Дело № 2-9/2025 (2-91/2024; 2-3087/2023;)

УИД: 42RS0005-01-2023-004005-73

РЕШЕНИЕ Именем Российской Федерации г.Кемерово «10» июля 2025 года

Заводский районный суд г.Кемерово Кемеровской области

в составе председательствующего судьи: Агафонова Д.А.

при секретаре: Деменовой А.А.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Общества с ограниченной ответственностью «Кемеровский машиностроительный завод» к ФИО2 о взыскании задолженности по договору,

Установил:

ООО «Кемеровский машиностроительный завод» обратилось с иском к ФИО2 о взыскании задолженности по договору.

Требования мотивирует тем, что ДД.ММ.ГГГГ между ООО «КМЗ» и ФИО2 заключен договор уступки прав требований № согласно которому, в редакции дополнительного соглашения № от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО2 принимает на себя обязанность по оплате за уступленное право в размере 22400000 руб. со сроками исполнения: до ДД.ММ.ГГГГ в размере 12400000 руб. и до ДД.ММ.ГГГГ в размере 10000000 руб.

Обязанность по оплате денежных средств ответчиком не исполнена.

Согласно п.4.4 договора цессии предусмотрена неустойка в размере 0,1% за каждый день просрочки.

Просит взыскать с ответчика недоплаченные по договору денежные средства в размере 22400000 руб. и, неустойку, предусмотренную договором за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 20614800 руб., а так же судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 60000 руб. (л.д. 3-4, 79).

В судебном заседании представитель ООО «Кемеровский машиностроительный завод» - ФИО3, действующий по доверенности от 08.07.2024, сроком на 3 года, заявленные требования поддержал. Пояснил, что не настаивает на взыскании неустойки. Полагает, что срок исковой давности подлежит исчислению от даты, указанной в дополнительном соглашении. Несмотря на то, что оригинал соглашения в материалы дела не представлен, это не должно воспрепятствовать защите прав истца, поскольку оригинал соглашения находится у ответчика, который скрыл его от суда. По мнению представителя истца, злоупотребление ответчиком своим правом очевидно и выражается в сокрытии доказательств по делу. Также считает, что срок исковой давности не пропущен и в случае его исчисления согласно договору цессии, поскольку течение срока исковой давности приостанавливалось в период моратория и прерывалось по основаниям ст.203 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В судебное заседание ответчик ФИО2 не явился, извещен надлежащим образом. Представите ль ответчика – ФИО4, действующий по доверенности от 06.09.2022, сроком на 3 года, заявленные требования не признал, представил письменные возражения. Полагает, что истец пропустил срок исковой давности, поскольку он исчисляется с 16.08.2019 и истек 16.08.2021; исковое заявление направлено в суд 04.08.2023.

Согласно ч.1, ч.2.1. ст.113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, лица, участвующие в деле, а также свидетели, эксперты, специалисты и переводчики извещаются или вызываются в суд заказным письмом с уведомлением о вручении, судебной повесткой с уведомлением о вручении, телефонограммой или телеграммой, по факсимильной связи либо с использованием иных средств связи и доставки, обеспечивающих фиксирование судебного извещения или вызова и его вручение адресату. Органы государственной власти, органы местного самоуправления, иные органы и организации, являющиеся сторонами и другими участниками процесса, могут извещаться судом о времени и месте судебного заседания или совершения отдельных процессуальных действий лишь посредством размещения соответствующей информации в установленном порядке в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет" в указанный в части третьей настоящей статьи срок, если суд располагает доказательствами того, что указанные лица надлежащим образом извещены о времени и месте первого судебного заседания. Такие лица, получившие первое судебное извещение по рассматриваемому делу, самостоятельно предпринимают меры по получению дальнейшей информации о движении дела с использованием любых источников такой информации и любых средств связи.

Лица, указанные в абзаце первом настоящей части, несут риск наступления неблагоприятных последствий в результате непринятия ими мер по получению информации о движении дела, если суд располагает сведениями о том, что данные лица надлежащим образом извещены о начавшемся процессе, за исключением случаев, когда меры по получению информации не могли быть приняты ими в силу чрезвычайных и непредотвратимых обстоятельств.

При отсутствии технической возможности у органов местного самоуправления, иных органов и организаций они вправе заявить ходатайство о направлении им судебных извещений и вызовов без использования информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

Таким образом, в соответствии со ст.113 и ст.167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом мнения лиц, участвующих в деле, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц. При этом суд учитывает, что дело в производстве суда находилось длительное время, лица, участвующие в деле, неоднократно извещались о месте и времени рассмотрения дела. Сведения о движении дела опубликованы в установленном порядке в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» на сайте Заводского районного суда г. Кемерово.

Суд, изучив письменные материалы дела, заслушав явившихся лиц, приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст.209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Согласно п.1 ст.310 Гражданского кодекса Российской Федерации, односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных Гражданским кодексом Российской Федерации, другими законами или иными правовыми актами.

В соответствии с п.1 ст.382 Гражданского кодекса Российской Федерации, право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона.

В силу п.1 ст.384 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права.

Уступка требования кредитором другому лицу допускается, если она не противоречит закону, иным правовым актам или договору (п.1 ст.388 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно положениям ч.1 ст.56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно ч.1 ст.57 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле. Суд вправе предложить им представить дополнительные доказательства. В случае, если представление необходимых доказательств для этих лиц затруднительно, суд по их ходатайству оказывает содействие в собирании и истребовании доказательств.

В силу состязательного построения процесса представление доказательств возлагается на стороны и других лиц, участвующих в деле. Стороны сами должны заботиться о подтверждении доказательствами фактов, на которые ссылаются. Суд не уполномочен собирать или истребовать доказательства по собственной инициативе. Суд вправе при недостаточности доказательств, предложить сторонам представить дополнительные доказательства.

Гражданское судопроизводство осуществляется на основе состязательности сторон, и лица, участвующие в деле несут риск наступления последствий совершения или не совершения ими процессуальных действий.

Судом установлено и следует из материалов дела, что ДД.ММ.ГГГГ между ООО «КМЗ» и ФИО2 заключен возмездный договор уступки прав требований № согласно которому ФИО2 передано право требования к ФИО5 по договорам займа: № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ на общую сумму 22400000 руб. (л.д. 10-12).

Согласно п.3.4 договора, права требования передаются с момента подписания акта приема-передачи, который подписан ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 13).

В соответствии с п.2.3 договора, ФИО2 принял на себя обязанность оплатить денежные средства по договору цессии в пользу ООО «КМЗ» в размере 22400000 руб. в срок до ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно дополнительному соглашению № от ДД.ММ.ГГГГ к договору № от ДД.ММ.ГГГГ, в п.2.3 внесены изменения в части периода возврата задолженности:

- до ДД.ММ.ГГГГ ответчик обязался вернуть 12400000 руб.;

- до ДД.ММ.ГГГГ ответчик обязался вернуть 10000000 руб.; (л.д. 14).

Согласно позиции истца, обязанность по оплате ответчиком не исполнена.

В обоснование своих требований истцом представлены в материалы дела копии вышеуказанных договоров.

В судебном заседании представитель истца пояснил, что подлинники указанных документов у истца отсутствуют, имеются только копии, которые были обнаружены в сейфе в кабинете бывшего руководителя после его смерти.

Стороной ответчика факт заключения договора уступки прав требования (цессии) № от ДД.ММ.ГГГГ не оспаривается.

Согласно решению Хорошевского районного суда адрес от ДД.ММ.ГГГГ, в рамках гражданского дела № по иску ФИО2 к ФИО5 о взыскании денежных средств, право требования к ФИО5 по договорам займа: № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ на общую сумму 22400000 руб. было реализовано, денежные средства взысканы в пользу ФИО1 (л.д. 15-23).

Спорный договор цессии был представлен ФИО2 в обоснование своего права требования в материалы гражданского дела №, но дополнительных соглашений к указанным договорам в материалы дела представлено не было, что следует из ответа Хорошевского районного суда адрес на запрос суда о предоставлении копий документов из материалов дела (л.д. 126-127, 134, 141).

Согласно ч.2 ст.71 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, Письменные доказательства представляются в подлиннике или в форме надлежащим образом заверенной копии.

Подлинные документы представляются тогда, когда обстоятельства дела согласно законам или иным нормативным правовым актам подлежат подтверждению только такими документами, когда дело невозможно разрешить без подлинных документов или когда представлены копии документа, различные по своему содержанию.

Поскольку ответчик не оспаривал факт заключения договора цессии в редакции представленной в материалы дела копии, а так же ссылался на идентичную копию договора в рамках дела где реализовал уступленное право, суд считает, что отсутствие оригинала договора цессии не препятствует установлению его условий посредством копии. Совокупность представленных доказательств подтверждает факт заключения ДД.ММ.ГГГГ между ООО «КМЗ» и ФИО2 договора уступки прав требований № согласно которому ФИО2 принял на себя обязательства оплатить денежные средства в размере 22400000 руб. в срок до ДД.ММ.ГГГГ.

Доказательств, подтверждающих оплату истцу по договорам уступки прав требований, ответчиком суду не представлено.

Стороной ответчика заявлено о применении последствий истечения срока исковой давности и данное заявление суд считает обоснованным.

Согласно ст.196 Гражданского кодекса Российской Федерации, общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со ст. 200 настоящего Кодекса.

В соответствии с п.2 ст.199 Гражданского кодекса Российской Федерации, исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Согласно ч.2 ст.200 Гражданского кодекса Российской Федерации, по обязательствам, срок исполнения которых не определен или определен моментом востребования, срок исковой давности начинает течь со дня предъявления кредитором требования об исполнении обязательства, а если должнику предоставляется срок для исполнения такого требования, исчисление срока исковой давности начинается по окончании срока, предоставляемого для исполнения такого требования.

Согласно позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в п.3 Обзора судебной практики по гражданским делам, связанным с разрешением споров об исполнении кредитных обязательств от ДД.ММ.ГГГГ, при исчислении сроков исковой давности в отношении требований о взыскании просроченной задолженности по кредитному обязательству в виде периодических платежей, применяется общий срок исковой давности (ст.196 Гражданского кодекса Российской Федерации). Указанный срок исчисляется отдельно по каждому платежу со дня, когда кредитор узнал или должен был узнать о нарушении своего права.

В силу положений ст.204 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности не течет со дня обращения в суд в установленном порядке за защитой нарушенного права на протяжении всего времени, пока осуществляется судебная защита нарушенного права.

Судом установлено, что обязанность по оплате денежных средств по договору цессии № от ДД.ММ.ГГГГ определена п.2.3 договора; ответчик должен был оплатить 22400000 руб. в срок до ДД.ММ.ГГГГ.

В таком случае, в соответствии с правилами ст.108, ст.196, ст.200 Гражданского кодекса Российской Федерации, срок для защиты права истца начинает исчисляться с ДД.ММ.ГГГГ и оканчивается ДД.ММ.ГГГГ.

Исковое заявление направлено в суд ДД.ММ.ГГГГ, с пропуском установленного процессуального срока на обращение в суд с иском (л.д. 37).

Суд не принимает доводы истца о приостановлении течения срока исковой давности.

Согласно пп.3 п.1 ст.202 Гражданского кодекса Российской Федерации, течение срока исковой давности приостанавливается: в силу установленной на основании закона Правительством Российской Федерации отсрочки исполнения обязательств (мораторий);

По мнению истца, в период с момента возникновения нарушения до момента подачи искового заявления действовали моратории, введенные Правительством Российской Федерации с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ постановлением от ДД.ММ.ГГГГ № «О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлению кредиторов в отношении отдельных должников», с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ постановлением от ДД.ММ.ГГГГ № «О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами».

По существу, приведенные доводы основаны на ошибочном толковании положений действующего законодательства применительно к установленным по делу обстоятельствам.

Так, понятия «мораторий» по смыслу ст.2 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» и пп.3 п.1 ст.202 Гражданского кодекса Российской Федерации имеют существенные различия.

В соответствии с положениями абз.30 ст.2 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» под мораторием понимается приостановление исполнения должником денежных обязательств и уплаты обязательных платежей, в то время как по смыслу пп.3 п.1 ст.202 Гражданского кодекса Российской Федерации мораторием является отсрочка исполнения обязательств.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п.7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.12.2020 №44 «О некоторых вопросах применения положений ст.9.1 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», в период действия моратория проценты за пользование чужими денежными средствами (ст.395 Гражданского кодекса Российской Федерации), неустойка (ст.330 Гражданского кодекса Российской Федерации), пени за просрочку уплаты налога или сбора (ст.75 Налогового кодекса Российской Федерации), а также иные финансовые санкции не начисляются на требования, возникшие до введения моратория, к лицу, подпадающему под его действие (пп.2 п.3 ст.9.1, абз.10 п.1 ст.63 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ). В частности, это означает, что не подлежит удовлетворению предъявленное в общеисковом порядке заявление кредитора о взыскании с такого лица финансовых санкций, начисленных за период действия моратория. Лицо, на которое распространяется действие моратория, вправе заявить возражения об освобождении от уплаты неустойки и в том случае, если в суд не подавалось заявление о его банкротстве.

Таким образом, положения ст.9.1 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» и Постановления Правительства Российской Федерации от 03.04.2020 №428 и от 28.03.2022 №497, хотя и предусматривают освобождение от санкций за неисполнение обязательства в период действия моратория, но не устанавливают мораториев в том смысле, в котором они понимаются в пп.3 п.1 ст.202 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Если Федеральный закон от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» под мораторием понимает приостановление исполнения обязательства, то Гражданский кодекс Российской Федерации - отсрочку его исполнения.

Мораторий не является основанием для приостановления срока исковой давности по спорным требованиям, так как не устанавливают отсрочек исполнения денежных обязательств.

Истец не учитывает, что введение мораториев исключало начисление финансовых санкций, на требования, возникшие до введения моратория, однако не препятствовало предъявлению требований о взыскании задолженности по договору.

Также суд не принимает доводы истца о перерыве течения срока исковой давности.

Согласно ст.203 Гражданского кодекса Российской Федерации, течение срока исковой давности прерывается совершением обязанным лицом действий, свидетельствующих о признании долга.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п.7 «Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №3 (2023)», действия ответчика по признанию долга, которые прерывают течение срока исковой давности, должны быть ясными и недвусмысленными.

Из разъяснений, данных в п.20 постановления Пленума Верховного Суда от 29.09.2015 №43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», к действиям, свидетельствующим о признании долга, в целях перерыва течения срока исковой давности, в частности, могут относиться: признание претензии; изменение договора уполномоченным лицом, из которого следует, что должник признает наличие долга, равно как и просьба должника о таком изменении договора (например, об отсрочке или о рассрочке платежа); акт сверки взаимных расчетов, подписанный уполномоченным лицом. Ответ на претензию, не содержащий указания на признание долга, сам по себе не свидетельствует о признании долга. Признание части долга, в том числе путем уплаты его части, не свидетельствует о признании долга в целом, если иное не оговорено должником.

Таким образом, в случае признания ответчиком долга срок исковой давности прерывается и начинает течь заново и истец, добросовестно полагаясь на такое признание, вправе, не обращаясь в суд, ожидать исполнения ответчиком своих обязанностей.

В силу этого действия ответчика по признанию долга должны быть ясными и недвусмысленными. Молчание ответчика или его бездействие не могут считаться признанием долга.

В ходе рассмотрения настоящего дела ответчиком представлено уведомление о прощении долга от ДД.ММ.ГГГГ по договору уступки прав требований № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 77, 80). По мнению истца, данное уведомление свидетельствует о признании долга ответчиком.

Решением Заводского районного суда адрес от ДД.ММ.ГГГГ в рамках гражданского дела № удовлетворены требования ООО «Кемеровский машиностроительный завод» к ФИО2 о признании недействительным уведомления о признании долга. На данное уведомление как на основание прекращения обязательства ссылался ответчик.

Анализируя уведомление о прощении долга от ДД.ММ.ГГГГ по договору № от ДД.ММ.ГГГГ, судом установлено, что данное уведомление свидетельствует о прекращении обязательств по спорному договору, из чего следует, что истец, действуя добросовестно, не мог ожидать исполнения спорного обязательства после составления данного уведомления.

Также уведомление о прощении долга, хотя и подписано обеими сторонами, по своей правовой природе является односторонней сделкой, свидетельствующей о совершении действий только кредитором.

Следовательно, факт составления ДД.ММ.ГГГГ уведомления о прощении долга ответчика, не может быть отнесен к числу действий, свидетельствующих о признании ответчиком своего долга, поскольку правовые последствия данного уведомления – прекращение обязательств, а не признание их.

По мнению суда, не являются обоснованными и доводы истца об исчислении срока исковой давности с ДД.ММ.ГГГГ, в соответствии с дополнительным соглашением № от ДД.ММ.ГГГГ к договору цессии № от ДД.ММ.ГГГГ.

Как было указано выше, в соответствии с абз.2 ч.2 ст.71 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, подлинные документы представляются тогда, когда дело невозможно разрешить по копиям этих документов. Поскольку между сторонами возник спор относительно факта заключения дополнительного соглашения № к договору цессии № от ДД.ММ.ГГГГ, судом было предложено истцу представить подлинник указанного документа, поскольку именно на истце лежит обязанность доказать наличие договорных отношений в измененной дополнительным соглашением редакции.

Подлинник дополнительного соглашения представлен не был.

Стороной ответчика оспаривается сам факт заключения дополнительного соглашения, поскольку данное соглашение не заключалось и не подписывалось ответчиком.

В ходе рассмотрения дела назначена судебная почерковедческая экспертиза проведение которой поручено ФБУ Кемеровской ЛСЭ Минюста России. В ходе проведения экспертизы не удалось установить, кем выполнена подпись от имени ФИО2 в связи с отсутствием оригинала документа. Также не удалось установить давность изготовления документа (л.д. 147-154).

Положение ч.2 ст.71 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, обязывающее представлять в суд письменные доказательства в подлиннике или в форме надлежащим образом заверенной копии, как указал Конституционный Суд Российской Федерации, конкретизирует положения ст.50 (ч.2) Конституции Российской Федерации, не допускающей использование при осуществлении правосудия доказательств, полученных с нарушением федерального закона, и ч.2 ст.55 того же кодекса, в соответствии с которой доказательства, полученные с нарушением закона, не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу решения суда (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 27.03.2018 №724-0).

Правила оценки доказательств установлены ст.67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в соответствии с ч.5 которой при оценке документов или иных письменных доказательств суд обязан с учетом других доказательств убедиться в том, что такие документ или иное письменное доказательство исходят от органа, уполномоченного представлять данный вид доказательств, подписаны лицом, имеющим право скреплять документ подписью, содержат все другие неотъемлемые реквизиты данного вида доказательств.

При оценке копии документа или иного письменного доказательства суд проверяет, не произошло ли при копировании изменение содержания копии документа по сравнению с его оригиналом, с помощью какого технического приема выполнено копирование, гарантирует ли копирование тождественность копии документа и его оригинала, каким образом сохранялась копия документа (ч.6 ст.67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Суд не может считать доказанными обстоятельства, подтверждаемые только копией документа или иного письменного доказательства, если утрачен и не передан суду оригинал документа, и представленные каждой из спорящих сторон копии этого документа не тождественны между собой, и невозможно установить подлинное содержание оригинала документа с помощью других доказательств (ч.7 ст.67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснениям, данным в п.9 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №4 (2020), нормы процессуального права не запрещают представлять письменные доказательства в копиях, а также проводить судебную почерковедческую экспертизу по копии документа. Вопросы о достаточности и пригодности материалов, предоставленных для исследования, а также о методике проведения экспертизы, относятся к компетенции лица, проводящего экспертизу.

При таких обстоятельствах, поскольку в ходе разбирательства установлено, что стороной ответчика оспаривается сам факт существования и подписания дополнительного соглашения, подлинник которого отсутствует у обеих сторон, вне зависимости от того, какая в них стоит подпись, которую при наличии технической возможности можно изготовить и составить копию документа, суд приходит к выводу об отсутствии доказательств наличия дополнительного соглашения к договору уступки прав требования. Стороной истца доказательств факта заключения дополнительного соглашения не представлено. Кроме того, при рассмотрении гражданского дела в Хорошевском районном суде адрес в № году, еще в отсутствие какого-либо спора относительно сроков давности и исполнения договоров уступки со стороны ФИО2, дополнительные соглашения сторонами также представлены не были.

Доводы истца о сокрытии ответчиком подлинника дополнительного соглашения суд также не принимает, поскольку доказательств своим доводам стороной истца не представлено.

В силу положений ст.56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте п.3 ст.123 Конституции Российской Федерации и ст.12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в гражданском процессе в силу действия принципа состязательности исключается активная роль суда, когда суд по собственной инициативе собирает доказательства и расширяет их круг, при этом данный принцип не включает в себя судейского усмотрения.

Сущность принципа состязательности состоит в том, что стороны убеждают суд в своей правоте путем представления различных доказательств. Состязательность предполагает возложение бремени доказывания на сами стороны и снятие с суда обязанности по сбору доказательств. Суд руководит процессом, оказывает сторонам содействие в реализации их прав, создает условия для всестороннего и полного исследования доказательств, предупреждает о последствиях совершения либо не совершения процессуальных действий.

О приобщении либо истребовании дополнительных доказательств сторона истца не ходатайствовала. Кроме того, истцом не представлено доказательств в обоснование обстоятельств, при которых было найдено данное дополнительное соглашение.

Срок для защиты спорного права истца подлежит исчислению, в соответствии с правилами ст.108, ст.196, ст.200 Гражданского кодекса Российской Федерации, с ДД.ММ.ГГГГ и оканчивается ДД.ММ.ГГГГ.

Исковое заявление направлено в суд ДД.ММ.ГГГГ, с пропуском установленного процессуального срока на обращение в суд с иском (л.д. 37).

Таким образом, исковое заявление подано в суд с нарушением установленного срока исковой давности.

Истцом заявлено ходатайство о восстановлении пропущенного срока исковой давности, поскольку после смерти предыдущего директора ФИО6, новый руководитель ФИО7 смог узнать о нарушении права со стороны ответчика не ранее сентября 2021 года, следовательно, с этого времени начинает течь срок исковой давности.

Разрешая заявленное ходатайство, суд приходит к выводу об отказе в его удовлетворении, поскольку указанные истцом обстоятельства не могут служить уважительными причинами пропуска срока юридическим лицом.

В соответствии с п.10 Постановление Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 №62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» арбитражным судам следует учитывать, что участник юридического лица, обратившийся с иском о возмещении директором убытков, действует в интересах юридического лица (п.3 ст.53 Гражданского кодекса Российской Федерации). В связи с этим не является основанием для отказа в удовлетворении иска тот факт, что лицо, обратившееся с иском, на момент совершения директором действий (бездействия), повлекших для юридического лица убытки, или на момент непосредственного возникновения убытков не было участником юридического лица. Течение срока исковой давности по требованию такого участника применительно к ст.201 Гражданского кодекса Российской Федерации начинается со дня, когда о нарушении со стороны директора узнал или должен был узнать правопредшественник такого участника юридического лица.

В случаях, когда соответствующее требование о возмещении убытков предъявлено самим юридическим лицом, срок исковой давности исчисляется не с момента нарушения, а с момента, когда юридическое лицо, например, в лице нового директора, получило реальную возможность узнать о нарушении, либо когда о нарушении узнал или должен был узнать контролирующий участник, имевший возможность прекратить полномочия директора, за исключением случая, когда он был аффилирован с указанным директором.

Согласно ст.201 Гражданского кодекса Российской Федерации перемена лиц в обязательстве не влечет изменения срока исковой давности и порядка его исчисления.

Согласно п. 3 Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 №43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» течение исковой давности по требованиям юридического лица начинается со дня, когда лицо, обладающее правом самостоятельно или совместно с иными лицами действовать от имени юридического лица, узнало или должно было узнать о нарушении права юридического лица и о том, кто является надлежащим ответчиком (п.1 ст.200 Гражданского кодекса Российской Федерации). Изменение состава органов юридического лица не влияет на определение начала течения срока исковой давности.

Доводы стороны истца о начале течения срока с момента смены руководства организации, являются ошибочными и основаны на неверном толковании норм материального права.

При этом согласно ст.205 Гражданского кодекса Российской Федерации, причины пропуска срока исковой давности могут признаваться уважительными, если они имели место в последние шесть месяцев срока давности, а если этот срок равен шести месяцам или менее шести месяцев - в течение срока давности.

Вместе с тем, события, о которых указывает истец как на основания восстановления срока исковой давности, происходили задолго до его истечения. Таким образом, у истца было достаточно времени для предъявления требований к ответчику о взыскании задолженности по договорам уступки прав требований.

Кроме того, суд учитывает, что срок исковой давности, пропущенный юридическим лицом, не подлежит восстановлению независимо от причин его пропуска (ст.205 Гражданского кодекса Российской Федерации, п.12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 №43).

С учетом приведенного выше, принимая во внимание заявление ответчика о пропуске истцом срока исковой давности по заявленным требованиям, суд приходит к выводу об отказе истцу в иске. При отказе истцу в удовлетворении исковых требований о взыскании задолженности по договору, основания для взыскания договорной неустойки и расходов по оплате госпошлины отсутствуют.

На основании изложенного, руководствуясь ст.194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении требований Общества с ограниченной ответственностью «Кемеровский машиностроительный завод» к ФИО2 о взыскании задолженности по договору – отказать.

Решение может быть обжаловано в Кемеровский областной суд через Заводский районный суд г.Кемерово в течение месяца со дня составления решения в окончательной форме.

Судья (Подпись) Д.А. Агафонов

В окончательной форме решение составлено 10.07.2025

Копия верна: