Решение по делу № 2-1504/2024 от 05.03.2025

Дело № 2-17/2025

УИД: 52RS0009-01-2024-001153-35

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

05 марта 2025 года Арзамасский городской суд Нижегородской области в составе председательствующего судьи Годзевича В.О., при секретаре Костылевой Н.С., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску АЮА к ДИГ об отмене запрета на совершение регистрационных действий, встречному иску ДИГ к АЮА, РСА, КИА об истребовании имущества из чужого незаконного владения,

УСТАНОВИЛ:

АЮА обратился в суд с иском к ДИГ об отмене запрета на совершение регистрационных действий, указывая, что на основании договора купли-продажи от <дата>., АЮА приобрел у ДИГ транспортное средство марки ***, <дата> года выпуска, номер шасси №.

В тот же день <дата> между сторонами был произведен расчет и ему было передано указанное транспортное средство с документами и комплект ключей, а истец в свою очередь, передал ДИГ (Продавцу) денежные средства за продаваемый мотоцикл в размере 400 000 рублей.

На момент покупки мотоцикла никаких ограничений и запретов на проведение регистрационных действий не имелось, также продавец в соответствии с п.4 договора купли- продажи от <дата> гарантировал, что указанное в договоре мототранспортное средство свободно и под арестом не состоит.

В настоящее время АЮА не может в полной мере распоряжаться принадлежащим ему мотоциклом, не может даже внести изменения в регистрационные данные на транспортное средство в связи со сменой собственника транспортного средства, поскольку Отделом судебных приставов по взысканию алиментных платежей № ГУФССП России по г. Москве наложен запрет на регистрационные действия в отношении должника ДИГ на принадлежащее истцу транспортное средство марки ***, <дата> года выпуска, номер шасси №, на основании постановления судебного пристава-исполнителя НАЮ от <дата> в рамках возбужденного исполнительного производства № от <дата>, находящегося в производстве у судебного пристава-исполнителя ПСА

Согласно карточке АМТС на мотоцикл, собственником которого является истец наложено ограничение, в виде запрета на регистрационные действия, однако участником данного исполнительного производства истец не является.

АЮВ считает, что является добросовестным приобретателем транспортного средства марки ***, <дата> года выпуска, номер шасси № и правовых оснований для обращения взыскания на него не имеется.

Поэтому считаю, что постановление судебного пристава-исполнителя о наложении запрета на совершение регистрационных действий с его транспортным средством является незаконным и подлежащим отмене со снятием запрета на регистрационные действия.

Принадлежащий истцу мотоцикл находится в его пользовании с момента заключения договора купли-продажи от <дата> и передан ему ответчиком ДИГ с документами и комплектом ключей от него.

В связи с чем истец обратилась в суд с иском.

Просит суд отменить запрет на регистрационные действия на транспортное средство марки ***, <дата> года выпуска, номер шасси № наложеный в рамках исполнительного производства № от <дата>. судебным приставом-исполнителем Отдела судебных приставов по взысканию алиментных платежей № ГУФССП России по г. Москве.

В процессе рассмотрения дела истец в порядке ст.39 ГПК РФ изменил заявленные исковые требования, просит суд отменить запреты на регистрационные действия на транспортное средств ***, <дата> года выпуска, номер шасси №- наложенные в рамках исполнительных производств № от <дата>, № от <дата>, № от <дата>. судебными при исполнителями Отдела судебных приставов по взысканию алиментных платеже ГУФССП России по г. Москве.

В процессе рассмотрения дела ответчик ДИГ обратился в суд со встречными исковыми требованиями к АЮА, РСА, КИА об истребовании имущества из чужого незаконного владения. В обоснование встречных исковых требования указав, что Мотоцикл *** был приобретен ДИГ и поставлен на учет истцом <дата> и снят с учета <дата>, что подтверждается отметками в ПТС, в связи с тем, что мотоцикл подлежал ремонту. Ориентировочно до 2016 года мотоцикл находился у истца в гараже, затем истец перегнал мотоцикл в г. Арзамас и передал с целью ремонта РСА, что подтверждается перепиской касательно поиска запчастей. Истцом мотоцикл никому не отчуждался и не передавался с целью владения и/или пользования и/или распоряжения.

В мае 2024 года, при ознакомлении с материалами дела, ДИГ стало известно о том, что мотоцикл находится во незаконном владении у АЮА, который хочет в судебном порядке отменить запрет на совершение регистрационных действий в отношении мотоцикла, что подтверждается материалами дела.

В материалах дела также находится договор купли-продажи от <дата>, в котором указана стоимость мотоцикла 580 000 рублей. По указанной сумме на дату подачи встречного искового заявления истец оценивает стоимость мотоцикла.

До настоящего времени мотоцикл ДИГ не возвращен, в связи с чем обратился в суд со встречными исковыми требованиями.

Просит суд истребовать из незаконного владения ответчика мотоцикл ***, шасси № принадлежащий истцу на праве собственности, взыскать с ответчика в пользу истца сумму расходов по уплате государственной пошлины в размере 9 000 рублей.

В процессе рассмотрения дела ДИГ изменил встречные исковые требования, просит суд истребовать из незаконного владения ответчиков мотоцикл ***, шасси № принадлежащий истцу на праве собственности, а также паспорт транспортного средства (ПТС), взыскать с ответчиков в пользу истца сумму расходов по уплате государственной пошлины в размере 9 000 рублей.

В судебном заседании представитель истца на основании доверенности ЯАА заявленные исковые требования с учетом уточнения поддержал, дала пояснения по существу, в удовлетворении встречных исковых требований просил отказать, поскольку ДИГ пропущен срок исковой давности.

В судебном заседании ответчик ДИГ заявленные исковые требования не признал, пояснил что спорный мотоцикл он никому не продавал, а отдавал на ремонт, долгое время его не забирал и им не интересовался, поскольку был занят другими делами, просил в иске отказать, встречные исковые требования поддержал по основаниям, изложенным во встречном исковом заявлении, дал пояснения по существу.

Представитель ответчика РСА на основании ордера адвокат САВ в удовлетворении требований АЮА не возражал, в удовлетворении встречных исковых требований ДИГ просил отказать, применив срок исковой давности, дал пояснения по существу.

Остальные участники процесса в судебное заседание не явились, о дне слушания дела извещались надлежащим образом, о причинах неявки суду не сообщили.

В соответствии с ч. ч. 3-5 ст. 167 ГПК РФ суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Выслушав позицию лиц, явившихся в судебное заседание, исследовав и оценив собранные по делу доказательства в их совокупности по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, установив юридически значимые обстоятельства, суд приходит к следующему.

В соответствии с положениями п. 2 ст.218 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ) право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

Согласно положениям п. 1 ст.223 ГК РФ право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором.

В силу ч.1 ст.80 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» (далее Закон об исполнительном производстве) судебный пристав-исполнитель в целях обеспечения исполнения исполнительного документа, содержащего требования об имущественных взысканиях, вправе, в том числе и в течение срока, установленного для добровольного исполнения должником содержащихся в исполнительном документе требований, наложить арест на имущество должника. При этом судебный пристав-исполнитель вправе не применять правила очередности обращения взыскания на имущество должника.

Арест имущества должника включает запрет распоряжаться имуществом, а при необходимости - ограничение права пользования имуществом или изъятие имущества (ч. 4 ст. 80 Закона об исполнительном производстве).

Положениями ч.1 ст.119 Закона об исполнительном производстве установлено, что в случае возникновения спора, связанного с принадлежностью имущества, на которое обращается взыскание, заинтересованные лица вправе обратиться в суд с иском об освобождении имущества от наложения ареста или исключении его из описи.

Регистрация транспортного средства, предусмотренная п.3 ст.15 Федерального закона от 10.12.1995 №196-ФЗ «О безопасности дорожного движения», является специальной регистрацией самого транспортного средства, а не вещных прав на него и носит исключительно информационный (учетный) характер.

Поскольку вещное право на транспортное средство не подлежит государственной регистрации, момент возникновения права собственности у приобретателя по договору определяется в соответствии с п. 1 ст.223 ГК РФ, согласно которому право собственности у приобретателя вещи по договор возникает с момента ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором.

Из материалов дела следует, что на основании договора купли-продажи от <дата>., АЮА приобрел у ДИГ транспортное средство марки ***, <дата> года выпуска, номер шасси № (л.д.9).

В тот же день <дата> между сторонами был произведен расчет, а именно АЮА передал ДИГ (Продавцу) денежные средства за продаваемый мотоцикл в размере 400 000 рублей, о чем указано в п.3 договора купли-продажи, а ДИГ передал АЮА указанное транспортное средство с документами, а именно оригиналом ПТС, транзитными номерами и комплектом ключей.

На момент покупки мотоцикла никаких ограничений и запретов на проведение регистрационных действий не имелось, также продавец в соответствии с п.4 договора купли-продажи от <дата> гарантировал, что указанное в договоре мототранспортное средство свободно и под арестом не состоит.

Согласно ответу на судебный запрос на спорное транспортное средство наложено 17 ограничений (л.д.32), что также подтверждается карточками АМТС, находящегося под ограничением (л.д.33-41), в виде запрета на регистрационные действия, однако участником данного исполнительного производства АЮА не является.

АЮА считает, что является добросовестным приобретателем транспортного средства марки ***, <дата> года выпуска, номер шасси № и правовых оснований для обращения взыскания на него не имеется.

Поэтому считает, что постановление судебного пристава-исполнителя о наложении запрета на совершение регистрационных действий с его транспортным средством является незаконным и подлежащим отмене со снятием запрета на регистрационные действия.

Таким образом, из материалов дела следует, что запреты на совершение регистрационных действий со спорным транспортным средством произведены после заключения договора купли-продажи от <дата>.

В соответствии с ч.1 ст. 64 Закона об исполнительном производстве, исполнительными действиями являются совершаемые судебным приставом-исполнителем в соответствии с настоящим Федеральным законом действия, направленные на создание условий для применения мер принудительного исполнения, а равно на понуждение должника к полному, правильному, своевременному исполнению требований, содержащихся в исполнительном документе. Положениями указанной статьи также предусмотрены действия, которые вправе совершать судебный пристав-исполнитель в рамках исполнительного производства.

В пункте 42 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.11.2015 №50 «О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства» разъяснено, что перечень исполнительных действий, приведенный в ч.1 ст.64 Закона «Об исполнительном производстве», не является исчерпывающим, и судебный пристав-исполнитель вправе совершать иные действия, необходимые для своевременного, полного и правильного исполнения исполнительных документов, если они соответствуют задачам и принципам исполнительного производства (статьи 2 и 4 Закона об исполнительном производстве), не нарушают защищаемые федеральным законом права должника и иных лиц. К числу таких действий относится установление запрета на распоряжение принадлежащим должнику имуществом (в том числе запрета на совершение в отношении него регистрационных действий).

Запрет на совершение регистрационных действий налагается в целях обеспечения исполнения исполнительного документа и предотвращения выбытия имущества, на которое впоследствии может быть обращено взыскание, из владения должника в случаях, когда судебный пристав-исполнитель обладает достоверными сведениями о наличии у должника индивидуально-определенного имущества, но при этом обнаружить и/или произвести опись такого имущества по тем или иным причинам затруднительно (например, когда принадлежащее должнику транспортное средство скрывается им от взыскания).

Поскольку законодательно установленное требование о государственной регистрации транспортного средства носит учетный, а не правоустанавливающий характер, принятие судебным приставом-исполнителем мер в виде запрета регистрационных действий в отношении спорного транспортного средства, является неправомерным.

Учитывая вышеизложенное, запрет на совершение регистрационных действий в отношении транспортного средства ***, <дата> года выпуска, номер шасси №, наложенные в рамках исполнительных производств № от <дата>, № от <дата>, № от <дата>. судебными при исполнителями Отдела судебных приставов по взысканию алиментных платеже ГУФССП России по г. Москве подлежат снятию.

При таких обстоятельствах исковые требования АЮА об отмене запрета на регистрационные действия в отношении транспортного средства подлежат удовлетворению.

Рассматривая встречные исковые требования ДИГ к АЮА, РСА, КИА об истребовании имущества из чужого незаконного владения суд приходит к следующим выводам.

В силу статьи 301 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения.

Согласно статье 302 названного кодекса, если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из владения иным путем помимо их воли.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 39 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 22 от 29 апреля 2010 года "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой прав собственности и других вещных прав", собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения независимо от возражений ответчика о том, что он является добросовестным приобретателем, если докажет факт выбытия из его владения или владения лица, которому оно было передано собственником, помимо их воли. Недействительность сделки, во исполнение которой передано имущество, не свидетельствует сама по себе о его выбытии из владения передавшего это имущество лица помимо его воли. Судам необходимо устанавливать, была ли воля собственника на передачу владения иному лицу.

Таким образом, юридически значимыми по делу об истребовании имущества являются, в частности, обстоятельства утраты собственником владения спорным имуществом или лицом, которому собственник передал владение этим имуществом (по их воле или помимо их воли).

При этом следует учитывать, что выбытие имущества из владения собственника или лица, которому собственник передал владение, является следствием конкретных фактических обстоятельств. Владение может быть утрачено в результате действий этих лиц, направленных на передачу имущества, или действий иных лиц, осуществляющих передачу по их просьбе или с их ведома. В подобных случаях имущество считается выбывшим из владения лица по его воле.

<дата> между ДИГ и РСА был заключен договор купли-продажи транспортного средства марки ***, <дата> года выпуска, номер шасси № (л.д.122).

<дата> между РСА и АЮА был заключен договор купли-продажи транспортного средства марки ***, <дата> года выпуска, номер шасси № (л.д.134).

<дата> между ДИГ и КИА был заключен договор купли-продажи транспортного средства марки ***, <дата> года выпуска, номер шасси № (л.д.24).

В обоснование своих встречных требований и возражений по требованиям АЮА ответчик по первоначальному иску и истец по встречному ДИГ указал на то, что договор купли-продажи транспортного средства ***, шасси № якобы заключенным между ДИГ и АЮА <дата>, договор купли-продажи транспортного средства якобы заключенным между ДИГ и КИА <дата>, договор купли-продажи транспортного средства (мотоцикл) ***, шасси № якобы заключенным между ДИГ и РСА <дата> ДИГ не подписывались.

В соответствии со ст.ст. 56,57 ГПК РФ, каждая сторона должна предоставить суду доказательства в обоснование своих требований и возражений.

По ходатайству ДИГ определением суда от <дата> была назначена и проведена судебная почерковедческая экспертиза. Согласно заключению судебной экспертизы №№ от <дата> проведенной специалистами ООО «Межрегиональный экспертный центр» 1. Подпись от имени ДИХ, изображение которой расположено в графе: «Продавец», «Деньги получил, транспортное средство передал», в строке: «(подпись и ФИО)» на копии Договора купли-продажи автомобиля (автомототранспортного средства, прицепа, номерного агрегата) (Марка, модель - ***, шасси №-№, Тип транспортного средства по П№ - мотоцикл) («Продавец» - ДИГ, «Покупатель» - АЮА) от <дата>, выполнена не ДИГ, образцы подписей которого представлены для сравнения, а другим лицом с подражанием какой-то подлинной подписи ДИХ.

2. Подпись от имени ДИГ изображение которой расположено в графе: «Продавец», «Деньги получил, транспортное средство передал», в строке: «(подпись и ФИО)» на копии Договора купли-продажи автомобиля (автомототранспортного средства, прицепа, номерного агрегата) (Мотоцикл, марка, модель - ***, шасси №-№, Тип транспортного средства по П№ - мотоцикл) («Продавец» - ДИГ, «Покупатель» - КИА) от <дата>, выполнена не ДИГ, образцы подписей которого представлены для сравнения, а другим лицом с подражанием какой-то подлинной подписи ДИХ.

3. Подпись от имени ДИГ изображение которой расположено в графе: «продавец» на копии Договора купли-продажи автомобиля (автомототранспортного средства, прицепа, номерного агрегата) (Мотоцикл, марка, модель - ***, шасси №) («Продавец» - ДИГ, «Покупатель» - РСА) от <дата>, выполнена не ДИГ, образцы подписей которого представлены для сравнения, а другим лицом с подражанием какой-то подлинной подписи ДИГ

Данное заключение является полным, последовательным, экспертом указаны все основания, по которым он пришел к выводу по стоимости восстановительного ремонта транспортного.

В силу положений ст. ст. 14 и 21 ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации" руководитель учреждения по получении определения о назначении судебной экспертизы обязан поручить ее производство комиссии экспертов данного учреждения, которые обладают специальными знаниями в объеме, требуемом для ответов на поставленные вопросы, а эксперты в силу ст. 16 ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации" обязаны провести полное исследование представленных материалов дела, дать обоснованное и объективное заключение по поставленным перед ними вопросам. Специальные знания экспертов подтверждаются представленными суду сертификатами о сдаче экспертами квалификационного экзамена. Согласно ст. 11 указанного Федерального закона государственные судебно-экспертные учреждения одного и того же профиля осуществляют деятельность по организации и производству судебной экспертизы на основе единого научно-методического подхода к экспертной практике, профессиональной подготовке и специализации экспертов.

В соответствии со ст. 8 ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ" (в редакции ФЗ N 124-ФЗ от 28.06.2009 года) эксперт проводит исследования объективно, на строго научной и практической основе, в пределах соответствующей специальности, всесторонне и в полном объеме. Заключение эксперта должно основываться на положениях, дающих возможность проверить обоснованность и достоверность сделанных выводов на базе общепринятых научных и практических данных.

Представленное в материалах дела заключение в полной мере отвечает требованиям приведенных выше норм, является мотивированным, представляет собой полные и последовательные ответы на поставленные перед экспертами вопросы, неясностей и противоречий не содержит, исполнено экспертами, имеющими соответствующие стаж работы и образование, необходимые для производства данного вида работ, предупрежденными об ответственности по ст. 307 УК РФ, вследствие чего оснований не доверять указанному заключению и назначать повторную судебную экспертизу у суда не имеется.

Кроме того, данное судебное заключение сторонами не оспаривалось.

Однако данное обстоятельство само по себе не свидетельствует о том, что имущество выбыло из владения истца помимо его воли и не может служить безусловным основанием для истребования имущества.

Согласно ст.67 ГПК РФ Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими.

Как следует из пояснений представителя РСА, между РСА и ДИГ был заключен договор был заключен договор купли-продажи транспортного средства марки ***, <дата> года выпуска, номер шасси №, что подтверждается договором купли продажи от <дата>. Согласно п.2 указанного договора, продавец получил за указанный мотоцикл 200 000 руб. Однако регистрировать на себя не стал, поскольку приобретал мотоцикл с целью перепродажи.

Из пояснений представителя РСА и АЮА также следует, что впоследствии РСА продал спорный мотоцикл АЮА что подтверждается договором купли-продажи транспортного средства марки ***, <дата> года выпуска, номер шасси № (л.д.134). Согласно п.4 указанного договора РСА получил от АЮА денежные средства в размере 200 000 руб. за указанный мотоцикл. Данное транспортное средство с документами было передано АЮА а именно оригиналом ПТС, транзитными номерами и комплектом ключей, что подтверждается и не оспаривается представителем АЮА и РСА Однако, указанное транспортное средство АЮА на себя не зарегистрировал, поскольку на него был наложен запрет на регистрационные действия.

Из пояснений представителя АЮА также следует, что наложен запрет на регистрационные действия не препятствовал ему в осуществлении прав собственника, поскольку АЮА пользовался указанным мотоциклом и осуществлял его страхование, поскольку ездил на нем.

Впоследствии АЮА продал <дата> спорный мотоцикл КИА, которому также передал оригинал ПТС, транзитные номера и комплектом ключей. КИА как новый собственник мотоцикла распоряжался указанным мотоциклом, в том числе осуществлял его страхование.

Факт осуществления страхования указанного мотоцикла подтверждается сведениями из открытого источника, а именно информацией с официального сайта АО «НСИС» (Национальная Страховая Информационная Система) из которой следует, что транспортное средство марки ***, <дата> года выпуска, номер шасси № было застраховано по полису ОСАГО №, период действия <дата>, а также по полису №.

Из пояснений представителя АЮА также следует, что поскольку КИА не смог зарегистрировать указанное транспортное средство в органах ГИБДД он возвратил его обратно АЮА и получил обратно денежные средства за него, в связи с чем АЮА обратился в суд с иском о снятие запретов на регистрационные действия. Также пояснил, что представленные в материалы дела договора купли-продажи были оформлены как заключенные между ДИГ и АЮА и между ДИГ и КИА по совету специалистов в области продажи транспортных средств.

Таким образом, оценив представленные в материалы дела доказательства и пояснения сторон суд приходит к выводу, что ДИГ как собственник спорного мотоцикла в 2012 году распорядился им, продав его РСА, который в последствии продал его АЮА., который в свою очередь продал его КИА

Доводы ДИГ о том, что спорный мотоцикл он передавал РСА для его ремонта примерно в 2016 году, не могут быть приняты судом во внимание в силу следующего.

в соответствии с п. 2 ст. 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственник, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В силу положений ст. 434 ГК РФ договор может быть заключен в любой форме, предусмотренной для совершения сделок, если законом для договоров данного вида не установлена определенная форма.

Купля-продажа автомобиля может быть совершена в простой письменной форме и не требует нотариального оформления.

Согласно статье 130 ГК РФ автомобили не отнесены к недвижимому имуществу, права на которое подлежат обязательной государственной регистрации. При отчуждении транспортных средств, которые по закону не относятся к недвижимому имуществу, действует общее правило, скрепленное в пункте 1 статьи 223 ГК РФ, в соответствии с которым право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента ее передачи, если иное не предусмотрено скопом, как в случае государственной регистрации отчуждения недвижимого имущества (пункт 2 статьи 223 ГК РФ), или договором.

Обязанность по передаче товара покупателю считается исполненной в момент вручения товара покупателю (если договором предусмотрена доставка товара) либо в момент предоставления товара в распоряжение покупателя (если товар должен быть передан покупателю в месте нахождения товара).

Обязанностью покупателя является оплата товара по цене, предусмотренной договором купли-продажи (ст. 485 ГК РФ). Оплата производится непосредственно до или после передачи товара продавцом, если договором не предусмотрены иные условия оплаты (ст. 486 ГК РФ).

Как следует из материалов дела и не оспаривается сторонам ДИГ передал мотоцикл с оригиналом ПТС, ключами и транзитными номерами, на протяжении более пяти лет не интересовался его судьбой и не осуществлял права собственника. В то время как, являясь профессиональным лицом на рынке продажи транспортных средств, что подтвердил в судебном заседании ДИГ действуя с разумной степенью осмотрительности и заботливости, которая требовалась от него не интересовался судьбой мотоцикла.

В связи с чем, суд приходит к выводу, что воля ДИГ была направлена на продажу спорного транспортного средства и фактически между ДИГ и РСА был заключен договор купли продажи транспортного средства.

Доказательств того, что ДИГ интересовался судьбой транспортного средства, осуществлял права собственника в материалы дела не представлено

Приобретаемое РСА транспортное средство на момент регистрации в розыске, не находилось, сведения на угон (хищение) автомашины ГИБДД проверялись, в залоге указанное ТС также не находилось.

Со дня приобретения РСА как и впоследствии другие собственники транспортного средства, а именно АЮА и КИА добросовестно и открыто владели и пользовались принадлежащим им мотоциклом. Никаких претензий из органов регистрации, налогового органа, от иных лиц, в том числе ДИГ по поводу приобретенного мотоцикла они не получали до момента подачи в суд настоящего иска.

В настоящее время мотоцикл также находится в распоряжении АЮА и используется им по своему усмотрению.

Таким образом, суд приходит к выводу, что РСА., как и впоследствии другие собственники транспортного средства, а именно АЮА и КИА проявили разумную степень осмотрительности и заботливости, которая требовалась от них при совершении подобного рода сделок и приобрели мотоцикл как добросовестный покупатель.

Кроме того, вышеуказанные договора купли продажи спорного мотоцикла в установленном законом порядке не оспорены, недействительными не признаны.

В связи с чем суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении встречных исковых требований ДИГ об истребовании имущества из чужого незаконного владения.

Кроме того, представителем АЮА и РСА заявлено о пропуске ДИГ срока исковой давности для обращения в суд с заявленными требованиями.

Исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено (ст. 195 ГК РФ).

В соответствии со статьей 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года. Для отдельных видов требований законом могут устанавливаться специальные сроки исковой давности, сокращенные или более длительные по сравнению с общим сроком (часть 1 статьи 197 ГК РФ).

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права. По обязательствам с определенным сроком исполнения течение срока исковой давности начинается по окончании срока исполнения. По обязательствам, срок исполнения которых не определен или определен моментом востребования, срок исковой давности начинает течь со дня предъявления кредитором требования об исполнении обязательства, а если должнику предоставляется срок для исполнения такого требования, исчисление срока исковой давности начинается по окончании срока, предоставляемого для исполнения такого требования. При этом срок исковой давности, во всяком случае, не может превышать десять лет со дня возникновения обязательства.

Истечение срока исковой давности, о применении которого заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Из содержащихся в абзаце втором пункта 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 года N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" разъяснений следует, что положения, предусмотренные абзацем пятым статьи 208 Гражданского кодекса Российской Федерации, не применяются к искам, не являющимся негаторными (например, к искам об истребовании имущества из чужого незаконного владения).

К искам об истребовании недвижимого имущества из чужого незаконного владения применяется общий срок исковой давности, исчисляемый со дня, когда публично-правовое образование в лице уполномоченных органов узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (статья 200 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При смене владельца имущества срок на защиту права собственника, не реализовавшего своевременно право на судебную защиту, не начинает течь заново (пункт 13 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда от 13.11.2008 N 126 "Обзор судебной практики по некоторым вопросам, связанным с истребованием имущества из чужого незаконного владения"). Поэтому в данном случае по заявленному виндикационному требованию срок давности должен исчисляться с момента, когда имущество перешло во владение РСА

Судом установлено, что встречное исковое заявление подано ДИГ <дата>. Таким образом, с момента передачи ДИГ транспортного средства РСА прошло более пяти лет, следовательно ДИГ пропущен срок для обращения в суд с иском, что является отдельным основанием для отказа ДИГ в удовлетворении встречных исковых требований.

Согласно определению суда от <дата> о назначении судебной экспертизы, расходы по оплате экспертизы возложены на ответчика ООО "ЭЛЛАДА ИНТЕРТРЕЙД".

Как следует из материалов дела сторонами оплата стоимости судебной экспертизы произведена не была.

Согласно определению суда от <дата> на ДИГ была возложена обязанность по оплате судебной экспертизы.

Согласно представленному чеку от <дата> ДИГ внесены денежные средства для проведения экспертизы на счет временного распоряжения Управления Судебного департамента в Нижегородской области в размере 20 000 руб.

Согласно заявлению о взыскании расходов за проведение судебной экспертизы, ее стоимость составила 48 000 руб., кроме того представлен счет на доплату стоимости судебной экспертизы в размере 28 000 руб.

Согласно ч.2 ст.85 ГПК РФ: «2. Эксперт или судебно-экспертное учреждение не вправе отказаться от проведения порученной им экспертизы в установленный судом срок, мотивируя это отказом стороны произвести оплату экспертизы до ее проведения.

В случае отказа стороны от предварительной оплаты экспертизы эксперт или судебно-экспертное учреждение обязаны провести назначенную судом экспертизу и вместе с заявлением о возмещении понесенных расходов направить заключение эксперта в суд с документами, подтверждающими расходы на проведение экспертизы, для решения судом вопроса о возмещении этих расходов соответствующей стороной с учетом положений части первой статьи 96 и статьи 98 настоящего Кодекса».

Судом установлено, что доказательств доплаты стоимости судебной экспертизы в размере 28 000 руб. сторонами в материалы дела не представлено.

С учетом того, что в удовлетворении встречных исковых требований ДИГ отказано, а требования АЮА удовлеторены, суд полагает необходимым взыскать с ДИГ в пользу ООО «Межрегиональный экспертный центр» расходы по проведению судебной экспертизы в размере 28 000 руб.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования АЮА удовлетворить.

Отменить запреты на регистрационные действия в отношении транспортного средства марки ***, <дата> года выпуска, номер шасси № наложенные в рамках исполнительных производств № от <дата>, № от <дата>, № от <дата>. судебными при исполнителями Отдела судебных приставов по взысканию алиментных платеже ГУФССП России по г. Москве.

В удовлетворении встречных исковых требований ДИГ к АЮА, РСА, КИА об истребовании имущества из чужого незаконного владения отказать в полном объеме.

Взыскать с ДИГ в пользу ООО «Межрегиональный экспертный центр» расходы по оплате судебной экспертизы в размере 28 000 руб.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Нижегородский областной суд через Арзамасский городской суд Нижегородской области в течение месяца со дня его вынесения в окончательной форме.