УИД
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
16 июня 2022 года г. Иркутск
Куйбышевский районный суд г. Иркутска в составе:
председательствующего судьи Шопик М.С.,
при секретаре Хахановой Т.С.,
с участием административного истца 3, представителя административных ответчиков ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Иркутской области, ФСИН России по доверенностям 6,
рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному иску 3 к Федеральному казенному учреждению «Следственный изолятор № 1 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Иркутской области», Федеральной службе исполнения наказания о признании условий содержания нарушенными, взыскании денежной компенсации,
установил:
3 обратился в суд с иском, указав, что он содержался в Федеральном казенном учреждении «Следственный изолятор № 1 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Иркутской области» (далее - ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Иркутской области) в период с 21.06.1999 по 12.07.2004, за вычетом периода с 21.10.2003 по 12.04.2004, когда был этапирован в другой следственный изолятор, то есть 4 года 6 месяцев. При поступлении в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Иркутской области 21.06.1999 он был помещен в карантинное отделение, площадь камеры составляла 12 кв.м, при этом содержалось в нем 20 и более человек, спальных мест на всех не хватало, спали по очереди на полу, пищу приходилось принимать стоя либо сидя на полу. Напольная чаша для отправления естественных нужд не была ничем отгорожена от основного помещения камеры, чем нарушались условия приватности. В камере отсутствовало естественное освещение, так как оконный проем был заварен листом железа. Большинство заключенных курили, ему, как некурящему, не хватало свежего воздуха. После десятидневного карантина был помещен в камеру карцерного типа № 5, площадью 12 кв.м, в которой было оборудовано 9 спальных мест, но одновременно содержалось от 20 до 30 заключенных. Спать приходилось по очереди, по 5-6 часов в сутки, свободного пространства для передвижения по камере не было. Туалет так же не был отгорожен перегородкой от основного помещения камеры и был виден в смотровой глазок на двери, при этом часть охранников были женщинами, что доставляло ему моральные страдания. Вентиляции в камере не было, оконный проем был заварен листом железа. В помещении была постоянная сырость, стены были покрыты мокрой черной плесенью. Матрасы в камере не менялись и представляли из себя грязную, пропитанную потом заключенных мешковину, набитую различными тряпками и бумагой. В камере были вши, клопы и тараканы, доставлявшие беспокойство укусами, а так же тем, что являются переносчиками инфекций при том, что совместно с 3 в камере содержались больные чесоткой, туберкулезом и СПИДом. Искусственного освещения в камере не хватало, читать или писать при освещении одной лампочкой, мощностью 60 ват, возможности не было. Из-за нахождения в таких условиях на начальной стадии следствия был лишен возможности сосредоточиться и подготовить документы в свою защиту. В камере № 5 содержался с 01.07.1999 по 15.07.1999, после чего был переведен в камеру № 10, оборудованную по количеству заключенных, которые в ней содержались. 25.07.1999 был переведен в камеру № 45, площадью 10 кв.м, где не было оконного проёма, вентиляции. Из оборудования были только двухярусные нары и ничем не отгороженная напольная чаша. При этом заключенных в камере содержалось от 14 до 16 человек, на каждой из нар было по 7-8 человек, спать приходилось полусидя. Воздух в камере был сырым и тяжелым, насыщенным углекислым газом, окно так же закрыто листом железа. Во всех камерах, где он содержался, были больные различными кожными заболеваниями, что подвергало его здоровье опасности. Отопление во всех камерах работало плохо, в зимний период в камерах было холодно. Банное помещение было оборудовано десятью лейками без перегородок и душевых кабинок, под каждой лейкой одновременно мылись по 5 и более человек, таким образом, за личной гигиеной он вынужден был следить в условиях тесноты, что унижало его человеческое достоинство. Питание было однообразным. Так же перед вывозом из ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Иркутской области для участия в следственных действиях ему в ожидании конвоя ему приходилось находиться от 16 до 20 часов в камере, площадью 10 кв.м, в которой находилось по 30 и более заключенных. В учреждении ему не выдавались предметы личной гигиены, простыни, наволочки, подушка, матрас, одеяло, полотенце, столовую посуду, обеспечение которыми ему приходилось просить у родственников. В стоматологическом кабинете отсутствовало оборудование для лечения зубов, в связи с чем их при острой боли приходилось вырывать. Указывает, что перечисленными условиями содержания ему были причинены нравственные и физические страдания. Ответчиком были нарушены требования Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод.
В связи с чем истец просит признать незаконными действия ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Иркутской области, выразившиеся в нарушении условий содержания в период времени с 21.06.1999 по 12.07.2003, в связи с чем взыскать в свою пользу денежную компенсацию в размере 2 300 000 руб.
Административный истец 3, находящийся в местах лишения свободы, участвующий в судебном заседании посредством видеоконференц-связи, административные исковые требования поддержали в полном объеме, просил удовлетворить. Дополнительно пояснив, что срок им не пропущен, поскольку правоотношения носят длящийся характер.
В судебном заседании представитель административных ответчиков ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Иркутской области, ФСИН России по доверенностям 6, административный иск не признала, просила в его удовлетворении отказать по доводам, изложенным в письменных возражениях, в которых указала, что доводы административного иска являются голословными и документально не подтвержденными. 3 пропущен срок для обращения в суд с заявленными требованиями.
Информация о месте и времени судебного разбирательства своевременно размещалась на официальном сайте Куйбышевского районного суда г. Иркутска по правилам статьи 96 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации (далее - КАС РФ).
Заслушав объяснения лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, оценив представленные сторонами доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему.
Статьей 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод предусмотрено, что никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.
В соответствии со статьей 17 Конституции Российской Федерации в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией.
Права и свободы человека и гражданина согласно статье 18 Конституции Российской Федерации являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием.
Достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию (статья 21 Конституции Российской Федерации).
Статья 45 Конституции Российской Федерации закрепляет государственные гарантии защиты прав и свобод (часть 1) и право каждого защищать свои права всеми, не запрещенными законом (часть 2).
Согласно статье 55 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.
В силу части 1 статьи 218 КАС РФ гражданин, организация, иные лица могут обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организаций, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностного лица, государственного или муниципального служащего, если полагают, что нарушены или оспорены их права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности.
В соответствии с пунктом 1 части 9 статьи 226 КАС РФ, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, при рассмотрении административного дела об оспаривании решения, действия (бездействия) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, суд выясняет нарушены ли права, свободы и законные интересы административного истца или лиц, в защиту прав, свобод и законных интересов которых подано соответствующее административное исковое заявление.
По смыслу приведенных норм, требования административного истца могут быть удовлетворены лишь при условии доказанности нарушения оспариваемыми решениями, действиями (бездействием) его прав и законных интересов, при этом обязанность доказывания обстоятельств нарушения прав, свобод и законных интересов оспариваемыми решениями, действиями (бездействием) должностных лиц возлагается на лицо, обратившееся в суд (часть 11 статьи 226 КАС РФ).
Согласно статье 227.1 КАС РФ лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.
В силу положений статьи 10 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации (далее - УИК РФ) Российская Федерация уважает и охраняет права, свободы и законные интересы осужденных, обеспечивает законность применения средств их исправления, их правовую защиту и личную безопасность при исполнении наказаний.
При исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации. Осужденные не могут быть освобождены от исполнения своих гражданских обязанностей, кроме случаев, установленных федеральным законом.
Согласно статьей 80 УИК РФ (в редакции, действующей в оспариваемый период) в исправительных учреждениях устанавливается раздельное содержание осужденных к лишению свободы мужчин и женщин, несовершеннолетних и взрослых. Лица, впервые осужденные к лишению свободы, содержатся отдельно от осужденных, ранее отбывавших лишение свободы. В одном исправительном учреждении могут раздельно содержаться женщины, впервые осужденные к лишению свободы и ранее отбывавшие это наказание. Изолированно от других осужденных, а также раздельно содержатся: осужденные при особо опасном рецидиве преступлений; осужденные к пожизненному лишению свободы; осужденные, которым смертная казнь заменена в порядке помилования лишением свободы на определенный срок. В отдельных исправительных учреждениях содержатся осужденные - бывшие работники судов и правоохранительных органов. В эти учреждения могут быть направлены и иные осужденные. Установленные настоящей статьей требования раздельного содержания осужденных не распространяются на лечебные исправительные учреждения, а также на исправительные колонии, при которых имеются дома ребенка. Осужденные, направленные в указанные учреждения, содержатся в условиях, установленных законом для колонии того вида, который назначен судом. Осужденные, больные разными инфекционными заболеваниями, содержатся раздельно и отдельно от здоровых осужденных.
Порядок и условия содержания под стражей, гарантии прав и законных интересов лиц, которые в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации задержаны по подозрению в совершении преступления, а также лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, в отношении которых в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, регулируются Федеральным законом от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений».
В соответствии со статьей 4 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей (далее - подозреваемые и обвиняемые).
Согласно статьей 15 данного Закона в местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации. Обеспечение режима возлагается на администрацию, а также на сотрудников мест содержания под стражей, которые несут установленную законом ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение служебных обязанностей.
В соответствии с требованиями статьи 33 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» размещение подозреваемых и обвиняемых в камерах производится с учетом их личности и психологической совместимости. Курящие по возможности помещаются отдельно от некурящих. Женщины, имеющие при себе детей в возрасте до трех лет, и беременные женщины содержатся отдельно от остальных подозреваемых и обвиняемых. При размещении подозреваемых и обвиняемых, а также осужденных в камерах обязательно соблюдение следующих требований: 1) раздельно содержатся: мужчины и женщины; несовершеннолетние и взрослые; в исключительных случаях с согласия прокурора в камерах, где содержатся несовершеннолетние, допускается содержание положительно характеризующихся взрослых, впервые привлекаемых к уголовной ответственности за преступления небольшой и средней тяжести; лица, впервые привлекаемые к уголовной ответственности, и лица, ранее содержавшиеся в местах лишения свободы; подозреваемые и обвиняемые, а также осужденные, приговоры в отношении которых вступили в законную силу; подозреваемые и обвиняемые по одному уголовному делу; 2) отдельно от других подозреваемых и обвиняемых содержатся: подозреваемые и обвиняемые в совершении преступлений против основ конституционного строя и безопасности государства и преступлений против мира и безопасности человечества; подозреваемые и обвиняемые в совершении следующих преступлений, предусмотренных Уголовным кодексом Российской Федерации: убийство; убийство матерью новорожденного ребенка; умышленное причинение тяжкого вреда здоровью; заражение ВИЧ-инфекцией; похищение человека; изнасилование; насильственные действия сексуального характера; торговля несовершеннолетними; грабеж; разбой; вымогательство, совершенное при отягчающих обстоятельствах; терроризм; захват заложников; организация незаконного вооруженного формирования; бандитизм; организация преступного сообщества (преступной организации); пиратство; посягательство на жизнь лица, осуществляющего правосудие или предварительное расследование; посягательство на жизнь сотрудника правоохранительного органа; дезорганизация нормальной деятельности учреждений, обеспечивающих изоляцию от общества; подозреваемые и обвиняемые при особо опасном рецидиве преступлений; осужденные к смертной казни; лица, являющиеся или являвшиеся судьями, адвокатами, сотрудниками правоохранительных органов, налоговой инспекции, таможенных органов, органов принудительного исполнения Российской Федерации, учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, военнослужащими внутренних войск федерального органа исполнительной власти, осуществляющего функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере внутренних дел, военнослужащими и сотрудниками войск национальной гвардии Российской Федерации; по решению администрации места содержания под стражей либо по письменному решению лица или органа, в производстве которых находится уголовное дело, подозреваемые и обвиняемые, жизни и здоровью которых угрожает опасность со стороны других подозреваемых и обвиняемых; больные инфекционными заболеваниями или нуждающиеся в особом медицинском уходе и наблюдении.
Судом установлено, что 3 осужден Иркутским областным судом по части 1 статьи 209, пунктам «а, б, в» части 2 статьи 158, части 1 статьи 222, пункту «а» части 3 статьи 162, статье 317 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее - УК РФ) к лишению свободы на срок 25 лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима. Кассационным определением Верховного суда РФ от приговор от изменен, 3 окончательно назначено наказание в виде лишения свободы на срок 15 лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима. В части обвинения по статье 317 УК РФ уголовное дело направлено на новое рассмотрение.
Также судом установлено, что осужденный 3 содержался в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Иркутской области с 21.06.1999 по 21.10.2003 и с 12.04.2004 по 12.07.2004.
По прибытию в учреждение на период оформления учетных документов подозреваемые, обвиняемые и осужденные размещаются в камерах сборного отделения на срок не более одних суток с соблюдением требований изоляции, либо на срок не более двух часов в одноместные боксы сборного отделения, оборудованные местами для сидения и искусственным освещением. Камеры временного размещения оборудованы в соответствии с нормами проектирования следственных изоляторов, а именно: столом и скамейкой, светильником дневного и ночного освещения, вентиляционным оборудованием, напольной чашей, умывальником, нагревательными приборами (радиаторами) системы водяного отопления; штепсельной розеткой для подключения бытовых приборов.
Камеры сборного отделения соответствуют санитарным нормам, санитарное состояние соответствуют установленным требованиям. В камерах соблюдается температурный режим согласно Сан ПиНа 2.1.2.1002-00, в холодное время года температура воздуха в пределах 18-24 градусов Цельсия, в теплое время года 20-26 градусов Цельсия с влажностью не выше 60%. Норма санитарной площади в камерах не менее четырех квадратных метров на одного человека, что подтверждается представленной суду справкой начальника отдела режима и надзора ГУФСИН России по Иркутской области 7
В период с 27.02.2002 по 25.03.2002 административный истец содержался в камере № 145 режимного корпуса № 1 (по сведениям, представленным административным истцом, в связи с реконструкцией режимного корпуса № 1 в данный момент площадь камеры установить не представляется возможным); в камере № 119, площадью 15,2 кв.м режимного корпуса № 1 с 25.03.2002 по 12.12.2002; в камере № 413, площадью 37,6 кв.м, режимного корпуса № 4, с 12.12.2002 по 22.12.2002; в камере № 225, площадью 21,6 кв.м, режимного корпуса № 2, с 22.12.2002 по 28.01.2003; в камере № 119, площадью 15,2 кв.м, с 28.01.2003 по 30.06.2003; в камере № 248 режимного корпуса № 2 с 30.06.2003 по 03.07.2003 (по сведениям, представленным административным истцом, в связи с реконструкцией режимного корпуса № 1 в данный момент площадь камеры установить не представляется возможным); в камере № 468 режимного корпуса № 4 в период с 03.07.2003 по 12.08.2003 (по сведениям, представленным административным истцом, в связи с реконструкцией режимного корпуса № 4 в данный момент площадь камеры установить не представляется возможным); в камере № 441 режимного корпуса № 4, площадью 39,7 кв.м., с 12.08.2003 по 26.09.2003; в камере № 440 режимного корпуса № 4, площадью 54.7 кв.м, с 26.09.2003 по 29.09.2003; в камере № 441, площадью 39,7 кв.м, с 29.09.2003 по 12.04.2004; в камере № 443 режимного корпуса № 4, площадью 30,6 кв.м, с 13.04.2004 до убытия из учреждения.
Согласно информации, предоставленной административным ответчиком, количество лиц, содержавшихся в камерах учреждения совместно с 3, не превышало количества спальных мест. В соответствии со статьей 23 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» норма санитарной площади нарушена не была, однако представить документы, подтверждающие количество содержащихся в камере совместно с истцом лиц, не представляется возможным в связи с тем, что соответствующие документы имели срок хранения 3 года согласно статье 196 приказа МВД СССР 062-90.
Административный истец 3 по прибытию в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Иркутской области в соответствии с требованиями статьи 23 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», пункта 5.1 Приказа МВД РФ от 20.12.1995 № 486 «Об утверждении Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы МВД РФ», а также пункта 42 части V Приказа Министерства юстиции РФ от 12.05.2000 № 148 «Об утверждении Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы Министерства юстиции РФ» был обеспечен индивидуальным спальным местом, а также ему были выданы бесплатно во временное пользование на период содержания под стражей постельные принадлежности (матрас, подушка, одеяло), постельное белье (две простыни, наволочка), полотенце.
Смена постельных принадлежностей осуществлялась еженедельно в соответствии с требованиями пункта 5.5 Приказа МВД РФ от 20.12.1995 № 486, а также пунктом 47 части V Приказа Министерства юстиции РФ от 12.05.2000 № 148. Также в соответствии с вышеуказанными требованиями 3 в период содержания в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Иркутской области не реже одного раза в неделю проходил санитарную обработку, ему предоставлялась возможность помывки в душе, продолжительностью не менее 15 минут.
Камеры, в которых содержался административный истец, были оборудованы: столом и скамейками, санитарным узлом, водопроводной водой, шкафом для продуктов, вешалкой для верхней одежды, полкой для туалетных принадлежностей, настенным зеркалом, бачком для питьевой воды, радиодинамиком для вещания общегосударственной программы, кнопкой для вызова представителя администрации, урной для мусора, светильниками дневного и ночного освещения, розетками для подключения электроприборов, а также при наличии возможности вентиляционным оборудованием и холодильником.
В соответствии с пунктом 33 приказа МВД СССР от 21.01.1971 № 040 «Об утверждении указаний по проектированию и строительству следственных изоляторов МВД СССР», действующего до 28.05.2001, камеры должны быть вентилируемыми и обеспечены естественной освещенностью.
Естественное освещение в камерных помещениях принято согласно требованиям СНиП 23-05-95, в том числе камеры оборудованы светильниками дневного и ночного освещения.
Освещение камер, в которых содержался административный истец, было смешанным: естественным через оконные проёмы и искусственным (светильники дневного и ночного освещения).
В соответствии с пунктом 107 Указаний по проектированию во всех помещениях следственного изолятора следует устраивать электрическое освещение.
Согласно представленным административным ответчиком сведениям, камеры, в которых размещался 3, были оборудованы осветительными установками типа НПП, в которых устанавливались лампы накаливания.
Согласно подпункту 10 пункта 20 главы III Наставления по оборудованию инженерно-техническими средствами охраны и надзора объектов уголовно-исполнительной системы, утвержденных Приказом Минюста России от 04.09.2006 № 279, в камерах устанавливаются металлические решетки, преграждающие доступ к окнам со стороны камер.
Окно камеры оборудовано в соответствии с СП 15-01 Минюста России, а также пунктами 3.1.2, 3.1.3, 3.1.4 Каталога «Специальные (режимные) изделия для оборудования следственных изоляторов, тюрем, исправительных и специализированных учреждении ФСИН России», утвержденного приказом ФСИН России от 26.07.2007 № 407, решетка оконная камерная РОК-2 устанавливается в оконные проемы камерных помещений с наружной стороны здания. Размер ячеек 100?200 мм, диаметр стальных прутов 15 мм. Решетка оконная камерная РОК-4 устанавливается с внутренней стороны оконных проемов камер. Размеры ячеек решетчатого полотна («в свету») — 50?50 мм, диаметр стальных прутов 10 мм. Решетка оконная камерная РОК-3 (отсекающая, с выступом от стены) устанавливается с внутренней стороны оконных проемов камер в случаях необходимости полного открывания форточки. Решетка РОК-3 состоит из рамы и открывающегося решетчатого полотна. Рама обеспечивает выступ открывающегося решетчатого полотна на расстояние 250 мм от стены и выполнена из стального уголка сечением 50х50х5 мм. Обрамление полотна — из стального уголка сечением 40х40х4 мм. Решетчатое заполнение из стального прутка диаметром 10 мм. Размеры ячеек решетчатого полотна («в свету») -50х50 мм.
Металлические решетки, преграждающие доступ к окну с обеих сторон, являются средством охраны. При этом наличие данной решетки не нарушает прав лиц, содержащихся в СИЗО на естественное освещение.
Решетки на окнах камер режимных корпусов достаточны для освещения камерных помещений с учетом их площади.
Оконные проемы камерных помещений оборудовались деревянными переплетами, которые выполнялись створными с форточками, что соответствовало требованиям пункта 41 Указаний по проектированию, при необходимости на оконных проёмах устанавливались металлические жалюзи.
Таким образом, оборудование оконных проемов камер металлическими жалюзи и решетками было предусмотрено действовавшими на тот период времени нормативно-правовыми актами.
Вентиляция камерных помещений осуществлялась через вентиляционное отверстие (канал) и форточку, что соответствует требованиям пункта 103 Указаний по проектированию: «….вентиляция камер…..- естественная через оконные фрамуги и вытяжная с устройством отдельных каналов из каждого помещения».
Санитарные узлы камер были смонтированы в соответствии с требованиями СНиП 3.05.01-85 «Внутренние санитарно-технические системы», Правилами внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы Министерства внутренних дел Российской Федерации, утвержденными Приказом МВД России от 20.12.1995 № 486. Согласно п. 42 Правил внутреннего распорядка предусмотрено оборудование камер СИЗО напольной чашей (унитазом), умывальником.
В соответствии с пунктом 8.66 СП 15-01 Минюста России в камерных помещениях на два и более мест напольные чаши (унитазы) и умывальники следует размещать в кабинах с дверьми, открывающимися наружу. Кабины должны иметь перегородки высотой 1 м от пола уборной. Допускается в камерах на два и более мест в кабине размещать только напольные чаши (унитазы), умывальник при этом размещается за пределами кабины.
Во время содержания в учреждении, осужденный 3 обеспечивался трехразовым горячим питанием по норме, утвержденной Постановлением Правительства РФ от 01.12.1992 № 935 «Об утверждении норм суточного довольствия осужденных к лишению свободы, а также лиц, находящихся в следственных изоляторах, лечебно-трудовых, воспитательно-трудовых и лечебно-воспитательных профилакториях МВД РФ».
В соответствии с пунктом 17.7 Приказа МВД РФ от 20.12.1995 № 486 «Об утверждении Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы МВД РФ» и пунктом 2 Постановления Правительства РФ от 01.12.1992 № 935 3 обеспечивался сухим пайком при убытии из СИЗО-1 для участия в следственных действиях или в судебных заседаниях.
В целях обеспечения надлежащих условий содержания лиц, заключенных под стражу, а также поддержания удовлетворительного санитарного состояния камерных помещений учреждения в период с 1999 года по 2004 год регулярно проводились косметические ремонты, а также мероприятия по дезинфекционной, дезинсекционной обработке силами администрации следственного изолятора.
При этом документы, подтверждающие полноту доведения норм питания, качество приготовления пищи, факт выдачи сухих пайков, факты проведения косметических ремонтов камерных помещений, а также проведения дезинфекционных, дезинсекционных мероприятий не представляется возможным, так как в соответствии с требованиями Приказа МВД РФ от 19.11.1996 № 615 «Об утверждении перечня документов, образующихся в деятельности органов внутренних дел, учреждений, предприятий и организаций системы МВД РФ, с указанием сроков хранения» данные документы уничтожены по истечении сроков их хранения.
Данные обстоятельства подтверждены представленными суду справками начальника отдела режима и надзора и заместителя начальника ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Иркутской области.
Доказательств обратного в нарушение статьи 62 КАС РФ суду не представлено.
В соответствии со статьей 17 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» подозреваемые и обвиняемые имеют право обращаться с предложениями, заявлениями и жалобами, в том числе в суд, по вопросу о законности и обоснованности их содержания под стражей и нарушения их законных прав и интересов.
В силу положений пункта 91 Правил внутреннего распорядка представители администрации ежедневно обходят камеры и принимают от подозреваемых, обвиняемых, осужденных предложения, заявления и жалобы, как в письменном, так и в устном виде. Все поступившие предложения, заявления и жалобы регистрируются в Журнале учета предложений, заявлений и жалоб подозреваемых, обвиняемых и осужденных.
Согласно справки врио начальника канцелярии ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Иркутской области в соответствии с приказом ФСИН России от 21.07.2014 № 373 срок хранения журналов и переписки по обращениям подозреваемых, обвиняемых и осужденных к администрации учреждения составляет 5 лет, в связи с чем предоставить информацию о жалобах, заявлениях, обращениях 3 в период его содержания с 21.06.1999 по 12.07.2004 не представляется возможным.
В период содержания в учреждении препятствий у 3 к обращению с заявлениями, жалобами не установлено.
Из ответа на судебный запрос из прокуратуры Иркутской области (за подписью начальника отдела по надзору за законностью исполнения уголовных наказаний) установлено, что документы по результатам проведенных проверок ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Иркутской области за период с 1999 по 2004 г.г. представить невозможно ввиду их уничтожения по истечении срока хранения, составляющего 5 лет. Иркутской прокуратурой по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях надзор за соблюдением законов в деятельности ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Иркутской области возложен на отдел по надзору за законностью исполнения уголовных наказаний прокуратуры области.
В соответствии с ответом ОГКУ «Государственный архив Иркутской области» за период с 1999 года по 2004 год в документах отдела по надзору за законностью исполнения уголовных наказаний: справках, представлениях, информационных письмах сведения об обращениях осужденного 3 на условия его содержания в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Иркутской области не имеется. Акты проверки Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Иркутской области, информация о соблюдении прав лиц, приговоренных к исключительной мере наказания, содержащихся в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Иркутской области за период с 1999 года по 2004 год на государственное хранение в ОГКУ «Государственный архив Иркутской области» не поступало.
Также как следует из материалов, относящихся к периоду содержания административного истца в СИЗО-1 г. Иркутска, в частности согласно справке о проверки соблюдения законных прав и интересов осужденных и арестованных администрациями учреждений УК-272/4 (ИК-4), ИЗ-38/1 (СИЗО-1) ГУИН Минюста России по Иркутской области от 21.07.2004 санитарное состояние камер, центральной бани, больницы нареканий не вызвало, все заключенные и осужденные обеспечены индивидуальными спальными местами. Однако отмечено, что не во всех помещениях соблюдается норма жилой помощи на одного человека.
Из вышеприведенного следует, что в период содержания административного истца в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Иркутской области с 21.06.1999 по 12.07.2004 условия содержания не противоречали требованиям, установленными Федеральным законом от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», Правилам внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы Министерства внутренних дел Российской Федерации, утвержденным Приказом МВД России от 20.12.1995 № 486, каких-либо нарушений действующего в оспариваемый период законодательства Российской Федерации, не установлено. Доводы административного истца об имеющихся нарушениях основаны на субъективном восприятии, являются несостоятельными, надуманными.
При этом учитывая, что нахождение человека под стражей предусматривает наличие неизбежного морального дискомфорта и бытовых неудобств, связанных с применением данной формы пресечения, доводы административного истца о причинении ему страданий, судом также отклоняются.
Доводы 3 о том, что иные осужденные могут подтвердить факты, изложенные им в административном иске, не могут повлиять на выводы суда, поскольку иные осужденные не могут судить о фактических условиях содержания административного истца в камерах в период его содержания в учреждении.
Нарушения, выявленные в иные периоды времени и в иных исправительных учреждения, зафиксированные в актах Европейского суда по правам человека, не могут быть доказательствами нарушения прав административного истца.
Указанные в административном иске постановления Европейского суда по правам человека не имеет преюдициального значения для настоящего административного дела, поскольку вынесены в отношении иных лиц.
В силу пункта 1 части 9, части 11 статьи 226 КАС РФ обязанность доказывания нарушения прав, свобод и законных интересов административного истца возлагается на лицо, обратившееся в суд.
Согласно части 1 статьи 219 КАС РФ, если настоящим Кодексом не установлены иные сроки обращения с административным исковым заявлением в суд, административное исковое заявление может быть подано в суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации, иному лицу стало известно о нарушении их прав, свобод и законных интересов
Пропуск срока обращения в суд без уважительной причины, а также невозможность восстановления пропущенного (в том числе по уважительной причине) срока обращения в суд является основанием для отказа в удовлетворении административного иска (часть 8 статьи 219 КАС РФ).
Порядок оспаривания в суде решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, должностного лица, государственного или муниципального служащего, нарушающих права и свободы граждан, до введения в действие КАС РФ был установлен главой 25 ГПК РФ. В соответствии с нормами которой гражданин вправе был обратиться в суд с заявлением в течение трех месяцев со дня, когда ему стало известно о нарушении его прав и свобод.
Судом установлено, что с настоящими требованиями административный истец обратился в суд 23.08.2021, то есть фактически по истечении семнадцати лет, когда ему стало известно о предполагаемом нарушении его прав, свобод и законных интересов.
В соответствии со ст. 12.1 УИК РФ лицо, осужденное к лишению свободы и отбывающее наказание в исправительном учреждении, в случае нарушения условий его содержания в исправительном учреждении, предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации, имеет право обратиться в суд в порядке, установленном Кодексом административного судопроизводства Российской Федерации, с административным исковым заявлением к Российской Федерации о присуждении за счет казны Российской Федерации компенсации за такое нарушение.
Компенсация за нарушение условий содержания осужденного в исправительном учреждении присуждается исходя из требований заявителя с учетом фактических обстоятельств допущенных нарушений, их продолжительности и последствий и не зависит от наличия либо отсутствия вины органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих.
Присуждение компенсации за нарушение условий содержания осужденного в исправительном учреждении не препятствует возмещению вреда в соответствии со статьями 1069 и 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ). Присуждение компенсации за нарушение условий содержания осужденного в исправительном учреждении лишает заинтересованное лицо права на компенсацию морального вреда за нарушение условий содержания в исправительном учреждении.
Презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт ненадлежащих условий содержания, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
Бремя доказывания наличия совокупности указанных выше обстоятельств, подлежит возложению на истца, ответчик, в случае несогласия с заявленными требованиями, обязан лишь доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих об отсутствии вины.
На основании статьи 62 КАС РФ лица, участвующие в деле, обязаны доказывать обстоятельства, на которые они ссылаются как на основания своих требований или возражений, если иной порядок распределения обязанностей доказывания по административным делам не предусмотрен настоящим Кодексом.
Административный истец не представил доказательств ненадлежащих условий его содержания, поэтому его доводы, изложенные в заявлении о ненадлежащих условиях содержания, являются голословными и сами по себе не могут быть приравнены к унижающим человеческое достоинство по смыслу, вкладываемому в данное
Суду не представлено достаточных, достоверных и объективных доказательств нарушения прав административного истца на надлежащие условия содержания. Из вышеприведенного следует, что условия содержания соответствовали требованиям нормативных актов. Следовательно, основания для взыскания компенсации отсутствуют.
Оснований, предусмотренных статьей 1100 ГК РФ для удовлетворения заявленных требований, также не имеется.
Обращение в суд с административным исковым заявлением в порядке, установленном статьей 227.1 КАС РФ, возможно в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации, иному лицу стало известно о нарушении их прав, свобод и законных интересов.
При этом в силу прямого указания, содержащегося в части 8 статьи 219 КАС РФ пропуск срока обращения в суд без уважительной причины, а также невозможность его восстановления (в том числе по уважительной причине) является основанием для отказа в удовлетворении административного иска.
Как разъяснено в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания», что под условиями содержания лишенных свободы лиц следует понимать условия, в которых с учетом установленной законом совокупности требований и ограничений реализуются закрепленные Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации права и обязанности указанных лиц, в том числе право на доступ к правосудию (статья 46 Конституции Российской Федерации), право на материально-бытовое обеспечение, обеспечение жилищно-бытовых, санитарных условий и питанием, прогулки (пункт 2), а проверяя соблюдение предусмотренного частью 1 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации трехмесячного срока для обращения в суд, судам необходимо исходить из того, что нарушение условий содержания лишенных свободы лиц может носить длящийся характер, следовательно, административное исковое заявление о признании незаконными бездействия органа или учреждения, должностного лица, связанного с нарушением условий содержания лишенных свободы лиц, может быть подано в течение всего срока, в рамках которого у органа или учреждения, должностного лица сохраняется обязанность совершить определенное действие, а также в течение трех месяцев после прекращения такой обязанности (пункт 12).
Исключение из указанного правила законодатель предусмотрел в Федеральном законе от 27.12.2019 № 494-ФЗ для лиц, подавших в Европейский Суд по правам человека жалобу на предполагаемое нарушение условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, в отношении которой не вынесено решение по вопросу ее приемлемости или по существу дела либо по которой вынесено решение о неприемлемости ввиду неисчерпания национальных средств правовой защиты в связи с вступлением в силу настоящего Федерального закона (180 дней со дня вступления в силу настоящего Федерального закона).
В Обзоре практики межгосударственных органов по защите прав и основных свобод человека № 3 (2020) Верховным Судом Российской Федерации приведен анализ Европейским Судом по правам человека Федерального закона от 27.12.2019 № 494-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», из которого также следует, что новый Закон о компенсации, вступивший в силу 27.01.2020, предусматривает, что любой заключенный, утверждающий, что его или ее условия содержания под стражей нарушают национальное законодательство или международные договоры Российской Федерации, вправе обратиться в суд. Новизна Закона заключается в том, что заключенный может одновременно требовать установления соответствующего нарушения и финансовой компенсации за данное нарушение. Производство ведется в соответствии с Кодексом административного судопроизводства Российской Федерации. При этом подача иска напрямую доступна заключенному. Имеются два формальных требования: иск должен соответствовать общим процессуальным нормам, сопровождаться судебным сбором; быть поданным во время содержания под стражей или в течение трех месяцев после его прекращения, за исключением лиц, чьи жалобы находились на рассмотрении в настоящем Суде в день вступления в силу Закона о компенсации, или чьи жалобы были отклонены по причине неисчерпания средств правовой защиты.
Сведений о подаче ФИО1 в Европейский Суд по правам человека жалобы на предполагаемое нарушение условий содержания его в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Иркутской области суду не представлено.
Проверяя соблюдение административным истцом предусмотренного частью 1 статьи 219 КАС РФ трехмесячного срока, суд приходит к выводу о том, что с момента убытия из СИЗО-1 г. Иркутска 12.07.2004 до момента подачи административного иска 23.08.2021 истцом не приведено доводов, объективно препятствующих своевременному обращению в суд, о конкретных событиях, свидетельствующих о чинении ему администрацией исправительных учреждений, в которых содержался административный истец после убытия из ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Иркутской области, либо создании препятствий в своевременном направлении административного иска в установленный законом срок 3 не представил.
Каких-либо обстоятельств, объективно препятствовавших в течение столь длительного времени обратиться в суд, истец не указывает и доказательств не приводит.
При этом обращение в суд с настоящим иском через 17 лет после окончания срока пребывания в СИЗО-1 г. Иркутска, не только произошло с нарушением срока на обращения в суд, предусмотренного нормами КАС РФ, но и лишило сторону ответчика возможности предоставить доказательства, опровергающие доводы истца, поскольку все документы были уничтожены в связи с истечением сроков хранения всей документации, что явно нарушило принцип равенства сторон в административном процессе.
Кроме того, суд полагает необходим отметить, что предполагаемые нарушения прав истца условиями содержания в учреждении ответчика не могут носить длящийся характер, поскольку прекратились с момента убытия его из учреждения 12.07.2004.
Учитывая, что уважительных причин пропуска срока на обращение в суд не установлено, срок на обращение пропущен значительно, суд приходит к выводу об отказе административному истцу в удовлетворении заявленных требований, в том числе и в связи с пропуском срока обращения в суд.
Поскольку требование о присуждении компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении является производным от требования, связанного с признанием действий должностных лиц исправительного учреждения незаконными, оснований для его удовлетворения также не имеется.
Таким образом, суд пришел к выводу, что права административного истца не нарушены, в связи с чем не имеется оснований для удовлетворения административных требований 3 о признании незаконными условий содержания в период времени с 1999 года по 2004 год, назначении денежной компенсации.
В силу статьи 103 КАС РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением административного дела. Размер и порядок уплаты государственной пошлины устанавливаются законодательством Российской Федерации о налогах и сборах.
Согласно статье 114 КАС РФ судебные расходы, понесенные судом в связи с рассмотрением административного дела, и государственная пошлина, от уплаты которых административный истец был освобожден, в случае удовлетворения административного искового заявления взыскиваются с административного ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход федерального бюджета. Порядок и размер возмещения судебных расходов, понесенных судом в соответствии с настоящей статьей, устанавливаются Правительством Российской Федерации.
В связи с тем, что административный истец от уплаты государственной пошлины при подаче административного иска освобожден не был, с него в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - НК РФ) в доход федерального бюджета надлежит взыскать государственную пошлину в размере 300 руб.
На основании вышеизложенного, руководствуясь статьями 175-180, 226, 227.1 КАС РФ суд
решил:
в удовлетворении административного иска 3 2 казенному учреждению «Следственный изолятор № 1 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Иркутской области», Федеральной службе исполнения наказания о признании незаконными действий Федерального казенного учреждения «Следственный изолятор № 1 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Иркутской области», выразившихся в нарушении условий содержания в период времени с 21.06.1999 по 12.07.2004, взыскании компенсации в размере 2 300 000 руб. – отказать.
Взыскать с 3 в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 300 руб.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Иркутский областной суд через Куйбышевский районный суд г. Иркутска в течение одного месяца со дня принятия мотивированного решения.
Судья М.С. Шопик
Мотивированный текст решения изготовлен .
Судья М.С. Шопик