УИД: 42RS0017-01-2022-001493-70

Дело 2а-825/2022

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

Судья Кузнецкого районного суда г. Новокузнецка Кемеровской области

Сальникова Е.Н., при секретаре Сусляковой К.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Новокузнецке, с использованием системы видеоконференц-связи

22 ноября 2022 г.

административное дело по административному иску ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации, ФСИН России, ГУФСИН России по Кемеровской области-Кузбассу, ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Кемеровской области – Кузбассу о присуждении компенсации за ненадлежащие условия содержания под стражей,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1, отбывающий наказание по приговору Кемеровского областного суда от 17.05.2011 в виде пожизненного лишения свободы, первоначально обратился в суд с иском к ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Кемеровской области – Кузбассу, в котором просил взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в сумме 200000 руб. - за незаконное содержание в камере № 2 с одиночным содержанием режимного поста № 1 в более строгих условиях содержания в период с 17.05.2011 по 20.09.2011, вопреки требованиям ч. 1 ст. 14, ч. 1, 3 ст. 390 УПК РФ, ст. 33 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ и в отсутствие процессуального решения, обосновывающего его содержание до вступления приговора суда в законную силу; 150000 руб. - за содержание его в камере № 2 с одиночным содержанием в течение 4 месяцев - с 21.09.2011 по 21.01.2012 без процессуального решения, обосновывающего его содержание в более строгих условиях.

Заявленные требования мотивировал тем, что 07.03.2009 он был задержан сотрудниками отдела внутренних дел г. Прокопьевска по подозрению в совершении преступлений, судом избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, этапирован в СИЗО-2 г. Новокузнецка.

Уголовное дело рассматривалось с период с 23.12.2010 по 17.05.2011. Приговором суда от 17.05.2011 он был признан виновным в совершении преступлений, с назначением наказания в виде пожизненного лишения свободы. После оглашения приговора он был этапирован в СИЗО-2 г. Новокузнецка, где без достаточных оснований водворен в камеру № 2 с одиночным содержанием режимного поста № 1, находящуюся в подвальном помещении. В камере отсутствовали телевизор, радио, при выводе на прогулку в отношении него применялись спецсредства – наручники, которыми сковывали его руки сзади, собака; личные вещи, такие как одноразовые бритвенные станки, щипчики, электрическая машинка для стрижки волос выдавались один раз в неделю в банный день.

На приговор Кемеровского областного суда от 17.05.2011 им была подана кассационная жалоба в Верховный Суд РФ, и пока приговор не вступил в законную силу, он в соответствии со ст. 14 УПК РФ считался невиновным. Несмотря на это сотрудники СИЗО-2 г. Новокузнецка применили в отношении него более строгие условия содержания, водворив в камеру с одиночным содержанием, где он содержался до 20.09.2011, пока приговор не вступил в законную силу. Считает, что он незаконно содержался в камере № 2 режимного поста № 1 с одиночным содержанием без соответствующего процессуального решения в период с 17.05.2011 по 20.09.2011 (4 месяца 4 дня). Положения ст. 33 Федерального закона № 103-ФЗ от 15.07.1995 не содержат требований о содержании в одиночной камере в более строгих условиях лиц, осужденных к пожизненному лишению свободы, однако с 21.09.2011 по 21.01.2012 его продолжали содержать в одиночной камере без какого-либо процессуального решения, обосновывающего его содержание в более строгих условиях.

Содержание его в камере № 2 режимного поста № 1 без законных оснований на протяжении 8 месяцев нарушило его право, гарантированное законом, на уважение человеческого достоинства и свидетельствует о причинении ему нравственных страданий, что является основанием для взыскания компенсации.

В ходе подготовки дела к судебному разбирательству суд пришел к выводу том, что фактически заявленные ФИО1 в порядке гражданского судопроизводства требования о присуждении компенсации за ненадлежащие условия содержания под стражей подлежат рассмотрению в порядке административного судопроизводства, и определением от 31.10.2022 перешел к рассмотрению дела в порядке административного судопроизводства, в качестве административных соответчиков привлечены ГУФСИН России по Кемеровской области-Кузбассу, ФСИН России, Министерство финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Кемеровской области – Кузбассу.

Участие административного истца, отбывающего наказание в виде лишения свободы в ФКУ <****>, в судебном заседании обеспечено посредством использования системы видеоконференц-связи. ФИО1 доводы и основания административного иска поддержал.

Представитель административных ответчиков - ГУФСИН России по Кемеровской области-Кузбассу, ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Кемеровской области – Кузбассу ФИО2, действующая на основании доверенностей (л.д. 70, 71), исковые требования не признала, просила суд отказать в их удовлетворении. Суду пояснила, что нарушений прав истца со стороны административных ответчиком не допущено, кроме того, административным истцом пропущен срок на обращение с административным иском в суд.

Представитель административного ответчика – ФСИН России в судебное заседание не явился, извещен судом надлежащим образом.

Представитель административного ответчика - Министерства финансов Российской Федерации в лице УФК по Кемеровской области-Кузбассу в суд не явился, просил о рассмотрении дела в их отсутствие, о чем указал в письменных возражениях, где также заявил о пропуске административным истцом срока для обращения в суд.

Суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, надлежащим образом извещенных о времени и месте рассмотрения дела.

Выслушав пояснения административного истца, явившегося представителя административных ответчиков, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения административного иска.

В силу статьи 227.1 КАС РФ лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

При рассмотрении административного искового заявления, поданного в соответствии с частью первой настоящей статьи, суд устанавливает, имело ли место нарушение предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, а также характер и продолжительность нарушения, обстоятельства, при которых нарушение допущено, его последствия.

Процесс содержания лица под стражей или отбывания им наказания законодательно урегулирован, осуществляется на основании нормативно-правовых актов и соответствующих актов Министерства юстиции Российской Федерации, которыми регламентированы условия содержания, права и обязанности лиц, содержащихся под стражей или отбывающих наказание, а также права и обязанности лиц, ответственных за их содержание.

Возможность ограничения приведенного права допускается лишь в той мере, в какой оно преследует определенные Конституцией Российской Федерации цели, осуществляется в установленном законом порядке, с соблюдением общеправовых принципов и на основе критериев необходимости, разумности и соразмерности, с тем, чтобы не оказалось затронутым само существо данного права.

Уголовно-исполнительное законодательство Российской Федерации основывается на принципах законности, гуманизма, демократизма.

Порядок и условия содержания под стражей, гарантии прав и законных интересов лиц, которые в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации задержаны по подозрению в совершении преступления, а также лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, в отношении которых в соответствии с названным кодексом избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, регулирует и определяет Федеральный закон от 15 июля 1995 года N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" (далее по тексту также Федеральный закон N 103-ФЗ).

Согласно статье 4 Федерального закона N 103-ФЗ содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей.

В соответствии со статьей 15 Федерального закона N 103-ФЗ в местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации. Обеспечение режима возлагается на администрацию, а также на сотрудников мест содержания под стражей, которые несут установленную законом ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение служебных обязанностей.

По смыслу положений статьи 17.1 Закона о содержании под стражей, ст. 12.1 УИК РФ, ст. 227.1 КАС РФ в случае нарушения предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания подозреваемые, обвиняемые имеют право обратиться в суд с административным исковым заявлением к Российской Федерации о присуждении за счет казны Российской Федерации компенсации за такое нарушение.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пунктах 3 и 13 постановления от 25 декабря 2018 года N 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» разъяснил, что принудительное содержание лишенных свободы лиц в предназначенных для этого местах, их перемещение в транспортных средствах должно осуществляться в соответствии с принципами законности, справедливости, равенства всех перед законом, гуманизма, защиты от дискриминации, личной безопасности, охраны здоровья граждан, что исключает пытки, другое жестокое или унижающее человеческое достоинство обращение и, соответственно, не допускает незаконное - как физическое, так и психическое - воздействие на человека. Иное является нарушением условий содержания лишенных свободы лиц.

Судом установлено, что приговором Кемеровского областного суда от 17.05.2011 ФИО1 признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 209 УК РФ; п.п. «а», «ж», «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ; ч. 3 ст. 222 УК РФ; ч. 3 ст. 30 п. «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ; ч. 1 ст. 222 УК РФ; ч. 1 ст. 327 УК РФ. По совокупности преступлений окончательно назначено наказание в виде пожизненного лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии особого режима.

Срок наказания ФИО1 постановлено исчислять с --.--.----., в срок зачтено время содержания под стражей со дня его фактического задержания --.--.----. по --.--.----..

Мера пресечения осужденному ФИО1 и иным осужденным с учетом опасности совершенных ими преступлений и необходимостью отбывания наказания в виде лишения свободы оставлена без изменения – заключение под стражу (л.д. 6-14).

Приговор вступил в законную силу 20.09.2011 на основании кассационного определения Верховного суд Российской Федерации, оставившего без изменения приговор от 17.05.2011 (л.д. 15-22).

В период с 13.03.2009 по 27.04.2010, с 07.12.2010 по 21.01.2012 ФИО1 содержался в ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Кемеровской области, после чего убыл в распоряжение ФКУ <****> (л.д. 43). С 20.05.2011 переведен в камеру № 2 поста № 1, что подтверждается справкой о движении по камерам.

По мнению административного истца, он в период с 17.05.2011 по 20.09.2011, пока приговор в отношении него вступал в законную силу, а также в последующий период с 21.09.2011 по 21.01.2012 незаконно, без каких-либо процессуальных документов, содержался на протяжении 8 месяцев в более строгих условиях – в камере с одиночным содержанием № 2 режимного поста № 1.

Согласно ст.ст.4, 7, 8 ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей

Местами содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых являются: следственные изоляторы уголовно-исполнительной системы; изоляторы временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел.

Следственные изоляторы уголовно-исполнительной системы (далее - следственные изоляторы) предназначены для содержания подозреваемых и обвиняемых, в отношении которых в качестве меры пресечения избрано заключение под стражу. Следственные изоляторы обладают правами юридического лица. Следственные изоляторы уголовно-исполнительной системы создаются, реорганизуются и ликвидируются руководителем федерального органа исполнительной власти, осуществляющего функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний. Финансирование следственных изоляторов осуществляется за счет средств федерального бюджета.

Согласно ч. 1, 2 ст. 33 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» (в редакции от 21.04.2011), раздельно содержатся мужчины и женщины; несовершеннолетние и взрослые; в исключительных случаях с согласия прокурора в камерах, где содержатся несовершеннолетние, допускается содержание положительно характеризующихся взрослых, впервые привлекаемых к уголовной ответственности за преступления небольшой и средней тяжести; лица, впервые привлекаемые к уголовной ответственности, и лица, ранее содержавшиеся в местах лишения свободы; подозреваемые и обвиняемые, а также осужденные, приговоры в отношении которых вступили в законную силу; подозреваемые и обвиняемые по одному уголовному делу;

Отдельно от других подозреваемых и обвиняемых содержатся:

подозреваемые и обвиняемые в совершении следующих преступлений, предусмотренных Уголовным кодексом Российской Федерации: убийство; убийство матерью новорожденного ребенка; умышленное причинение тяжкого вреда здоровью; заражение ВИЧ-инфекцией; похищение человека; изнасилование; насильственные действия сексуального характера; торговля несовершеннолетними; грабеж; разбой; вымогательство, совершенное при отягчающих обстоятельствах; терроризм; захват заложников; организация незаконного вооруженного формирования; бандитизм; организация преступного сообщества (преступной организации); пиратство; посягательство на жизнь лица, осуществляющего правосудие или предварительное расследование; посягательство на жизнь сотрудника правоохранительного органа; дезорганизация нормальной деятельности учреждений, обеспечивающих изоляцию от общества;

лица, являющиеся или являвшиеся судьями, адвокатами, сотрудниками правоохранительных органов, налоговой инспекции, таможенных органов, службы судебных приставов, учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, военнослужащими внутренних войск федерального органа исполнительной власти, осуществляющего функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере внутренних дел;

Приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 14 октября 2005 года N 189 были утверждены Правила внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы (далее - Правила), действие которых распространялось на ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Кемеровской области в период нахождения административного истца.

Согласно п. 18 Правил размещение по камерам осуществляется в соответствии с требованиями ст. 33 Федерального закона от 15 июля 1995 года N 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» на основании плана покамерного размещения подозреваемых, обвиняемых и осужденных, утвержденного начальником следственного изолятора либо лицом, его замещающим.

Перевод подозреваемых и обвиняемых из одной камеры в другую допускается в случае, в том числе необходимости обеспечения соблюдения требований раздельного размещения подозреваемых и обвиняемых, предусмотренных ст.33 Федерального закона, либо при изменении плана покамерного размещения подозреваемых, обвиняемых и осужденных.

Учитывая, что ФИО1 предъявлялось обвинение, в том числе, в участии в устойчивой вооруженной группе (банде), совершении убийства, двух и более лиц организованной группой по найму, сопряженного с бандитизмом, покушении на убийство с целью сокрытия другого преступления, он размещался отдельно от других лиц, что не противоречит требованиям пункта 2 части 2 статьи 33 Федерального закона N 103-ФЗ.

После вступления приговора суда в законную силу осужденный ФИО1 также в силу закона должен был раздельно содержаться от подозреваемых и обвиняемых.

Кроме того, из приговора суда следует, что ФИО1 ранее являлся сотрудником правоохранительных органов, принимавшим участие в контртеррористических операциях на территории СКФО.

При таких обстоятельствах, имелись основания для его отдельного содержания после вынесения в отношении него приговора, а также после вступления приговора суда в законную силу.

Представитель ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Кемеровской области-Кузбассу в ходе судебного разбирательства пояснила, что камера № 2 режимного поста № 1, где содержался ФИО1 в спорный период, не является камерой для одиночного содержания, а рассчитана на содержание 2-х заключенных. Лицо, которое возможно было содержать в одной камере с ФИО1 в оспариваемый им период отсутствовало, поэтому он содержался в двухместной камере один.

В обоснование возражений представлена выписка из технического паспорта следственного изолятора с поэтажным планом (л.д. 37-39), в соответствии с которым камера № 2 поста № 1, вопреки доводам административного истца, находится на 1 этаже здания, а не в подвальном помещении, имеет площадь 8,2 кв.м., тогда как в соответствии с п. 5 ст. 23 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере 4 кв.м. Указанное свидетельствует о том, что административный истец содержался не в камере одиночного содержания, а рассчитанной на содержание двух заключенных.

Сам факт помещения ФИО1 в камеру № 2 поста № 1, площадью 8,2 кв.м., где он содержался один, не свидетельствует о нарушении законодательства.

Доказательств того, что в периоды, указанные административным истцом, он подавал жалобы на ненадлежащие условия его содержания в следственном изоляторе, материалы дела не содержат.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что содержание истца одного в камере № 2 режимного поста № 1 в период с момента провозглашения приговора и до даты его вступления в законную силу (с 17.05.2011 по 20.09.2011), а также после вступления приговора в законную силу и до отбытия ФИО1 к месту отбывания наказания (с 21.09.2011 по 21.01.2022), не противоречит действовавшим в спорный период времени нормам закона. Нарушений прав административного истца со стороны администрации ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Кемеровской области-Кузбассу в части одиночного содержания в камере, рассчитанной на двух человек, не допущено.

Приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 14 октября 2005 года N 189 «Об утверждении Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы» (действие которого распространяется на спорные правоотношения) также утвержден Перечень предметов первой необходимости, обуви, одежды и других промышленных товаров, а также продуктов питания, которые подозреваемые и обвиняемые могут иметь при себе, хранить, получать в посылках и передачах и приобретать по безналичному расчету (приложение N 2).

Телевизионный приемник, а также электрическая машинка для стрижки волос, щипчики не являются предметами, входящими в указанный Перечень.

Федеральным законом от 15.07.1995 N 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», в частности, его ст. 23, а также Приказом Минюста России N 189 от 14.10.2005 г. «Об утверждении Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы», предусмотрено оборудование камер следственных изоляторов радиодинамиком для вещания общегосударственной программы, а также по возможности телевизорами (п. 42), в то же время возможность нахождения телевизоров в пользовании лиц, содержащихся в следственных изоляторах, не предусмотрена.

На основании Инструкции об организации службы по обеспечению надзора за подозреваемыми, обвиняемыми и осужденными, содержащимися в следственных изоляторах и тюрьмах уголовно-исполнительной системы, утвержденной приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 3 ноября 2005 года N 204-дсп, выдача бритвенных станков, электробритвы осуществляется в дни санитарной обработки один раз в неделю.

В материалах дела не имеется соответствующих жалоб административного истца на условия его содержания, возникновении для него каких-либо неблагоприятных последствий, по указанным в иске основаниям и признания действий (бездействия) следственного изолятора незаконными.

Относительно доводов административного истца о том, что во время прогулок к нему применялись спецсредства наручники и служебная собака, суд считает их недоказанными.

Случаи применения специальных средств до 09 января 2017 года в следственных изоляторах определялись ст. 45 Федерального закона от 15 июля 1995 года N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений":

1) для отражения нападения подозреваемого или обвиняемого на сотрудников мест содержания под стражей и иных лиц;

2) для пресечения массовых беспорядков или групповых нарушений установленного режима содержания под стражей;

3) для пресечения неправомерных действий подозреваемого или обвиняемого, оказывающего неповиновение законным требованиям сотрудников мест содержания под стражей или иных сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, а также сотрудников органов внутренних дел, привлекающихся для обеспечения правопорядка;

4) для освобождения заложников, захваченных зданий, помещений, сооружений и транспортных средств;

5) для пресечения попытки побега подозреваемого или обвиняемого из места содержания под стражей или из-под конвоя;

6) для пресечения попытки подозреваемого или обвиняемого причинить вред окружающим;

7) для пресечения попытки подозреваемого или обвиняемого причинить вред себе.

В качестве специальных средств могут применяться, в том числе: наручники - в случаях, предусмотренных пунктами 3, 5 - 7 части первой настоящей статьи; при отсутствии наручников сотрудники мест содержания под стражей вправе использовать подручные средства связывания; служебные собаки - в случаях, предусмотренных пунктами 1 - 6 части первой настоящей статьи.

Порядок проведения прогулок регламентируется Приказом № 189, в соответствии с пунктом 134 которого подозреваемые и обвиняемые, в том числе водворенные в карцер, пользуются ежедневной прогулкой продолжительностью не менее одного часа. Прогулка проводится на территории прогулочных дворов.

Доказательств того, что к ФИО1 применялись спецсредства во время прогулок, суду не представлено. Стороной административного ответчика приобщен к материалам дела приказ ФСИН России от 02.09.2022 № 523 «Об утверждении Перечня документов, образующихся в процессе деятельности Федеральной службы исполнения наказаний, органов, учреждений и предприятий уголовно-исполнительной системы Российской Федерации, с указанием сроков хранения», согласно которому срок хранения журналов учета применения физической силы и специальных средств - 5 лет, то есть, на дату настоящего судебного разбирательства соответствующие документы уничтожены.

Представитель ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Кемеровской области-Кузбассу факт применения к административному истцу спецсредств наручников и служебной собаки отрицала, пояснив, что административный истец содержался в обычной камере, необходимости использования спецсредств к нему не имелось.

Оценив вышеизложенное в совокупности суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных ФИО1 требований, поскольку изложенные административным истцом доводы о ненадлежащих условиях его содержания в ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Кемеровской области не нашли подтверждения, доводы административного истца носят субъективный характер, незаконных действий сотрудников следственного изолятора в ходе рассмотрения дела не установлено. Недовольство ФИО1 с условиями его содержания в следственном изоляторе не может быть приравнено к условиям, унижающим человеческое достоинство.

Кроме того суд учитывает, что в спорный период нахождения ФИО1 в ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Кемеровской области-Кузбассу, в прокуратуру и в иные надзорные органы он жалобы на ненадлежащие условия содержания его не подавал. Обращение с настоящим иском последовало по истечении десяти с лишним лет заявленных административным истцом событий.

Обязанность доказывания соблюдения надлежащих условий содержания лишенных свободы лиц возлагается на административного ответчика - соответствующие орган или учреждение, должностное лицо, которым следует подтверждать факты, обосновывающие их возражения.

Вместе с тем административному истцу надлежит в административном исковом заявлении, а также при рассмотрении дела представлять (сообщать) суду сведения о том, какие права, свободы и законные интересы лица, обратившегося в суд, нарушены, либо о причинах, которые могут повлечь их нарушение, излагать доводы, обосновывающие заявленные требования, прилагать имеющиеся соответствующие документы (в частности, описания условий содержания, медицинские заключения, обращения в органы государственной власти и учреждения, ответы на такие обращения, документы, содержащие сведения о лицах, осуществлявших общественный контроль, а также о лишенных свободы лицах, которые могут быть допрошены в качестве свидетелей, если таковые имеются).

Оценивая имеющиеся в деле доказательства, суд приходит к выводу об отсутствии подтверждения фактов ненадлежащего содержания ФИО1 в спорный период в следственном изоляторе.

В пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 N 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» разъяснено, что, проверяя соблюдение предусмотренного частью 1 статьи 219 КАС РФ трехмесячного срока для обращения в суд, судам необходимо исходить из того, что нарушение условий содержания лишенных свободы лиц может носить длящийся характер, следовательно, административное исковое заявление о признании незаконными бездействия органа или учреждения, должностного лица, связанного с нарушением условий содержания лишенных свободы лиц, может быть подано в течение всего срока, в рамках которого у органа или учреждения, должностного лица сохраняется обязанность совершить определенное действие, а также в течение трех месяцев после прекращения такой обязанности.

С исковым заявлением в суд ФИО1 обратился 20.09.2022 (л.д. 24), при этом оспариваемый им период содержания в ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Кемеровской области-Кузбассу закончился 21.01.2012, когда он убыл к месту отбытия наказания.

Таким образом, на момент обращения в суд с иском, фактически содержащем требование о присуждении компенсации за ненадлежащие условия содержания под стражей, установленный ст. 219 КАС РФ, трехмесячный срок для обращения с административным иском истек, при этом бесспорных доказательств уважительности причин пропуска данного срока и возможности подачи иска в суд только в сентябре 2022 г. материалы дела не содержат и административным истцом не представлено.

Вместе с тем, отказ в удовлетворении административного искового заявления исключительно по мотиву пропуска срока обращения в суд без принятия судом мер, направленных на выяснение обстоятельств, объективно препятствовавших обращению в суд в установленный законом срок, без установления иных обстоятельств, предусмотренных ч. 9 ст. 226 КАС РФ, а также без исследования фактических обстоятельств административного дела является недопустимым и противоречит задачам административного судопроизводства (п. 42 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 4 (2020)).

С учетом установленных судом обстоятельств в их совокупности, отсутствия установленных нарушений, допущенных со стороны администрации ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Кемеровской области-Кузбассу, а также принимая во внимание пропуск срока для обращения в суд с административным иском, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении заявленных административных требований в полном объеме.

Руководствуясь ст. ст. 175-180 КАС РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении административных исковых требований ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации, ФСИН России, ГУФСИН России по Кемеровской области-Кузбассу, ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Кемеровской области – Кузбассу о присуждении компенсации за ненадлежащие условия содержания под стражей в период с 17.05.2011 по 20.09.2011, с 21.09.2011 по 21.01.2012 отказать в полном объеме.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Кемеровский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Кузнецкий районный суд г. Новокузнецка в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Решение в окончательной форме изготовлено 28 ноября 2022 г.

Судья Е.Н. Сальникова