения, должны отвечать всем санитарным требованиям, причем должное внимание следует обращать на климатические условия, особенно на кубатуру этих помещений, на минимальную их площадь, на освещение, отопление и вентиляцию (пункт 10 Правил); санитарные установки должны быть достаточными для того, чтобы каждый заключенный мог удовлетворять свои естественные потребности, когда ему это нужно, в условиях чистоты и пристойности (пункт 12); банные установки и количество душей должно быть достаточным для того, чтобы каждый заключенный мог и был обязан купаться или принимать душ при подходящей для каждого климата температуре и так часто, как того требуют условия общей гигиены, с учетом времени года и географического района, то есть во всяком случае хотя бы раз в неделю в умеренном климате (пункт 13); от заключенных нужно требовать, чтобы они содержали себя в чистоте; для этого их нужно снабжать водой и туалетными принадлежностями, необходимыми для поддержания чистоты и здоровья (пункт 15).

В соответствии со статьей 4 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ №103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей.

Изоляторы временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел являются одним из мест содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых (статья 7 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 103-ФЗ).

Условия и порядок содержания в изоляторах временного содержания в рассматриваемый период регулировались Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ №-Фз «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» (далее –Закон).

Согласно статье 7 Закона в редакции, действовавшей на период с 1997-1998 годов, изоляторы временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел отнесены к местам содержания под стражей.

В силу статьи 9 Закона изоляторы временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел и Пограничных войск Российской Федерации предназначены для содержания под стражей задержанных по подозрению в совершении преступлений.

В изоляторах временного содержания в случаях, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом РСФСР, могут временного содержаться подозреваемые и обвиняемые, в отношении которых в качестве меры пресечения применено заключение под стражу.

Изоляторы временного содержания органов внутренних дел являются подразделениями милиции общественной безопасности (местной милиции) и финансируются за счет средств федерального бюджета по смете Министерства внутренних дел Российской Федерации. Решение об их создании, реорганизации и ликвидации принимаются в порядке, установленном Министерством внутренних дел Российской Федерации.

Статьей 16 Закона оговаривалось, что в частности, порядок приема и размещения, подозреваемых и обвиняемых по камерам; материально-бытового обеспечения подозреваемых и обвиняемых; медико-санитарного обеспечения подозреваемых и обвиняемых; проведения ежедневных прогулок подозреваемых и обвиняемых; проведения свиданий подозреваемых и обвиняемых с лицами, перечисленными в статье 18 настоящего Федерального закона определяется Правилами внутреннего распорядка в местах содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений.

Согласно ст. 17 Закона подозреваемые и обвиняемые имеют право, в частности. Получать бесплатное питание, материально-бытовое и медико-санитарное обеспечение, в том числе в период участия их в следственных действиях и судебных заседаниях; на восьмичасовой сон в ночное время, в течение которого запрещается их привлечение к участию в процессуальных и иных действиях, за исключением случаев, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом РСФСР; пользоваться ежедневной прогулкой продолжительностью не менее одного часа; пользоваться собственными постельными принадлежностями, а также другими вещами и предметами, перечень и количество которых определяются Правилами внутреннего распорядка.

Приказом МВД России от ДД.ММ.ГГГГ № утверждены Правила внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел (далее - ПВР), устанавливающих регламентируемые Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», данными Правилами и другими нормативными правовыми актами Российской Федерации порядок и условия содержания под стражей лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений.

Пунктом 14 Правил № установлено, что в течение первых суток вновь прибывшие подозреваемые и обвиняемые проходят санитарную обработку (лица, имеющие признаки педикулеза, - незамедлительно) в санпропускнике ИВС, а при его отсутствии - в санпропускнике (бане) общего пользования населенного пункта. Одежда (иные носильные вещи) подлежат обработке в дезинфекционной камере.

Пунктами 42, 45, 47, 48 Правил № предусмотрено, что подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, пожарной безопасности, нормам санитарной площади в камере на одного человека, установленным Федеральным законом.

Камеры ИВС оборудуются, в том числе санитарным узлом с соблюдением необходимых требований приватности; краном с водопроводной водой; бачком для питьевой воды; приточной и/или вытяжной вентиляцией; радиодинамиком для вещания общегосударственной программы.

Не реже одного раза в неделю подозреваемые и обвиняемые проходят санитарную обработку, им предоставляется возможность помывки в душе продолжительностью не менее 15 минут. Смена постельного белья осуществляется еженедельно после помывки в душе. При отсутствии в камере системы подачи горячей водопроводной воды горячая вода (температурой не более +50 °С), а также кипяченая вода для питья выдаются ежедневно с учетом потребности.

В пункте 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» разъяснено, что условия содержания лишенных свободы лиц должны соответствовать требованиям, установленным законом, с учетом режима места принудительного содержания, поэтому существенные отклонения от таких требований могут рассматриваться в качестве нарушений указанных условий. Судам необходимо учитывать, что о наличии нарушений условий содержания лишенных свободы лиц могут свидетельствовать, например, переполненность камер (помещений), невозможность свободного перемещения между предметами мебели, отсутствие индивидуального спального места, естественного либо искусственного освещения, достаточного для чтения, отсутствие либо недостаточность вентиляции, отопления, отсутствие либо непредоставление возможности пребывания на открытом воздухе, затрудненный доступ к местам общего пользования, соответствующим режиму принудительного содержания, в том числе к санитарным помещениям, отсутствие достаточной приватности таких мест, не обусловленное целями безопасности, невозможность поддержания удовлетворительной степени личной гигиены, нарушение требований к микроклимату помещений, качеству воздуха, еды, питьевой воды (статья 99 УИК Российской Федерации).

Условия содержания лишенных свободы лиц должны соответствовать требованиям, установленным законом, с учетом режима места принудительного содержания, поэтому существенные отклонения от таких требований могут рассматриваться в качестве нарушений указанных условий.

Судом установлено и следует из материалов уголовного дела №, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 осужден приговором Ленинского районного суда <адрес> по п.п. «а, б, в, г» ч.2 ст. 158, п. «а» ч.2 ст. 213 УК РФ к 1 году 6 месяцам лишения свободы.

Из материалов уголовного дела № следует, что ФИО5 в период с 8 часов 30 минут ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ содержался в ИВС Ленинского ООВД <адрес>.

Материалами уголовного дела № подтверждено, что с 14 часов ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 задержан по подозрению в совершении преступления, препровожден в ИВС Ленинского ООВД <адрес>.

Согласно уголовному делу № ФИО5 не задерживался и не помещался в ИВС Ленинского ООВД <адрес>; мера пресечения избрана в виде подписке о невыезде.

Таким образом, в ходе судебного разбирательства установлено, что в периоды с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 содержался в ИВС ОВД по <адрес>.

В связи с проведенными реорганизациями в настоящее время изолятор временного содержания ОВД <адрес> является изолятором временного содержания отдела полиции № УМВД России по <адрес>.

Из пояснений административного истца, следует, что в заявленные периоды его нахождения в изоляторе временного содержания не были обеспечены условия его содержания: камеры были переполнены, спать приходилось по очереди, спальных принадлежностей не выдавалось, в камерах была полная антисанитария, вентиляция отсутствовала, туалетов в камерах не было, отсутствовал прогулочный дворик, в связи с чем на прогулку они не выводились.

Проверяя указанные доводы административного истца о несоответствии условий содержания в изоляторе временного содержания, суд учитывает следующее.

Из представленных в адрес суда актов, утвержденных врио начальника отдела полиции № УМВД России по <адрес> в 2016 и 2022 годах следует, что ввиду утраты практического значения и не имея научной и исторической ценности уничтожены книги нарядов ИВС с 2008 по 2015 год; книги учета лиц, содержащихся в ИВС с 2007 по 2011 год; журналы первичного опроса и регистрации оказания медицинской помощи лицам, поступающим для содержания в ИВС.

Согласно справке врио. главного бухгалтера УМВД России по <адрес> №б/н от ДД.ММ.ГГГГ акты инвентаризации имущества ОВД <адрес>, переданные в УМВД России по <адрес> в связи с реорганизацией ОВД по Первомайскому, Октябрьскому, <адрес>м <адрес>, утвержденной приказом от ДД.ММ.ГГГГ № УМВД России по <адрес> предоставить не представляется возможным в связи с истечением срока (более 10 лет).

Из справки № от ДД.ММ.ГГГГ, выданной Центром государственного санитарно-эпидемиологического надзора МСЧ МВД России по <адрес> следует, что акты мероприятий по контролю (надзору) за соблюдением санитарного законодательства Российской Федерации в ИВС ОП № УМВД России по <адрес> за 1997-2010 годы в связи с истечением срока их хранения, отсутствуют.

Между тем, из представленного суду технического паспорта административного здания Отдела внутренних дел по <адрес>, расположенного по адресу: <адрес>-североморцев, <адрес> усматривается, что четырехэтажное здание 1995 года постройки, является муниципальной собственностью, имеет центральное отопление, централизованное горячее водоснабжение, электроснабжение.

Из пояснений представителей ответчиков УМВД России по <адрес>, МВД России по <адрес> следует, что изолятор временного содержания расположен в отдельном здании, в непосредственной близости от административного здания ОП № УМВД России по <адрес>.

Из технического паспорта изолятора временного содержания ОП № УМВД России по <адрес>, усматривается, что здание построено в 1997 году, имеет 8 камер с лимитом наполнения 21 человек; 2 следственных кабинета, прогулочный двор, общая площадь которых составляет 145,6 кв.м (камеры+следственные кабинеты+прогулочный двор); 1 комнату для свиданий; 8 санузлов, расположенных в камерах; 1 комнату для подогрева пищи; 3 кладовых; 1 комнату для производства обыска и досмотра; 1 медицинский кабинет, душевая. В здании проведено водяное отопление, имеется вентиляция приточно-вытяжная с подогревом. В камерах имеются окна.

Из пояснений административного истца в ходе рассмотрения дела следует, что ввиду давности событий он не помнит, в какой именно камере он содержался в каждый из заявленных периодов, в периоды содержания в ИВС с его участием проводились следственные действия.

Оценивая содержание технических документов и пояснения сторон, суд приходит к выводу, что доказательств, свидетельствующих о переполненности камер изолятора временного содержания, в период нахождения в них ФИО5 не имеется.

Так, общая площадь восьми камер, двух следственных кабинетов и прогулочного двора составляет 145,6 кв.м. Поскольку сторонами не представлено сведений о площади, приходящейся на камеры для содержания задержанных, а техническая документация указанных сведений не содержит, исходя из количества помещений (11), площадь каждого из помещений составляет 13,23 кв.м, соответственно площадь восьми камер – 105,84 кв.м. Исходя из установленного лимита их наполнения – 21 человек, на 1 задержанного приходится 5,04 кв.м.

Также, согласно содержанию технической документации в каждой из камер установлен санузел, имеется окно, в здании изолятора проведено централизованное отопление, приточно-вытяжная вентиляция.

Кроме того обязанность по уборке камер и других помещений ИВС возложена на лиц, содержащихся в ИВС, что закреплено в правилах поведения подозреваемых и обвиняемых в приложении № к приказу МВД России № от ДД.ММ.ГГГГ, и по требованию спецконтингента ему выдается соответствующий инвентарь для уборки.

Вопреки утверждениям административного истца об отсутствии прогулочного дворика и душевой, технический паспорт ИВС, утвержденный в 1997 году, содержит сведения об обратном.

Отвергая доводы административного истца об отсутствии санпропускника, суд учитывает, что его наличие не является обязательным в силу положений пункта 14 Правил №, согласно которым предусмотрено условие посещения бани в случае его отсутствия.

Оценив представленные доказательства в совокупности, суд приходит к выводу, что исчерпывающих доказательств, с достоверностью подтверждающих, что в отношении истца в периоды его содержания в ИВС ОВД по <адрес> с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ответчиками были допущены нарушения его прав на содержание под стражей в условиях соблюдения норм санитарной площади на одного человека, оборудования камер, оснащения отоплением и вытяжкой, наличия окна в камере и санузла, прогулочного дворика, предоставления инвентаря для осуществления уборки и такие нарушения причинили истцу физические и нравственные страдания не имеется, в связи с чем отсутствуют основания для выводов о ненадлежащих условиях содержания истца в указанные периоды в ИВС ОВД <адрес>.

Кроме того суд также учитывает, что обращение ФИО5 с настоящим иском в суд последовало по истечении длительного периода времени – более 23 лет, что, в свою очередь лишило ответчиков разумной возможности представить все доказательства отсутствия нарушений прав истца, а соответственно отсутствие своей вины, в том числе по причине реорганизации в системе МВД и уничтожения документов за истечением срока хранения.

Помимо этого согласно части 1 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, если настоящим Кодексом не установлены иные сроки обращения с административным исковым заявлением в суд, административное исковое заявление может быть подано в суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации, иному лицу стало известно о нарушении их прав, свобод и законных интересов.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» разъяснено, что проверяя соблюдение предусмотренного частью 1 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации трехмесячного срока для обращения в суд, судам необходимо исходить из того, что нарушение условий содержания лишенных свободы лиц может носить длящийся характер, следовательно, административное исковое заявление о признании незаконными бездействия органа или учреждения, должностного лица, связанного с нарушением условий содержания лишенных свободы лиц, может быть подано в течение всего срока, в рамках которого у органа или учреждения, должностного лица сохраняется обязанность совершить определенное действие, а также в течение трех месяцев после прекращения такой обязанности.

В Обзоре практики межгосударственных органов по защите прав и основных свобод человека № (2020), Верховным Судом Российской Федерации приведен анализ Европейским Судом по правам человека Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 494-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», из которого также следует, что новый Закон о компенсации, вступивший в силу ДД.ММ.ГГГГ, предусматривает, что любой заключенный, утверждающий, что его или ее условия содержания под стражей нарушают национальное законодательство или международные договоры Российской Федерации, вправе обратиться в суд. Новизна Закона заключается в том, что заключенный может одновременно требовать установления соответствующего нарушения и финансовой компенсации за данное нарушение. Производство ведется в соответствии с Кодексом административного судопроизводства Российской Федерации. При этом подача иска напрямую доступна заключенному. Имеются два формальных требования: иск должен соответствовать общим процессуальным нормам, сопровождаться судебным сбором; быть поданным во время содержания под стражей или в течение трех месяцев после его прекращения, за исключением лиц, чьи жалобы находились на рассмотрении в настоящем суде в день вступления в силу закона о компенсации, или чьи жалобы были отклонены по причине неисчерпания средств правовой защиты.

Изложенное свидетельствует о том, что за компенсацией, установленной Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ № 494-ФЗ в порядке, предусмотренном статьей 227.1 КАС РФ, вправе обратиться любое лицо, оспаривающее условия содержания и находящееся на момент вступления в силу указанного Закона в местах лишения свободы, а также в течение трех месяцев после освобождения (но не ранее ДД.ММ.ГГГГ), либо независимо от указанных обстоятельств в течение 180 дней, начиная с ДД.ММ.ГГГГ, в случае подачи в Европейский Суд по правам человека жалоб на нарушение условий содержания, по которым не принято решение.

Таких обстоятельств в отношении ФИО5 судом не установлено.

Из материалов дела следует, что в ИВС ОВД <адрес> административный истец содержался в периоды ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в связи с возбуждением в отношении него различных уголовных дел. С какими-либо жалобами ни в администрацию изолятора временного содержания, ни в УМВД России по <адрес> не обращался; неоднократно освобождался из мест лишения свободы по отбытию наказаний в виде лишения свободы, назначенных приговорами судов в периоды в 1999, 2000, 2007 годах.

При таких обстоятельствах, срок обращения в суд подлежит исчислению с ДД.ММ.ГГГГ, то есть с даты вступления закона о компенсации в силу. С жалобами в Европейский суд по правам человека на нарушение условий содержания, ФИО5 не обращался, сведений об обратном административным истцом не представлено, следовательно, последний днем срока является ДД.ММ.ГГГГ.

Между тем, административное исковое заявление об оспаривании условий содержания в периоды ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и взыскании компенсации в порядке статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации подано ФИО5 ДД.ММ.ГГГГ (сдано в отдел специального учета ФКУ ИК-16 УФСИН России по <адрес> для направления в суд).

Таким образом административным истцом пропущен срок обращения в суд, предусмотренный частью 1 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации.

Пропущенный по уважительной причине срок подачи административного искового заявления может быть восстановлен судом, за исключением случаев, если его восстановление не предусмотрено настоящим Кодексом. Пропуск срока обращения в суд без уважительной причины, а также невозможность восстановления пропущенного (в том числе по уважительной причине) срока обращения в суд является основанием для отказа в удовлетворении административного иска (части 7 и 8 статьи 219 названного Кодекса).

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно отмечал, что установление в законе сроков для обращения в суд с административным исковым заявлением, а также момента начала их исчисления относится к дискреционным полномочиям федерального законодателя, обусловлено необходимостью обеспечить стабильность и определенность публичных правоотношений и не может рассматриваться как нарушение конституционных прав граждан.

Уважительными причинами могут быть признаны обстоятельства, относящиеся к личности заявителя, такие как тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и тому подобное, но и обстоятельства, объективно препятствовавшие лицу, добросовестно пользующемуся своими процессуальными правами, реализовать право на обращение в суд.

Вместе с тем, доказательств наличия у ФИО5 исключительных обстоятельств, препятствующих своевременному обращению в суд, не позднее ДД.ММ.ГГГГ, материалы дела не содержат. Незнание закона, не относится к уважительным причинам.

На основании изложенного, суд не находит правовых оснований для удовлетворения заявленных ФИО5 требований.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 175-180 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

в удовлетворении административного искового заявления ФИО1 к Управлению Министерства внутренних дел России по <адрес>, Управлению Министерства внутренних дел России по <адрес>, Министерству внутренних дел России, Министерству финансов Российской Федерации о признании незаконными действий по нарушению условий содержания, взыскании компенсации, – отказать в полном объеме.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Мурманский областной суд, через Ленинский районный суд <адрес>, в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Судья О.Р.Лобанова