Решение по делу № 02-2420/2025 от 28.05.2025

УИД 77RS0022-02-2024-008968-58

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

13 мая 2025 года адрес

Хорошевский районный суд адрес

в составе председательствующего судьи Сорокиной С.В.,

при секретаре фио,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-2420/2025 по иску ФИО1 к ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратилась в суд с исковым заявлением к ответчику ФИО2 о взыскании в порядке субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ВЕРИТАС» задолженности в размере сумма Требование мотивировано тем, что:

27.01.2021 года между ФИО1 и ООО «Веритас» был заключен договор об оказании юридических услуг № 2701210501, согласно которого ООО «Веритас» приняло на себя обязательства по оказанию юридических услуг ФИО1 Стоимость услуг по договору составила сумма и была оплачена ФИО1 в полном объеме;

02.02.2021 года между ФИО1 и ООО «Веритас» был заключен договор об оказании юридических услуг № 0202210101, согласно которого ООО «Веритас» приняло на себя обязательства по оказанию юридических услуг ФИО1 Стоимость услуг по договору составила сумма и была оплачена ФИО1 в полном объеме;

09.02.2021 года между ФИО1 и ООО «Веритас» был заключен договор об оказании юридических услуг № 902210301, согласно которого ООО «Веритас» приняло на себя обязательства по оказанию юридических услуг ФИО1 Стоимость услуг по договору составила сумма и была оплачена ФИО1 в полном объеме.

Обязательства по вышеуказанным договорам ООО «Веритас» исполнены не были.

13.10.2022 года МИФНС № 46 по адрес принято решение о предстоящем исключении ООО «Веритас» из ЕГРЮЛ.

Истец полагает, что ФИО2 действовала недобросовестно и неразумно, так как, являясь директором и единственным участником ООО «ВЕРИТАС», допустила исключение общества из Единого государственного реестра юридических лиц. Правовое обоснование иска содержит ссылки на статью 53.1 ГК РФ и пункт 3.1 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью».

Истец ФИО1 в судебное заседание явилась, исковые требования поддержала в полном объеме.

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явилась, извещена надлежащим образом, отзыв на исковое заявление не представила.

В силу ст. 167 ГПК РФ суд считает возможным рассмотрение дела в отсутствие неявившихся лиц.

Суд, выслушав истца, исследовав письменные материалы дела, приходит к следующим выводам.

Судом установлено, что общество с ограниченной ответственностью «ВЕРИТАС» 07.09.2020 было зарегистрировано в качестве юридического лица.

Из выписки из ЕГРЮЛ следует, что 14.07.2021 в ЕГРЮЛ внесена запись о недостоверности сведений о юридическом лице. 27.06.2022 регистрирующим органом принято решение № 47480 о предстоящем исключении недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ.

В силу пункта 1 статьи 64.2 ГК РФ и статьи 21.1 Федерального закона «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» юридическое лицо, в отношении сведений о котором в едином государственном реестре юридических лиц более шести месяцев имелась запись об их недостоверности, считается фактически прекратившим свою деятельность и подлежит исключению из реестра.

13.10.2022 в ЕГРЮЛ внесена запись о прекращении деятельности ООО «ВЕРИТАС». В течение всего периода деятельности общества единственным его участником и директором являлась ФИО2

Как следует из искового заявления, 27.01.2021 года между ФИО1 и ООО «Веритас» был заключен договор об оказании юридических услуг № 2701210501, согласно которого ООО «Веритас» приняло на себя обязательства по оказанию юридических услуг ФИО1 Стоимость услуг по договору составила сумма и была оплачена ФИО1 в полном объеме;

Обязательства по вышеуказанным договорам ООО «Веритас» исполнены не были. Доказательств обратного суду представлено не было.

В связи с исключением корпорации из ЕГРЮЛ истец просит взыскать задолженность ООО «Веритас», возникшую вследствие ненадлежащего исполнения обязательств по договору в порядке субсидиарной ответственности с ФИО2 как с бывшего директора и единственного участника ООО «ВЕРИТАС».

Суд считает доказанной предусмотренную законом совокупность обстоятельств, необходимых для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности.

Нормой п. 1 ст. 399 ГК РФ предусмотрено, что если основной должник отказался удовлетворить требование кредитора или кредитор не получил от него в разумный срок ответ на предъявленное требование, это требование может быть предъявлено лицу, несущему субсидиарную ответственность.

Согласно пункту 3.1 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» исключение общества из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на них может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

К указанным лицам относятся лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53 ГК РФ), члены коллегиальных органов юридического лица, а также лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, относящимся к первым двум категориям (пункты 1 – 3 статьи 53.1 ГК РФ).

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.05.2021 № 20-П, предусмотренная нормой пункта 3.1 статьи 3 Закона об обществах субсидиарная ответственность контролирующих общество лиц является мерой гражданско-правовой ответственности, функция которой заключается в защите нарушенных прав кредиторов общества, восстановлении их имущественного положения. При этом в части, не противоречащей специальному регулированию законодательства о банкротстве, к данному виду ответственности подлежат применению положения глав 25 и 59 ГК РФ (пункт 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»).

Таким образом, долг, возникший из субсидиарной ответственности, должен быть подчинен тому же правовому режиму, что и иные долги, связанные с возмещением вреда имуществу участников оборота (статья 1064 ГК РФ).

Поэтому при реализации субсидиарной ответственности необходимо установление наличия всех элементов состава гражданского правонарушения: противоправного поведения по отношению к кредиторам, причиненного им вреда, причинно-следственной связи между ними и вины правонарушителя.

Соответственно, привлечение к такой ответственности возможно только в том случае, если судом установлено, что исключение должника из единого государственного реестра юридических лиц в административном порядке и обусловленная этим невозможность погашения им долга возникли в результате недобросовестных и (или) неразумных действий (бездействия) контролирующих общество лиц и по их вине.

Между тем при обращении в суд кредитора с иском о привлечении к субсидиарной ответственности доказывание кредитором неразумности и недобросовестности действий лиц, контролировавших исключенное из реестра недействующее юридическое лицо, объективно затруднено. Кредитор, как правило, лишен доступа к документам, содержащим сведения о хозяйственной деятельности общества, и не имеет иных источников сведений о деятельности юридического лица и контролирующих его лиц (пункт 3.2 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 21.05.2021 № 20-П).

Соответственно, предъявление к истцу-кредитору требований, связанных с доказыванием обусловленности причиненного вреда поведением контролировавших должника лиц, заведомо влечет неравенство процессуальных возможностей истца и ответчика, так как от истца требуется предоставление доказательств, о самом наличии которых ему может быть неизвестно в силу его невовлеченности в корпоративные правоотношения.

Поэтому если кредитор представил доказательства наличия у него убытков, вызванных неисполнением обществом обязательств перед ним, а также доказательства исключения общества из единого государственного реестра юридических лиц, контролировавшее лицо может дать пояснения относительно причин исключения общества из этого реестра и представить доказательства правомерности своего поведения. В случае отказа от дачи пояснений (в том числе при неявке в суд) или их явной неполноты, непредоставления ответчиком суду соответствующей документации бремя доказывания отсутствия со стороны контролировавшего общество лица нарушения обязанности действовать добросовестно и разумно и отсутствия причинно-следственной связи между его действиями и невозможностью исполнения обязательств перед кредитором возлагается судом на ответчика.

Тем самым лицо, контролирующее общество, не может быть привлечено к субсидиарной ответственности, если докажет, что при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по обычным условиям делового оборота и с учетом сопутствующих деятельности общества с ограниченной ответственностью предпринимательских рисков, оно действовало добросовестно и разумно, а также приняло все меры для исполнения обществом обязательств перед своими кредиторами.

Согласно сведениям ЕГРЮЛ ООО «Веритас» исключено из ЕГРЮЛ по причине наличия в нем в течение продолжительного времени записи о недостоверности сведений о юридическом лице.

ФИО2 со своей стороны не обосновала наличием уважительных причин непринятие ей как директором ООО «ВЕРИТАС» мер для предотвращения исключения общества из ЕГРЮЛ.

В силу части 2 статьи 51 ГК РФ лицо, добросовестно полагающееся на данные единого государственного реестра юридических лиц, вправе исходить из того, что они соответствуют действительным обстоятельствам. Юридическое лицо обязано возместить убытки, причиненные другим участникам гражданского оборота вследствие непредставления, несвоевременного представления или представления недостоверных данных о нем в единый государственный реестр юридических лиц.

Следовательно, своевременное внесение информации в ЕГРЮЛ об актуальных и достоверных сведений о юридическом лице является обязанностью участника гражданского оборота (юридического лица в лице его директора).

Доказательств представления ответчиком в регистрирующий орган заявления против исключения организации из реестра, а также обжалования решений регистрирующего органа, направленных на исключение организации из ЕГРЮЛ, суду не представлено.

Кроме того, решение о ликвидации должника (статья 61 ГК РФ) ответчиком не принималось, дело о несостоятельности (банкротстве) в отношении общества, в том числе по заявлению должника, не возбуждалось.

Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 21.05.2021 № 20-П разъяснил, что неосуществление контролирующими лицами ликвидации общества с ограниченной ответственностью при наличии на момент исключения из единого государственного реестра юридических лиц долгов общества перед кредиторами, тем более в случаях, когда исковые требования кредитора к обществу уже удовлетворены судом, может свидетельствовать о намеренном, в нарушение предписаний статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, пренебрежении контролирующими общество лицами своими обязанностями, попытке избежать рисков привлечения к субсидиарной ответственности в рамках дела о банкротстве общества, приводит к подрыву доверия участников гражданского оборота друг к другу, дестабилизации оборота. Такое уклонение контролирующих лиц от совершения необходимых действий по прекращению юридического лица в предусмотренных законом процедурах ликвидации или банкротства, означающее уклонение от исполнения обязательств перед кредиторами юридического лица, имеет недобросовестный характер.

Таким образом, неисполнение ФИО2 обязанности по внесению актуальной и достоверной информации об обществе в ЕГРЮЛ, принимая во внимание последствия в виде исключения лица из указанного реестра, и непринятие им мер по ликвидации общества, а при наличии оснований – по возбуждению процедуры банкротства, признается судом недобросовестным бездействием контролирующего лица, создавшим ситуацию, при которой деятельность организации была прекращена в административном порядке, а взыскание задолженности стало невозможным.

При этом ФИО2 не опровергнута недобросовестность ее действий и наличие причинно-следственной связи между ними и возникновением перед истцом убытков в виде непогашенной обществом задолженности.

Поэтому ФИО2 как лицо, имевшее полномочия выступать от имени общества и определять его действия, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности по задолженности ООО «ВЕРИТАС» в общем размере сумма

Согласно положениям ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Истец оплатил юридические услуги в размере сумма, что подтверждается представленными в материалы дела документами.

Требования истца о взыскании с ответчика расходов на оплату юридических услуг суд находит подлежащим удовлетворению в полном объеме с учетом требования разумности, сложности и объема оказанных услуг.

На основании ст. 98 ГПК РФ суд также полагает необходимым взыскать с ответчика в пользу истца государственную пошлину в размере сумма

На основании изложенного и руководствуясь ст. 194 - 199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности удовлетворить.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 денежные средства в размере сумма, расходы по оплате юридических услуг в размере 10 000 py6., расходы по оплате государственной пошлины в размере сумма

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Московский городской суд течение месяца через Хорошевский районный суд адрес.

Решение изготовлено 28.05.2025 года

Судья Сорокина С.В.